Сделай Сам Свою Работу на 5

ПОДГОТОВКА К РЕШАЮЩЕМУ ЭКСПЕРИМЕНТУ 7 глава

Около трёх часов мы достали следующий слиток и положили его рядом, а потом запустили процесс в очередной раз. Прибор не показал никаких отклонений. Очередной образец показывал стабильность. Хорошо бы проверить его чистоту. Есть ли примеси. Или это слиток 100% чистоты. Думаю, что те же мысли были и у Семёна Аркадьевича.

В четыре часа Семён Аркадьевич отправил меня в столовую еще раз перекусить и взять пару пирожков или бутербродов и что-нибудь попить. А то впереди еще целый вечер.

Очередной процесс закончился в половине шестого. Мы запустили четвертый процесс. Затем Семён Аркадьевич и Сергей поспрошались со мной и поехали по домам. Я закрыл за ними дверь и сразу подошел к монитору. Весь день невольно думал о том, что скорее бы появилась возможность пообщаться с Олей. И сразу увидел надпись.

- Привет! Что-то весь сегодняшний день посвящен процессу производства, - сказала она. - Ну, прямо как дети радуетесь. И я радовалась вместе с вами.

- А как же не радоваться, - ответил я. – Ведь впервые в истории человечества было создано искусственное вещество практически из ничего.

- Это ничего, есть нечто, - ответила Оля. – И масса вашего мира увеличилась на это созданное вещество. Сейчас я ускорю процесс. Нечего тянуть его на три часа. Нам надо что-то сделать и для себя. Но об этом знаешь только ты и не открывай никому эту нашу тайну. Закончим формирование слитка за час.

- Я не возражаю, - сказал я. – Да и как я могу возражать. Ведь весь этот процесс твой и без тебя он не может осуществиться. И мне не столь важно, сколько мы изготовим слитков. Главное, что в принципе эта проблема решаема, и я тебе глубоко за это благодарен.

- Семён Аркадьевич сейчас ломает голову над тем, что же происходит в этой установке, - сказала Оля. – Это его очень мучает, но спросить у тебя он как-то не решается.

- А что меня спрашивать, - ответил я. – Я и сам многое не понимаю. Особенно относительно механизма превращения темной энергии в вещество нашего мира, если эта энергия не взаимодействует с ним. Но ты дала нам преобразователь темной энергии и он прекрасно работает. Именно благодаря этому преобразователю мы и работаем.



- Меня волнует нарастающая нестабильность вашего мира, - сказала Оля. – И надо сделать всё возможное, чтобы этот процесс не попал в руки нехороших людей. Я тебя хорошо знаю и понимаю. Ты стараешься не вникать в те процессы, на которые не можешь повлиять. Во все эти процессы общества, в котором нарастает жадность и агрессивность. Поэтому сегодня мы сделаем максимально возможное для нашей новой установки, а дома ты начнешь сборку. А там появятся новые сотрудники, и сделать что-то будет значительно сложнее. Сейчас процесс заканчивается. Через две минуты достанешь образец и поместишь под колпак свои бутерброды. Я их отсканирую и кое-что уточню. Мне не хватает некоторой информации по растительному и животному белку.

Я так и сделал. Достал золотой слиток и поместил в рабочий объем бутерброды. Откачал воздух и открыл затвор. Вакуум быстро достигал намеченного уровня. И я вернулся к компьютеру.

- Вот и всё, - сказала Оля. – Я так и предполагала, но надо было все проверить для уверенности. Можешь доставать свои мороженые бутерброды. Но они скоро согреются. Правда, будут жестковаты. Они здорово газили, но насосы очень хорошо справились. Опусти колпак и откачай воздух.

Я так и сделал, как мне сказала Оля, а потом вернулся к ней.

- Сейчас мы изготовим все детали будущей установки. Ты положи шар на стол. А мелкие детали придется распихать по карманам. Хорошо, что ты в куртке и половина должна поместиться. Остальные постарайся вынести завтра. Завтра попроси Семёна Аркадьевича в обед тебя отпустить, чтобы приехать к пяти часам для вечерней смены. И попроси его вынести шар. А сам вынеси часть деталей. Остальные вынесешь вечером. Думаю, что минут через 15 всё будет готово. Я посмотрел на часы, и было только начало восьмого. Вот это скорость!

- А почему такая спешка? – спросил я. – Ведь мы хотели всё это сделать постепенно.

- Просто у меня появилось предположение, что вся работа будет жестко контролироваться, - сказала Оля. - Пока этого нет, но после предъявления образцов всё будет иначе. Но, пора доставать наши делали. Все убери из рабочего объема на свой стол. А потом мне нужна будет капелька твоей крови для анализа. Возьми в аптечке йод. Смажь йодом палец и иголку. А потом уколи палец и маленькую капельку помести на стекло и поставь для сканирования. А потом вновь запусти установку.

Я подошел к установке. Проделал все необходимые процедуры и поднял колпак. Почти весь рабочий объем занимали самые различные детали вокруг шара. Они были небольшие, но разного размера и формы. Я с ужасом посмотрел на всё это. Как же я всё это смогу собрать? Ничего, Оля поможет, - подумал я. Потом проделал процедуры с пальцем и поместил стекло под колпак. А затем вновь запустил установку в рабочий режим. И вновь вернулся к монитору.

- Я просто подумала, что болезнь твоей мамы может быть и у тебя. Может быть у тебя генетическая предрасположенность к этой болезни. Она у тебя пока дремлет, но в любой момент может начаться её развитие. Поэтому прямо сейчас изготовим лекарство и для тебя, и для твоей мамы.

- А много ли времени займет этот процесс? – спросил я. – Но ты говорила, что надо апробировать многие химические элементы и затем сложные молекулы, а только затем что-то сможем сделать.

- Много для меня дал перстень, который содержал в себе почти все элементы, - отвела Оля. – А недостающие были исследованы в грязи, как на перстне, так и в пыли, которая постоянно попадает в рабочий объем. Особенности растительного и животного белков я рассмотрела в твоих бутербродах. И очень много мне дала твоя капелька крови. Ведь каждая клетка организма содержит в себе всю информацию обо всем организме. Поэтому у меня полная информация, которая необходима для изготовления лекарства. Ты можешь сомневаться в эго эффективности или даже вредности. Но я тебе обещаю, что никакого вреда или побочных явлений это лекарство не будет иметь. Таких лекарств ещё нет на Земле, но они когда-нибудь появятся. И для поверки сразу же примешь таблетку, прежде чем будешь давать маме. И надо-то всего лишь одну таблетку для полного выздоровления.

- В тебе я совсем не сомневаюсь, - ответил я. – Я просто удивляюсь тому, что ты именно меня выбрала, а не кого-то другого. Всё что ты делаешь для меня просто удивительно, и я не вижу никакого злого умысла в твоих действиях.

- Пора уже заканчивать рабочий день, - сказала Оля. – Уже девятый час. Под колпаком ты найдешь еще два перстня. Один для твоей мамы, а другой для отца. Назначение их ты узнаешь несколько позднее, когда будет готова наша новая установка. Это будет для вас защита на Земле.

Я подошел к установке. Закрыл затвор и запустил воздух под колпак. Когда колпак открылся, то увидел под ним своё стёклышко, упаковку таблеток, на которой было написано «Поливитамины». Оформление было красивое, а таблетки совсем небольшие. Я убрал перстни в карман вместе с лекарством. Выключил диффузионники. Разобрал на столе маленькие детали. Часть из них положил в ящик стола, а часть в карманы брюк и куртки. Самым громоздким предметом был шар и на самом деле он был чуть больше теннисного мяча. Я подумал, что вполне смогу его вынести и сам в кармане куртки. А затем вновь подошел к монитору.

- А вообще-то у тебя хорошая мысль появилась, - сказала Оля. – У тебя есть внутренний карман, который расположен ниже бокового. Положи шар в этот карман и не стоит просить Семёна Аркадьевича.

Я положил шар в этот карман, о котором совсем забыл и шар был совсем не виден в моей куртке. Вот и замечательно, подумал я. Еще минут десять и можно будет окончательно выключать установки. Я посмотрел на стол Семёна Аркадьевича и увидел слитки. Надо же. Чуть было не забыл убрать их в сейф. Я открыл сейф. Постелил листочки бумаги. Надел перчатки. Перенёс слитки и прибор в сейф. Затем закрыл его. Ключи от сейфа положил к ключам от двери. Хорошо, что дверь отпирать обычными ключами не надо. А персональный ключ был только у Семёна Аркадьевича. И это было очень удобно, если мы забудем ключи в лаборатории и захлопнем случайно входную дверь.

Затем я подошел к монитору.

- Смотри не забудь закрыть воду охлаждения, - сказала Оля. - А то от сегодняшнего успеха голова, наверное, идет кругом?

- Конечно, не забуду, - ответил я. - Я для этого и сижу. Жду, когда остынут насосы, а потом закрою воду, затем закрою затворы и запущу воздух в форвакуумные насосы.

- Надо бы все это автоматизировать и не высиживать попусту, - сказала Оля. – Может подготовить необходимые чертежи?

- Но ведь скоро перейдем на непрерывные процесс, - ответил я и не надо будет выключать и закрывать. Но сколько всё проработает в непрерывном режиме. Нужна же профилактика. Надо будет со временем и масло менять. От такой непрерывной работы могут и форвакуумные насосы полететь.

- Потому их два, на случай отказа, - ответила Оля. – Рабочая камера чистая и ничего, кроме воздуха в неё не попадает. При напуске, воздух хорошо фильтруется. Думаю, что ближайшие полгода установки будут работать в непрерывном режиме без проблем. Надо бы поставить очиститель воздуха в лаборатории, а лучше парочку, и тогда меньше пыли будет поступать в рабочий объем. Но уже пора всё выключать и отправляться домой.

Я всё закрыл, выключил, захлопнул дверь, а потом нажал на электронный ключ. И отправился домой. Сдал пропуск и расписался за ключи. Пожелал охраннику доброй ночи и поехал домой. И только выйдя на улицу, я вспомнил о том, что стал несуном. Но я же ничего не украл, успокаивал я себя. Эти детальки только мои. Так все и начинают. Сегодня гайку взял, а завтра потянет взять и банк.

Придя домой, я выложил всё из карманов на свой стол. Взял перстень размером поменьше и пошел к маме. Она лежала и было видно без диагностики, что ей плохо.

- Ты пришел, - сказала она. - А я и не слышала. Сейчас я тебя накормлю, и она хотела встать.

- Лежи, лежи, я всё сам сделаю, - ответил я. – А у меня для тебя два подарка. Вот перстень, как у меня. Теперь у нас будут перстни у всей семьи.

Она взяла перстень и внимательно посмотрела на него, а затем померила. Перстень ей хорошо подошел по размеру. Но есть еще один подарок. Сейчас я принесу воды.

Я сходил на кухню и налил полстакана воды себе, а в другой стакан для мамы и взял таблетки.

- Нам выдали очень интересные таблетки для поднятия тонуса, - сказал я. - Одной таблетки хватает на полгода. Давай вместе выпьем эти чудодейственные таблетки. Я смотрю у тебя хроническая усталость, а мне предстоят трудные дни. Поэтому они нам сейчас крайне необходимы.

Я взял таблетку и проглотил.

Мама внимательно посмотрела на коробочку.

- Я с тобой полностью согласна, что нам действительно нужны поливитамины, - сказала она. – Может это состояние и связано с их недостатком.

И она взяла таблетку в рот, а я подал ей воды. У меня мысли неслись в голове одна хуже другой. Я обманываю самого дорого мне человека, хоть это и во благо. А вдруг Оля ошибается и от этого лекарства маме станет хуже. Но другого пути её спасения не было. Маме с каждым днём становилось всё хуже, и это стало теперь очень заметно. Мама проглотила таблетку, и теперь вся надежда было только на знания и умения Оли. Так хотелось, чтобы мама быстрее выздоровела, и к моей защите была здоровой и жизнерадостной.

Я пожелал маме спокойной ночи и отправился на кухню. Поставил на слабый огонь приготовленный мамой ужин, а сам побежал под душ. Быстро помылся и вернулся на кухню. Ужин мой даже не успел подгореть. Аппетит был волчий. Бутерброды на работе я так и не съел. Хлеб был слишком жесткий, да и колбаса стала слишком сухой и скрюченной после глубокого вакуума. Поужинав и помыв посуду, я отправился в свою комнату и увидел надпись на мониторе.

- Не волнуйся за маму. Завра же ей будет уже хорошо.

- Спасибо тебе, - ответил я. – Чтобы я делал без тебя. Я уже серьёзно начал беспокоиться за маму. Было заметно, что ей становилось с каждым днём всё хуже.

- Давай ложись спать, - ответила Оля. - Сегодня ничего собирать не будем. Попробуй завтра отпроситься пораньше и избежишь своего присутствия при беседе шефа с новыми сотрудниками. А то начнете безудержно ржать и шефу это может не понравится.

- Я так и сделаю, - ответил я. – А может Сергей поработает весь день, а я послезавтра уж постараюсь.

Утром я проснулся от шума будильника и побежал в ванную. Быстро принял душ, оделся и вышел на кухню. Мама была там и даже что-то напевала, готовя мне завтрак. Такого я уже давно не помнил. Она повернулась ко мне, и я увидел совершенно другое лицо. Глаза были ясные и бодрые.

- Доброе утро, сынок!

- Доброе утро, мама!

- Что ты мне вчера дал? – спросила она. – Это же какое-то чудо. Утром проснулась, и ощущение было такое, словно помолодела лет на двадцать. И сколько надо принимать это лекарство?

- Вторую таблетку не раньше, чем через полгода, - ответил я, принимаясь за завтрак.

- И ты тоже принял вчера это лекарство, а как ты себя чувствуешь? – спросила мама. – А это не наркотик?

- Ну что ты, - отвечал я. – Неужели я дал бы тебе какой-нибудь наркотик?

- Но сейчас об этом столько пишут и говорят, - ответила мама. – Это очень хорошо, что так редко надо принимать лекарство.

Я поблагодарил маму за вкусный завтрак и побежал на работу. Как и мама, я почувствовал в себе прилив необыкновенной бодрости. Действительно чудодейственное лекарство, - думал я.

Я пришел без пятнадцати и хотел взять ключи, но охранник мне ответил, что ключ уже взяли. Я пошел в лабораторию и постучал в дверь. Мне открыл Сергей. Семён Аркадьевич стоял около сейфа. Установка уже работала.

- Здравствуйте! – сказал я, входя в комнату.

- Доброе утро! – ответили мне.

- Я сегодня спешил на работу для того, чтобы убедиться, что это мне не приснилось, - сказал Семён Аркадьевич. – Вот смотрю, и до сих пор не верится, что у нас всё это получилось. Вот это эффект! За один день четыре слитка. Давайте еще пару дней поработаем, наберём до пуда, а потом пригласим комиссию из министерства, и пусть они решают, что делать с этим золотом. Может нам пора перейти на производство ещё чего-то, более важного. Нам надо завести журнал производства и занести туда время получения каждого слитка. Это с нас обязательно потребуют.

- Хорошо, - сказал Сергей. - Я сейчас этим займусь. Я считаю, что это просто необходимо для отчетности. И занесу в журнал результаты первого дня. И надо будет после окончания каждого процесса фиксировать время получения слитка.

- Семён Аркадьевич! - обратился я к шефу. - Может быть, я сейчас поеду домой и приеду после обеда в вечернюю смену?

- Если у тебя какие-то дела, то можешь сегодня не приезжать, а завтра мы отпустим Сергея на весь день, - сказал Семён Аркадьевич. - Сергей! Ты не возражаешь против того, чтобы сегодня поработать до вечера? И нечего нам торчать сейчас всем в лаборатории.

- Конечно, нет, - ответил Сергей. – Даже с огромной радостью. Мне это так нравится. Впервые я занимаюсь настоящим и очень интересным делом. Давай, Саня, занимайся сегодня своими делами.

- Большое спасибо! – поблагодарил я. - Действительно сегодня хотелось кое-что сделать дома. Следите за моим монитором. Там будет отражаться весь процесс и график его протекания.

Я подошел к столу. Положил оставшиеся мелкие детальки в свои карманы. В это время Сергей и Семён Аркадьевич продолжали любоваться слитками и не обращали на меня никакого внимания. Я попрощался и отправился домой для сборки другой установки.

Мне не терпелось быстрее добраться до дома, где меня ждал не менее интересный, а может быть ещё и более интересный процесс. Производство меня интересовало больше в начале, а сейчас интересовали больше те проблемы, о которых мы говорили с Ольгой.

 

ОКНО В НОВЫЙ МИР

 

Приехав домой, умывшись, я бросился к своему столу. Мне не терпелось выложить недостающие детали на стол. Теперь я смотрел на шар и кучу мелких деталей. И что я буду делать со всем этим? Здесь их не менее ста штук, а может быть и больше. В детских конструкторах были и общие схемы, и чертежи отдельных узлов, а здесь была просто куча разных по размеру о форме деталей. Правда были видны едва заметные отверстия и штырьки.

В это время на мониторе появилась надпись.

- Включи колонки и хватит общаться только в виде текста. Это не совсем удобно, особенно сейчас, - писала Оля. – В лаборатории с текстом лучше, а дома попробуем голосовое общение. Извини, что я буду говорить голосом Гали. Он для тебя наиболее приятный.

Я уже привык к автоматическому включению и выключению моего компьютера, что не прикасался к нему. И только сейчас увидел, что он выключен. Странно, а как же тогда появляется надпись на мониторе? Я включил колонки и услышал голос Гали.

- Теперь совсем другое дело, - сказала она. – Голосовое общение намного приятнее письменного. Хотя ты говорил, или думал, а я тебя слышала. Теперь и ты будешь слышать меня.

- Так кто же ты теперь? – спросил я. – Теперь ты не Оля, а Галя? Или по-прежнему Оля? А как сейчас Галя? Стало ли ей лучше, или всё по-прежнему?

- Я по-прежнему Оля. Гале немного лучше, но еще не вышла из комы, - ответила Оля. - Существенно улучшение наступит дня через два или три. Давай не будем терять время. Возьми ватман. Чертить ты умеешь, и начерти на нем 120 клеток. Потом положи его на полу, и мы будем раскладывать детали по клеткам. Ты будешь брать деталь, а я называть тебе клетку и так ты постепенно разложишь все детали.

Это я и сделал. Быстро разметил лист ватмана на 120 клеток, а затем под руководством Оли разложил все детали по клеткам. Получилась как бы новая игра, похожая на шахматы, но клетки были одинаковыми.

- Чей первый ход? - невольно вырвалось у меня. – И что собой представляет каждая деталь-фигура?

- Первый ход твой, - ответила Оля. – И все последующие ходы будешь делать только ты. А каждая деталька – это сложнейшая конструкция. Самое сложное из того, что существует на Земле. И все из новеньких атомов и поэтому самое стабильное создание. Почему я и собирала информацию обо всех элементах. А теперь начнем собирать.

Я взял деталь из клетки один и соединил её с 36-й. Потом вторую и так до тех моментов, пока не образовались несколько узлов. Затем соединил в единое целое собранные узлы, и получилась красивая ажурная конструкция. Потом по совету Оли я поставил осторожно эту конструкцию на стол и подключил ее к блоку питания от принтера. Сразу возникло странное голубое сияние, как и в установке. Но здесь не было вакуума, а сияние было. Сияние пропало, и я спросил о том, что мне делать дальше.

- Теперь у нас уже монолитная конструкция и все контакты в системе надежно соединены, - сказала Оля. – Возьми шар и поставь наверх этой конструкции.

Я выполнил последнее задание, и невольно мелькнула мысль, что новая игрушка готова. И как с ней играть. Вновь возникло сияние, а шар засветился изнутри. Внутри шара как бы зажегся слабый огонек, но яркость постепенно усиливалась и вскоре вся моя комната была залита ярким оранжевым светом. Это было красиво. Голубой свет уже был почти невидим.

- Вот и все, - сказала Оля. – Все, что в этой комнате, да и ты сам, отсканированы. После того, как в новом мире будет все воспроизведено, ты сможешь быстро выходить в него. Но пока не готов переход. Это более сложное дело. Поэтому потребуется несколько дней для этой работы. Пока прибор постоит на твоём столе, а затем мы его сделаем невидимым. Ты уж потерпи несколько дней тесноты на своём столе. Он будет слегка светиться ночью и будет тебе служить в качестве ночника. Но свет будет слабый, и мешать, как я надеюсь, тебе ночью он не будет.

- Я мало представляю и понимаю из того, что ты говоришь, - ответил я. - Но я верю, что всё будет хорошо. А спать я могу и при ярком свете.

- А теперь поговорим о Гале, - сказала Оля. – Через пару дней она выйдет из комы и ее можно будет перевезти в Москву. Но серьёзного улучшения от лечения в московской клинике ждать не следует. У неё останется частичная амнезия. Что-то будет помнить, а что-то нет. Её долго держать в больнице не будут. Она не сможет вернуться домой. Мама её серьёзно больна и сама нуждается в уходе. Но она, вместе с отцом, постоянно пьёт горькую, и отношения очень нехорошие. Возможно, что они уже и забыли, что у них есть дочь. Готов ли ты ухаживать за инвалидом? Действительно ли у тебя настолько сильная твоя любовь, что ты готов всё это вынести? Ей потребуется постоянный уход. Как к этому отнесётся твоя мама? Поговори с ней. Она как раз подходит к двери. Иди её встречай.

Я подошел к двери и открыл её. Мама стояла и доставала ключи.

- Ты уже дома, - удивилась она. – Или собрался уходить?

- Меня сегодня отпустили пораньше, так как вчера задержался, - ответил я. – Сегодня никуда не пойду и буду с тобой.

- Я зашла в магазин, и кое-что купила, - сказала мама. – Сейчас будем ужинать.

Маму было просто не узнать. Это была прежняя мама, к которой я привык. И не было даже малейшего намека на её недавнее состояние. Мы прошли на кухню, и мама стала вынимать из сумки продукты. Надо было что-нибудь приготовить к её приходу, - подумал я. – А то увлекся игрушкой и совершенно непонятно что из нее выйдет.

- Сегодня надо мной коллеги подшучивали, что я стала как-то моложе выглядеть и постоянно спрашивали, - не влюбилась ли я? - Я и действительно чувствую себя гораздо моложе. Неужели это лекарство так подействовало?

- Вот и хорошо, - ответил я. - Я же говорил тебе, что всё будет хорошо и оказался прав.

Я помогал маме, как только мог, приготовить ужин. Эта помощь в основном сводилась к выполнению заданий, типа – нарежь хлеб, колбасу и так далее. Мы быстро всё закончили и сели ужинать. А после ужина я сказал маме, что нам надо серьёзно поговорить. Мы прошли в её комнату, и я рассказал о Гале. Мама внимательно меня выслушала и долго молчала, думая о моём рассказе.

- Что я могу тебе сказать? - наконец ответила она. – Я тебе говорила, что Галя мне очень нравится. Решать только тебе. Бросить её в таком состоянии нельзя, и ты сам будешь потом всю жизнь рассматривать это, как подлость. Если ты готов нести такое бремя, то я тебе окажу всяческую помощь. Может со временем удастся поставить её на ноги? Ведь медицина быстро развивается. В общем, решай сам. Как решишь, так и будет. Но я знаю тебя хитреца, что ты уже всё решил. Так, ведь?

- Я тебе всё это рассказал, только потому, что хотелось знать твоё мнение, - ответил я. – И только сейчас я осознал по-настоящему, как я её люблю. Но один я не справлюсь, особенно в первое время, когда за ней потребуется постоянный уход. А на работе сейчас аврал. Придется иногда задерживаться, особенно в ближайшие дни. Но иногда придется работать и по ночам. Скоро у нас добавятся сотрудники и станет легче.

- Так что же раздумывать, если Гале больше не на кого надеяться, - сказала мама. – Не бросать же её в беде? Мне осталось совсем немного работать, а там у меня отпуск до сентября. Может и тебе удастся вырваться в отпуск августе. Вот вместе мы и будем за ней ухаживать.

- Вот было бы здорово, - сказал я, - если бы была дверь в твоей комнате. Открываешь ее и выходишь на берег моря. А на пляже и шашлыки, и чебуреки. А вечером сидишь на лавочке у дома и слушаешь шум прибоя.

Мама как-то внимательно посмотрела на меня. Встала, подошла ко мне и потрогала мой лоб.

- Вроде бы температуры у тебя нет, - сказала мама. - Но мысли явно нездоровые. Уж не переутомился ли ты со своими экзаменами, диссертацией и сложной работой. Не мешало бы тебе отдохнуть от всего этого.

- Не волнуйся за меня, моя дорогая мама, - сказал я. - У меня всё нормально. Это мечты, а мечтать не вредно. Когда-нибудь наука и техника достигнет такого уровня в своём развитии, что и такие мечты окажутся реальностью.

- Ну, иди, занимайся своими делами, а я немного почитаю, - сказала мне мама.

Телевизор она, как и я, очень не любила. Может и у меня сложилось такое отношение к телевиденью под её влиянием. Я пошел в свою комнату и увидел надпись на мониторе.

- Я всё знаю, - говорила мне Оля. – Я просто восхищена твоей мамой. Ведь подавляющее большинство матерей к своим снохам, насколько я знаю, относятся плохо, даже если они вполне здоровы. Я очень рада, что у тебя такая мама.

- Тебе огромное спасибо за то, что ты помогла мне её спасти, - ответил я. – Что бы я делал без тебя? Я бы просто не пережил потерю самого близкого мне человека.

- Очень хорошо, что ты подготовил маму, к возможности подобного переходя в наш мир, - сказала Оля. - А то могут быть серьезные потрясения от подобных неожиданностей.

- Мне просто не верится, что подобное вообще возможно, - ответил я. - Открыл дверь и на пляже.

- Для этого сейчас ведется очень большая работа, - отвечала Оля. – Создается грандиозное оборудование и условия для нашей жизни и работы. А работа предстоит очень большая. Но об этом мы поговорим позднее. Надо бы в лаборатории автоматизировать процесс производства. Не сидеть же и смотреть весь день на приборы, а потом укладывать слитки в сейф. Для этого надо заказать простого робота. Придется только кому-то дежурить, а остальным можно будет заниматься какой-нибудь по-настоящему творческой работой. Я подготовила чертежи и схемы. Передай их завтра Семёну Аркадьевичу. Надо бы оформить на заводе заказ.

- А когда будет готов переход в новый мир, - спросил я. – Так хотелось бы увидеть всё это своими собственными глазами.

- К твоей защите всё будет готово, - ответила Оля. – Вся работа идет полным ходом.

Утром я пришел, как и в последние дни, пораньше. Сергей и Семен Аркадьевич были уже на месте. Вместе с ними был и Николай Лобов. Я поздоровался со всеми. Николаю сказал, что очень рад видеть его в нашем коллективе.

- Вот и увеличился наш коллектив, - сказал Семён Аркадьевич. - После освоения нашего оборудования новыми сотрудниками, перейдем к непрерывному процессу производства. Олег и Виктор выйдут на работу во вторую смену. А тебе, Александр, придется проработать весь день до вечера. Будешь обучать Николая, а потом Олега с Виктором.

- Хорошо бы заказать удобный диванчик для отдыха, - сказал я. – А кое-что нам надо бы автоматизировать. Вот необходимые чертежи и схемы. Можно ли будет заказать простенького робота? Он будет вынимать слитки из рабочего объема. А за самим процессом полностью сможет следить компьютер. Теперь все диффузионные насосы перейдут на работу в непрерывном режиме.

- Вот тогда у нас всё отберут, и мы будем совсем уже не нужны, - сказал Сергей. – А так хотелось бы опробовать изготовление и других химических веществ.

- Думаю, что пока передавать оборудование не стоит, - сказал Семён Аркадьевич. – Надо бы довести работу до конца и проверить возможности работы нашего оборудования на производстве других веществ. Но потом придется всё это передавать. Мы свою работу почти выполнили.

- Николай достаточно быстро освоил весь процесс работы на установке. Как и мы в первый день, он долго не мог оторвать свой взгляд от голубого сияния в рабочем объеме. Но быстро привык к этой однообразной красоте и перестал обращать на это внимание.

Во вторую смену вышли на работу Олег и Виктор. И они сразу активно включились в работу. Хотя ничего сложного в нашей работе уже и не было. Всего лишь наблюдение и запуск очередного режима.

Через день было решено организовать работу круглосуточно. Но Семён Аркадьевич настоял, чтобы ночью работали обязательно два человека. Мало ли что может произойти в ночное время.

Через три дня к нам явилась комиссия из семи человек. Среди них был, уже знакомый нам зам. министра и профессор Бочаров Вячеслав Александрович. Он преподавал нам на первом и втором курсе и по праву считался и считается одним из самых лучших преподавателей. Они приехали во второй половине дня, когда из нашего коллектива на рабочем месте были я, Семён Аркадьевич и Николай. На этот раз Члены комиссии поздоровались с нами за руки.

- Давайте показывайте, чего вы добились, - сказал председатель. -Семён Аркадьевич мне доложил об успешном осуществлении проекта, и мы решили всё это чудо увидеть своими глазами.

Семен Аркадьевич рассказал о специфике работы всего оборудования. И как раз в это время закончился очередной процесс. Николай закрыл затвор и поднял колпак. Все члены комиссии широко открытыми глазами смотрели на вновь «испеченный» слиток. Семен Аркадьевич раздал перчатки и надел сам. Взял слиток и передал членам комиссии.

- Но Вы, Семён Аркадьевич, говорили, что чистота составляет 100%, а здесь стоит не сто, - сказал председатель.

- Мы просто воспроизводим форму того образца, который нам доставили, - сказал Семён Аркадьевич. – Воспроизводится полностью именно форма. Но чистота достигается самим процессом производства при полном сохранении формы образца. Надо бы провести специальный анализ и установить подлинную чистоту.

Затем Семён Аркадьевич открыл сейф и показал то, что было произведено за все дни работы. Слитки лежали аккуратными стопками, где каждый слиток от другого был переложен бумагой.

- Впечатляет, - сказал председатель. – А где журнал регистрации.

- У нас все регистрируется, - ответил Семён Аркадьевич. - И не только день и время производства каждого слитка, но и графики каждого процесса. Проводится компьютерный анализ графиков. Но пока процесс идет стабильно.

Он протянул председателю журнал и спросил о необходимости распечатки графиков процессов.

- Если графики полностью совпадают, то достаточно одного, - сказал председатель. - Интересно посмотреть. Но то, чего вы добились, вызывает восхищение. Уже подготовлен приказ о награждении каждого члена коллектива Почетными грамотами министерства и денежной премией. Будем представлять вас и к более серьезным правительственным наградам. Я знаю, что двое из вашего коллектива будут 12 июля защищать диссертации, и я обязательно приеду поддержать. А то многое на защите рассказывать нельзя, а я вижу результат налицо. Если бы все работы были такого уровня! А ведь могут замучить мелкими придирками на защите. Завтра пришлю специальную машину с охраной, и вы передадите все по акту. Один экземпляр акта бережно храните у себя для отчетности. Мало ли какие могут быть проверки. И за хорошие дела без документации могут наказать. У вас же такое специфическое производство налажено.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.