Сделай Сам Свою Работу на 5

Срочно в номер. Реформа 22Г – эвакуация граждан. 15 глава

— Эмма, это вполне возможно. А значит, нам нужно быть предельно осторожными… понимаешь? – я неуверенно кивнула. – Тогда идём отсюда, мы увидели то, что хотели… идём.

— Идём-идём, только… Только, Фил, можно я побуду наедине с Розмарин пару минут? – спросила я, делая разнесчастный вид.

— Ладно, я буду на дороге… - сдался друг, а я, кивнув, обернулась к могиле.

Да так и осталась с разинутым ртом. С неба, прямо на меня посыпались лепестки красных роз, а у ног, словно ковёр распластались тюльпаны, неестественного бархатного цвета. Главный вопрос, вертевшийся на моём языке, был: кто и как узнал, что я люблю тюльпаны, а главное, откуда они здесь и этот дождь из лепестков роз?

— Что за номер? – пробурчала я и вдруг заметила новшество в памятнике: надпись.

Смерть забрала тебя,

Забрала ту, что была до самого финала – собой.

Мы скорбим. Мы помним…

Подойдя к надгробию-лепестку, я положила на него два пальца, одними губами произнося: «Я обещаю, я узнаю тебя… И почему я…» А затем я направилась за Филиппом к дороге. Посмотрев себе под ноги, я нашла сложенный пополам листок и подняла его. Задумчиво прочитала, шагая к другу.

Смерть – как что-то страшное? Ты говорила нет, ты говорила умирает тело… Но Душа? Душа возвращается рано или поздно… Я верю тебе, верю, словам… Ты вернёшься…

1891г,

Н.

Странно, почему я его раньше не заметила? Он так выделяется на этой грязной, чёрной земле… Что же, от загадки к загадке. Я уверена, письмо адресовано было ей, но также мне кажется, и мне, но от кого? И кто этот Н? Вопрос на вопросе… Загадкой больше, загадкой меньше… Ох, всё так непонятно в этом мире! Ну почему я не могу быть обычной Эммой? С обычными подростковыми проблемами? Нет, надо же… Надо же чтоб всё было на перекосяк!!!

В небе загремело, и сверкнуло пару раз. Я поёжилась и выдавила ужасно натянутую улыбку для Филиппа, мол, смотри-ка, а я грома испугалась, вот дурёха!

— Что это? – вернул меня на землю Филипп.

— Где? – подпрыгнув, спросила я.

— У тебя в волосах! – он потянулся к моей голове и снял оттуда два красных лепестка розы. – Откуда это?



— Не знаю, - соврала я наполовину. Слава богу, письмо не увидел у меня в руках!

Итак, я вроде бы и нашла ответ на кошмар… а вроде и нет, но задерживаться здесь – себе дороже, так что подумаем об этом позже, придётся… вернее.

— Знаешь, когда я отошёл от тебя, то увидел склеп… - неуверенно начал Филипп.

— И что в нём особенного? – немного не втыкала я.

— Этот склеп был цел и открыт.

— Ну и ладно, что такого? – закатила я глаза.

— Туда кто-то вбежал, дурёха, Эмма! Вот что важно! – слегка заводясь, проговорил Филипп.

— И не думаешь ли ты, что это… марионетки? – сглотнула я.

— Не знаю, но думается, мы, верно, сделали, что ушли оттуда. – Пожал плечами Филипп.

— Это ладно… но интересно, за нами слежка или погоня? – начала соображать я, а Филипп покачал головой.

— Важно сейчас, чем вчера – так что всё нормально, я поставил на нас щит не подслушивания и невидимости – только последний очень слабый – я же не супер-пупер волшебник…

— Главное, Фил, ты защитил нас. Молодчина!

 

Через час мы остановились для ночлега. Филипп признал, что в этот раз у нас неудачное место, тут неподалёку идут боевые действия. И да, всё это время были слышны разные звуки борьбы! При каждом взрыве я подпрыгивала, при каждом грохоте – дрожала… Но Фил был рядом, поддерживал, забалтывал меня и сделал так, чтобы я уснула без лишнего шума. Я очень уважала Фила за его заботу, и очень за него волновалась… Ей-богу, чувствую себя эгоисткой и смущенной в придачу! Да-да, у эгоистки проснулась совесть, которая сопротивляется заботе Фила, но ничем это не показывает… Сон накрыл меня с головой.

… Проснулась я от дыма, вернее кашля от него. Ветер пригонял с костерка дым на меня, и я не выдержала и села на спальнике. Фил что ли забыл потушить его? Или это он сам потух? Ужасный запах! А потом я увидела кое-что, что не смогла стерпеть без крика…

Филиппа не было рядом, как и его вещей.

 

У меня началась истерика, это единственное что я точно знала – причём ужасная. Слёзы лили, из глаз, не останавливаясь. Кое-как дыша, я откопала две склянки и палочку, соорудила на затылке неряшливый хвост и отправилась на поиски друга, прихватив с собой только рюкзачок.

Да, я подозревала, где он может быть, и очень боялась этой правды, так боялась, что дрожала с головы до пят. Но я должна… должна вытащить его. В кармане джинс что-то загорелось, ошпарив мне ногу. Я ойкнула и достала оттуда, терпя боль, его - кристалл и ужаснулась. Он был красным сверху донизу, кроваво красным. Слёзы полились с новой силой, когда на этот кровавом вареве я увидела лицо Филиппа. Он в беде! Кристалл дал сигнал бедствия.

Бабах! Я грохнулась на землю, ошарашенная такой силой удара. Неужели бой приблизился настолько? Неужели Филипп и, правда, там? Но смогу ли я, я, которая может делать только миражи, толком не умея колдовать, спасти его? Ответ очевиден – нет. Но попробовать стоит.

Вытащив пробку из склянки, я влила в горло жгучий раствор зелья невидимости и вдруг почувствовала что-то наподобие лёгкости и, сосредоточившись, побежала на шум.

Кругом люди… много людей… знакомы лица, незнакомые… усталые, злые, гневные лица… Кругом боль, кругом кровь, кругом смерть… Всё вдруг стало таким медленным и нереальным, что каждый шаг казался мне испытанием. Живот свело, тело дрожало, вокруг свистели искры света заклятий. Но не было не одного незадействованного человека… и не одного ребёнка – это была война… а дети – обуза.

Но я знала одно, я - Гордеева Эмма, никогда и ни за что на свете не убегу тогда, когда кто-то близкий мне в беде… И этот раз тому доказательство. Я выскочила на поляну, где было всё хуже в два раза, чем просто среди деревьев.

Вот она… та самая… смертельная поляна, дубль два. В этот раз я без боя не сдамся.

Увидев знакомое уставшее и осунувшееся лицо Елизаветы, я, было, обрадовалась и побежала к ней, пока не заметила, что её бой идёт не на жизнь, а на смерть. И она как раз на гране проиграть.… Хлоп, прямо перед ней появляется стена. Шарик заклинания попадает на неё и отталкивается и попадает в хозяина, тот падает без дыхания на землю. О боже, боже! Я помогла убить человека… боже… кто же я тогда? Кто? Я монстр… я убила человека… я…я… паника с новой силой начала возвращаться, на глаза навернулись новые слёзы… А Елизавета тем временем отправилась сражаться с новым врагом как ни в чём не бывало… как так можно? Как? Этот человек… пусть и плохой, он имел право на жизнь! Имел! Но здравый голосок, тот самый подсказчик, говорил мне, что от его руки погибло много людей и в основном детей – и что не я его убила, а он сам себя… Я не верила, не знаю… не верила себе… я дрожала и боялась…

Здесь была и Александра, и тот мужчина с моего суда – Сергей. Он был в простом плаще с распущенными света песка волосами и с куницей, которая мешалась под ногами. Он был великим воином – сражался, не убивая, а отключая противников – он был умным воином к тому же – надо отдать ему честь – он знал, когда и где нужна его помощь.

Здесь были многие, но не было Петра… и я не видела его, не видела своего друга… А вот там Светлана, она бежит… зачем бежит?.. О Господи нет! Она бежала прямо на чёрно-красный цвет и замертво упала, защищая своей смертью - жизнь… Филиппа… Я приложила ко рту руки и без остановки начала реветь. Я понимаю… нет знаю, что это конец… Да и зелье перестало работать… я это почувствовала… Мне конец…

Елизавета подбежала к ней, закрыла ей глаза, что-то сказала и странно покрестилась. Она после отправила в небо сноп белых и чёрных искр… Тело Светланы исчезло…

Бой продолжается, я слежу за Филиппом… Он один на один с огромным громилой, силы не равные, а ещё тот марионетка выбивает из рук друга палочку.

— Нееет! – кричу я, но не могу сдвинуться с места, я… я только всё ухудшу.

Итак, вся поляна вдруг остановилась и заметила меня. У марионеток коварный вид, у Елизаветы напуганный… Филипп в отчаянье от того, что я здесь… Но он не останавливается, выхватывает у врага палочку и оглушает его. Но сзади него кто-то подбегает и даёт по затылку… Он падает и теряется из виду… Нет… нет… нет! Нет! Нет!

В голове вдруг становится пусто и только одна назойливая муха кричит: так из-за чего, спрашивается, они все гибнут? Понятно, что из-за власти… но не денег, зачем кукольнику этот несчастный клочок земли – он, что, такой великий? Мало вероятно… Есть только один ответ – бой идёт за мир, мой мир… мир людей… Волшебники не дают врагам попасть в него и управлять там, просто не могут… Хоть люди в целом эгоистичны, но они люди – всё дело от обстоятельств. Все мы имеем право на жизнь. И тот мир, мир за завесой – их мир, и никто не имеет права его отнять у них. Никто… Но почему же тогда мы, волшебники жертвуем жизнями, всем ради них? Зачем? Людям же на нас начихать – нас нет, все мы миф… сказки бабушкины перед сном… Так для чего мы гибнем? Ради чего? Ради своих близких… Ведь есть те, кто живут в том мире… живут и должны жить…

Я стояла посередине этой смертельной поляны, тело окаменело, слёзы текли в три ручья и только одно, только одно жило во мне – моё сердце и мои глаза. Господи, помоги им! Не дай им умереть, прошу тебя!

Снова стало щипаться родимое пятно, и я вдруг отчётливо видела, как красный луч света падает от него вперед. Ничего себе, моё родимое пятно ещё и светится? Что за номер?

Затишье… все снова смотрят на меня, а потом с ещё большим рвением восстанавливаются в бою, продолжая… Видимо, они знают… Видят кто я… чувствуют… Я стала отсчитывать последние минуты… до моей смерти или плена… одно из двух: всё равно один исход – смерть.

Да, я смерилась с этим. Я даже не пробовала сражаться, куда там о перемещении говорить – я просто сломалась и сдалась. Будь, что будет. И если будет смерть, то пусть я умру быстро…

Хлоп! И передо мной появился юноша, старше меня на год, а может и два. Он поймал меня руками, когда я чуть не грохнулась в обморок, и нахмурился. Его зелёные, такие бездонные глаза, смотрели на меня со страхом. Единственное, что я успела, прежде чем отключиться сказать три слова. Но до этого, парень удобнее ухватил меня, и повернул лицом к себе. Глаза слипались уже, и я с каким-то странным жжением подкожно чувствовала его пальцы, держащие мой подбородок.

— Кто же ты?

И темнота…

М А Р И Н А

 

Держась покрепче за руку Семена, мы неслись вперёд… Никто из нас до этого даже не подозревал, что такое может случится… Ещё минуту назад мы готовились отбыть со стоянки, когда они нас нашли. Они стремительно «пронеслись» по стоянке, но так и не смогли убить не одного из нас. Правда, Саша - Саша был ранен. И они с Кристиной куда-то исчезли… Но Сеня говорил, что нам не до них… Мы, мол, должны бежать… спасаться… Мы так и делали.

Новым поворотом стал кристалл – он был горяч, будто плавленое железо… Этот ужасный… ужасный день! И этот непонятный момент. Что же с Филиппом, а с Эммой-то что? Где они?

— Марина, давай же… давай… - подгонял Сеня, но я неосторожно оступилась и подвернула ногу, чуть не грохнувшись.

Сеня меня поймал, и схватил, не думая, на руки и побежал дальше.

— Ну, ты же устанешь! – протестовала я, хоть и знала, что бежать сама не могу.

— Ничего не знаю, ясно! Я не дам… слышишь, не дам тебя никому либо!

Пыхтя от усталости от моего веса на руках, Сеня только ускорился и в конечном счёте завёл нас неизвестно куда, туда, где не было никого… Только тишина. Погоня завершилась.

Но с рук он меня не отпускал.

Справа послышался шелест, и мы оба приготовились к атаке, как из-за кустов выскочили Саша и Кристина. Бедная Кристина тащила на себе Сашу. А тот в полуобморочном состоянии ещё продолжал думать о других!

— Марина, что с тобой?

— Сань, не волнуйся, всего лишь вывих… - успокоила я.

— Ничего себе: «всего лишь»! – пробурчал Сеня, а я хмуро на него посмотрела.

— Что же нам делать? – не услышав Семёна, поинтересовался Саша. – Мой кристалл... он горит и меняется то на Фила, то на Эмму…

Я зажмурилась от резкого шпаренья со стороны кристалла и когда раскрыла глаза, увидела, что Саша в шоке смотрит на кристалл.

— Это Эмма, Эмма пропала и неизвестно что с ней! – запаниковал он. – А вдруг она погибла? Боже-боже, я забыл какой сигнал, означает спасение… - он стал ходить взад-вперёд, совершенно забыв о своей ране на животе, которая вдруг дала о себе вновь знать.

Я тоже стала паниковать… мне это не нравилось… Я боялась, я очень боялась за друзей. Только одно было известно – Фил, Фил до сих пор в беде… А Эмма, что же с ней?.. Надеюсь не то, о чём я сейчас подумала…

Послышался хлопок от перемещения, и мы все переглянулись, готовые к любому исходу.

 

Э М М А

 

Сознание постепенно возвращалось ко мне. Голова шла кругом. Я попробовала встать, когда поняла что кругом тихо. Слишком тихо. Резко открыв глаза, я увидела, что нахожусь на траве, а рядом сидит тот незнакомец. Я неосознанно повторила вопрос, прижавшись всем телом к дереву.

— Кто же ты?

— Я свой, не волнуйся. – Произнёс этот тёмноволосый, хотя нет, лгу - русый юноша с таким приятным тембром голоса.

— Ну, ясно же, не чужой! – вдруг неожиданно для себя я начала на него злится, не понимая из-за чего, или не вспомнив.

— Ты меня знаешь, - произнёс он уверенно, ничуть не смутившись моей горячности.

— Я? Тебя? В первый раз вижу, - неуверенно произнесла я, снова попадая в плен его взгляда. – Да что с тобой такое? Ты мне мозги путаешь…

— Я? Разве? Ты думаешь, такое возможно? Я же не вампир… - деланно интимным голосом произнёс он это над моим ухом и посмотрел на меня, отстраняясь.

— Но как же... как же… - не понимала я, снова чувствуя, как он гипнотизирует меня. Его глаза… такие зелёные… такие… Я быстро отвела взгляд, и в голове всё прояснилось.

— Ммм… очень умно, - деловито произнёс он, скрещивая руки на груди, а я поднялась с земли и открыто взглянула на него презрительным взором.

— Ха, на что ты намекаешь? Да и вообще, некогда мне… Мне… - я замялась и стала соображать, что мне надо, а когда сообразила, просто слетела с места, но также быстро была поймана за локоть.

— И куда это ты? – поинтересовался парень, крепко держа мою руку.

— Филипп. К Филиппу, мне надо… надо… очень надо… отпусти…отпусти… - стала ломаться я, пытаясь вырваться. – Мой друг, мой лучший друг в беде, я должна…должна быть там… я должна!

— Тсс, - поднёс он к моим губам палец, и меня будто чем-то изнутри кольнуло. – Сейчас всё будет исправлено.

— Но как? Как? Ты даже не знаешь… - палец снова заткнул меня и его мелодичный тембр сказал.

— Помни имя: Артём, ибо это имя и этот парень может невозможное… - подмигнул он, и моя рука освободилась, а он исчез. Я изумлённо смотрела в пустоту и задрожала.

Мало того, что я не знаю что с Филиппом, так я потеряла ещё одного человека. Хоть мне он ох, как не понравился, но Артём видимо единственный из всех людей – нормальный, и он же… он спас меня. И вообще, с чего он взял, что я знаю его? Я вижу его впервые… Хотя глаза… глаза знакомы… да, они необычные – зелёные, такие ясные, такие магнетические, но я не знаю его… Первый раз вижу.

Размышляя на ходу, я и не заметила, как очутилась на прицеле четырёх палочек, две из которых держали мои друзья – Марина и Саша.

— Какого чёрта?.. – нервно воскликнула я, держа руки перед собой.

Секундное колебание. В следующий момент я очутилась около Саши, сидя на коленях, пытаясь сообразить, что делать. Глаза горели переживанием и тревогой.

— Как? Как ты умудрился? – вопрошала я, а затем обернулась на Марину. – Почему ты не усмотрела? Вы чего, совсем что ли?

Друзья одновременно открыли рты, затем закрыли, и тут-то я оказалась обнятая с обеих сторон.

— Саш, Саш… смотри…кристалл! – продолжили, видимо, остановленный из-за меня спор друзья.

— Вижу… - кивнул Саша, - но не уверен, что…

— И верно не уверен, ведь кто же знал, что его так просто будет вытащить… - произнёс Артём, держа у себя на плече Фила, тот улыбался, но как-то вяло. Был бледен и весь в крови.

— Фил! – кинулась я и подлетела к нему и стала оглядывать, как мамаша, не уследившая за своим шкотным сыночком.

Артём закатил глаза и сказал:

— Нет, чтобы меня встречать с поцелуями, она…

— Я конечно благодарна тебя за друга, но на большее не надейся. – С прищуренными глазами, посмотрела я на него снизу вверх. – Запомни, я тебе не твои глупенькие девочки… я… я… - снова отведя взгляд, я добавила. – Крепкий орешек.

— Что же, это будет интересная игра, - пожал просто плечами Артём, удобнее устроив опору на себе для Фила. – А с этим что? Сможет идти?

Ответил ему для меня незнакомый парень, но видимо между собой они были знакомы.

— Саня в порядке, рана почти зажила, если что я помогу ему.

— Хорошо, Сень. – Кивнул самый главный тут из нас и перевёл взгляд на меня. – Ты пойдёшь рядом со мной, без вопросов. Ясно? Мне велено следить за тобой – так оно и будет.

— Я бы сказала, что об этом думаю, но… промолчу. – Отвернувшись и высокомерно сдёрнув подбородок, я зашагала подальше от этого изобилия кустарников.

 

Когда, наконец, мы все познакомились, а раны были как-то залечены, либо обработаны остатками снадобий и всего-всего, что могло помочь, все единогласно решили устроить лагерь. В безопасности и вдали от шума боёв. Все, кроме меня. А предложил – Артём. Наша «вражда», вернее моя неприязнь к нему, началась с первого моего разумного взгляда. Он мне не нравился. Никак. Вообще. Он меня бесил, бесил всем – вплоть до флирта. А единственную, кого он мучил всем этим – была я. Нет, это было самое худшее из всего, что могло со мной случиться. Знай бы я об этом раньше, не жаловалась бы. Честно-честно. Артём – это кошмар воплоти, такой наглый, неотёсанный, да плюс ещё и извращенец – сил нет, как это всё описать вернее. Может, некоторые слова и неправда, но в таком взвинченном состоянии сложно разумно судить, уж поверьте.

— А что… что это у Эммы у виска? – спросила Марина, и все уставились на меня.

— Что за глупый вопрос? – расплылся в улыбке Филипп. – Эмма – ловец.

— Она ловец? – изумилась Кристина, девочка-эльф.

— Кто-кто? – переспросил Семён.

— Ловец Снов, - даже не взглянув на Сеню, пояснил Артём, и его глаза засияли чем-то недобрым. Я даже ахнула от удивления, и перед глазами помутилось…

 

ПРИВАЛ

 

Да, мы всё-таки устроили привал. Да, я этого очень не хотела. Но мы устроили привал. Даже, несмотря на мои протесты, несмотря на мои прощенья об обратном… привал всё-таки устроили. И устроили его из-за меня. Когда я встретилась взглядом с Артёмом вчера, я упала в обморок. И никто не знает из-за чего, и почему… Что же, худшее что из-за этого могло быть – это постоянный контроль надо мной. Все буквально «завалили» меня заботой. Замечательно.

Зато за их заботой я многое узнала: например, Марине нравится тот симпатичный парень, нет, она не влюблена в него по уши, но говорить? Говорить мы будем о нём… ибо другие темы исчерпали в её глазах актуальность. Да, они некоторое время были с лагерем, да, потом что-то стряслось - лагерь переместился. Куда? Что за глупый вопрос, естественно, любой знает, что надо его найти самим. Поэтому, Семён – актуальная тема. Нет, Эмма ты не думай, я рада и тебя послушать, но он… вах и ох, неинтересно.

С Сашей дела состоят куда проще: да, мы как бы влюблены друг в друга, надолго ли? Кто знает! Это же химия… но да, Кристина ей-богу такая любимая. Нет, с нами всё в порядке, Эмма, особо ничего не случилось, разве я лучше стал пользоваться палочкой, глядишь, стану профи. Как палочка потом не нужна? Я знаю! Эмма, это ведь ясно, как божий день! Неудачно получилось, знаешь ли, пошутить. Нет, я, безусловно, верю, что ты не хотела обидеть… но всё же… голова не болит? Съехали с темы, тоже неинтересно.

Филипп же коротко и быстро разузнал последние новости: есть карта, стоит заняться разгадыванием её и привал – самое то для этого. Артёма он знает, не так хорошо… А зачем Эмма спрашивает? А, нет, всё в порядке… но он не лучшая кандидатура. Почему Саша и Кристина недолюбливают Сеню? Это глупо, не обращай внимания – Сеня парень клёвый, да, было дело, грешил. Ребята видели Викторию. Эмма, не тупи, ту САМАЮ!!! Дальше бубня о происходящих битвах, типа женского нытья.

Куда интереснее были Сеня и Кристина. Кристина была девочкой очень застенчивой, вечно с хмурым личиком, и всегда прикусывала нижнюю губу – но очень доброй и общительной. Сеня был… скажем так – с ним с первой секунды я сошлась точно и что-что, но мою поддержку в плане Марины он завоевал. Если оценивать Семёна – то он очень симпатичный, увы, высокий-высокий, зато, если и говорит мало, зато по делу.

Последним, следящим за мной, был – Артём.

Да, я хотела убежать, спрятаться… не знаю, но при виде него что-то внутри меня лопалось и взрывалось… Всё вытекало наружу огромным всплеском эмоций и огромной неприязнью, чего-чего этого же самого он не ощущал по отношению ко мне. Иногда в разговорах наших, а мне приходилось говорить с ним, он умело вроде флиртовал, а вроде подстёбывал… Увы, этого я никогда не пойму в нём, где первое, а где второе. Но если говорить про источники информации, он-то был самым «свежим» из всех. Из его уст я узнала, что надо двигаться в сторону города – там где-то лагерь, также поняла, что без потерь в последней битве не обошлось и да, многие из них неожиданные. Да, он говорил правду об охране меня. Нет, он не отвалит. Да, он умеет портить всем жизнь. Нет, в данный момент он сама невинность, зато я – злюка. Мне стоило бы им восхищаться, он же такой молодец! Пфф, Эмма смотрит он, совсем не воспитанная – стоит и наказать. Как спрашиваешь? Это его дело! И нет, глаза у него всегда такие озорные – Эмма просто не видит, она же у нас смотрит куда угодно, кроме самого очевидного. Всё-всё, он больше не будет так.… Не надо так смотреть… где палочка? Что? Не, не слышал. Что это? Это моя палочка, не веришь? Тогда отними… Не можешь? Почему это? Ах, стесняешься… Нет-нет, опять начинаешь… молчу-молчу. Смотри. Куда? На меня, красавица, на меня. Зачем? Дак вот твоя палочка! Откуда я достал её? О таком неприлично говорить. А колотить незачем.

В общем, он сбежал. А я осталась наконец-таки одна и, зажмурив глаза, решилась подумать.

Итак, Артём – игрок, и я неумело влетела в игру, без оглядки и предупреждений и теперь, очевидно, я должна продолжать нашу игру. Нет, война не проиграна, зато первая битва – да. Что же, в следующий раз я буду готовой, и если наша война – это слова, это взгляды, то это самая ужаснейшая война. Ладно, об этом позже…

Жаль, я не могу его превратить в палку в горшке, это бы так облегчило мне жизнь…

А теперь к важным новостям: я должна расшифровать карту. Точнее мы. Также должна раскрыть загадку моей связи с этой войной и Кукольником, разгадать загадку, о которой в нашей компании думал каждый, ибо я её рассказала, а также безопасно доставить всех нас в новый лагерь, исполнив первый пункт. И напоследок – сон. Что? Как и Почему? Эти розы… лепестки роз вокруг меня, эти странные связи меня с Розмарин и на десерт – как-то узнать, что с родными.

— Что ты сделала такого, что Артём (имя было выделено громким восклицанием) весь прямо из кожи вон лезет, чтобы побыть с тобой. – Объявила Марина, вытаскивая меня, куда подальше от ребят.

— Я-то? Я? Да так… цапаюсь с ним с пустяков, да калачу… - немного удивлённо отозвалась я, внутри кипя от гнева к тому человеку. – Ох, как он меня раздражает. Буквально, мешает думать!

— Что-то не похоже на это… - прищурилась подруга, но, увидев моё лицо, сразу объявила. – Если что, я за тебя. И вообще лишний раз лучше половить рыбу, чем с ним пообщаться! Но парень он хороший…

— Это верно! – пропустила я последнее замечание мимо ушей, согласившись.

Мы обе рассмеялись и обнялись.

— Я так по тебе скучала! – произнесла Марина, крепко прижимая меня к себе.

— А я как, я так рада, что мы снова все вчетвером, ну и ещё пара-тройка ребят с нами.

— Жаль, что кое-кого ещё подставили к нам! – произнесла, подмигивая Марина.

— Это да, - кивнула я, и мы стали говорить о чём-то неопределённом, обычные глупые беседы между девочками: мне нравится то-то, то-то, и тот-то, тот-то.

 

Сидя на огромном, давно покрывшегося мхом камне, я задумчиво держала голову на своих коленках, крепко прижимая к себе ноги. В голове вертелось две вещи: загадка и как попасть безопасно в лагерь, или куда там… Суть в том, что я не знала и очень устала от этих двух надоедливых мух в своей голове.

Послышался хруст ног на сучках на земле, и я подняла голову. Передо мной стоял Сеня и неуверенно махал рукой с взволнованным лицом.

— Привет, - наконец произнёс он, и я кивком пригласила его присесть рядом.

— И тебе здравствуй! – расплылась я в улыбке. – Давно тебя не видела, ты откуда?

— Как не странно, это мы тебя давно не видели. – Отозвался слегка скованно Сеня, но, тем не менее, сел рядом. – Я? Да, в порядке… Сама как?

— Да, думаю… - немного раздражённо отозвалась я, и Сеня слегка обиделся, я сразу решила поправить ситуацию. – Сеня, Сень… не обижайся: я на себя дуюсь. К тебе я хорошо отношусь, я наслышана о твоих подвигах.

— О каких именно? – напрягся Сеня.

— Естественно, тех, что были недавно. Это благородно так яростно защищать Марину, я очень благодарна тебе за это. Она как-никак мой друг. – Сама того, не ожидая, призналась я.

— О-о! – Просто ответил он, а затем, заторопившись, добавил: - Знаешь, а ты… правильно говорит Артём: всегда найдёшь что-то хорошее в том, кого считают… не суть… главное – ты знаешь что Свет – не всегда Добро, а Тьма – Зло. Это похвально.

— Подожди-подожди! – стала махать я руками. – Что ты сказал? Артём… этот при… подожди, что он сказал? Хотя стой… - я слезла с камня и стала ходить взад-вперёд перед ним, прикусывая губу. – Боже! Сеня, да ты… ты молодчина наш!

— Мм, а что я сделал? – подозревая что-то, пробормотал он.

— Ты что, не понимаешь? Да ты же… ты же… только что разгадал загадку.

— Чего? Чего я? – потрясённо вскрикнул Сеня.

— Разгадал загадку, - объяснила я вновь и быстро переваривала информацию. Итак, свет – иногда Зло, значит Тьма – добро… Интересно…

Ну-ка, как там? Их было двое

- Создатель и Слуга,

Две стороны одной монеты

- Одна судьба на двоих,

Лишь один меч сможет пронзить их,

- Лишь один удар.

Выбери путь

- спаси или убей,

Ибо тот меч

- Жизнь или Гибель людей.

Да. Да, всё сходится… определённо… Не знала, что у нас получится, ибо мне казалось разгадать это нереально… и что же делать с разгадкой? Кто же – оружие? Или что? Да, разгадка есть… но вопросы остались.

Схватив Сеню за руку, я потащила его назад, к друзьям и там откашлявшись, громко сказала.

— Разгадка во Тьме и Свете.

— Это ты о чём? – не понял Саша, устало подтягиваясь.

Филипп нахмурил брови и, скрестив руки, спросил:

— А ты уверена?

Марина молчала и переводила очень недобрый взгляд с меня на наши руки с Сеней и на Сеню. Я быстро отпустила того и подошла поближе.

— Быть проще простого не может – да, Фил, уверена – это разгадка. Правда осталось отгадать кто или что – оружие… Но да, дело во Тьме и Свете.

Артём, облокотившись о дерево, фыркнул, затем, тоже скрещивая руки на груди, проговорил.

— Это многое меняет, верно?

Этот вопрос был каждым воспринят по-разному, но я поняла его как надо и, прищурившись, быстро зашагала к нему.

— Я требую минуту на разговор.

Он глянул на меня снизу вверх, выпрямился, отстраняясь от дерева, и показал жестом следовать вперёд.

— Валяй.

Я без промедления зашагала в чащу и даже если спотыкалась, шла с гордым видом, а затем, когда мы далеко зашли, обернулась, готовая показать какая я у нас гордячка, но, увы, я и не ожидала, что Артём такой быстрый. Обернувшись, я врезалась в него и оступилась, благо или нет, он поймал меня за локоть и потянул назад, выпрямляя. Его глаза изучающее уставились на меня, а я потеряв весь контроль над собой, чувствовала как предательски дрожат губы и что-то ломается внутри… Уже не знаю какой раз, может в тысячный, я отвернула голову, чтобы не смотреть ему в глаза и произнесла тихим, дрожащим голоском «спасибо». Артём пожал плечами, но локтя моего не отпустил.

— Знаешь, что мне нравится в тебе? – я отрицательно покачала головой, смотря куда угодно, но не на него, а он наоборот пытался смотреть на меня. – Твоя реакция… и твои взрывы… это, согласись, забавно… так что ты хотела, а, дорогуша?

— Во-первых, я тебе не дорогуша, - пробурчала я, заливаясь краской, - а во-вторых – ты должен мне помочь. – Я впервые посмотрела на него в упор, и у меня прихватило дыхание. – Пожалуйста, Тём.

— Хорошо, насчёт «дорогуши» подумаем. Думаю, что-то вроде «ненаглядная» тебе больше идёт… - он засмеялся при виде моей очередной вспышки, как он выражается и добавил. – Я помогу, не переживай… Но, Эмма – ты понимаешь, что обрекаешь нас всех на погибель?

— Артём, этот шанс… один на миллион – я должна это сделать.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.