Сделай Сам Свою Работу на 5

Коты-Воители: Новое пророчество – 1 9 глава

Ураган тут же запрокинул голову, разинул пасть и как следует втянул воздух.

— Я тоже, — признал он. — Я считаю, нужно перейти, перелезть через изгородь и посмотреть, что за ней такое. Если там какая-то опасность, то вшестером мы с ней как-нибудь да справимся.

Ежевика с восхищением посмотрел на мудрого воина.

— Так и сделаем, — решил он, и остальные, включая Грачика, согласились с этим решением.

— Командуй, Ежевика, — сказал Ураган. Ежевика снова прислушался. Негромкое рычание вдалеке быстро превратилось в рев, и из-за поворота выскочило чудище. Сверкнула неестественно-яркая шкура, чудовище, дохнув горячим ветром с примесью песка, пронеслось мимо и исчезло, оставив котов кашлять от едкой гари.

Сразу же вслед за ним пробежало еще одно чудище, только в другую сторону. Затем снова наступила тишина, тяжелая, как снежная перина. Ежевика вслушивался изо всех сил, но так и не услышал ничего, кроме отдаленного собачьего лая.

— Пора! — заорал он и кинулся вперед, едва успев заметить, что по бокам его мчатся Белочка с Рыжинкой.

Лапы его простучали по твердой поверхности Гремящей Тропы, коснулись узкой полоски травы на другой стороне, а в следующий миг Ежевика уже протискивался сквозь живую изгородь, и колючие ветки хлестали его по бокам.

С силой рванувшись, Ежевика выскочил на открытое пространство. В первый миг он даже не успел понять, что видит перед собой, а приглядевшись, окоченел от страха. Он заметил пляшущее пламя, и в горле у него запершило от дыма. Двое Двуногих малышей с громким писком мчались ему навстречу. Ростом они были не выше лисицы, а лапы у обоих были толстые и неуклюжие. Совсем близко послышался заливистый собачий лай.

— Белочка, ни шагу от меня, — прохрипел Ежевика, но, обернувшись, понял, что рыжая ученица куда-то исчезла.

И тут до него донесся отчаянный крик Урагана. — Держитесь вместе! Сюда! Ежевика огляделся, но не увидел никого из своих товарищей. Лапы сами собой понесли его к кусту остролиста, который казался единственным убежищем среди окружающего безумия. Проехавшись животом по земле, Ежевика забился поглубже, и тут же почувствовал под боком чью-то шерсть. Раздался испуганный всхлип, и в тусклом свете Ежевика с трудом разглядел серую шкуру Ласточки.



— Это я! — прошептал он.

— Ежевика! — дрожащим голоском промяукала Ласточка. — А я думала, это собака.

— Ты не видела остальных? — спросил Ежевика. — Не знаешь, куда подевалась Белочка?

Ласточка покачала головой, ее голубые глаза были полны страха.

— Не беспокойся, ничего с ними не случится, — подбодрил ее Ежевика и лизнул в ухо. — Схожу погляжу, что там творится.

Он подполз на два хвоста ближе и, наконец, смог осмотреться. Пожар, к счастью, оказался всего-навсего кучей пылающих сучьев, сваленных неподалеку от того места, где он выскочил из изгороди. Взрослые Двуногие кормили костер новыми ветками, а Двуногие малыши им помогали. Ежевика слышал собачий лай, но никак не мог разглядеть самой собаки, потому что дым мешал обзору. Но хуже всего было то, что он по-прежнему не видел никого из своих товарищей.

Ежевика обернулся к Ласточке и прошептал:

— Иди за мной. Двуногие на нас не смотрят.

— А как же собака?

— Я не знаю, где она, но здесь ее нет. Слушай, вот что мы с тобой сейчас сделаем! — Ежевика по?

Сам он не слишком верил в свои слова, зато Ласточка заметно успокоилась.

— Как ты думаешь, что нам теперь делать? — спросила она.

— В садах слишком опасно, — вслух размышлял Ежевика. — Лучше нам держаться с той стороны ограды, возле Гремящей Тропы. Если мы будем идти по траве, чудища ничего нам не сделают. Рано или поздно гнезда Двуногих закончатся, и будет полегче.

— Но как же остальные?!

Это был вопрос, на который он не знал ответа. Они не могли искать товарищей, когда кругом столько Двуногих и собак, но оставить их здесь тоже было невозможно. У Ежевики даже в животе засосало от тревоги, когда он подумал о Белочке, такой одинокой и беззащитной в этом непонятном и опасном месте.

— Возможно, они тоже так сделают, — протянул он, стараясь, чтобы голос его прозвучал как можно уверенней. — А может быть, они будут дожидаться нас. Давай рискнем, а если они не появятся, то когда стемнеет и Двуногие попрячутся в свои гнезда, я схожу на разведку.

Ласточка натянуто кивнула, и они спрыгнули с забора на короткую зеленую травку. Протиснувшись сквозь живую изгородь, коты снова очутились возле Гремящей Тропы, стараясь держаться подальше от ее ровной черной поверхности. Время от времени по дороге пробегали чудовища, но Ежевика так волновался о пропавших товарищах, что почти не замечал ни их утробного рева, ни резких порывов горячего ветра.

Тем временем изгородь кончилась. В этом месте Гремящая Тропа снова поворачивала, чтобы чуть дальше соединиться с еще одной дорогой. Между двумя тропами лежал клин земли, поросший кустами боярышника. За Гремящими Тропами до самого горизонта тянулись поля. Холодный ветерок шевелил шерсть на боках Ежевики, а он никак не мог оторвать взгляда от полей, за которые уже начало опускаться солнце.

— Слава Звездному племени! — выдохнула Ласточка.

Ежевика направился к кустам. Там было намного безопаснее, кроме того, он очень надеялся, что друзья поджидают их в зарослях. Оставив Ласточку на страже, Ежевика полез в самую глубь, негромко окликая товарищей. Но никто ему не отозвался, и знакомых запахов тоже не было.

Когда он вернулся обратно, Ласточка чинно сидела на траве, обернув хвостом лапы. Перед ней лежала мышка.

— Пополам? — предложила она. — Я ее поймала, но что-то мне кусок в горло не лезет.

Посмотрев на еду, Ежевика сразу вспомнил о голоде. С утра он как следует подкрепился в амбаре у Горелого, но после этого они проделали та кой долгий путь…

— Ты уверена? Я и сам могу себе поймать.

— Нет-нет, угощайся, — и она лапкой подвинула к нему мышь.

— Спасибо. — Ежевика улегся возле нее и впился зубами в дичь, теплый мышиный вкус наполнил его пасть. — Постарайся не волноваться, — сказал он, когда Ласточка, склонив головку, нехотя откусила кусочек. — Я уверен, что рано или поздно мы их повстречаем.

Ласточка оторвалась от еды и взволнованно посмотрела на него.

— Я тоже надеюсь. Просто мне не по себе без Урагана. Понимаешь, мы всегда были очень близки, гораздо ближе, чем другие братья и сестры. Наверное, это оттого, что наш отец принадлежит другому племени.

Ежевика кивнул. Их с Рыжинкой тоже по-особенному сблизила необходимость бороться против кровавого наследства, которое досталось им от отца, Звездоцапа.

— Ну конечно, тебе ли не понять! — Ласточка наклонила кончики ушей, предлагая ему доесть остатки мыши.

— Да, — вздохнул Ежевика. — Но я не скучаю по своему отцу так, как ты скучаешь по Крутобоку. Я даже не могу чтить его память.

— Наверное, это очень тяжело, — Ласточка ласково прижалась щекой к его плечу. — Мы хотя бы на Советах видим Крутобока. А как мы гордились, когда он стал глашатаем!

— Он тоже гордится вами, — проурчал Ежевика, радуясь тому, что можно сменить тему.

Он проглотил последний кусочек мыши, и, пока Ласточка нехотя расправлялась с остатками, начал размышлять о том, что же делать дальше. Выглянув из куста, он увидел, что солнце в огненных лучах уже садится за горизонт, озаряя путь, который им предстоит пройти. Но они не могли сделать ни шагу, пока не найдут остальных.

— Их здесь нет, — прошептала Ласточка, и он почувствовал на ухе ее теплое дыхание.

— Значит, мне придется вернуться. Оставайся здесь на случай, если…

Негодующий визг заставил его замолчать. Из последнего сада в ряду послышались злые, перепуганные кошачьи крики. Вскакивая с земли, Ежевика поймал остановившийся взгляд Ласточки.

— Они там! — прохрипел он. — И они в беде!

 

Глава XV

 

Листвичка открыла глаза и увидела над головой листья папоротников, особенно четкие на фоне бледнеющего неба. Она тут же вспомнила, что сегодня ночь половины луны, когда все целители и их ученики отправляются в путешествие к Высоким Скалам, чтобы встретиться со звездными предками возле таинственного Лунного Камня. Дрожь возбуждения пробежала по ее телу; Листвичка ходила туда всего один раз, когда Звездное племя признало ее ученицей целительницы, но знала, что воспоминание об этом походе навсегда останется в ее памяти.

Она выскочила из своего уютного мохового гнездышка, потянулась, широко зевнула и поморгала глазами, прогоняя остатки сна. Пепелица шумно суетилась в своей пещерке; вскоре и целительница высунула голову наружу и как следует втянула носом воздух.

— Дождем не пахнет, — сообщила она. — Надеюсь, путешествие будет легким.

И, не теряя времени, она заковыляла к выходу из лагеря. По дороге Листвичка с сожалением покосилась на кучу свежей дичи; согласно закону, кот, желающий пообщаться со звездными предками, обязан делать это натощак.

Когда Сумрак, стоявший на страже перед входом в лагерь, склонил голову перед проходящей целительницей и ее ученицей, Листвичка даже смутилась от неожиданности. Она была всего лишь ученицей и еще не успела привыкнуть к уважению, которым воины окружают своих целителей.

Густые тени еще лежали в овраге и под деревьями, когда они с Пепелицей подошли к Четырем Деревьям, за которыми им предстояло ступить на территорию племени Ветра. Тихий шорох в траве выдавал возню дичи, но крошечные зверьки сейчас могли чувствовать себя в полной безопасности. Лишь изредка какая-нибудь птица издавала тревожный крик, заметив двух кошек, почти неотличимых от серых теней в серых сумерках.

— Потренируй глаза, — спустя какое-то время велела Листвичке Пепелица. — Если заметишь какие-нибудь целебные травы, мы сорвем их на обратном пути. Листвичка послушалась и стала внимательно смотреть по сторонам. Вскоре они добрались до ручья. Попив воды, целительницы пошли вдоль берега, пока не добрались до места, где торчащий из воды камень облегчал переход.

Листвичка внимательно погладывала на наставницу, опасаясь, как бы ее не подвела покалеченная лапа, но Пепелица с привычной легкостью справилась с переходом.

Когда они лезли на холм, спускающийся к священной поляне, Листвичка повела носом, вынюхивая остальных котов.

— Так, племя Теней! — пробормотала она. — Наверное, это Белогрудый.

— Он всегда меня ждет, — кивнула Пепелица. Листвичка знала, что когда-то давно, когда в племени Теней разразилась смертельная хворь, Пепелица спасла жизнь Белогрудому; выздоровев, тот решил посвятить себя врачеванию, и с тех пор их с Пепелицей связывает настоящая дружба, редкая даже по сравнению с обычными узами, объединяющими целителей.

Поднявшись на гребень холма, Листвичка сразу заметила маленькую, но полную достоинства фигурку, сидящую у подножия скалы. Целитель племени Теней был один, поскольку еще не выбрал себе оруженосца. Завидев кошек, он вскочил на лапы и приветственно замяукал. В тот же миг зашуршали кусты возле дальнего склона холма, и на поляну вышел целитель Речного племени Пачкун со своей ученицей Мотылинкой.

Листвичка очень обрадовалась при виде маленькой ученицы и со всех лап бросилась к ней, пока Пепелица и остальные целители, встретившись в центре поляны, принялись обмениваться новостями.

— Мотылинка! — промяукала она. — Как я рада тебя видеть!

Солнце поднялось над деревьями, и золотистая шерсть Мотылинки вспыхнула расплавленным янтарем. «Какая она красавица!» — снова подумала Листвичка, слегка опешив от того, что ученица и не подумала отвечать на ее приветствие.

Мотылинка холодно кивнула головой.

— Здравствуй. Я знала, что Пепелица придет с ученицей.

Что-то в ее тоне заставило Листвичку почувствовать себя жалкой, словно Мотылинка нарочно пыталась поставить ее на место. Конечно, ведь Мотылинка уже воительница… Может быть, она ждала от ученицы уважения, а не дружеских излияний? Острый шип разочарования кольнул Листвичку, она опустила голову и поплелась за остальными котами, которые уже начали подниматься на холм в сторону территории племени Ветра.

Но на вересковой пустоши Листвичка снова воспрянула духом. Яркий блеск раннего осеннего солнца, ветерок, колышущий вереск, ощущение пружинистой травы под лапами, ароматы утесника и боярышника — все здесь было совсем иначе, чем в густом, тенистом лесу Грозового племени! Заметив, что Мотылинка послушно идет за своим наставником и не принимает участия в разговоре Целителей, Листвичка снова подбежала к ней.

— Я и не думала, что увижу тебя, — сказала она. — Мне казалось, Пачкун должен вести тебя к Материнскому Истоку в последнюю половину месяца.

Мотылинка резко обернулась, и ее янтарные глаза вспыхнули, как будто Листвичка сказала что-то обидное. Та даже опешила от неожиданности.

— Прости, я… — пролепетала она. Внезапно Мотылинка расслабилась, злые огоньки в ее глазах погасли.

— Нет, это ты меня прости, — ответила она. — Ты ни в чем не виновата. Помнишь, на последнем Совете Пачкун сказал, что ждет, когда Звездное племя пошлет ему знак о том, могу ли я стать целительницей?

Листвичка кивнула.

— Знака все не было, — Мотылинка помолчала и поскребла когтями по жесткой траве. — Насту пила половина луны, но Звездное племя молчало! Я решила, что оно отвергает меня, а остальные коты тут же начали наперебой твердить об этом. Это все потому, что я не родилась в племени, и моя мать была бродячей кошкой, — гнев снова полыхнул в ее глазах, но тут же угас.

— Мне так жаль! — воскликнула Листвичка, с сочувствием глядя на золотистую красавицу.

— Пачкун велел мне набраться терпения, — скривила губы Мотылинка. — Ему-то легко терпеть, а мне каково? Я пыталась, но знака все не было и не было. Тогда я решила уйти из племени, но Коршун — помнишь моего брата, Коршуна? — он посоветовал мне не обращать внимания на пересуды. Он сказал, что я обязана доказывать свою преданность не этим завистникам, а Звездному племени, и что он не сомневается в том, что рано или поздно знак будет послан.

— И он оказался прав! — не выдержала Листвичка. — Ведь иначе тебя бы здесь не было.

— Да, он оказался прав, — радость промелькнула в желтых глазах Мотылинки. — Это случилось всего два дня назад. На рассвете Пачкун вы шел из своей палатки и увидел у самого входа мотыльковое крылышко. Он сразу показал его Пятнистой Звезде и остальным котам. И сказал, что яснее знака и быть не может.

А Пятнистая Звезда… — начала Листвичка, но отдаленный кошачий крик заставил ее поднять голову. Трое целителей стояли на гребне дальнего холма и смотрели на отставших учениц.

— Вы идете или нет? — слабо донесся до них голос Пачкуна.

Листвичка смущенно переглянулась с Мотылинкой и весело заурчала. Звездное племя послало свой знак, значит, Мотылинке больше не о чем беспокоиться. Лунный Камень ждет их, чтобы открыть им тайны предков-воителей. «Нет ничего лучше, чем быть ученицей целителя!»— по крайней мере, сейчас Листвичка нисколько в этом не сомневалась.

— Пошли! — взволнованно окликнула она Мотылинку. — Мы так отстали!

 

* * *

 

В полдень, возле одного из ручьев, протекавших через пустошь, они повстречали Корявого, Целителя племени Ветра. Корявый с Пачкуном Дружески приветствовали друг друга, несмотря на то, что в последнее время отношения между их племенами сильно ухудшились из-за того, что племя Ветра настаивало на своем праве пить воду из реки до следующего Совета. Но целители стоят вне обычного племенного соперничества, ведь они преданы Звездному племени, для которого не существует лесных границ.

Вскоре Листвичка заметила, что Пепелица начала сильно прихрамывать, старая рана все-таки давала о себе знать. Но целительница Грозового племени не может вслух признаться в своей слабости, поэтому Листвичка решила сама попросить о передышке.

— Может, пора отдохнуть? — простонала она, плюхаясь на клочок сухого вереска. — Я так устала!

Пепелица лукаво посмотрела на Листвичку, явно разгадав ее замысел, и громко согласилась.

— Ох уж эти оруженосцы, — проворчал Коря вый. — Никакой выносливости!

— Сам-то он прошел гораздо меньше, чем мы, — прошептала Мотылинка, усаживаясь возле Листвички. — И оруженосца у него нет, так что откуда ему знать?

Вообще-то он не злой, — шепнула в ответ Листвичка. — Просто ему нравится ворчать.

Она улеглась на бочок и принялась тщательно вылизывать шерстку, чтобы во всей красе предстать перед Звездным племенем. Мотылинка последовала было ее примеру, но вдруг остановилась.

— Листвичка, проверь меня, а? — умоляюще попросила она.

— Проверить? Как это?

— По травам, — янтарные глаза Мотылинки были полны тревоги. — Понимаешь, вдруг Пачкун думает, что я знаю их все назубок? Мне не хотелось бы подвести его. Ноготки снимают заражение, листья тысячелистника выводят яд, это я помню. Но что лучше всего применять при болях в желудке?

— Ягоды можжевельника или корень кервеля, — озадаченно ответила Листвичка. — Но по чему ты так волнуешься? Можно же всегда спросить у наставника, он ведь не думает, что ты знаешь все на свете!

— А когда я встречусь со Звездным племенем? — в отчаянии простонала Мотылинка. — Я же должна буду доказать им, что достойна стать целительницей! Они могут не признать меня, если я не вспомню того, что обязана вы учить назубок!

Листвичка едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.

— Все будет не так, — терпеливо объяснила она. — Звездное племя не будет задавать тебе вопросов. Они… понимаешь, это трудно объяснить, но я уверена, что тебе не о чем волноваться.

— Тебе-то легко, — с плохо скрытой горечью вздохнула Мотылинка. Ты родилась в лесу. А мне нужно быть лучше других, чтобы меня признали хотя бы в своем племени!

— Возможно, это справедливо для Речного племени, — покачала головой Листвичка. — Но в Звездном племени все иначе. Тебе не нужно заслуживать признания звездных предков — они просто да ют его, как дар.

— А мне могут не дать, — не унималась Мотылинка.

Листвичка с улыбкой посмотрела на подругу, Мотылинка была такая сильная и красивая, она владела всеми воинскими навыками, она, не жалея сил, училась науке врачевания — и все равно боялась, что никогда не сможет прижиться в лесу!

Придвинувшись ближе, Листвичка потерлась щекой о щеку Мотылинки.

— У тебя все будет прекрасно, — шепнула она. — Посмотри на нашего Огнезвезда. Он тоже не родился в лесу, а теперь стал предводителем племени! — заметив, что и этот пример не смог успокоить Мотылинку, она сказала: — Просто поверь мне. Когда ты встанешь перед Лунным Камнем, сама все поймешь.

Солнце уже начало клониться к закату, когда целители подошли к Высоким Скалам. Жесткая трава пустоши сменилась крутыми выступами твердой земли с редкими кустиками вереска. То тут то там из земли торчали камни, поросшие желтым лишайником.

Корявый, который шел первым, взобрался на плоский камень и поглядел вверх. Прямо под вершиной чернел черный провал, ведущий в сердце скалы.

— Это Материнский Исток, — пояснила Мотылинке Листвичка, но тут же вспомнила, что подруга уже видела его, когда ходила сюда во время воинской подготовки. — Извини, — тут же поправилась она. — Я забыла, что ты здесь не в первый раз.

Мотылинка широко распахнутыми глазами смотрела в зияющее отверстие.

— Я никогда не была внутри, ответила она. — У меня не было права.

— Я понимаю, это немного страшно, но в то же время, так здорово! — подбодрила ее Листвичка.

Мотылинка гордо вскинула подбородок.

— Я не боюсь, — отрезала она. — Я воительница. Я ничего не страшусь.

«Даже быть отвергнутой Звездным племенем?» — Листвичка не посмела задать свой вопрос вслух, но когда они с Мотылинкой улеглись рядом, чтобы дождаться темноты, она почувствовала, как дрожит подруга.

Когда полный месяц всплыл над вершиной горы, Пачкун поднялся на лапы.

— Пора, — проскрипел он.

У Листвички даже живот свело от волнения, когда, следом за своей наставницей, она поднялась по склону и ступила под каменный свод. Дохнуло холодной сыростью; Листвичке показалось, будто река тьмы вытекает из провала и воды ее чернее окружающей их ночи. Листвичка заняла свое место в конце цепочки, сразу за Мотылинкой.

Туннель шел вниз, виляя из стороны в сторону, и вскоре Листвичка совсем потеряла чувство направления. Воздух здесь был так плотен, словно они очутились не под землей, а под водой. Она ничего не видела — даже Мотылинку, идущую в нескольких шагах впереди нее, зато отчетливо слышала прерывистое дыхание речной ученицы и чувствовала запах ее страха.

Наконец во тьме дохнуло холодком, и у Листвички вся шерсть зашевелилась от волнения, когда она поняла, что они приближаются к сердцу скалы. Едва уловимые ароматы верхнего мира просачивались сквозь отверстие в вершине горы, и холодный свет звезд выхватывал из темноты высокие каменные стены и гладкий, истертый временем пол пещеры. В центре возвышалась скала в три хвоста высотой. Несмотря на тьму, Листвичка с благоговением устремила взгляд туда, где возвышался ее темный, величественный силуэт.

Мотылинка легонько коснулась ее боком.

— Где мы? — шепнула она. — Что происходит?

— Мотылинка, ты стоишь перед Лунным Камнем, — прозвучал с дальнего края пещеры голос Корявого. — Когда придет время, мы будем говорить здесь со Звездным племенем. — Все расселись кругом, на расстоянии лисьего хвоста от камня.

Листвичка услышала судорожный вздох подруги и ободряюще прижалась к плечу речной кошки.

— Нам тоже надо сесть, — выдохнула она на ухо Мотылинке. Усаживаясь возле Пепелицы, она почувствовала, как речная кошка робко опускается рядом.

В темноте время тянулось бесконечно, и вскоре Листвичке стало казаться, что они сидят здесь уже долгие месяцы. Внезапно сияющий белый свет пролился в пещеру — это в отверстие скалы заглянула луна. Мотылинка судорожно вздохнула. Лунный Камень, словно очнувшись ото сна, засверкал в свете луны, как будто все звезды Серебряного пояса вспыхнули под его гладкой поверхностью.

Когда глаза Листвички привыкли к яркому свету, она заметила, что Пачкун поднялся на лапы, повернулся и медленно прошел через всю пещеру к своей ученице. Белый свет струился по его шкуре, отчего целитель казался закованным в лед.

— Мотылинка, — торжественно произнес он, — хочешь ли ты, как подобает целительнице, приобщиться к тайнам Звездного племени?

Повисла тишина. Слышно было, как Мотылинка громко сглотнула, прежде чем ответить:

— Да.

— Тогда выйди вперед.

Мотылинка встала, следом за своим наставником пересекла пещеру и остановилась возле камня. Сейчас Мотылинка казалась совсем неземной, ее золотистая шерстка стала бледной, как пепел, а глаза сверкали серебром, как будто она уже вступила в ряды Звездного воинства. Листвичка содрогнулась. Это была плохая мысль, и она постаралась поскорее отогнать ее, не желая даже думать о том, что это могло быть знамение.

— Воины Звездного племени, продолжал Пачкун, — я представляю вам эту ученицу. Она избрала путь целительницы. Наградите ее своей мудростью и проницательностью, чтобы она могла постичь вашу волю и исполнять ее, врачуя своих соплеменников.

Он взмахнул хвостом и обратился к Мотылинке.

— Ложись здесь и прижмись носом к камню.

Мотылинка повиновалась, двигаясь точно во сне. Как только она легла, остальные целители подошли и устроились вокруг Лунного Камня, и Пепелица велела Листвичке сделать то же самое. Шерстка ученицы зашевелилась от предвкушения того, что сейчас произойдет.

— Пришло время разговора со Звездным племенем, — возвысил голос Корявый.

— Предки-воители, придите, чтобы говорить с нами, — попросил Белогрудый. — Откройте нам судьбу наших племен.

Листвичка закрыла глаза и прижала нос к поверхности камня. В тот же миг холод пронзил ее, словно она с головой нырнула в темную воду или встретила грудью острый ястребиный коготь. Они ничего не видела и не слышала, она не чувствовала под собой твердого пола пещеры, она плыла в кромешной ночи, куда не проникал даже свет Серебряного пояса.

Затем какие-то картины замелькали перед ее глазами. Она увидела Четыре Дерева, но дубы совсем облетели, лишь несколько резных листьев свисали с их ветвей. Одно дерево раскачивалось во все стороны, гораздо сильнее, чем под порывами самого свирепого ветра, а другие почему-то оставались неподвижными. В тот же миг, картина сменилась другой. Чудовища неслись по Гремящей тропе, и длинная вереница котов брела сквозь снег — черная линия на бесконечном белом просторе. Здесь совсем не было деревьев, и место было совсем чужое, незнакомое.

А в конце Листвичка увидела сестру, и едва не закричала от радости, хотя прекрасно знала, что нельзя произносить ни звука. Белочка бежала по широкому зеленому полю, и Листвичке почему-то показалось, что с ней рядом идут еще какие-то коты, но тут видение растаяло, и снова наступила тьма.

Постепенно холод камня начал просачиваться под ее шкуру, и бесконечность снов Звездного племени сменилась обычной ночной свежестью раннего Листопада. Необычайная безмятежность переполняла Листвичку, словно она снова стала котенком, и мать ласково вылизала ее во сне. Звездное племя охраняет ее связь с Белочкой даже теперь, когда сестры оказались так далеко друг от друга.

Целители вокруг нее уже поднимались на лапы, готовые возвращаться на поверхность. Мотылинка стояла среди них, глаза ее сияли торжеством и изумлением перед тайнами, которые только что открыло ей Звездное племя. У Листвички отлегло от сердца — предки-воители все-таки признали Мотылинку! Как бы не относились к ней соплеменники, она больше никогда не усомнится в одобрении Звездного племени.

Пачкун провел кончиком хвоста по губам Мотылинки, напоминая о необходимости хранить молчание, и первым пошел к выходу из пещеры. Листвичка снова пристроилась в конце и, следуя изгибам подземного туннеля, вместе со всеми пошла обратно в свой мир.

Когда они подошли к выходу, Мотылинка выбежала вперед, вскочила на острый обломок скалы и, запрокинув голову, испустила громкий торжествующий вой.

Пачкун только понимающе покачал головой.

— Что ж, ее можно понять, верно? Ну вот, — проворчал он, когда Мотылинка спрыгнула со скалы к своему наставнику, — ты теперь настоящая ученица целителя. Как себя чувствуешь?

— Восхитительно! — откликнулась Мотылинка. — Я видела, как Коршун ведет патруль, я… — она запнулась, потому что Ласточка свирепо вы таращила глаза, напоминая, что целительница не должна рассказывать о том, что видела во сне до тех пор, пока не поймет значение посланного знамения.

— Поздравляю тебя, — прошептала она. — Я же говорила, что все будет хорошо.

— Да, говорила, — глаза Мотылинки сияли. — Теперь все будет прекрасно. Я признана! Теперь Речное племя не сможет больше избегать меня!

И она со всех лап понеслась вниз по склону, далеко обогнав остальных. Листвичка смотрела ей вслед, и множество вопросов теснились в ее душе. Что увидела Мотылинка? И какое видение послало Звездное племя Пепелице? Целительница Грозового племени выглядела задумчивой, но глаза ее оставались непроницаемыми.

Листвичка подавила дрожь, вспомнив о своем собственном сне. Какая сила может сотрясти один из могучих дубов? И почему коты шли куда-то в лютую стужу Голых Деревьев? Если Звездное племя посылает сны о том, что случиться в будущем, то как можно истолковать увиденное?

Но, несмотря на все эти мысли, Листвичка испытывала небывалый прилив сил. Пусть Белочка сейчас где-то далеко от родных мест, но Звездное племя знает, что она в безопасности.

«Поскорее пришлите ее обратно, — молилась Листвичка, спускаясь с горы следом за другими котами. — Куда бы ни завела их дорога, пожалуйста, верните их домой!»

 

Глава XVI

 

Ежевика снова помчался к изгороди, Ласточка неслась за ним следом. Ежевика разрывался от желания немедленно кинуться в сад и освободить своих друзей, но воспоминание о том, что случилось после перехода через Гремящую Тропу, заставляло его соблюдать осторожность. Он осторожно протиснулся сквозь ветви, чтобы, оставаясь невидимым, как следует осмотреться.

То, что он увидел, заставило его оцепенеть. Возле самого гнезда Двуногих двое огромных ручных котов преградили путь Грачику и Урагану. Черный оруженосец припал к земле, уши его были прижаты к затылку, а губы разъехались в стороны, обнажая острые зубы. Ураган вытянул вперед лапу, пугая домашних котов выпущенными когтями. Ежевика сразу понял, что друзья не могут уйти без боя, и увидел, что отступать им некуда, если не считать полуоткрытой двери в гнездо Двуногих.

— Великое Звездное племя! — выдохнула Ласточка. — Да эти домашние коты здоровее любого воина!

«Подумаешь!» — фыркнул про себя Ежевика. Большой рост и лоснящаяся шкура еще не делают из кота воина. Ежевика не сомневался, что его друзья выиграют эту битву, но, во-первых, домашние коты сражались на своей территории, а во-вторых, они запросто могли серьезно изранить чужаков. А вот как раз этого нужно было всеми силами избежать, учитывая, что впереди их ждала долгая и опасная дорога.

Ежевика напряг мышцы, готовясь броситься на котов сзади, но не успел он шелохнуться, как какая-то рыжая молния обрушилась с забора на землю и понеслась по саду.

— Белочка! Нет! — взвыл Ежевика.

Но ученица и ухом не повела; скорее всего, она даже не слышала его крика. Очутившись за спиной ощетинившихся врагов, она изо всех сил полоснула когтями ближайшего к ней домашнего кота. Оба кота с рычанием обернулись.

Ежевика громко закричал:



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.