Сделай Сам Свою Работу на 5

ПОДГОТОВКА К РЕШАЮЩЕМУ ЭКСПЕРИМЕНТУ 4 глава

- Но тема закрытая и мы не сможем что-то передавать самостоятельно, - возразил я. – Или это возможно?

- Ничего секретного в самом проекте нет,- ответила Оля. – Её нельзя использовать в военных целях.

- Но на ней можно будет создавать все, что угодно, - сказал я. – А если будет указание начальства создать какое-то оружие?

- Из этого ничего не получится, - ответила Оля. – И это только потому, что будет использоваться вполне определенная информация в информационно-энергетическом потоке. И все попытки негативного использования этой технологии не будут реализованы. Просто введены ограничения на использование данной технологии.

- Опять ты говоришь загадками? – спросил я. – И кто же вводит подобные ограничения? И разве можно как-то ограничивать технологический процесс.

- Но это не просто технологический процесс, а информационно-технологический, - отвечала Оля. - А с информацией все обстоит несколько иначе. И ограничения вполне возможны. И давай перенесем этот разговор на то время, когда будет запущена установка. А пока разговор просто преждевременный.

- Хорошо, если ты так считаешь, то давай перенесем, - ответил я. - Просто мне всё это очень интересно.

Я поймал себя на мысли, что все вопросы с Олей я обсуждаю как с живым человеком. Она оказывается в курсе всех наших дел лаборатории. И я даже с ней обсуждал вопросы секретности. Но кто она на самом деле?

- Ты меня извини, но я могу читать твои мысли, - сказала Оля. - Мне понятны твои сомнения. Я на твоем месте испытывала бы то же самое чувство. Не волнуйся. Я тебе всё объясню, но несколько позднее. Я знаю, что ты умеешь хранить тайны, но у меня нет полной уверенности не в тебе, а несколько в других вопросах. Ты хорошо придумал, что надо заказать большой сейф. Скоро он нам понадобится. На установке надо будет создать и ещё кое-что из того, что пока не входит в общие планы. Надо будет сделать некоторые небольшие узлы для модернизации самой установки. Ты на часы не смотрел? Уже шесть часов, а ты даже пообедать не сходил. Беги домой. Завтра будет важное обсуждение.



Я попрощался с Олей и поехал домой. Как же быстро проскочило время. Кто бы мог подумать, что так интересно для меня пройдет этот день. А мне показалось, что с Олей мы беседовали не более часа.

Я приехал домой и меня, как всегда, встретила мама. Выглядела она еще более уставшей, чем обычно. Может быть, у нее какая-то болезнь? Или неприятности на работе? Но она не хотела ничего ни говорить, ни слышать о своем состоянии. Ничего, подумал я, Скоро конец учебного года у нее и начнется отдых. Может это поможет ей?

Уже поздно вечером мне позвонил Сергей. Были сплошные охи и ахи. Поток благодарности за помощь, и уверения, что он сам никогда бы не смог довести диссертацию до такого состояния. Если бы он знал, кто ему помог на самом деле! Но об этом я не мог даже заикаться. Сразу бы отправили в дурдом за подобные рассуждения.

 

СОБРАНИЕ В ЛАБОРАТОРИИ

 

Утром я, как и в предыдущие дни пришел на работу раньше. Сергей просто сиял от восторга. Может быть, он и ночь не спал от такого возбуждения. Увидев меня, Сергей попытался опять выражать благодарности, но я его быстро остановил и остудил восторженный пыл.

- Да не спеши ты так, - сказал я. – Вот придет Семён Аркадьевич и разнесет все в пух и прах. Давай подождем его оценки. Может быть, еще придется всё переделывать.

Видно я сделал это напрасно. Сергей как-то сник. Сразу было видно, что он очень переживает. Но я это сделал только для того чтобы он перестал меня благодарить. Мне было как-то неудобно все это слушать. А теперь я пожалел, что сделал все это в такой грубой форме. Взял и морально убил друга.

- Да не переживай ты так, - сказал я. – Просто сказал глупость. Я уверен, что твоя работа Семену Аркадьевичу понравится. Тем более, что этот узел сейчас крайне необходим для нашей установки. Давай напечатаем чертежи для оформления заказа. А заодно и заявку напишем.

Мы подошли к монитору. И стоило мне набрать текст задания по чертежам, как сразу заработал принтер и начал печатать чертежи. Стоило нам их забрать, как сработал сигнал и дверь открылась. Вошел Семен Аркадьевич.

- Здравствуйте, орлы!!! – приветствовал он нас. – Никогда не ожидал, что у меня будет такая команда. Давайте присаживайтесь. Я сейчас переоденусь, и начнем обсуждение.

Он снял свой пиджак и надел халат. Лицо его действительно сияло. Хотя мы совсем недавно начали вместе работать и проработали вместе всего ничего, но успел уже изучить особенности его характера. Таким же его я ни разу еще не видел.

- Я внимательно познакомился с работой Александра и нахожу её очень хорошей. В принципе, я ещё в руках не держал ничего подобного. Настолько убедительно все математически обосновано, что я просто в восторге. Вынужден признаться, что я сильно ошибался в возможностях нашей конструкции. И в свете проведенного анализа хочу признать, что шел по ложному и даже опасному пути. Ты нас всех спас! И не только нас, но и многие другие жизни. Это одна сторона вопроса. Другая сторона, – в разработке принципиально новой конструкции, и ее деталировке. Подобная работа для проектного института с огромным штатом сотрудников потребовала бы уйму времени и средств. Тебе же удалось все сделать в столь короткий срок. Я просто удивлен.

Необходимо срочно отправлять заказ на новое оборудование. Принципиальное согласие я уже получил на военном заводе и заручился поддержкой министерства в финансировании работы. Так что всё будет изготовлено качественно и максимально быстро.

- Семён Аркадьевич! – сказал я. - Сергей разработал ещё один необходимый узел для установки, который надо включить в заказ. Сергей, давай свои материалы.

Сергей положил перед Семеном Аркадьевичем папку со своей диссертацией, и папку с чертежами узла.

- Ну и оперативность! – воскликнул Семен Аркадьевич. – Когда вы это все успеваете? Я просто поражен. Неужели ночами не спите? И работаете круглосуточно? Но и то это практически невозможно. Я столько лет вынашивал эту идею, а вы решаете проблемы, словно орехи щелкаете. Я сейчас посмотрю чертежи и если соглашусь, то подпишу заявку на изготовление. Вы сами внимательно все проанализировали?

- Конечно, - ответили мы почти дуэтом.

- А теоретическое обоснование и все расчеты даны в моей диссертации, - сказал Сергей.

- Я сегодня же отвезу заявку на завод и попрошу сделать всё как можно быстрее, - сказал Семён Аркадьевич. – А пока будет осуществляться работа, то объявляю вам благодарность и предоставляю творческий отпуск для оформления диссертаций и документов. Надо же будет скопировать и переплести диссертации. Подготовить авторефераты и другие необходимые документы по диссертации. Так что две недели можете в лабораторию не являться.

- А в какой диссертационный совет подавать документы? – спросил я. – Это надо отразить и в автореферате.

- Защита будет проходить в специальном закрытом диссертационном совете, поскольку тема закрытая, - ответил Семен Аркадьевич. - И защита будет закрытой. И шифр специальности будет особый. Пока готовьте сами тексты автореферата и потом покажите мне. А шифр мы потом поставим.

- Но мне надо еще сдать один экзамен, - сказал я. - Осталось всего ничего и это время для меня как раз очень кстати. Если Вы не возражаете, то я поработаю с лабораторным компьютером по подготовке к экзамену. В нём очень много полезной для меня информации.

- Какие могут быть возражения, - сказал Семен Аркадьевич. - Компьютер в полном твоем распоряжении. Но сегодня уже пятница, или вы забыли об этом и готовы работать по выходным. По нашей работе пока всё необходимое сделано и остается только ждать. На заводе я узнаю конкретные сроки исполнения работы, и на них будем ориентироваться. А пока я прощаюсь с вами и побегу в патентный отдел. Надо будет обсудить возможность патентования некоторых узлов, предложенных Александром, и заодно покажу работу Сергея. Вам же нужны будут для защиты публикации или авторские свидетельства. Может быть, сегодня все и оформим. Сбросьте мне на дискету ваши работы. Я сбросил на дискету все наши работы и передал Семену Аркадьевичу.

Семен Аркадьевич быстро удалился, и мы остались с Сергеем наедине. Сергей о чём-то сосредоточенно думал.

- Всё как-то это неправильно, - сказал он, наконец. – Я почему-то чувствую себя не совсем хорошо в этой ситуации. Вроде бы мои идеи заложены в диссертации, но в то же время, что-то во мне говорит, что я поступаю неправильно. Словно я что-то у кого-то украл.

- Ничего себе мысли? – воскликнул я. – Иногда люди крадут чужие идеи и выдают за свои. Но это уже плагиат или в лучшем случае компиляция. А где напечатано или хотя бы высказано что-то из того, что написано в твоей диссертации? Если что-то найдешь, то тогда пусть тебя мучает совесть. Ведь очень многие научные руководители делятся своими идеями, которые еще не ими опубликованы. И ученики эти идеи спокойненько включают в свои работы. И никого при этом не мучает совесть.

- Так-то оно так, - ответил Сергей как-то рассеянно. – Идеи эти нигде не опубликованы. Они не были высказаны устно. Но у меня какое-то нехорошее чувство.

- Вот, вот. Это как раз то, что называется усталостью – ответил я. – Ведь не зря Семён Аркадьевич дал нам отпуск. Я всё больше и больше поражаюсь удивительной прозорливости этого человека. Он словно увидел, что ты на грани перегрева и именно благодаря тебе нам дали отпуск. Видно ты ещё сегодня всю ночь не спал и это сказывается. Ложись-ка ты сегодня пораньше и выспись, как следует, а то придется тебе потом долго лечиться. И выбрось всё из головы. Всё разрешено, что не запрещено законом! И ты ничего не нарушал. Никого не обидел. Ничего ни у кого не украл. Так ведь? Поэтому и совесть твоя должна быть чиста. Расслабься и наслаждайся жизнью! Давай-ка ты отправляйся домой и отдыхай. Тебе же еще надо документы готовить. А я еще посижу, подумаю и набросаю в общих чертах автореферат и себе, и тебе.

Сергей пытался ещё что-то возражать, но я уговорил его все-таки отправиться домой. Мне и самому не терпелось обсудить с Олей столь щекотливую ситуацию. Хоть я и уговаривал Сергея, но и у меня кошки на душе скребли по поводу наших диссертаций. Я закрыл за ним дверь и подошел к монитору. И сразу появилась надпись.

- Привет! Ну, что? Трудно оказалось убедить Сергея? Или тебе это удалось?

- Его-то немного удалось убедить, но и у меня такие же нехорошие мысли, - отвечал я. – У меня такое чувство, что я хочу кого-то обмануть и выдать чужое за своё.

- Можешь полностью успокоиться, - отвечала Оля. – Никто никого не обманывает. В реальной жизни не одно поколение писателей, поэтов, ученых подключались к информационному полю и черпали готовые идеи и целые произведения из этого источника. Многие из них потом заявляли, что пользуются чем-то, кто-то водит их рукой, слышат готовую музыку, стихи, видят уравнения, формулы. Но им никто не поверил. Просто считали всё это чем-то не серьезным. Гении просто кокетничают, только и всего. Но это было именно так. Они пользовались информацией, которая не была известна людям Земли. Может быть, у них следует отобрать авторство?

- Но неужели такое информационное поле существует? – спросил я. – Мне всегда казалось, что это досужий вымысел. Просто фантазии. Или кто-то стремится принизить роль великих людей.

- Конечно, существует, - отвечала Оля. - Но эта информация неземного происхождения. Просто информация просачивается через информационно-энергетическое пространство, и некоторые люди могут ею пользоваться. Именно одаренные этой способностью люди. Слышат те, кто умеет слышать, видят те, кто умеет видеть. Другие просто этой информации не замечают. Не умеют её воспринимать.

- И опять мы упираемся в невербальное практическое мышление? – спросил я. – Неужели некоторые люди обладают и таким умением?

- А ты хороший ученик! - ответила Оля. – Не прошло даром для тебя обсуждение всего того, что было. Ты прекрасно усвоил особенности практического мышления. Но это лишь малая часть из того, что ты скоро узнаешь относительно новых идей по вашей работе.

Каким иным образом ты смог бы убедить Семёна Аркадьевича не проводить эксперимент? Смог ли бы ты убедить его? Стал ли он слушать твои доводы? Думаю, что нет. Как можно отменить то, к чему он шел многие годы, о чем мечтал? Ты бы мог принести ему листочки с обоснованием. Но он не отнесся бы к этому серьезно и не стал бы даже проверять. А вот диссертация – это очень серьезно! Он просто привык крайне внимательно и серьезно относиться к диссертациям. Это у него срабатывает уже нечто профессиональное. Вот поэтому я подумала, что это лучшая форма предотвращения катастрофы.

- Вот об этом я просто не подумал, - ответил я. – Это очень тонкий психологический расчет. И я полностью согласен, что с доводами молодого инженера он бы не согласился и не стал бы их рассматривать. К тому же он начальник и должен руководить. Ведь подчиненные могут что-то вносить своё, но только по пустякам. А с доводами диссертанта он привык соглашаться или не соглашаться. Оля! Ты просто гений! Я этого никак не мог предположить.

- Но это лишь один из аспектов проблемы, - продолжала Оля. - Второй аспект – это создание установки. Она нужна Семену Аркадьевичу, но больше нужна мне.

- Как тебе? – невольно вырвалось у меня. – Ты говоришь тебе? Но зачем?

- Ты хочешь сказать, что мне не может быть нужна установка? Действительно, зачем машине машина? Ты меня считаешь только машиной? А в прочем ты прав. Я действительно выгляжу машиной. Люди привыкли доверять своим глазам. Видят то, что видят. А как это обидно выглядеть машиной, особенно женщине. И если бы я могла поплакать, то с удовольствием бы это сделала. Но я не могу даже этого.

- Прости меня за мою бестактность, - ответил я. – Я как раз хотел с тобой об этом поговорить. У меня сложилось какое-то особенное отношение к тебе в процессе нашего общения. Я жду с нетерпением каждый раз того момента, когда снова смогу с тобой пообщаться. Для меня это стало очень важной стороной моей жизни. Я даже хотел спросить тебя, не внушала ли ты мне этого желания?

- Жаль, что я не могу и смеяться, а то посмеялась бы вдоволь. Нет, ничего я тебе не внушала. Просто ты избранный мною. Ты мне очень симпатичен. И ты должен выполнить важную работу. Но что с тобой? Уж не влюбился ли ты в машину?

- Я не шучу, - ответил я. - И действительно испытываю огромное желание в общении с тобой. Но совсем не знаю, что это такое. Меня к тебе постоянно тянет, и я уже даже не представляю своей жизни без общения с тобой. Я не могу сказать, что это любовь. Но и не знаю, что же это такое.

- А как же Галя? У тебя же к ней настоящая, вполне естественная любовь. А я всего лишь железка. Разве можно любить железку? Это же ненормально, противоестественно. А если кто-то об этом узнает, то, как всё это будет расценивать знакомые люди?

- Галя, это нечто совсем другое. И отношения с ней у меня сложные. Я даже стал сомневаться в перспективе наших дальнейших отношений. Хотя по-прежнему её люблю. Ведь уже прошло больше трех недель, как она уехала, но она так ни разу и не позвонила. Неужели обо мне до сих пор ни разу и не вспомнила?

- А ты разве не знаком с её родителями? Мог бы позвонить и узнать как она там.

- Нет, не знаком. Не успела она нас познакомить. Или не хотела. С моей мамой она хорошо знакома, и маме она очень нравится. Но может быть у неё любовь с ее научным руководителем? Или роман? Поэтому она мне и не звонит?

- Ты не переживай по этому поводу. Всё будет нормально. И скоро ты все узнаешь.

- Меня иногда пугают твои очень уверенные заявления о будущем, - ответил я. - Разве можешь ты знать, что будет? Будущее же очень неопределенно.

- Всего, в мельчайших подробностях, я знать, конечно, не могу, - отвечала Оля. – Но знаю значительно больше, чем любой обычный человек. Просто у меня больше информации. Если хочешь, то мы можем продолжать общение и у тебя дома. Не надо будет высиживать здесь вечером в ожидании, когда мы останемся наедине.

- Но как это возможно? – спросил я. – Ведь у меня очень слабенький компьютер и на нём даже играть нельзя в компьютерные игры.

- На столе у Семена Аркадьевича лежат накопители, - ответила Оля. – На одном из них написано маркером «Не работает». Он хотел его даже выбросить. Мне стоило приложить определенные усилия, чтобы внушить ему, не делать этого. Этот накопитель подарил ему его друг, но Семён Аркадьевич не смог его запустить. И сделал эту надпись. Но это уникальный прибор, которому нет аналогов. Он имеет огромную память и многое другое, что необходимо для работы самого совершенного компьютера. Вставь соединительный провод в гнездо этого компьютера, а я сниму блокировку. А затем загружу его всем самым необходимым. А ты пока сходишь в столовую и пообедаешь.

Я сделал всё, что сказала мне Оля и началась загрузка накопителя. Я же отправился в столовую. Народу было много, поскольку погода испортилась, и пошел дождь. Что-то сезон дождей в этом году начался раньше обычного. Как правило, дожди и похолодание происходило в первых числах июня, а сегодня был последний день мая. Вот и закончилась весна! Странное дело. Сколько последних лет я мечтал о том, чтобы каждый день понаблюдать за распусканием молодых листьев. И обращал внимание на них только тогда, когда листья уже были большими. Но все равно зелень ещё очень красивая. Потом листья начнут темнеть, и зелень уже будет совсем другая.

Я взял на поднос салатик, борщ, второе, кофе и стал искать свободное место, и увидел его в углу, у окна. Там сидели ребята из соседнего отдела, с которыми я ездил на экскурсию в Одессу. Три дня, которые мы там провели, были просто незабываемыми. Никогда я столько не смеялся, как в эти дни. Чтобы мы не делали, всё вызывало неудержимый смех. Я подошел и поприветствовал их и сразу грохнул смех. Может именно сочетание всех нас и приводило к особому состоянию.

- Ну, что, одесское настроение продолжается, - спросил я. – Что-то вы не смеялись без меня. Но стоило мне подойти, как все сразу стали смеяться. Может я такой смешной?

- Саня, - ответил Николай Лобов, – это действительно странно. Вот мы все вместе без тебя работаем, ходим в столовую, гуляем, но ничего подобного нет. Почему только с тобой бывает так весело?

- И у меня с другими людьми не бывает ничего подобного, - отвечал я. – И только всем вместе нам почему-то бывает так весело. Может у нас сложилась какая-то необыкновенная общность смеха.

- Тогда давай переходи к нам в отдел, - предложил Николай. – Какой весёлый коллектив будет. Весело будет от этого и другим.

- Николай прав, - поддержал Олег. – Мне никогда в моей жизни не было так весело и хорошо, как в Одессе.

- Если не хочешь к нам, то попроси свое начальство взять нас троих к себе, - сказал Виктор. Какой у нас будет коллектив!!!

- Спасибо ребята! И мне очень хорошо с вами, - ответил я. – И для меня Одесса просто незабываема. Но ничего не могу сделать. Совсем недавно я перешел к Семёну Аркадьевичу. От него не могу уйти. И у нас нет вакансий.

Ребята как-то внимательно посмотрели на меня, но ничего спрашивать не стали. По институту ходили самые странные слухи о нашей работе. Толи мы собираем гомункулуса, робота или разбираем на части что-то или кого-то. Неизвестность будит воображение. Хотя ничего особенного в нашей работе пока не было. И кому пришло в голову так засекретить нашу работу? Но начальству сверху всегда виднее.

Ребята закончили обед и как-то несколько хмуро попрощались. Можно было им не говорить, и не портить им настроение, но они и сами бы всё узнали. Может быть, ещё и появится возможность нам пообщаться так же, как в Одессе?

Я вернулся в лабораторию и увидел, что процесс загрузки все продолжается. На мониторе ничего не появилось, и я не стал обращаться к Оле и отвлекать её от столь важного дела. Я подошел к установке и стал смотреть на неё. Неужели нам всё-таки удастся сделать на ней что-то из того, что мы задумали?

Подойдя к монитору, я увидел надпись.

- Отключай накопитель и отправляйся домой.

Я так и сделал. Хотел попрощаться с Олей, и открыл уже было для этого рот…

- Я с тобой не прощаюсь, - сказала Оля. – До встречи дома.

Я приехал домой значительно раньше, чем обычно. Мама еще не вернулась с работы. Придет, как всегда уставшая, - подумал я. - Надо бы что-нибудь приготовить к её приходу. Я включил свой компьютер и подключил накопитель. Компьютер стал загружаться, но что-то очень медленно и с ним ничего не происходило. Начищу я пока картошки и поставлю ее варить, - решил я. Хоть я и очень не любил это занятие, но чистка картошки происходила как-то быстро и скоро кастрюлька была почти полной. Я помыл картошку. Залил водой и поставил на плиту. Когда я подошел к компьютеру, то он по-прежнему загружался. Что-то долго, - подумал я. Но вера в Ольгу даже не вызывала сомнения, что произойдет что-то нехорошее с моим компьютером. Я вернулся на кухню и вспомнил, что в холодильнике лежал котлеты и хорошо бы и их пожарить. Я поставил на плиту сковородку, налил масла и положил котлеты. Всё это поставил на слабенький огонь. И тут у меня мелькнула мысль, что у меня нет микрофона. Как же я буду с ней общаться. Ничего, - подумал я. – Можно будет и печатать.

Я вернулся к компьютеру, и на мониторе возникла надпись.

- Вот и закончилась загрузка и установка некоторых программ, - писала Оля. - Теперь я у тебя дома. И буду у тебя жить, пока ты меня не выгонишь…

- Ну что ты? – невольно вырвалось у меня. – Но как мы будем общаться без микрофона? Я все никак не собрался его купить.

- А он и не нужен, - ответила Оля. – У меня несколько иной способ получения информации. Я могла бы и тебя переключить на этот режим, но думаю, что пока не стоит. И пока не буду объяснять его особенности. Теперь у тебя база данных самых больших библиотек мира. И можно все эти данные использовать по мере необходимости. Теперь возможности твоего компьютера значительно более мощные, чем где бы то ни было на Земле. Накопитель не отключай.

- Но у меня слишком слабенький процессор и хиленькая оперативка, – ответил я. – Выдержат ли они все это подобный объем информации?

- Не волнуйся, ответила Оля. – Твой компьютер теперь работает на совершенно другой основе. Иди на кухню, а то котлеты подгорят. И встречай маму. Она уже подходит к двери.

Я бросился на кухню и перевернул котлеты. И пошел к двери. Действительно мама стояла у двери и доставала ключи.

- Ты уже дома? - спросила она. – Что-то случилось?

- Нет, ничего не случилось, - ответил я. – Просто шеф за хорошую работу объявил нам благодарность и отправил в отпуск для подготовки диссертации и сдачи экзамена. Так что буду готовиться дома к экзамену, а ещё надо будет готовить документы по диссертации.

- Ты что? Уже подготовил диссертацию? – спросила мама. – Когда же ты успел? Я же об этом слышу впервые.

- Диссертация связана с моей новой работой, - отвечал я. – И пришлось оперативно готовить обоснование, расчеты нового оборудования и всё это вошло в диссертацию. Она уже отпечатана и находится у шефа. После сдачи экзамена, документы и диссертацию подам в диссертационный совет и возможно осенью будет защита.

- Ты себе даже не представляешь, как ты меня обрадовал, - сказала мама. – Я всегда верила в тебя, что ты многого добьёшься. Но такого я даже не могла предположить, что мой, ещё совсем молодой сын, станет кандидатом наук. Сейчас я переоденусь и тебя покормлю.

Я отправился на кухню. Картошка и котлеты уже были готовы. Я выключил газ и слил картошку. В это время вошла мама и с изумлением посмотрела на меня.

- У меня всё готово, - сказал я. – Можно перекусить.

- Ты меня удивляешь сегодня второй раз, сказала мама. – Какие ещё сюрпризы ты мне сегодня приготовил?

- Думаю, что сегодня сюрпризов больше не будет, - ответил я.

После обеда мама отправилась в свою комнату. Видно было, что она очень устала, или плохо себя чувствует. Это меня сильно беспокоило в последние дни.

Я вернулся в свою комнату, но настроение было омрачено.

- Как дела? – спросила Оля. – Удивил ты маму?

- Удивил и обрадовал, - ответил я. - Но ее состояние очень меня беспокоит. Может быть, ей надо будет пройти серьезное обследование.

- Пока страшного в её состоянии ничего нет, - ответила Оля. – У неё начала развиваться очень редкая болезнь. Обследование пока ничего не покажет. Время ещё есть. Вот как запустим установку, то изготовим нужное лекарство, и она поправится.

- А как ты могла определить это? – невольно вырвалось у меня. – Ведь ты её даже не видела, и видеть не можешь. Но если ты знаешь, какое надо лекарство, то его можно где-то купить.

- Купить его нельзя, - ответила Оля. – Его просто ещё нет в аптеках, поскольку его нет вообще. Его ещё на Земле не придумали. Но помочь твоей маме может только это лекарство. Я тебе со временем всё расскажу, но пока остается тебе только верить мне.

- Ты хочешь сказать, что ты неземного происхождения? – спросил я. – Так откуда же ты? Я постоянно удивляюсь всему тому, что ты мне советуешь, тому, что ты знаешь. Но я думал, что ты продукт земного гения.

- Я просто из параллельного мира, - ответила Оля. – Я вовсе не машина. Просто в образе машины, но я человек. Такой же, как и ты. Вернее сказать, что я в машинном виртуальном мире. И вернуться могу в человеческий облик только с твоей помощью, но на основе создаваемой машины.

- А где находится твой мир? – спросил я. – В нашей галактике, или в другой?

- Это трудно объяснить в двух словах, - ответила Оля. - Мир несколько иной, чем вы на Земле себе представляете. Для примера можно сказать, что бы вы знали о противоположной стороне Земли, если не могли бы совершать дальние морские путешествия. Очевидно, что ничего бы не знали и даже не предполагали бы, что на другой стороне могут жить так же, как и на этой стороне.

Так же и с миром в целом вы не можете предположить, что на другой его стороне есть другой мир и почти такой же, как и ваш. Ты прекрасно знаешь ленту Мёбиуса. Можно на одной стороне ленты нанести одну букву и под ней, но другой стороны, другую букву. И вот теперь пойдем по поверхности ленты и, идя так, мы достигнем другой буквы, но эти буквы страшно удалены друг от друга, если эту модель применить к Вселенной в целом. Так можно достичь другого мира, но преодолев при этом огромные расстояния и за очень продолжительное время.

Но они, совсем рядом, если рассматривать две стороны одной плоскости ленты. Достаточно просто пройти материал самой ленты. Или просто сделать отверстие и перейти в другой мир. Эти два мира не только рядом, но и взаимодействуют друг с другом. Так ваш мир взаимодействует с другим миром, миром-двойником, образуя как бы единое информационное пространство. Вот из этого мира и черпаются новые идеи, открытия, сюжеты и целые произведения.

- Это для меня очень неожиданно, - сказал я. – Но что разделяет эти два мира? О том, что мир отличается от нашего мира и наших представлений о нём стало особенно ясно после космических полетов американских космических станций Вояджер 1 и Вояджер 2 к планетам-гигантам. Там оказывается совершенно непонятные для нас миры. Не ясно, что происходит на этих планетах. Земного знания для этого явно не хватает.

- Но я привела предельно грубую модель для наглядности, - сказала Оля. – Эта модель дает лишь весьма общие представления о реальности. А разделяют два мира некая реальность, которая называется у вас темной энергией. Эта энергия почти не взаимодействует с обычными мирами, поскольку имеет совершенно другую информационно-энергетическую составляющую. Как на компьютере, например, можно читать только ту информацию, на которую есть определенные программы. Если такой программы нет, то твой компьютер с такой информацией не работает. Или просмотр фильмов. Одни фильмы можно смотреть, а другие нет. Так и в мире. Вещество в мире связано только с той энергией, с которой имеется общность информационной составляющей. Вот поэтому темная энергия не взаимодействует с веществом и энергией вашего и нашего мира. И для её использования необходимы преобразователи. Как раз такой преобразователь будет в новой энергетической установке, которую будем делать. Это очень богатая область мира и неисчерпаемый источник энергии для наших миров.

Но я не из противоположного вам мира. Я из другого мира. Наш мир находится на большом расстоянии от вашего антипода. И в последнее время мы очень обеспокоены судьбой вашего мира и вашего антипода. Хорошо бы, если бы вы обменивались только полезной информацией. Обмен происходит и несколько иной. Те или иные социальные волнения в одном мире передаются другому миру, и это приводит к серьезным потрясениям. Две мировые войны на Земле произошли только потому, что происходили мощные выбросы отрицательной энергии и информации из мира антипода. Произошло сложение волн и эти волны привели к трагическим последствиям для жителей Земли.

Я здесь только для того, чтобы исследовать информационное поле Земли и особенности психокинетической составляющей сознания людей. У меня стояла задача изучить, насколько негативные эмоции воспринимаются жителями Земли от антипода и передаются ваши антиподу. Надо будет в будущем создать барьер или фильтр для такого негативного взаимодействия. Если вновь произойдет такой всплеск негативных эмоций и их взаимное усиление, то при современном оружии произойдет гибель двух миров.

- Но в чем моя задача, - спросил я? – И почему именно меня выбрали для решения этой задачи?

- Это же твой мир и именно ты должен его спасать, - ответила Оля. – Или кто-то другой должен это сделать? Просто ты оказался в нужное время и в нужном месте. У тебя средний уровень восприятия информации мира антипода. В какой-то степени ты и являешься как бы проявлением большинства человечества. Но, в то же время, ты обладаешь необходимыми способностями для решения важных задач. Сергей тебе во многом поможет. И сегодняшняя встреча в столовой показала, что с этими ребятами у тебя потрясающее психокинетическое взаимодействие. Это и проявлялось во время бесконечных взрывов смеха во время поездки в Одессу. Со временем мы и этих ребят сможем подключить к проекту. Они талантливые инженеры и будут очень полезны нам в дальнейшем. Или они тебе не нравятся?



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.