Сделай Сам Свою Работу на 5

Защита метода провозглашения

Богом избранный и утвержденный метод передачи славного Евангелия есть провозглашение, то есть выражение истины посредством слов. Всякая евангелизационная работа в Новом Завете, будь то проповедь, личное свидетельство или запись, совершалась посредством слов. Мирское общество в те дни было наполнено сценическим искусством и культовой символикой, но вестники Евангелия стояли от всего этого в стороне и трудились исключительно посредством слова.

Но "как слышать без проповедующего?" - спрашивает апостол в Рим.10. Рискуя впасть в банальную полемику, мы должны подчеркнуть, что он не сказал "как слышать без артиста или без группы музыкантов". Евангелие должно возвещаться в отчетливых и логичных выражениях, обращенных к разуму человека. Для его передачи требуется разумная речь, произносимая либо в больших зданиях, либо в домашних собраниях.

Метод провозглашения - в особенности проповедь - в наши дни подвергается нападкам среди верующих в Евангелие. Пропагандисты так называемых "собраний для ищущих" даже если и употребляют в какой-то мере проповедь, все же стараются сделать ее всего лишь составной частью смешанного представления, большая часть которого активно употребляется для манипулирования эмоциями. Первостепенная важность проповеди забыта, и то, что они называют проповедью - жалкая речь со скудным употреблением Слова Божьего - считается чуть ли не стандартом и эталоном.

Некоторые авторы предлагают методические диаграммы, показывающие сравнительную эффективность различных приемов. На этих диаграммах проповедь обычно ставится на самый нижний ряд. Они заявляют, что у людей, прошедших тест на лучшее запоминание после проповеди, дискуссии, сценического представления, игры с ролями и видеопредставления, проповедь набирает меньше всего очков по эффективности. Они говорят, что проповедь стоит на последнем месте по воспринимаемости, запоминанию и силе убеждения. Однако такие "тесты" не имеют никакого научного обоснования, поскольку проводятся при плохо подготовленных проповедях теми людьми, которые желают доказать свою точку зрения. Тем не менее, брошенный ими ком грязи все же имеет склонность прилепляться, и проповедь оказывается в таком положении, словно она отчаянно нуждается в поддержке с помощью других методов коммуникации.



Подрыв метода прямого провозглашения тем более опасен, когда Божьи служители трудятся со столь незначительными результатами из-за господствующего в обществе атеизма и материализма. В такой ситуации появляется искушение думать, что пора взять на вооружение что-нибудь другое вместо проповеди. Невольно напрашивается мысль: Какая польза проповедовать неделя за неделей, если мы не достигаем народных масс? Мы склонны поддаваться язвительным упрекам тех, кто говорит: "Вы придаете проповеди слишком большое значение. Надо делать по-другому. Присоединяйтесь к современному поклонению. Поставьте на платформу барабаны в помощь проповеди Евангелия, внедряйте драму, надевайте джинсы, сокращайте речи до 10-ти минут, разбейтесь на дискуссионные группы. Делайте что угодно, но не тратьте времени на провозглашение".

Противодействие Евангелию (в первую очередь, в Британии) настолько велико, что традиционные евангельские методы находятся в большой опасности. Из-за того, что время в наши дни тяжкое, даже вполне благонамеренные и преданные братья отступили назад перед шумными требованиями внедрить современные методы евангелизации. И тем не менее, в это самое время нам надо укрепить нашу верность тем методам, которые утвердил Бог. Если метод распространения Евангелия не основан на провозглашении, это не тот метод, который Господь повелевает нам использовать. Такой метод не основан на Библии, поэтому самым высоким и мудрым долгом для служителей Божиих во все времена было и есть послушание, особенно в наш век умножающегося отступления.

Почему мы должны считать, что служение словом безнадежно устарело и не соответствует требованиям, когда оно было столь могущественным и испытанным средством в течение 20-ти веков? Почему защитники христианского рока и драмы с такой желчью отзываются о служении словом? Не потому ли, что сами они применяют непригодные методы проповеди? Не потому ли, что иногда они выявляют свои истинные вкусы мирских христиан? Не потому ли, что у них недостает веры в силу Божьего Слова при посещении Духом Святым? Или они не понимают, что привлекая толпу и преподавая ей христианство с помощью развлечений в сочетании с облегченной версией покаяния, они наполняют церкви людьми, имеющими мелкое и разбавленное исповедание веры, то самое "дерево, сено и солома", о которых Павел предупреждал домостроителей в известном тексте Писаний?

Служение словом играет решающую роль в евангелизации. Возьмем в пример Слово Божие: оно состоит из слов! В нем Сам Бог говорит к нам. И даже если в Ветхом Завете имеются символы, а также одно или два небольших сценических представления, все же слова были написаны Богом, представления - необычно короткими, поскольку предназначались ни для чего иного, как для иллюстрации к проповедям и пророчествам. В момент выхода в свет они были чрезвычайно серьезными, никак не похожими на те комедии, которые разыгрывают "симпатизирующие" толпе христианские исполнители, желающие "растопить лед" с помощью смеха. Конечно же, мы считаем нужным употребление иллюстраций в наших проповедях, а также наглядных пособий для детей, однако основным средством коммуникации является непосредственно обращенное слово, поскольку оно есть особый Божий метод познания Его благодати.

А почему бы не завести драму? Что в ней плохого? Мы уже подчеркивали, что в Новозаветном Евангельском служении нет примеров драмы, и нетрудно увидеть почему. В то время, как драма может быть весьма сильным и захватывающим средством влияния на мирских людей, она ужасающе неуместна и не соответствует тому, чтобы быть средством передачи Евангельских истин, поскольку является прежде всего развлечением и не несет в себе прямого и ясного обращения к разуму. Она, главным образом, обращена к чувствам (возбуждая их лишь на короткое время) и ассоциируется в сознании зрителя с фикцией, то есть с выдумкой. Драма привносит свой мирской дух в Евангельский труд, заволакивая туманом глаза слушающих.

Если в драме представлен какой-нибудь факт или доказательство, то он должен быть показан в искусственно выдуманной ситуации. В драме невозможно свободно сравнивать разные точки зрения или излагать существо вопроса, поскольку при попытке это сделать драма обычно становится (для многих людей) намного скучнее, чем обращенная к ним речь. В целом же драма искажает реальность. Актеры в драме вольно или невольно затушевывают главную идею представления, поскольку их личные характеристики либо привлекают, либо отталкивают зрителей. Если личность актера привлекает зрителей, они невольно располагаются и одобряют тот образ, который играет актер, и мы видим здесь не более чем тонкое манипулирование чувствами, но никак не подлинное обращение к разуму.

Драма может передавать лишь минимум правдивой информации, излагая ее в двух-трех упрощенных формулировках, и не соответствует целям Евангелия. Она всегда граничит с игрой на чувствах, с ее помощью невозможно серьезно излагать точку зрения, это не тот метод, который установил Господь. В драме нельзя обращаться к зрителям напрямую, призывать их к покаянию и ответственности перед Богом. Главная идея всякой драмы всегда лишена подлинной моральной силы. Некоторые люди ходят в кино или в театр, чтобы дать волю слезам, они испытывают влияние представления на несколько минут, может быть, даже на пару часов, но это влияние происходит на эмоциональном уровне и обычно не длится слишком долго. В Библии всякая "графика" всегда подчиняется провозглашению истины, и в этом пример для нас.

Говоря о тех сценических представлениях, в которых изображается Иисус Христос, предвечный Божий Сын, невольно напрашивается мысль, что с точки зрения всякого верующего в Библию, такое изображение невозможно сделать, не обезобразив Господа. Как еще иначе, кроме слов, можно изобразить достойный портрет Божественной Личности, характера, жизни и сердца Спасителя мира?

Некоторые могут сказать: "Да, но разве в фильме об Иисусе мало слов?" Слова в нем действительно есть, но есть также и актеры, и сценические приемы, захватывающие внимание зрителя и возбуждающие больше человеческие симпатии, чем духовное разумение. Актер замещает Господа (вероятнее всего, в нарушение Второй заповеди), и жизненно важные Евангельские истины не получают должного развития, объяснения и применения.

В противоположность этим новым альтернативным методам, давайте рассмотрим некоторые превосходные качества прямого провозглашения.

Во-первых, в прямой речи, проповеди или свидетельстве, всегда имеется ввиду присутствие и авторитет всемогущего Бога, имеющего всякую власть. Он всегда здесь, на Него делается ссылка. Для всех ясно и понятно, что это Его истина, ведь она извлечена из Его Слова. При других, несловесных методах коммуникации, верховная власть Бога в какой-то степени преумаляется, будь то в дискуссии, которая вращается и спотыкается вокруг мусорной кучи человеческих мнений, или в драме (которая есть не что иное, как развлекательная пародия для "разминки" зрителей). Только при прямом обращении с речью Бог является главной мыслью и высшей целью, а также непогрешимым источником провозглашаемой истины.

Именно по этой причине существует традиция иметь на кафедре Библию огромной величины. Наши предшественники имели большую Библию из-за принципа, чтобы слушатели могли видеть источник проповеди и стоящий за ней авторитет. В старые времена путешествующие проповедники Евангелия достигали того же результата, когда они крепко держали в руках Библию, и, указывая на нее пальцем, говорили: "Так говорит Библия! Так говорит Библия!" В любом случае, говорил ли проповедник с большой или карманной Библией в руках, Бог несомненно являлся источником, авторитетом и целью проповеди.

Во-вторых, провозглашение как ничто другое дает нам способность передавать тот дух, которым Бог вдохновляет Свое Слово. Оно может быть выражено с жаром чувств, с состраданием, с участием, с настоятельной просьбой. Драма передает и возбуждает чувства, но эти чувства происходят от игры актеров или от сценического действия, а не из Божьего сердца, полного любви к грешникам. Только непосредственная речь, произносимая от Его имени, может передавать какую-то долю этой любви. Не позволяйте никому порочить проповедь с кафедры или преподавание уроков в Воскресной школе, потому что только такого рода речь передает настроение Божьего сердца слушающим.

В-третьих, только непосредственное провозглашение дает возможность свободно употреблять мыслительные способности. Мы знаем, что говорящий может рассказывать жалобные истории, и тон его голоса может колебаться от дрожащих оттенков до громогласных взрывов, раздражая чувства слушающих. Однако если избегать излишних истерических трюков, то прямая речь, обращенная непосредственно к органу мышления, хотя и грешному, но способному анализировать, может пробуждать и убеждать его. При этом слушающий не находится под влиянием внешних возбудителей. Он не загипнотизирован дурманящим ритмом рок-музыки, он не вошел в состояние эмоционального транса под каким-либо плотским влиянием. Он слышит понятные слова, и его разум (с человеческой точки зрения) не подвержен никакому насилию. Он слышит ясную весть, выраженную с чувством, но без манипулирования чувствами, и по мере того, как действует Дух Святой, он может искренне откликаться на услышанное. Если же он отвергнет эту ясную весть, то Бог поступит справедливо, если привлечет его к ответственности.

В-четвертых, провозглашение дает возможность употреблять действительно правильный для данного вида коммуникации тон голоса. Проповедь - вещь серьезная. Она затрагивает вопросы жизни или смерти. Она говорит о вечности. Как ничто другое, проповедь может быть произнесена в правильном тоне. Непосредственное провозглашение, даже если в нем встречается временами юмор, все же больше внушает благоговение перед Богом и серьезность. Мы уже говорили, что драма ассоциируется с развлечением, поэтому не может исполняться в должном тоне.

С помощью драмы присутствующие с самого начала перемещаются в нереальный мир. При звуках развлекательной музыки слушатель становится "заказчиком", а певцы и музыканты - артистами, работа которых - развлекать публику. Если говорить о дискуссионных группах, то в них каждому участнику заведомо ложно дается право определять, что есть Истина, поскольку они собираются для того, чтобы учить друг друга и вместе решать, что есть Истина. Они сами являются источником Истины. Они сами являются самыми важными личностями. А где же в таком случае взять нужное смирение, чтобы слушать Евангелие и прочувствовать всю серьезность личного отношения к Истине? Только провозглашение обладает способностью обеспечить подобные чувства.

В-пятых (это продолжение предыдущего пункта), ничто другое не имеет такой силы убеждения, как непосредственное провозглашение. Это та весть, в которой затрагиваются великие вопросы души. В ней говорится о праведном Божьем суде и о реальной возможности избежать суда через Его чудесную любовь и удивительное прощение. В ней говорится о великой вине и глубокой нужде. Прямое провозглашение, при благословении Духа Святого, является уникальным инструментом для привлечения и убеждения душ. Развлекательная методика современных евангелизационных мероприятий вряд ли может дать что-либо подобное для слушателей. Такие развлечения заканчиваются харизматическими трюками, такими, как "сражение духом", вызываемое вульгарным массовым гипнозом, чем подменяется подлинное завоевание сердец слушателей.

Служение провозгласителя

Павел дважды говорит о том, что он поставлен проповедником, употребляя греческое слово, которое переводится, как глашатай.9 Это поможет нам определить, насколько мы вправе вводить новшества в проповедь Евангелия. Качества вестника Библейских времен имеют для нас большое значение. Придворный глашатай в древнем мире не имел права ничего делать по собственной инициативе. Он должен был строго придерживаться данного ему текста. Глашатаев часто посылали в качестве дипломатических представителей во вражескую столицу или стан, однако они не вели переговоры. Они должны были изложить порученное послание и вернуться с ответом. Павел употребляет слово "глашатай", потому что круг обязанностей глашатая прекрасно отражает суть весьма почетного, однако строго ограниченного обязанностями служения христианского проповедника, призванного разрабатывать новые методы коммуникации для каждого века, однако так, чтобы уважать и использовать те методы, которые установлены в Новом Завете.

Слово вестник описывает также городского глашатая, который объявлял порученные ему известия. Он не имел права вносить изменения в текст или дату известия. Подобно этому мы не имеем права изменять Евангельскую весть и Евангельские методы. Мы должны трудиться в предписанных для нас рамках, что забывается в наши дни. Наша энергия и инициатива должны употребляться для того, чтобы приводить людей на собрание и детей - в воскресную школу слушать провозглашение, а не замещать его развлечением.

Павел говорит, что он проповедовал Евангелие "не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова" (1-е Коринфянам 1:17). Безусловно, он имел в виду то, что он не смешивал проповедь Евангелия с мирской мудростью, не употреблял греческую философию, чтобы угождать слуху интеллектуалов, пытаясь сделать свою проповедь более привлекательной. Он не смешивал свою весть с тем, что им хотелось бы услышать. В свете сказанного, немыслимо себе представить, чтобы апостол Павел, будь он жив в наши дни, мог сказать: "Провозглашение Евангелия не пользуется популярностью, поэтому я смешаю его не с греческой философией, а с рок-музыкой, которая привлекает людей. А потом я сокращу проповедь, чтобы дать больше места драме, поскольку люди не желают слышать ни о чем серьезном".

И греческая философия, и звуки барабана - все это абсолютно одно и то же: смешение и перепутывание Евангельской вести с тем, что предпочитает погибшее мирское общество ради того, чтобы избежать "соблазна креста". Именно это Павел осуждает со всей решительностью.

Провозглашая Крест Христов, мы становимся перед необходимостью выполнить сразу несколько задач. Мы должны объяснить необходимость Креста, святость Божию, грехопадение человека, личность Христа и то, что на самом деле произошло на этом Кресте. Мы должны также показать пустоту и бессмысленность жизни без Бога, преимущества спасения, исключительную ценность заслуг Креста и трагедию вечной погибели. И только слова могут должным образом довести все это до разума людей, только словами можно описать все необходимые подробности и призвать к соответствующим действиям в такой форме, которую может употребить Святой Дух. Только с помощью слов можно информировать, убеждать и призывать людей веско, решительно и неотразимо. Только слова, на основании Библии, могут быть употреблены, как Божий инструмент для спасения душ. Эта благородная работа не может быть выполнена ни с помощью развлекательной музыки, ни с помощью драмы, поскольку они предназначены для служения искусству.

Мы обращаемся к проповедникам и церковным лидерам с призывом не поддаваться экспериментам с новыми средствами коммуникации. Будем помнить, что те, кто начал эти эксперименты, имели слабые понятия о сущности обращения и о христианской жизни, и во многих отношениях это были люди мирские. Такие "евангелисты" призывают всего лишь к умеренно подчищенному образу жизни. То, что они обещают, является современным многобожием: Бог и маммона, Христос и мир. Они сумели доказать, что такого рода религия весьма популярна. Именно эти люди придумали множество новых, не основанных на провозглашении, трюков и методов. Не подумайте, что мы говорим здесь общие слова. Общее направление развития общества наших дней характеризуется сознательным отступлением от христианства, которое призывает людей оставить грех и мир, пережив коренное, совершаемое Святым Духом обращение. Истинные христианские работники не должны становиться частью системы, придуманной сомнительными работниками.

Когда люди говорят в наш адрес: "Вы всего-навсего консерваторы, крепко держащиеся за прошлое, вам хотелось бы, чтобы все делалось в духе девятнадцатого века", - они нас просто не понимают. Мы желаем употреблять прямое провозглашение только потому, что Бог велит нам делать так. Говорим ли мы о преподавании в воскресной школе, о личном свидетельстве, о проповеди с кафедры, о печатных трактатах и книгах, - Библейский путь заключается в передаче Евангелия мылящему разуму с помощью осмысленных слов, подкрепленных усердной молитвой.

Впервые мы встретились с широкомасштабной подменой проповеди в конце 60-х, когда Кэмпус Крусэйд начал распространять свои "Четыре духовных закона". Бесспорно, многие сотрудники Кэмпуса были людьми богобоязненными, и их личные старания проповедовать Евангелие были гораздо более высокого качества, чем их трактат. Распространяемый же ими трактат далеко не соответствовал сущности Евангельской вести. На проводимых ими евангелизационных кампаниях большие оркестры играли развлекательную музыку, чередовавшуюся с показными свидетельствами и сверхкороткими проповедями, демонстрировавшими трагическую нехватку Евангельского призыва. Читатели могут припомнить большие плакаты со словами: "У Бога есть чудесный план для твоей жизни". Бог расточает улыбки и полон готовности благословить всех, но, как можно судить по духу трактата, этому мешает одна небольшая проблема. Поэтому, чтобы получить благословение, надо убрать эту мелочь с дороги. К счастью, это возможно сделать с помощью всего лишь одной короткой фразы, и затем можно переходить к следующему, более приятному, шагу.

Мы, конечно, пародируем формулу спасения, предложенную Кэмпусом, но она действительно преуменьшает суть поднимаемых вопросов, не имея подлинной убедительной силы. Точно по такой же схеме действует и большинство тех, кто пропагандирует драму и развлечения в качестве альтернативы прямому призыву через проповедь. Они просто не желают употреблять в дело истинную Евангельскую весть с ее убедительным характером и силой.

Говоря о превосходстве метода провозглашения, мы не утверждаем, что данный метод сам по себе имеет действующую силу: такую силу имеет Дух Святой. Тот факт, что мы проповедуем, сам по себе не гарантирует благословения, и апостол ясно утверждает это словами: "Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть" (1 Кор. 1:18). Бессчетное множество людей реагируют на проповедь с насмешкой. Они понимают сказанное, но считают насмешкой и глупостью, что все это предлагается им. Они говорят сами себе: "Я не считаю себя погибшим грешником. Если я обращусь к Спасителю, мне придется оставить право управлять собственной жизнью и делать то, что мне нравится. Мне надо будет приспосабливаться к новым стандартам и прекратить заниматься многим из того, чему я предан и в чем нахожу удовольствие. Смешно предлагать мне, чтобы я согласился с этим".

Если подсластить эту пилюлю и замаскировать истину с помощью развлечений, она от этого не сделается более приемлемой, но будет лишь менее понятной. Люди услышат видоизмененное, ослабленное Евангелие, и у них не появится должного отклика. Но если люди будут слушать истинное Евангелие, сказанное привлекательно, но ясно, то Бог будет совершать свою обличительную работу в их сердцах.

Давайте же сосредоточим все наши силы на Библейских формах провозглашения и мероприятиях, которые привлекут людей под Божье влияние. Существует только два законных аспекта проповеди Евангелия: провозглашение и то, что ему содействует.

Феномен роста церквей

За последние 30 лет волна книг об умножении церквей буквально захлестнула евангельский мир и изменила его до неузнаваемости. Методы евангелизации, требующие затрат времени, стали считаться старомодными и ненужными, и им взамен широко открылись двери для новых методов. Как мы уже говорили, традиционные методы основаны на провозглашении. В них употребляются осмысленные слова, обращенные к разуму, - не драма, не современная музыка, но простые слова - такие же, какие употребляли Спаситель и апостолы. В данной главе мы рассмотрим старые методы провозглашения, но сначала сделаем общий обзор множества книг, призывающих к оставлению старых методов.

Большая часть трудов по росту церквей на удивление схожа между собой. В них зачастую взаимно заимствуются те или другие методы и пропагандируются одинаковые идеи и планы. Похоже, что большинство их авторов - хотя, безусловно, не все - изучают методы евангелизации так, словно это основы бизнеса. Некоторые из них говорят: "Мы должны не просто провозглашать Слово Божие, но также изучать современную культуру, социальные и этнические факторы, для того чтобы найти способы преодолеть пропасть, лежащую между церковью и теми, кто вне ее. И только тогда, когда мы научимся успешно преодолевать эту пропасть, - говорят они, - мы сможем стать хорошими евангелистами".

Однако мы должны относиться весьма осторожно к этой груде книг о росте церквей, потому что многие из них основаны на недуховных предпосылках. Так, например, для них характерна склонность к рационалистическому (основанному на выводах разума) подходу, который умаляет работу Духа Святого при обращении. Они считают, что люди будут "принимать решение в пользу Христа" в зависимости от того, насколько удачен метод евангелизации. Иными словами, они основываются на том, что люди принимают Евангелие больше по рациональным, чем по духовным соображениям. Поэтому они обращают главное внимание на то, чтобы сделать Евангелие как можно более разумно объяснимым и приемлемым для людей, причем часто это делается в ущерб сути Евангелия. Говоря их же языком, они пытаются найти способы преодоления пропасти между Богом и миром, а также обнаружить те точки соприкосновения, на которых данная группа или культура может быть наиболее восприимчива к религиозному влиянию.

Однако если христианские работники начинают верить, что количество обращений прямо зависит от усвоенных ими методов или приемов, то они в скором времени станут употреблять любой метод, который покажется эффективным, независимо от соответствия требованиям Писаний. Тут уже правилом становится изобретательность и находчивость, и, таким образом, цель оправдывает средства.

Библейский взгляд основан на предпосылке, что спасение является делом Духа Божьего, и методы евангелизации должны быть благоугодны Ему. Никакой грешник не сдвинется с места, никакое сердце не будет затронуто, никакой ищущий не откликнется на призыв, если не будет действовать Дух Святой. Поэтому, если мы действительно желаем быть в Божьем употреблении, нам надо позаботиться, чтобы употребляемые нами методы мог признать и использовать Бог.

Большая часть авторов книг по росту церквей готовы больше подражать другим, чем придерживаться определенных принципов. Они смотрят на те части земного шара, где происходит рост церквей, затем анализируют причины роста и приходят к выводу, что надо повторить то же самое у себя дома.

Другая отличительная особенность современных книг по росту церквей та, что их авторы в буквальном смысле являются модернистами. Пытаясь обосновать свои взгляды на истории евангелизации, они редко углубляются дальше второй половины 20-го столетия. В поисках эффективных методов, они не проявляют абсолютно никакого интереса к евангелизационным движениям 17-го, 18-го и 19-го веков, и очень жаль. Ведь если бы они заглянули вглубь этих столетий, то обнаружили бы полное отличие старых методов евангелизации от тех, которые они сами употребляют, потому что старые методы приносили намного более обильные и долговременные результаты.

Большинство авторов этих книг имеют еще одно общее качество: у них весьма расплывчатое понятие о сущности обращения. Их взгляды по этому вопросу настолько широки и всеобъемлющи, что едва ли не любое "решение в пользу Христа" воспринимается как подлинное рождение свыше. Некоторые из них принимают за истинно обращенных даже людей, имеющих весьма сомнительные понятия о евангельском вероучении. Соответственно, они считают достойными подражания и одобрения церкви с крайне поверхностным богословием. Те люди, у которых нет ни тени желания оставить мирскую жизнь, считаются плодом успешного выполнения программы по росту церквей. Вдобавок к этому, многие знаменитости, которые, насколько нам известно, категорически отвергают традиционное истолкование Евангельских истин, приветствуются как истинно обращенные.

Авторы книг по росту церквей удивительно согласуются между собой по духу в поддержке харизматического движения, парацерковной деятельности, развлекательных мероприятий и программ "социального Евангелия", поскольку все это они считают идеальными предпосылками церковного роста. Похоже, что вопрос о том, насколько эти методы согласуются с Библией, их вообще не волнует. Важнее всего, по их мнению, видимый результат. Кажется, что, по их понятиям, для Бога важнее не качество, а количество, и что Он, вместе с ними, озабочен больше числом обращенных, чем преображением жизни, святостью и духовной глубиной. Они считают, что Господь хочет видеть быстрый и наглядный результат который необходимо практиковать повсеместно.

Озабоченность этих авторов быстротой и размером результатов, приводит многих из них к тому, что они прекращают евангелизационную работу воскресной школы, считая ее устарелой и ничтожной, если сравнивать соотношение затрат и результатов. Они мало заинтересованы в том, чтобы закладывать духовные основы для будущего поколения, предпочитая те методы работы, которые быстро приносят плоды.

Одна из их идей основана на предпосылке, что люди наиболее открыты для духовной работы, если она ведется в той группе интереса, к которой они принадлежат. Они говорят, что евангелизацию надо проводить в рамках таких групп, как престарелые, семейные, студенческие и т.п. Надо иметь в виду, что эти "миссиологи" ведут речь не просто о том, как охватить людей евангельской работой, но как увеличить их приток в церковь, потому что ими якобы легче манипулировать, когда они находятся в определенной среде. Они озабочены вопросом: "В каком состоянии или в какой среде люди лучше всего поддаются убеждению?"

Рационалистическая подоплека этих рассуждений красноречиво выражена в одной из наиболее популярных книг по росту церквей: "Евангелизация будет эффективна в зависимости от того, насколько она основана на установлении и развитии связей в группах по интересам". Но зададим себе вопрос, есть ли что-либо хотя бы отдаленно похожее в Библии? Тем не менее, теория "связей по интересам" является основой всей евангелизационной работы в различных обособленных группах и прослойках населения. Считается, что люди, принадлежащие к одной и той же прослойке, смогут установить более теплые взаимоотношения, и таким образом возрастет их предрасположенность к принятию Евангелия. Слушая такие рассуждения, можно только удивляться, как мог Господь избрать еврейского ученого, чтобы он был апостолом среди язычников.

Нет сомнения в том, что некоторые особые группы, такие, как дети и молодежь, представляют особую важность для евангелизационной работы, однако манипуляция людьми по признаку принадлежности к той или иной группе не является новозаветным методом проповеди Евангелия.

Еще один подход, рекомендуемый в книгах по умножению церквей, выражается афоризмом: "Найди рану и исцели ее". Этот подход, спекулирующий на человеческих нуждах, основан на мысли, что люди более восприимчивы к религиозным убеждениям, если заодно удовлетворяются и их земные нужды. Как применить этот подход на практике для роста церкви? Вот их ответ: Мы видим, как болезненно многие люди переживают процесс развода, и организовываем группу для разведенных, чтобы посочувствовать их горю. Это расположит их к принятию нашей проповеди. Далее мы определяем другие сферы, где есть серьезные проблемы, такие, как наркомания, гомосексуализм, одиночество, и организуем в церкви соответствующие группы для работы с людьми, страдающими от этих проблем. Когда мы будем помогать этим людям, они привяжутся к нам, станут нам благодарны и даже зависимы от нас. В таком состоянии они будут готовы принять весть Евангелия (точнее, ее разбавленную версию, придуманную идеологами роста церквей).

Как мы уже говорили, все вышесказанное с головой выдает их рационалистическое мышление. Авторы книг по росту церквей не обращают практически никакого внимания на учение Библии о том, что человек делает грех сознательно, что его сердце ожесточено, и единственной спасающей силой является Дух Святой, действующий через проповедуемое Слово.

"Да, но мы просто вынуждены пользоваться этими методами, - протестуют авторы книг, - иначе наша проповедь никого не затронет". На это мы отвечаем, что этот подход основан не только на самонадеянности, но также и на неверии. Человеческая ловкость, манипулирование и трюкачество ни в коем случае не должны замещать непосредственное, убедительное, сочувственное и в то же время призывающее и обличающее провозглашение Евангельской вести. Мы не должны вести себя так, словно Бог не может открыть сердца и склонить волю людей Духом Святым через Евангельскую весть в ясном и простом изложении.

Одним из наиболее частых доводов в пользу сторонников современного роста церквей является вопрос об эффективности евангелизации среди бедных слоев населения. Они заявляют, что до сих пор евангельские церкви не имели особого успеха в проповеди Евангелия среди бедноты, и на этом заявлении строят много теорий об уникальных нуждах этой "социально-экономической прослойки". Некоторые из идеологов современного роста церквей настаивают на том, что проповедь, посещение на дому, воскресная школа, раздача трактатов и личное свидетельство для бедняков бесполезны. Для них надо найти другую дорогу к сердцу - такую, которую невозможно найти ни в Писаниях, ни во всей предыдущей практике Христовых церквей.

Интересно, что в одной из книг утверждается, что проповедники Евангелия еще ни разу, за исключением времен Методистского пробуждения, не имели успеха в евангелизации "рабочего класса". Cтоль существенное исключение, конечно же, может опровергнуть само утверждение. Когда Витфилд, Весли и другие проповедовали Евангелие в Англии, даже самые бедные люди воскресали от духовной смерти и находили жизнь во Христе. Но надо сказать, что бедные слои населения отзывались на проповедь Евангелия не только во времена Методистского пробуждения. Так, Виклиф и его "нищие проповедники" были употреблены Богом точно так же могущественно во времена, предшествовавшие Реформации. А затем проповедники эпохи Реформации обратили ко Христу миллионы людей из простого сословия. То же самое повторилось во времена пуритан и в золотой век баптистских и независимых церквей (индепендентов). Кто бы мог подумать, что те люди, которые составляли церкви презренных баптистов и индепендентов, процветавших в Англии в 17 и 18 веке, когда-нибудь будут считаться "не принадлежащими к рабочему классу"!

А из какого сословия, по мнению авторов этих книг, происходил покаявшийся сапожник Вильям Карей, этот гигант среди первых миссионеров? Разве, по их мнению, он был выходцем из среднего класса? А что они скажут о Сперджене с его огромной церковью, куда, главным образом, собирались люди из рабочих районов Уолворта, считавшегося нищим районом Лондона? Близкое знакомство с церковным списком Метрополитен Табернакл показывает, что эту церковь составляли большей частью люди из рабочего класса. Утверждение, что Евангелие не достигало людей из рабочего класса, явно не имеет исторического обоснования.

Интересно заметить, что когда люди из беднейших слоев обращаются ко Христу, они стремятся "подняться" к положению среднего класса, и по этой причине "миссиологи", проповедующие социальное Евангелие, их просто не замечают.

Мы будем совершенно не правы, если сочтем какой-нибудь социальный слой населения недостижимым для проповеди или свидетельства. Факты истории не подтверждают мнения, что тот или другой класс людей требуют особого, только для них применимого подхода. Евангелие одинаково трудно проповедовать во всех классах, однако, когда начинает действовать сила Духа Святого, люди из любых классов становятся в равной степени способными принять Евангелие.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.