Сделай Сам Свою Работу на 5
 

РУССКО-АНГЛИЙСКИЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ

В.А.Мазилов, ЯГПУ, Е.В.Никошкова, РГГУ, Москва

На пороге XXI века мир стремительно меняется. Он становится полиполярным. Тенденция к "открытости" общества неуклонно возрастает. Увеличивается роль общения - на самых разных уровнях. Между тем любое общение требует в первую очередь взаимного понимания - взаимопонимания. Взаимопонимание предполагает использование общего - "взаимного" языка. В этом особенно велика роль переводчиков - людей, способных общаться на разных языках и, следовательно, могущих устанавливать "однозначные соответствия". И не стоит приводить много примеров: ясно, что расцениваемое слушателем как "шутка" или "оскорбление", часто является следствием более или менее удачного "акта перевода". Можно было бы привести впечатляющий список "лингвистических" конфликтов: в психологии и конфликтологии их описано немало. Открытость мира означает увеличение контактов не только на бытовом, обыденном уровне. Особенно важно, что необходимо обеспечить взаимопонимание профессионалов: представителей мира культуры и науки. В первую очередь по причине того, что каждое сказанное ими слово имеет тысячи (десятки, сотни тысяч, миллионы - в зависимости от авторитета коммуникатора) слушателей: эффективность воздействия чрезвычайно велика. Ясно, что роль переводчика переоценить невозможно. И - что особенно важно подчеркнуть - для переводчика, увы, недостаточно просто отличное знание двух или нескольких языков. Здесь "вторгается" специфика предметного знания, овладеть которой не специалисту чрезвычайно сложно. Особенно, если речь идет о такой "тонкой" сфере, как психический мир человека.

И здесь на помощь могут придти - если они есть - профессионально составленные словари. Это тот инструмент, который может помочь хорошему переводчику найти тот эквивалент, который обеспечит точное понимание.

Хотелось бы подчеркнуть, что в современном мире особенно важная роль принадлежит психологии. Науке о наиболее "возвышенном и совершенном", как некогда полагал великий Аристотель, или науки о психическом, как это трактует современная научная психология. Действительно, до сих пор не раскрыты главные "мировые загадки" - тайны сознания, личности, поведения. XXI век – по мнению многих - будет веком психологии. Поэтому особенно важно, чтобы в области научной психологии существовало взаимопонимание. При этом особенно важна ситуация в мировой психологической науке. Российская наука занимает не последнее место в мировой науке. Важно подчеркнуть, что она имеет свою специфику. Даже представители бизнеса это отчетливо понимают.



Известный бизнесмен, меценат и филантроп Джордж Сорос в одном из интервью, отвечая на вопрос, "чем сильна российская наука?" сказал: "Я думаю, что в международном масштабе российская наука идет в первых рядах, но характер ее несколько отличается от западной. Российская наука больше витает в облаках и меньше уделяет внимания практике. Видимо, потому, что российская наука не опирается на передовую технику, на которую опирается западная наука". Знаменателен вывод человека, много сделавшего для поддержки науки: "Вот поэтому российская наука так ценна, что она не ползает на грешной земле. Она вносит разнообразие, обогащает научный мир". Нам кажется, что эти слова имеют самое первостепенное отношение к психологии. Российская психология в меньшей степени прагматична, чем, скажем, американская, она нацелена, в первую очередь, на исследование вечных вопросов, фундаментальных проблем душевного мира современного человека.

Между тем положение психологии на пороге третьего тысячелетия нельзя признать благополучным. Ее современное состояние можно определить как “диссоциацию” (букв.: "разъединение", "разделение"). Этот термин (широко использующийся ныне в разных школах психиатрии и психотерапии) точнее всего, как представляется, описывает происходящее в этой области человеческого знания. В чем проявляется эта диссоциация в современной психологии (и в мировой, и в российской)?

Во-первых, в традиционной для психологии кризисной симптоматике, когда отсутствует единый подход: нет основы, объединяющего начала. "Психологий много, нет психологии". Хорошо известно, что впервые о кризисе начали говорить в семидесятые годы XIX столетия. В первой трети кризис вступил в открытую фазу, выдающиеся психологи посвятили его анализу свои труды (Л.С.Выготский, К.Бюлер, С.Л.Рубинштейн, К.Левин и мн. др.). Кризис в истории психологии имел много "ликов": борьба между объективной и субъективной психологией, между объяснительной и понимающей, между психологией материалистической и спиритуалистической, между поведенческой и психологией сознания и т.д. В настоящий момент кризис выражается наиболее ярко в противостоянии естественнонаучного и герменевтического (гуманистического) подходов (см. подробнее Л.Гараи, М.Кечке, 1997 и мн.др.).

Во-вторых, в противопоставлении научной (академической) психологии и психотехник (практической психологии) (см. подробнее Ф.Е.Василюк, 1997). Психологическая практика исходит из каких угодно теорий, но только не из концепций научной психологии. Разрыв между теорией и практикой в психологии, существовавший в двадцатые годы (о нем, напомню, писал Л.С.Выготский в 1927 году), ныне углубился, превратился в пропасть - в первую очередь, по причине многократного увеличения масштабов психологической практики.

В-третьих, в разрыве между научной психологией и концепциями и техниками, ориентированными на углубленное самопознание (от мистики и алхимии до современной трансперсональной психологии, шаманства и т.д. и т.п.) (В.А.Мазилов, 1996). Действительно, человеку, интересующемуся познанием "Я", ищущему свой духовный путь лучше обращаться не к научной психологической литературе: эта "ниша" прочно оккупирована специалистами, далекими от научной психологии. В крайнем случае, литература, поэзия и философия дадут в этом отношении существенно больше, чем психологические труды. Критика В.Дильтеем (1894) научной психологии ("в Лире, Гамлете и Макбете скрыто больше психологии, чем во всех учебниках психологии, вместе взятых"), увы, по-прежнему актуальна.

В-четвертых, в разрыве между психологией западной и восточной. Верно, что восточные учения в ХХ столетии стали постоянной составляющей интеллектуальной жизни цивилизации. Но на научную, академическую психологию они, практически, влияния не оказали. Ассимилировавшая опыт восточной психологической мысли трансперсональная психология сама остается непризнанной официальной наукой.

Описанная выше диссоциация в психологии может быть прослежена во всей мировой психологической науке. Специально подчеркну, что положение в российской психологии воспринимается как более острое в силу особенностей нашей нынешней "постперестроечной" социокультурной ситуации, но в основных чертах соответствует состоянию в мировой психологической науке (В.А.Мазилов, 1997). Разрывы, зафиксированные выше, несомненно, существуют, порождая на конкретном психологическом материале массу проблем.

Отмечу, что выше были описаны далеко не все разрывы в психологии (на самом деле их существенно больше), а лишь самые основные. Важно заметить, что проблемы эти возникли не сегодня (да и не вчера). Из сказанного ясно, что каждое направление, каждый подход вырабатывает свой язык, вводит свои понятия и термины.

Отсюда следует, что задача составителей двуязычного психологического словаря многократно усложняется. Поэтому не стоит удивляться, что до сих пор не существует ни одного русско-английского психологического словаря.

Хочется отметить, что проблема здесь не чисто лингвистическая, как может показаться на первый взгляд. Для того, чтобы составить двуязычный психологический словарь необходима прежде всего концептуальная методолого-психологическая проработка. Реальное соотнесение концепций, выработанных в различных подходах научных школах и направлениях, требует разработки новой коммуникативной методологии. Она уже разрабатывается. Согласно предлагаемому подходу, особенно важная роль отводится определению предмета психологии. Предмет психологии должен выполнять ряд важных функций. Во-первых, он должен выполнять роль "операционального стола" (М.Фуко), который бы позволял реально соотносить результаты исследований, выполненных в разных подходах и научных школах. Во-вторых, он все-же должен не быть "искусственно" сконструированным, а существовать “реально”, для того, чтобы быть “предметом” науки в подлинном смысле слова. В-третьих, он должен быть внутренне достаточно сложным, чтобы содержать в себе “сущностное”, позволяющее выявлять “собственные” законы существования и развития, а не сводить внутренне "простое" психическое к чему-то внеположному, делая неизбежной редукцию психического. Отсюда следует, что необходимы теоретические исследования по проблеме предмета (таким образом, речь идет о “содержательной методологии психологической науки”). Заметим, что в отечественной психологии существовала традиция именно содержатель-ной методологии на исторической основе (Н.Н.Ланге, В.Н.Ивановский, Л.С.Выготский, С.Л.Рубинштейн и др.). В более поздний период эти проблемы интенсивно разрабатывались К.А.Абульхановой, А.В.Брушлинским, Б.Ф.Ломовым и др. В-четвертых, понимание предмета должно быть таково, чтобы позволить разрабатывать науку по собственной логике, не сводя развертывание психологических содержаний к чуждой для психологии логике естественного или герменевтического знания.

Можно продолжать, поскольку найдется и в-пятых, и в-шестых. На пороге XXI века можно смело констатировать, что понимание предмета, которое сложилось в современной научной психологии, не позволяет сколь-нибудь удовлетворительно решить стоящие перед наукой задачи. Корни такого положения можно усмотреть в истории выделения психологии в самостоятельную научную дисциплину.

Таким образом, нужна новая методология. Можно назвать несколько характеристик этой методологии:

1) Наверное, это должна быть методология “на исторической основе.” Этот тезис в свое время формулировался Л.С.Выготским, С.Л.Рубинштейном, М.Г.Ярошевским и др.

2) Наверное, это должна быть методология, “свободная от идеологии”.

3) Наверное, это должна быть методология “плюралистическая”, исходящая из того, что путей к истине может быть много. Некоторые могут быть более адекватны, чем другие. Но это не основание принимать какой-то из них за универсальный.

4) Наверное, это должна быть методология, ориентированная не только на познание психического, но и на практику.

5) И последнее, может быть, самое главное. Это должна быть содержательно психологическая методология. Не пытающаяся свести "многомерное" человеческое существо к адаптации, деятельности, общению, но осознающая его и как душевное, и как духовное.

Итак, новая методология психологии. Это не супертеория. Скорее совокупность принципов, правил, норм... В методологии представлены три составляющие, соответствующие трем группам задач, стоящих перед этой областью знания. Я думаю, это такие составляющие: познавательная, коммуникативная, практическая.

"Познавательная" составляющая - традиционная для классической методологии сфера интересов: структура научного знания в области психологии, структура научной теории в психологии, особенности порождения, функционирования психологических теорий, особенности понятийного аппарата психологической науки, характер объяснения в психологии, структура и операциональный состав методов, применяемых в психологии, условия и критерии научности, соотношение научного и вненаучного знания и т.д. Здесь что ни слово - проблема. Обозначу для примера лишь некоторые.

Предмет науки. В области психологии есть основания предполагать, что предмет имеет непростое строение: можно выделить декларируемый, реальный и рационализированный. Предмет науки и предмет исследования не совпадают, могут быть выделены различные их взаимоотношения. Даже методы психологии, как ни странно, тоже представляют собой "проблему". Если эмпирические методы достаточно хорошо изучены, разработаны интересные классификации, то о теоретических методах этого сказать явно нельзя. Не исследовано соотношение теории и метода в психологии. В "познавательной" составляющей может быть выделен особый блок, имеющий в настоящее время для нашей психологии чрезвычайную важность. Это своего рода метаметодология. Учитывая то, что в психологии существует множественность понимания предмета психологической науки и множественность объяснения, необходимо осуществление сравнительно-методологического анализа. Без такого анализа практически невозможно соотнесение теорий, концепций, подходов, ориентаций.

"Практическая" составляющая - область методологии, которая начинает складываться сейчас на наших глазах. В нашем обществе происходит бурный расцвет практической психологии: в образовании, в медицине, в бизнесе. Востребованность психологических знаний велика. И совершенно ясно, что и по задачам, и по методам, и по содержанию самого психологического знания практическая психология это особая область. Деятельность психолога - практика, ее методология - важный блок "практической" составляющей. Принципы разработки различных психотехник и психотехнологий - не менее актуальный "модуль", не получивший пока необходимой разработки. Здесь тоже огромное количество нерешенных проблем. Подчеркну - именно методологических проблем. Практическая психология возникает на других основаниях: в отличие от традиционной научной психологии она имеет "объектную", а не "предметную" ориентацию, она более "антропологична", если воспользоваться терминологией П.Фресса.

"Коммуникативная" составляющая представляет собой нетрадиционную сферу методологии психологической науки. Коммуникативная составляющая призвана помочь нахождению взаимопонимания как "внутри" научной психологии, так и в психологии в целом. Смысл коммуникативной составляющей методологии - в соотнесении ( в первую очередь в разработке инструментария, аппарата такого соотнесения) теорий разного уровня и разных методолгических ориентаций и подходов.

В перспективе возможно выделение "психотерапевтической" составляющей методологии. Ее функция, как ясно из названия, в осуществлении мониторинга проводимых исследований, диагностика трудностей, как исследовательских, так и коммуникативных, оказание помощи.

В основу разрабатываемого проекта положен концептуально-методологический подход. В составлении словника приоритет отдается понятиям и терминам, которые могут адекватно отобразить строй национальной психологической науки. Главная задача составителей двуязычного словаря в нахождении таких соответствий, которые позволили бы дать целостное представление о специфике национальной психологии (в данном случае, традицци, сложившейся в русскоязычной психологической науке).

Психология - одна из самых молодых наук. Дифференциация науки началась еще в древности. Особенно интенсивно процесс дифференциации научного знания проходил на рубеже XVII-XVIII веков. Психология выделилась из философии одной из последних.

Это произошло во второй половине XIX столетия и придало психологии известное своеобразие. Своеобразие психологии состоит в том, что у нее очень сложный и необычный (и по сравнению с другими науками) строй понятий. Понятия психологии по меньшей мере "трехслойны":

1) понятия донаучной психологии: в психологии очень широко используются слова естественного языка. Донаучная психология - та, которую "народ создает до психологов" (по образному выражению Пьера Жане);

2) понятия философской психологии - наследство, полученное от многовекового существования психологии внутри философии, базирующееся на умозрительном постижение психологических явлений, и их интерпретации внутри философских систем;

3) понятия собственно научной психологии, которые сформировались в процессе развития психологии как самостоятельной научной дисциплины, базирующейся на целенаправленном наблюдении и самонаблюдении, проведении вначале психофизиологического, а затем и собственно психологического эксперимента.

И, может быть, самое главное. Л.С.Выготский, выдающийся российский психолог и мыслитель, в своей книге "Исторический смысл психологического кризиса" утверждал, что все слова психологии суть метафоры, взятые из пространств мира. Поэтому лексика психологии, несомненно, своеобразна. Передать это своеобразие психологических понятий должен двуязычный психологический словарь.

Психология не представляет собой единого целого: сосуществуют: донаучная (имплицитная), философская, научная; академическая и практическая; научная психология и психология, ориентированная на самопознание; западная психология и восточнаяпсихология и т.д.и т.п.

Дело осложняется тем, что существуют национальные психологии. Речь не о том, что психика каждого народа своеобразна. Это очевидно. Наука каждого народа тоже своеобразна. Здесь играют роль традиции. Мэтр французской психологии П.Фресс сформулировал это так: "Подобно тому, как немецкая экспериментальная психология возникла как синтез философских идей и психофизиологических проблем, а английская научная психология сложилась на основе эволюционной теории и связанных с нею психологических проблем, французская психология отпочковалась от психопатологии, интерпретируемой философами".

Подобно этому и российская психология имеет свое выраженное своеобразие.

В "постперестроечную эпоху" контакты между представителями различных национальных психологий возрастают. Все больше увеличивается потребность в инструменте переводчика - словаре. Между тем до настоящего времени нет ни одного (!!!) варианта русско-английского психологического словаря. Одним из авторов (Е.В.Никошковой) подготовлен и издан англо-русский психологический словарь. Для психологов России, выезжающих за рубеж, оказывается чрезвычайно важно донести до своих слушателей то глубоккое содержание, которое может быть "похоронено" неудачным или неадекватным переводом.

Важно, чтобы разрабатываемый словарь был концептуальным.

Сам жанр русско-английского словаря предполагает в первую очередь отражение в словнике специфики русской психологической лексики. В русской психологической науке сложилась уникальная ситуация. Она обусловлена следующими моментами:

1) в российской науке сильна естественнонаучная традиция, связанная с именами выдающихся русских физиологов: Сеченова, Павлова, Бехтерева, Ухтомского, Введенского и др. В российской психологии разрабатывалась проблема поведения.

2) в России сложилась школа культурно-исторической психологии (Л.С.Выготский и др.). Для своего времени это было новаторское направление. Не случайно в конце века к идеям Выготского обращаются зарубежные исследователи, пытающиеся найти выход из кризиса в психологии (Л.Гараи, М.Кечке и др.);

3) в России сформировался деятельностный подход (С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев и др.).

4) особенно тесная связь с философскими концепциями (в первую очередь, близкими к марксизму);

5) наличие в отечественной науке сильных методологических традиций (Н.Н.Ланге, В.Н.Ивановский, Л.С.Выготский, С.Л.Рубинштейн, К.А.Абульханова, Б.Ф.Ломов и др.).

Необходимо при составлении двуязычного психологического словаря в первую очередь отразить эти особенности отечественной психологической науки. Необходимо в первую очередь решить сложную межпредметную задачу - составление русско-английского психологического словаря. Он остро необходим для оптимизации контактов между психологами, представителями разных научных школ в современной науке.

Литература

1. Никошкова Е.В. Англо-русский словарь по психологии. М.: Руссо, ИПРАН, 1998. 352 с.

2. Рождественский Ю.Т. Немецко-русский словарь по психологии. М.: Руссо, 1998. 512 с.

 

 



©2015- 2022 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.