Сделай Сам Свою Работу на 5

Хорошо, что у меня крепкий желудок 21 глава

Если бы мы с Эдвардом бежали вместе с ней, то ей бы не были нужны эти документы. Я была уверена, что Эдвард и сам знал, как получить на руки фальшивые свидетельства, или сделать их, и я была уверена, что он знал, как можно убежать и без них. Мы могли убежать с ней на тысячи миль. Мы могли пересечь с ней океан.

Если бы мы были рядом и могли спасти ее.

И вся эта секретность, чтобы ничего не попало в разум Эдварда. Потому что была большая вероятность, что, если Эдварду все станет известно, об этом сможет узнать Аро. Если мы проиграем, Аро естественно получит нужную ему информацию, перед тем, как убить Эдварда.

Все будет так, как я и ожидаю. Мы не можем выиграть. Но мы должны постараться убить Дмитрия перед тем, как проиграть, позволив Ренэсми убежать.

Мое спокойное сердце казалось большим камнем в груди – раздробленной массой. Все мои надежды поблекли, подобно туману в солнечный день. Я чувствовала пощипывания в глазах.

Кому я это доверю? Чарли? Но он был таким беззащитным человеком. Да и как я приведу Ренэсми к нему? Он не собирался идти куда-либо, где рядом могла бы произойти битва. Так что один человек отпадает. Но никого другого не было.

Я думала об этом так быстро, что Джей и не заметил моей паузы.

- Два свидетельства о рождении, два паспорта, водительские права, - я сказала невысоким напряженным тоном.

Если он и обратил внимание на то, что мой голос изменился, то не подал виду.

- Имена?

- Джейкоб… Вольф. И… Ванесса Вольф. - Несси кажется нормальным сокращением имени Ванесса. А Джейкоб за Вольфа[3] определенно даст мне пинка.

Его ручка быстро царапала в блокноте.

- Вторые имена?

- Просто напишите что-нибудь неброское.

- Как хотите. Возраст?

- 27 мужчине, 5 девочке. - Для Джейкоба сойдет. Он был внушающих размеров. И примерно так выглядит Ренэсми, я лучше завышу возраст. Он может быть ее отчимом…

- Мне понадобятся фотографии, если вы хотите полностью оформленные документы, - сказал Джей, отрывая меня от раздумий. - Мистер Джаспер обычно предпочитает заканчивать их сам.



По крайней мере, это объясняет, почему Джей не знает, как выглядит Элис.

- Секундочку, - сказала я.

Мне повезло. У меня было несколько семейных фотографий в бумажнике, и одна из них просто идеальная – Джейкоб держит Ренэсми сидя на передних ступеньках крыльца – сделанная всего месяц тому назад. Элис дала мне эту фотографию недавно. Ох. А быть может это, и не было удачей, учитывая все. Элис знала, что у меня есть эта фотография. Быть может, у нее даже было слабое видение о том, что она понадобится мне, еще до того, как отдать.

- Вот, держите.

Джей рассматривал фотографии некоторое время.

- Дочь очень похожа на вас.

Я напряглась.

- Она больше похожа на отца.

- И этот мужчина - не он. - Джей дотронулся до лица Джейкоба.

Мои глаза сузились, и на блестящей голове Джея вновь появились капельки пота.

- Нет. Это очень близкий друг семьи.

- Простите, - пробормотал он, и ручка вновь начала скрипеть. - Как скоро вам понадобятся документы?

- Я смогу их получить через неделю?

- Это срочный заказ. Так что будет стоить в два раза дороже, но простите. Я забыл, с кем разговариваю.

Очевидно, что он знал Джаспера.

- Просто назовите цифру.

Он не решался сказать это вслух, хотя я была уверена, что, заключая сделки с Джаспером, он должен был понять, что цена не имеет значения. Даже если не учитывать раздутые счета, которые существовали у Калленов под различными именами по всему миру, в их доме было спрятано достаточно наличных чтобы продержать на плаву небольшую страну десять лет; это напомнило мне сотни рыболовных крючков в глубине каждого ящика в доме Чарли. Я сомневалась, что кто-нибудь даже заметит ту небольшую часть, которую я взяла сегодня, подготавливаясь.

Джей написал цену внизу листа.

Я спокойно кивнула. У меня с собой было больше денег. Я вновь расстегнула сумку и отсчитала нужную сумму – деньги были у меня скреплены по пять тысяч, так что это не заняло много времени.

- Держите.

- О, Белла, вам необязательно платить всю сумму сейчас. Обычно для безопасности дают только половину суммы, а остальную часть, после получения документов.

Я тепло улыбнулась нервничавшему мужчине.

- Но я доверяю тебе, Джей. Кроме того, я дам тебе бонус, а когда получу документы – ты получишь еще один такой же.

- Этого не нужно. Я уверяю Вас.

- Не волнуйся на счет этого. - Не то, что я могла забрать их с собой. - Так что встретимся здесь на следующей неделе в это же время?

Он посмотрел на меня страдальческим взглядом.

- Вообще-то, я предпочитаю проводить подобного рода сделки в местах, не связанных с моими другими делами.

 

- Конечно. Я уверена, что не поступлю так, как вы ожидаете.

 

- Я привык ожидать что угодно, когда речь заходит о семействе Калленов. - Он состроил гримасу, а затем его лицо быстро стало прежним. - Встретимся в восемь часов через неделю в Пасифико? Это на Объединенном Озере, и еда там изысканная.

 

- Идеально. - Не то чтобы я собралась есть пообедать вместе с ним. Вряд ли ему понравилось, если бы я согласилась.

Я поднялась и еще раз пожала ему руку. На этот раз он не вздрогнул. Но казалось, что его волнует теперь кое-что другое. Его рот был сжат, спина - напряженна.

- У вас могут быть проблемы со сроками? - спросила я.

- Что? - Он посмотрел наверх, растерявшись из-за моего вопроса. - Со сроками? О, нет. Не беспокойтесь за это. Ваши документы будут обязательно готовы к нужному времени.

Было бы славно, если Эдвард был здесь, тогда я точно узнала, по поводу чего беспокоился Джей. Я вздохнула. Держать секреты от Эдварда плохо; быть далеко от него еще хуже.

- Ну, встретимся тогда на следующей неделе.

 

Глава тридцать четвертая

Объявление

 

Я услышала музыку, прежде чем вышла из машины. Эдвард не прикасался к роялю с того времени, как ушла Элис. Когда я хлопнула дверцей, то услышала, что мелодия изменилась и после связки[4], превратилась в мою колыбельную. Эдвард приветствовал меня дома.

Я двигалась медленно, поскольку мне нужно было взять спящую Ренесми из машины – мы отсутствовали весь день. Мы оставили Джейкоба у Чарли – он сказал, что собирается поехать домой вместе со Сью. Я спрашивала себя, пытается ли он таким образом наполнить свою голову достаточным количеством пустяков, способных спрятать воспоминание о том, как выглядело мое лицо, когда я проходила через дверь в доме Чарли.

Пока я медленно шла к дому Каленов, я чувствовала, что надежда и воодушевление, которые почти видимой аурой окутывали большой белый дом, были и во мне сегодня утром. Сейчас эти чувства были мне чужды.

Мне снова захотелось плакать, когда я услышала, что Эдвард играет для меня. Но я взяла себя в руки. Я не хотела, чтобы он что-то заподозрил. Я сделаю все, чтобы не оставить никаких зацепок для Аро в его мыслях.

Эдвард повернул свою голову и улыбнулся, когда я вошла в дверь, но продолжил играть.

- Добро пожаловать домой, - сказал он, словно бы это был самый обычный день. Как будто бы в комнате не было дюжины других вампиров, вовлеченных в различные занятия, и еще дюжина не находилась где-то рядом.

- Хорошо провели время с Чарли сегодня?

- Да. Извини, что отсутствовали так долго. Я останавливалась сделать небольшой рождественский шоппинг для Ренесми. Я знаю, большого праздника не будет, но…- я пожала плечами.

Уголки губ Эдварда опустились. Он перестал играть и повернулся на стуле таким образом, чтобы быть прямо напротив меня. Он положил одну руку на мою талию и притянул меня ближе.

- Я не думал об этом. Если ты хочешь устроить вечеринку…

- Нет, - я прервала его, внутренне содрогаясь идее попытаться изобразить больше энтузиазма, чем я была на то способна.

- Я просто не хочу, чтобы Рождество прошло без какого-нибудь подарка для нее.

- Я могу взглянуть?

- Если хочешь. Это просто мелочь.

Ренесми спала, тихо сопя рядом с моей шеей. Я завидовала ей. Это было бы хорошо, сбежать от действительности, пусть даже всего на несколько часов.

Осторожно я вытащила маленький бархатный мешочек из моей сумки, не открывая ее полностью, чтобы Эдвард не смог увидеть наличность, которая все еще была там.

- Это попалось мне на глаза в витрине одного антикварного магазина, когда я проезжала мимо.

Я положила маленький золотой медальон на его ладонь. Он был круглый, с тонкой вьющейся гравировкой вокруг внешнего края. Эдвард дотронулся до защелки и посмотрел внутрь. Там было место для маленькой фотографии, а на противоположной стороне – надпись на французском.

- Ты знаешь, что здесь написано? - спросил он совсем другим тоном, более мягким, чем раньше.

- Продавец сказал мне, что здесь что-то о предопределенности, которая есть нечто большее, чем собственная жизнь. Правильно?

- Да, правильно.

Он посмотрел на меня, его топазовые глаза словно испытывали меня. Я встретила его пристальный взгляд лишь на мгновение, а затем притворилась, что мое внимание привлек телевизор.

- Надеюсь, ей понравится, - пробормотала я.

- Конечно, ей понравится, - сказал он легко и небрежно, но в эту секунду я была уверена, что он знает, что я что-то скрываю. Я была также уверена, что он не имеет ни малейшего представления о том, что именно.

- Давай отнесем ее домой, - предложил он, вставая и обвивая руку вокруг моих плеч. Я медлила.

- Что такое? – спросил он строго.

- Я хотела немного попрактиковаться с Эмметтом… - Я потеряла целый день из моих тренировок, и это заставляло меня чувствовать себя отставшей.

Эмметт сидел на диване с Роуз неподалеку. Он посмотрел вверх и оскалил зубы в предвкушении.

- Превосходно. Лес стоит проредить.

Эдвард хмуро взглянул на Эмметта и затем на меня.
- Завтра будет достаточно времени для этого, - сказал он.

- Не будь смешным, - ответила я недовольно. - Больше нет такой вещи как «достаточно времени». Этого понятия не существует. Мне еще нужно многому научиться и …

Он резко прервал меня.

- Завтра.

И выражение его лица при этом было таким, что даже Эмметт не стал спорить.

Я была удивлена, как трудно было вернуться к рутинным делам, которые на самом деле, были для меня в новинку. Но потеря даже той маленькой толики надежды, что я питала раньше, придавала всему оттенок обреченности.

Я попробовала сосредоточиться на положительных сторонах. Был хороший шанс, что моя дочь выживет, и Джейкоб тоже. Если у них есть будущее, то это своего рода победа, не так ли? Наша маленькая компания должна будет постоять за себя, ставя на первое место возможность побега для Джейкоба и Ренесми.

Да, стратегия Элис имела смысл, только если мы сможем навязать действительно хорошую борьбу. И, это своего рода тоже будет победой, учитывая, что Волтури не участвовали в серьезных битвах в течение тысячелетия.

Это не будет конец мира. Только конец Каленов. Конец Эдварда, конец меня.
Я предпочитаю смотреть на это именно так – особенно в отношении последней части. Я не смогу жить без Эдварда снова. Если он покинет этот мир, я покину его следом за ним.

Иногда я задавалась вопросом, есть ли что-то для нас на другой стороне. Я знала, что Эдвард не верит в это, но Карлайл ведь верит. Сама я не могла этого вообразить. Но с другой стороны, я не могла представить и того, что Эдвард не будет существовать как-нибудь, где-нибудь. Если мы сможем быть вместе в любом месте, тогда это будет счастливый конец.

Итак, череда моих дней продолжалась, только теперь все было гораздо труднее, чем раньше.

Эдвард, Ренесми, Джейкоб и я ходили проведать Чарли на Рождество. Вся стая Джейкоба была там, а так же Сэм, Эмили и Сью. Это воодушевляло - видеть их здесь, в маленьких комнатах дома Чарли. Их большие теплые тела разместились по углам вокруг редко появляющейся в этом доме украшенной елки – можно было точно увидеть, в каком месте елки Чарли стало скучно, и он бросил это занятие – и заслонил её мебелью. Всегда можно было рассчитывать на оборотней, которые с радостью предвкушают предстоящую битву, не важно какой самоубийственной она может оказаться. Их возбуждение было таким сильным, что буквально наэлектризовывало атмосферу вокруг и помогало скрыть абсолютное отсутствие энтузиазма с моей стороны. Эдвард был, как обычно, лучшим актером, нежели я.

На Ренесми был медальон, который я подарила ей на рассвете, а в кармане ее жакета лежал MP3 плеер от Эдварда – маленькая вещичка способная хранить пять тысяч песен, уже заполненная любимыми композициями Эдварда. На ее запястье была надета квилетская версия обручального кольца затейливого плетения. Эдвард скрипел зубами, глядя на этот подарок, но меня это не беспокоило.

Скоро, очень скоро, я отдам ее Джйкобу. Так как же мог беспокоить меня любой символ обязательства, от которого я так зависела?

Эдвард нашел день, чтобы заказать подарок и для Чарли. Его принесли вчера – особой вечерней доставкой – и Чарли провел все утро, изучая огромную инструкцию к новой рыбацкой звуковой системе.

Судя по тому, с каким аппетитом ели оборотни, можно было понять, что ланч приготовленный Сью был очень вкусным. Я размышляла о том, как бы нашу компанию воспринял человек со стороны? Достаточно ли хорошо мы играли свои роли? Смог бы незнакомец думать о нас, как о счастливом сборище друзей, которые наслаждаются праздником с обычным воодушевлением?

Я думаю и Эдвард и Джейкоб испытали такое же облегчение, как и я, когда пришло время уходить. Я чувствовала себя так странно, тратя энергию на человеческие хлопоты, когда было столько других, более важных дел. Мне было тяжело сконцентрироваться. Но в то же время, это был, возможно, последний раз, когда я видела Чарли. Может быть, это было даже хорошо, что я была в оцепенении и не могла осознать этого.

Я не видела маму со времени свадьбы, но я считала, что должна быть только рада этому постепенному отдалению от нее, которое началось два года назад. Она была слишком хрупка для моего мира. Я не хотела втягивать ее даже в самую малую его часть. Чарли был сильнее.

Может быть, достаточно сильный для того, чтобы попрощаться прямо сейчас, но я не смогла.

В машине было очень тихо. Снаружи, дождь превратился во что-то среднее между водой и льдом. Ренесми сидела у меня на коленях, играя с медальоном, открывая и закрывая его. Я смотрела на нее и представляла, что бы я могла сказать Джейкобу прямо сейчас, если бы мне не приходилось держать эти слова в тайне от Эдварда.

Если когда-нибудь будет достаточно безопасно снова, привези ее к Чарли. Расскажи ему всю историю. Расскажи ему, как сильно я любила его, как я не могла покинуть его, даже когда моя человеческая жизнь закончилась. Скажи ему, что он был самым лучшим отцом. Скажи ему, чтобы он передал слова любви Рене, что я надеюсь, что она будет счастлива, что все у нее будет хорошо…

Мне нужно будет отдать документы Джейкобу до того, как будет слишком поздно. Я отдам ему записку для Чарли. И письмо для Ренесми. Что-то, что она сможет прочитать, когда я уже не смогу сказать, как сильно люблю ее.

Не было ничего необычного за пределами дома Каленов пока мы подъезжали к нему, но я могла слышать некоторый шум внутри. Множество низких голосов перешептывалась и рычали. Шум не прекращался и казалось, что кто-то спорит. Я смогла выделить голоса Карлайла и Амуна, которые звучали чаще, чем другие.

Эдвард припарковал машину прямо перед домом, вместо того чтобы поехать в гараж. Мы обменялись настороженными взглядами перед тем, как вышли из автомобиля.

Джейкоб выглядел по-другому, его лицо было серьезным и осторожным. Я предположила, что он находится в раздумьях как Альфа. Очевидно, что-то случилось, и он собирался добыть информацию, которая могла понадобиться ему и Сэму.

- Алистер ушел, - пробормотал Эдвард, пока мы поднимались по лестнице.

Внутри, конфронтация была ощутима почти физически. Каждый вампир, что присоединился к нам, за исключением Алистера и трех вовлеченных в сору, стояли вдоль лестницы и наблюдали. Эсме, Кэби и Тиа располагались ближе остальных к трем вампирам в центре: посредине комнаты Амун шипел на Карлайла и Бэнджамина.

Скулы Эдварда напряглись и он быстро переместился поближе к Эсме, таща меня за собой. Я напряженно прижала Ренесми к груди.

- Амун, никто не вынуждает тебя оставаться с нами, если ты хочешь уйти, - сказал Карлал спокойно.

- Ты украл у меня половину клана, Карлайл! – взвизгнул Амун, указывая пальцем на Бэнджамина. – Поэтому ты позвал меня сюда? Отнять его у меня?

Карлайл вздохнул, а Бэнджамин закатил глаза.

- Да конечно, Карлайл выбрал борьбу с Волтури, подвергая опасности всю свою семью, только для того, чтобы я был здесь, - сказал Бэнджамин саркастически. – Будьте разумным, Амун. Я здесь для того, чтобы сделать справедливую вещь. Я не присоединяюсь ни к какому другому ковену. А вы можете поступать так, как сочтете нужным, как и сказал Карлайл.

- Ничем хорошим это не кончится, - зарычал Амун. – Алистер единственный, кто поступил разумно. Мы все должны бежать отсюда.

- Подумай, кого ты назвал разумным, - прошептала Тиа в сторонке.

- В этой резне мы все умрем!

- Никто не собирается сражаться, - сказал Карлайл уверенно.

- Это ты так говоришь!

- Если это произойдет, ты всегда сможешь сменить сторону, Амун. Я уверен, Волтури оценят твою помощь.

Амун усмехнулся.

– Возможно, это и есть ответ.

Ответ Карлайла был спокоен и искренен.

– Это не сможет изменить моего отношения к тебе, Амун. Мы друзья уже очень давно, но я никогда не стал бы просить тебя умереть за меня.

Голос Амуна стал более спокойным.

- Но ты тащишь моего Бэнджамина на дно вместе с собой.

Карлайл положил руку на плечо Амуна. Амун стряхнул ее.

- Я остаюсь, Карлайл, но это может оказаться во вред тебе. Я присоединюсь к ним, если это будет единственный путь выжить. Вы все просто дураки, если думаете, что сможете ослушаться Волтури. – Он нахмурился, затем вздохнул, посмотрел на меня и Ренесми и добавил сердитым тоном, - Я буду свидетельствовать, что этот ребенок растет. Это правда. Любой бы увидел это.

- Это все, о чем мы когда-либо просили.

Лицо Амуна исказила гримаса.

- Но это не все, что вы получаете, похоже. – Он повернулся к Бэнджамину. – Я дал тебе жизнь. Ты растрачиваешь ее.

Лицо Бэнджамина выглядело холоднее, чем я когда-либо видела. Это выражение совсем не вязалось с его мальчишескими чертами лица.

- Какая жалость, что вы не смогли подавить мою волю в процессе. Возможно, тогда вы были бы более довольны мною.

Глаза Амуна сузились. Он резко показал что-то Кеби, и они гордо прошли мимо нас по направлению к двери.

- Он не уходит, - сказал мне Эдвард спокойно. – Но теперь он будет держаться еще более обособленно. Он не обманывал, когда говорил о возможности присоединения к Волтури.

- Почему ушел Алистер? – шепотом спросила я.

- Никто точно не знает. Он не оставил записки. По его высказываниям можно было понять, что он считает, что борьба неизбежна. Несмотря на его поступок, он очень переживает за Карлайла, чтобы примкнуть к Волтури. Я предполагаю, он решил, что опасность чересчур велика. – Пожал плечами Эдвард.

Хотя беседа была только между нами двумя, конечно все могли ее слышать.

Элеазар ответил на слова Эдварда, словно они были адресованы всем.

- По тому, что он бормотал, можно было понять не только это. Мы не говорили много о Волтури, но Алистер волновался, что неважно как решительно мы сможем подтвердить вашу невиновность, Волтури не станут слушать. Он думает, что они в любом случае найдут оправдание, которое поможет достичь их целей здесь.

Вампиры беспокойно переглядывались. Идея, что Волтури могут манипулировать собственными священными законами для своей выгоды, не пользовалась популярностью. Только румыны были невозмутимы, обмениваясь ироничными полуулыбками. Они казались полностью довольны тем, как остальные старались думать только хорошее об их заклятых врагах.

Много приглушенных обсуждений началось в одно время, но я прислушивалась к разговору румын. Возможно потому, что светловолосый Владимир продолжал поглядывать в моем направлении.

- Я надеюсь, Алистер был прав в своих предположениях, - шептал Стефан Владимиру. – Неважно, какой будет результат, мир изменится. Пришло время, чтобы наш мир увидел, чем стали Волтури. Они никогда не потеряют власть, если каждый будет верить в эту ерунду о них и о том, что они защищают наш жизненный уклад.

- Когда мы правили, мы хотя бы были честны в том, чем являемся, - ответил Владимир.

Стефан кивнул.

- Мы никогда не надевали белые шляпы и не называли себя святыми.

- Я думаю, настало время для сражения, - сказал Владимир. – Можешь ли ты представить, большую силу, которая сможет выступить когда-либо? Другой шанс, настолько же хороший?

- Все возможно. Может быть однажды…

- Мы ждали уже пятнадцать сотен лет, Стефан. И они становятся только сильнее с годами.

Владимир сделал паузу и посмотрел на меня снова. И он не подал виду, что удивлен, когда заметил, что я тоже наблюдаю за ним.

- Если Волтури выиграют это сражение, они уйдут отсюда еще более могущественными, чем пришли. Каждое завоевание добавит им силы. Подумай, что только младенец может дать им, – он резко поднял подбородок, указывая на меня. – И она до конца еще не раскрыла свои способности. И повелитель стихий. – Владимир кивнул в направлении Бэнджамина, который тут же напрягся. Подобно мне, сейчас практически каждый прислушивался к разговору румын. - С их ведьминскими близнецами у них нет надобности в иллюзионисте или огненном прикосновении. – Его глаза переместились на Зафрину, затем на Кейт.

Стефан посмотрел на Эдварда.

- Но читатель мыслей им точно необходим. Но я понимаю, что ты имеешь в виду. Действительно, они извлекут огромную пользу, если выиграют.

- Большую пользу, чем мы можем позволить им извлечь, не правда ли?

Стефан вздохнул.

- Я думаю, что вынужден согласиться. И это значит…

- Что мы должны противостоять им, пока еще есть надежда.

- Даже если мы сможем только слегка покалечить их, даже заставим их уйти…

- Затем, когда-нибудь, другие закончат нашу работу.

- И наша длительная вендетта будет отплачена. Наконец-то.

Они закрыли глаза на мгновение и затем проговорили в унисон:

- Кажется, есть только один путь.

- Так что, мы будем сражаться, - сказал Стефан.

Хотя я могла видеть, что они были обеспокоены, что самосохранение борется в них с жаждой мести, улыбки, которыми они обменялись, были полны предвкушения.

- Мы сражаемся, – согласился Владимир.

Я подумала, что это хорошо. Подобно Алистеру, я была уверена, что борьбы не избежать. В этом случае, еще два вампира, сражающихся на нашей стороне, могли только помочь. Но решение румын все еще вызывало во мне дрожь.

- Мы тоже будем сражаться, - сказала Тиа, и ее обычно мрачный голос звучал как никогда торжественно. – Мы предполагаем, что Волтури захотят превысить свои полномочия. Но мы не собираемся быть их марионетками. – Ее глаза задержались на ее друге.

Бэнджамин оскалил зубы и бросил озорной взгляд на румын.

- Очевидно, я популярный товар. И мне придется выиграть свое право быть свободным.

- Для меня не будет в новинку, сражаться за то, чтобы оградить себя от королевских правил, - сообщил Гаррет дразнящим тоном.

Он сделала несколько шагов и похлопал Бэнджамина по спине.

- Это и есть свобода от гнета.

- Мы останемся с Карлайлом, - сказала Таня. – И мы сражаемся с ним.

Казалось, что выступление румын вынудило остальных почувствовать необходимость высказаться тоже.

- Мы еще не решили, - сказал Питер. Он посмотрел свысока на свою маленькую компаньонку. Губы Шарлотты выражали недовольство. Выглядело так, словно она приняла решение. Я задавала себе вопрос, каким оно было.

- Я тоже не решил, - сказал Рэндалл.

- И я, - добавила Мэри.

- Стаи будут сражаться с Калленами, - внезапно сказал Джейкоб. – Мы не боимся вампиров, - добавил он с усмешкой.

- Дети, - пробормотал Питер.

- Младенцы, - исправил его Рэндалл.

Джейкоб мгновенно оскалил зубы.

- Ну, я тоже сражаюсь, - сказала Мэгги, пожимая плечами, которые обнимала Сиобан. – Я знаю, правда на стороне Карлайла. Я не могу игнорировать этот факт.

Сиобан пристально посмотрела на младшего члена своего клана с взволнованным выражением глаз.

- Карлайл, - проговорила она, словно они были одни, пренебрегая внезапно возникшим ощущением официального совета, неожиданной лавиной декларативных высказываний, - Я не хочу, чтобы это переросло в схватку.

- Я тоже, Сиобан. Ты знаешь, что это последнее, чего я хочу. – Он слегка улыбнулся. – Возможно, ты должна сконцентрироваться на том, чтобы сохранить мир.

- Ты знаешь, это не поможет, - ответила она.

Я вспомнила разговор Роуз и Карлайла об ирландском лидере: Карлайл полагал, что у Сиобан есть некий неуловимый, но мощный дар, с помощью которого она может влиять на события по собственному усмотрению – но сама Сиобан в это не верит.

- Но это и не причинит вреда, - сказал Карлайл.

Сиобан закатила глаза.

- Должна ли я отчетливо представлять себе тот результат, которого я стремлюсь достичь? – спросила она саркастично.

Карлайл открыто улыбался.

– Если это не затруднит тебя.

- Итак, нет никакой необходимости моему клану излагать свои намерения, не так ли? – спросила она. – Раз не существует шанса на схватку.

Она положила руку на плечо Мэгги и притянула девочку ближе к себе. Друг Сиобан, Лиам, был молчалив и не выказывал никаких эмоций.

Почти все в комнате выглядели заинтригованными шуточной перепалкой Карлайла и Сиобан, но они ничего не стали объяснять.

Это был конец всех драматических выступлений на сегодня. Группа вампиров мелено рассеивалась, некоторые уходили на охоту, некоторые коротали время за книгами Карлайла, телевизором или компьютером.

Эдвард, Ренесми и я отправились на охоту. Джейкоб был рядом с нами.

- Глупые пиявки, - пробормотал он сам себе, когда мы вышли на улицу. – Думают, что они лучше, – фыркнул он.

- Они будут шокированы, когда младенцы спасут им жизнь, не так ли? – сказал Эдвард.

Джейк улыбнулся и расправил плечи.

– О да, они будут.

Это охота не была последней. Мы все снова будем охотиться ближе к тому времени, когда мы ожидаем Волтури. Так как крайний срок их появления не был определен, мы планировали провести несколько ночей на большой бейсбольной площадке, которую видела Элис, просто на всякий случай. Все что мы знали, это то, что они придут, когда снег покроет землю. Мы не хотели, чтобы Волтури были слишком близко к городу, и Деметрий смог бы привести их туда, где мы были. Я задумалась, кого бы он стал выслеживать, и предположила, что Эдварда, так как почувствовать меня он не мог.

Я думала о Деметрии все время на охоте, почти не обращая внимания ни на мою добычу, ни на снежинки, которые наконец-то стали падать с небес, но таяли, как только опускались на каменную почву. Поймет ли Деметрий, что он не может выследить меня? Что должен он сделать для этого? Что будет делать Аро? Или, может быть, Эдвард был не прав? Были ли какие-то исключения из того, что я могла выдержать, что-то, что сможет обойти мой щит. Все, что за пределами моего разума было уязвимо – открыто для способностей Джаспера, Элис и Бэнджамина. Может быть, талант Деметрия тоже работает как-то иначе.

А потом появилась мысль, которая отвлекла меня. Наполовину истекший кровью лось выпал из моих рук на каменистую землю. Снежинки взметнулись на несколько дюймов от теплого тела с едва уловимым шипящим звуком. Я безучастно уставилась на свои окровавленные руки.

Увидев мою реакцию, Эдвард поспешил ко мне, оставив свою собственную жертву.

- Что случилось? – спросил он тихим голосом. Его глаза исследовали лес вокруг нас в поисках чего-то, что объяснило бы мое поведение.

- Ренесми, - выдохнула я.

- Она прямо за этими деревьями, - успокоил он меня. – Я слышу и ее мысли и мысли Джейкоба. Она в порядке.

- Это не то, что я имела в виду, - ответила я. – Я думала о моем щите – ты действительно думаешь, что он многого стоит, что он поможет нам каким-то образом? Я знаю, остальные надеются, что я смогу защитить Зафрину и Бэнджамина, даже если это будет длиться всего лишь несколько секунд. Но что если это ошибка? Что если твоя вера в меня станет причиной, по которой мы будем побеждены?

Мой голос звучал все более истерично, хотя я все еще могла контролировать себя и говорить тихо. Я не хотела огорчить Ренесми.

- Белла, что навело тебя на такие мысли? Конечно, это замечательно, что ты можешь защитить себя, но ты не ответственна за спасение кого бы то ни было еще. Не беспокойся понапрасну.

- А что, если я не смогу защитить никого вообще? – прошептала я задыхаясь. – Эта вещь, которую я делаю - ошибочна и странна! Нет никакого объяснения или причины для этого. Может быть, она вообще не будет действовать против Алека.

- Шшш, - он попытался успокоить меня. – Не паникуй. И не волнуйся об Алеке. То, что он делает, никак не отличается от того, что делает Джейн или Зафрина. Это просто иллюзия – он не сможет попасть внутрь твоей головы точно так же, как этого не могу сделать я.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.