Сделай Сам Свою Работу на 5

Место квалификации в процессе применения норм права

1.Для того чтобы полнее раскрыть содержание понятия квалификации преступления, необходимо определить место квалификации в процессе применения правовых норм.

Применение нормы права есть один из способов претворения ее в жизнь. Нормы уголовного лраиза, запрещающие совершение общественно опасных деяний, реализуются прежде всего путем добровольного их соблюдения подавляющим (большинством граждан. Тем самым выполняется их запретительное предписание (но не санкция, которая, естественно, не применяется к лицам, соблюдающим требования закона). Этим достигается цель

1 Некоторые авторы предпочитают термины «официальная» и «неофициальная» (ом., например, П. Е. Недбайло, Применение советских правовых -норм, стр. 346 и -след.).


>>>16>>>

советского уголовного законодательства: охрана советского общественного и государственного строя, социалистической собственности, личности и прав граждан и всего социалистического правопорядка от преступных посягательств (ст. 1 Основ уголовного законодательства), и, следовательно, уголовно-правовая норма выполняет свое главное назначение.

Вместе с там сущность уголовно-правовых норм не ограничивается провозглашением определенных запретов. Уголовно-правовая норма не толыко норма запрещающая1. Как правильно отмечал А. Ф. Шебанов, «всякая (правовая норма имеет двусторонний предоставительно-абязывающий характер»2. Норма уголовного права, помимо запрета для граждан, устанавливает также право (и .обязанность) суда .применить уголовно-правовую санкцию — наказание в случае совершения преступления. Эта вторая функция уголовно-правовой нормы — предписание о наказании лиц, совершивших преступление,— реализуется только в случае применения нормы судом как органом социалистического государства3.

Квалификация преступления является лишь частью процесса применения уголовно-правовой нормы. Нельзя признать правильным утверждение, что «процесс квалификации совершенного обвиняемым преступления есть применение уголовного закона к конкретному жизненному случаю»4. По нашему мнению, применение уголовного закона охватывает не только принятие решения по делу (например, вынесение "обвинительного приговора), но и последующую деятельность органов, ведающих исполнением наказания.



1 См. М. А. Карева, А. М. Айзенберг, Правовые нормы и .правоотношения, М., 1949, стр. Ш; «Теория государства и права», 1М., 1955, стр. 360.

2 А. Ф. Шебанов, Нормы советского социалистического права, М., 1956, стр. 42; см. также «Теория государства и права», М., 1968, стр. 433.

3 См. П. Е. Н.е д б а й л о, Применение советских правовых норм, стр. Г26 и след.

4 А. А. Пионтковский, В. Д. Меньшагин, Курс советского уголовного права. Часть Особенная, т. I, стр. 37. См. также приведенное выше определение квалификации, данное в учебнике -«Уголовное право. Часть Особенная», М., 1968, стр. 111.


>>>17>>>

Но если даже «применение нормы права» понимать более узко, имея в виду под этим термином лишь «совершаемые компетентными государственными органами... акты индивидуального значения, влекущие возникновение, изменение или прекращение у конкретных лиц соответствующих прав или обязанностей либо применение к ним санкций»1, то и при этом условии квалификация будет только частью процесса применения нормы.

Понятие «применение нормы права» включает: 1) анализ фактических обстоятельств дела; 2) выбор (отыскание) соответствующей нормы; 3) удостоверение в правильности (подлинности) текста юридического источника, содержащего нужную норму, и установление его силы; 4) уяснение смысла и содержания нормы; 5) толкование нормы; 6) принятие решения и издание акта, закрепляющего это решение2,

'Для квалификации преступления, конечно, необходимо прежде всего правильно установить фактические обстоятельства дела, уяснить содержание уголовно-правовой нормы, выяснить юридическую силу соответствующего источника и т. д.3. В процессе квалификации все эти обстоятельства неоднократно проверяются и уточняются. Однако указанные действия, на наш взгляд, сами по себе несоставляют содержания процесса квалификации, а лишь создают для него необходимые предпосылки (условия), обеспечивающие правильное применение закона. Следует согласиться с И. Е. Фарбером, что «эти стадии применения права теоретически обобщают лишь одну сторону дела: они отвечают на вопросы о том, что должен предварительно сделать судья или работник органа для того, чтобы применить норму права»4. Квалификация же преступления охватывает только ту часть процесса применения нормы права, которая заключается в выборе уголовно-правовой нормы,предусматривающей данное

1 «Теория государства и права», М., 1968, стр. 511.

2 См. Ю. Г. Т к а ч е н к о, Нормы социалистического права и их применение, М., 1956, ст,р. 27; Н. Г. Александров, Применение норм советского социалистического права, стр. 9.

3 См. П. Е. Недба й л о, Применение советских правовых норм, стр. 220.

4 И. Е. Ф а р б е р, О применении норм советского социалистического права, «Советское государство и право» 1964 г. № 4, стр. 14.

2 Заказ 3846 ]7


>>>18>>>

общественно опасное деяние, и в закреплении этого выбора в юридическомакте (приговоре, определении, постановлении).

Предварительная работа следственных, прокурорских и судебных органов: анализ фактических обстоятельств дела и уяснение содержания правовой нормы —может в ряде случаев и не привести к квалификации преступления. Квалификация только одна из возможных форм применения правовой нормы. Анализ фактических обстоятельств дела и уяснение правовых норм могут привести к выводу, вообще исключающему какую-либо квалификацию по конкретному закону, предусматривающему уголовную наказуемость (например, к выводу об отсутствии события преступления, об' отсутствии вины, о наличии обстоятельств, исключающих уголовную ответственность, и т .д.).

Понятие квалификации ближе всего стоит к последней стадии процесса применения нормы права: принятию решения и изданию акта, закрепляющего это решение. Квалификация входит в эту стадию, но полностью с ней не совпадает. Как уже говорилось, указанная стадия не исчерпывается квалификацией. Для применения уголовно-правовой нормы необходимо установить не только наличие в действиях обвиняемого определенного состава преступления, но и решить вопрос о возможности и необходимости применения наказания или наступлении иных правовых последствий. Квалификацией преступления процесс применения уголовно-правовой нормы не заканчивается.

Таким образом, квалификация преступления есть лишь один из этапов применения нормы советского уголовного права, состоящий в принятии решения о том, какая именно уголовно-правовая норма предусматривает совершенное преступление, и в закреплении этого решения в уголовно-процессуальном акте.

2. Отнесение квалификации к последней стадии применения нормы социалистического права не означает, конечно, что квалификация преступления является последним по времени действием судебных и следственных органов при расследовании и разрешении уголовного дела. Не следует смешивать стадии применения правовой нормы со стадиями уголовного процесса. Само разделение деятельности по применению норм права на опреде-


>>>19>>>

ленные этапы имеет главным образом логическое и психологическое значение1. В практической деятельности органов, ведущих борьбу с преступностью, различные этапы применения нормы права тесно переплетаются, иногда повторяются и продолжаются в течение подчас длительного времени.

При этом на каждой из стадий уголовного процесса (три возбуждении уголовного дела, предварительном расследовании, предании суду, судебном разбирательстве и вынесении приговора) решаются вопросы, связанные с применением правовых норм, в там числе и вопросы квалификации преступлений.

Наиболее важным актом применения нормы уголовного права является судебный приговор, в котором дается оценка содеянного от имени государства. Только приговором суда лицо может быть признано виновным в совершении преступления и подвергнуто наказанию (ст. 3 Основ уголовного законодательства). Однако это не означает, что до вынесения приговора уголовно-правовые нормы больше никем не применяются.

В действительности нормы уголовного права применяют -и орган дознания, и следователь, и прокурор, и судья. Характер, порядок, объем, цели и правовые последствия этой деятельности на различных стадиях уголовного процесса различны. Суд при вынесении обвинительного приговора в полном объеме применяет как диспозицию, так и санкцию нормы. Другие же органы (например, следователь) применяют лишь диспозицию уголовно-правовой нормы, но не ее санкцию. При этом ссылка на диспозицию статьи Особенной части УК влечет определенные процессуальные последствия. Например, вынесение постановления о привлечении должностного лица в качестве обвиняемого дает основания в случае необходимости отстранить обвиняемого от должности и порождает ряд других правовых последствий, хотя еще >и не означает признание этого лица виновным. Эта «пред-

1 Различие между фактической и лопичеокой последовательностью в процессе применения нормы права отмечал П. Е. Недбанло (П. Е. Недбайло, Применение советских правовых .норм, стр. 221 и след.). См. также А. С. Пяголкин, Изучение фактических данных и обстоятельств дела при применении нормправа, «Советское государство я .право» 1968 г. № 9, стчр. 31.

2* 19


>>>20>>>

верительная» квалификация, произведенная компетентными лицами, «является фактом, с которым считаются все, обязанные проверить эту квалификацию на основе того же доказательственного материала»1.

Итак, во всех стадиях уголовного процесса производится квалификация содеянного. Как следователь, так и суд реализуют при этом все этапы применения нормы права: уяснение смысла закона, выявление фактических обстоятельств дела, толкование нормы и, наконец, подведение под нее данного конкретного случая. Лишь в этом случае может быть обеопечена правильная окончательная квалификация совершенного деяния2.

Указание на то, что квалификация относится к завершающей стадии применения нормы права, имеет существенный практический смысл. Оно означает, что нельзя решать вопрос о квалификации преступления, пока не установлены с необходимой для каждой данной стадии судопроизводства полнотой и объективностью фактические обстоятельства дела, пока не уяснено содержание правовых норм, относящихся к данному случаю, неизвестна их юридическая сила. Квалификация преступления не может предшествовать этому процессу, а должна быть его завершением, являясь вместе с тем основанием для решения ряда других вопросов уголовного, процессуального и исправительно-трудового права.

§ 3. Социально-политическое и правовое i значение квалификации

•1. Отношение общества и государства к процессу применения норм уголовного законодательства есть проявление общей политической линии, определяемое тем значением, которое придается в данной социальной системе праву и законности как принципам государственного руководства обществом.

Сущность правового и иных методов регулирования общественных отношений определяется классовой струк-

1 I. А п d г е j e w, op. cit., p. 82.

2 Подробнее эти вопросы рассматриваются в гл. VI настоящей работы.


>>>21>>>

турой общества; в государствах эксплуататорских общественных формаций эти методы подчинены осуществлению целей господствующего меньшинства, в то время как при социалистическом строе общественные отношения регулируются в интересах всего народа. Вместе с тем немаловажное значение имеет и то, какие методы регулирования общественных отношений применяются и как последовательно они соблюдаются. Так, например, если органы власти и управления действуют на основе не правовых принципов и институтов, а личного усмотрения работников чиновничьего аппарата, то, конечно, ни о каком правильном применении нормы, в том числе и о квалификации, говорить не приходится. Характеризуя некоторые средневековые представления по этому поводу, Рене Давид пишет: «Право никогда не казалось китайцам необходимой, даже нормальной основой правильно организованного общества... Законы в силу их абстрактности не могли бы учесть бесконечного разнообразия возможных конкретных ситуаций, и поэтому точное применение законов грозило бы нарушением у людей их врожденного чувства справедливости»1. Жизнь общества должна согласно этим взглядам обеспечиваться «правилами приличия», примером поведения властелина, народной моралью.

Сохранению неразвитых правовых представлений, свойственных раннему периоду развития человеческого общества, способствовала феодальная раздробленность; в последующий же период нормативно-правовой принцип регулирования общественных отношений становится главенствующим. Однако это не означает, что его становление происходило гладко и безболезненно, без политической борьбы, связанной как с содержанием, так и с методами осуществления правовых принципов и институтов.

Известно, что в борьбе с произволом феодального государства демократические представители буржуазии выдвигали требования, направленные на соблюдение элементарных принципов законности. Одним из них был лозунг: «Нет преступления без указания о том в законе»,

1 Рене Давид, Основные правовые системы ооврем&ниости, М„ 1967, стр. 448, 455.


>>>22>>>

который предполагал разделение функций законодателя и суда: только закон может устанавливать признаки преступления, суд же лишь применяет норму права к конкретному случаю. В постановлении о введении в действие французского уголовного кодекса 1791 года говорилось, что «никто не может быть наказан иначе, как в силу закона, установленного и опубликованного до совершения преступного деяния и примененного в законном порядке».

Для проблемы квалификации преступлений эти политические идеи имели существенное значение. Вполне понятно, что любой закон эксплуататорского общества как прежде, так и теперь выражает не волю трудящихся, а классовые интересы господствующего меньшинства. Применяя буржуазный закон в строгом соответствии с его смыслом и буквой, буржуазные судьи я прокуроры действуют не в интересах народа, а в интересах правящих классов. Тем не менее даже в условиях буржуазной действительности правильное применение закона, квалификация содеянного в соответствии с нормой права, строгое соблюдение яормсудопроизводства — все это, несомненно, более соответствует интересам трудящихся масс, чем беззаконие и произвол.

Соблюдение элементарных демократических требований в условиях буржуазного .государства «не уничтожает эксплуатации человека человеком. Но их реализация ограничила бы мощь монополий, увеличила авторитет и политический вес рабочего класса в жизнл страны, способствовала изоляции наиболее реакционных сил и облегчила объединение всех прогрессивных сил»1. Вот почему трудящиеся капиталистических стран вели и в настоящее время ведут борьбу за соблюдение демократических принципов судопроизводства, против антинародных, реакционных законов.

Современная теория и практика буржуазной юстиции давно уже отказались от тех прогрессивных политических и юридических идей, которые были выдвинуты на варе капиталистического общества. В политических интересах буржуазии применяются различные приемы отступления от смысла и буквы закона. К ним относится,

1 «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», М., 1961, стр. 72.


>>>23>>>

например, расширительное толкование правовой нормы. Тем самым ее распространяют на действия, не предусмотренные законом в качестве преступных или подлежащие квалификации по другому, более мягкомузакону. Таким образом, применяется уголовно-правовая норма, которая не предусматривает данных случаев.

Расширительное толкование нормы рассчитано на то, чтобы создать видимость применения закона в соответствии если не с «буквой», то с его «духом» и «смыслом». Нередко расширительное толкование маскируется буржуазными юристами посредством ссылок на «обычную практику» судов, на «здравый смысл» и т. д. Между тем действительная классовая, политическая целенаправленность подобного приема становится очевидной, если ознакомиться с практикой применения уголовного законодательства органами буржуазной юстиции.

Основная сфера нарушения законности в буржуазных государствах — это область борьбы с революционным, демократическим, национально-освободительным движением.

Характерными примерами применения закона не в соответствии с его содержанием, заведомо неправильной квалификации содеянного являлись акты о запрещении коммунистических партий и судебные приговоры в отношении их руководителей. Эти решения были вынесены в прямом противоречии с буквой и смыслом тех буржуазных законов, которыми они обосновывались. Как известно, американский Закон Смита, предусматривающий ответственность за заговор с целью свержения правительства США «путем силы или насилия», был применен к коммунистам, никогда не совершавшим подобных действий. Разоблачая этот акт произвола, прогрессивный американский публицист Джордж Марион писал: «Вся деятельность участников «заговора» не только не является противозаконной, но конституция США прямо запрещает конгрессу когда-либо объявлять ее таковой... Истинный смысл обвинительного акта ясен: назвать гласную и легальную деятельность коммунистической партии «заговором», а потом посадить коммунистов в тюрьму за эту деятельность»1.

1 Дж. Марион, Судилище на Фоли-Сквер, М, 1950, стр. 85.


>>>24>>>

Существование политической подоплеки нарушения законов в странах империализма не вызывает сомнений. Заведомо неправильная квалификация деяния широко применяется буржуазной юстицией для того, чтобы репрессировать лиц, чьи действия не дают для этого законных оснований, а политические взгляды — нежелательны. Известны многочисленные факты осуждения коммунистов по закону о государственной измене за чтение партийной литературы, участие в митингах, забастовках и т. д. :

Неправильная квалификация содеянного нередко производится и по мотивам расовой дискриминации. Конгресс борьбы за гражданские права США проделал огромную работу по обору и анализу фактов дискриминации негров в Соединенных Штатах. В своей петиции «Мы обвиняем в геноциде», поданной в Организацию Объединенных Наций, авторы отмечают, что в отношении негров фактически действует не законодательство соответствующего штата, а «черный кодекс», цель которого — обособление негров от белых и осуществление в отношении их «особого правосудия». «Тексты законов изменились,— пишут авторы петиции,— однако старая практика дискриминации при определении меры наказания, прочно закрепившаяся в течение более чем одного столетия, продолжает действовать и теперь, маскируясь равенством на словах»1.

Точная квалификация преступления предполагает существование общей нормы, предусматривающей определенную категорию запрещенных законом деяний. Но о какой квалификации может идти речь, если норма сформулирована казуистично, предусматривает лишь некоторые случаи, не охватывает всего круга соответствующих деяний и дополняется (а нередко фактически заменяется) судебными прецедентами — решениями по конкретным делам? Между тем именно так построена система английского права. Как признают английские юристы, многие уголовно-правовые нормы «даже в своей ограниченной области... не стремятся к тому, чтобы путем абстрактных общих понятий дать решение, охватывающее

1 «Мы обвиняем в геноциде», М„ 1902, стр. 327, 337. 24


>>>25>>>

Все случаи»1. Эти нормы «являются ло своей форме ито своей цели дополнением к прецедентному праву»2, т. е. к правотворчеству буржуазного суда, решающего конкретное дело в зависимости от своей классовой позиции.

Не удивительно поэтому, что «хотя судьи не могут признать лишенными силы законы, формально действующие, тем не менее возможно такое положение, когда заколы и судебные прецеденты, находящиеся в непримиримом противоречии с изменившимися правовыми воззрениями, фактически отменяются врезультате их неприменения»3. При ссылках на нормы «общего права», на судебный прецедент можно лишь условно говорить о «квалификации» преступления. В действительности речь идет о том, что суд применяет, нормы, которые сам же и творит.

Разрушение буржуазной законности проявляется не только в широком применении распространительного толкования правовых норм или прямом отступлении от их смысла и буквы, но и в создании таких правовых норм, которые сформулированы нарочито неясно, расплывчато, неопределенно и дают тем самым широкие возможности для судебного произвола.

Например, ст. 4 Закона Маикарэна-—Вуда объявляет преступным «для любого лица умышленно объединяться, составлять заговор или вступать в соглашение с любым другим лицом, чтобы совершать какие-либо действия, которые будут существенно способствовать установлению в Соединенных Штатах тоталитарной диктатуры».Здесь все отдало на усмотрение тех, кто применяет этот закон, так как в нем нет я попытки ограничить круг названных «действий» какими-либо (более конкретными признаками.

Во второй главе закон Маккарэна—Вуда предусматривает право президента в период «чрезвычайного положения» арестовывать и содержать под стражей всякого, относительно кого «имеется разумное основание полагать, что такое лицо, вероятно, будет совершать или бу-

1 М. Г р ю н х у т, Английское уголовное право, сб. «Современное зарубежное уголовное право», т. 3, М., 1961', стр. 243—244.

2 Там же.

3 Т а м же.


>>>26>>>

дет сговариваться с другими лицами совершать акты шпионажа и саботажа».

Нетрудно видеть, что и в данном случае речь идет не об установлении каких-либо конкретных признаков состава преступления, а только о предположениях и подозрениях государственных чиновников, и это тем не менее объявляется вполне достаточным для направления людей в концентрационные лагеря. От элементарных принципов законности здесь не остается и следа. Применение на практике подобных законов трудно соотнести с понятием квалификации, предполагающим наличие такого деяния, которое точно определено в уголовно-правовой норме.

Коммунистические и рабочие партии капиталистических стран ведут упорную борьбу за демократизацию законодательства. Отстаивание элементарных принципов законности, и в частности положения о том, что совершенное действие или бездействие должно квалифицироваться в точном соответствии с законом, предусматривающим это деяние, также играет определенную роль в этой борьбе. В докладе Л. И. Брежнева на XXIV съезде КПСС отмечалось, что в условиях противоборства с социализмом господствующие круги стран капитала как никогда боятся перерастания классовой борьбы в массовое революционное движение. Эти-м и объясняется стремление буржуазии применять более замаскированные формы эксплуатации и угнетения трудящихся, «ее готовность в ряде случаев идти на частичные реформы с тем, чтобы по возможности удерживать массы под своим идейным и политическим контролем». В юридической области вынужденные уступки трудящимся нередко маскируются «демократизацией» законодательства и практики ело применения.

2. В социалистическом государстве правосудие осуществляется на незыблемом основании закона. Статьи 1, 3, 7 Основ уголовного законодательства устанавливают, что преступлением признается лишь такое общественно опасное деяние, которое предусмотрено уголовным законом. Согласно ст. 10 Основ уголовного судопроизводства «судьи и народные заседатели разрешают уголовные дела на основе закона». Принцип законности лежит в основе всех актов советского уголовного и процессуального законодательства.


>>>27>>>

Значение права и законности в социалистическомобществе вытекает из той роли, которая принадлежит государству и праву в этой общественно-исторической формации.

Историческая роль государства в период развернутого строительства коммунизма глубоко раскрыта в Программе Коммунистическойпартии Советского Союза. В современных условиях Советское государство призвано наряду с выполнением других задач охранять права -и свободы советских граждан, социалистический правопорядок и социалистическую собственность, воспитывать народные массы в духе сознательной дисциплины и коммунистического отношения к труду1. Эти функции государства осуществляются, в частности, путем создания и применения норм советского права.

Подчеркивая роль социалистической законности в современных условиях, тов. Л. И. Брежнев говорил: «Любые попытки отступления от закона или обхода его, чем бы они ни мотивировались, терпимы быть не могут... Для нас, коммунистов,сторонников самых гуманных идеалов, это — дело принципа»2.

Уголовный закон выражает государственную волю всего советского народа по вопросам борьбы с преступностью. Издавая уголовный закон, верховные органы власти Советского государства всесторонне оценивают характер и степень общественной опасности соответствующих действий (бездействия), учитывают эффективность борьбы сэтими действиями 'мерами уголовного права, избирают необходимую санкцию и решают другие вопросы, вытекающие из принятия (нового закона. В формуле уголовного закона сконцентрированы положения, направленные на обеспечение наиболее успешной борьбы с данным видом преступлений. Вот почему строгое соблюдение закона является непременным и важным условием осуществления линии партии на решительную ликвидацию 'преступности в нашей стране. «Закон есть мера политическая, есть политика»,— указывал В. И. Ленин3.

* «Материалы XXII съезда КПСС», М., 196)1, стр. 396.

2 «Материалы XXIV съезда КПСС», М., 1971, стр. 81.

3 В. И. Л е н и н, Поли. собр. соч., т. 30, стр. 99.


>>>28>>>

Прямая обязанность следственных, судебных и «прокурорских органов заключается ib том, чтобы правильно применять уголовно-правовые нормы, квалифицировать совершенное преступление в точном соответствии с законом и ©семи обстоятельствами дела.

Линия партии (на строгое соблюдение законов нахо-дит четкое отражение в постановлениях пленумов Верхов-, ■ного Суда СССР и Верховных судов союзных республик, а также судебных решениях по конкретным делам. В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 18 марта 1963 г. «О строгом соблюдении закона при рассмотрении судами уголовных дел» говорится: «Суды должны точно и неуклонно соблюдать требования уголовного законодательства, не допускать осуждения лиц, в действиях .которых отсутствует состав преступления, а также случаев .неправильной квалификации 'содеянного и назначения мер наказания без учета обстоятельств дела и личности виновного. Совершенное (преступление должно 'быть квалифицировано :в точном соответствии с законом, (предусматривающим уголовную ответственность за это деяние, и никакие отступления от этого требования недопустимы»1.

Развивая эти положения, Пленум .Верховного Суда СССР указал в постановлении от 30 июня 1969 г. к<0 судебном приговоре», что «выводы относительно .квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, его части либо пункту должны быть мотивированы в приговоре». При этом по делам, где имеется несколько обвиняемых или совершено несколько преступлений, «суд должен обосновать квалификацию преступления в отношении каждого подсудимого и в отношении каждого преступления»2.

Правильная квалификация 'Преступления является одной из гарантий осуществления правосудия ib соответствии с законом.

Статья 4 Основ уголовного судопроизводства устанавливает, что никто не может быть привлечен в качестве обвиняемого иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом. Во всех уголовно-процессуальных

1 «Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР, 1924—1970», М, 1970, стр. 258.

2 Т а м же, стр. 520.


>>>29>>>

кодексах союзных республик содержится требование точно указывать на статью уголовного закона, которой предусматривается совершенное обвиняемым преступление.

Это требование сформулировано в различных статьях Уголовно-процессуального кодекса по-разному. Выражение «квалификация преступления» употребляется сравнительно редко (см., например, ст.ст. 127 в 213 УПК РСФСР). Значительно чаще упоминается об («уголовном законе, предусматривающем данное преступление» (ст.ст. 144, 205, 303 УПК), а также о (Правильном или неправильном «применении уголовного закона» (ст.ст. 222, 342, 352, 380, 382 УПК). Встречаются и другие выражения, например, согласно Уголовно-шроцессуальному кодексу РСФСР, в постановлении овозбуждении уголовного дела должна быть указана «статья уголовного закона, по признакам которого оно возбуждается» (ст. 112 УПК), а в обвинительном приговоре — «уголовный закон, по которому подсудимый признал виновным» (ст. (315УПК). Однако, независимо от различий в формулировках, 1речь всюду идет об одном: преступление должно быть квалифицировано в точном соответствии с законом и фактическими обстоятельствами дела.

Квалификация есть официальное признание того факта, что имеется определенное уголовно-правовое отноше-иие, и вместе с тем она выступает как юридическая и социально-политическая оценка этого отношения. Правильная ■квалификация исключает неосновательное осуждение лица, действия которого не представляют общественной опасности и не являются противоправными, и создает правовые предпосылки для наказания действительного преступника.

Правовые последствия квалификации разнообразны. Самое существенное из нихэтоприменение наказания или иных мер воздействия, предусмотренных законом, по которому квалифицировано !данное преступление. Поскольку уголовный закон устанавливает те меры воздействия, которые наиболее эффективны в борьбе с соответствующей категорией преступлений, то ошибка в квалификации может ослабить эффективность этой борьбы.

Правильная квалификация преступления весьма существенна для обвиняемого (осужденного). Для несведущего лица может быть не так уж очевидной разница в


>>>30>>>

диспозициях ст.ст. 103 («Умышленное убийство») и 102 УК («Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах»). Однако в первом случае совершеннолетнему подсудимому может быть определено лишение свободы на срок не выше десяти лет, а во втором случае ему грозит применение смертной казни.

Ошибка в квалификации может повлечь не только неправильное назначение меры наказания, но и необоснованное применение или неприменение ряда других правовых ограничений (назначение более строгого или более мягкого вида режима в 'ИТК, применение или неприменение амнистии, условно-досрочного освобождения, неправильное исчисление сроков давности, сроков, погашающих судимость, и т. д.).

Поскольку в ряде уголовных кодексов применение мер общественного воздействия к лицу, совершившему преступление, ставится в зависимость, в частности, от характера и степени тяжести содеянного, то квалификация имеет в этих случаях значение и для решения вопроса о передаче дела в товарищеский суд, передаче виновного на лоруки и т. д.

Необходимо отметить, что если бы ошибка в квалификации и не влекла за собой назначения наказания, не соответствующего содеянному, и наступления других правовых последствий для обвиняемого, не предусмотренных тем законом, который в случае правильной квалификации был бы к нему применен, она может значительно отразиться на других его законных интересах. Ведь юридическая оценка преступления, данная в квалифика-- ции, одновременно носит нравственный и социально-политический характер. Небезразлично,,, например, будет ли лицо осуждено как вор, расхититель народного добра, или оно признано виновным лишь в халатности, даже если размер назначенного ему наказания был бы в обоих случаях одинаков. Склонность отдельных следственных работников квалифицировать (преступление «с запасом» — по статье о более тяжком преступлении с расчетом на применение более мягкого закона судом — является нарушением прав и интересов обвиняемого я наносит ущерб социалистической законности1.

* «Уголовное право БССР. Часть Особенная», Минск, 1971, стр. 380.


>>>31>>>

Не менее вредными являются и ошибки противоположного характера, когда действия виновного квалифицируются по статье, предусматривающей менее тяжкое преступление, в то время как было совершено преступление более тяжкое. При этом виновный подвергается .меньшему наказанию, чем он заслуживал по закону, преступление без достаточных оснований получает более мягкую нравственную, политическую и юридическую оценку. Это ослабляет борьбу с преступлениями, а порой вызывает законное возмущение граждан и ведет к появлению неправильных представлений о состоянии и мерах борьбы с 'Преступностью. Ошибки в применении закона ослабляют авторитет органов правосудия, порождают мнение о безнаказанности виновных либо о .несправедливости суда. Цели как общего, так и частного предупреждения преступлений при этом в должной мере не достигаются.

Наконец, следует отметить, что квалификация преступления влечет и процессуальные последствия. «Предварительная юридическая квалификация определяет форму предварительного расследования (следствие или дознание), подсудность, порядок судопроизводства, а также ряд иных процессуальных последствий»1.

Наконец, она существенна и с точки зрения криминологии и судебной статистики, которые, обобщая данные о состоянии и динамике преступности, служат исходным материалом при формировании социально-политических выводов о необходимых мерах борьбы с преступностью, в том числе и о внесении изменений в уголовное законодательство. ~)

Верховный Суд СССР неоднократно подчеркивал принципиальное значение правильной квалификации, независимо от ее влияния на меру наказания.

Так, по делу Г. действия обвиняемого были ошибочно переквалифицированы кассационной инстанцией о ч. 1 ст. 136 УК РСФСР 1926 года (умышленное убийство) на ч. 2 ст. 142 того же УК (умышленное телесное повреждение, повлекшее смерть). Президиум Верховного Суда РСФСР, рассматривая протест Генерального Прокурора СССР, признал, что переквалификация была неправиль-

1 I. А п d r e j e w, op. cit., р. 81; см. также J. В a f i a, Zmiana Kwalifikacji Prawnej czynu w procesie karnym, Warszawa, 1967, str. 69.


>>>32>>>

ной, но протест отклонил, мотивируя это тем, что мера наказания Г. три квалификации преступления по ч. 1 ст. 136 «должна быть избрана в виде тех же десяти лет лишения свободы, которые назначены ему по ч. 2, ст. 142 УК».

Пленум Верховного Суда СССР,, рассматривая это дело по протесту Генерального Прокурора СССР, указал: «Независимо от того, что кассационная инстанция может, исходя из конкретных обстоятельств дела, снизить наказание осужденному, вопрос правильной квалификации преступления имеет принципиальное значение для юридической оценки действий виновного и для установления степени их общественной опасности»1. Дело было направлено на новое рассмотрение в кассационном порядке.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.