Сделай Сам Свою Работу на 5

Уловка продавца или бесценный опыт в области инвестирования?

 

– Я плохой инвестор?

– Нет, не совсем так, – сказал богатый папа. – Тот человек посоветовал тебе делать долгосрочные инвестиции, покупать, придерживать и диверсифицировать. Так ведь?

– Да, – вяло промямлил я.

– Проблема в том, что это всего лишь попытка продать товар, уловка продавца, – сказал богатый папа. – А вовсе не совет по инвестированию… Прежде всего, не лучший совет для тебя с точки зрения получения опыта, необходимого, чтобы стать толковым инвестором.

– Почему это уловка продавца? – спросил я.

– Ну, сам посуди, – ответил богатый папа. – Много ли ты узнаешь об инвестировании, просто посылая каждый месяц чек?

Какое-то время подумав, я наконец сказал:

– Не много. Но что он хотел мне продать?

– Подумай еще раз, – улыбнулся богатый папа. – Продолжай размышлять над советом «делай долгосрочные инвестиции, покупай, придерживай и диверсифицируй».

– А вы не хотите сказать мне? – спросил я.

– Нет. Во всяком случае, не сейчас. Тебе всего восемнадцать лет. Тебе предстоит многое узнать о жизни. А сейчас у тебя есть благоприятная возможность усвоить один из важнейших жизненных уроков. Так что подумай сам. Когда поймешь, почему совет «делать долгосрочные инвестиции, покупать, придерживать и диверсифицировать акции» является уловкой продавца, а не разумным способом по инвестициям, дай мне знать. Большинству людей так никогда и не удается понять, в чем разница между уловкой продавца и обучением инвестированию. Вот почему лишь очень немногие люди становятся богатыми, и вот почему очень многие теряют деньги на инвестициях. Они несут убытки, поскольку полагают, что советы продавца их чему-то научат. И они действительно верят в то, что поступают разумно. Однако уловка торговца и реальный совет – это далеко не одно и то же.

Во время этой тирады я начал понимать, почему мистер Карлинг так нажимал на слово «всегда».

 

Миллионы теряют триллионы

 

Как я уже упоминал ранее, миллионы людей потеряли из-за биржевого краха триллионы долларов. Я уже не говорю о потере рабочих мест и сопутствующем этому моральном ущербе. Почему же так много людей потеряли столько денег? И хотя тому есть много объяснений – таких как ослабленная экономика, терроризм, коррупция, неверный анализ экономической ситуации, мошенничество, общее изменение направленности рынка и т. д., – одна из редко упоминаемых, но весьма существенных причин состоит в том, что миллионы людей в силу своего заблуждения приняли обычные уловки, используемые торговцами для продажи товара, за настоящее финансовое образование. Многократно повторяемое слово «всегда» побуждало их посылать чеки, когда этого не следовало делать, или не продавать свои ценные бумаги, когда это как раз и нужно было предпринять… инвестировать и придерживать акции на основе политики долгосрочных вкладов даже тогда, когда самый большой в истории крах фондовой биржи сокрушал все их надежды.



 

Деньги не исчезают

 

Майкл Льюис – влиятельный специалист по финансовым вопросам, известный своими бестселлерами «Покер лжецов», «Новейшая новинка» и «Moneyball», пишет передовицы для британского еженедельника «The Spectator» и является главным редактором в «The New Republic». Его также приглашают читать лекции в Калифорнийском университете в Беркли.

В статье, опубликованной в «New York Times Magazine», Льюис утверждает, что «потери на фондовом рынке не являются потерями для общества. Они представляют собой всего лишь передачу средств от одних людей другим».

Далее он описывает собственный опыт на этом рынке.

«Я должен был догадаться, что в тот момент, когда я наконец решился купить акции интернет-компаний, на самом деле их стоило немедленно продавать, после того как эти компании вышли на открытый рынок ценных бумаг. Несмотря на это, я все-таки набросился на акции "Exodus Communications" и купил их по 160 долларов за штуку, а потом наблюдал, как они сначала поднялись на несколько пунктов – и сразу же рухнули. Что же случилось с моими деньгами? Они не просто исчезли. Их прикарманил человек, который продал мне эти акции. Я подозреваю, что, вероятнее всего, это мог быть: а) кто-то из служащих „Exodus“; б) хорошо информированный взаимный фонд, который приложил руку к первичному публичному предложению акций этой компании; в) какой-нибудь биржевой брокер, купивший в тот же день эти акции по 150 долларов за штуку и тут же продавший их мне по 160».

Другими словами, эти триллионы долларов не были потеряны, эти деньги попросту перешли от одних инвесторов к другим. За этот же период одни инвесторы стали богаче, а другие – беднее… вот почему богатого папу скорее беспокоило то, какой я инвестор, а не то, куда я инвестировал.

 

Когда продавать?

 

В 1965 году, поняв, что богатый папа недоволен моей первой инвестицией, я спросил его:

– Мне следует продать свои акции взаимного фонда?

Усмехнувшись, он сказал:

– Нет. Я не стал бы их пока продавать. Возможно, ты допустил ошибку, но ты еще не усвоил урок. Повременим еще немного. Продолжай делать свои ежемесячные взносы до тех пор, пока не поймешь того, что необходимо понять. Тогда этот урок будет для тебя бесценным опытом. Если ты чему-то научишься на этом примере, то получишь нечто более важное, чем деньги. И ты встанешь на путь успеха как инвестор. Если ты хочешь стать хорошим инвестором, ты должен научиться понимать разницу между уловками продавца и дельным советом от специалиста по инвестициям.

 

Долгосрочные инвестиции

 

Как только закончились рождественские каникулы, я вернулся в свою академию в Нью-Йорке. Тяжело было покидать теплые берега Гавайских островов и возвращаться в холодную зиму Нью-Йорка. Вместо того чтобы носиться по волнам на доске для серфинга, я ежился и дрожал в своей униформе.

Следуя совету богатого папы, я продолжал ежемесячно посылать свой чек во взаимный фонд. Как и у любого студента, лишних денег у меня не было, да и финансовая помощь из дома была весьма скудной. А у меня все-таки были мелкие расходы и время от времени кое-какие развлечения, и на это требовались деньги. По субботам я отправлялся в город и брался за любую случайную работу, получая по два доллара в час. Если я работал одну или две субботы в месяц, я мог позволить себе не только послать чек в фонд, но и отложить немного денег на какие-нибудь развлечения.

Время от времени я разворачивал газету и просматривал раздел об инвестициях, чтобы проследить, как работает мой фонд. Его успехи не впечатляли. Цены на акции фонда оставались неизменными, своей неподвижностью напоминая старого спящего пса. Раз в квартал я получал конверт от компании с официальным отчетом, лишь подтверждавшим мои предположения. Очень скоро я начал с опаской вскрывать конверт, поскольку действия этого фонда меня весьма мало впечатляли. Количество акций, которыми я владел, увеличивалось, но цена за акцию оставалась прежней. Честно говоря, у меня появилось неприятное чувство, что я свалял дурака, сделав такую неэффективную инвестицию.

Через полгода я опять отправился на Гавайи – на сей раз на летние каникулы. Когда я зашел в офис моего богатого папы, чтобы поздороваться, он пригласил меня на ланч.

– Ну, как идут дела в твоем взаимном фонде? – спросил он, как только мы уселись за столик в ресторане.

– За шесть месяцев я вложил почти 100 долларов, но фонд не двигается с места. Акции стоили около 12 долларов, когда я только начал покупать их, но и сегодня они стоят столько же.

Богатый папа подавил смешок.

– Не терпится?

– Ну, я хотел бы видеть хоть какой-нибудь сдвиг, – ответил я.

– Нехорошо проявлять нетерпение, – улыбнулся богатый папа. – В инвестировании очень важно быть терпеливым.

– Но с этим фондом ничего не происходит, – упорствовал я.

После моих слов богатый папа громко рассмеялся. Очевидно, он находил это забавным.

– Я говорю не о фонде, – сказал он. – Я говорю о тебе. Тебе нужно научиться терпению, если ты хочешь стать инвестором.

– Но я был терпеливым. Мои деньги находились там почти десять месяцев. А цена на акции остается прежней.

– Как я и говорил, такое случается с нетерпеливыми инвесторами, – строго заметил богатый папа. – Нетерпеливые инвесторы часто инвестируют необдуманно; следовательно, их нетерпение вынуждает их делать бесполезные инвестиции.

– Бесполезные инвестиции… только потому, что я не проявил должного терпения?

Богатый папа кивнул.

– Как долго ты разговаривал со своим агентом по взаимным фондам, прежде чем принял решение об инвестировании?

– Мы разговаривали около часа. Он спросил о моих целях в жизни. Показал несколько схем, чтобы продемонстрировать мне непрерывный подъем индекса Доу Джонсона. Объяснил преимущества долгосрочного инвестирования, когда вкладываешь совсем немного денег, но зато в течение длительного периода времени.

– И ты принял решение и купил эти акции, – с улыбкой сказал богатый папа.

– Да, – ответил я.

– Это и есть проявление нетерпения. – Богатый папа опять подавил улыбку. – Ты нетерпеливо инвестировал, а теперь с нетерпением ждешь, хотя с твоими инвестициями ничего не происходит. Как ты можешь надеяться найти прекрасную инвестицию, если, скажем прямо, ты даже не представляешь, на что она похожа, и не готов тратить время на поиски такой инвестиции? Ты получил то, за что заплатил. Твое нетерпение заставило тебя искать хоть какую-нибудь инвестицию, которая делает тебя еще более нетерпеливым. Навсегда запомни следующее: наихудшие инвестиции достаются нетерпеливым инвесторам. Ты усвоил этот урок?

– Да, – нетерпеливо ответил я. – Значит, я впустую трачу свои деньги?

– Нет, – строго сказал богатый папа. – В данный момент не беспокойся о том, получаешь ты прибыль или не получаешь. Сейчас ты усваиваешь бесценный урок. Большинство инвесторов так никогда и не усваивают этого урока. Не будь таким нетерпеливым. Тебе необходимо время на усвоение урока.

– Ладно, – согласился я, – я уделю время, чтобы усвоить этот урок. В следующий раз, когда я буду принимать решение об инвестициях, я буду более терпеливым.

– Правильно, – сказал богатый папа. – Большинство инвесторов обвиняют инвестиции, вместо того чтобы винить себя. На самом же деле проблема не в инвестиции, а в инвесторе. Именно сейчас ты узнаешь цену своего нетерпения. Если ты усвоишь этот урок, для тебя это будет неплохим началом.

– Но я учусь полный день. Мне приходится думать только о занятиях, – возразил я. – У меня не было времени на дополнительное обучение и исследования.

– А вскоре, когда ты завершишь свою учебу, ты начнешь работать на полную ставку. Возможно, женишься, купишь дом и начнешь создавать семью. Если это случится, твои расходы возрастут, и времени будет не хватать еще больше. Если ты считаешь, что слишком занят, будучи студентом, тогда подожди, пока начнешь работать, женишься и заведешь детей. Если не можешь выкроить времени сейчас, чтобы научиться инвестированию, ты будешь говорить то же самое и завтра, и послезавтра. Ты будешь все время твердить: «У меня не было и нет времени учиться и проводить какие-либо дополнительные исследования». Из-за твоего нетерпения, твоей лени и твоих неубедительных оправданий о нехватке времени ты будешь делать то же самое, что и сейчас, передавать свои деньги совершенно незнакомым людям, не имея представления о том, что они сделают с твоими деньгами.

Я сидел молча, стараясь хорошенько усвоить слова богатого папы. Мне не понравилось то, что он мне говорил. Я чувствовал, как во мне закипает гнев. Если бы он только знал, как тяжело учиться в военной академии, справляться с полной учебной нагрузкой, заниматься спортом и еще пытаться выкроить время для развлечений в большом городе.

– Просто признайся, – говорил богатый папа, – что ты не готов и не хочешь уделить время на обучение инвестированию. Это было бы честнее, чем сослаться на свою занятость. Тогда уж признай и то, что ты недостаточно терпелив, чтобы найти хорошую возможность для инвестиции.

– А если я признаю это, тогда мне не придется жаловаться, что мои инвестиции не приносят прибыли, – добавил я.

– Или жаловаться, когда твои инвестиции убыточны, – сказал богатый папа со своей характерной ухмылкой.

– Вы хотите сказать, что я могу потерять деньги на этих взаимных фондах? – спросил я.

– Ты можешь потерять деньги на чем угодно, – ответил богатый папа. – Но знаешь ли ты, что есть кое-что похуже, чем потеря денег?

– Нет, – я отрицательно покачал головой. – Не знаю. Что же может быть хуже?

– Самое худшее – это не учиться инвестированию; тогда тебе точно не видать удачных инвестиций, – убедительно произнес богатый папа. – Если ты не удосужился вложить время, чтобы научиться быть инвестором, то тебе суждено всегда опасаться делать инвестиции, постоянно повторяя «инвестирование – дело рискованное». А если ты будешь уверен в том, что инвестиции – вещь рискованная, ты будешь избегать их или начнешь отдавать свои деньги другим людям в надежде, что они сделают это за тебя более мудро. Но хуже всего то, что, избегая инвестиций, ты упускаешь самые лучшие сделки в мире. Ты живешь в страхе, вместо того чтобы испытать радость от поисков лучших возможностей. Если же ты играешь, делая ставку на надежность, и боишься потерять, то радость победы станет тебе недоступна. Это и есть наихудшее проявление нетерпения и нежелания потратить время на обучение инвестированию.

Подумав немного, я начал припоминать уловки моего финансового консультанта, продавшего мне инвестиционный план взаимного фонда.

Богатый папа, словно читая мои мысли, спросил:

– Твой приятель-коммивояжер говорил тебе, что рынок ценных бумаг растет в среднем на 10 % в год? Это обычная уловка, которую использует большинство продавцов акций. Он говорил что-нибудь в этом роде?

– Да, что-то такое он сказал, – подтвердил я. Богатый папа разразился хохотом.

– Вероятно, он считает, что это прекрасный доход. 10 % прибыли – это копейки! А ты спроси у него, может ли он гарантировать хотя бы эту мизерную прибыль? Конечно же нет. Он просто будет посылать тебе раз в год открытку ко дню рождения, чтобы поблагодарить тебя за свой успех. Он выигрывает, ты теряешь. Но самой большой потерей для тебя будет то, что ты никогда не увидишь прекрасных инвестиций, поскольку никогда не станешь великим инвестором, если последуешь его совету «делай долгосрочные инвестиции, покупай, придерживай и диверсифицируй». А кроме того, лучшие инвестиции достаются самым образованным инвесторам, худшие же и рискованные инвестиции достаются самым безграмотным.

– Вы хотите сказать, что взаимные фонды являются самыми рискованными из всех инвестиций? – спросил я.

– Нет… я не это хочу сказать, – ответил богатый папа несколько разочарованным тоном. Глубоко вздохнув и собравшись с мыслями, он продолжил: – Послушай. Я повторю это еще раз. Я говорю не об инвестиции. Я говорю об инвесторе. Если инвестор безграмотен, то все его сделки будут рискованными. Когда-то, конечно, ему может улыбнуться удача, но в конце концов любые сделанные им деньги снова вернутся на рынок. Я видел, как один необразованный инвестор сделал превосходную инвестицию в недвижимость и превратил ее в убыточную, а затем должен был по минимальной цене продать эту собственность согласно условиям закладной. Я видел, как другой необразованный инвестор купил прибыльный, хорошо налаженный бизнес – и вскоре обанкротился. Я видел, как третий необразованный инвестор покупал акции одной огромной компании, наблюдал, как они поднимались в цене, но не смог продать их на самом пике. Когда рынок акций рухнул, он все еще продолжал цепляться за этот мертвый капитал. Так что рискованной является не инвестиция… а инвестор.

До меня начинал доходить смысл слов богатого папы. Он старался изо всех сил заставить меня увидеть мир, который видят лишь очень немногие люди… мир настоящего инвестора.

Переведя дух, богатый папа продолжил:

– Я видел также профессионального инвестора, который приобрел инвестицию, загубленную плохим инвестором, и сумел сделать ее прибыльной. Так что плохой инвестор теряет деньги, а умный инвестор делает деньги.

– Вы считаете, что умный инвестор никогда не теряет деньги? – спросил я.

– Конечно, я так не считаю, – ответил богатый папа. – Все мы что-то теряем время от времени. Но я хочу сказать, что умный инвестор прилагает много усилий, чтобы стать еще более умным. А средний инвестор сосредоточен только на получении прибыли. Я здесь не для того, чтобы учить тебя жизни. Сейчас я хочу, чтобы ты остановился, нашел время и подумал, какой урок можно извлечь из создавшейся ситуации… не о том, сколько ты заработал или потерял. Не зацикливайся на деньгах. Удели внимание тому, чтобы научиться лучше инвестировать.

– Значит, я мало чему научусь, если буду только заполнять чек, запечатывать его в конверт, наклеивать марку и опускать в почтовый ящик…

– Именно об этом я и толкую. Таким образом ты не научишься инвестировать. Ты лишь научишься копить деньги и наклеивать марки.

Богатый папа встал и потянулся. Было заметно, что он устал, вдалбливая этот простой, но важный урок в мою голову. Бросив взгляд на меня, он спросил:

– Итак, чему тебя научила твоя инвестиция во взаимный фонд и что нового ты узнал о себе?

– Я понял, что нетерпелив. Я лишь искал оправдания тому, что не находил времени на обучение инвестированию.

– И к чему это привело? – спросил богатый папа.

– Это явилось причиной того, что я сделал далеко не лучшую инвестицию, упустив тем самым возможность войти в тот захватывающий мир, который доступен лишь избранным. И если я ничего не изменю, то стану скорее азартным игроком, чем инвестором.

– Глубокомысленное замечание, – улыбнулся богатый папа. – А еще что?

Немного подумав, я не смог найти других ответов.

– Не знаю.

– А как насчет передачи своих денег совершенно незнакомому человеку? – спросил богатый папа. – Как насчет того, что ты не знаешь, кому этот незнакомец передает твои деньги и как эти совершенно безликие для тебя люди распоряжаются твоими деньгами? Ты знаешь, какая доля твоих денег идет на гонорары? Ты знаешь, сколько твоих денег действительно инвестируется, а сколько идет в карманы тех людей, которые ими распоряжаются? Получаешь ли ты хоть какую-то прибыль от своих средств? А что случится, если они потеряют твои деньги? У тебя есть какой-нибудь ресурс? Можешь ли ты ответить хоть на какой-нибудь из этих вопросов?

Отрицательно покачав головой, я ответил поникшим голосом:

– Нет.

– Ты когда-нибудь спрашивал у человека, продавшего тебе эти акции взаимных фондов, может ли он жить за счет собственных инвестиций или он живет на комиссионные с тех денег, которые ты инвестировал по его совету?

– Нет, – тихо ответил я. – Я никогда не спрашивал его об этом.

 

Конфликт интересов

 

Когда я понял, что, возможно, допустил ошибку, мне захотелось во всем обвинить мистера Карлинга, но теперь я уже лучше разбирался в этом. Ведь это я был инвестором. Я сделал выбор инвестировать во взаимные фонды, не приложив должного усердия, чтобы хоть что-нибудь узнать об этой инвестиции.

Финансовые консультанты получают свои комиссионные путем продажи инвестиций и прочей финансовой продукции (вроде страховок) средним инвесторам. Нам нужно научиться задавать правильные вопросы. Например:

• Какой гонорар берет этот взаимный фонд?

• Сколько комиссионных вы получите от этой продажи?

 

Богатый папа старался внушить мне мысль о необходимости брать ответственность за свои собственные финансовые решения на себя, а не возлагать ее на других.

 

Схватили за руку

 

В 2002 году несколько крупнейших компаний на Уоллстрит были оштрафованы генеральным прокурором штата Нью-Йорк Элиотом Спитцером на сумму 1,4 миллиарда долларов за мошенничество и действия в собственных интересах, а не в интересах клиентов. На пресс-конференции Спитцер сказал: «Каждый инвестор знает, что рынок предполагает наличие риска… Но каждый инвестор имеет право ожидать и заслуживает того, чтобы получить честный совет по поводу инвестиций, без влияния противоборствующих интересов консультанта и инвестора». Штраф в размере 1,4 миллиарда долларов, тогда как инвесторы потеряли от 7 до 9 триллионов, эквивалентен выплате штрафа в размере 1,4 доллара за причиненный ущерб в размере от 7 до 9 тысяч долларов. Этот штраф – просто мизер, он даже меньше суммы комиссионных, которые эти крупные компании заработали на инвесторах, потерявших свои деньги.

Кроме решения суда, согласно которому был взыскан упомянутый штраф в размере 1,4 миллиарда долларов, были проведены также реформы для установления ряда правил, нацеленных на устранение конфликта интересов между группами экспертов с Уолл-стрит и людьми, которые покупают акции. Аналитикам фондовой биржи было запрещено получать плату за свои исследования рынка ценных бумаг от подразделений инвестиционных банков.

 

Премия за хорошую работу

 

Вскоре после того как кое-какие компании оштрафовали за мошенничество, в «The Wall Street Journal» вышла статья под заголовком «„Merrill Linch“ вознаграждает своих служащих премиями».

Вкратце там было написано следующее. В прошлом году компания «Merrill Linch & Co» выплатила председателю своего совета директоров и руководящим работникам премии в размере 7 миллионов долларов, невзирая на продолжающийся полный крах фондовой биржи, поглотивший многие ключевые предприятия компании.

Далее в статье сообща лось, что в 2002 году «Merrill Linch» сократила свой штат на 6500 служащих, доведя общее сокращение работников до 21 700 человек.

Отложив газету, я не мог не спросить себя: как этой компании удалось выплатить миллионы долларов в виде премий руководящему составу, в то время как эта же компания помогла своим инвесторам расстаться с триллионами долларов, обвинялась в мошенничестве и сократила почти 22 тысячи наемных служащих?

Справедливости ради и чтобы не выглядеть пристрастными только к одной «Merrill Linch», «The Wall Street Journal» в своей статье приводит данные о ежегодных выплатах руководящим работникам других крупнейших финансовых компаний:

Управляющий «Morgan Stanley» – 11 миллионов долларов

Управляющий «Goldman Sachs» – 12,1 миллиона долларов

Управляющий «Lehman Brothers» – 12,1 миллиона долларов

Управляющий «Bear Stearns» –19,6 миллиона долларов

 

Некоторые из этих компаний оказались также в числе оштрафованных за мошенничество штатом Нью-Йорк.

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.