Сделай Сам Свою Работу на 5

Во-вторых, никто никогда не достигал посредством этого.

Но фальшивые монеты существуют везде. Путь быть естественными очень прост. Но вам он кажется очень сложным, потому что эго жаждет чего-то трудного, с чем бы оно могло бороться, чему бы оно могло бросить вызов, завоевать. Эго существует благодаря постоянному вызову. Если нечто абсолютно просто, эго падает духом. Если вы не можете делать ничего, кроме того, чтобы сидеть в молчании и позволить всему быть, и позволить всему двигать­ся туда, куда оно движется, без какой-либо деятельности с вашей стороны, тогда, когда и как будет существовать эго? Такой возможности нет.

Когда вы просты и естественны, эго совершенно пада­ет духом. Оно тот час же исчезает, потому что эго нужна постоянная деятельность. Эго это то же самое, что и езда на велосипеде: вы должны постоянно крутить педали. Если вы перестанете крутить педали, он может проехать еще не­сколько футов, несколько ярдов по инерции, но он должен упасть. Велосипед и тот, кто на нем едет, оба упадут на землю. Для того чтобы ездить на велосипеде, нужно по­стоянно крутить педали. Даже если вы крутите педали очень медленно, вы упадете. Для этого нужно постоянное поступление энергии.

Эго устроено точно так же, как велосипед — вы должны постоянно питать его: этот вызов, тот вызов, эта деятельность, та деятельность — что-то должно быть дос­тигнуто. Эверест должен быть покорен, вы должны достичь Луны — что-то всегда в будущем. Вы должны крутить пе­дали, только тогда эго может существовать. Эго существу­ет в активности. В неактивности велосипед просто падает, и ездок тоже. Внезапно, вся активность эго исчезает, вме­сте с ней исчезает и эго.

Вот почему простое - кажется для эго трудным, а трудное - кажется простым. Если я говорю вам, что путь очень, очень труден, вы тот час же будете готовы следовать ему. Если я скажу, что он очень прост, он настолько прост, что вам не нужно делать ни единого шага, он на­столько прост, что вам не нужно никуда идти, просто си­дите в своем доме, и это произойдет, вы просто забудете обо мне и о том, что я говорю. Вы просто уйдете прочь от меня, как будто бы вы вообще ничего не слышали. Вы пой­дете к кому-то, кто несет какую-то чушь и создает некую трудность для вас. Именно поэтому подавление вошло в существование, потому что это самая трудная в мире вещь, подавлять. Это практически невозможно, потому что это никогда не бывает успешным, вы всегда терпите пораже­ние.



Как вы можете подавлять часть своего существа с помощью другой части? Все равно, что правая рука пыта­ется победить левую руку. Вы можете притворяться. После небольшой борьбы вы сможете притворяться, что правая рука одержала победу, а левая рука подавлена. Но думае­те ли вы, что она подавлена или завоевана? Как вы можете завоевать часть своего собственного существа с помощью другой его части? Это просто притворство. Если вы подав­ляете секс, брахмачарья будет притворством, лицемерием. Это просто правая рука, лежащая и ждущая здесь, помо­гая вам притворяться. В любой момент она может все снова нарушить. И она нарушит все. То, что вы завоевали, должно быть завоевано снова и снова, потому что победа никогда не бывает настоящей. В конце концов, вы обнару­жите, что боролись всю свою жизнь и ничего не достигли. На самом деле, вы только терпели поражения, больше ни­чего. Вся ваша жизнь будет поражением.

Ни один из известных Мастеров, ни один просвет­ленный Мастер никогда не практиковал подавление. Но они проповедовали нечто, что выглядело как подавление для людей, которые не знали, поэтому позвольте мне про­вести четкое различие. Различие очень тонко. Например, Будда и Махавира оба проповедовали пост, оба пропове­довали брахмачарью, целибат. Учили ли они подавлению? Они не могли, они не учили этому.

Когда Будда говорит: "Идите и поститесь", что он имеет в виду? Подавляйте свой голод? — нет. Он говорит: "Наблюдайте свой голод. Тело будет говорить: "Я хочу есть". Вы просто сидите снаружи своего существа и наблю­даете". Не делайте ничего другого, чтобы накормить тело, или подавить голод. Вы просто наблюдаете голод. С вашей стороны не нужно ни проявления активности, ни подавле­ния активности. Когда вы подавляете свой голод, что вы делаете? Вы не сможете наблюдать его. На самом деле, это единственное, чего вы избегаете.

Что будет делать человек, который хочет подавить голод, и который постоянно постится, как каждый год это делают джайны? Он будет пытаться отвлечь ум чем-то еще, чтобы не чувствовать голода. Он будет петь мантры или пойдет к своему религиозному наставнику слушать его, чтобы таким образом ум был занят. Тогда ему не нуж­но уделять внимание голоду, который существует. Это по­давление. Подавление значит: что-то существует, но вы не смотрите на это, вы притворяетесь, что этого нет. Если ваш ум сильно занят, тогда голод не может проникнуть, и не может обратить внимание на самого себя. Голод будет про­должать стучаться в вашу дверь, но вы повторяете мантру так громко, что не слышите стука. Подавление значит от­влечение вашего ума от реальности вашего бытия.

Если вы дали обет безбрачия или приняли образ жизни брахмачарьи, что вы будете делать, когда возникнет сексуальное желание, и прекрасная женщина пройдет ми­мо? Вы начнете петь мантру: "Рам, Рам, Рам?" Вы избе­гаете. Вы опускаете на глаза пелену. Но женщина существует, именно поэтому вы и повторяете имя Рамы так громко.

В Индии люди должны принимать утреннюю ванну. В моей деревне есть очень прекрасное озеро, река, и люди приходят к этому озеру, для того чтобы принять утреннюю ванну. Там, в моем детстве, впервые я стал осознавать ло­вушку подавления. Река была холодной, особенно зимой, когда люди отправлялись принимать свою ванну. Я также наблюдал за ними, когда они принимали ванну летом, и они не пели мантру: "Рама, Хари Кришна, Хари Кришна". Зимой, так как вода была очень холодной, и они пели очень громко, они забывали о реке. Они ныряли и выны­ривали. Их ум был занят пением мантры. Чем холоднее было утро, тем сильнее было воспевание Бога.

В своем детстве, наблюдая за людьми, впервые я стал осознавать хитрость, которую они делали. Я видел тех же самых людей, которые принимали свою ванну ле­том, и их не волновал ни Рама, ни Хари Кришна, ни кто-либо другой. Но зимой они внезапно становились религи­озными. Они научились трюку избегать факта, а факт был здесь, постоянно стучащийся и живой. Они обращали свой ум куда-то еще.

Видели ли вы людей, идущих по безлюдной улице ночью, когда темно? Они начинают петь песню, или сви­стеть, или отбивать ритм. Что они делают? — тот же са­мый трюк. Отбивая ритм, они забывают о темноте. Когда они громко поют песню, они слушают свой собственный голос, и чувствуют, что не одни. Их голос дает им чувство того, что они не одни. Когда они окружены своим собст­венным голосом, тьма для них исчезает. Иначе, если они движутся в тишине ночью по безлюдной улице, их собст­венные шаги создают страх, как будто кто-то преследует их. Это простой трюк.

Махавира и Будда не могли выступать в пользу это­го и не могли учить такому обману. Они проповедовали пост, но их пост тотален, качественно отличен. На поверх­ности оба постящихся будут одинаковыми, но глубоко внутри отличие существует. Глубоко внутри, человек, ко­торый следует Махавире или Будде, будет поститься, и не будет заниматься никакой деятельностью в уме. Он будет наблюдать, и уделять внимание голоду. И тогда возникнет очень, очень прекрасное явление: если вы уделяете внима­ние голоду, он исчезает. Безо всякой еды, он исчезает. По­чему? Что происходит, когда вы уделяете внимание голоду?

Когда возникает сексуальное желание, человек про­сто должен уделить этому все свое внимание, не судя, не говоря, хорошо это или плохо, не говоря, что это зло, не говоря, что это искушение дьявола. Нет, здесь вообще нет оценки, потому что вся оценка принадлежит уму. Плохое, хорошее — все различия принадлежат уму, а свидетельствование — единственное, что не разделено. Оно ни хорошее, ни плохое, оно просто существует. Если вы уделяете вни­мание голоду, или сексуальному желанию, тотальное вни­мание — а тотальное внимание это такая энергия, это огонь — голод просто сжигается, сексуальное желание просто сжигается. Что происходит? Каков внутренний ме­ханизм?

Вы чувствуете голод. На самом деле, вы никогда не были голодны. Тело было голодным, вы никогда не были голодны. Но вы отождествляетесь с телом. Вы чувствуете: "Я есть тело". Вот почему вы чувствуете, что вы голодны. Когда вы обращаете внимание на голод, создается дистан­ция, отождествление разваливается. Отождествления больше нет. Вы больше не тело; ваше тело голодно, и вы наблюдатель. Внезапно, в вас возникает блаженная свобо­да, и вы чувствуете: "Я не тело, я никогда не был телом. Тело голодно, но я не голоден". Мост сломан — вы отде­лены.

Тело обладает желанием секса, потому что оно при­шло из секса. Тело обладает желанием секса, потому что каждая клеточка тела сексуальна. Ваши мать и отец созда­ли ваше тело, проявляя сильную сексуальную активность. Первая клетка вашего тела пришла из сильной сексуальной страсти; она несет качество этого. Эти клетки репродуци­ровались, и, таким образом, было создано все ваше тело. Все ваше тело это сексуальная страсть. Возникает жела­ние. Это естественно для тела, в этом нет ничего плохого. Тело это сексуальная энергия и больше ничего.

Брахмачарья не возможна для тела. Сексуальность естественна для тела. Сексуальность естественна для тела, а для вас только брахмачарья естественна; секс неестестве­нен, совершенно неестественен. Вот почему мы называем целибат брахмачарьей. Английское слово целибат не со­всем подходит. Оно очень обычное, дешевое. Оно не несет смысл брахмачарьи. Брахмачарья произошла от корня "брахма". Слово "брахмачарья" означает, что вы пришли к цели, вы пришли к знанию того, что вы брахман, высшее, божественное, что вы есть сам Бог.

Когда вы начинаете чувствовать, что вы есть сам Бог, тогда это настоящий целибат. Тогда не возникает проблем. И что происходит, какое чудо, что вы отделены, когда мост сломан, и вы не отождествляетесь с телом, вы не гово­рите: "Я есть тело". Вы говорите: "Я нахожусь в теле, но я не тело. Я живу в этом доме, но я не дом. Я одет в эту одежду, но одежда это не я". Когда вы достигли этого — и я говорю, достигли, потому что интеллектуально вы уже знаете, не в этом дело; вы не поняли это; когда вы понимае­те с глубоким вниманием к голоду, или к сексу, или к чему бы то ни было — когда вы понимаете, внезапно, мост меж­ду телом и заключенной в тело душой исчезает. Когда есть разрыв, и вы стали свидетелями, тогда тело живет благода­ря вашему сотрудничеству.

Тело не может жить без вашего сотрудничества. Именно это происходит, когда тело умирает: тело абсо­лютно то же самое, только теперь нет вашего сотрудниче­ства. Вы вышли из дома, и поэтому тело умерло. Иначе никто никогда не умирал. Тело осталось прежним, но оно зависит от вашей энергии. Вы должны постоянно подпиты­вать его энергией. Оно существует при вашем сотрудниче­стве; оно не может существовать самостоятельно. Именно благодаря вам оно собрано вместе. Иначе оно бы развали­лось на части. Вы являетесь центром и кристаллизирующим фактором в нем.

Когда вы голодны, если вы наблюдаете голод, тогда сотрудничества больше нет. Это временная смерть. Вы не поддерживаете тело. Когда вы не поддерживаете тело, как тело может чувствовать голод? Тело не может ничего чув­ствовать; чувствительность присуща вашему существу. Го­лод может быть здесь в теле, но тело не может чувствовать, оно лишено рецепторов.

Сейчас, только в этом десятилетии, хирурги, прово­дящие операции на мозге, осознали определенное очень загадочное явление: мозг, который все чувствует, сам не обладает чувствительностью. Вы можете лежать, находясь в полном сознании, на операционном столе, ваша черепная коробка может быть открытой, и хирург может резать ткань вашего мозга, но вы не будете чувствовать. Не нуж­но никакой анестезии. Он может сделать окно в вашей голове, он может просверлить дырку в вашей голове, но вы почувствуете это только тогда, когда он будет сверлить череп. Когда он проходит вовнутрь, там вообще нет ника­кой чувствительности. Если он полностью разрежет весь ваш мозг, вы не будете знать, и при этом будете пребывать в полном сознании.

На западе у многих людей отрезаны некоторые части мозга, и они ходят, не зная об этом. Многие люди ходят со специальными электродами, вмонтированными в их мозги, и они не знают об этом. Они не могут чувствовать присут­ствие электродов. В ваш мозг можно положить камень, и вы никогда не почувствуете, что он там, потому что мозг не обладает чувствительностью. Тогда откуда приходят чувства?

Мозг это самая тонко организованная часть тела, са­мая нежная, но даже она не обладает чувствительностью. Чувствительность приходит из вашего существа. Она заим­ствуется телом. Тело не может чувствовать само. Если вы наблюдаете голод, если наблюдение реально, подлинно, и вы не избегаете, голод исчезает.

Пост Махавиры или Будды полностью отличен от по­ста джайнов или буддистов. Брахмачарья Махавиры со­вершенно отлична от брахмачарьи джайнских монахов. Махавира не избегает, он просто наблюдает. Когда вы на­блюдаете, это исчезает. Когда вы наблюдаете, этого больше нет. Когда вы избегаете, это преследует вас. На самом де­ле, это не только преследует вас, это появляется подобно призраку. Никакая йога не учит подавлению — она не может. Но есть йоги, которые учат подавлению. Это — учителя; они не познали своей внутренней сути. Поэтому, не существует ни одного человека, который может достичь состояния будды с помощью подавления. Это невозможно, это просто невозможно. Вы можете достичь с помощью осознанности, но не с помощью подавления.

Третий вопрос:

Медитация часто нарушается из-за физиче­ской боли. Не расскажите ли вы о медитации на боль, когда она случается?

Именно об этом я и говорил. Если вы чувствуете боль, будьте к ней внимательны, не делайте ничего. Внима­ние это великий меч — он отсекает все. Просто уде­лите внимание боли.

Например, во время последней части медитации вы сидите в молчании, не двигаясь, и возникает много про­блем с телом. Вы чувствуете, что ноги отмирают, в руках появляется какой-то зуд, вы чувствуете себя так, как будто по телу ползают муравьи. Вы смотрели много раз, и не об­наруживали никаких муравьев. Это происходит внутри, не снаружи. Что вы должны делать? Вы чувствуете, что ноги становятся мертвыми? — будьте наблюдателем, просто уделите этому все свое внимание. Вы чувствуете зуд? — не чешитесь. Это не поможет. Просто уделите этому внима­ние. Даже не открывайте своих глаз. Просто обратите свое внимание вовнутрь, и просто ждите и наблюдайте. За счи­танные секунды зуд исчезнет. Все, что происходит, даже если вы чувствуете боль, сильную боль в желудке или в голове, это происходит потому, что в медитации меняется все ваше тело. Она меняет химию тела. Начинает появ­ляться нечто новое, и тело погружается в хаос. Иногда бу­дет поражен желудок, потому что именно в желудке вы подавили много эмоций, и они зашевелились. Иногда вас тошнит, у вас начинается понос. Иногда у вас сильно бо­лит голова, потому что медитация меняет внутреннюю структуру вашего мозга. Когда вы проходите через медита­цию, вы действительно погружаетесь в хаос. Вскоре, все уляжется. Но первое время все будет находиться во взве­шенном состоянии.

Так что же вам нужно делать? Просто видьте боль в голове, наблюдайте ее. Вы наблюдатель. Просто забудьте о том, что вы делатель, и постепенно все утихнет, и утихнет так красиво и грациозно, что вы не сможете поверить в это до тех пор, пока не узнаете об этом. Исчезнет не только боль в голове — потому что энергия, которая создавала боль, если ее наблюдать, исчезает — та же самая энергия становится удовольствием. Энергия та же самая.

На самом деле, что происходит? Почему это проис­ходит? Когда вы не медитируете, этого не происходит. Вы находитесь здесь весь день, и руки никогда не чешутся, голова не болит, желудок находится в отличном состоянии, и с ногами все хорошо. Все хорошо. Что происходит на самом деле? Почему медитация делает так, что это внезап­но начинается?

Тело долго оставалось хозяином, но в медитации вы выбрасываете тело из его господства. Вы свергаете его с престола. Оно цепляется; оно пытается любым способом остаться хозяином. Это создает многое из того, что разру­шает вас, поэтому медитация упущена. Вы выведены из равновесия, и тело снова садится на трон. До сих пор, тело оставалось хозяином, а вы были рабом. Посредством меди­тации вы все меняете; это великая революция. И, конечно, никакой правитель не хочет быть лишенным власти. Тело играет в политику — вот что происходит. Когда оно созда­ет воображаемую боль: зуд, мурашки, тело пытается разрушить вас. Это естественно, потому что тело пытается оставаться у власти как можно дольше. Оно было импера­тором в течение многих жизней, а вы были рабом. Теперь вы изменились — все перевернулось вверх дном. Вы восхо­дите на трон. Это естественно, что тело будет пытаться сделать все возможное, чтобы разрушить вас. Если вы раз­рушены, вы потеряны. Обычно люди подавляют такие ве­щи. Они начнут петь мантру. Они не будут смотреть на тело.

Я не учу вас никакому подавлению. Я учу вас толь­ко осознанности. Просто наблюдайте, уделяйте внимание. Потому что это не настоящее, оно тот час же исчезнет. Ко­гда вся боль и зуд и мурашки исчезнут, и тело будет по­ставлено на свое место, на место раба, внезапно, возникнет такое блаженство, что вы не сможете вместить его. Внезап­но, в бытии возникнет такое бурное празднование, что вы не сможете его выразить. Вы переполнены покоем, который породило понимание, блаженством, которое не принадле­жит этому миру.

Четвертый вопрос:

Когда вчера вы говорили о любви, вы сказали, что это основная потребность, которую мы должны пытаться удовлетворить. Вы также сказали, что она приносит постоянно повто­ряющееся несчастье. Тогда как наша жизнь может иметь смысл, если наши попытки удовлетворить потребность в любви всегда кон­чаются неудачей?

Все ваши попытки всегда заканчиваются несчастьем. Не только попытки, предпринятые в отношении любви, но все ваши попытки, безусловно, заканчиваются не­удачей, потому что все попытки приходят из эго. Никакие усилия не будут увенчаны успехом, потому что делатель - это причина всех несчастий. Если вы можете любить без того, чтобы в этом присутствовал тот, кто любит, тогда не возникнет несчастья.

Это кажется очень, очень трудным — любить без то­го, чтобы в этом присутствовал тот, кто любит. Причиной несчастья является тот, кто любит, не любовь. Любящий начинает делать то, что заканчивается адом. Все любящие терпят неудачу, и я не делаю никаких исключений, но лю­бовь никогда не терпит неудачу. Поэтому вы должны по­нять, что вы не должны присутствовать в своей любви. Любовь должна быть, но в ней не должно быть никакого эго. Вы должны двигаться, но здесь не должно быть того, кто движется. Вы должны есть, но здесь не должно быть того, кто ест. Вы должны делать все, что требуется, но здесь не должно быть делателя.

Такова вся дисциплина. Это единственная дисципли­на религии. Религиозный человек это не тот человек, кото­рый принадлежит какой-либо религии. На самом деле, религиозный человек никогда не принадлежит никакой ре­лигии. Религиозный человек это тот, кто отбросил делате­ля, живет естественно, и просто существует.

Тогда любовь приобретает другое качество — она не одержима обладанием, она не ревнива. Она просто дает. Она не просит милостыню; вы не торгуете ей. Это не то­вар, это переполнение вашего бытия. Вы делитесь ею. На самом деле, в таком состоянии бытия, где существует лю­бовь, а не тот, кто любит, вы не любите кого-то, вы не любите кого-то другого, вы просто любите. Дело не в предме­те любви.

Это просто как дыхание. С кем вы дышите? Вы про­сто дышите. Кто бы не находился рядом с вами, не имеет значения. Это просто как: то, кого вы любите, становится неважным, вы просто любите — кто бы ни находился с ва­ми! Или, возможно, рядом никого нет. Вы сидите в пустой комнате, но любовь продолжает течь. Теперь, любовь это не деятельность, это ваше бытие. Вы не можете снять или надеть ее — она это вы. Таков парадокс.

Когда вы исчезаете, тогда любовь есть вы; когда вас нет, тогда есть только любовь. В конце концов, вы полно­стью забываете о любви, потому что нет никого, кто мог бы помнить об этом? Тогда любовь подобна распускающе­муся цветку, солнце восходит, звезды появляются на ноч­ном небе — это просто происходит. Даже если вы прика­саетесь к камню, вы прикасаетесь с любовью. Это стало вашим бытием.

Именно это означает высказывание Иисуса: "Воз­любите врагов своих". Вопрос не в том, чтобы вы любили своих врагов, это постоянно пребывающая любовь. Тогда вы не можете больше ничего делать. Даже если приходят враги, вы должны их любить. Вам не остается ничего дру­гого. Ненависть настолько глупа, что она может существо­вать только вместе с эго. Ненависть глупа, потому что вы приносите вред другим, и самим себе приносите вреда еще больше, чем остальным. Она глупа, потому что весь вред, который вы наносите, вернется назад к вам. Многократно умноженный, он вернется назад к вам. Вы будете раздав­лены ссорами. Это просто глупо, идиотично. Все грехи глупы и идиотичны.

Вот почему на востоке нам известен только один грех, и это невежество. Все остальное это только произ­водное. Когда я говорю о любви, я говорю о той любви, в которой не присутствует любящий. И если любовь прино­сит вам несчастье, вы можете быть убеждены, что это не любовь. Это ваше эго приносит несчастье. Эго отравляет все, к чему вы прикасаетесь. Точно так же как царь Мидас: все, к чему он прикасался, становилось золотом. Точно такое же, как царь Мидас — все, к чему оно прикасается, становится ядом. И вы знаете, в какую беду попал Мидас! Все превращалось в золото, даже тогда он остался несча­стным, таким несчастным, каким никогда не был ни один человек на этой земле. Он прикоснулся к своей дочери, которую любил, и она стала золотой. Он прикоснулся к своей жене, и она стала золотой. Он прикоснется к еде, и еда станет золотом. Он не мог пить, он не мог есть, он не мог спать, он не мог любить, он не мог двигаться. Его близкие исчезли. Слуги держались от него подальше, по­тому что, если они окажутся поблизости, и он случайно дотронется, они станут золотыми. Царь Мидас, должно быть, совершенно сошел с ума.

Поэтому, что я могу сказать о вас? Все, к чему вы прикасаетесь, становится ядом. Даже если все превращает­ся в золото, создается ад. Что сказать о вас? — вы прика­саетесь, все становится отравленным. Вы живете в несчастии, но вы должны найти причину. Причина внутри вас: делатель, эго, "я". Но вы должны пройти через это. Вы не можете ничему научиться, не пройдя через это.

В Дзен говорят, что горячая вода или холодная, вы узнаете это только тогда, когда пьете. Когда я говорю, что эго все превращает в яд, это сильно не поможет. Вы должны видеть. Вы должны быть настороже. Вы должны чувствовать и понимать свое собственное эго — что оно делает с вами.

Но эго очень хитро. Оно всегда говорит... всегда, когда вы несчастны, оно говорит, что причиной этого явля­ется что-то еще. Это трюк эго, с помощью которого оно защищает себя. Если вы несчастны, вы никогда не думаете, что это произошло из-за вас — всегда виноват кто-то дру­гой. Муж несчастен из-за жены; жена несчастна из-за му­жа — эго всегда перекладывает ответственность на кого-то другого — отец несчастен из-за сына.

Я видел людей, которые несчастны из-за детей, и ви­дел людей — они несчастны, потому что у них нет детей. Я вдел людей, которые несчастны из-за любви — их взаимо­отношения приносят им так много проблем, создают сума­тоху, беспокойство — и я видел людей, которые несчастны, потому что у них нет любви, потому что без любви они чувствуют себя несчастными. Кажется, что вы обречены быть несчастными. Что бы ни происходило, вы создаете несчастье. Но вы никогда не смотрите вовнутрь. Внутри должно быть что-то, что является причиной этого — это эго, которым, вы думаете, вы являетесь, идея лично­сти. Чем больше представление о личности, тем в большем несчастии вы оказываетесь.

Дети менее несчастны, потому что их эго еще не раз­вились, и поэтому всю свою жизнь люди думают, что в детстве они жили в раю. Единственная причина этого про­ста: эго нужно время, для того чтобы развиться. У детей нет такого большого эго. Если вы попытаетесь вспомнить свое прошлое, вы обнаружите, что где-то существует барь­ер. Когда вы достигаете возраста четырех или трех лет, внезапно, вы перестаете помнить, что было до того. Поче­му?

Психоаналитики прозондировали эту загадку, и те­перь они пришли к выводу. Они говорят, что это происхо­дит потому, что там не было эго, поэтому, кто будет накапливать воспоминания. Не существовало того, кто на­капливает. Все происходило, были переживания, потому что ребенок в возрасте трех лет это чистый лист бумаги. Происходили миллионы событий. И с ребенком происходит даже больше, чем со стариком, потому что ребенок более любопытен, и каждая мелочь это великое событие. За эти три года произошло много всего, но так как эго здесь не было, не осталось никакого следа. Если вы загипнотизи­руете ребенка, он сможет вспомнить. Он сможет преодо­леть преграду.

Во многих экспериментах загипнотизированные лю­ди вспоминали не только то, что случилось после рожде­ния, но то, что случилось до рождения, когда они нахо­дились в материнской утробе. Мать была больна, или у нее болел живот — боль, и ребенок страдал. Или, когда ребе­нок находился в материнской утробе, когда ему было семь или восемь месяцев, и мать занималась любовью, ребенок помнит это. Потому что, когда женщина занимается любо­вью, ребенок внутри чувствует удушье.

Поэтому на востоке это было категорически запре­щено. Когда мать беременна, она не может заниматься лю­бовью — всякая сексуальная активность опасна для ребенка, потому что ребенок зависит от дыхания матери. Кислород обеспечивается матерью, и когда она занимается сексом, ритм ее дыхания нарушается. Больше нет четкого ритма; ребенок задыхается, не зная, что происходит. Когда мать занимается сексом, она поглощает больше кислорода — теперь это научный факт — и, когда матерью поглоща­ется больше кислорода, ребенку его не хватает. Иногда возможна даже смерть; ребенок может умереть. Ребенок помнит все это. Вы тоже помните это; это существует, но так как эго еще не было, это не стало для вас бременем.

Просветленный человек помнит такое. У него нет центра, который может помнить. Он накапливал воспоми­нания, но это не стало для него бременем. Если он захочет, он может вернуться к воспоминаниям, и найти там это, но он не обременен. Воспоминания не приходят к нему сами по себе. Он может обнаружить их, он может найти их, но обычно он остается подобным чистому небу. Ничто не приходит само по себе.

Вы можете быть пойманы своим собственным опытом, не тем, что я говорю. Смотрите на несчастье, и всегда пы­тайтесь найти причину, и вы обнаружите причину внутри себя. Если вы обнаружите причину внутри, вы достигли точки трансформации в ее зрелости. Теперь вы можете преобразиться, теперь вы можете измениться — вы готовы. Когда вы продолжаете перекладывать ответственность на других, не возможно никакое изменение. Если вы поняли, что вы ответственны за все то несчастье, которое создали — вы в своем собственном аду — что каждый момент проис­ходят огромные превращения. Внезапно, вы становитесь своими собственными небесами.

Вот почему я говорю вам, что вы должны двигаться во взаимоотношения, в мир; для того чтобы пережить, что­бы стать взрослыми, зрелыми. Только тогда все, что я го­ворю, будет иметь для вас смысл. Иначе, интеллектуально вы будете понимать, но экзистенциально вы упустите смысл.

Пятый вопрос:

Мне не кажется, что я люблю вас. Я просто чувствую, что вы правы. Происходит ли это потому, что я разочарован в людях? Является ли любовь предпосылкой для того, чтобы пе­рейти к следующему виду взаимоотношений?

Вы вообще не понимаете меня. От вас не требуется ни­какой любви. Я не требую, чтобы вы любили меня. Но я понимаю вашу проблему. Вы не можете понять, что любовь возможна без того, чтобы становиться любящим. Вы можете любить меня без того, чтобы становится любя­щим по отношению ко мне; это высший вид любви, самая чистая любовь.

И это должно быть понято, потому что между Мас­тером и учеником существуют взаимоотношения, которые не принадлежат этому миру. Он ни отец, ни брат, ни муж, ни жена, ни ребенок. Нет, все взаимоотношения, сущест­вующие в мире, не имеют никакого значения между Мас­тером и учеником. В каком-то смысле, он — все, и в каком-то смысле — ничто. В определенном смысле он мо­жет быть отцом. В определенном смысле он может быть просто ребенком для вас. Когда я говорю, что он будет для вас отцом в определенном смысле, он может быть не стар­ше, чем вы: он может быть очень молодым, но в опреде­ленном смысле он будет для вас отцом, потому что он дает, а вы принимаете. И так как он живет на вершине холма, а вы живете в долине, он может быть не старше вас с точки зрения времени, но он безмерно старше вас с точки зрения вечности. И в определенном смысле, он будет для вас ре­бенком, потому что он снова стал ребенком. Взаимоотношения между вами будут очень трудными, очень сложны­ми. Он не может быть вам мужем, потому что он не может обладать вами, а вы не можете обладать им. Но в опреде­ленном смысле, он как муж. Он не обладает вами, но вы обладаемы им. Без каких-либо усилий с его стороны, ваше отношение к нему становится отношением любящего. Так как ваши отношения между Мастером и учеником стано­вятся такими, что ученик должен стать женщиной, потому что он принимающий, и он должен быть открытым. На самом деле, он должен стать беременным Мастером. Толь­ко тогда возможно новое рождение.

В другом определенном смысле Мастер становится женой, потому что он мягок. Все углы исчезли в его жиз­ни. Он становится все более и более округлым. Даже его тело, его существо становится более женственным. Вот по­чему Будда выглядит более женственным.

Ницше критиковал Будду только из-за этого: что он женоподобный мужчина. Ницше сказал, что он создал всю женственность Индии, потому что для Ницше мужчина это элемент силы — женщина значит слабая. И в определен­ном смысле он прав, потому что Будда женственен, но он не слаб. Или, слабость обладает своей собственной силой, которой никогда не может обладать никакой элемент силы. Ребенок слаб, но ребенок обладает той силой, которую ни­когда не может иметь взрослый человек.

Камень обладает большой силой, а рядом с камнем растет цветок — очень слабый. Но цветок обладает той силой, которой никогда не сможет обладать камень. Цве­ток, конечно, слаб: утром он приходит, вечером уходит. Он такой преходящий, такой недолговечный. Но цветок обладает силой другого измерения, другого качества, пото­му что он такой живой. На самом деле, он вскоре умрет, потому что его жизнь так интенсивна. Сама интенсивность жизни в цветке истощится к вечеру. Камень продолжает жить, потому что он живет так несчастливо. Его жизнь не интенсивна: он живет очень медленно, лениво, сонно. Ка­мень спит, цветок живет.

Мастер слаб в определенном смысле, потому что его слабость имеет свою собственную силу. Он женственен в определенном смысле, потому что вся агрессия ушла, все насилие исчезло. Его жизнь больше похожа на жизнь ма­тери, чем на жизнь отца. Все это очень сложно, и никто не требует, чтобы вы были любящими, но от всех требуется быть в любви.



©2015- 2021 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.