Сделай Сам Свою Работу на 5
 

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС 20 глава

терпеливым, простодушным, покорным, всевыносящим и всепрощающим.

Самодержавию нанесен целый ряд ран, но оно еще не убито. Самодержавие покрыто со всех сторон повязками и бинтами, но оно еще держится, оно еще скрипит и даже свирепеет тем более, чем сильнее истекает кровью. А революционные классы народа, с пролетариатом во главе их, пользуются каждым затишьем, чтобы накопить новые силы, чтобы нанести новый и новый удар врагу, чтобы вырвать, наконец, с корнем проклятую язву азиатчины и крепостничества, отравляющую Россию.

И нет более верного средства побороть всякое малодушие, опровергнуть всякие уз­кие, односторонние и мелочно-трусливые взгляды на будущее нашей революции, как бросить общий взгляд на ее прошлое. Коротка еще история русской революции, но она уже достаточно доказала и показала нам, что силы революционных классов и богатство их исторического творчества гораздо больше, чем кажется во времена затишья. Каждая волна подъема, пережитая революцией, показывает невидное и бесшумное сравнитель­но накопление сил для разрешения новой и более высокой задачи, и каждый раз все близорукие и малодушные оценки политических лозунгов опровергались взрывом этих накопившихся сил.

Три главных этапа нашей революции наметились ясно. Этап первый — эпоха «дове­рия», эпоха массовых просьб, ходатайств и заявлений о необходимости конституции. Этап второй — эпоха конституционных манифестов, актов и законов. Этап третий — начало осуществления конституционализма, эпоха Государственной думы. Сначала у царя просили конституцию. Потом у царя вырвали силой торжественное признание конституции. Теперь... теперь на опыте убеждаются после роспуска Думы, что консти­туция, царем пожалованная, царскими законами признанная, царскими чиновниками осуществляемая, не стоит ломаного гроша.

В каждую из этих эпох мы видим сначала на авансцене либеральную буржуазию, шумливую, хвастли-


ПЕРЕД БУРЕЙ_________________________________ 333

вую, мещански-ограниченную и мещански-самодовольную, заранее уверенную в своих «правах на наследство», снисходительно поучающую «меньшого брата» мирной борь­бе, лояльной оппозиции и соглашению народной свободы с царской властью. И каждый раз смущала некоторых из соц.-дем. (правого крыла) эта либеральная буржуазия, под­чиняла их своим политическим лозунгам, своему политическому руководству. А на де­ле, под шумок либерального политиканства, росли и зрели в низах революционные си­лы. На деле решение поставленной на очередь историей политической задачи брали на себя всякий раз пролетарии, увлекая за собой передовое крестьянство, выходя на ули­цу, отбрасывая все старые законы и все старые рамки, обогащая мир новыми формами, приемами, комбинациями средств прямой революционной борьбы.



Припомните девятое января. Как неожиданно для всех закончили рабочие своим ге­ройским выступлением эпоху «доверия» царя к народу и народа к царю! И как подняли они сразу все движение на новую, высшую ступень! А ведь по внешности 9-ое января было полным поражением. Тысячи перебитых пролетариев, разгул репрессий, темная туча нависшей над Россией треповщины.

Либералы опять заняли авансцену. Они устраивали блестящие съезды, эффектные депутации к царю. Они обеими руками цеплялись за брошенную им подачку: булыгин­скую Думу. Они уже начали, как увидевшие жирный кус псы, рычать на революцию, и призывали студентов учиться, а не заниматься политикой. И малодушные среди сто­ронников революции начали говорить: пойдем в Думу, после «Потемкина» безнадежно вооруженное восстание, после заключения мира невероятно боевое массовое выступ­ление.

Действительное разрешение следующей исторической задачи дано было опять-таки только революционной борьбой пролетариата. Конституционный манифест был вырван

г « «132 т/-

всероссиискои октябрьской стачкой . Крестьянин и солдат ожили и потянулись к сво­боде и свету, вслед за рабочим. Наступали краткие недели свобод,


334__________________________ В. И. ЛЕНИН

а за ними — недели погромов, черносотенного озверения, страшного обострения борь­бы, неслыханно-кровавой расправы со всеми, кто взялся за оружие, чтобы отстоять вы­рванные у царя свободы.

Движение опять-таки поднято на высшую ступень, а по внешности снова полное по­ражение пролетариата. Бешенство репрессий, переполненные тюрьмы, казни без конца, подлый вой либералов, отрекавшихся от восстания и от революции.

Мещане лояльного либерализма опять занимают авансцену. Они наживают себе ка­питал из последнего предрассудка крестьян, верящих в царя. Они уверяют, что от побе­ды демократии на выборах падут стены Иерихона. Они главенствуют в Думе и опять начинают вести себя, как сытые дворовые собаки по отношению к «нищим» — к про­летариату и революционному крестьянству.

Роспуск Думы — конец либеральной гегемонии, сдерживавшей и принижавшей ре­волюцию. Крестьянство больше всех научилось от Думы. Оно приобретает теперь то, что теряет самые вредные иллюзии. И весь народ выходит из опыта с Думой уже не тем, чем был прежде. Предстоящая задача оценена конкретнее и выстрадана неудачей представительства, на которое многие возлагали все надежды. Дума помогла точнее измерить силы, она сконцентрировала некоторые, по крайней мере, элементы народно­го движения, она показала на деле, как ведут себя разные партии, она обрисовала перед новыми и новыми массами гораздо рельефнее партийную физиономию либеральных буржуа и крестьянства.

Разоблачение кадетов, сплочение трудовиков — таковы одни из самых важных при­обретений думского периода. Лживый демократизм кадетов заклеймен десятки раз в самой Думе и притом людьми, готовыми верить в кадетов. Серый русский мужик пере­стал быть политическим сфинксом. Несмотря на все искажения свободы выборов, он сумел проявить себя и создал новый политический тип трудовика. Отныне под револю­ционными манифестами наряду с подписью орга-



Первая страница газеты «Пролетарий» №1,21 августа 1906 г., в которой напечатаны статьи В. И. Ленина «Перед бурей», «О бойкоте» и другие

Уменьшено



ПЕРЕД БУРЕЙ_________________________________ 337

низаций и партий, которые складывались в течение десятилетий, прибавилась подпись Трудовой группы , сложившейся в несколько недель. Революционная демократия обогатилась новой организацией, которая разделяет, конечно, не мало иллюзий, свой­ственных мелкому производителю, но в данной революции выражает несомненно тен­денции беспощадной и массовой борьбы с азиатским самодержавием и крепостниче­ским помещичьим землевладением.

Из опыта с Думой революционные классы выходят более сплоченными, более близ­кими друг к другу, более способными к общему натиску. Самодержавие получило еще рану. Оно еще более изолировано. Оно еще более беспомощно перед задачами, которые разрешить совсем ему не по силам. А голод и безработица все сильнее. Крестьянские восстания вспыхивают все чаще.

Свеаборг и Кронштадт134 показали настроение войска. Восстания подавлены, но вос­стание живет, ширится и растет. К забастовке для поддержки восставших примкнули многие черносотенные элементы. Эту забастовку прекратили передовые рабочие, и они были правы, ибо из забастовки выходила демонстрация, а на деле стояла задача вели­кой и решительной борьбы.

Передовые рабочие правильно учли момент. Они быстро изменили ошибочное стра­тегическое движение и сберегли силы для грядущей битвы. Они чутьем поняли неиз­бежность стачки-восстания и вред стачки-демонстрации.

Настроение, по всем признакам, нарастает. Взрыв неминуем и, может быть, недалек. Свеаборгские и кронштадтские казни, расправы с крестьянами, травля трудовиков — членов Думы — все это только разжигает ненависть, сеет решимость и сосредоточен­ную готовность к битве. Больше смелости, товарищи, больше веры в силу обогащенных новым опытом революционных классов и пролетариата прежде всего, больше само­стоятельного почина! Мы стоим, по всем признакам, накануне великой борьбы. Все си­лы должны быть направлены на то, чтобы сделать ее единовременной,


338__________________________ В. И. ЛЕНИН

сосредоточенной, полной того же героизма массы, которым ознаменованы все великие этапы великой российской революции. Пусть либералы трусливо кивают на эту гряду­щую борьбу исключительно для того, чтобы погрозить правительству, пусть эти огра­ниченные мещане всю силу «ума и чувства» вкладывают в ожидание новых выборов, — пролетариат готовится к борьбе, дружно и бодро идет навстречу буре, рвется в са­мую гущу битвы. Довольно с нас гегемонии трусливых кадетов, этих «глупых пингви­нов», что «робко прячут тело жирное в утесах». «Пусть сильнее грянет буря!»

«Пролетарий» № 1, Печатается по тексту

21 августа 1906 г. газеты «Пролетарий»


О БОЙКОТЕ

С.-д. левого крыла должны подвергнуть пересмотру вопрос о бойкоте Государствен­ной думы. Следует помнить, что мы всегда ставили этот вопрос конкретно, в зависимо­сти от определенной политической ситуации. Например, еще «Пролетарий» (женев­ский) писал, что «смешно было бы зарекаться от использования даже булыгинской Ду­мы» , — если бы она могла родиться. А по поводу виттевской Думы в брошюре «Соци­ал-демократия и Гос. дума» (Н. Ленина и Ф. Дана) читаем в статье Н. Ленина: «Мы должны непременно заново, деловым образом, обсудить вопрос о тактике... Ситуация теперь не та», что при булыгинской Думе (см. стр. 2 цитир. брошюры) .

Главное отличие революционной и оппортунистической с.-демократии в вопросе о бойкоте следующее. Оппортунисты ограничиваются применением ко всем случаям об­щего шаблона, снятого с особого периода германского социализма. Мы должны ис­пользовать представительные учреждения, — Дума есть представительное учреждение, — следовательно, бойкот есть анархизм и надо идти в Думу. Таким детски простым силлогизмом исчерпывались всегда все рассуждения на эту тему наших меньшевиков и в особенности Плеханова. Резолюция меньшевиков о значении представительных уч­реждений в революционную эпоху (см. № 2

См. Сочинения, 5 изд., том 11, стр. 169. Ред. См. Сочинения, 5 изд,, том 12, стр. 167. Ред.


340__________________________ В. И. ЛЕНИН

«Партийных Известий») чрезвычайно рельефно показывает этот шаблонный, антиисто­ричный характер их рассуждений.

Наоборот, революционные с.-д. центр тяжести вопроса переносят именно на внима­тельный учет конкретной политической ситуации. Нельзя охватить задач русской рево­люционной эпохи посредством списывания с немецких шаблонов, односторонне взя­тых с последнего времени, при забвении уроков 1847—1848 годов. Нельзя ничего по­нять в ходе нашей революции, если ограничиваться голеньким противопоставлением «анархического» бойкота социал-демократическому участию в выборах. Учитесь-ка у истории русской революции, господа!

Эта история доказала, что бойкот булыгинской Думы был единственно правильной тактикой, которую всецело подтвердили события. Кто забывает об этом, кто толкует о бойкоте, обходя уроки булыгинской Думы (как обходят их всегда меньшевики), тот выдает себе полное свидетельство о бедности, свидетельство о неумении объяснить и учесть одну из самых важных и самых богатых событиями эпох русской революции. Тактика бойкота по отношению к булыгинской Думе верно учла и настроение револю­ционного пролетариата, и объективные особенности момента, вызывавшие неизбеж­ность близкого общего взрыва.

Перейдем ко второму уроку истории, — к виттевской кадетской Думе. Нынче очень распространены покаянные речи с.-д. интеллигентов по поводу бойкота этой Думы. Тот факт, что она собралась и косвенно, несомненно, сослужила службу революции, счи­тают достаточным для покаянного признания ошибочности бойкота виттевской Думы.

Но такой взгляд крайне односторонен и близорук. Он не учитывает целого ряда гро­мадной важности фактов из эпохи до виттевской Думы, во время нее и после ее роспус­ка. Припомните, что закон о выборах в эту Думу вышел 11 декабря, во время воору­женной борьбы повстанцев за учредительное собрание. Припомните, что даже мень­шевистское «Начало» писало


О БОЙКОТЕ__________________________________ 341

тогда: «Пролетариат так же сметет виттевскую Думу, как он смел булыгинскую». При таких условиях пролетариат не мог и не должен был без борьбы отдать в руки царя со­зыв первого представительного учреждения в России. Пролетариат должен был бороть­ся против укрепления самодержавия займом под обеспечение виттевской Думы. Проле­тариат должен был бороться против конституционных иллюзий, на которых целиком строилась весной 1906 года избирательная кампания кадетов и выборы в крестьянстве. В то время безмерного преувеличения значения Думы такая борьба была невозможна иначе, как посредством бойкота. До какой степени тесно было связано распростране­ние конституционных иллюзий с участием в избирательной кампании и в выборах вес­ной 1906 года, это всего рельефнее видно на примере наших меньшевиков. Достаточно припомнить, что в резолюции IV (Объединительного) съезда РСДРП Дума названа бы­ла «властью», вопреки предостережениям большевиков! Другой пример: Плеханов, ничтоже сумняшеся, писал: «Правительство упадет в бездну, когда разгонят Думу». Как быстро оправдались сказанные тогда против него слова: надо готовиться к тому, чтобы уронить врага в бездну, а не возлагать по-кадетски надежд на самопроизвольное «падение» в бездну .

Пролетариат должен был всеми силами отстоять свою самостоятельную тактику в нашей революции, именно: вместе с сознательным крестьянством против шаткой и предательской либерально-монархической буржуазии. А эта тактика была невозможна при выборах в виттевскую Думу в силу целого ряда условий, как объективных, так и субъективных, — условий, вызывавших тот факт, что участие в выборах равнялось для громадного большинства местностей России безгласной поддержке кадетов рабочей партией. Пролетариат не мог и не должен был принять половинчатой и искусственно выдуманной, построенной на «хитрости» и растерянности, тактики выборов неизвестно для

См. настоящий том, стр. 148—169. Ред.


342__________________________ В. И. ЛЕНИН

чего, выборов в Думу не для Думы. А ведь это исторический факт, которого не устра­нят никакие замалчивания, никакие обходы и увертки меньшевиков, — это факт, что никто из них, и даже Плеханов, не мог в печати звать в Думу. Это факт, что в печати не раздалось ни одного призыва идти в Думу. Это факт, что сами меньшевики в листке объединенного ЦК РСДРП признали официально бойкот и свели спор только к тому, на какой стадии следует бойкотировать. Это факт, что меньшевики сводили центр тя­жести не на выборы в Думу, а на выборы сами по себе, даже на процесс выборов, как на организацию для восстания, для сметения Думы. А между тем, события доказали как раз невозможность массовой агитации при выборах и известную возможность агитации в массах только из самой Думы.

Кто попробует действительно принять во внимание и учесть все эти сложные факты, как объективного, так и субъективного свойства, тот увидит, что Кавказ был лишь ис­ключением, подтвердившим общее правило. Тот увидит, что покаянные речи и объяс­нение бойкота «молодым задором» представляют из себя самую узкую, поверхностную и близорукую оценку событий.

Роспуск Думы наглядно показал теперь, что бойкот в условиях весны 1906 г. несо­мненно был правильной, вообще говоря, тактикой и принес пользу. Только посредством бойкота могла социал-демократия при тогдашних обстоятельствах исполнить свой долг: именно дать народу те необходимые предостережения насчет царской конститу­ции, ту необходимую критику кадетского шарлатанства во время выборов, которые (критика и предостережения) блестяще подтвердились роспуском Думы.

Вот маленький пример для иллюстрации сказанного. Г-н Водовозов, этот полукадет, полуменьшевик, горой стоял весной 1906 г. за выборы и за поддержку кадетов. Вчера (11 августа) он писал в «Товарище» , что кадеты «пожелали быть партией парламен­тарной в стране, не имеющей парламента, и партией конституционной в стране, не имеющей конституции», что


О БОЙКОТЕ__________________________________ 343

«весь характер партии к.-д. определило коренное противоречие между радикальной программой и совсем нерадикальной тактикой».

Большего торжества большевики не могли и желать, как этого признания левого ка­дета или правого плехановца.

Но, безусловно отвергая малодушные и близорукие покаянные речи, отвергая глу­пенькое объяснение бойкота «молодым задором», мы далеки от мысли отрицать новые уроки кадетской Думы. Была бы педантством боязнь открыто признать и учесть эти но­вые уроки. История показала, что когда собирается Дума, то является возможность по­лезной агитации изнутри нее и около нее; — что тактика сближения с революционным крестьянством против кадетов возможна внутри Думы. Это кажется парадоксом, но та­кова, несомненно, ирония истории: именно кадетская Дума особенно наглядно показала массам правильность этой «антикадетской», скажем для краткости, тактики. История беспощадно опровергла все конституционные иллюзии и всю «веру в Думу», но исто­рия безусловно доказала известную, хотя и скромную, пользу такого учреждения для революции, как трибуны для агитации, для разоблачения истинного «нутра» политиче­ских партий и т. д.

Отсюда вывод. Смешно было бы закрывать глаза на действительность. Теперь как раз наступило время, когда революционные с.-д. должны перестать быть бойкотистами. Мы не откажемся пойти во вторую Думу, когда (или: «если») она будет созываться. Мы не откажемся использовать эту арену борьбы, отнюдь не преувеличивая ее скромного значения, а, напротив, всецело подчиняя ее, на основании данного уже историей опыта, другого рода борьбе — посредством стачки, восстания и т. п. Мы созовем пятый съезд партии; мы постановим на нем, что в случае выборов необходимо избирательное со­глашение на несколько недель с трудовиками (без созыва пятого съезда партии друж­ная избирательная кампания невозможна, а всякие «блоки с другими партиями» безус­ловно запрещены


344__________________________ В. И. ЛЕНИН

постановлением четвертого съезда). И мы разобьем тогда кадетов наголову.

Но этот вывод еще далеко, далеко не исчерпывает всей сложности стоящей перед нами задачи. Мы намеренно подчеркивали слова: «в случае выборов» и т. п. Мы не зна­ем еще, будет ли созвана вторая Дума, когда будут выборы, каково избирательное пра­во; какова будет тогдашняя ситуация. Наш вывод поэтому страдает крайней общно­стью: он нужен, чтобы подвести итог прошлому, чтобы учесть уроки этого прошлого, чтобы дать правильную постановку будущим вопросам тактики, но он совершенно еще не достаточен для разрешения конкретных задач ближайшей тактики.

Только кадеты и всякие «кадетонодобные» могут в настоящее время удовлетворять­ся таким выводом, создавать себе «лозунг» из воздыханий по новой Думе, доказывать правительству желательность быстрейшего ее созыва и т. п. Только сознательные или бессознательные изменники революции могут направлять теперь все усилия к тому, чтобы неизбежный новый подъем настроения и возбуждения вылился именно в выбо­ры, а не в борьбу посредством всеобщей стачки и восстания.

Мы подошли к гвоздю вопроса о современной с.-д. тактике. Совсем не в том теперь суть вопроса, участвовать ли вообще в выборах. Сказать тут: «да» или «нет» значит еще ровно ничего не сказать о коренной задаче момента. Политическое положение в августе 1906 г. по внешности похоже на положение в августе 1905 года, но за это время сделан громадный шаг вперед: гораздо точнее определены и силы сражающихся на той и другой стороне, и формы борьбы, и некоторые сроки, необходимые для того или ино­го, если можно так выразиться, стратегического движения.

План правительства ясен. Оно совершенно правильно рассчитало, определив срок созыва Думы и не определив, вопреки закону, срока выборов. Правительство не хочет связывать себе рук и раскрывать своих карт. Во-1-х, оно выигрывает время для раз­мышления об изменении избирательного закона. Во-2-х, — и это главное — оно дер­жит про запас на-


О БОЙКОТЕ__________________________________ 345

значение срока выборов для такого момента, когда сможет быть вполне определен ха­рактер нового подъема и его сила. Правительство хочет назначить новые выборы как раз в такой срок (а может быть и в такой форме, т. е. такие или иные выборы), чтобы раздробить и обессилить начинающееся восстание. Правительство рассуждает пра­вильно: если все будет спокойно, мы, может быть, вовсе не созовем Думы или вернемся к законам Булыгина. А если будет сильное движение, можно будет попытаться раздро­бить его, назначив временно выборы, отманив этими выборами тех или иных трусов или простачков от прямой революционной борьбы.

Либеральные тупицы (см. «Товарищ» и «Речь») до такой степени не понимают по­ложения, что сами лезут в расставляемые правительством сети. Они из кожи лезут, «доказывая» необходимость Думы и желательность того, чтобы подъем направился на выборы. Но даже и они не могут отрицать, что вопрос о форме ближайшей борьбы остается еще открытым. Сегодняшняя «Речь» (12 августа) признается: «какое слово скажут крестьяне осенью... пока не известно». «До сентября — октября, пока оконча­тельно выяснится настроение крестьян, трудно давать какие-либо общие предсказа­ния».

Либеральные буржуа верны себе. Активно содействовать выбору форм борьбы, оп­ределению настроения крестьян в ту или иную сторону они не хотят и не могут. Инте­ресы буржуазии требуют не свержения старой власти, а лишь ослабления ее и назначе­ния либерального министерства.

Интересы пролетариата требуют полного свержения старой, царской власти и созыва полновластного учредительного собрания. Его интересы требуют самого активного вмешательства в определение крестьянского настроения, в выбор самых решительных форм борьбы и наилучшего момента для нее. Мы ни в каком случае не должны ни сни­мать, ни затушевывать лозунга: созыв учредительного собрания революционным пу­тем, т. е. через посредство временного революционного


346__________________________ В. И. ЛЕНИН

правительства. Мы должны все усилия направить на выяснение условий восстания, — соединения его со стачечной борьбой, сплочения и подготовки всех революционных сил для этой цели и т. д. Мы должны с полной решительностью вступить на тот путь, который намечен известными воззваниями «К армии и флоту» и «Ко всему крестьянст­ву», воззваниями, подписанными «блоком» из всех революционных организаций, с Трудовой группой в том числе. Мы должны, наконец, в особенности позаботиться о том, чтобы правительству ни в каком случае не удалось ни раздробить, ни остановить, ни ослабить начинающегося восстания посредством назначения выборов. В этом отно­шении для нас безусловно обязательны должны быть уроки кадетской Думы, уроки, состоящие в том, что думская кампания есть подчиненная, второстепенная форма борь­бы, главной же формой — в силу объективных условий момента — остаются непосред­ственно революционные движения широких народных масс.

Конечно, такое подчинение думской кампании главной борьбе, отведение этой кам­пании второго места на случай дурного исхода сражения или оттяжки его до опыта второй Думы, — эту тактику можно назвать, если хотите, старой бойкотистской такти­кой. Формально такое название можно защищать, ибо «подготовка к выборам» — по­мимо всегда обязательной работы агитации и пропаганды — сводится к самым мелким техническим приготовлениям, которые очень редко могут быть выполнены задолго до выборов. Мы не хотим спорить о словах, но по существу дела это — последовательное развитие старой тактики, но не повторение ее, вывод из прежнего бойкота, но не прежний бойкот.

Подведем итоги. Надо учесть опыт кадетской Думы и распространить в массах ее уроки. Надо доказывать «непригодность» Думы, необходимость учредительного собра­ния, шаткость кадетов, требовать высвобождения трудовиков из-под ига кадетов, под­держивать первых против вторых. Надо сразу признать необходимость избирательного соглашения с.-д. и трудовиков на


О БОЙКОТЕ__________________________________ 347

случай новых выборов. Надо всеми силами противодействовать плану правительства раздробить восстание посредством назначения выборов. Поддерживая с еще большей силой свои испытанные революционные лозунги, социал-демократия должна прило­жить все усилия, чтобы сплотить теснее все революционные элементы и классы, чтобы превратить вероятный в ближайшем будущем подъем во всенародное вооруженное восстание против царского правительства.

Написано 12 (25) августа 1906 г.

Напечатано 21 августа 1906 г. Печатается по тексту газеты

в газете «Пролетарий» № 1


ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС И ПРОВАЛ ОППОРТУНИСТИЧЕСКОЙ ТАКТИКИ

I

Роспуск Думы ознаменовал собою, несомненно, крупный политический кризис в хо­де русской революции. Как и всякий кризис, он сразу обострил сильнейшим образом все политические противоречия, вскрыл подоплеку многих явлений и поставил перед народом во весь рост задачи, которые до тех пор только намечались и не проникали в сознание широких масс. Как и всякий кризис, подводящий итог целому периоду пре­дыдущего развития, роспуск Думы неизбежно должен был сыграть роль пробного кам­ня для испытания и проверки того или иного направления тактических взглядов. С од­ной стороны, кризис заканчивает известный цикл развития и таким образом дает воз­можность наглядно определить правильность или неправильность общей оценки этого развития. С другой стороны, кризис заставляет дать немедленные ответы на целый ряд остро надвигающихся вопросов, причем ответы проверяются нередко тут же, так ска­зать, на месте вследствие быстрого хода событий.

Роспуск Думы оказался именно таким «оселком» для давно уже наметившихся «двух тактик» в российской социал-демократии. В течение «думского периода» мы более или менее спокойно спорили об этих двух тактиках, ибо политическое положение не вызывало потребности в немедленных крупных политических шагах. Роспуск Думы сразу вызвал такую потребность. «Две тактики» были поставлены на испытание перед


___________ ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС И ПРОВАЛ ОППОРТУНИСТИЧ. ТАКТИКИ___________ 349

лицом политического кризиса. Необходимо присмотреться со всем вниманием к ре­зультатам этого испытания.

II

ЦК нашей партии находится в руках с.-д. правого крыла. От них потребовались те­перь быстрые, точные и ясные ответы на новые тактические вопросы. Каковы же были эти ответы?

На основной вопрос об общем характере предстоящей борьбы ЦК отвечал, давая та­кие лозунги: сначала «за возобновление сессии Думы». Кадеты подхватывают этот ло­зунг (см. «Речь» и интервью с г. Кедриным в газете «Око»137). Партия с.-д. отвергает его. Протестуют большевистские члены ЦК, протестует С.-Петербургский комитет партии. ЦК бросает первый лозунг и выдвигает второй: «в защиту Думы против кама­рильи для созыва учредительного собрания». Наконец, из этого второго лозунга полу­чается последний, третий: «за Думу, как орган власти, который созовет учредительное собрание». Несмотря на протесты с.-д. левого крыла, ЦК при этом лозунге остается. По вопросу о лозунгах — полная растерянность.

Другой вопрос: какую форму борьбы рекомендовать? ЦК склоняется прежде всего к стачке-демонстрации. Он желал бы призвать к немедленной забастовке, но он остается в единственном числе из всех революционных партий и организаций. Он подписывает тогда воззвания, призывающие к восстанию (воззвания «К армии и флоту» и «Ко всему российскому крестьянству»). Но, сделав шаг вперед от стачки-демонстрации к стачке-восстанию, он торопится сделать затем шаг назад и зовет к «частичным массовым про­явлениям протеста».

Третий коренной вопрос: с кем идти в борьбу? На какие слои буржуазной демокра­тии рассчитывать или с какими по преимуществу считаться? С какими партиями или организациями искать сближения? ЦК подгоняет, как мы видели, и свои лозунги и ре­комендуемые им формы борьбы к уровню «Думы в целом»,


350__________________________ В. И. ЛЕНИН

к уровню кадетов. Но — «гони природу в дверь, она влетит в окно»! ЦК вынужден подписывать воззвания и к войску, и к крестьянству, и «Ко всему народу» исключи­тельно вкупе с революционными организациями, исключительно вкупе с трудовиками (из обломков Думы). В своих рассуждениях о тактике ЦК, как и все меньшевики, про­водит разграничительную линию между кадетами и октябристами: направо — «они», налево — «мы» («мы» с кадетами). В своих тактических призывах к делу, в своих бое­вых воззваниях ЦК проводит разграничительную линию между кадетами и трудовика­ми: кадеты отходят либо к правым, либо к нейтральным в борьбе. «Мы» — это, оказы­вается, «мы» с трудовиками без кадетов. «Мы» — это, оказывается, информационно-координационное бюро всех революционных организаций с «комитетом Трудовой группы» в том числе, но без кадетов. Выходит: «охота смертная, да участь горькая». Охота смертная у правых с.-д. идти вкупе и влюбе с кадетами, да участь горькая, ибо кадеты отходят от боевых соглашений, диктуемых ходом событий.

Такова, в основных чертах, фактическая история меньшевистской тактики после роспуска Думы. История эта запечатлена в немногих документах. Прочтите «письма» (№ 4 и № 5) ЦК к партийным организациям и воззвания «К армии и флоту» (с.-д. фрак­ция и комитет Трудовой группы). «Ко всему российскому крестьянству» (комитет Труд, гр., с.-д. фракция, Веер, крестьянский союз, ЦК партии с.-р., то же с.-д., Всеросс. ж.-д. союз, Всеросс. учительский союз), «Ко всему народу» (те же организации без трех союзов, но плюс Польск. социал. партия — ППС138 — и Бунд), прочтите, наконец, про­тест 3-х членов ЦК (издан «только для членов партии»)139, и вы ознакомитесь со всем материалом об оппортунистической тактике с.-д. после роспуска Думы.

 



©2015- 2022 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.