Сделай Сам Свою Работу на 5

Йеше Цогьял и традиция терм

 

Скрытые сокровища – поучения самого Будды или комментарии совершенных учителей, написанные в Тибете при жизни Гуру Ринпоче. Чтобы сохранить их глубокую мудрость во времена грядущего упадка буддизма, Гуру Ринпоче передавал наставления о том, как в будущем обнаруживать эти тексты с помощью видений и силы медитации. Предсказав свою смерть, он вместе с ближайшими учениками приложил массу усилий к тому, чтобы разработанные им способы нахождения терм оказались действенными. Знаменитый мастер хотел заполнить Тибет глубокими и великими сокровищами Дхармы. В видении он узнал, что ему понадобится помощница, имеющая все качества Дакини.

Йеше Цогьял показала ему свою ученицу Кала‑сиддхи.

Гуру Ринпоче начал знакомить близких учеников с различными техниками, необходимыми для написания тайных сокровищ: древними и закодированными шрифтами, каллиграфией, скорописью, стихосложением, грамматикой, философией и логикой. Йеше Цогьял он обучил способности полного воспроизведения услышанного, которую можно выработать благодаря особым формам сосредоточения. Мастер и ученики записали термы на многих языках: санскрите, тибетском, непальском, тайном языке Дакинь и множестве других редких диалектов. Тексты были спрятаны в различных частях Тибета, а некоторые из них охраняли нечеловеческие существа.

 

 

Мастер и ученики записали термы на многих языках: санскрите, тибетском, непальском, тайном языке Дакинь и множестве других редких диалектов

 

Гуру Ринпоче также написал стихи с пророчествами о будущих открывателях сокровищ – высокореализованных мастерах, которые смогут находить и понимать термы. Иногда он предсказывал имена этих людей, иногда давал наставления по медитациям, с помощью которых можно вспомнить специальные техники, полученные в прошлых жизнях. Гуру Ринпоче разработал разные системы, позволяющие доказать, что найденные тексты действительно содержат его поучения.

Дав все эти передачи, Гуру Ринпоче повелел Йеше Цогьял продолжить его работу. Он ушел из жизни в присутствии ближайших учеников, исчезнув в океане радужного света и оставив лишь несколько реликвий.



 

Йеше Цогьял,

обучающая тибетцев

 

После этого Цогьял какое‑то время путешествовала по всему Тибету и соседним странам, пряча тайные сокровища и обучая бесчисленное множество людей. Так она исполнила завет Гуру Ринпоче помогать другим, не заботясь о собственной жизни.

 

Последние наставления Йеше Цогьял

 

Спустя годы интенсивной работы и практики Йеше Цогьял почувствовала приближение смерти. Она созвала учеников, чтобы пересказать им историю своей жизни и дать огромное множество поучений. Каждый из «сыновей и дочерей ее сердца» пришел к ней еще один раз. Она месяцами давала им личные наставления.

Йеше Цогьял сказала: «Вы преданы мне, но благословение возникает из понимания неразделимости пространства и радости. На самом деле никакого разделения не существует. Мне, Великой Матери, непостоянство и смерть не приносят страданий. Медитируйте на природу своего ума. Нет другого способа победить страдание».

В день, предсказанный ею как день собственной смерти, появились мириады Дакинь.

Они восхваляли Будда‑активность Йеше Цогьял, а люди просили ее дать глубокие поучения и сообщить пророчества. Тогда йогиня предсказала, где и как снова переродится она сама и Гуру Ринпоче, а также предрекла, что однажды мастер медитации и переводчик

Марпа (1012–1097) снова принесет буддизм в Тибет. Она предвидела и появление его ученика Миларепы (1040–1123), который в свое время прославился «песнями постижения» и глубокой преданностью, и множества других учителей и собственных воплощений. Кроме того, Цогьял предвидела тяжелые времена для Тибета.

Дав многочисленные поучения и наставления, Йеше Цогьял растворилась в ослепительно голубой точке света, возникшей среди множества радуг. Этот свет постепенно исчез в пространстве. От нее осталась лишь небольшая горстка реликвий – сверкающий белый жемчуг, который люди позднее поместили в монастыри и ступы для почитания. Некоторые слышали голос великой йогини:

«Думай обо мне, и я буду с тобой.

Произноси мантру Гуру:

Она подобна Драгоценности, исполняющей

желания.

Медитируй на Ламу, и я обещаю тебе:

Ты достигнешь состояния Будды за одну

жизнь».

 

Источники

Changchub, Gyalwa/Nyingpo, Namkhai: Lady of the Lotus‑Born – The Life and Enlightenment of Yeshe Tsogyal, Shambala Publications; Boston & London, 1999.

Dowman, Keith: Sky Dancer – The Secret Life and Songs of the Lady Yeshe Tsogyal. Routledge & Kegan Paul, London, 1984.

Nyingpo, Namkhai: Mother of Knowledge: The Enlight‑enment of Ye‑Shes Mtsho‑Rgyal, Dharma Publishing, Berkeley (California), 1983.

Zangpo, Ngawang: Guru Rinpoche: His Life and Times, Tsadra Foundation, Snow Lion Publications, Ithaca (New York), 2002.

Падмасамбхава. Совет Рожденного из Лотоса. М., Уддияна, Рангчжунг Еше, 2001.

Учения Дакини. Устные наставления Падмасамб‑хавы царевне Еше Цогял. М., Уддияна, 2001.

 

 

Манибхадра

Счастливая домохозяйка

 

Габи Воленко

 

Манибхадра происходила из зажиточной семьи в Северной Индии. С 13 лет она была обручена, но до замужества оставалась в отчем доме. Согласно культурным традициям своего времени, Манибхадра следовала пожеланиям родителей и поступала, как подобает дочери.

Однажды перед ее дверью появился великий мастер Куккурипа, просящий милостыню. Он был красив, и Манибхадра спросила его, почему он ходит в лохмотьях, хотя мог бы найти жену, завести хозяйство и вести порядочный и почтенный образ жизни. На это Куккурипа ответил, что боится круговорота перерождений, наполненного страданиями, и предпочел бы использовать свое время на поиски выхода. Он также добавил, что начать поиск лучше прямо сейчас, так как никто не знает, сколько еще осталось жить. Кроме того, он не может жениться, потому что жене и детям нужно будет уделять внимание. В браке он был бы занят всем чем угодно, но только не поиском пути к постоянной радости. Поэтому лучше он останется один.

 

Манибхадра достигает Просветления

 

На Манибхадру его слова произвели сильное впечатление. Зная, что через год ей придется уйти в дом мужа и потом всю жизнь выполнять обязанности домохозяйки, девушка поняла Куккурипу. Она догадалась, что он видел насквозь ее жизнь, и прониклась доверием. Как следует накормив йогина, Манибхадра попросила его показать путь к Освобождению. Перед уходом Куккурипа пригласил ее посетить его жилище на месте кремации трупов.

Остаток дня Манибхадра так много думала над словами Куккурипы, что совсем забыла о своих домашних делах. Она поняла глубокую мудрость его слов и хотела услышать больше. Отбросив все сомнения, девушка решила принять приглашение и ночью навестить мастера, хотя место кремации вовсе не казалось удобным для обитания. Мудрость и смелость Манибхадры показали Куккурипе, что она сможет успешно применять самые искусные методы. Он дал ей Посвящение на Чакрасамвару и научил медитировать на этого Йидама. Семь дней Манибхадра практиковала в отшельничестве, пока не достигла уверенности в своей медитации. Потом она вернулась в отчий дом.

 

 

Чакрасамвара

Чакрасамвара (буквально Связывающий Чакры, по‑тибетски Кхорло Дем‑чог) – Будда Высшего Блаженства, олицетворяющий силу, бесстрашие и радость. Изображается синим, мускулистым, стоящим на солнечном диске в любовном союзе с Красной Мудростью. На Чакрасамваре видны украшения из костей и черепов; у него три глаза. Известны две его формы с двумя и двенадцатью руками. Это важнейший Будда‑аспект в традиции Кагью.

 

 

Ее родители сначала беспокоились, а затем рассердились. Они ругали и били ее, но Манибхадра не дала сбить себя с толку. Она рассказала им о мастере и его словах, которые так сильно ее затронули, и добавила, что получила посвящение и практиковала медитацию. Потом она объяснила, что они, как бы ни старались, не смогут защитить дочь от страданий и смерти. И, в свою очередь, она тоже не сможет их защитить. Все существа когда‑то были ее родителями, но до сих пор она не могла предложить им никакой защиты от страданий старости, болезни и смерти. Теперь, сказала девушка, она понимает, что нуждается в помощи. Потому она доверилась мастеру Куккурипе, получила от него посвящение и поучения и уже начала практиковать. Кроме того, у нее остался всего год до замужества.

 

 

Достигнутое ею проникновение в суть проявлялось во всем: в той любви и мудрости, с которыми она вела домашнее хозяйство, воспитывала детей и поддерживала мужа

 

Удивительным образом родители поняли потребности дочери и освободили ее от всех обязанностей по хозяйству на весь следующий год. Манибхадра медитировала с полностью однонаправленным умом до тех пор, пока жених не забрал ее к себе в дом.

Теперь она могла применять все, чему научилась. Достигнутое ею проникновение в суть проявлялось во всем: в той любви и мудрости, с которыми она вела домашнее хозяйство, воспитывала детей и поддерживала мужа. Для всех она была приятной и любящей – настоящим примером для подражания.

Как‑то утром, 12 лет спустя, возвращаясь домой с полным кувшином воды, Манибхадра споткнулась о корень. Кувшин выпал из ее рук и разбился. От неожиданности ее поток переживаний на мгновение прервался – этого было достаточно, чтобы проявилось все ее понимание и глубокий опыт истинной природы ума. Все, что было развито благодаря многолетней практике, взорвало тюрьму ее представлений и проломило последний тонкий слой привычек ума. Кувшин был разбит – пространство внутри сосуда и снаружи объединилось.

Муж под вечер отыскал ее: Манибхадра неподвижно смотрела на черепки, не произнося ни слова. Она не пошевельнулась даже тогда, когда сбежалась вся семья и пришли соседи, пытаясь прилечь ее внимание. Вскоре собралась целая толпа людей, чтобы посмотреть, что случилось.

Когда наступила ночь, она наконец заговорила, выражая свое Просветление следующими словами:

 

«Существа умирают с безначальных времен:

Распадаются их сосуды – тела.

Почему же они снова возвращаются в тела?

Мой кувшин сегодня разбился, но я никуда

не вернусь.

Я остаюсь в необусловленном блаженстве.

 

Поистине чудесен учитель!

Вы, существа, если хотите быть

счастливы, доверяйте ему!»

 

После этого Манибхадра встала и на протяжении 21 дня делилась с жителями деревни своей мудростью и опытом. В конце концов она вошла в Состояние радости.

История Манибхадры впечатляет потому, что жизнь этой женщины, за исключением «эпизода» на месте кремации трупов, протекала незаметно. Будучи домохозяйкой, на внешнем уровне Манибхадра идеально выполняла все требования своего окружения, а развитие тайно происходило у нее внутри. Нужно обладать большой силой, терпением, выдержкой, скромностью и концентрацией, чтобы идти таким путем.

Но прежде всего необычайной была ее сила убеждения. Наверняка не соответствовало общественным нормам то, что родители простили недельное пребывание своей незамужней дочери на кладбище в обществе постороннего мужчины и, более того, освободили ее на целый год от домашних обязанностей. Пример Манибхадры содержит много граней, но прежде всего показывает, что внутреннему развитию не могут помешать никакие внешние ситуации.

Тот, кто следует наставлениям учителя и постоянно практикует, всегда побеждает!

 

Источники

Dowman, Keith: Masters of Mahamudra: Songs and His‑tories of the Eighty‑Four Buddhist Siddhas, State University of New York Press, New York, 1985.

 

 

Мекхала и Канакхала

Обезглавленные сестры

 

Росвита Фишер

 

Мекхала и Канакхала – две сестры, которых богатый отец выдал замуж за сыновей своего знакомого купца.

Однако мужья были недовольны девушками и жаловались на них всем подряд. Вскоре вся округа знала, что дочери богача – никудышные спутницы жизни. Теперь, где бы сестры ни показывались, им вслед шептались, а то и бранили прямо в лицо.

 

Мекхала и Канакхала

подносят Учителю свои головы

 

Мекхала и Канакхала очень глубоко страдали, не понимая, что же они делают не так. Потеряв надежду что‑нибудь исправить, они уже подумывали, не оставить ли мужей и не уйти ли в какую‑нибудь другую деревню. Но старшей, Мекхале, было ясно: куда бы они ни пошли, всюду будет происходить то же самое, поскольку в прошлых жизнях они наверняка накопили много негативных действий, которые и привели к таким неприятным последствиям. Поэтому сестры остались.

 

 

Постижение подлинной реальности, обретенное в разлуке с опытным мастером, свидетельствует о том, что женщины медитировали преданно и однонаправленно, и показывает необычайную эффективность методов Алмазного пути

 

В это время их родные места посетил просветленный учитель Канхапа; его сопровождали 700 йогинов и йогинь. Он проявлял много признаков реализации. Например, над ним постоянно нависал никем и ничем не поддерживаемый балдахин, и время от времени слышался стук двойных барабанчиков, хотя никто на них не играл. Мекхала и Канакхала почувствовали к Канхапе доверие и решили с ним встретиться.

Поклонившись знаменитому йогину, они сказали: «Мы верим, что счастье зависит не от внешних обстоятельств, а от состояния ума. Поэтому, пожалуйста, дай нам медитацию, которую можно практиковать прямо в жизни, и даже такой трудной, как наша».

Канхапа выполнил их просьбу и научил сестер медитации на Красную Мудрость.

Неожиданно оказалось, что безнадежное положение сестер вдохновляло их на практику, вызывая сильное желание освободиться и достичь Просветления. Поэтому Мекхала и Канакхала медитировали с радостным усилием и преданностью. С тех пор их мужья больше не упоминались в источниках – а значит, они больше не оказывали влияния на жизнь сестер. Возможно, Мекхала и Канакхала оставили их, чтобы посвятить свою жизнь только духовному развитию.

Двенадцать лет сестры медитировали на Красную Мудрость и наконец познали природу ума. За все это время они ни разу не встречались со своим учителем. Постижение подлинной реальности, обретенное в разлуке с опытным мастером, свидетельствует о том, что женщины медитировали преданно и однонаправленно, и показывает необычайную эффективность методов Алмазного пути.

Лишь достигнув цели своей практики, Мекхала и Канакхала отправились к учителю, чтобы поблагодарить его. Но Канхапа, похоже, не помнил двух сестер, которых видел очень давно и всего однажды. Он спросил, кто они, и услышал рассказ о том, что произошло двенадцать лет назад.

«Хорошо, если это так, – сказал Канхапа. – В таком случае вы должны сделать мне подношение». Мек‑хала и Канакхала поинтересовались, чего он хочет, и йогин попросил в качестве дара их головы. Без всякого колебания каждая из сестер достала изо рта Меч Мудрости. Они обезглавили себя и протянули головы Канхапе.

За этим действием стоит глубокий буддийский символизм. Меч Мудрости – символ отсечения привязанности, а потеря головы означает растворение эго. Мекхала и Канакхала обрели просветленное понимание того, что все явления свободны от независимого существования, хотя и проявляются. Именно поэтому женщины могли совершить такое необычное подношение.

После этого сестры‑йогини станцевали перед учителем и спели песню о постижении единства пространства и блаженства, пустоты и ясности.

Канхапу их постижение несказанно обрадовало. Он вернул женщинам головы и попросил продолжать помогать всем живущим, показывая путь к Просветлению. Мекхала и Канакхала выполнили эту просьбу. После многих лет, отданных работе на благо всех существ, они обрели состояние Великой печати и перенеслись в Чистую страну Дакинь.

 

Источники

Dowman, Keith: Masters of Mahamudra: Songs and His‑tories of the Eighty‑Four Buddhist Siddhas, State University of New York Press, New York, 1985.

Абхаядатта. Буддийские мастера‑маги. М.: Ориен‑талия, 2011.

 

 

Нигума

Таинственная йогиня

 

Улла Унгер

 

Согласно некоторым источникам, Нигума, одна из легендарных йогинь Индии, жила в Х веке. Она была современницей ученого и просветленного мастера Наропы (956–1040); одни историки считают Нигуму его сестрой, а другие – женой. В классических текстах ее называют «чам мо», что одновременно означает и «сестра», и «супруга».

Герберт В. Гюнтер в книге «Жизнь Наропы» описывает этого великого махасиддха как духовно и академически образованного сына уважаемых родителей. В 18 лет Наропа уже считался ученым и подумывал о том, чтобы принять монашество. Однако отец и мать, заботясь о продолжении рода, настаивали на женитьбе сына.

 

Нигума в тантрической медитации

 

Пытаясь избежать брака, самоуверенный молодой человек потребовал, чтобы претендентка на его руку соответствовала определенным условиям. Ей должно быть 16 лет. Кроме того, она должна быть красивой и светловолосой, умной и без предрассудков, чистоплотной и сочувственной, происходить из семейства брахманов и, ко всему прочему, носить имя Нигума. Наконец, он ожидал, что невеста будет открыта учению Великого пути. Юноша заверил родителей, что женится тотчас же, как только они найдут такую девушку.

 

 

Восемь лет они прожили вместе, и все это время Нигума усердно училась у мужа и практиковала Великий путь

 

Родители пришли в отчаяние от этой безнадежной ситуации. Однако верный советник отца все‑таки отправился на поиски такой особенной невесты, взяв с собой надежного друга. Целый год они провели в бесплодных странствиях и однажды в Бенгалии заметили у колодца необычную девушку со светлыми волосами, собранными в узел. Она оглядывалась вокруг, словно ожидая помощи. Советник с другом притаились и наблюдали. Никого не увидев, селянка поняла, что ей придется самой вытаскивать из колодца тяжелое ведро, и сделала это без малейших колебаний. Выбравшись из укрытия, мужчины попросили воды, и девушка исполнила просьбу: с большим изяществом она передала им чистую наполненную чашу. Убедившись, что она обладает сочувствием и врожденной чистоплотностью, советник стал расспрашивать, как зовут ее и родителей, сколько им лет и к какой касте они принадлежат.

Она ответила: «Мой отец – брахман Тисья, мать – брахманка Нигу, а брат – брахман Нагу. Меня зовут Нигума, мне шестнадцать лет».

Советник был вне себя от счастья: все это в точности совпало с требованиями Наропы. Тогда он спросил, слышала ли Нигума о Наропе из рода Сантивармана и как она отнесется к браку с ним. Девушка ответила, что спросит отца и поступит так, как он повелит. Все вместе они отправились в деревню, и там родители Нигумы согласились на этот брак.

Наропа не верил своим глазам: он полагал, что его условия выполнить невозможно. Но теперь ему некуда было отступать, и молодые люди поженились. Восемь лет они прожили вместе, и все это время Нигума усердно училась у мужа и практиковала Великий путь. Но затем у Наропы вновь пробудилось желание отказаться от мирской жизни, и он решил развестись, чтобы принять монашество. Говорят, что Нигума предложила взять всю вину за неудачный брак на себя. Она сообщила обеим семьям, что совершила слишком много ошибок и поэтому недостойна быть женой такого безупречного человека, как Наропа. Родители провели переговоры и согласились на расторжение брака.

После этого Наропа сделал впечатляющую карьеру в знаменитом университете Наланда, где его назначили на ответственную должность «стража ворот».

По долгу службы ему приходилось отстаивать основы Учения Будды в философских спорах с представителями других духовных направлений, и он прекрасно справлялся со своими обязанностями. Однако позднее он отрекся от своего уважаемого положения, чтобы стать учеником махасиддха Тилопы (928–1009). За двенадцать лет он прошел трудный путь ученичества, подвергся двенадцати большим и двадцати четырем малым испытаниям и в конце концов достиг Просветления.

Как стала просветленной Нигума, точно неизвестно. Однако один из источников сообщает, что она практиковала вместе с другим учителем‑йогином – великим наставником Лавапой – и ей потребовалась всего неделя медитации на то, чтобы узнать подлинную природу ума.

Наверняка есть еще не переведенные тибетские хроники, содержащие больше информации, но сегодня доступны только небольшие фрагменты. Известные ученые, такие как Таранатха (1575–1634), автор «Истории буддизма в Индии», и множество других трудов, включая классический текст, посвященный Зеленой Таре, утверждают, что все важнейшие поучения о работе с умом и просветленной энергией Нигума получила не от людей, а непосредственно от Держателя Алмаза.

Считается, что именно в световой форме Держателя Алмаза исторический Будда Шакьямуни являлся самым одаренным ученикам, чтобы передавать тантры. Таким образом, Нигума, обладавшая глубокой открытостью, получила Учение напрямую от Будды, и потому у нее не было необходимости практиковать в течение многих лет.

После Просветления Нигума превратилась в Дакиню мудрости. Она пребывала на уровне просветленного осознавания, в Состоянии радости, и обычные существа не могли ее видеть и воспринимать. Тем не менее она никогда не исчезала. Классические буддийские тексты сохранили некоторые из устных наставлений

 

 

Держатель Алмаза

Держатель Алмаза (на санскрите Ваджрадхара, по‑тибетски Дорже Чанг) – Будда, олицетворяющий само Просветление, точнее, его Состояние истины. Он изображается темно‑синим, сидящим в позе лотоса. В скрещенных на груди руках он держит дордже и колокольчик как символы всех мужских и женских качеств Просветления (сочувствия и мудрости, методов и высшего знания, блаженства и пространства). На его теле все драгоценные украшения Состояния радости. Иногда Ваджрадхара появляется в союзе с партнершей.

 

Ваджадхара,

Будда Держатель Алмаза

 

Нигумы – например, посвящение Будды О Алмаз (на санскрите Хеваджра), где она появляется в прямой линии передачи вместе с Сукхасиддхи. В других известных поучениях Нигумы говорится о шагах на «пути волшебной иллюзии». Это объяснения очень глубоких медитаций проникновения в иллюзорную природу вещей. Более того, даже Будда‑природу Нигума считала иллюзией, высочайшей из всех, но все же иллюзией.

В нескольких жизнеописаниях Марпы‑переводчика (1012–1097), который был учеником Наропы, Нигума упоминается как одна из наставниц Марпы: по‑видимому, она помогала ему в работе над переводами и комментариями. Однажды Наропа отправил Марпу учиться к Нигуме, никак при этом не намекнув на какую‑либо родственную связь с ней: «К югу отсюда на берегах ядовитого озера есть кладбище, называемое Сосадвипа. Там обитает Дакиня мудрости в украшениях из костей. Каждый, кто ее встречает, достигает Освобождения. Иди к ней и попроси Тантру “Чатух‑питха”». Марпа отыскал Нигуму на кладбище, где она жила в соломенной хижине. Он поднес ей мандалу из золота и попросил о поучениях. Она с радостью дала ему посвящение и устные наставления по Тантре «Чатух‑питха», а также инструкции по фазам развития и завершения. В своих последующих путешествиях Марпа часто возвращался к Нигуме и однажды провел у нее целый месяц. Она упоминается в числе тринадцати важнейших учителей Марпы.

Все встречи с просветленной Нигумой у держателей ее линии происходили в форме видений; так, у нее учились тибетские мастера Кхьюнгпо Налджор, Сангье Тонгпа, Кюнга Дролчог и Таранатха. Кроме того, она трижды являлась знаменитому ламе и инженеру Тхангтонгу Гьялпо, который построил в старом Тибете множество подвесных мостов из прочных металлических цепей. Впервые Нигума появилась из облака, спустившегося на землю. Она дала йогину посвящения и многочисленные наставления, ответила на его вопросы и провела церемонию ваджры. Несколько лет спустя она снова явилась, на этот раз в образе пятнадцатилетней поющей пастушки, и пожаловалась, как трудно приносить пользу живым существам в обличье девушки. Эта пастушка показывалась в разных местах Центрального и Западного Тибета, но только Тханг‑тонг смог узнать в ней Нигуму.

В конце жизни Тхангтонга Гьялпо один из учеников, получивший от него поучения традиции Шангпа, обрел в своих снах способность ясновидения и с ее помощью обнаружил, что Тхангтонг Гьялпо знает гораздо больше визуализаций, чем передает. На вопрос, почему важные методы остались тайной, учитель ответил, что их даровали ему Дакини и запретили распространять. Как и многие мастера школы Шангпа, Тхангтонг Гьялпо глубоко уважал пожелание Нигумы держать наставления в секрете.

 

 

Нигума растворила тело в радугеи в своем духовном состоянии неотделима от Держателя Алмаза

 

Основатель традиции Шангпа Кагью Кхьюнгпо Налджор (ХI век) был одним из величайших мастеров, когда‑либо рожденных в Тибете. Среди современников он не обрел большую известность – возможно, в силу своей близкой связи с Нигумой, которая не хотела, чтобы ее передача широко распространялась раньше XIII века.

Кхьюнгпо Налджор рос одаренным и открытым к новым знаниям. Уже в десятилетнем возрасте он знал все, что мог знать в те годы образованный человек.

Затем он выполнял практики религии бон и буддийской школы Ньингма, включая Великое совершенство, и достиг результатов. Кхьюнгпо Налджору было 50 лет, когда он отправился в Непал и Индию в поисках великих духовных наставников, чтобы непосредственно от них получить Дхарму и перевести тексты на тибетский. В общей сложности он обучался у 150 великих учителей, и в числе самых знаменитых была Нигума.

Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае так излагает историю их встречи. По его словам, Кхьюнгпо Налджор встретился с Нигумой в необычном видении через много лет после ее предполагаемой смерти. Несмотря на свои основательные знания, он хотел получить еще более глубокие методы и попросил об этом всех высоких учителей Индии, которых знал. Он искал поучения, данные непосредственно Буддой.

Мастера медитации ответили, что эти знания есть только у такой великой Дакини, как Нигума. «Где же ее найти?» – растерялся йогин. «Что ж, – сказали ему, – она может появиться где угодно, но существам, постоянно запутанным в собственных эмоциях, встретить ее очень трудно, если вообще возможно. Нигума растворила тело в радуге и в своем духовном состоянии неотделима от Держателя Алмаза. Но есть шанс встретить ее на местах кремации, где она дает наставления многим Дакиням и возглавляет ганачакры – ритуальные пиры».

Едва услышав о Нигуме, Кхьюнгпо Налджор сразу же понял, что должен ее отыскать. Звук ее имени тронул сердце йогина так глубоко, что его охватила дрожь, а глаза наполнились слезами. Без колебаний он отправился в Сосадвипу, решив найти Нигуму во что бы то ни стало. В пути он постоянно призывал

Три драгоценности: Будду, Дхарму и Сангху. На кладбище Кхьюнгпо Налджора посетило видение: высоко в небе появилась женская форма из энергии и света синеватого оттенка. На ней были костяные украшения; она держала в руках трезубец и череп. Пока он смотрел на нее, она несколько раз превращалась из одной Дакини в несколько – одни сидели в позе медитации, другие грациозно танцевали. У Кхьюнгпо Налджора не было сомнений: перед ним великая Бодхисаттва Нигума. Он стал простираться перед нею и умолять дать наставления. Но она только язвительно поддразнивала его: «Осторожнее! Я плотоядная Дакиня, и у меня целый сонм подруг. Беги, пока они не явились и не растерзали тебя. Спасайся, пока не поздно!»

Кхьюнгпо Налджор не испугался, он продолжал настаивать и просить поучений, и тогда Нигума потребовала золото. К счастью, эта задача решалась легко: у Кхьюнгпо было с собой 500 крупинок золота, и он преподнес их без раздумий. Подобные дары были в те дни довольно распространены. В свою очередь, учителя брали на себя ответственность за проживание и все затраты человека, которого принимали в ученики.

Однако Нигума просто взяла золото и выбросила в заросли. Очевидно, у нее не было привязанности к таким обусловленным вещам, как золото. Кхьюнгпо Налджор воспринял это как подтверждение, что он нашел настоящую Нигуму. Злая плотоядная Дакиня обязательно оставила бы себе хоть часть дара. Он почувствовал еще больше уверенности и снова попросил поучений.

Горящими глазами Нигума огляделась по сторонам, и внезапно вокруг нее появилось целое множество Дакинь. Они были заняты всевозможными делами: одни строили дворцы, другие – мандалы, третьи готовились к поучениям Дхармы, четвертые – к вечернему ритуалу. Когда на небосводе появилась полная луна, Нигума дала Кхьюнгпо Налджору посвящение и передачу йоги сновидений. В середине церемонии она сказала: «Сын Тибета, поднимись!» – и он обнаружил, что возносится в воздух. Он взглянул на Нигуму: та восседала на золотой горе, окруженная Дакинями. С четырех сторон горы струились водопады. Кхьюн‑гпо Налджор мысленно спрашивал себя, видит ли он реальность или волшебные игры Дакинь?

Нигума дала ему наставления и пояснила: «Когда высыхает океан обусловленного существования и исчерпывается всякое цепляние за внешние явления и эго, все переживаемое превращается в золотые поля непривязанности. Нынешняя природа сансары – мир явлений – подобна игре сновидений, магически созданным иллюзорным картинам. Если ты действительно будешь переживать этот явленный мир как сон, как видения, рожденные воображением волшебника, то ты преодолеешь океан сансары. Пойми это! Теперь тебе пора уходить. Иди и обрети власть над своими снами!»

Кхьюнгпо Налджор понял ее поучения. Во сне Нигума передала ему Пять золотых доктрин и три посвящения в Шесть йог. После этого великая Дакиня сказала Кхьюнгпо Налджору, что никто, кроме него, еще не получал полную передачу этих поучений во сне трижды. На следующий день она даровала ему те же самые передачи с подробными объяснениями – уже наяву. Она попросила йогина пообещать, что он будет держать Шесть йог Нигумы в тайне, и добавила, что их также хранит великий мастер Лавапа. С тех пор на протяжении пяти поколений каждый учитель передавал эти поучения только одному способному ученику, создавая непрерывную линию преемственности. Лишь позднее их стали распространять широко, для блага всех существ. Можно только догадываться, почему Нигума пожелала держать эти методы в секрете. Кхьюнгпо Налджор не единственный, кого Нигума попросила не разглашать их: такое же обязательство было у Тхангтонга Гьялпо. Поэтому неудивительно, что школа Шангпа не стала массовой и только те, кто преданно искал ее, отправлялись к Просветлению по этому пути.

Кроме того, Кхьюнгпо Налджор получил тантру Чакрасамвары и передачу пяти Будда‑аспектов одновременно: Хеваджры, Чакрасамвары, Гухьяса‑маджи, Махамайи и Ваджрабхайравы. В его традиции известны и поучения Великой печати, напрямую открывающие ум состоянию Держателя Алмаза. Другое их название – «Великая печать шкатулки‑амулета». Текст ваджрной песни, которую спел Нигуме сам Держатель Алмаза, Кхьюнгпо Налджор положил в свое гау (коробочку для реликвий) и носил на шее.

Помимо перечисленных передач Нигумы, Кхьюн‑гпо Налджор получил и наставления Сукхасиддхи – потому этих двух женщин часто называют матерями линии преемственности Шангпа Кагью. Хотя эта школа малочисленна, она дала миру многих великих просветленных мастеров, таких как Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае, один из важнейших наставников движения Риме. Калу Ринпоче (1905–1989) в ретритных центрах Франции давал передачу традиции Шангпа для трехлетних отшельничеств, которыми руководил до последних дней своей жизни.

 

 

Ваджрабхайрава

Ваджрабхайрава (по‑тибетски Дордже Джигдже, буквально Алмаз, наводящий ужас) – грозная форма Будды Мудрости Манджушри. Ваджрабхай‑рава – главный персонаж одноименной тантры, относящейся к высшему классу тантр – ануттара‑йоге. Другое его имя – Ямантака. Он изображается в очень мощной форме темно‑синего цвета с 34 руками. Одна из его девяти голов выглядит, как голова буйвола. Ваджрабхайрава облачен в костяные украшения и обнимает свою партнершу Ваджраветали.

 

 

Системы Шести йог Наропы и Шести йог Нигумы по своей сути не отличаются друг от друга. Говорят, что поучения Нигумы требуют меньших физических усилий. Главная особенность каждой из этих систем – это линия передачи. Шесть йог Наропы передавались через Марпу и держателей его традиции в рамках школы Карма Кагью.

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.