Сделай Сам Свою Работу на 5

Первичность сознания как высшей формы информации.

Проследив развитие понятия информации начиная с 20-х годов нашего века, мы увидели, что главные приложения этого понятия – технические. В социально-психологической сфере и в философии термин «информация» практически не использовался. Например, в словарях по психологии вовсе отсутствовало это ключевое слово, и только в 1998 году появляется, наконец, наша статья об информации в «Кратком энциклопедическом словаре». Термин «сознание» в психологической литературе относили только к человеку и его психике...

Разрабатывая в предыдущих главах философские аспекты номогенеза, нам удалось замкнуть IEV-модель, введя наряду с точкой (областью) альфа-сингулярности условную конечную область или точку омега-сингулярности. Обе точки как бы определяют условное начало и конец витка развития в номогенезе Универсума. Получилась замкнутая IEV-петля, не имеющая в пространстве витальности ни явного начала, ни явного конца: имеем как бы сдвоенную область сингулярности альфа – омега (рис. 7.1). Можно представить, что плоскость IEV свертывается в некую цилиндрическую поверхность, где обе области альфа – омега, начальная и конечная, как бы смыкаются, и процесс творения путем номогенеза протекает постоянно.

Такая интерпретация номогенеза как многоциклового процесса развития делает бессмысленным сам вопрос о первичности материи или сознания. Можно лишь еще раз, как в XVII веке Спиноза, сказать, что телесное и психическое в своей эволюции неотделимы.

Локальность и нелокальность сознания согласно теореме Белла. В основе всей современной физики лежит принцип локальности, который можно сформулировать, например, так: одна и та же частица не может одновременно находиться в двух разных областях геометрического пространства. Но вот что удивительно: Ньютон, создавший классическую механику, считал, что в пространстве все взаимодействия передаются мгновенно, с бесконечно большой скоростью. Именно это и заставило Эйнштейна разработать специальную теорию относительности. Постулировав, что существует предельная скорость распространения всех взаимодействий, равная с, Эйнштейн создал локальную физическую теорию. То есть такую теорию, выводы которой строго подтверждаются измерениями, но недоступны для образного восприятия, составляющего приятную особенность умозрительной механики Ньютона.



Почти одновременно с теорией относительности появилась и квантовая механика. Она потребовалась для описания экспериментов, которые трудно было объяс-

нить с позиций классической физики. Оказалось, что в квантовой механике, как впрочем и в классической, возможны нарушения принципа локальности.

Согласно квантово-механическим представлениям, электрон в атоме водорода как бы размазан по малой, но конечной области пространства. Это значит, что вопреки принципу локальности электрон может находиться и «тут» и «там». В частности, можно предположить, что он будто бы движется с бесконечно большой скоростью. Здесь как бы нарушается постулат специальной теории относительности о существовании предела скорости, равного с.

Первым это противоречие заметил сам Эйнштейн. В 1935 году вместе со своими сотрудниками Подольским и Розеном он опубликовал статью, где сформулировал знаменитый парадокс, получивший сокращенное название ЭПР-парадокса.

Квантовая механика утверждает, что мы в принципе не можем точно определить координату частицы, не повлияв на ее импульс, или измерить импульс, не изменив координату. Это – соотношение неопределенностей, сформулированное Вернером фон Гейзенбергом. Неприятие такого объяснения физического смысла квантовой механики Эйнштейн выразил в своем известном изречении «Бог не играет в кости...».

В 1965 году проблема квантовой нелокальности вновь стала предметом оживленных научных споров, не прекращающихся до сих пор. Ирландский физик Дж. Белл сформулировал теорему, почти сразу ставшую знаменитой и получившую его имя. Поскольку в нашей стране теорема Белла считалась идеалистической, она была мало кому известна, и первый обзор о ней появился в журнале «Успехи физических наук» в 1984 году. Из теоремы Белла следовало, что всякая теория, выводы которой подтверждаются физическими экспериментами, не может быть одновременно локальной и детерминистской или нелокальной и вероятностной. Возможны лишь два сочетания: локальности с вероятностным описанием и нелокальности с детерминизмом.

Но а как же быть с сознанием, локально оно или не локально? Обычно наши мысли непроизвольно перескакивают с той или иной скоростью с одного предмета на другой. При этом как бы рождается чувство времени, совершенно необходимое для построения логических умозаключений.

В состоянии медитации (в него порой впадают и ученые, которые все время упорно возвращаются к одной и той же мысли) сознание человека делокализуется, и истина постигается путем озарения. Но если сознание не локально, то оно характеризуется еще и индетерминизмом: ведь не можем же мы следить за ходом собственных мыслей, не внося в них никаких искажений. В то же время «ощущение» нелокальности сознания может быть связано с тем, что скорость распространения информации превышает скорость света. В обоих случаях получается, что сознание человека работает как бы вопреки теореме Белла, вопреки законам экспериментальной физики, не допускающим сочетания индетерминизма с нелокальностью!

В отличие от самого совершенного физического прибора человек способен мысленно конструировать явления природы, создавать умозрительные модели окружающего мира и, в конечном счете, осознавать свое «я».

IEV-модель номогенеза



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.