Сделай Сам Свою Работу на 5

Грамматическое значение имени существительного. 5 глава

This is not the first time that Mr. Pilbrow has represented to some of us the claims of decent feeling. (Snow) 'N о change,' said Chrystal. (Snow) She made some excuse and came towards us. (Powell) 'I don't suppose he had any option.' (Snow) 'Do a n у of you share my view?' (Snow)

Производные от some, any, no, every имеют только субстантивные функции (Существуют также производные типа somewhere, anyhow и т. п., но это — наречия.):

'They need to feel that they are doing something new. I've got a feeling that if anyone gives them a lead, they'll forgive him a lot. They may not like everything he's doing, but they'll be ready to forgive him.' (Snow)

'Nothing whatever was said?' 'Not a word.' (Powell)

Как мы видим, и по морфологической структуре, и по синтаксическим возможностям по и его производные не отличаются от других неопределённых местоимений данной группы; их отличает только отрицательное значение. Учитывая параллелизм структуры и функции, мы не выделяем местоимения с отрицательным значением в особую группу, как это делает ряд грамматистов (Б. Стрэнг; В. Н. Жигадло, И. П. Иванова, Л. Л. Иофик и др.).

Выше было указано, что разряд неопределённых местоимений не имеет четкой структуры; дело в том, что неясны границы его состава. Единицы, причисляемые к нему, в ряде случаев обладают чертами, вызывающими сомнение в их местоименной природе. Г. Поутсма в своей грамматике, дающей богатейший материал, причисляет к неопределённым местоимениям all, each, every, everything, everybody, everyone, several и ряд других.

Этот список не вызывает сомнений, несмотря на совершенно несходную, иногда прямо противоположную семантику единиц (ср., например, all и each). Однако в списке Поутсмы имеются и такие единицы, как other, образующая форму множественного числа по типу существительных — others; certain сочетается с неопределённым артиклем a certain person, что совершенно несвойственно местоимениям, выступающим в качестве определителей имени. Представляется, что certain следует отнести к прилагательным; other, видимо, находится на периферии разряда местоимений, совмещая с местоименным значением свойства прилагательного и существительного.

Наибольшее сомнение вызывает группа much, many, little, few. Выше мы отнесли их к прилагательным на основании морфологического признака — наличия у них степеней сравнения, что является неотъемлемым свойством только прилагательного. Вместе с тем, единицы этой группы обладают и явными местоименными признаками: они занимают с равной легкостью позицию определения или предметного члена предложения, причем это не субстантивация, как У прилагательного (см. 1.3.5), а категориально свойственные им функции: There is much to do. There is little doubt about it. Их сочетаемость с артиклем регулируется особыми правилами: ср. There had been so much activity in the last few years. (Wilson) We walked a few yards further. (Snow)



Представляется совершенно справедливым замечание Б. А. Ильиша, что единицы этой группы являются своего рода гибридами.

1.5.9. Грамматические категорииместоимений. Как мы видели, местоимения представляют собой очень пеструю картину в отношении грамматических категорий.

Категория падежа существует у личных местоимений, показывающих четкое противопоставление именительного и объектного падежей (см. выше 1.5.2). Производные с компонентами -body, -one, а также other могут иметь форму посессива:

The subject of everybody's talk.; ...to try to win anyone's favour.} ... looked into the other's face. (Poutsma)

Категория числа имеется у указательных местоимений и у other, соотнесенного с именем лица: The others, who had been listening soberly, did not want to argue. (Snow)

Синтаксические функции также не совпадают у различных разрядов. Одни могут занимать позиции только предметного члена предложения: личные, часть вопросительных, субстантивированные формы притяжательных, производные от some, any, no, every. Только в функции определения выступают притяжательные местоимения, неопределённые местоимения по, every. Ту и другую функцию могут иметь указательные, часть вопросительных, неопределённые some, any, each, other.

Эта пестрота морфологических категорий и синтаксических функций явилась причиной разногласий между лингвистами в вопросе существования местоимений как части речи. На материале различных европейских языков была выдвинута теория, отрицающая правомерность выделения местоимений как части речи. Авторы грамматик тех или иных языков, в том числе русского и английского, пытались распределить местоимения так, что они составляли часть разрядов прилагательных и существительных. Для этого были основания: как мы видели, синтаксически местоимения примыкают к одной из этих частей речи или к двум одновременно. Морфологическая категория числа, там, где она есть, отличается от категорий числа существительного только по форме выражения, но не по содержанию. Синтаксические категории совпадают с функциями существительного и прилагательного. Однако при таком распределении местоимений по именным частям речи исчезает специфика местоимений, их особая черта — отсутствие постоянной предметной закрепленности; эта черта охватывает все разнородные подразряды, объединяя их в одну часть речи. Их свойства и функции перекрещиваются друг с другом и с другими частями речи; это нелогично. Но такого рода нелогичности отмечались и выше; поэтому такое положение вещей не должно нас удивлять.

Основная функция местоимений — дейксис (указание). Местоимения участвуют в номинации только косвенно, указывая на уже названный ранее предмет (My brother works in a hospital; he is a surgeon), но они не передают новой содержательной информации. Именно это общее дейктическое значение представляет собой основание для объединения разнородных по морфологическим и синтаксическим свойствам разрядов в единую часть речи.

ГЛАГОЛ

1.6.1. Грамматическое значение глагола.Ю. С. Маслов определяет глагол как часть речи, которая выражает грамматическое значение действия, т. е. признака динамического, протекающего во времени. Грамматическое значение действия понимается широко: это не только деятельность в собственном смысле этого слова, но и состояние и просто указание на то, что данный предмет существует, что он относится к определённому классу предметов (лиц): A chair is a piece of furniture. He wrote a letter. He will soon recover. Важно то, что глагол передает признак не статически, не как приписываемое предмету (лицу) свойство, а как признак, обязательно протекающий в каком-то временном (хотя бы и неограниченном) отрезке. Этот признак — не отвлеченное название действия; так называемые личные (Finite) формы глагола всегда передают действие как исходящее от некоего агенса, поэтому синтаксическая функция личных форм глагола однозначна: они всегда являются сказуемым предложения.

Словоизменительная система глагола богаче и разнообразнее, чем у других частей речи; она включает не только обычный для флективных языков синтетический способ, т. е. присоединение формантов к основе, но и аналитические формы. Следует отметить, что глагол — единственная часть речи, имеющая аналитические формы; выше мы привели причины, по которым представляется неоправданным взгляд на сочетания существительного с артиклем и на сочетание прилагательного с more, most как на аналитические формы (1.2.8, 1.3.3).

1.6.2. Словообразовательная структура глагола.С другой стороны, словообразовательная структура глагола довольно бедна: аффиксация представлена очень малым количеством суффиксов, довольно распространены сложные глаголы, образованные путем конверсии, а также глаголы, образованные путем реверсии (термин Н. Н. Амосовой), т. е. путем отбрасывания конечной части существительного: to blackmail (от blackmailing); to seabatke (от sea-bathing).

Приводим наиболее распространённые суффиксы глагола. Суффикс германского происхождения: -en: to redden, to strengthen. Суффиксы романского происхождения: -fy: to magnify, to dignify; -ise: to fraternise, to mobilise.

1.6.3. Морфологическая классификация глаголов.Все английские глаголы подразделяются на две неравные группы на основании определённых морфологических свойств, а именно: по способу образования форм прошедшего времени и причастия второго.

Наиболее многочисленная группа — стандартные глаголы, образующие указанные формы (основные формы) путем прибавления Дентального суффикса, имеющего три фонетических варианта, в зависимости от конечного звука основы: /d/ после звонкого согласного или гласного — saved /seivd/, echoed /'ekoud/; / t / после глухого согласного — looked /lukt/ и /id/ после дентального — loaded /'loudid/. На письме этот суффикс имеет одну форму -ed.

Вторую группу образуют глаголы нестандартные, распадающиеся на множество подгрупп. Они образуют основные формы чередованием корневого гласного, иногда с прибавлением дентального суффикса. Это — непродуктивный способ, и глаголы, являющиеся, новообразованиями или романскими заимствованиями, т. е. появившиеся в языке в среднеанглийский период или позднее, принадлежат к стандартному типу, за незначительными исключениями. Однако нестандартная группа устойчива, даже несмотря на то, что ряд нестандартных глаголов перешел в стандартный тип.

Особую группу составляют глаголы неизменяемые: to put, to let, to hit, to cast.

В подгруппе, обычно называемой «смешанной», чередование гласного комбинируется с прибавлением дентального суффикса: to keep kept kept, to weep wept wept.

Глагол бытия образует претерит супплетивно: am is are; was were.

1.6.4. Функциональная классификация глаголов.Под функциональной классификацией здесь понимается классификация глаголов по их способности выступать в том или ином типе сказуемого Эта способность непосредственно вытекает из степени лексической полнозначности глагола. Глаголы знаменательные — это глаголы, лексически полноценные, самостоятельно выражающие то или иное действие или состояние. Глаголы служебные –это глаголы, функция которых в составе сказуемых является чисто грамматической.

Служебные глаголы подразделяются на вспомогательные и связочные. Вспомогательные глаголы участвуют в аналитической форме глагола как чисто грамматический компонент; их лексическая семантикасовершенно утрачена, и поэтому они мoгут сочетаться с такими знаменательными глаголами, лексическая семантика которых противоречила бы семантикевспомогательного глагола, если бы последняя как-то проявлялась: ср. I have lost my umbrella, где глагол to lose был бы невозможен в сочетании с have Именно полная утрата вспомогательными глаголами лексической семантики обусловливает то положение, которое является основным признаком аналитической формы — отсутствие синтаксических от ношений между компонентами формы (1.0.5).

Вторым подклассом служебных глаголов являются глаголы связки. Их грамматическая функция состоит, по определению А. И. Смирницкого, в указании на связь предмета (явления) с каким-либо его признаком. Следовательно, глагол-связка функционирует как самостоятельная синтаксическая единица. Глаголы связки также выступают с обесцвеченной лексической семантикой но последняя в какой-то мере отражена в характере передаваемой ими связи. Глаголы to be, to keep обозначают сохранение признака глаголы to become, to get, to turn — его изменение.

Модальные глаголы передают отношение агенса к действию это отношение — возможность, долженствование и т. п. — является их грамматическим значением. Можно ли рассматривать это значение как лексическое, остается неясным. Не исключено, что здесь имеет место слияние грамматического и лексического в семантикепередаваемого ими отношения.

Модальные глаголы имеют ущербную парадигму. Совершенно отсутствуют у них категории лица и числа, рудиментарно представленные в полнозначных глаголах (1.6.8); не все модальные глаголы имеют формы прошедшего времени. Формы будущего у них отсутствуют; значение будущего передается описательными оборотами.

Служебные глаголы способны также выступать в функции глаголов-заместителей или репрезентантов (2.0.7).

1.6.5. Видовой характер глагола.Видовой характер глагола — это зависимое грамматическое значение (см. 1.0.4), объединяющее глаголы по отношению обозначаемого ими действия к пределу. Глаголы подразделяются на этом основании на предельные, непредельные и глаголы двойственного видового характера. Предельные глаголы — это глаголы, обозначающие такое действие, которое по достижении предела не может продолжаться: предел ставит барьер, действие исчерпало себя. Таковы глаголы, например, to arrive, to bring, to catch, to break, to discover; невозможно продолжать прибывать (to arrive), после того как прибытие совершилось; невозможно продолжать ловить после того, как то, что ловили, поймано и т. д. Непредельные глаголы не содержат семантики предела в обозначаемом ими действии; предел может мыслиться как поставленный извне, обусловленный внеязыковой реальностью, но не как вытекающий из семантики глагола: to sleep, to live, to belong, to enjoy. Разумеется, все обозначаемые приведёнными глаголами действия рано или поздно заканчиваются, но не в силу внутреннего предела. Группа непредельных малочисленна. Она включает глаголы, обозначающие статичное отношение как объективного, так и субъективного порядка, а также глаголы положения в пространстве: to consist, to be, to love, to stand, to lie и т. п.

Между этими двумя группами находится многочисленная группа глаголов двойственного характера, способных выступать в том или Другом значении, в зависимости от контекста: to laugh, to feel, to move, to walk, to look:

Then, from the first court, Crawford walked smoothly into view. (Snow) The rain swept his face and he moved away quickly. (R. Williams) — предельное значение;

He mould have to walk the five miles north. (R. Williams) ... the long road into the town. Nothing moved along it, except the bare trees in the wind. (R. Williams) — непредельное значение.

Основными факторами контекста, способствующими реализации того или иного значения, являются обстоятельства, а также наличие однородного сказуемого, выраженного предельным или непредельным глаголом.

Как при всех семантических и семантико-грамматических классификациях, границы между группами неустойчивы. Непредельный глагол в некоторых условиях контекста может выражать предельное значение; но предельные глаголы, как правило, не утрачивают значения внутреннего предела.

1.6.6. Соотношение видового характера глагола с его грамматическими формами.Зависимое грамматическое значение предельности/непредельности рассматривается здесь по той причине, что оно реагирует на видовое значение глагольной формы, как будет показано ниже. Видовой характер глагола — отнюдь не грамматическая категория, так как он не имеет соответствующих формальных признаков. Но его способность либо согласовываться со значением видовой формы, либо, если видовой характер противоположен видовому значению формы, видоизменять это значение указывает на наличие в нем грамматического начала.

Необходимо подчеркнуть, что видовой характер глагола не совпадает с русским совершенным и несовершенным видом. Непредельные глаголы соответствуют несовершенному виду: спать, лежать, жить. Но предельность может передаваться в русском как совершенным, так и несовершенным видом: ср. he approached он приблизился (совершенный вид), но he was approaching он приближался (несовершенный вид).

1.6.7. Грамматические категории глагола.Английский глагол имеет очень развитую систему видовременных форм, противопоставление действительного и страдательного залога, противопоставление изъявительного, сослагательного и повелительного наклонений. Это основные глагольные категории, охватывающие всю систему глагола в целом. Кроме того, существуют остаточные, ущербные формы лица и числа; можно ли отнести их к категориям, вопрос спорный, так как они не представляют собою системного ряда форм (например, в претерите глаголов, за исключением глагола to be 'быть', эти формы вообще отсутствуют).

Все указанные категории действуют в пределах личных форм. Но существуют, кроме того, неличные формы, — причастие, герундий, инфинитив, — имеющие особые функции и передающие иные отношения, чем личные формы.

1.6.8. Категории лица и числа.Категории лица и числа — категории внутрипарадигматические, существующие в любой парадигме личных форм глагола. Таково положение, обычное для флективных языков: ср., например, русск. читаю, читаешь, читаете и т. д., буду читать, будешь читать... Правда, в прошедшем времени русского глагола лицо не выражено в глагольной форме (я, ты, он читал, читала), но зато выражена категория рода, глагольной форме обычно несвойственная — результат происхождения этих форм из древнего причастия.

В английском категории лица и числа выражены весьма слабо. Так, в претерите всех глаголов, кроме глагола бытия, нет форм лица и числа; came, stopped, looked и т. д. получают отнесенность к лицу и числу только через местоимение или существительное, являющиеся подлежащим предложения: he came, the train stopped, they looked,

Глагол бытия в претерите имеет формы числа, но не лица: was, were.

В презенсе глагол бытия имеет асимметричную парадигму: в единственном числе выражены первое и третье лицо, множественное число не имеет форм лица: am, is, are. Остальные глаголы имеют одну единственную форму, передающую значение третьего лица единственного числа: comes, looks. Морфологическая парадигма здесь совершенно асимметрична: окончание -s не передает категории числа, так как существует форма, обозначающая единичность и не имеющая -s: это — так называемая форма первого лица, где, однако, отнесенность к лицу передается местоимением: I look. Окончание -s не передает также категории лица, ибо существует глагольная форма, которая может быть отнесена к третьему лицу — they look — и не имеющая окончания -s. Таким образом, парадигматически форма глагола на -s изолирована. Однако, если обратиться к её функционированию в предложении, мы видим, что она очень чётко противопоставлена форме подлежащего, выраженного существительным: the train stop-s, the train-s stop. Таким образом, морфологически изолированная форма оказывается хорошо интегрированной синтаксически.

В парадигме будущего времени, по правилам школьной грамматики, существуют формы лица: для первого лица обоих чисел shall, для остальных — will. Категория числа, следовательно, даже по этим правилам отсутствует. Но и категория лица гораздо менее чётко выражена, чем это формулирует нормативная грамматика: во-первых, существует в разговорной речи форма -'ll, лишённая признаков лица или числа; во-вторых, наряду с употреблением формы -'ll, очень сильна тенденция употреблять will с местоимениями первого лица (см. 1.6.12.3).

Таким образом, как мы видим, категории лица и числа представлены фрагментарно и асимметрично. Это — остаточные категории (ранее они были выражены более системно). Следует заметить, что в кокни глагол бытия также утратил формы лица: в отрицательной форме для всей парадигмы презенса функционирует форма ain't; для первого лица в единственном числе возможна также форма I'se. Вместе с тем, в кокни свободно чередуются форма с -s и без нею (базисная форма) со значением единственного и множественного, числа:

CLIFFE: What do you do with yourself? BOY: I go to the races in me top hat. CLIFFE: Then? BOY: I reads till they puts the lights out. (R. Jenkins)

1.6.9. Система видовременных форм.Ведущей категорией в сиcтеме видовременных форм является категория времени. Реальное время — форма существования материи — находится в постоянном движении и непрерывно изменяется. Глагольные времена (tenses) в реальной речи могут отражать реальное время (time), когда точкой отсчета является действительный момент речи. Но глагольные временные формы выражают и условное время, при котором точка отсчета не совпадает с реальным моментом речи. В любом фиксированном тексте глагольное время носит условный характер; в силу своей фиксированности оно «отстает» от реального времени. Поэтому, как правило, в письменном тексте глагольное время всегда условно; исключением являются, возможно, тексты, излагающие такие научные данные, которые продолжают на данном отрезке времени (реального) оставаться актуальными. В произведениях художественной литературы время всегда условно: автор произвольно выбирает ту точку отсчета, вокруг которой строится повествование.

Однако соотношение реального и условного времени не влияет на функционирование видовременных форм: для обозначения реального и условного времени используются одни и те же формы. Напомним, что реальное время может быть отражено только в живом устном общении; фиксация его на письме сразу сообщает ему условный характер.

Грамматическая категория времени (tense) — отношение действия к моменту отсчета, которым является, в первую очередь, условный момент речи. Отрезок времени, включающий момент речи, — настоящее время; этот отрезок может иметь самую разнообразную протяженность, от периода, измеряемого минутами (в прямой речи), до бесконечного временного пространства. Прошедшее — отрезок времени, предшествующий настоящему и не включающий момента речи; будущее — отрезок времени, ожидаемый после настоящего, также не включающий момента речи. Прошедшее и будущее никогда не соприкасаются: они разделены настоящим.

Соотношение с моментом речи действительно для глагольных форм, передающих динамическое развитие действия. Однако, наряду с этим, существуют видовременные формы, функцией которых является детализация действия в определённой временной сфере, а не динамическое его развитие. Если действие относится к настоящему, эти формы соотнесены с моментом речи. Если же выражаемая ими детализация касается действия в прошедшем времени, они соотносятся с точкой отсчета в прошлом; она может быть указана лексически или с помощью другого действия, происходящего в данный момент, но непосредственного соотнесения с моментом речи тогда не наблюдается (см. 1.6.12.2). Эту точку отсчета мы назовем временным центром прошедшего времени. Сам временной центр соотнесен с моментом речи через динамическое действие; но детализирующие формы соотнесены только с этим центром:

As we drank Brown's health, I caught his dark, vigilant eye. He had tamed Winslow for the moment; he w as show-ing Jago at his best... (Snow)

Формы had tamed и was showing не развивают действия во времени, они не динамичны; они детализируют положение вещей, обозначенное глаголами drank и caught, которые являются указателями на временной центр, т. e. точку отсчета в прошедшем времени.

В будущем времени для детализирующих форм также отмечается временной центр; однако соотнесённость с ним встречается в текстах редко, — видимо, в связи с тем, что связные повествовательные отрезки нехарактерны для будущего.

Грамматическая категория вида обычно определяется как формальная категория, передающая характер протекания действия. Специфика английских видовых форм заключается в том, что видовое значение обязательно сопряжено с указанием на отрезок времени, в котором протекает действие и, соответственно, выражено в рамках времени. Сравните с русским видом, где только несовершенный вид имеет формы времени (объясняю объяснял), но совершенный вид (объяснил) может быть соотнесен как с настоящим, так и с прошедшим временем. В самой форме указания на время нет.

В английском вид можно точнее определить как категорию, передающую характер протекания действия по отношению к моменту (отрезку) времени, указанному формой. Поэтому видовые формы названы видовременными формами (разрядами), чтобы подчеркнуть неразрывную связь вида и времени в английском.

 

1.6.10. Систематизированный контекст.Инвариантное значение формы вытекает из отношения обозначаемого действия к точке отсчета и обнаруживается в минимальном контексте, включающем только главные члены предложения и, возможно, дополнение первое. Варианты значения возникают только при наличии определённого типа контекста, обычно обстоятельственных членов предложения, который мы назовем систематизированным контекстом. То или иное вариантное значение бывает обусловленное только определённым характерным для него систематизированным контекстом и не реагирует на другие виды контекста. Так, временная отнесенность действия в предложении I dine with ту sister, где глагол передает обычнее действие в сфере настоящего, может быть изменена добавлением обстоятельства времени, указывающего на будущее: Tomorrow I dine with my sister. Никакой другой контекст, например обстоятельства места, указание причины и так Далее, не создает данного варианта: I dine with my sister at home.; I dine with my sister because she likes it ... Обстоятельство будущего времени функционирует здесь как систематизированный контекст.

Прекрасным примером систематизированного контекста является широко известный пример немецкого лингвиста Дейчбейна: I always buy it at the same shop. Дейчбейн утверждает на основании этого примера, что презенс основного разряда (Indefinite) имеет заложенное в него значение повторности. Однако в приведённом примере значение многократности создается обстоятельством always и, до известной степени, определением same.Систематизированный контекст чрезвычайно важен именно для гагола-сказуемого, представляющего собой динамический центр предложения. Как мы увидим ниже, именно систематизированный контекст обусловливает вариантные значения глагольных форм, обычно называемые «второстепенными», что вполне справедливо, но не раскрывает источника этих значений.

1.6.11. Парадигматические разряды.Английская видовременная система включает четыре парадигматических разряда 1: основной разряд (Indefinite), длительный разряд (Continuous), перфект (Perfect), перфектно-длительный (Perfect Continuous). Все разряды, кроме презенса и претерита основного разряда, выражены аналитическими формами. Мы рассмотрим их в пределах действительного залога; значение тех же форм в пассиве в общем совпадает с их значением в действительном залоге; а те случаи, которые требуют особого рассмотрения, будут даны в разделе, посвященном страдательному залогу.

1.6.12. Основной разряд.Основной разряд, как указано выше, выражен простым глаголом в утвердительной форме презенса и претерита; отрицательная и вопросительная формы образуются

с помощью вспомогательного глагола do; будущее выражено только аналитическими формами.

Таким образом, глагольная система действительного залога изъявительного наклонения включает только две неаналитические парадигмы: презенс — look, he look-s; претерпит — looked.

1.6.12.1. Презенс основного разряда.В грамматиках основной разряд обычно называется «неопределённая форма». Это — перевод английского Indefinite. Поскольку этот разряд является стержневым во всей видовременной системе, мы будем называть его «основным», как в книге «Современный английский язык». Вместе с тем, название Indefinite не случайно: действительно, формы этого разряда не характеризуют действия со стороны характера его протекания, они только констатируют его наличие (или отсутствие) и помещают его в тот или иной временной отрезок.

Презенс, естественно, помещает действие в отрезок настоящего. Действие, обозначаемое презенсом основного разряда, может иметь неограниченную длительность, при которой настоящее растягивается, вытесняя или поглощая прошедшее и будущее. Это — так называемые «общие истины»: Water boils at 100° С.

Презенс основного разряда может также употребляться в любом высказывании, констатирующем нечто обычное, какое-то положение вещей, существующее в данном отрезке времени: In the bird

1 Термин «разряд» имеет то же значение, что «форма», и введен во избежание повторений термина «форма», затемняющих смысл: «Все видовременные формы, роме презенса и претерита основной формы, выражены аналитическими формами... А world, of course, one finds homes of every shape and size. (G. Durrell) И, наконец, презенс основного разряда может обозначать и действие, происходящее в условный момент речи; чаще всего это — театральные ремарки: The reporter stands gazing fervently at Perkin for a second, then grasps his hand and shakes it vigorously... (H. Livings)

 

В систематизированном контексте при указании на частотность презенс может передавать повторное действие; обычно оно выражено предельным глаголом, часто — глаголом мгновенного действия: As the bat flies along, it emits a continuous succession of supersonic squeaks... (G. Durrell)

Презенс основного разряда относит действие к будущему при наличии в контексте указания на время предполагаемого действия: Only two days more. Audrey goes on Wednesday. (Christie)



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.