Сделай Сам Свою Работу на 5

Глава 27 - Белые гребни в черном океане

 

~*~Эдвард~*~


Карлайл приехал через двадцать две минуты. Это были самые длинные двадцать две минуты в моей жизни. Я пытался читать информацию на экране компьютера, но ничего толком не понимал. Слово «психотропное» то и дело мелькало перед глазами. То, что сказал Карлайл, звенело в ушах, но реальная ситуация, понимание того, что, если что-то может пойти не так, это обязательно произойдет, было невозможно игнорировать. Я истово молился, чтобы Карлайл рассказал мне что-то, что имело хоть какой-то смысл, что заглушило бы боль в моей груди, которая давила, топила, разрушала мои надежды. Мне нужно было что-то, что поможет разобраться с этим дерьмом.

Меня поглощало гребаное предчувствие – такое сильное, то самое, которое я желал бы никогда больше не испытывать. Но, чем больше я думал, тем отчетливее понимал, что может случиться беда. Так было и с родителями, и я не хотел повторения трагедии. Я ненавидел саму идею - ходить к шринку (п.п. - психоаналитик), потому что никогда ни с кем не разговаривал о своих чувствах: это было выше моих сил. Кроме того, я и так знал, что мне скажет доктор. Я виню себя за смерть родителей, за то, что сидел на наркоте, за то, что выбрал себе такую работу, за свое искусство, которое является лишь маской, за которой я прячу свою истинную суть. Какой смысл тратить сотню долларов в час, чтобы услышать, прочему я такой припизднутый. Мне нужен тот, кто скажет, как мне, на хрен, помочь Белле.

Я ненавидел её состояние в день Благодарения. Но еще больше я ненавидел то, что не знал, как все это исправить, как помочь ей чем-то, кроме секса. И Джеймс. Я не мог сейчас концентрироваться на нем. Он как-то был связан с прошлым Беллы, и это чертовски настораживало. Я хотел бы знать, что он ей сказал, почему она так переменилась ко мне в машине. Я должен это выяснить и обязательно разобраться с этим уебком. Нужно стереть Джеймса из моей жизни, потому что он будит демонов прошлого, и меня это совершенно не устраивает.

Раздался настойчивый стук в дверь, и я вынырнул из собственных мыслей, вскочил с дивана, почти бегом рванул по коридору и дернул дверь. Карлайл выглядел спокойным и собранным, но в глубине его глаз я уловил тревогу и понял, что это напускное.



- Эдвард, - он притянул меня в сдержанные мужские объятья, что было совсем не похоже на него.

- Что, черт меня дери, происходит, Карлайл? Почему она на психотропных препаратах? – спросил я, отталкивая его, чтобы немного скрыть страх в ожидании ответа.

Карлайл разулся, он знал, как меня бесит хождение в уличной обуви по моей квартире. Он прошел в гостиную и опустился в кресло, в котором обычно никто не сидел; я поплелся за ним хвостом и рухнул на диван, нервно барабаня ногой по полу.

- Рисперидон назначают по нескольким причинам, Эдвард. Одна из них – для подавления сильных приступов тревоги, иногда для лечения БАР(Биполя́рное аффекти́вное расстройство, подробнее тут), но я думаю, что это не имеет отношения к Белле. Но чаще - от шизофрении, и опять же я думаю, что нам не стоит волноваться по этому поводу, - проговорил Карлайл, сложив пальцы домиком, приблизив их к губам. - Я навел справки по поводу врача, который выписал это и другие лекарства Белле.

Глаза Карлайла потемнели, пока он говорил, гнев искажал его лицо, и я понял, что тот, кто назначил Белле такое лечение, вероятно, некомпетентный мудак, и скоро он попрощается со своей лицензией.

- Рисперидон ей выписали еще в больнице, и тогда это, похоже, имело смысл. Он также назначил ей болеутоляющее, полагаю, из-за ожогов, хотя мне и не удалось лично поговорить с ним об этом. На самом деле, я не понимаю, как другой доктор смог игнорировать то, что она уже была на сильных обезболивающих и очень сильных антидепрессантах, и выписал ей остальные медикаменты из списка, который ты сделал, особенно, Окси. Я обязательно свяжусь с медицинским советом, потому что это просто напросто опасно, - закончил Карлайл, подтверждая мою догадку.

- И какого же дьявола мне со всем этим делать? Я же не могу просто сказать ей, что порылся в её аптечке и доложил тебе обстановку, выяснив, что все это очень опасно. Она психанет… - я таращился в потолок, но, услышав, как Карлайл заерзал, перевел взгляд на него: он сжимал губы и морщил лоб. - Ладно, она и так все время психует, но ради Христа, Карлайл, я, охренеть как, люблю её, и у меня уже мозги кипят, но ничего не могу придумать, а должен, - отчаянно проговорил я, стараясь сдержать дрожь в голосе. Мой телефон пискнул, и я проверил сообщения. От Беллы. Даже тон её текстового послания был каким-то нервным, одна сраная надежда на то, что эти женщины смогут о ней позаботиться. Они ведь даже не понимают, насколько все плохо, ничего не знают о прошлой ночи. Полагаю, что нет, ведь Белла ничего толком не рассказала даже мне. Особенно мне.

- Как думаешь, ты сможешь уговорить её прийти ко мне на консультацию, как к специалисту? Большая часть её рецептов скоро истечет. Ей все равно нужно будет к врачу, и я не думаю, что у нее есть кто-то на примете. Я изучил историю её болезни, хотя, наверно, не должен был, - сказал он многозначительно. - Если уговоришь Беллу прийти ко мне, я смогу прописать более подходящие лекарства, которые будут лучше сочетаться друг с другом. Её печень подвергается сейчас ужасным нагрузкам, да и организм в целом может в ближайшем будущем просто не справиться с этим лекарственным коктейлем, но я сомневаюсь, что она догадывается о том, какому риску подвергает себя, - последние слова Карлайл произнес затихающим монотонным голосом.

- Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что она может умереть? Господи, Карлайл, я-то надеялся, что ты меня успокоишь! - задохнулся я. Мое тело отказывало служить мне, будто распадаясь на куски; живот скрутило, и я наклонился вперед, стараясь обуздать эмоции, уперся пятками в пол и потер глаза руками. - Получается, что мне непременно нужно уговорить Беллу прийти к тебе, или я могу её потерять, так? Но при этом она точно не чокнутая, верно?

- Все так, - сказал Карлайл, теряя контроль над голосом, который стал звучать очень печально. - Мне очень жаль, Эдвард.

- Черт, - пробормотал я, чувствуя, как потеют ладони. - Еб твою мать! - заорал я, сжимая кулаки, растирая ими глаза; неужели этот мир желает укокошить меня окончательно, а я ведь и так совсем не в порядке. Меня уже достаточно потрепало. Я просто хочу заслужить хоть каплю чего-то хорошего: хочу быть достойным такой девушки как Белла, и больше, чем просто достойным, хочу, чтобы она была со мной.

- Мне нужно пробежаться, - заявил я, потому что действительно нуждался в этом. Если не сделаю этого, то, скорее всего, разнесу свою квартиру, поскольку сейчас я был чертовски зол.

- Я могу пойти с тобой, - ответил Карлайл. Дядя был обеспокоен, судя по тому, как он вцепился в подлокотники кресла, намереваясь встать.

Я покачал головой.

- Хочу побыть сейчас один. Позвоню тебе позже, когда вернусь и поговорю с Беллой. Она придет к тебе, я постараюсь сделать для этого все. Может даже завтра? - спросил я, потирая лицо ладонью, стараясь отстраниться от реальности происходящего, чтобы не свихнуться окончательно.

- Конечно, скажи время, и я впишу её в график. Я завтра заступаю с полудня, учитывая чрезвычайность ситуации, я смогу уделить ей время. И тебе, - сказал Карлайл, положив руку мне на плечо. - И Эдвард, может, настало время разобраться с твоим собственным дерьмом? Я знаю, ты полагаешь, что умело скрываешь все это, но пойми, ты не сможешь помочь ей, пока не поможешь самому себе.

Я взглянул на Карлайла и вздохнул, поняв все по его лицу.

- Знаю, - кивнул я. Шесть лет назад, после смерти родителей я отказался от помощи специалиста и прочего дерьма, которое тогда советовал мне дядя. Но раны Беллы были еще свежи, и её потеря была не сравнима с моей. И хотя я старательно заметал свой сор под ковер, он все равно всплывал наружу. Мне становилось все труднее справляться с собой, особенно с появлением Беллы, и я уже больше не мог игнорировать это, жить с этим было невозможно. Я бы хотел вернуть себе спокойствие, но понятия не имел, как.

Карлайл был в шоке от моего признания и таращился на меня во все глаза, но быстро совладал с собой.

- Дай мне знать, когда будешь готов, я сведу тебя с приличным врачом, который не разочарует.

Я кивнул, пытаясь улыбнуться, но так и не смог. Карлайл ушел, велев звонить ему в любое время, если он будет мне нужен. Я переоделся в толстовку с надписью «Мейсен» и кроссовки, натянул шапку, схватил телефон, iPod и вышел за дверь. Я воспользовался лестницей вместо лифта, кивнул чудаковатому охраннику Райли на ходу, толкнул дверь и вышел в морозную прохладу улицы.

Я долго бегал, отчаянно пытаясь придумать способ заставить Беллу сходить на прием к Карлайлу.

Я остановился у мастерской, чтобы сделать дубликаты ключа от своей квартиры Белле и себе, на случай, если потеряю или забуду где-то свои. Я же тот еще забывчивый идиот. У меня не хватило терпения дожидаться ключей внутри, поэтому я решил навернуть еще круг, чтобы убить время. Выйдя на улицу, я увидел магазин Tiffany, который раньше не замечал.

Неудивительно, потому что я сроду не обращал внимания на такие магазины, и уж, конечно, не ходил туда без Элис, потому что был абсолютно уверен, что персонал взглянет на меня лишь раз, а потом попросту начнет игнорировать присутствие моей фриковой задницы в их крутом ювелирном салоне. Но я послал все нахуй и перебежал на другую сторону улицы. На секунду я замешкался, пытаясь понять, какого черта оказался возле одного из самых дорогих магазинов ювелирных украшений… но скоро же Рождество, а девочки любят побрякушки и всякое такое дерьмо. Наверно, и Белла любит. Хотя я не имел гребаного понятия, что могло бы ей понравиться.

Я сделал глубокий вдох и открыл дверь, приготовившись к тому, что меня выкинут оттуда, потому что я выгляжу скорее, как вор, а не покупатель. На счастье, магазин был забит покупателями, и лишь одна девушка обратила на меня внимание, но поспешно отвела глаза. Я сунул руки в карманы, жалея, что у меня не хватило мозгов зайти сюда, когда я буду хотя бы прилично одет.

Я старался не привлекать к себе внимание, насколько это вообще возможно, потому что такому, как я, охуенно трудно слиться с толпой. Внезапно стало очень жарко: наверное, нервы, плюс, я понятия не имел, что ищу. Определенно не гребаное кольцо. Нет уж, к такой хренотени я пока не готов, а Белла и подавно. Я ведь даже в любви ей не могу признаться.

Я стащил шапку и провел рукой по волосам, глядя в пол. Что я там пытался разглядеть? Ждал, что долбанный идеальный девчачий подарок прорастет из-под земли прямо передо мной, наверное.

- Могу я вам помочь? – спросила девушка, которая посмотрела на меня, когда я только вошел. Она стояла футах в трех от меня и чертовски нервничала, поглядывая через плечо на мужчину за прилавком, который, видимо, был владельцем магазина и внимательно за нами наблюдал. Вот психушка-то.

- Вообще-то, да. Кажется, я хочу купить что-то в подарок на Рождество для моей девушки, - проговорил я, указав на маленькую подвеску в форме кекса. - Я люблю кексы, и ээээ… и её… И она печет самые охренительные кексы на свете, так что я прикинул, что это неплохая идея, ага? - тараторил я, тупо ища хоть какого-то одобрения, пусть даже от телки, которая поимеет с меня комиссионные. Нужно было подождать и сходить вместе с Элис.

Девушка улыбнулась мне, и очень даже искренне.

- Полагаю, это идеально подойдет, очень символично. Хотите, чтобы она носила это на шее или как браслет? – спросила консультант.

- Ух, черт, я даже не знаю, - буркнул я, переживая: придумал, что хочу подарить, а вот на шею или на руку? Такой простой вопрос поставил меня в тупик. Будет ли цепочка на шее мешать мне кусать её? Да уж, оказывается, при выборе украшения для меня именно это имело решающее значение, хотя, по сути, вообще не должно иметь. - Эээ, наверно, браслет. Вы знаете, она, кажется, не очень-то любит носить украшения на шее, - я пожал плечами.

Она покивала, словно поняла, что я несу, но при такой должности ей положено. Консультант отперла витрину и вынула кулон.

- Розничная цена тысяча триста пятьдесят долларов, - проговорила она тихо, почти шепотом. Я понял, что таким образом она старается не смущать меня, если вдруг я не смогу позволить себе такую покупку в таком магазине. Неудивительно, я же выглядел, как придурошный дегенерат. Признаться, это, и правда, было недешево, но, конечно, не остановило меня.

- Отлично, - кивнул я.

Она снова улыбнулась, на этот раз с облегчением, потому что не расстроила меня, или потому что я не разозлился, чего, скорее всего, она ожидала, от такого типа, как я. Продавщица повела меня к витрине с браслетами, вытащила подставку, на которой было около двадцати разных цепочек. Я вытаращился на нее, словно на чокнутую, и она сочувствующе улыбнулась мне.

- Хотели бы что-то изящное, или в этом роде? – она указала на толстый браслет, и я сморщился. Не думаю, что это подойдет. Я закатал рукава, потому что стало так жарко, что я вспотел. Глаза консультанта устремились вниз на мои запястья и дальше по рукам.

- Эх, ну она малюсенькая, метр шестьдесят от силы, и весит всего ничего, так что, думаю, нужно что-то поизящней, это будет более подходящим, да? – спросил я, потому что, вашу мать, ну я же не шарю в ювелирке.

Все вместе вышло каких-то смешных восемнадцать сотен, но я не жопился. Мне не было жалко потраченных денег. Белла заслуживала чего-то приятного, ну или типа того, и я хотел доставить ей хоть какую-то радость. Плюс, я собирался признаться, что лично выбирал ей подарок, и скорее всего, за этот подвиг я получу охерительный минет или что-то еще более клевое, может, она позволит взглянуть на бельишко, которое все время прятала от меня. Знаю, я не должен зацикливаться на сексе с Беллой, особенно сейчас, но мой разум и мой член, казалось, существовали в параллельных вселенных, редко пересекаясь, поэтому было слишком сложно контролировать пошлые фантазии.

Я заплатил за браслет и кулон, вернулся за ключами, забрал заказ и побежал обратно к дому. Коробка, которую я сунул в карман, прожигала дыру в моих штанах, потому что мне не терпелось отдать подарок Белле прямо сейчас, а не через месяц. Я вышел из лифта и увидел Джаспера у дверей его квартиры.

- Хей, дружище, ты такой заведенный. Что за дела? – спросил он, пока я вынимал ключи из кармана. Я колебался с минуту, но потом решил, что Джаспер подходящий человек для откровений, а, возможно, и для того, чтобы посоветоваться.

- Можешь уделить мне минутку? Надо бы поговорить, - я стоял, чувствуя, что сейчас заведу очень странную беседу. Джаз кивнул, и мы направились в мою квартиру.

- Помнишь, когда Элис торчала на наркоте и прочем дерьме? – спросил я, когда мы уселись в гостиной.

- Ну, а как же, - тень легла на его лицо, и я понял, что только что отправил его во времена четырехлетней давности, которые он так не любил вспоминать. Наверно, моя история с Беллой и без того постоянно напоминала Джазу о прошлом. И ему, и Элис. А я даже не подозревал, что это могло как-то на них влиять. Я знал, что могу доверять Элис, что она позаботится о Белле, но я, правда, не думаю, что она осознавала, насколько все на самом деле плохо.

- Я должен отвести Беллу к Карлайлу, потому что она принимает жуткий коктейль из несочетающихся таблеток, примерно так же, как это было с Элис тогда. Но я знаю, что Белла не пойдет, если я просто попрошу её. Так что… - я умолк, чувствуя себя очень паршиво из-за того, что говорил все это за спиной у Беллы, но мне нужна была помощь, я просто адски нуждался в поддержке сейчас.

Джаспер сидел и смотрел на меня, постукивая пальцем по губам, а другой рукой вращал бусинки на шейной феньке, которую он все время носил. Простой кожаный шнурок, но я знал, что бусинки на нем с платья Элис. Только сейчас до меня дошло, почему Джаз цепляется за такие тривиальные вещи.

- Используй тату как средство воздействия, - выдал, наконец, он.

- Что? Я, блин, не могу так поступить, я должен закончить с этим дерьмом, - фыркнул я раздраженно. Это идея никуда не годилась.

- Послушай-ка меня сейчас, - Джаспер поднял руку, прерывая мой протест, и я откинулся в кресле, стараясь не грызть губы, в ожидании его речи. - Послушай, мужик, это то, чего она хочет больше всего на свете, ну, может, кроме тебя самого, так что, используй это, как рычаг давления, чтобы ей просто ничего не осталось, кроме как согласиться пойти к Карлайлу. Я знаю, это нечестно, и ты будешь чувствовать себя куском дерьма, но, Эдвард, если ты её любишь, то должен поступить именно так. Ради нее самой. Белла не поможет себе сама. Если бы я позволил Эли тогда делать так, как она хочет, она бы не выжила. А это не вариант для меня, да и для тебя, я думаю, тоже.

Я долго смотрел на него, прежде чем смог, наконец, заговорить.

- Ты поможешь мне хоть как-то смягчить этот чертов взрыв? Я знаю, ты постоянно делаешь всю эту девчачью дребедень… романтичное дерьмо для Элис, - я тяжело вздохнул, не веря, что сейчас говорю это вслух. С роду бы не подумал, что буду пытаться устроить романтичную хрень для своей подружки, чтобы запудрить ей мозги и заставить пойти к моему дяде, который снимет её с колес, потому что иначе её я потеряю. Боже, моя жизнь – сраная мыльная опера или телевизионный фильм.

- Конечно, Эдвард. И не волнуйся, я не скажу ни Эмметту, ни Элис, - Джаз усмехнулся, разрядив обстановку.

Не исключено, что он и Эмметту помогал чем-то подобным, потому что уж Эм-то был безнадежнее меня, а он все же заполучил Роуз, хотя, я думал, что скорее ад замерзнет, чем она будет с ним.

~*~

Беллы не было целый день. Я переживал, что она вернется домой измотанная и обдолбанная таблетками. Я, скорее всего, заколебал её эсэмесками, которые писал ей каждый час, желая, чтобы она была со мной дома. Если бы она не была такой неряхой – ну ладно, если бы я не был таким повернутым ОКРовцем-мудаком – я бы предложил ей переехать ко мне прямо сейчас. Но я не настолько тупой, чтобы предложить ей это, потому что, если я хотел быть с ней все время, это еще не значит, что она настроена так же. Я знал, что такое наркотическая зависимость, и как трудно скрывать это все время. Белла ни за что не согласится лишиться личного пространства, потому что это бы означало, что она не сможет скрывать от меня, как часто принимает таблетки.

Она позвонила мне из Хаммера Эмметта, и её голос был таким уставшим, и я был очень зол на девчонок, таскавших её весь день по магазинам. Она ничего не ела на завтрак, и это была моя вина, потому что я даже не предложил. А когда я узнал, что с двух часов дня у нее не было и крошки во рту, то чертовски разозлился. Я взял ситуацию в свои руки и сказал, что закажу индийской еды на ужин для нее, а потом забубнил, что скучаю, и что готов биться головой об стенку, потому что веду себя как жалкая тварь.

Понятия не имею, почему Белла подумала, что я разозлился на нее по какой-то неведомой причине. Пришлось её успокаивать, говорить, что все в порядке, и я не злюсь. Это был первый признак того, что она приняла больше таблеток, чем мне хотелось бы. Остаток дня был сложным, но Белла все-таки согласилась увидеться с Карлайлом и смирилась с моим новым подходом к её тату.

Я хотел хоть как-то облегчить ситуацию прежде, чем начну свою бомбардировку, и Джаспер предложил приготовить для нее ванну. Отличная идея, за исключением того, что Белла будет голой. И, конечно, мне чертовски повезло, потому что она захотела, чтобы я присоединился. Хотя не так уж и свезло – я нервничал, потому что, отказываясь заниматься с ней сексом на словах, мое тело говорило совершенно противоположное. Я остался в боксерах, которые не позволяли мне чувствовать её кожу, а я так жаждал трения, но определенно этот план был лучше, чем любая другая альтернатива. Если б я их снял, то это был бы не план, а сущая пытка для нас обоих.

И я обрушил на нее удар. Как ни странно, первоначальный шок вскоре прошел, и мне даже показалось, что Белла уж слишком быстро согласилась, но она согласилась – это главное. К черту все остальное. Это было ужасно: она была в таком отчаянии, что придется идти и разговаривать с кем-то. Её руки были на мне, и видит Бог, я желал её прикосновений, её всю, со всеми вытекающими… но не собирался поддаваться на этот раз. Не такой уж я тупой: если Белла что-то начинает, то обязательно доводит до конца, и она добивается этого всеми возможными способами, если уж вбила себе в голову. Какая-то часть меня, преимущественно та, что ниже пояса, хотела бы послать все к лешему и дать ей то, что она хотела, потому что это было бы весьма приятно. Но я знал, что это хороший момент показать, что я нуждаюсь в большем, хотя и говорю это «нет» с огромным трудом. И я остановил её прежде, чем она начала увлекаться.

Белла была так зла на меня, обзывая придурошным лицемером, кем я и был. Конечно, она психанула, потому что я снова отвергал её, и в её воображении это означало, что я не хочу её. Я чувствовал себя таким виноватым, но при этом понимал, что отказывая ей и ставя свои условия, придерживаюсь плана. Поэтому я затолкал чувство вины подальше, зная, что так будет лучше для Беллы.

Я даже обрадовался, когда наш разговор прервал посыльный с едой, даже испытал облегчение, хотя и немного удивился, когда Белла попросила меня сыграть на пианино. К счастью, мне не пришлось повторять тот опыт и выдирать у нее свой член, стараясь засунуть его обратно в штаны, потому что девочка уснула на диване уже минут через двадцать.

На следующее утро Белла была не в себе, потому что мы должны были везти ТиКей к ветеринару, и это заставляло её нервничать. Я не знал, имеет ли это отношение к крушению, или просто она боялась иголок и прочей фигни. И к тому же попытка доказать мне, что она может обойтись без лекарств с треском провалилась. Я умолчал, что сразу после ветклиники, мы поедем к Карлайлу, полагая, что она не слишком-то обрадуется этой новости. Хотя Белла и согласилась встретиться с ним, но мы не обсуждали время и дату, я полагал, что излишнее зацикливание на этой теме плохо скажется на нас обоих, но и тянуть дольше было нельзя, особенно, если учесть утренний инцидент с таблетками. Слова Карлайла преследовали меня, и я не собирался терять время даром. Я был готов принять её гнев и дать все, что ей нужно, лишь бы она упокоилась. И без разницы что - я дам все, что она пожелает.

В ветеринарке было… интересно. Никогда больше не привезу сюда ТиКей. Подумать только, Доктор Дик даже не знал, что рыжие кошки могут быть кошками. Ну, он ветеринар, и его фамилия Дик, какие еще нужны пояснения? Плюс то, как он таращился на Беллу. Я бы с удовольствие выбил из него все дерьмо. Не говоря уже о том, что он подверг сомнению мои интеллектуальные способности. А Белла отлично все перенесла, начиная с того, что она узнала, что я назвал чертову кошку в её честь, до разговора с маленькой девочкой, да и самого сраного идиота-ветеринара.

Я выезжал с парковки, а Белла говорила ТиКей, что она особенная, и я надеялся, что она не додумается выпустить кошку из переноски и позволить ей скакать по кожаному салону.

Она уже и так загадила мой диван, хотя я никогда не скажу об этом Белле. Она и этот маленький комок шерсти – все, что у меня есть. Я надеялся, что смогу отвезти её на стерилизацию сам, без Беллы, это все-таки наша кошка, и у меня она последнее время проводила больше времени, чем в квартире Беллы. Я даже купил один из этих чертовых кошачьих туалетов с крышкой, чтобы запах дерьма не разносился по моей квартире.

Мы были на полпути к больнице, когда Белла поняла, что мы едем не домой.

- Эээ, куда это мы направляемся? – нахмурилась она, стараясь не выпускать ТиКей из рук, и тут я сообразил, что мы не в моей машине, и мне собственно поебать на салон Volvo, а Белле, напротив, жалко его, но она позволила кошке забраться на изголовье сиденья, где та тут же свернулась в клубок.

- Эээ, в больницу, на встречу с Карлайлом, - сказал я, косясь на нее, пока горел красный свет, и молился, чтобы она не выпрыгнула из машины. Я действительно опасался такого поворота событий.

- Что? – вскрикнула Белла, а ТиКей подпрыгнула, метнулась ко мне на колени, а потом и под водительское кресло.

- Успокойся, Белла, он как раз сегодня работает, и раз уж мы вышли из дома, и ты согласилась на встречу с ним, я подумал, что можно к нему заехать по дороге домой. Это не займет много времени, можем потом поехать в кино или просто потусоваться где-нибудь до конца дня, - сказал я, пытаясь выловить ТиКей под сиденьем и одновременно погладить Беллу по спине, пока светофор не переключился на зеленый.

- Ты все это спланировал? Все эти вещи, да? До того, как я вернулась с шопинга? - она скрестила руки на груди, уставившись на меня, и я явственно почувствовал гнев и страх, которые исходили от нее невидимыми потоками.

Я знал, что она впала в ступор от того, что Карлайл увидит её в таком состоянии и её отчаянные попытки довести себя таблетками до отупения. Я с трудом мог различить её настоящую суть за пеленой наркотического тумана: ту девушку, что я впервые увидел в баре, неприступную женщину, которая назвала меня придурком за мое придурошное поведение с кексами. И это так пугало меня. Она так сильно поменялась за такой короткий срок.

Загорелся зеленый, и я прекратил попытки вытащить ТиКей.

- Нет, Белла, я не планировал это. Когда ты согласилась вчера и уснула, я позвонил Карлайлу, попросил его о встрече, и он согласился. Можешь злиться на меня, если тебе это так на хрен необходимо, Котенок, но я хотел как лучше. Ты бы испугалась, если бы я сказал об этом раньше, до поездки к ветеринару. Да ты и так уже была на взводе без таблеток, - проговорил я многозначительно. - Ничего страшного не случится, если мы просто зайдем туда.

Белла отвернулась от меня, и я заметил, как напряглись её челюсти и сжались зубы. Я практически видел, как она борется с желанием доказать мне, что имеет право принимать лекарства, потому что ей необходимо стравляться с постоянными приступами тревоги, и один из них как раз сейчас одолевает её. Она склонила голову. Я погладил её затылок, зная, что обманул её сейчас, и она расстроена. Но я действительно надеялся, что мы сможем преодолеть это, что так будет лучше. Я молился, чтобы Карлайл убедил её перестать принимать некоторые лекарства, возможно, он выпишет ей новый рецепт или что-то вроде этого.

Мы проехали остаток пути в тягостном молчании. Я хотел сказать что-то, чтобы успокоить, заверить её, что все будет хорошо, но не был уверен, будет ли. На стоянке у больницы я припарковался недалеко от входа.

ТиКей, наконец, вылезла из-под сиденья и запрыгнула мне на колени, сердито мяукая. Кажется, мои Котята сейчас злятся на меня, и та, и другая.

Я вздохнул, уронив голову на спинку кресла.

- Белла, я просто хочу, чтобы ты пошла к нему. Меня беспокоит дерьмо, которое с тобой творится. Я знаю, это охренительно трудно, но я хочу, чтобы ты сделала это, хотя бы ради меня, – я повернулся к ней. Белла сидела, подтянув колени к груди, как маленький перепуганный ребенок. Я отстегнул свой ремень, потянулся к её ремню и понял, что Белла вся буквально вибрирует от едва сдерживаемой дрожи.

- Белла? – первая мысль была, что у нее ебаный приступ, что таблетки-таки доканали её вместо того, чтобы излечить, и её тело само отторгает их, а потом я подумал, что, наоборот, лекарств было недостаточно, и эмоции рвутся наружу без наркотических преград. Я услышал, как Белла засопела.

Она изо всех сил старалась не расплакаться.

- Котенок, - я провел рукой по её волосам, стараясь запомнить мягкость шелковистых прядей на своих пальцах, если вдруг потеряю её… тоже. Ну, только в том случае, если этот мир решит взаправду отыметь меня и забрать то единственное прекрасное, что было у меня… было только моим. Я люблю свою семью, Эсми, Карлайла, Элис, Джаза, Эмметта, и даже Роуз оказалась не такой уж занозой в заднице, как я думал, но они – это другое. Белла – моя, она тот человек, которого я желал лишь для себя, и реальная вероятность того, что её у меня может не быть, просто убивала. - Я не собираюсь бросать тебя здесь одну. Я подожду тебя, просто пойди и поговори с ним, хорошо?

Белла повернулась, чтобы взглянуть на меня. Волосы опять скрывали её лицо. Я отодвинул пряди со щек и прикрыл на секунду глаза, потому что она выглядела охеренно перепуганной, и я не мог не признаться себе, что это по моей вине. Если бы я только мог, то развернулся бы прямо сейчас и гнал бы со всей дури прочь от больницы, наплевав на запланированный визит к Карлайлу. Но я не мог.

- Я не была в больнице со времен крушения, - прошептала Белла, вгрызаясь в нижнюю губу, теребя пальцами прядь волос. Она смотрела сквозь меня, в пустоту, словно видела там какие-то вещи, которые мне никогда не удастся понять до конца.

- О, - выдохнул я тупо. Я даже не подумал о том, что больница не лучшее место для посещения в её случае. Шрамы на спине весьма красноречиво передавали то, что ей пришлось пережить. По правде говоря, я и сам редко встречался с Карлайлом именно в больнице, потому что там было слишком много того, что напоминало о смерти, об умирающих, о том, что моих родителей не суждено было спасти.

- Я опознала пять трупов, но не остальных… их невозможно было опознать, потому что останки были так сильно изуродованы огнем, а погибших было так много… Это было… запах… но я и так видела их, Анж и Джесс, они сильно обгорели, но я видела их в самолете, когда пыталась выбраться, и это был ужасно, как в фильме ужасов. Я не помнила об этом до Дня Благодарения, о том, что видела их в самолете. Я опознавала пять тел… - тихо проговорила Белла. Её подбородок задрожал, а сдерживаемые слезы брызнули из глаз, падая на колготки и тут же впитываясь.

Это был самый объемный поток информации, которым Белла когда-либо делилась со мной без предварительного давления, и я не мог понять, хорошо это или плохо.

- Это так ужасно, Котенок, - сказал я, гладя пальцами её щеку. Я даже на хрен представить себе не мог, насколько это её сломило. Потерять всех, кого она знала, а потом еще и опознавать их, потому что она оказалась единственной, кто выжил, кто мог сделать это. Я не мог понять, почему её заставили пройти через этот кошмар. Смотреть на все это…

Её глаза не выражали никаких эмоций. Белла кивнула. Она снова закрылась от меня, заперлась в себе, и именно это пугало меня больше, чем её воспоминания о крушении. Мне не нравится, что она так легко уходит в себя, словно меня не существует в её мире, словно она одна на всем белом свете. Я с минуту сидел в тишине, соображая, что мне, на хрен, с этим делать. Я не хотел везти её домой, не повидавшись с Карлайлом, но понятия не имел, как вернуть её из собственных переживаний.

Чем больше я узнавал о катастрофе, тем больше понимал, как разбита Белла, и насколько сильной ей приходилось быть, чтобы выживать в полном одиночестве. Я не мог даже близко подойти к пониманию того, что она видела: тела людей, которых она так любила, хаос после падения, разрушения и смерть повсюду. Как она смогла это пережить? Как сильно она сейчас страдает, переживая это заново, подавляя все эмоции?

- Хочешь, я попрошу, чтобы Карлайл приехал ко мне позже? Я могу, - проговорил я, хотя мне бы не хотелось этого. Мы в больнице сейчас, и если случится приступ, когда Белла будет разговаривать с дядей, то лучше уж здесь, а не в моей квартире. А еще я надеялся, что он проведет стандартный анализ крови и прочей фигни, потому что Белла была уже нездорово худой. Это ужасно, но я легко смог бы пересчитать её ребра, когда она принимала со мной ванну.

Белла вздохнула и покачала головой, опуская ноги, вытирая глаза ладонью.

- Прости, я не хотела истерить. Веду себя, как припадочная, я знаю. Извини, я, наверно, самая дерьмовая в мире подружка, - она закусила уголок губы, послав мне печальную улыбку.

- Не говори такой хрени. Ты терпишь мои собственнические выкрутасы и печешь бесподобные, лучшие в мире гребаные кексы, - сказал я, чувствуя себя отстойным незрелым засранцем, потому что вместо этого должен был сказать, что я на самом деле к ней чувствую. Но это было бы слишком, она бы не вынесла, это не кончилось бы ничем хорошим.

Белла еще раз вяло улыбнулась мне, взяла ТиКей с моих колен, поцеловала её в голову, извиняясь, и посадила обратно в переноску.

- Придется оставить её здесь? – спросила она нервно. - Холодно, и она только что пережила стресс, не хочу оставлять её.

- Я позабочусь о ней, пока ты будешь у Карлайла, - сказал я и открыл дверь, спеша к другой стороне машины прежде, чем Белла успеет выйти, чтобы взять ТиКей, и может, чтобы обнять Беллу или еще что-то.

Я ненавидел консоль в её машине, да и вообще не выносил эту тачку. Она совершенно дурацкая, может быть, только для траха и подходит, нужно бы это проверить. Можно было бы попробовать на переднем сиденье или на заднем, или и там, и там. А потом я заставлю Беллу продать её и купить получше, чтобы я не выглядел таким мудаком, когда мы выезжаем на её машине.

Белла уже почти вылезла, когда я подошел, забирая её большую сумку, которая была для меня еще одной загадкой. Ну, зачем ей такая смехотворно большая сумка? Туда можно запихнуть половину вещей из её квартиры. Иногда мне казалось, что она как Мэри Поппинс, сейчас вытащит из нее зонтик, соберет волосы в пучок и улетит от меня к чертям собачьим.

Ну да, я смотрел фильм про Мэри Поппинс раньше, в детстве.

Я поставил переноску с ТиКей на тротуар и наклонился, чтобы наши с Беллой лица оказались на одном уровне. Я уперся коленями в камни, они очень противно давили, и притянул девочку к себе, наплевав, что на улице было полно народу, который, наверно, глазел на нас. Я уже почти решился трахнуть её на стоянке при свете дня, только, чтобы проверить реакцию невольных свидетелей. Но сейчас нужно учитывать, что Карлайл тут работает, и Белла нервничает, поэтому вряд ли поддержит мои попытки потереться об нее. И я подавил свои порывы, что было не просто. Я не знаю, почему это происходит с нами. Почему, как только эмоциональное напряжение достигает пика, и кажется, что все хуже некуда, я просто хочу трахать её, или заниматься сексом или еще что-то в этом роде, как угодно называйте, но это больше, чем просто траханье.

Я не стал спать с ней прошлой ночью, но мог бы поддаться, уступить, если бы не пришел посыльный. Даже если Белла хотела просто потрогать меня, очень сомневаюсь, что мы ограничились бы этим. Я чертовски переживал, что отталкиваю её, а теперь вот еще сильнее, потому что притащил в больницу, всколыхнул болезненные воспоминания, ну и, уверен, она потребует секса еще до сеанса тату. А я блять тоже хочу, но не уверен, что это следует делать, особенно после секса на капоте. Я должен быть нежным с ней, особенно с шеей, потому что укусы и засосы выглядят просто ужасно.

Я провел пальцами по внутренней стороне её бедер, чувствуя, как дрогнули мышцы под моими ладонями, готовя меня к тому, что я собирался сделать. Я видел её сомнения, я чувствовал, что она боится выходить, но не мог рисковать, не мог дать задний ход, я просто обязан отвести её к Карлайлу. Я склонился вперед, погладил Беллу по бокам вверх, добрался до бледной гладкой шеи, щек. Её кожа была такой нежной, почти прозрачной, отчетливо виднелись венки, и можно было даже почувствовать быстрый неровный пульс.

Я вспомнил, как сравнивал её кожу с шелком, натянутым на стекло, когда впервые прикоснулся губами к телу Беллы, к её запястью. И теперь я знал, что был на самом деле прав. Белла была такой хрупкой, даже сама не подозревала насколько. Совсем немного нужно, чтобы подтолкнуть её к краю. Неправильное сочетание таблеток, алкоголь, и её тело грозило просто разлететься на куски у меня на глазах. Поэтому я сделал то, что мог, ненавидя себя за это, но зная, что только так могу удержать Беллу рядом.

- Котенок, - пробормотал я, целуя её горло и далее по шее, мягко прижимаясь губами, каясь за раны, которые нанес ей. – Ты просто сделай это для меня, только это, и я дам тебе все, что только захочешь сегодня ночью. Я буду очень стараться, чтобы тебе было хорошо. Я обещаю, Белла, только сделай это для меня, и заставлю тебя кончить так, как ты пожелаешь, любым способом.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.