Сделай Сам Свою Работу на 5

ПРИНЦЕССА ГЕЙЛЬ (по прозванию Зимнее Дитя) 7 глава

ВИЗЕРИС I

После долгого и мирного правления Джейхейриса I, Визерис унаследовал крепкую власть, полную казну и доброе имя, которое его дед трепетно взращивал более пятидесяти лет. Таргариены никогда не были столь же могущественны, как в царствование Визериса. Династию пополнило больше принцев и принцесс крови, чем когда бы то ни было со времен Рока, и никогда больше у Таргариенов не было столько же драконов, как в период между 103 и 129 годами от З.Э.

Но не только благо подарило миру правление Визериса I, именно из этого времени тянет свои корни великая трагедия Танца Драконов, порожденная в самой венценосной семье. В первые годы правления одной из главных проблем короля был его младший брат, принц Деймон Таргариен. Принца отличало редкое непостоянство и обидчивость, кроме того, это был лихой, отважный и склонный рисковать человек. Подобно Мейгору I, он был посвящен в рыцари в возрасте шестнадцати лет, и лично король Джейхейрис I вложил ему в руку меч валирийской стали, «Темную сестру», в награду за его отвагу. На Великом Совете Деймон выступил вернейшим сторонником Визериса. Он даже собрал небольшую армию из вольных всадников и присяжных рыцарей, когда пошли слухи, будто Корлис Веларион готовит флот для защиты прав своего сына Лейнора. Тогда королю Джейхейрису удалось избежать кровопролития, но очень многие запомнили, что Деймон был готов решить спор с оружием в руках.

ИЗ ИСТОРИИ МЕЙСТЕРА ГИЛЬДЕЙНА

Хотя он женился на леди Рунного камня в 97 году от З.Э., еще во время правления Старого короля, этот брак не был счастливым. Принц Деймон находил Долину Аррен невообразимо скучной. «В Долине, мужчины сношают овец, - писал он. - И вы не посмеете обвинить их в этом. Их овцы определенно красивее, чем их женщины». Очень скоро у него развилась стойкая неприязнь к своей леди-жене, которую он звал «моя бронзовая сука» в честь фамильных рунных бронзовых доспехов дома Ройсов.

Деймон женился на Рее Ройс в 97 году от З.Э., когда она была еще наследницей древнего дома Ройсов из Долины. Это была великолепная и выгодная партия, но Деймон нашел Долину не соответствующей своему вкусу, а жену пришлась ему по нраву еще меньше, и очень скоро супруги перестали даже жить вместе.



Союз этот оказался совершенно бесплодным, и, хотя Визерис отказал брату в просьбе аннулировать брак, он принял его при своем дворе, дабы разделить с ним бремя власти. Сперва Деймон занял место мастера над монетой, затем мастера над законами, но, в конце концов, по совету одного из главных его конкурентов при дворе, десницы сира Отто Хайтауэра, Деймон был отстранен от этих должностей. Наконец, в 104 от З.Э. Визерис сделал своего брата командующим Городской стражей.

Принц Деймон повысил качество обмундирования и подготовки стражи, дал им золотые плащи, благодаря которым стража известна как «Золотые плащи» и по сей день. Он сам лично присоединялся к своим людям для патрулирования улиц города, стремительно зарабатывая репутацию завсегдатая злачных мест, особенно в борделях, услугами которых он имел обыкновение пользоваться бесплатно. Преступность в городе резко упала, хотя некоторые и поговаривали, что достигнуто это было, в том числе, и из-за увлечения Деймона жестокими расправами. Тем не менее, те, кто извлекал выгоду из подобного управления, очень любили его, и вскоре Деймон стал известен как «Лорд Блошиного Конца». Несколько позже, когда Визерис отказался передать ему титул принца Драконьего камня, он стал звать себя «принцем Города». А в одном из городских борделей он нашел себе фаворитку. Его любовницей стала белокожая лисенийская танцовщица и заклинательница по имени Мисария, которую за внешность и репутацию проститутки называли Белый червь.

Некоторые поговаривали, что Деймон поддержал претензии брата на Великом Совете, веря, что станет наследником своего брата. Но Визерис задумал иное, он уже выбрал наследницей Рейниру, свою единственную дочь от своей кузины, королевы Эймы из Дома Аррен. Рейнира родилась в 97 году от З.Э. Отец души не чаял в девочке, повсюду брал ее с собой, даже на заседания Малого совета, где он поощрял её внимательно наблюдать и прислушиваться. Двор любил принцессу не меньше, чем отец, и отдавал дань ее талантам. Певцы даже окрестили ее Отрадой Королевства за то, что она была ярким и не по годам красивым ребенком. Уже в возрасте семи лет она оседлала драконицу Сиракс, названную в честь одного из богов Старой Валирии.

В 105 году от З.Э. ее мать наконец-то родила долгожданного сына, но, к несчастью, королева умерла в родах, а мальчик, которого назвали Бейлоном, пережил ее всего на день. К этому времени, Визерис уже порядком устал от споров о престолонаследии, и, не обращая никакого внимания на прецеденты от 92 года от З.Э. и решения Великого Совета 101 года от З.Э., официально объявил, что его наследницей станет Рейнира, и даровал ей титул принцессы Драконьего камня. Была организована торжественная церемония, в ходе которой сотни лордов преклонили колени перед принцессой, сидящей у ног отца. Принца Деймона среди них не было.

В год 105 от З.Э. случилось еще одно знаменательное событие: призыв сира Кристона Коля в Королевскую гвардию. Сир Кристон родился в 82 году от З.Э. и был сыном стюарда на службе лорда Дондарриона из Ночного приюта. Он заслужил известность на турнире в Девичьем пруду, на праздновании восхождения на трон короля Визериса, где он одолел множество соперников и потерпел поражение только в самом финале.

Черноволосый, зеленоглазый и весьма миловидный, он пользовался популярностью у двора и придворных дам, и, более всех, у принцессы Рейниры. Ее детская фантазия дала ему прозвище «мой белый рыцарь», принцесса умоляла отца сделать его ее личным телохранителем, что он и сделал. После этого случая Кристон Коль всегда находился при ней и пользовался ее благосклонностью. Позже утверждалось, что принцесса положила глаз на сира Кристона, но у нас есть все основания сомневаться в справедливости этих разговоров.

Ситуация стала еще более сложной, когда, с подачи сира Отто Хайтауэра, король Визерис объявил о своем намерении жениться на леди Алисенте, дочери сира Отто и бывшей сиделке Старого короля.

По большей части, королевство праздновало этот союз. Рейнира, уверенная в своем положении наследницы, приветствовала женитьбу своего отца, ибо она и Алисента уже давно были знакомы по двору. Но не все было спокойно в Долине, где принц Деймон избил слугу, который принес ему известие об этом браке, и на Дрифтмарке, где лорд Корлис и принцесса Рейнис посчитали свою дочь, Лейну, отвергнутой и оскорбленной.

Одним из последствий женитьбы короля Визериса на Алисенте стало заключение союза между принцем Деймоном и Морским Змеем. Устав ждать короны, которая отдалялась от него все больше, Деймон решил своими руками выковать свое собственное королевство. Но для исполнения своего плана принцу были нужны союзники, и Деймон нашел их в лице лорда Корлиса Велариона, который уже долгое время страдал от непомерной жадности Королевства Трех Дочерей, или, как его еще иногда называли, Триархии, альянса между Лисом, Миром и Тирошем, созданного в ходе совместной борьбы против Волантиса. Поначалу в Семи Королевствах образование этого союза было встречено с восторгом, но вскоре стало очевидно, что новые соседи куда хуже разбитых ими пиратов и корсаров.

Сражения начались в 106 году после З.Э. Морской Змей вел флот, а Деймон верхом на Караксесе вел в бой армию младших сыновей и безземельных рыцарей, стекавшихся под его знамена. В свою очередь, король Визерис обеспечил это предприятие золотом для найма людей и организации снабжения.

В течение двух лет союзники одержали множество побед, вершиной которых стало убийство принцем Деймоном в личной схватке мирийского правителя – адмирала Крагхаса Драхара, прозванного Кормильцем Крабов. (Когда в 109 году после З.Э. Визерис узнал, что Деймон объявил себя королем Узкого моря, он заявил, что его брат может забирать себе свою корону, если «станет держать его подальше от неприятностей»). Однако оказалось, что праздновать победу было еще рано. В следующем году Триархия заново собрала флот и войско, а Дорн вступил в войну на стороне Триархии против маленького взращенного Деймоном королевства.

В 107 году после З.Э. королева Алисента родила Визерису мальчика, названного Эйгоном. Наконец, король обрел сына. Следом за Эйгоном последовали сестра Хелейна, его будущая невеста, и еще один сын, Эймонд. Рождение у короля сына означало, что вопрос о престолонаследии будет открыт вновь, и этот вопрос далеко не в последнюю очередь волновал королеву и ее отца, десницу, которые жаждали, чтобы их кровь вознеслась над потомством Эймы Аррен. В конце концов, сиру Отто пришлось наступить на горло собственным амбициям, когда в 109 году после З.Э. на посту десницы его сменил лорд Лионель Стронг, прежде служивший в Малом совете мастером над законами. Причина отставки крылась в том, что Визерис уже решил для себя вопрос наследования. Его преемницей должна была стать Рейнира, и король не желал слышать ни слова возражения, даже несмотря на решение Великого совета 101 года, который постановил, что мужчина в вопросе наследования всегда стоит над женщиной.

С этого самого времени и начинают говорить о так называемых «партии королевы» и «партии принцессы». А благодаря турниру, прошедшему в 111 году после З.Э., они становятся известны под другими именами – зеленые и черные. На этом турнире, как говорят, королева Алисента нарядилась в прекрасное зеленое платье, в то время как Рейнира, дабы подчеркнуть свое первородство, в качестве цветов своего наряда избрала традиционные цвета дома Таргариенов – красный и черный. Этот же самый турнир был ознаменован возвращением с войны Деймона Таргариена, короля Узкого моря. Когда он прибыл, на голове его была корона, но едва Караксес приземлился, Деймон преклонил колени перед своим братом и подал тому свою корону в знак верности. Визерис поднял его с колен, вернул корону, и расцеловал его в обе щеки: к всеобщему удивлению, Визерис действительно любил своего брата. Собравшиеся на турнире радостно приветствовали это воссоединение, но никто не ликовал более, чем Рейнира, по-настоящему любившая своего отчаянного дядю. Возможно, больше, чем следует …хотя наши источники весьма противоречивы.

Но всего несколько лун спустя Деймон отбыл прочь. Что же произошло? Наши источники разнятся. Одни, к примеру, Рансайтер и Мункун, предполагают, что король Визерис и король Деймон разругались (путь братской любви нередко лежит через споры), и именно поэтому Деймон покинул столицу. Другие говорят, что это королева Алисента (возможно, наученная сиром Отто) убедила Визериса, что Деймон должен быть удален от двора. Но только два источника описывают этот случай достаточно подробно.

Один из них - книга «Правление короля Визериса, первого этого имени, и Танец Драконов, последовавший после» септона Юстаса, написанная вскоре после завершения войны. Хотя труд этот очень тяжеловесен и труден для чтения, не вызывает никаких сомнений, что Юстас был близок к Таргариенам, и знал, о чем говорил. Второй же, «Свидетельства Грибка», описывает случившееся совершенно иначе. Карлик трех футов ростов с огромной головой (и огромным членом, если верить ему самому) был придворным шутом, как говорят, слабоумным. Именно поэтому придворные никогда не стеснялись свободно говорить в его присутствии. В написанных им «Свидетельствах» описываются события времени, когда он находился при дворе, записанные неизвестным нам писцом со слов Грибка, – заговоры, убийства, измены, блуд, и все это – с множеством подробностей и деталей. Мнения септона Юстаса и Грибка очень часто не совпадают, но, время от времени, случается, что версии их совпадают.

Юстас утверждает, что сир Аррик Каргил застал Деймона и принцессу Рейниру в постели, и именно это стало причиной отлучения Деймона от двора. Грибок же рассказывает иную версию. По его словам, Рейниру интересовал только сир Кристон Коль, но рыцарь не желал принимать ее внимания. И тогда Деймон предложил обучить ее искусству любви, чтобы она сумела соблазнить сира Кристона нарушить свои обеты. Но, когда она уже была готова исполнить задуманное, рыцарь – который, как клянется Грибок, был целомудрен и добродетелен, как септа – преисполнился ужаса и отвращения. Вскоре Визерис прослышал об этом случае. Как бы то ни было, нам доподлинно известно, что Деймон просил руки Рейниры, если бы только Визерис дал согласие на расторжение брака с леди Реей Ройс. Визерис отказал ему и вместо этого выслал Деймона из Семи Королевств и запретил ему возвращаться под страхом смерти. Деймон повиновался. Он вернулся на Ступени, чтобы продолжить там свою войну.

В 112 году после З.Э. скончался сир Гаррольд Вестерлинг, и сир Кристон Коль занял лорда-командующего Королевской гвардией вместо него. А уже в следующем, 113 году после З.Э. принцесса Рейнира достигла совершеннолетия. За годы до этого ко двору стало прибывать множество мужчин, добивавшихся ее руки (один из них, наследник Харренхолла, сир Харвин Стронг по прозвищу Костолом, был сильнейшим рыцарем в королевстве). Женихи добивались ее расположения подарками, как близнецы сир Джейсон и сир Тайленд Ланнистеры из Утеса Кастерли, слагали песни о ее красоте и даже дрались из-за нее на дуэлях, как, например, сыновья лордов Блэквуда и Бракена. Ходили разговоры и о возможной свадьбе с принцем Дорнийским ради объединения двух королевств. Королева Алисента (и, конечно, ее отец сир Отто), естественно, предлагала кандидатуру своего сына, принца Эйгона, который был намного моложе. Но единокровные брат и сестра никогда не ладили, а Визерис понимал, что королева больше заботится об удовлетворении собственных амбиций через сына, чем о любви Эйгона к Рейнире.

Проигнорировав всех этих претендентов, Визерис вместо них обратил свой взор к Морскому Змею и принцессе Рейнис, чей сын Лейнор однажды уже выдвигал претензию на трон на Великом совете 101 года. Лейнор наследовал драконью кровь от обоих родителей, и даже имел собственного дракона, великолепного серо-белого красавца, названного Морской Туман. Лучшего способа примирить две фракции, враждовавшие еще со времен Великого совета, было не сыскать.

Но была одна проблема: в свои девятнадцать лет, Лейнор предпочитал компанию оруженосцев своего возраста, никто никогда не замечал, чтобы он интересовался женщинами, и он не имел ни единого бастарда. В ответ на это обстоятельство великий мейстер Меллос заметил: «И что с этого? Я не не люблю рыбу, но когда ее подают, я ем ее».

Впрочем, Рейнира придерживалась иного мнения. Возможно, она надеялась на брак с принцем Деймоном, как утверждал септон Юстас, или надеялась соблазнить Кристона Коля, как рьяно доказывал Грибок. Но Визерис был непреклонен, он не желал слушать никаких возражений ни от нее, ни от кого-либо другого. Король даже заявил, что, если она откажется от этого брака, он пересмотрит свое решение о престолонаследии. Сразу за этим последовал окончательный разрыв между сиром Кристоном Колем и Рейнирой. Пыталась ли она снова соблазнить его? Осознал ли он свою любовь к ней накануне скорой свадьбы и пытался убедить ее бежать с ним?

Этого мы сказать не можем. Не можем мы сказать и того, правда ли, что после того, как Коль оставил ее, она вместо него отдала свое девичество (если, конечно, она еще оставалась девственной) сиру Харвину Стронгу – рыцарю куда как менее щепетильного сорта. Грибок утверждает, что он лично застал их в постели, но половине его слов нельзя доверять, а доверять второй нет никакого желания. Единственное, что мы можем утверждать наверняка, – принцесса Рейнира и сир Лейнор поженились в 114 после З.Э., и по случаю торжества, как и полагается, был проведен турнир, и что на этом турнире у Рейниры был другой представитель – Костолом, в то время как сир Кристон Коль впервые удостоился благосклонности королевы Алисенты. Что касается турнира, то все до единого согласны, что Коль бился словно овеянный черной яростью и одолел всех противников. Он даже сломал ключицу и раздробил локоть Костолому, что привело к награждению последнего Грибком кличкой Костеломка. Но худшие травмы он намерено нанес фавориту Лейнора –миловидному рыцарю сиру Джоффри Лонмауту, прозванному Рыцарем поцелуев. Сир Джоффри шесть дней пролежал окровавленным и изломанным, пока, в конце концов, не умер, оставляя Лейнора заливаться горькими слезами.

Сразу после этих событий сир Лейнор отправился на Дрифтмарк, и отъезд этот был так стремителен, что некоторые даже задавались вопросом, был ли осуществлен этот брак. Рейнира и ее муж, в основном, жили раздельно: она на Драконьем Камне, а он на Дрифтмарке. Тем не менее, если королевство и беспокоилось о ее наследнике, то ему не пришлось ждать слишком долго. К концу 114 года после З.Э. Рейнира разрешилась от бремени, родив здорового мальчика. Принца назвали Джекейрис (а вовсе не Джоффри, как того хотел сир Лейнор), но друзья и члены семьи называли его Джейс.

И еще…Рейнира была от крови дракона, а сир Лейнор имел орлиный нос, тонкие черты, серебряно-белые волосы и фиолетовые глаза, что, без всякого сомнения, говорило о его валирийском наследии. Почему же тогда Джекейрис родился с каштановыми волосами, карими глазами и курносым? Многие смотрели на него, затем на сира Харвина Стронга, теперешнего лидера черных и постоянного спутника Рейниры…и удивлялись.

Впоследствии Рейнира родила еще двоих сыновей – Люцериса (его звали Люком) и Джоффри, все родились в браке с сиром Лейнором. Каждый из них был крепким, рослым, с каштановыми волосами и курносым, с чертами, которыми ни Рейнира, ни Лейнор не обладали. В кругу зеленых поговаривали, что мальчики, очевидно, были сыновьями Костолома, и многие сомневались, что они сумеют стать драконьими всадниками. Тем не менее, по приказу Визериса каждому из мальчиков в колыбель клали яйцо, и каждое яйцо проклевывалось, являя на свет драконов Вермакса, Арракса и Тираксеса. Король, со своей стороны, игнорировал эти слухи, дабы сохранить Рейниру в качестве своей наследницы.

Четырьмя трагедиями запомнился 120 год после З.Э., его еще прозвали годом Красной весны (не путать с Красной весной 236 года после З.Э.), ибо именно тогда был заложены основы грядущего Танца Драконов. Первая из этих трагедий заключалась в смерти Лейны Веларион, сестры Лейнора. Однажды побывав претенденткой на место рядом с Визерисом, она стала женой принца Деймона в 115 году после З.Э.. после того, как его первая жена, леди Рея Ройс, погибла во время охоты в Долине. (Деймон, тем временем, уже устал от Ступеней и сложил с себя корону; пять человек после него становились королями Узкого моря, пока это «королевство» не прекратило свое существование).

Лейна подарила Деймону двух дочерей-близняшек, Бейлу и Рейну. Хотя поначалу король Визерис и был возмущен этим свершенным без его согласия браком, он позволил Деймону представить своих дочерей при дворе в 117 году после З.Э., вопреки возражениям своего Малого совета; он все еще любил своего брата, и надеялся, что отцовство переменило его характер. В 120 году после З.Э. Лейна вновь родила, на этот раз мальчика, которого Деймон всегда желал. Но радость принца была омрачена – из чрева ее супруги извлекли скрученное, деформированное существо; мальчик, однако, умер вскоре после рождения. Вскоре умерла и Лейна.

Но ее родители, лорд Корлис и принцесса Рейнис, меньше чем через год получили еще один повод для горя. Они все еще оплакивали свою дочь, когда Неведомый забрал их сына. Все до единого сходятся во мнении, что Лейнор прогуливался по рынку Спайстауна, когда был убит. Юстас называет имя его друга и компаньона (и любовника, как некоторые хотели бы это представить) сира Кварла Корри. Говорят, они поссорились потому, что Лейнор собирался заменить Корри новым фаворитом.

Клинки сверкнули, и Лейнор был убит. Сир Кварл бежал, и никто никогда больше его не видел. Грибок, однако, предполагает более темную историю: будто это принц Деймон заплатил Корри за убийство Лейнора, чтобы освободить Рейниру для себя.

Третьей трагедией стала ужасная перепалка между сыновьями Алисенты и Рейниры, произошедшей, когда не имевший дракона Эймонд Таргариен пожелал получить дракона покойной Лейны, Вхагар. Пинки, толчки и удары сопровождались язвительными комментариями Эймонда – он, издеваясь, называл мальчиков Рейниры «Стронгами», до тех пор, пока второй сын Рейниры, Люцерис, не взял нож и не вонзил его в глаз Эймонда. С тех самых пор Эймонд и стал известен как Эймонд Одноглазый, тем не менее, Вхагар, в итоге, досталась ему. (Вскоре он получил возможность отомстить, хотя государство и истекало из-за этого кровью).

До своего замужества за Деймоном Лейна была почти десять лет обручена с сыном бывшего морского владыки Браавоса, но юноша растратил состояние своего отца, а вместе с ним и всякое влияние, и стал всего лишь приживалой в Высоком Приливе, чем немало раздражал лорда Корлиса. Не было большим сюрпризом, когда после смерти своей жены, находясь на Дрифтмарке с визитом, Деймон увидел Лейну (которая, как говорили, была изумительно прекрасна) и сразу же в приватной беседе заговорил с Морским Змеем о предстоящей свадьбе. Вскоре после этого принц Деймон спровоцировал ее браавосийского жениха так бесцеремонно, что молодой человек вызвал его на поедино Так оборвалась жизнь расточительного сына морского владыки.к.

В конце концов, Визерис попытался примирить стороны, и объявил, что любой человек, ставящий под сомнение происхождение детей Рейниры, будет лишен языка. Затем он велел Алисенте вместе сыновьями вернуться в Королевскую Гавань, в то время как Рейнира со своими должна была остаться на Драконьем Камне, чтобы они не могли ссориться вновь. Сир Эррик Каргилл остался на Драконьем Камне в качестве личного телохранителя Рейниры, а сир Харвин Стронг был отослан в Харренхолл.

Последняя трагедия – и, как некоторые считают, наименьшая – в Харренхолле случился пожар, который унес жизни лорда Лионеля и его сына и наследника, сира Харвина. Но те, кто говорит подобное, невежественны. Визерис, теперь уже старый и уставший, все меньше и меньше внимания уделявший управлению государством, лишился своего десницы, в то время как Рейнира потеряла одновременно и мужа, и, если верить слухам, любовника. Некоторые видят в этом только несчастный случай и ничего более. Но другие предполагают злой умысел. Некоторые верят, что это Ларис Косолапый, один из королевских головорезов и младший сын лорда Лионеля, устроил этот пожар, чтобы получить возможность править Харренхоллом. Другие рассказывают, что за этим стоял принц Деймон.

Вместо того, чтобы выбрать нового десницу, король по настоянию Алисенты вызвал из Староместа сира Отто Хайтауэра, и вновь назвал его десницей короля. А Рейнира, вместо того чтобы оплакивать мужа, наконец, вышла замуж за своего дядю, принца Деймона. А уже на исходе 120 года после З.Э. она родила первого общего с Деймоном сына. Мальчика назвали Эйгоном, в честь Завоевателя. (Когда королева Алисента узнала об этом, она пришла в ярость. Ведь и ее старшего сына также звали Эйгоном, и также в честь Завоевателя.

Два Эйгона стали известны как Эйгон Старший и Эйгон Младший). 122 год после З.Э. подарил Рейнире и Деймону второго сына, Визериса. Он был не так крепок, как его полнокровный брат Эйгон или единоутробные братья Веларионы, но зато он рос не по годам смышленым. Тем не менее, когда драконье яйцо в его колыбели не проклюнулось, некоторые восприняли это как предзнаменование.

Таким образом, гной копился, пока, наконец, в 129 году после З.Э. Визерис I не скончался. Его сын, Эйгон Старший, женился на своей сестре Хелейне, и та родила Эйгону близнецов Джейхейриса и Джейхейру (последняя была странным ребенком, медленно росла, никогда не плакала и не улыбалась, как обычно делали дети), и еще сына по имени Мейлор в 127 году после З.Э. На Дрифтмарке Морской Змей по болезни слег в постель. Визерис, находящийся в преклонном возрасте, но все еще крепкий, поранился о Железный Трон после заседания суда. В рану попала опасная зараза, и мейстер Орвиль (который сменил мейстера Меллоса в предыдущем году) был вынужден ампутировать два пальца. Но эта мера не помогла. Закончился 128 год, и наступил 129, а королю становилось только хуже.

На третий день третьей луны 129 года после З.Э., когда он рассказывал Джехейрису и Джейхейре сказку о том, как его прапрапрадед и его королева сражались против великанов, мамонтов и одичалых за Стеной, король почувствовал усталость. Он отослал внуков, не закончив рассказ, и провалился в сон, из которого уже никогда не очнулся. Король Визерис Таргариен, первый этого имени, король андалов и первых людей, правил страной в течение двадцати шести лет. Его правление стало эпохой наивысшего расцвета в истории Семи Королевств, но именно в годы его правления были посеяны семена катастрофической трагедии его дома и гибели последних из драконов.

Ни одна война не была такой жестокой и кровавой, как Танец Драконов, как ее прозвали певцы и Манкан. Это была самая худшая война – между братом и сестрой. Несмотря на то, что Визерис I непоколебимо предпочитал Рейниру, мать Эйгона и Малый совет убедили его надеть корону отца, еще до того, как успел остыть труп Визериса. Когда Рейнира, принцесса Драконьего Камня, узнала об этом, она пришла в ярость. Тогда она находилась на Драконьем Камне в ожидании своего третьего ребенка от принца Деймона.

ИЗ ИСТОРИИ АРХИМЕЙСТЕРА ГИЛЬДЕЙНА

На Драконьем Камне не было слышно радостных возгласов. Вместо этого, крики эхом разносились по стенам и лестничным клеткам башни Морского Дракона снизу, от покоев королевы, где Рейнира Таргариен тужилась и содрогалась от родов вот уже третий день. Ребенка не ждали раньше следующей луны, но вести из Королевской Гавани привели принцессу в черную ярость, которая, вероятно, и привела к родам. Казалось, ребенок внутри нее тоже в гневе и пытается выбраться наружу. За все время родов принцесса выкрикивала проклятия, призывая кару богов на ее сводных братьев и их королеву-мать; она описывала пытки, которым подвергнет их, прежде чем позволит им умереть. Она проклинала и дитя внутри нее, как говорит Грибок. «Убирайся!, - кричала она, хватаясь за вздутый живот, пока мейстер и повитуха пытались сдержать ее, - чудовище, чудовище, убирайся, убирайся, УБИРАЙСЯ!».

Когда дитя, наконец, вышло, оно оказалось действительно чудовищным: мертворожденная девочка, скрученная и искаженная, с дырой вместо сердца и с коротким чешуйчатым хвостом. Так, по крайней мере, ее описывает Грибок. Карлик сказал, что именно он отнес маленькое создание во двор, на костер. Мертвую девочку должны были назвать Висеньей, поведала Рейнира на следующий день, когда маковое молоко притупило ее боль. «Она была моей единственной дочерью, и они убили ее. Они украли мою корону и убили мою дочь, и они за это ответят».

Сразу после родов она начала готовиться к войне. И Рейнира, и Алисента имели своих сторонников среди родственников и знатных лордов. И у каждой стороны были драконы. Это был верный путь к катастрофе, что и произошло в итоге. Королевство еще никогда не истекало кровью настолько сильно, и потребовались годы, чтобы все раны зажили.

Утверждение Грибка о том, что королева Алисента ускорила кончину мужа, подсыпав ему в вино «щепотку яда», мы, пожалуй, можем пропустить. Но никто не станет спорить с тем, что первой пролитой кровью стал мастер над монетой, лорд Бисбери, когда он начал утверждать, что истинным наследником Визериса является Рейнира и ее надо короновать. Источники расходятся во мнении о смерти оппозиционера. Одни говорят, что он умер от холода, когда его бросили в подземелья Красного Замка. Другие говорят, что Кристон Коль – лорд-командующий Королевской гвардией, которого позже назовут Делателем Королей – перерезал ему горло прямо на заседании Малого совета. Грибок не согласен со всеми утверждениями и говорит, что Кристон Коль выбросил его из окна – но нужно помнить, что Грибок в это время находился на Драконьем Камне вместе с Рейнирой. Но самыми ужасными оказались убийства молодых принцев, Люцериса Велариона, сына Рейниры, а затем Джейхейриса, сына Эйгона.

Смерть Люка Велариона произошла на глазах множества людей в Штормовом Пределе, и все единодушны о причине смерти. Принц прибыл туда, чтобы заручиться поддержкой лорда Борроса, но обнаружил там Эймонда Таргариена, который прибыл в Штормовой Предел раньше. Он был взрослее, сильнее и злее – к тому же, ненавидел Люцериса со времен, когда тот лишил его одного глаза девять лет назад. Лорд Боррос запретил принцам биться внутри его замка – но сказал, что ему все равно, что произойдет за его пределами. Тогда принц Эймонд оседлал своего дракона Вхагар и помчался за Люцерисом и его молодым драконом Аррексом. Принц и его дракон – во время бушующего шторма за пределами замка – погибли в пределах видимости Штормового Предела, упав в море.

Рейнира, узнав о смерти сына, упала в обморок. Но не так отреагировал отчим Люцериса, принц Деймон Таргариен. С Драконьего Камня он отправил письмо: «Глаз за глаз. Сын за сына. Люцерис будет отомщен». Он был Городским Принцем, и у него еще оставались друзья в забегаловках и борделях Королевской Гавани. Главным из них была его бывшая любовница Мисария, Белый Червь. Она свершила его месть, наняв мясника и крысолова, которые войдут в историю как Кровь и Сыр. Благодаря профессии, крысолов знал все потайные ходы туннелей Мейгора. Они проникли в Красный Замок и поймали королеву Хелейну с детьми... в конце концов, они задали ей вопрос: какой из ее сыновей умрет? Она плакала и умоляла убить ее вместо сына, но все безрезультатно. Тогда она назвала имя младшего, Мейлора – слишком маленького, чтобы понять. Вместо Мейлора Кровь и Сыр убили Джейхейриса, старшего сына и наследника Эйгона II. Затем они взяли голову принца и выполнили обещание, что убьют только одного сына Эйгона.

Изначально Эйгона поддерживали лорд Хайтауэр, лорд Ланнистер и лорд Баратеон. Лорд Талли хотел присоединиться к ним, но был стар и прикован к постели, а его внук не хотел сражаться за короля. Сторонниками Рейниры были лорд Веларион, ее кузина, леди Джейн Аррен, и лорд Старк (хотя его армия очень медленно двигалась к Рейнире; северян больше заботила наступающая зима). Лорд Грейджой атаковал Запад от имени королевы, к большому удивлению Эйгона, который рассчитывал на его поддержку. Позже лорд Талли присоединился к Рейнире, несмотря на последнее желание его деда. Тиреллы, однако, сохранили нейтралитет, также как и дорнийцы.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.