Сделай Сам Свою Работу на 5

Три золотых правила кормления детей

 

Если хотите решить почти любые проблемы, связанные с кормлением детей, придерживайтесь следующих золотых правил.

 

1. Голодные дети едят.

2. Двадцать раз отвернется — один раз съест.

3. Научите детей прислушиваться к своему желудку, а не смотреть на тарелку.

 

Голодные дети едят

 

Избалованные дети, которым суют под нос еду, не едят. Это одна из основополагающих жизненных истин. К счастью для нас, другая основополагающая жизненная истина гласит, что голодные дети едят. Как только организм сжигает все запасы топлива, желудок начинает посылать в мозг сигналы — сначала вежливые предупреждения, но вскоре они превращаются в настойчивое требование, а затем в крики о неотложной помощи.

Есть только один способ заставить избалованного ребенка есть — голод. Это фантастическое средство, потому что, для того чтобы им воспользоваться, вообще не нужно ничего делать. Все, что нужно, — это немного подождать. Ожидание решает 98 процентов проблем, связанных с кормлением детей.

Пословица, согласно которой можно подвести к водопою лошадь, но нельзя заставить ее пить, в каком-то смысле верна. Но верно и то, что любая лошадь рано или поздно захочет пить. А после того как напьется, скорее всего, еще захочет и есть.

Лошади, испытывающие жажду, пьют.

Голодные дети едят.

Это все, что вам нужно знать.

 

Двадцать раз отвернется — один раз съест

 

Если вы собираетесь поднести к своему ребенку ложку с пюре, то приготовьтесь к тому, что, прежде чем съесть, он раз двадцать отвернется от нее. Это не голословное утверждение, это доказанный факт. Многочисленные исследования и наблюдения подтверждают именно такой образец поведения маленьких детей. Для того чтобы заинтересовать ребенка новым видом продукта, нужно предложить его от семнадцати до двадцати раз.

Двадцать раз отвернется — один раз съест.

Отсюда следует, что нужно запастись терпением и спокойно, но уверенно настаивать на своем. Если хотите, чтобы дети попробовали что-то новое, нужно уметь ждать. Придется также смириться с большими «отходами производства», хотя сейчас, когда по телевидению то и дело показывают кадры голодающих в Африке, это кажется непростительным грехом. Если вас не оставляет чувство вины, перечислите средства в фонд помощи детям. В любом случае необходимо привыкнуть к мысли, что отходы будут.



После этого показывайте новую еду детям, не заставляя ее при этом есть. Странно, но количество таких показов, перед тем как они ее проглотят, равно примерно двадцати.

Очень важно именно не заставлять их есть, поскольку единственный способ научить их сопротивляться — силком запихивать еду. Чем сильнее нажимать, тем сильнее они плюются. В таком случае правило двадцати раз уже не действует и количество попыток становится непомерно большим. Не нужно заставлять детей есть. Это плохо и по другим причинам, о которых я поговорю позднее, в следующей главе. Сейчас достаточно того, что в этом случае механизм просто не действует. Если хотите научить своего маленького Тарквиния ненавидеть морковку, просто заталкивайте ее ему в рот как можно сильнее под вопли протеста.

 

Научите детей прислушиваться к своему желудку, а не смотреть на тарелку

 

Если спросить людей с избыточным весом, когда они прекращают есть, то в большинстве случаев они ответят: «Когда на тарелке ничего не остается ». Если же задать этот же вопрос стройным людям, то ответ, вероятнее всего, будет таким: «Когда я чувствую себя сытым ».

Люди, у которых проблемы с лишним весом, редко оставляют еду на тарелке, в отличие от людей, у которых нет проблем с лишним весом.

Различие между полными и худыми людьми часто заключается в том, чему они уделяют главное внимание — тому, что они видят, или тому, что они чувствуют. Одни видят, что на тарелке еще есть еда, и не могут остановиться, пока тарелка не опустеет. Другие чувствуют, что сыты, и встают из-за стола.

Ожирение среди детей в наше время приобрело размеры настоящей эпидемии. Нынешнее поколение детей, пожалуй, первое из череды нескольких предыдущих поколений, средний срок жизни которого имеет все шансы укоротиться. Этому содействуют многие причины: сидячий образ жизни; высокая калорийность продуктов; ленивые родители, которые не хотят учиться хорошо готовить; фастфуд, который продается практически на каждом углу под видом еды.

Почему количество заболеваний раком, диабетом и количество сердечных заболеваний постоянно растет? Потому что мы слишком много едим, но не это плохо само по себе. Хуже то, что вместо нормальной еды мы едим много всякого мусора.

Как следствие, детей жизненно необходимо учить правильно есть. Под этим я имею в виду не просто умение держать нож с вилкой и не запрет сморкаться во время еды. Я также имею в виду правильное питание — употребление полноценной пищи в надлежащем объеме. Разным типам продуктов и питательных веществ, нужных детям, посвящена масса книг, так что здесь я не буду углубляться в подробности.

Правильно рассчитывать объем пищи тоже довольно легко. У всех нас от рождения имеется система ограничения потребляемой еды, поэтому мы получаем как раз то, что нам необходимо. Но длительная тренировка может испортить все что угодно. Если понаблюдать за детьми на детском празднике, то можно заметить любопытную особенность. Младшие дети, как правило, едят меньше сладостей, чем дети постарше. Младшие дети едят до тех пор, пока их желудок не говорит: «Все, хватит». Дети постарше едят больше сладостей потому, что научились преодолевать этот сигнал и сосредоточивать внимание на том, что находится перед ними. Правда и то, что за просмотром телевизора дети съедают больше необходимого — как раз потому, что сильнее отвлекаются от сигналов, посылаемых желудком.

Отсюда следует, что не нужно заставлять детей доедать то, что осталось на тарелке. Нужно говорить детям: «Необязательно доедать все, что осталось. Просто ешь, пока твой животик не скажет, что хватит». Заодно неплохо приучить их к тому, что, после того как прием пищи закончился, добавки не будет до следующего приема пищи, так что неплохо позаботиться о своем животике заранее. Но заставлять доедать ни в коем случае нельзя.

Если заставлять детей доедать все, что осталось на тарелках, то в будущем у них могут возникнуть проблемы с лишним весом.

В нашем доме дети всегда сами решают, когда им заканчивать прием пищи. Это не значит, что можно посреди обеда встать и пойти играть. Закончил — сиди и жди, пока закончат другие, и только после этого беги, вноси свой вклад в победу мирового хаоса. Завтрак, обед и ужин — это важные части распорядка дня, а не просто случайные события. Единственное исключение для наших детей — это молоко. Молоко пить обязательно. Никакие уговоры, мольбы и капризы на нас не действуют. Допей молоко, и только после этого можно выходить из-за стола и играть.

Такие правила временами заставляли их мать понервничать. Иногда наш младший сын ел, словно воробей, страдающий анорексией: отщипывал крошку, и все — в буквальном смысле крошку. Но я, как папа, свято верил в то, что от этого он только еще больше проголодается до следующего приема пищи. Никакой цингой он не заболел. И не потребовалось никакой помощи со стороны фонда спасения голодающих детей.

Голодные дети едят.

Когда он проголодается, он ест. Иногда он набрасывается на еду, словно викинг, вернувшийся из долгого похода. Правда, и при этом он помнит, что в первую очередь следует прислушиваться к своему желудку, поэтому останавливается сразу, как почувствует насыщение.

Кем бы он ни стал в будущем — а по этому поводу у меня есть несколько идей, не все из которых кажутся его бедной матери слишком вдохновляющими, — жирдяем он не станет никогда.

 

Как «починили» Стивена

 

Вернемся к маленькому мальчику, который не ел овощи и фрукты. Первым делом следовало прекратить порочную зависимость от молока. То, что он чересчур увлекается молоком, было понятно, но я не сомневался, что эту зависимость поддерживает в нем сама мама. Бутылочка молока перед едой отвлекает его от еды. Как он может что-то есть, если его желудок заполнен молоком?

— Но если он не получит молока, то устроит такую истерику! — сказала Карен.

— Конечно, устроит, — кивнул я.

Она посмотрела на меня, словно ожидая дополнительных предложений. Я просто пожал плечами.

— Ну ладно, попробую, — согласилась она.

— В данном конкретном случае дорога к спасению вымощена слезами, — сказал я. — Мой совет — собрать волю в кулак и терпеть.

Карен и Пэдди переглянулись.

— Затем нужно перестать постоянно предлагать ему самую разную пищу. С этого момента либо мы едим то, что нам дают, либо не едим совсем. Да, немного сурово, но вам нужно поверить в тот факт, что голодные дети едят. Когда Стивен проголодается, он станет есть. Просто нужно подождать.

— А если он не будет есть несколько дней? — спросила Карен, сразу перескакивая к самому худшему сценарию, словно он был самым вероятным.

— Во-первых, это маловероятно. Во-вторых, можно немного схитрить. Поначалу предлагайте ему то, что, как уже выяснили, ему нравится, а новое блюдо пусть будет в качестве второго. Вы помните, сколько раз нужно предлагать ребенку еду, чтобы он ее попробовал?

— Примерно двадцать, — ответил Пэдди.

— Правильно. Нужно быть готовым к этому. Подавайте ему тертую морковку, как минимум, двадцать раз. И не надейтесь, что он сразу же набросится на нее. Но и не заставляйте силком ее глотать. Просто положите на тарелку — пусть он для начала заинтересуется. Хорошо?

Оба покорно кивнули.

— Прекрасно. А теперь перейдем к более стратегическим методам. Будем знакомить его с разными продуктами под видом игры. Представьте, что фрукты и овощи — это игрушки.

Карен смущенно посмотрела на меня.

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, чтобы вы вместе с ним мяли бананы руками. Катали апельсины по полу. Прятали лицо за пучками салата и выглядывали из-за веточек брокколи.

Они оба улыбнулись. Похоже, идея им сразу же понравилась.

— Так мы научим его относиться к фруктам и овощам как к чему-то забавному, а не как к тому, с чем следует бороться, — сказал Пэдди.

— Верно. Кроме того, рассказывайте ему всякие сказки и истории про овощи и фрукты. Не постоянно, конечно, а вперемежку с другими историями.

— Теперь вроде все понятно, — сказала Карен. — Меньше выбора, не давать молоко перед едой и превратить пищу в забаву.

— Так точно, — кивнул я.

— Мне кажется, это довольно просто, — заметила она.

— Конечно.

Перед тем как они ушли, я протянул Карен запечатанный конверт.

— Откройте его в случае крайней необходимости.

— Что это?

— Инструкции, которым нужно будет следовать, когда вы станете сильно беспокоиться по поводу того, что он совсем ничего не ест. Позвоните мне, если будут какие-то осложнения.

После этого они не звонили мне целый месяц, поэтому я сам позвонил и поинтересовался у Карен, как идут дела.

— А, это вы, — сказала она сразу же, как я с ней поздоровался.

Не слишком ободряющее начало.

— Как дела?

— Поначалу был настоящий кошмар, — ответила она. — В первый вечер Стивен кричал минут двадцать, отказывался от всего и требовал молока.

— Правда? — спросил я, состроив на лице гримасу удивления и недоверия.

— О да. Орал как резаный.

— И что вы сделали?

— Я, глупая, сделала все, как вы говорили.

— Игнорировали крики и продолжали стоять на своем?

— Вот именно.

— Тем лучше для вас, — сказал я, стараясь придать своему голосу более радостное выражение. — И…

— Потом все так и повторялось, как по шаблону. Можно было подумать, что его режут живьем. Каждый раз, как мы садились за стол, я боялась, что он вот-вот лопнет от крика.

— А фрукты с овощами?

— Швырял их на пол.

— Понятно. — Снова гримаса. По ее тону я был уверен, что она отказалась от моего плана и вернулась к своей прежней практике. Теперь в ее жалобах очередному специалисту я стану одним из тех, кто не смог ей помочь. — Хотите, чтобы мы еще раз встретились и обсудили возможные решения?

— Нет.

— Эээ… ну ладно. А как дела теперь?

Она рассмеялась, голос стал мягче.

— Сегодня мы попробовали морковку.

— Великолепно! — Я на всякий случай улыбнулся.

— И не только. Мы также полюбили бананы и виноград.

— Шутите?

— Нет. Мы настаивали на своем, как вы и советовали. Поначалу было ужасно, но потом он стал приучаться есть овощи и фрукты.

— Фантастика! Как, по-вашему, почему этот метод сработал?

— Мне кажется, по двум причинам. Во-первых, мы проявили настойчивость и перестали предлагать ему слишком большой выбор. Во-вторых, мы играли с настоящими продуктами. Правда, мы и сейчас предпочитаем больше мять бананы, чем их есть.

Я рассмеялся.

— Если он и в тридцать лет будет так поступать, не забудьте сообщить мне.

Карен пообещала, что сообщит.

(Если вам интересно, что было в запечатанном конверте, который я дал Карен, то там лежал лист бумаги с одной фразой: «Голодные дети едят».)

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.