Сделай Сам Свою Работу на 5

Во что мне следует инвестировать?

 

Чем больше вы разбираетесь в инвестициях, тем лучший совет по инвестированию вы получите.

Богатый папа

 

Глава 1

Спросите продавца акций

 

Если хочешь стать хорошим инвестором, ты должен научиться понимать разницу между уловками продавца и дельным советом от специалиста по инвестициям.

Богатый папа

 

«У меня есть 10 тысяч долларов. Во что мне следовало бы их инвестировать?» Как я уже упоминал, раньше я не знал, как ответить на этот вопрос. Вначале мои ответы были расплывчатыми и многословными. Почему я не мог лаконично ответить на такой простой вопрос? Дело в том, что ответ на него не так-то прост. Все мы разные. У каждого из нас свой путь и свои мечты. В эмоциональном отношении мы тоже устроены по-разному. У нас разное финансовое положение и разный подход к риску в денежных делах. Иными словами, то, как распорядился бы своими 10 тысячами я, может в корне отличаться от того, что сделали бы с этой суммой вы. И даже то, что я сделал бы с 10 тысячами долларов десять лет назад, я уже не сделал бы сегодня. Как сказал Эйнштейн, «все в этом мире относительно».

В конце концов, после того как один и тот же вопрос мне задавали многократно, я таки нашел ответ, который считаю наиболее подходящим. Сегодня я отвечаю: «Если вы не знаете, что делать со своими деньгами, положите их в банк и никому не говорите, что у вас есть деньги для инвестирования». Иными словами, если вы не знаете, что делать со своими деньгами, то найдутся миллионы людей, которые знают, как с ними поступить. По этому поводу у каждого есть свое мнение и готовый совет относительно того, как распорядиться вашими деньгами.

 

Всегда ли нужно прислушиваться к советам?

 

Проблема в том, что каким бы ни был совет, он не может быть идеальным. При недавнем крушении рынка акций миллионы людей потеряли триллионы долларов потому, что послушались совета так называемых финансовых экспертов. Как это ни парадоксально, большинство этих «специалистов» и сегодня все еще продолжают давать советы, и люди продолжают к ним прислушиваться.



Во время одного из самых сокрушительных в истории краха фондовой биржи финансовые эксперты советовали людям держать свои деньги на рынке. Вместо того чтобы советовать продавать акции, им рекомендовали продолжать покупать… и многие так и делали – вплоть до разорения.

Есть одно мудрое высказывание: «Когда таксисты начинают покупать акции, настало время их продавать». Возможно, следовало бы сказать то же самое и о финансовых консультантах.

 

Голоса здравого смысла

 

В период всеобщего умопомешательства, связанного с бумом 1995–2000 годов, раздавались только два здравомыслящих голоса: главы Федеральной резервной системы США Алана Гринспена и Уоррена Баффета, которого в прессе называли величайшим инвестором в мире. Мистер Гринспен предупреждал о «безосновательном оптимизме», а мистер Баффет просто держался подальше от фондового рынка.

Во время упомянутого бума и серии последовавших банкротств имя Уоррена Баффета часто упоминалось в связи с той или иной разумно сделанной инвестицией. Финансовые консультанты ссылались на него как на непререкаемый авторитет, пуская в ход его имя как главный козырь, когда нужно было убедить клиента купить акции. Только и слышно было: «Уоррен Баффет делает то, Уоррен Баффет делает это». Одно только упоминание имени Уоррена Баффета, казалось, побуждало людей вкладывать еще больше денег в акции. Но эти финансовые консультанты не удосужились сказать доверчивым инвесторам, что на самом деле Уоррен Баффет все это время не совершал никаких операций на фондовом рынке.

В своем интервью, опубликованном в журнале «Fortune»

ноября 2002 года под заголовком «Всевидящий оракул», мистер Баффет сказал: «Я купил свою первую акцию шестьдесят лет назад. Из этих шестидесяти лет в течение пятидесяти стоило покупать обыкновенные акции. И, пожалуй, в течение десяти лет я не мог найти ничего, во что можно было бы вложить деньги». Одна из причин, почему он перестал покупать акции, проста: в течение этих десяти лет – вплоть до 2002 года – акции были слишком дорогими. Мне показалось любопытным, что величайший в мире инвестор не смог найти ничего, во что можно было бы вложить деньги, и тем не менее миллионы инвесторов– новичков и их консультанты делали это.

 

Критика в адрес величайшего в мире инвестора

 

Далее в статье говорилось, что на самом пике бума многие уважаемые эксперты по финансам и журналисты во всевозможных публикациях обрушились на мистера Баффета с критикой за то, что он остается вне рынка. Один из таких экспертов, Гарри Ньютон, издатель «Technology Investor Magazine», писал: «Уоррену Баффету стоило бы огорчиться. Как мог он упустить все эти революции с беспроводной и цифровой связью, кабельным телевидением и биотехнологиями?!»

Спустя месяц рынок технологий рухнул, унеся с собой миллиарды долларов из вложенных инвесторами денег. Так кому следовало бы сегодня «огорчаться»?

 

Мое предсказание

 

Как человеку, которого опрометчиво причисляют к когорте так называемых финансовых экспертов, мне очень важно отчитаться перед вами. Не так давно мне позвонил один биржевой брокер из Балтимора, штат Мэриленд, и сказал: «Я только что закончил читать вашу третью книгу, „Руководство богатого папы по инвестированию*1. Примите мои поздравления, вы точно предсказали крах 2000 года. Жаль, что я не порекомендовал своим клиентам прочитать эту книгу еще до того, как рынок пошел на спад!» Тем не менее я не считаю, что предсказал этот крах, – я просто предупреждал о его вероятности.

Но основные доказательства вы найдете не в моих рассуждениях, а в книге «Истории успеха учеников Богатого Папы». Эта книга состоит из рассказов, которые мне прислали мои читатели – обычные люди, добившиеся успеха в финансовом отношении, когда миллионы людей теряли триллионы долларов на рынке акций. Поэтому, вместо того чтобы хвастаться своим собственным финансовым успехом (во время крушения рынка я далеко не бедствовал), я привожу в качестве наиболее важных доводов те истории, в которых рассказывается об успехах моих читателей.

 

Ответ на вопрос

 

Для достижения финансового успеха решающее значение имеет хороший совет. Мне часто не хватало времени, чтобы подумать и исчерпывающе ответить на вопрос «Во что мне следовало бы инвестировать мои 10 тысяч?» После того, как прошло много лет, а я все еще не ответил на этот вопрос, я решил разъяснить это в данной книге – «Богатый инвестор – быстрый инвестор». Причина моего решения проста: этот вопрос очень важен.

 

Цена плохого совета

 

Несколько лет назад я ехал в такси по дороге в аэропорт. По радио какой-то финансовый эксперт давал советы по инвестированию. Он сказал:

– Сейчас самое время возвратиться на рынок ценных бумаг.

– Почему вы так считаете? – спросил его ведущий.

– Потому что сейчас для инвесторов всюду зажегся зеленый свет, – ответил эксперт. – Этот рынок идет вверх.

И он продолжал разглагольствовать на своем профессиональном жаргоне, используя стандартную рыночную терминологию, о том, что многие из нас слышали многократно как до краха, так и после.

Я смотрел в окно автомобиля, и мое внимание на какое– то время отключилось от тирады финансового эксперта, пока в разговор не вступил ведущий.

– Хорошо, давайте откроем прямую телефонную линию и послушаем тех, кто захочет позвонить вам и задать вопросы.

Первый из тех, кто прорвался на эту линию, сказал:

– Мне семьдесят восемь лет, а моей жене семьдесят пять. Несколько лет назад мы считали, что обеспечили себе спокойную старость. У нас было около миллиона долларов, вложенных во взаимные фонды.

– Замечательно, – сказал ведущий радиопрограммы.

– Да, но это было несколько лет назад.

– А сколько у вас сейчас осталось сбережений? – спросил финансовый эксперт.

– В том-то и проблема, – сказал звонивший. – Когда рынок начал падать, я позвонил своему консультанту по вопросам финансов, чтобы получить совет.

– И что же он вам порекомендовал? – спросил ведущий.

– Он сказал почти то же самое, что говорит сейчас и ваш гость. Он сказал, что рынок вот-вот снова сделает скачок вверх… нужна, дескать, только незначительная коррекция, для которой необходимо временно отказаться от получения прибыли по своим ценным бумагам. Он не сказал нам, что началось крушение рынка. По сути, он никогда не говорил, что рынки могут идти на спад или что взаимные фонды ненадежны. Вместо этого он советовал нам продолжать делать долгосрочные инвестиции, покупать, придерживать и диверсифицировать акции.

– И что же вы сделали? – поинтересовался ведущий.

– Мы сидели и ждали. Мы сделали так, как он советовал. Придерживали акции и наблюдали, как рынок продолжает падать. По мере снижения цен он даже звонил и предлагал нам покупать больше акций по низким ценам.

– И вы покупали еще больше?

– Разумеется. Но рынок ценных бумаг продолжал падать, а мы продолжали названивать своему советчику. А спустя несколько месяцев он перестал отвечать на наши звонки. Позднее нам сообщили, что он ушел из фирмы и нам следует обратиться к другому специалисту. Как бы то ни было, но, когда мы открыли конверт, полученный из фирмы по инвестициям, у нас потемнело в глазах. Я не мог смотреть на то, как деньги, которые мы в поте лица зарабатывали всю свою жизнь, исчезают, по мере того как рушится рынок. Мы уже не в состоянии работать и хотели бы знать, что можно сделать сейчас?

– Итак, сколько денег у вас осталось? – спросил опять ведущий программы.

– Ну, после того как эксперт перестал отвечать на наши звонки, мы предприняли кое-какие меры и продали свои акции взаимных фондов. Мы с женой считали, что лучше сохранить деньги в виде наличных. Поэтому, после того как мы обналичили акции, у нас осталось около 350 тысяч долларов, которые мы положили на депозит в банке.

– Это хорошо, – заметил ведущий. – По крайней мере, у вас есть кое-какая наличность. 350 тысяч – это уже кое-что.

– Так-то так, но проблема в том, что на наш депозит начисляется только 1 % в год. Один процент от 350 тысяч долларов – это всего лишь 3500 долларов в год. Даже при содействии федеральных программ социальной и медицинской помощи пожилым людям прожить на такие деньги очень трудно. Боюсь, нам придется начать проедать свои сбережения, а это только ухудшит наше финансовое положение. Что вы нам посоветуете?

– У вас есть дом? – спросил эксперт по финансам.

– Да, есть. Только, пожалуйста, не предлагайте нам его продать. Это все, что у нас осталось. Кроме того, он стоит всего лишь около 120 тысяч долларов, и у нас оформлена на него закладная на сумму 80 тысяч. У нас такая огромная сумма по закладной потому, что, когда упали процентные ставки, мы провели рефинансирование нашего долга, получили меньшие проценты выплат в течение большего срока, что дало нам дополнительные деньги на текущие расходы.

– И что же вы сделали с этими деньгами? – поинтересовался ведущий.

– Мы их потратили. Собственно, поэтому я звоню вам и прошу совета.

– Итак, какой же совет вы дали бы этой супружеской паре? – спросил ведущий у финансового эксперта.

– Ну, во-первых, вам не следовало продавать свои акции, – сказал эксперт. – Как я уже говорил, рынок восстанавливается.

– Но он продолжал падать в течение ряда лет, – возразил пожилой джентльмен. – И вам тоже было бы страшно потерять такие деньги, будь вы в нашем возрасте.

– Да, да, понимаю, – согласился эксперт. – Но послушайте, что я скажу. Всегда следует делать долгосрочные инвестиции. Покупайте и придерживайте акции. Обязательно диверсифицируйте активы. Рынки падают, но потом вновь восстанавливаются, как это и происходит сейчас.

– Так что же следует сделать сейчас этому господину и его жене? – спросил ведущий радиопрограммы.

– Пора возвращаться на рынок. Как я уже сказал, рынок нормализуется. Не забывайте, что за последние сорок лет рынок ценных бумаг поднимался в среднем на 9 % в год.

– Вы считаете, что сейчас самое время вернуться на рынок? – спросил ведущий.

– Совершенно верно, – подтвердил эксперт по финансам. – Возвращайтесь, и поскорее, чтобы не пропустить очередного подъема курсов ценных бумаг.

– Хороший совет, – сказал ведущий 78-летнему человеку на другом конце провода. – Спасибо за звонок. Пожалуйста, следующий звонок.

Такси уже приближалось к аэропорту, а во мне все буквально кипело. «Как они могут продолжать давать все тот же устаревший совет… и заставлять людей платить за него?

Как после этого они могут спокойно спать по ночам?» – говорил я себе, направляясь ко входу в здание аэропорта. Когда я ожидал своей очереди, чтобы подняться на борт самолета, то прочел заголовок на световой газете, который призывал: «Инвесторы, вкладывайте деньги в недвижимость!» Я только покачал головой, мысленно отметив: «От одного бума и краха к следующему».

 

Все тот же старый совет

 

Когда лайнер уже выруливал на взлетную полосу, я вспомнил те времена, когда сам был новичком и очень мало знал об инвестировании. Мысленно я вернулся назад, в 1965 год, когда в 18-летнем возрасте я купил свои первые акции взаимных фондов, не имея никакого представления об этих фондах. Единственное, что я знал, это то, что взаимные фонды каким-то образом связаны с Уолл-стрит, а инвестирование на Уолл-стрит казалось мне в то время весьма респектабельным.

Я тогда учился в штате Нью-Йорк, посещая лекции в Академии торгового флота США, федеральном учебном заведении, где готовили будущих морских офицеров для работы на грузовых судах, танкерах, пассажирских лайнерах и других пароходах гражданского флота.

Так как это заведение считалось военной академией, от нас требовали, чтобы мы носили военную форму, до блеска начищенную обувь и строем ходили на занятия. А поскольку вырос я на Гавайях, где всегда носил только шорты и майки, приспособиться к этой новой жизни мне было нелегко. Стояла осень, листья желтели и опадали, а я готовился к новому испытанию – моей первой в жизни зиме.

Однажды я получил записку, где говорилось о том, что меня хочет видеть некий мистер Карлинг. Я понятия не имел, кто такой мистер Карлинг, но когда ты первокурсник да еще выходец из провинции, то стараешься делать то, что тебе говорят, и делать это быстро, не задавая лишних вопросов.

– Начинайте инвестировать, пока вы еще молоды, – сказал мистер Карлинг, сидя напротив меня за столом и улыбаясь во весь рот. – И всегда помните секрет великих инвесторов: покупай, придерживай и делай долгосрочные инвестиции. Дайте своим деньгам расти. И всегда имейте в виду, что нужно проявлять сообразительность и диверсифицировать свои активы.

В ответ на это я лишь кивнул и отчеканил:

– Да, сэр.

На самом деле я не понимал, о чем это он, однако после четырех месяцев учебы в академии я хорошо научился стоять по стойке «смирно» и отвечать «Да, сэр».

Мистер Карлинг тоже когда-то был питомцем академии, но отошел от дел, связанных с торговым флотом. Впоследствии он занялся торговлей ценными бумагами. И он хорошо понимал, через какой ад придется пройти нам, простым парням, не имевшим стартового капитала. Ведь он сам прошел через это. Вместо того чтобы рявкать отрывистое «Да, сэр», мне следовало бы спросить его, как он попал на территорию училища, хотя давно уже не имел никакого отношения ни к этому учебному заведению, ни к торговому флоту; а еще мне следовало бы спросить, откуда он узнал мое имя. Мне было известно только то, что он каким-то образом установил со мной контакт и устроил эту встречу, чтобы поговорить во время занятий, и поэтому выпалил свое «Да, сэр» хотя и незнакомому мне, но авторитетному лицу, несмотря на то что человек этот был не в военной форме, а в штатском костюме и при галстуке.

– Сколько я должен инвестировать? – спросил я.

– Всего пятнадцать долларов в месяц, – ответил он, расплывшись в улыбке.

– Пятнадцать долларов… – пробормотал я. – Где же я достану эти деньги? Вы же знаете, я целый день на занятиях, у меня нет возможности подрабатывать.

Напомню, это был 1965 год, и пятнадцать долларов были приличной суммой для студента.

– Будьте экономным, – сказал улыбающийся мистер Карлинг. – Академия научит вас дисциплине. А для дисциплинированного человека откладывать несколько долларов каждый месяц не так уж сложно, и скоро у вас будут приличные сбережения. Запомните, всегда делайте долгосрочные инвестиции.

И хотя я машинально соглашался со всем, что он говорил, все-таки я отметил про себя, что он все время нажимал на слово «всегда». И неосознанно это слово и то, как мистер Карлинг его произносил, вызвали во мне некоторое сомнение.

Но времени было мало – и мне нужно было поскорее вернуться к своим занятиям, поэтому я просто согласился со всем, что он предложил. После того как я выбрал взаимный фонд, в который он рекомендовал мне вложить деньги, я подписал договор и обязался посылать раз в месяц чек для покупки новых акций. Как только все документы были оформлены, я поспешил на занятия и вскоре основательно позабыл об этом инвестиционном плане. Раз в месяц, начиная с ноября того года, я начал посылать чеки.

 

Рождественские каникулы

 

Первые полгода обучения в академии были очень напряженными. Это были труднейшие времена в моей жизни. Впервые я оторвался от дома и в Нью-Йорке был в первый раз… с бритой головой и свалившимся на нее тяжким бременем обязанностей. Помимо всего прочего, нам, курсантам, не разрешалось покидать академию ни в какое другое время, кроме Дня благодарения и Рождества. Когда через пролив Лонг-Айленд начали дуть холодные зимние ветры, я стал подсчитывать, сколько дней осталось до рождественских каникул. У меня хватало денег только на то, чтобы купить билет домой, да и то со скидкой для военнослужащих.

И вот наконец я возвратился в теплый климат Гавайских островов. Первое, что я сделал, это присоединился к моим бывшим товарищам одноклассникам и с раннего утра до позднего вечера предавался любимому удовольствию – серфингу. И несмотря на то что приятели подтрунивали над моей лысой головой, все равно, до чего же было приятно получить этот отпуск и опять почувствовать себя мальчишкой! И хотя моя кожа уже успела заметно побледнеть, она быстро приобрела прежний бронзовый оттенок.

Спустя несколько дней Майк во время серфинга сказал, что его отец хочет повидаться со мной, и мы отправились в офис моего богатого папы. После обычного обмена приветствиями и объятиями я случайно упомянул о том, что уже сделал свою первую инвестицию… во взаимный фонд. Я упомянул об инвестиции мимоходом – для меня это было довольно скучной темой. Но моему богатому папе это событие показалось немаловажным, и он настроился на серьезный разговор.

– Что ты сделал? – переспросил он.

– Инвестировал во взаимный фонд, – ответил я.

– Зачем? – спросил он. Он не спрашивал, в какой фонд я инвестировал. Он хотел знать, зачем я это сделал.

Вместо вразумительного ответа я стал заикаться и что– то мямлить, путаясь в словах и мыслях в поисках логически обоснованного объяснения.

– У кого ты купил эти акции? – спросил богатый папа, прежде чем я смог ответить. – Ты знаешь этого человека?

– Ну да, – ответил я уверенно и даже с некоторым вызовом. – Он выпускник этой же академии, выпуск 1958 года. Ему дали разрешение приехать в академию и продавать инвестиции курсантам.

Богатый папа усмехнулся и спросил:

– А как он узнал твое имя?

– Не знаю. Думаю, ему сказали в академии.

Богатый папа опять ухмыльнулся. Он ничего не сказал

на это, откинулся на спинку кресла, вытянул ноги, сложил руки под подбородком, как для молитвы, и сидел в этой позе, мысленно подбирая слова.

Наконец я нарушил молчание:

– Я сделал что-то не так?

И опять на несколько секунд установилась пауза. Затем богатый папа вымолвил:

– Нет. Во-первых, я хвалю тебя за проявленную инициативу в отношении инвестирования. Многие люди слишком долго выжидают, а то и вовсе никогда не делают инвестиций в свое будущее. Многие тратят все свои сбережения, а потом ждут, что компания, на которую они работали, или государство о них позаботятся, когда придет время выйти на пенсию. Ты, по крайней мере, хоть что-то сделал – инвестировал хоть немного собственных денег.

– Но я сделал что-то не так?

– Нет. Твои действия нельзя назвать неправильными.

– Тогда почему вы так обеспокоены? – спросил я. – Есть лучшие варианты для инвестиций?

– И да и нет. Всегда есть лучшие варианты и еще больше плохих, – сказал богатый папа, снова выпрямившись в своем кресле. – Я обеспокоен не тем, во что ты инвестировал; я волнуюсь лично за тебя.

– За меня? – удивился я. – А что со мной не так?

– Я обеспокоен тем, какого рода инвестором ты станешь, а не тем, какую инвестицию ты сделал.

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.