Сделай Сам Свою Работу на 5

Рождение Диониса. Гора Мерос

В историографии было предпринято немало попыток отождествить гору Мерос. Вопрос не считается окончательно решенным и по сей день. Дж.Маркварт полагал, что Мерос — это гора Maujavanta.168) Г. Моргенштарн считал, что под Мерос понимается гора Tirič Mir в Читрале.169) Д. Туччи указывал, что каждое племя в Северо-Западной Индии имело свою гору Мерос, а Мерос жителей долины Свата — это гора Илам, культ покровителя которой восходит к почитанию Шивы.170) На то, что до сих пор “meros” является частью названий некоторых гор на северо-западе Индии, обращал внимание и О. фон Хинюбер.171)

Писатели позднеэллинистического и римского времени, которые сохранили в своих трудах сведения соратников Александра и Мегасфена, выразили им недоверие относительно рождения Диониса из бедра Зевса: «Διόνυσος εξέτρεψε τας δυνάμεις εκ της νόσου εφ' ου δε και τους "Ελληνας περι του θεου τουτου παραδεδωκέναι τοις μεταγενεστέροις τεθρέφθαι τον Διόνυσον εν μηρω» [166] (Diod. II.38.4);172) “Sita est (urbs) sub radicibus montis quern Meron incolae appellant, inde Graeci mentiendi traxere licentiam louis femine Liberum Paterem esse coelatum” (Curt. VIII.10.12),173) т.е., по их мнению, не индийцы, а сами участники похода Александра создали этот сюжет, довольно грубо подогнав исцеление армии Диониса под его рождение. Курций Руф и Диодор Сицилийский под “греками” подразумевали, конечно, не столько участников похода Александра в Индию (Curt. VIII.10.11-12) и Мегасфена (который, безусловно, был в курсе всего того, что было связано с горой Мерос в работах спутников Александра), сколько эллинскую мифологическую традицию в целом. Однако близость их сведений материалам индийской традиции заставляет усомниться в этом выводе.

Прежде всего эта история имеет довольно точные параллели в “Брахма-пуране”. Из бедра Вены — отца первого царя Притху — родился повелитель племени нишадов и других племен, обитавших в горах Виндхья (4.42-47), а после него из правой руки Вены на свет появился сам Притху (4.47-49), который стал повелителем всех существ, включая горы, растения и животных (4.42-47). Так же говорит и “Вишну-пурана” (I.13.8-10). Факт рождения Притху из правой руки своего отца пусть не идентичен, но весьма близок сообщению Диодора о появлении Диониса из бедра своего отца (Diod. II.38.4; Strabo XV.1.8; Arr. Anab. V.1.6). Встретив сюжет, столь схожий с греческим, его первый пересказчик174) вполне мог его “подогнать” под нечто более знакомое, изменив руку на бедро как источник рождения Диониса.175) Но это значит, что армия Александра должна была встретить информацию, восходящую к классическим санскритским пуранам. Нельзя сказать, что это предположение совершенно правдоподобно.



Можно было бы предположить, что на сложение данного сюжета в армии Александра Македонского определяющее влияние могла оказать местная не-брахманическая традиция: так, в преданиях кафиров сохранилась история о боге Gish/Givish, которая несет в себе черты сходства с тем, что было рассказано о Дионисе и его армии. Gish/Givish был своего рода Марсом кафиров. Отправившись в поход со своей армией, он дал ее участникам плоды чудесного дерева, с тем чтобы они набрались сил. Затем он повел их против демона Сами.176) Интересно наблюдение, сделанное упомянутым ранее полковником британской армии сэром Томасом Холдичем: в лагере для военнопленных два находившихся там кафира спели ему гимн, посвященный этому богу. И сам полковник определил, что это божество, хотя и не главное в кафирском пантеоне, более других напоминает Диониса, притом что традиции виноделия и винопочитание у кафиров исключительно сильны.177)

Однако эти сообщения отстоят значительно дальше по точности от материала санскритских пуран. Можно было бы предположить, что изначально появилась на свет история о походе какого-то местного божества типа Gish/Givish. [167] Местные легенды о горе Меру могли дать пищу для рождения истории о появлении там на свет Диониса. Мегасфен, будучи в Паталипутре, в поиске информации о первом царе не мог пропустить сюжет о его рождении, тем более что он уже был обозначен в трудах биографов Александра. Найдя его аналог в истории о рождении Притху, Мегасфен оставил его в своем повествовании. И уже у более поздних писателей оба сюжета обрели причинно-следственную связь.

Ниса

Обратимся к анализу сообщений о городе Ниса, основанном Дионисом и встреченном армией Александра. В исследовательской литературе предлагалось несколько вариантов его отождествления: так, тот же Т.Холдич считал, что информация о Нисе попала в армию Александра из какого-то местного источника, поскольку сама Ниса находилась на склонах горы Меру.178) Р. Гиршман отождествлял Нису с древней Нагарой (Nagarahāra), расположенной в долине реки Кабул (древний Кофен), рядом с современным Джелалабадом.179)

Думается, что и в сообщениях об основании Нисы, встрече предводителем нисийцев войска Александра и их происхождении от участников похода Диониса можно найти отголосок реальных исторических событий. Известно, что еще при Дарии I греческие гарнизоны были перемещены в Бактрию.180) Однако вряд ли возможно, что именно эти колонисты и образовали увиденное армией Александра в долине Кабула поселение. Речь в сообщении античных авторов идет о потомках местного божества, поэтому искать “нисийцев” нужно среди племен, населявших Гиндукуш, долину Кабула. Например, нуристанцы уверены в том, что они мигрировали в нынешние долины с юга.181)

Рождение царской власти

Греческий контекст

Легенда об основании правящей династии Дионисом могла быть передана только Мегасфеном, ведь последним царем в ней упомянут Сандракотт (Чандрагупта Маурья) (Arr. Ind. 9.9), к которому Мегасфен ездил с посольством.182)

Диодор говорит, что благодаря многим прекрасным делам, совершенным в Индии, Дионис удостоился почестей бессмертных (II.38.5), т.е., будучи выдающимся человеком, стал богом. Этот же путь описывает и Курций Руф (VIII.5.11, 17). Согласно Аристотелю, человек, намного превосходящий всех остальных добродетелью и политическими способностями, не является составной [168] частью государства (Pol. 1284a) и, как и в случае с индийскими Дионисом и Гераклом, введшими государственное общение и облагодетельствовавшими своих подданных, должен считаться божеством (Pol. 1253a). В отличие от любого индийского прототипа на роль “культурного героя” и царя, ставшего таковым по праву силы, первый индийский царь Дионис в полном соответствии с требованиями политической теории древней Греции занимает это место вследствие неоспоримого превосходства над окружающими в добродетели и оказания им множества услуг, определивших на века вперед их последующую жизнь. Необходимо принять во внимание, что Дионис при завоевании Индии не встретил никакого сопротивления (Diod. II.38.3). Согласно Диодору (II.38-39), Дионис научил индийцев хранить и собирать плоды, изготавливать вина, основал первые города, ввел религиозную и судебную практику, установил законы и только вследствие этого стал почитаться богом и смог основать в Индии первую царскую династию. Интересно, что и один из гимнософистов, взятых в плен Александром Македонским, на вопрос, как человек может стать богом, ответил: «ει τι πράξειεν ειπεν ο πραξαι δυνατον ανθρώπω μη εστιν» (Plut. Alex. 64).183) Теоретическую основу для подобного рода описания предложил все тот же Аристотель: «φύσει μεν ουν ή όρμη εν πάσιν επί την τοιαύτην κοινωνίαν ο δε πρότος συστήσας μεγίστων αγαθων αιτιος»184) (Pol. 1253a; см. также 1284a) — в рассматриваемом случае Дионис. В другом месте Аристотель приводит настоящую схему рождения царской власти: ее родоначальник должен был быть благодетелем народной массы, руководить ею благодаря изобретению тех или иных ремесел, предводительству на войне, основанию государственных объединений (Pol. 1325b), что в точности соответствует деятельности Диониса в Индии. И только добродетель, а не сила являются истинным основанием царской власти. Вполне возможно, что и утверждение, будто в древнейшие времена индийцы не посылали военных экспедиций в соседние страны (Strabo XV.1.6; Arr. Ind. 5.4), появилось на свет именно благодаря представлениям самих греков о том, что в глубокой древности люди вообще не вели боевых действий вне пределов своего государства (Thuc. I.15.2).

Индийский контекст

Дионис был избран царем не по праву силы, но потому, что превосходил всех своих подданных в добродетели (Diod. II.38-39). Принимая во внимание то, что этот сюжет описан в греческих категориях мысли, в “Брахма-пуране” можно обнаружить явную ему параллель, которую можно рассматривать как источник развития данной темы: Притху был избран царем “anurāgāt”, т.е. “от любви”, “от привязанности”, что вполне точно передает идею воцарения благодаря превосходству не в силе, а в добродетели:

anurāgāt tatas tasya nāma rājābhyajāyata (4.57).185)

В данном контексте “anurāga” вполне точно передает, что любовь Притху к живым существам, которым он “anurāgāt” даровал множество благ, и была причиной избрания его земным царем. [169]

Династия Диониса

Среди всех имеющихся в источниках деталей описания нужно выделить как те, которые могут быть отнесены сразу ко многим героям индийской мифологии, и те, которые однозначно указывают на кого-либо одного. К неоспоримым свидетельствам античной традиции, позволяющим идентифицировать те или иные черты древнеиндийского прототипа этой истории, можно отнести следующее: им был вполне земной смертный правитель, стоящий в одном ряду с Сесострисом, Семирамидой, Набокодросором, Теарконом и Иданфирсом (Strabo XV.1.6; Arr. Ind. 5.6-8), ибо только после смерти он удостоился божеских почестей, — пришедший в Индию с запада со своей армией с целью завоевания, он был первым царем, затем стал почитаться как бог за свою эвергетическую деятельность. Тем самым собственно боги, не проделавшие путь с земли на небо — например, Шива, Вишну, Индра — не могут считаться имеющими прямое отношение к сложению этой легенды в труде Мегасфена.

Перейдем к данным индийской генеалогии, переданной Мегасфеном: «καταστησαι βασιλέα της χώρης Σπατέμβαν των εταίρων ενα των βακχωδέστατον τελευτήσαντος δε Σπατέμβα την βασιληίην εκδέξασθαι Βουδύαν τον τούτου παιδα... εκδέξασθαι τήν βασιληίην Κραδεύαν» (Arr. Ind. 8.1-2).186) В распоряжении исследователя имеется информация, неоспоримо указывающая на тот персонаж индийской мифологии, который стоял в центре аналогичного сюжета: Сандракотт (Чандрагупта Маурья) и Дионис принадлежали к одному царскому роду (Arr. Ind. 9.9). Известно, что первый Маурья принадлежал к царям Лунной династии (“Матсья-пурана”. 272.22). Следовательно, Дионис, положивший начало роду Чандрагупты, и первый царь Лунной династии — одно и то же лицо. А им мог быть только Притху — первый земной царь по пуранической традиции. Притху не был собственно основателем Лунной династии, но он — первый царь по ее “списку”, стоявший перед ее традиционным основателем — Сомой. “Изначальным” (adhirajendra, adhiraja), “первым” (prathamo) из царей величает Притху текст “Брахма-пураны” (4.1, 117-118):

pārthivaiś ca mahābhāgai pārthivatvam ihecchubhiḥ ||... ādirājo namaskāryo yodhānāṃ prathamo nṛpaḥ || (4.117-118)187)

Притху занимает в списке “первых царей” особенное место — ведь именно от него Земля получила свое имя “Pṛthivī” (4.113), к тому же Притху в одном из центральных эпизодов мироустроения обращается в Ману Свамбхуву (4.26). Таким же образом Притху воспевается и в “Ваю-пуране” (Cf. VP. I.13.92).188)

Следующим после Диониса царем был некий Спатемба, а после него — Будия. В последнем легко угадывается Будха, также третий царь в рассказе “Брахма-пураны”. Между Притху и Будхой текст помещает царствование Сомы. Он не был сыном Притху, и текст Мегасфена в пересказе Арриана также не утверждает родственной связи между Дионисом и Спатембой, тогда как Будха [170] назван именно сыном (τον τούτου παιδα) Спатембы.189) Это точно соответствует связям между царями, описанным в “Брахма-пуране” (9.31-32; 108.56).190) Происхождение имени “Спатемба” пока не прояснено: предлагавшийся ранее эпитет “śvetāmbu”191) (“белое пятно”) в источниках не засвидетельствован. К.Д-Сетхна возводил имя Спатембы к “saptāmbaḥ” (“семиводный”: RV. VU.42.1).192) Данный фрагмент “Ригведы” действительно обращен к Соме, но такого эпитета там нет. Этот вопрос пока остается открытым. Можно было бы предположить, что первая часть имени Спатембы отражает санскритское “sva-” (само-).

Дионис — "культурный герой”

Греческий контекст

Теперь имеет смысл перейти к анализу той информации, которая содержит описание деятельности Диониса как “культурного героя”. То, что Дионис дал первым жителям Индии различные виды продовольствия, научил их выращивать, собирать и хранить плоды и зерно, также хорошо согласуется с образом Диониса-кормильца в греческой мифологии. Особенно четко этот образ представлен в “Вакханках” Еврипида (416ss, 426). В голодные годы Дионис поддерживает людей, он не призывает добывать хлеб насущный тяжелым трудом, как у Гесиода, но безвозмездно (на первый взгляд) раздает людям все, что им необходимо для беззаботной жизни.193)

Интересно, что описание эвергетической деятельности Диониса в Индии представлено у Мегасфена практически теми же словами, как и описание Аристотелем благодеяний, совершенных для древних жителей Италии царем Италом: «φασι γαρ οί λόγιοι των εκει κατοικούντων ‘Ιταλόν τίνα γενέσθαι βασιλέα της Οινωτρίας... τούτον δη λέγουσι τόν ‘Ιταλόν νομάδας τους Οινωτρους οντας ποιησαι γεωργούς και νόμους αλλους τε αυτοις θέσθαι και τα συσσίτια καταστησαι πρωτον» (Arist. Pol. 1329b).194) Примерно теми же словами описывается культурная деятельность Александра Македонского в Персии (Arr. Ind. 40.8). Введение “индийским” Дионисом законов и судов, дарование индийцам ремесел, связанных с земледелием, выделяет Диодор (II.38.5); обращение их из кочевников в земледельцев, введение законов подчеркивает Арриан (Ind. 7.1-8). Очевидно, что и в этом вопросе Мегасфен имел греческий литературный прецедент, которому он, в свою очередь, старался следовать.

Индийский контекст

Мифологическая традиция содержит сведения об эвергетической деятельности первого индийского царя по данным пуран — Притху, которая также может [171] стать предметом рассмотрения с точки зрения теории и практики царской власти в ходе совершения раджасуи. Обладая созидательной энергией, щедростью, будучи хозяином богатств, царь распределяет ценности среди тех, кто подчиняется ему (AV. III.4.2-7). Царская власть и функции царя — сама основа человеческого существования.195) Функция вселенского завоевателя подразумевала и производство продовольствия.196) В ходе раджасуи царь выступает как источник блага, которое он распределяет среди людей.197) Брахманическая традиция содержит сведения о том, что первый царь среди людей — Притху обрел “всю еду”.198) Известно, что он не только “выдоил” из земли (представленной в образе коровы) навыки сельскохозяйственной деятельности вообще и различные плоды в частности, но и пожелал “сохранить” все продовольствие, чем прославился и индийский Дионис (Diod. II.3 8.5). Образ разоренной, неплодородной земли, которую нашел Дионис, придя в Индию, хорошо согласуется с тем, что земля при отце Притху тиране (но не царе) Вену была совершенно невозделанной, дикой. И сам обряд раджасуи нацелен на то, чтобы восстановить истощенные мировые силы плодородия, когда они в конце каждого календарного года пребывают в упадке. В Индии, какой ее нашел Дионис, также ничего не возделывалось, люди жили в дикости, земля оставалась необработанной, не дававшей плодов. Индийская земля до прихода туда Диониса существовала без царя и напоминала незамужнюю женщину, которая без мужа не могла приносить никакого потомства, т.е. никаких плодов.199) Данные индийских источников о Притху хорошо согласуются с тем, что известно о Дионисе из сочинений греческих авторов: покорив всю землю, он побудил ее дать плоды, им были установлены справедливые законы. 200)

“Вишну-пурана” говорит о том, что до Притху все растения были истреблены и люди гибли от голода (1.13.67-68, 86). “Брахма-пурана” описывает, как благодаря Притху земля начала давать плоды (правда, без вспашки плугом), коровы — молоко, появилась еда:

akṛṣṭapacyā pṛthivi sidhyanty annāni cintanāt | sarvakāmadughā gāvaḥ puṭake puṭake madhu (4.59).201)

Плодоношение земли (akṛṣṭapacyā) стоит отнести на счет восхваления сверхъестественных способностей Притху как царя-благодетеля и на сочность эпитетов, выражавших их, но не на реальный интерес сказителя к отсутствию навыков вспашки в эпоху Притху, тем более что прямо противоположное говорится далее. Основание городов, введение торговли, скотоводства и вспашки земли, накопление средств существования, появление “правды” и “неправды”, что можно воспринимать как начало “законов” и “суда”, оседлого образа жизни — все эти нововведения “индийского” Диониса появились при Притху: [172]

nahi pūrvavisarge vai visame prthivītale | saṃvibhāgaḥ purāṇāṃ vā grāmānāṃ vābhavat tadā || na sasyāni na gorakṣyam na kṛṣir na vaṇikpathaḥ | naiva satyāṇrtaṃ casīn na lobho na ca matsaraḥ || vaivasvate 'ntare tasmin sāṃprataṃ samupasthite | ... tatra tatra prajāḥ sarvā nivāsaṃ samarocayan || āhāraḥ phalamūlāni prajānām abhavat tadā... sasyajātāni sarvāṇi pṛthur vaiṇyaḥ pratāpavān... (4.91-97).202)

To, что Дионис научил, согласно Арриану (Ind. 7.7), индийцев запрягать волов в плуг, также находит свое объяснение на материале раджасуи. Есть гипотеза, согласно которой первоначально это был ритуал царской пахоты.203)

Принимая во внимание тот факт, что Мегасфен мог заимствовать определенный пласт информации от спутников Александра Македонского, в особенности в том, что касается почитания в Индии Диониса и Геракла, и то, что сам Мегасфен, несомненно, побывал в Северо-Западной Индии, где вполне мог получать информацию от представителей “неортодоксальной” индийской культуры,204) следует отметить, что частично можно найти параллели к этому рассказу и в мифологии кафиров. Imra/Mara, считающийся их верховным богом, привнес в жизнь людей много важных культурных начинаний, в частности, распределил пшеницу, научил людей пахать землю и использовать плуг. После того как он привил людям навыки культурной жизни, он перешел на небеса.205) Вполне возможно, что основы этой истории были записаны Мегасфеном не при дворе Чандрагупты, а в горах на северо-западе Индии, в Паталипутре же лишь развиты.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.