Сделай Сам Свою Работу на 5

Исследование обшения в детских свободных играх Э. Маккоби и К. Жаклин

Испытуемые: 100 детей обоего пола, 2 возрастные группы: а) 4,5 и б) 6,5 лет. Методика: наблюдение за свободными играми детей. Результаты:

1) обнаружены однополые и смешанные игровые группировки детей;

2) в возрасте 4,5 лет соотношение однополых и смешанных группировок составляет 3:1;

3) в возрасте 6,5 лет это соотношение равняется 11:1 (по Maccoby, 1999).

Кросс-культурные исследования продемонстрировали наличие половой сегре­гации во многих культурах. Прежде всего она наблюдается там, где дети разного пола воспитываются отдельно или существуют ограничения для их общения. В Индии сестры живут отдельно от братьев, а в некоторых странах Африки — же­ны со своими детьми ограничены в общении с другими членами общества. В инду­стриальных странах, напротив, в детских учреждениях мальчики и девочки вос­питываются вместе.

Уайтинг и Эдвардс изучали общение детей (возраст 3-10 лет в том числе и из сельской местности) в 10 культурах Африки, Индии, Филиппин, Мексики и США. Половая сегрегация оказалась универсальным кросс-культурным феноменом. Так­же обнаружилось, что по мере взросления дети во всех этих культурах все больше времени проводят с представителями своего пола. В 3-6 лет эта доля (от общего числа игрового времени) составляет две третьих, а в 6-10 лет — уже три четверти.


282 Глава 9. Гендерные отношения

При этом мальчики сильнее стремятся отделиться от девочек в тех культурах, где наблюдается гендерное неравенство, т. е. там, где статус мужчины явно выше, чем статус женщины. Последнее обстоятельство столь красноречиво, что не нуждает­ся в комментариях.

Другое исследование — Джона и Беатрисы Уайтинг, проведенное в ряде неза­падных, неиндустриальных культур, обнаружило, что занятия детей организова­ны по принципу половой сегрегации. Например, мальчики пасут стада вместе с другими мужчинами, а девочки занимаются домашним хозяйством и заботятся о младших детях вместе с другими женщинами.

Характер культуры существенно сказывается на степени гендерной сегрегации после начала школьного обучения. В странах Запада мальчики и девочки учатся совместно, а учителя стараются, чтобы уменьшить половую сегрегацию: не проти­вопоставляют мальчиков и девочек, не дают им отдельных заданий, напротив, ор­ганизуют работу так, чтобы они общались друг с другом, поэтому в классе, во вре­мя занятий половая сегрегация не так заметна. Правда, как только появляется возможность, мальчики и девочки разделяются. Шофилд обнаружил, что если учитель разрешает ребенку сесть там, где он хочет, тот выбирает соседа своего пола. По данным Дамико, дети помогают в учебе прежде всего представителям своего пола. А Локхид и Харрис даже обнаружили, что усилия учителей (на про­тяжении целого года!) уменьшить половую сегрегацию не увенчались успехом. Девочки, поработав с мальчиками при выполнении учебных заданий, даже усили­ли свое негативное мнение о них. Наконец, Маккоби и Жаклин установили, что учителя, требующие от детей сидеть только парами мальчик-девочка, а также ста­новиться по двое и браться за руки с представителями противоположного пола, особенно непопулярны.



В свободном общении гендерная сегрегация продолжает существовать и про­является достаточно ярко. Это общение в школьном коридоре, в столовой, в иг­рах, после окончания занятий. Существуют неписаные правила такой сегрегации. Мальчики занимают центр игрового поля, а девочки — периферию. В столовой су­ществуют «столы для мальчиков» и «столы для девочек». При этом, по данным Шофилда, половая сегрегация в американских школьных столовых выражена да­же сильнее, чем расовая (когда ребенок выбирает, с кем ему сесть рядом, он скорее' сядет с представителем другой расы, но своего пола, чем наоборот). В эксперимен­те Сорна стоило мальчику-лидеру сказать: «О, здесь слишком много девочек!», как этот стол становился запретным и мальчики избегали садиться за него.

Грей и Фельдман изучали детей в специальных школах, где дети должны были общаться в смешанных по возрасту группах. Оказалось, что гендерная сегрегация также более выражена, чем возрастная, а ведь возраст — достаточно мощный фак­тор организации детского общения.

Таким образом, можно выделить фактор относительной независимости фено­мена половой сегрегации от влияния взрослых.

И все же при проведении специальной работы сепарация может быть уменьше­на. Так, половая сегрегация менее выражена в так называемых прогрессивных американских школах (где был создан особый климат для взаимодействия маль­чиков и девочек), чем в традиционных. Другое дело — что эта работа должна быть тонкой и продуманной, а не восприниматься как принуждение (сидеть за партой с тем, с кем не хочется, играть с ним и т. п.). Это тем более касается наших школ, где


Гендерная сегрегация в детских группах 283

гендерное воспитание (понимаемое и в плане улучшения взаимоотношений меж­ду полами) пока только начинается.

В результате половой сегрегации складываются две детские субкультуры, при­надлежащие мальчикам и девочкам. Особенности этих субкультур проявляются в следующих сферах: игровые стили, игровые фантазии и роли, характер активно­сти и интересы, речевые паттерны, устойчивость группировок и дружба. Приведу несколько примеров, иллюстрирующих эти переменные у обоих полов.

Различия игровых стилей проявляются по следующим характеристикам: сте­пени жесткости, доминантности, конкуренции и некоторым другим.

На основании данных Маккоби я составила таблицу, в которой сравниваются игры мальчиков и девочек (табл. 9.1).

Таблица 9.1

Характеристика игр мальчиков идевочек (по Э. Маккоби)

Игры мальчиков Игры девочек
Большое количество участников Количество участников: 2-3 человека
Чаще проходят на улице Чаще проходят в помещении
Захват большого пространства Небольшое пространство для игры
В большинстве случаев подвижные В большинстве случаев спокойные
Лидер завоевывает свое положение с по­мощью физической силы Лидер завоевывает свое положение с по­мощью вербальных переговоров
Перевозят игрушки «таранным» способом Перевозят игрушки осторожно, стараясь не задеть других детей
Во время игры часто совместно смеются, даже при падении одного из участников Смеются реже
Невольные или специальные падения вызывают смех других участников Не насмехаются над другими участниками
Физические контакты: устраивают «кучу малу» и т. п. Избегают столкновений и толчков
В два раза чаще конфликтуют из-за игру­шек (на третьем году) В два раза реже конфликтуют из-за игру­шек (на третьем году)
Чаще проявляют агрессию (по отношению к мальчикам), в том числе шуточную Реже проявляют агрессию
Во время игры активно демонстрируют эмоции, преимущественно положительные Во время игры ведут себя в основном ти­хо и спокойно
Пик хулиганского поведения — 4 года Такое поведение не обнаружено
В диадах мальчиков — более четкая иерархия доминирования-подчинения В диадах девочек — споры о доминирова­нии-подчинении

284 Глава 9. Гендерные отношения

Окончание табл. 9.1

Игры мальчиков Игры девочек
Большая конкурентность,как индивиду­альная, так и групповая(занимает около 50% игрового времени) Меньшая конкурентность, как индивиду­альная, так и групповая (занимает около 1% игрового времени)
Большаякооперативность внутри своей команды Меньшая кооперативность внутри своей команды
Любят героическиероли (разыгрывают их на улице с другимимальчиками) и не лю­бят семейные Любят школьные (учитель-ученик) и се­мейные роли (матери и отца), а также ро­ли балерин
Часто играют водиночестве Редко играют в одиночестве
Атрибуты игр— луксо стрелами, ружье, шпага и т. п. Атрибуты игр — куклы, балетное платье, но также и мужская одежда

Как показываеттаблица, в целом игровой стиль мальчиков является более «ху­лиганским», сфизическими контактами; это шумные игры на улице, с большим количеством участников,сопровождающиеся громким хохотом и положительны­ми эмоциями. Впредыдущих главах было показано, что группировки мальчиков характеризуютсяболее четкой иерархией доминирования-подчинения. Мальчи­ки больше конкурируют друг с другом (50% игрового времени — данные Кромби). Но конкурентность по отношению к чужой группе сочетается с кооперативностью к своей — мальчикибольше девочек болеют за свою команду.

Игры девочек тихиеи спокойные, с 2-3 участниками, проходят в помещении. В группировках девочек доминантная структура является более размытой: девоч­ки не так активно доминируют, но и не хотят подчиняться. Девочки менее конку­рентны в играх (всего 1% игрового времени), но и не так рьяно болеют за своих, как мальчики.

Мальчиков привлекают роли героического характера: современных телегероев (супермен, Бэтмэн, черепашки-ниндзя), профессиональные (солдат, ковбой, по­лисмен), исторических персонажей (Робин Гуд), поэтому они любят костюмы и атрибуты, соответствующие этим героям (например, лук со стрелами). Часто они разыгрывают эти роли вне помещения, с привлечением других мальчиков. Маль­чики не любят играть семейные роли: ни матери, ни отца.

Девочки чаще всего разыгрывают роли, связанные со школой, семьей, искусст­вом: учитель—ученик, мать, отец, ребенок (успешно играя и роль отца, хотя пред­почитают роль матери), балерины.

Мак-Лойд объясняет эти половые различия так. Девочки больше подражают тем людям, которых они видят в реальной жизни, мальчики же — героям телеэкра­нов, т. е. вымышленным персонажам. Это связано с ролью партнера по игре. Де­вочки выбирают игры, где партнер знает, что надо делать, мальчиков же привлека­ет более трудная ситуация, когда другой мальчик может и не знать, как себя вести в паре с суперменом или Робин Гудом. Интересно, чья реакция здесь более адап­тивна (вопрос, требующий дальнейших исследований)?


Гендерная сегрегация в детских группах 285

Девочки играют в куклы, но, по данным Маккоби, в современной Америке уже в возрасте 5 лет интерес к куклам меняет свой характер. Если до 5 лет девочка ра­зыгрывает семейную роль, то после 5, играя с куклой Барби, она готовится к роли очаровательной молодой женщины, которая красиво одета, причесана и накраше­на. Таким образом, коммерческий мир готовит девочку в потребители своей про­дукции.

Девочки любят балетные платья, но многие девочки предпочитают и мужскую одежду.

В интересном исследовании Николополоу дети сочиняли истории, а затем их разыгрывали — показывали спектакль. При этом обнаружились половые разли­чия. Большинство девочек придумывали истории, связанные с домом и взаимоот­ношениями в семье, причем, как правило, в них царили мир и гармония. Истории же мальчиков были героическими — наполненными борьбой, конфликтами, свя­занными с властью и физической силой, герой в одиночку совершал подвиги. При разыгрывании спектаклей девочки часто соглашались исполнять мужские роли (в том числе и негативные), а мальчики женские — практически никогда.

Исследование детских сочинений Николополоу

1 8 испытуемых обоего пола. ,

Метлика: дети сочиняли истории (всего было собрано 495 историй), затем автор выбирал других детей, и эти истории разыгрывались как маленькие спектакли.

Результаты:

1) доминирующие темы девочек — дом и семья: семейные взаимоотношения, ста­бильные и гармоничные (такие истории сочиняли 76% девочек и 18% мальчиков);

2) доминирующие темы мальчиков — героические: индивидуальные характеры, борьба, конфликт, физическая сила, власть (такие истории сочиняли 87% мальчи­ков и 1 7% девочек);

3) при разыгрывании ролей девочки соглашались не только на женские, но и на муж­ские роли (например, «плохого мальчика»);

4) мальчики практически никогда не соглашались разыгрывать женские роли (по Maccoby, 1999).

Наблюдаются различия по характеру активности и интересам. Мальчики больше девочек занимаются спортом и, в основном, интересуются им же, а де­вочки — романтическими отношениями, отсюда и выбор предпочитаемых теле­визионных программ. Но интересы девочек шире интересов мальчиков: они с детства интересуются не только «своими», но и мальчишечьими игрушками и иг­рами, мальчики же предпочитают только мужские игрушки, игры и телевизион­ные программы. Современные американские школы пропагандируют спорт и сре­ди девочек (в частности, бейсбол считается игрой для обоих полов), поэтому все большее число девочек смотрит спортивные программы, но все же меньше, чем мальчики.

Половые различия по речевым паттернам появляются в дошкольном возрасте (3-6 лет), когда дети начинают активно использовать речь в общении друг с дру­гом. Липер называет речевой стиль девочек «коллаборативным». По его наблюде­ниям, они используют больше кооперативных слов и выражений и «взаимных» (объединяющих себя и партнера) длительных конструкций. Они также реагиру­ют на то, что говорит партнер, и «возвращают» ему ответ, задают вопросы и при-


286 Глава 9. Гендерные отношения

соединяются к сказанному (в главе о социальном поведении приведены речевые паттерны взрослых женщин — они такого же характера). Вот несколько примеров речи девочек: «Я буду доктором, хорошо?*-, «Мы делаем вместе», «Давай будем...», «Почему мы не можем?».

Э. Шелдон также исследовала речевые паттерны детей. Девочка, играя в докто­ра с другой девочкой, спрашивает: «Можно я возьму градусник, мне надо изме­рить ребенку температуру?». Это не значит, что девочки не конфликтуют. Но в конфликте девочки используют стратегию «уменьшения конфликта» и «двойного голоса» (в обсуждении принимает участие другой партнер, и с его желаниями счи­таются). А вот как выглядит та же игра у мальчиков: «Ты не доктор. Надень стето­скоп!» При этом мальчики знают другие речевые формы: когда дело чуть не до­шло до конфликта, мальчик употребил вопросительную мягкую форму: «Может быть, ты наденешь стетоскоп?»

В целом речь мальчиков характеризуется доминантностью, большим напором, использованием повелительного наклонения, приказов и запретов («Не делай этого!». «Остановись!» и т. п.).

Удивительно, что половые различия, которые характерны для речи взрослых, проявляются уже в дошкольном возрасте!

Эти различия продолжают проявляться и в школьном возрасте. Девочки в кон­фликтной ситуации используют следующие приемы стратегии уменьшения кон­фликта: скрытое проявление гнева, предложение компромисса, попытки учиты­вать чувства и желания партнера, вежливые речевые формы, избегание властных криков и возгласов, соглашение с тем, что сказал партнер (возвращают ему его слова). Девочки реже мальчиков используют «грязную» лексику. Мальчики в конфликтной ситуации чаще ведут себя настойчиво, ассертивно, не объясняют свою позицию рационально, а просто настаивают на ней, их речь более эгоистич­на, хвастлива, они унижают партнера и угрожают ему, игнорируют его требования и предложения, их речь содержит прямые команды, а также в ней сообщается ин­формация. Мальчики чаще девочек используют «грязную» лексику и оскорбляют друг друга («дурак», «маменькин сынок», «трус», «гомик» и пр.), бросая партнеру вызов. В то же время в обычных, неконфликтных ситуациях и когда нет борьбы за доминирование, речь мальчиков может быть такой же вежливой и «коллаборатив-ной», как и у девочек.

Наблюдаются и различия группировок мальчиков и девочек. Девочки стре­мятся участвовать в мальчишеских группировках и играх, и другие девочки их за это не осуждают: девочка не должна доказывать, что она «настоящая девочка», фе-мининность ее поведения может сочетаться с маскулинностью. Зато мальчик не должен ни играть в девчоночьи игрушки, ни участвовать в играх девочек — другие мальчики начинают дразнить его «неженкой», «девчонкой», «маменькиным сын­ком». Он должен постоянно доказывать свою маскулинность и отсутствие феми-нинности.

Мальчики стремятся отделиться от мира взрослых и их влияния (выше, в дру­гих главах, уже было показано, что они больше ориентируются на мнение сверст­ников). Автономия начинается уже в семье. По Кларку-Стюарту, в 2-3 года маль­чики уменьшают контакты с матерью, в то время как девочки их сохраняют. По данным Минтона, мальчики уже в 27 месяцев демонстрируют непослушание и протест, игнорируют мать, так что та вынуждена останавливать их с помощью же­стких методов воспитания — например, крика.


Гендерная сегрегация в детских группах 287

Позднее, попадая в детские учреждения (в 1-2 года), мальчики меньше дево­чек реагируют на указания воспитателей и учителей, однако они сенситивны к ре­акциям сверстников — других мальчиков. На девочек же одинаково влияют и вос­питатели, и другие дети. По данным Б. Фэгот, девочки больше времени, чем маль­чики, проводят со взрослыми.

И в начальной школе мальчики продолжают ориентироваться на других маль­чиков — даже на занятиях они больше обращают внимание на то, чем заняты их сверстники, чем на слова и действия учителя. Девочки же в классе внимательны к учителю — больше, чем к одноклассникам (данные Л. Грант).

Здесь необходимо отметить, что данная тенденция может быть связана с полом учителя: если это женщина, то девочки идентифицируют себя с ней, а мальчикам это трудно сделать. Отделение от матери имеет ту же природу. В дальнейших ис­следованиях необходимо проверить, как мальчики ведут себя с учителями и вос­питателями мужского пола.

Еще один фактор, который отличает группировки мальчиков, — это их стрем­ление к рискованному поведению. Они пробуют пиво, начинают курить, смотрят порнографические картинки — эти действия нуждаются в сокрытии от взрослых, которые могут их запретить. Поэтому мальчишеские группировки являются бо­лее сплоченными, чем девчоночьи. Они часто становятся в какой-то степени хули­ганскими группировками. Кроме того, мальчики часто являются членами боль­ших группировок, в которых правонарушения анонимны (как в толпе). Учителя избегают вступать в конфронтацию с такими сплоченными группировками. Они плохо поддаются контролю — в том числе и из-за своей величины. Девочки же бо­лее склонны следовать правилам и нормам, принятым в обществе, и слушать ука­зания учителей. В результате их группировки легче контролировать — в том числе и из-за малочисленности (Сорн и Лурия).

Девочки-дошкольницы получают больше удовольствия от общения в диаде, а мальчики — от общения в большой группировке. Примерно с 6 лет большинст­во мальчиков участвуют в двух видах социальных взаимоотношений: в большой мальчишеской группировке (с четкой иерархической структурой) и в диаде с дру­гом-мальчиком. При этом дружба в диадах у девочек распространена точно так же, как и у мальчиков, а вот группировок они обычно не создают.

Взаимоотношения девочек в дружеской диаде более близки и эмоциональны, чем у мальчиков. Они доверяют друг другу тайны, причесывают друг друга, при­касаются друг к другу и часто обмениваются взглядами. Очень важны словесные заверения в дружбе. Друзей выбирают по совместимости личностных характери­стик.

Дружба мальчиков менее интимна: они меньше раскрываются, не склонны к физическим прикосновениям и контакту глаз. Дружба мальчиков основана на ин­тересах (любовь к компьютеру, бейсболу).

Таким образом, в результате половой сегрегации формируются различные субкультуры мальчиков и девочек со своими устойчивыми чертами в поведении. Это вторичные гендерные различия. Другим следствием половой сегрегации яв­ляется становление особых гендерные отношений: взаимоотношения внутри пола лучше взаимоотношений между полами. Порой мальчики и девочки откровенно враждуют между собой. Ярким примером такой вражды может служить подлин­ная история одной девочки, которую приводит в своей книге Маккоби.


288Глава 9. Гендерные отношения

Приведем ее в кратком пересказе. Для удобства изложения дадим девочке имя Анни.

История взаимоотношений девочки с мальчиками

В дошкольном возрасте (до 5 лет) Анни была живой, смышленой и энергичной девоч­кой, полной идей и замыслов. Она любила ходить в детский сад и играла и с мальчи­ками и с девочками. И те, и другие любили с ней играть.

Когда ей исполнилось 5 лет, ситуация изменилась. Приходя домой, она рассказы­вала маме, что мальчики говорят, что она не хочет играть с ними и она больше не ху­лиганка. Она сказала маме, что не хочет делать все что угодно, а мальчики не остав­ляют ее в покое. Мама и дочка обсудили, что значит быть хулиганкой и какое «хули­ганское» поведение нравится дочери. Анни и другие девочки нашли другое решение проблемы. Они организовали команду девочек и стали играть в войну с мальчиками. Обе команды (и мальчиков, и девочек) занимали свой угол на игровой площадке, где устроили каждая свою «крепость». Членам противоположной команды не позволя­лось ступать на территорию крепости. Однажды мама хотела оставить Анни дома, но та сказала, что она не можетоставаться дома — у нее в этот день запланирована «война» между двумя командами.Члены обеих команд насмехались над представи­телями другого пола, ивсе — и мальчики и девочки были сильно взбудоражены.

Когда Анни пошла в школу,ситуация снова изменилась. Через неделю она уже пришла домой вслезах. Онарассказала, что мальчики погнались за ней, повалили на землю, скрутили ей руки ипричинили боль. Они начали стаскивать с нее одежду. Она рассказала маме: «Онисказали, что хотят, чтобы я была голая». Мама сказала Анни, что она никогдане должна позволять мальчикам делать такие веши, что она может царапаться ипинаться, чтобы остановить мальчиков. Но Анни сказала: «Ма­ма, я не могу таксебя вести». На следующий день она подошла к лидеру команды мальчиков и сказала: «Ябольше никогда не хочу играть в войну». Он сказал: «Ну, ладно», и конфронтацияпрекратилась.

Но когда Аннибыло уже 9 лет, учительница, характеризуя ее, сказала, что она очень популярнасреди девочек, а мальчиков просто ненавидит (по Maccoby, 1999).

Разумеется, подобное происходит не со всеми девочками. Дело в том, что Анни пыталась соединить фемининные черты с маскулинными (в частности, стремле­нием к лидерству) и испытывала при этом определенные затруднения. К тому же Маккоби не сообщает, насколько привлекательной была эта девочка, а известно, что мальчики чаще третируют красивых девочек, таким странным образом прояв­ляя свои симпатии. Но все же то, что мальчики использовали свою физическую силу и количественное преимущество (нападая на одну девочку, а не на группу), очень характерно для данного возраста.

По мнению Маккоби, такое поведение мальчиков закономерно порождает кон­фронтацию полов. Она проявляется:

1) в чувстве опасения и настороженности девочек по отношению к мальчикам;

2) в реакциях девочек на мальчишеский игровой стиль;

3) в различной свободе выбора общения;

4) в «границах дозволенного»;

5) в сексуализации межполовых контактов;

6) в правилах игры.

Таким образом, имеет место взаимное влияние ряда факторов: различное пове­дение мальчиков и девочек усиливают сегрегацию, а сегрегация способствует уве-


Гендерная сегрегация в детских группах 289

личению различий между мальчиками и девочками. Половая сегрегация порож­дает конфронтацию полов, а она, в свою очередь, также приводит к нежеланию девочек и мальчиков общаться друг с другом, т. е. сегрегация между полами снова увеличивается. Приведу конкретные примеры проявления конфронтации между мальчиками и девочками или, по крайней мере, проявления лучших взаимоотно­шений с представителями своего пола по сравнению с представителями противо­положного.

Чувство опасения и настороженность девочек по отношению к мальчикам

В исследованиях Э. Маккоби и К. Жаклин было установлено, что уже около 3 лет (в 33 месяца) девочки опасаются конкурировать с мальчиками. Когда нужно было первым схватить привлекательную игрушку, девочки в однополых диадах вели себя смело. Но в паре с мальчиком девочка, как правило, отдергивала руку и воз­вращалась к маме, предоставляя мальчику право взять игрушку, или, по крайней мере, вела себя пассивно в присутствии мальчика. Этот факт демонстрирует то, что девочки настороженно относятся просто к присутствующему мальчику. Да­лее, хотя в исследованиях и нет таких данных, можно предположить, что и маль­чик в ответ на напряжение, которое он вызывает у девочек, может вести себя на­стороженно и напряженно. Напомню, что наряду с этой тенденцией существует и другая — конвергенции полов (и существование хороших взаимоотношений меж­ду ними). Так, она проявляется в том, что дети разного пола дружат и играют в од­ни и те же игры. Однако параллельно идет усиление первой тенденции — по мере приближения к шестилетнему возрасту число таких дружеских связей сильно уменьшается. В детском саду мальчики и девочки играют в одни и те же игры — но организованные взрослыми, и отношения с представителями своего пола все рав­но более теплые и дружеские, чем с представителями противоположного.

В школе это дистанцирование полов продолжается их конфронтация усилива­ется. В эксперименте Борджа-Альвареса дети играли в игру «Прием гостя». Двое детей играли роль хозяев, а гость приходил к ним и должен был присоединиться к их игре. В одних ситуациях пол гостя и хозяев совпадал, в других — нет. Гости — и мальчики и девочки — были менее скованными, когда хозяева были одного с ни­ми пола (например, они подходили к диаде и прямо просили принять их в игру). Мальчики-хозяева обычно более ярко игнорировали любые попытки гостя войти в их игру — независимо от того, кто это был — мальчик или девочка. Но мальчик-гость проявлял большую активность, чтобы привлечь к себе внимание, и поэтому в ряде случаев добивался успеха. Девочка-гость робела перед мальчиками-хозяе­вами и ее попытки присоединиться к их игре чаще всего были неудачными.

Реакции на игровой стиль представителей другого пола

Одной из причин конфронтации полов является их сегрегация. Они растут и иг­рают отдельно друг от друга и не знают представителей другого пола, а также не доверяют им. При этом имеет место каузальная атрибуция: другому полу припи­сываются качества, не свойственные своему полу. Девочки считают, что мальчики нечестны, грубы, ведут себя слишком шумно, а мальчики — что девочки плаксы. Поведение другого пола вызывает неодобрение.


290 Глава 9. Гендерные отношения

Девочкам не нравится грубый мальчишеский стиль в играх, и они стараются держаться подальше от мальчиков. Мальчики, возможно, с помощью такого стиля захватывают себе больше игрового пространства и игрушек. В исследовании Чар-лесвоса даже доминантные девочки, которые с успехом добивались своего при об­щении с другими девочками, уступали мальчикам с их конкурентным стилем пря­мого давления. Мальчики буквально физически отталкивали девочек (занимая место для просмотра кинофильма).

Данн и Морган, наблюдая за свободными играми детей в детских учреждениях Северной Ирландии, обнаружили, что один вид игрушек был особенно популярен среди детей: трехколесные и двухколесные велосипеды. И именно их почти всегда захватывали мальчики, прибегая к силовым конкурентным методам (например, не давали ездить тому, кто садился на велосипед). Девочки получали доступ к ве­лосипедам только с помощью воспитателей или в тех редких случаях, когда вело­сипед был не занят мальчиками. Девочки осознавали такое положение и смиря­лись с ним: «Велосипеды — это для мальчиков».

В другом, американском, опыте девочки с удовольствием прыгали на детском батуте, но, увидев, что к ним приближаются мальчики, закричали: «Ой! Они здесь!», бросили батут и убежали.

По данным Грино, в присутствии мальчиков девочки более тесно общаются со взрослыми, видимо, ища у них защиты или справедливого распределения игру­шек и игрового пространства. Маккоби свидетельствует, что даже простое присут­ствие взрослых, не осуществляющих прямого вмешательства, может заставить мальчиков поделиться игрушками или уступить место при просмотре фильма.

Выше я уже не раз показывала, что мальчики больше ориентируются на своих сверстников (других мальчиков), а девочки — на мир взрослых. Здесь мы также обнаруживаем такое явление, и поведение девочек оправдано стремлением полу­чить у взрослых защиту от грубости или несправедливости мальчиков. Одним из объяснений такой ориентации на взрослых у девочек является то, что мальчики сильнее их. Но это не единственная причина. До 10 лет девочки практически не уступают мальчикам в физической силе, однако все же избегают физического столкновения, хотя могли бы дать отпор. Маккоби считает, что опасения девочек связаны с тем, что они не знают, чего ждать от мальчиков. Кроме того, в ее иссле­дованиях выяснилось, что мальчики игнорируют попытки девочек повлиять на них с помощью разговоров.

Б. Фэгот также установила, что девочки поддаются влиянию детей обоего по­ла, а мальчики реагируют только на других мальчиков.

Возможно, ориентация на мир взрослых — это проявление более раннего взросления девочек и их большей коммуникативности (по сравнению с мальчика­ми, которые созревают позднее и ориентированы на предметный мир). Это пред­положение нуждается в проверке в дальнейших исследованиях.

Конфронтация полов связана и с некоторыми другими факторами.

Свобода выбора обшения и границы дозволенного в поведении с другим полом

Мальчики ведут себя более грубо в присутствии других мальчиков — они как бы доказывают, что верны мальчишеским правилам игры. В то же время многие фи­зически развитые девочки любят играть в атлетические игры наравне с мальчика-


Гендерная сегрегация в детских группах 291

ми (по наблюдениям Кромби и др.). Б. Сорни описал одну афроамериканскую де­вочку, которая играла и в мальчишеские, и в девчоночьи игры, была ассертивна и физически и вербально. Она дружила как с мальчиками, так и с девочками, и под ее влиянием ряд девочек был принят в мальчишескую компанию. Этот характер­ный пример демонстрирует большую свободу выбора в общении, свойственную девочкам. Был и другой пример: когда мальчик-лидер играл с девочками в их иг­ры, и здесь также он был лидером. Но это исключение объясняется высоким ста­тусом мальчика. Обычно другие мальчики отворачиваются от тех, кто играет с де­вочками. Здесь проявляется феномен, известный в психологии лидерства: лидеру позволены такие формы поведения, которые осуждаются у не-лидеров (и то лишь до известных пределов).

Межполовая конфронтация проявляется и в «границах дозволенного» для мальчиков и для девочек. Этот термин принадлежит Б. Сорни и обозначает новое явление во взаимоотношениях полов: сочетание прежней конфронтации ибуду­щего согласования. Оно подчиняется неким неписаным правилам: что можно де­лать с представителем противоположного пола, а чего нельзя.

Вот некоторые примеры из проведенного Сорни исследования детей младшего школьного возраста. В этом исследовании дети играли в игру, которая называлась «Охота и поцелуй». Мальчики, предложив девочкам поиграть в мяч и получив их согласие, хватали мяч и убегали, провоцируя девочек догонять их. Точно так же поступали девочки, когда инициаторами игры выступали они. При этом именно девочки чаще провоцировали мальчиков начать подобную игру. К примеру, де­вочка подбегала к мальчикам, кричала: «Вы не поймаете меня» и убегала, мальчи­ки же ее догоняли. Следующая стадия в игре — поцелуй пойманного игрока: если девочки поймали мальчика, далее следовал ритуал, в ходе которого они его цело­вали под аплодисменты других девочек и насмешки других мальчиков. Оба пола одинаково интерпретировали это событие: оно означало унижение, оскорблениемальчика, а не проявление любви к нему. При этом мальчики чаще воспринимали физический контакт с девочками как «разврат».

Эти примеры демонстрируют амбивалентность переживаний детей: с одной стороны, они оставались верными правилу враждебности к другому полу, а с дру­гой — пробовали новые формы поведения, которые в будущем приведут к разру­шению сегрегации полов и их конфронтации. Таким образом, в этом исследова­нии выявились границы дозволенного: можно было играть с представителем противоположного пола, можно было даже его целовать, но при этом ни в коем случае не испытывать к нему добрых чувств. В итоге дети и оставались верны сво­ему полу (относясь к нему лучше, чем к противоположному), и в то же время по­степенно начинали взаимодействовать с противоположным полом.

Сексуализация межполовых контактов и правила повеления в них

В вышеприведенных примерах наблюдается еще одно проявление гендерных от­ношений — сексуализация межполовых контактов.Приведу другие примеры этого явления.

Уже в младшем школьном возрасте дети начинают интерпретировать контак­ты между мальчиками и девочками как романтические и сексуальные. Лойд опи­сывает, как девочки приглашают мальчиков играть в игры с любовью и замужест-

 


292 Глава 9. Гендерные отношения

вом — на роли мужчин. Они заставили мальчика поцеловать девочку (другой мальчик не согласился и убежал), и он согласен на ней жениться (в игре).

Сроуф с коллегами наблюдал за детьми 8-10 лет в летнем лагере. Мальчик Чарли, который заходил в палатку к девочкам за своим радиоприемником, сразу же был встречен насмешками со стороны других мальчиков. У него спрашивали, не целовался ли он там с девочками. И Чарли прилагает массу усилий, чтобы вер­нуть расположение мальчиков. Так с помощью насмешек сохраняется сегрегация полов и их конфронтация. Если кого-то уличают во влюбленности, он (она) сразу же это отрицает: «Ты любишь его (ее)?» — «Нет, я его (ее) ненавижу!» (также из наблюдений в летнем лагере). В то же время иногда девочка признается подруге, что ей нравится мальчик, рискуя, что та может ее выдать.

Как правило, дети воспринимают как норму гетеросексуальную влюбленность. Хотя мальчики дразнят друг друга словами, говорящими о гомосексуализме, все же это несерьезно. «Любовь» между двумя мальчиками воспринимается как что-то смешное и несуразное.

Мальчики и девочки начинают интерпретировать некоторые игры как роман­тические и сексуальные — например, когда мальчик догоняет девочку и толкает ее. Шоуфилд называет эту форму поведения «ухаживанием с помощью толчков» (pushing courtship). Он также приводит следующий пример: одна девочка заявила, что мальчик влюбился в ее подругу, а когда ее спросили, откуда она это знает, то ответила: «Он сбросил ее книги на пол». Подобное поведение — переход к буду­щим сексуальным отношениям.

Наконец, еще одно проявление конфронтации полов (в котором, как и в пре­дыдущем явлении, закладываются нормы будущих отношений между мальчика­ми и девочками: амбивалентного сочетания враждебности с позитивным отноше­нием) — правила поведения с представителями противоположного пола.

Эти неписаные правила о межполовых контактах для 8-10-летних детей вы­явили Шроуф и коллеги:

♦ контакт должен быть вынужденным (к примеру, это может быть случайное столкновение);

♦ контакт должен быть случайным (например, мальчик ждет своей очереди вы­пить лимонада после двух девочек, и все участники не должны проявлять ини­циативы общения — нельзя разговаривать ни мальчику с девочками, ни девоч­кам с мальчиком);

♦ контакт должен быть прикрыт какой-то явной необходимостью (к примеру, можно передать лимонад сидящему за другим столом, это следует сделать обя­зательно с равнодушным лицом, нельзя проявлять никакого интереса);

♦ контакт приемлем, когда к нему вынуждают взрослые (учитель посылает маль­чика принести что-то от девочек);



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.