Сделай Сам Свою Работу на 5

Если ты не видел ада, это еще не значит, что его нет. 4 глава

- Сэму следует больше доверять тебе.

- Ну, может быть это я такой сверхчувствительный. Может быть, он все равно пришел бы сюда, чтобы присмотреть за Сетом. Здесь очень много вампиров, а Сет не относится к этому с должной серьезностью.

- Сет знает, что опасность ему не грозит. Он понимает Калленов лучше, чем Сэм.

- Конечно-конечно, - сказал Джейкоб примирительно, не допустив начало ссоры.

Странно было видеть его таким дипломатичным.

- Просто насчет голосов, - сказала я. - Хотелось бы мне сделать все лучше – и много что исправить.

- Не так уж все и плохо. Всёго лишь небольшое уныние.

- Ты… счастлив?

- Почти. Но мне достаточно. Сегодня звезда - ты.

Он усмехнулся.

- Спорим, ты просто в восторге от этого. Центр всеобщего внимания.

- Да. Не могу нарадоваться вниманию.

Он рассмеялся и посмотрел за мою голову. Поджав губы, он изучал мерцающее сияние праздника, грациозные па танцоров, летящие с гирлянд лепестки. Я смотрела вместе с ним. Все это было таким далеким от нашего темного, тихого места. Казалось, что мы смотрели на кружащиеся белые снежинки в стеклянном шаре.

- Этого у них не отнимешь, - сказал он. – Они знают, как организовать вечеринки.

- Элис - это природная стихия, которую не возможно остановить.

Он вздохнул.

- Песня кончилась. Как думаешь, мне позволят станцевать еще один танец? Или я прошу слишком много?

Я покрепче сжала его руку.

- Ты можешь танцевать со мной сколько захочешь.

Он рассмеялся.

- Это будет забавно. Наверное, двух будет достаточно. Не хочу, чтобы пошли сплетни.

Мы снова закружились.

- Думаешь, теперь я смогу сказать тебе прощай? – пробормотал он.

Я попыталась сглотнуть комок в горле, но у меня никак не получалось.

Джейкоб посмотрел на меня и нахмурился. Он провел пальцами по моей щеке, стирая мои слезы.

- Плакать должна не ты, Белла.

- Все плачут на свадьбах, - сказала я.

- Но ты этого хочешь?

- Да.

- Тогда улыбнись.

Я попыталась. Он рассмеялся, увидев мою гримасу.

- Я хочу запоминать тебя такой. Притворюсь что…

- Что? Что я умерла?

Он сжал зубы. Он боролся с собой – с решением сделать свое появление здесь подарком, а не осуждением. Могу догадаться, что он хотел мне сказать.



- Нет, - в итоге произнес он. – Но я буду видеть тебя такой. Розовые щечки. Сердце бьется. Две левые ноги. Всю тебя.

Я специально изо всех сил наступила ему на ногу.

Он улыбнулся.

- Вот это моя девочка.

Он хотел сказать что-то еще, но резко захлопнул рот. Снова сражаясь, сжимая зубы и удерживая слова, которых он не хотел произносить.

Мои отношения с Джейкобом были такие простые. Такие же естественные как дыхание. Но после того как Эдвард вернулся в мою жизнь, они превратились в постоянное напряжение. Потому что, в глазах Джейкоба, выбрав Эдварда, я выбрала судьбу хуже, чем смерть, ну или, по крайней мере, приравненную к ней.

- Что такое, Джейк? Просто скажи. Ты можешь сказать мне все что угодно.

- Я… Мне нечего сказать тебе.

- Ох, пожалуйста. Говори.

- Это правда. Это не… не вопрос. Я хочу, чтобы ты мне кое-что сказала.

- Спрашивай.

Еще минуту он сражался, а потом выдохнул:

- Я не должен. Это не важно. Просто нездоровое любопытство.

Я поняла, о чем он спрашивал, потому что слишком хорошо его знала.

- Не сегодня, Джейкоб, - прошептала я.

Джейкоб даже больше чем Эдвард был одержим моей человечностью. Он словно сокровище ценил каждые удары моего сердца, зная, что они сочтены.

- О, - произнес он, попытавшись сгладить свою радость. – О.

Зазвучала новая песня, но в этот раз он этого не заметил.

- Когда, - прошептал он.

- Точно не знаю. Через неделю, может быть через две.

Его голос изменился, в нем послышались оборонительные, насмешливые нотки:

- А в чем причина задержки?

- Я просто не хочу провести свой медовый месяц, корчась от боли.

- А как ты хочешь его провести? В шашки играть? Ха-ха.

- Очень смешно.

- Да, шучу я, Беллс. Но я, честно, не вижу смысла. Ты не можешь провести настоящий медовый месяц с твоим вампиром, так зачем притворятся? Называй вещи своими именами. Уже не в первый раз ты откладываешь. Хотя, это хорошо. - Сказал он, резко посерьезнев. – Тут нечего стеснятся.

- Я ничего не откладываю, - тут же бросила я. – И, да, я могу по-настоящему провести медовый месяц! Я могу делать все что захочу! Перестань лезть в мои дела!

Он резко остановил наше медленное кружение. На какой-то момент я думала, что он наконец-то заметил, что музыка поменялась, а я копалась в своей голове и думала как загладить нашу маленькую размолвку, прежде чем он попрощается. Мы не должны расставаться на такой ноте.

И тут его глаза широко раскрылись, в них я заметила какой-то странный смущенный ужас.

- Что? – выдохнул он. – Что ты сказала?

- О чем…? Джейк? Что не так?

- Что ты имеешь в виду? Провести медовый месяц по-настоящему? Будучи человеком? Ты шутишь? Это жестокая шутка, Белла!

Я смерила его взглядом.

- Я сказала тебе, не лезь, Джейк. Это совсем не твое дело. Я не должна… мы не должны даже говорить про такое. Это личное…

Его огромные руки сжали мои предплечья, пальцы впились в кожу.

- Ой, Джейк! Пусти!

Он потряс меня.

- Белла! Ты разум потеряла? Ты не можешь быть такой дурой! Скажи, что ты пошутила!

Он еще раз тряханул меня. Его руки твердые как поручни, дрожали, посылая вибрации глубоко мне в кости.

- Джейк – остановись!

Внезапно темнота вокруг нас заполнилась.

- Убери от нее свои руки! – голос Эдварда был холоден как лед, и резал словно бритва.

За Джейкобом, из черной ночи раздался низкий рык, и затем второй, перекрывая первый.

- Джейк, братишка, отойди, - услышала я уговоры Сета Клируотера. – Ты не в себе.

Джейкоб замер, его глаза все так же широко раскрыты и смотрели на меня.

- Ты делаешь ей больно, - прошептал Сет. – Отпусти ее.

- Сейчас же! – прорычал Эдвард.

Руки Джейкоба упали, и кровь с болью сразу же устремилась по моим сдавленным венам. Я даже не успела заметить, как пару горячих рук заменили другие, прохладные, и вдруг воздух засвистел позади меня.

Я моргнула, и обнаружила что стою метрах в двух от того места где только что была. Передо мной стоял напряженный Эдвард. Между ним и Джейкобом стояли два гигантских волка, но мне они не показались агрессивно настроенными. Похоже, они просто пытались предотвратить драку.

И Сет – долговязый, пятнадцатилетний Сет.– Своими длинными руками обхватил трясущееся тело Джейкоба, и тянул его прочь. Если Джейкоб изменится так близко от Сета…

- Давай же, Джейк. Идем.

- Я убью тебя, - сказал Джейкоб, его голос был полон ярости, и прозвучал тихо как шепот. Его глаза смотрели на Эдварда, и горели от бешенства. – Я сам убью тебя! Прямо сейчас! – он конвульсивно задергался.

Самый большой волк, черный, резко рыкнул.

- Сет, уйди с дороги, - прошипел Эдвард.

Сет снова потащил Джейкоба. Джейкоба ослепила ярость, и Сету удалось протащить его еще на пару метров прочь. – Не делай этого Джейк. Отойди в сторону. Давай.

Сэм – самый большой черный волк – присоединился к Сету. Он приложил свою массивную голову к груди Джейкоба и толкнул его.

Так они трое – тащащий Сет, Джейк весь дрожа, Сэм толкая – быстро скрылись в темноте.

Второй волк смотрел им в след. В слабом свете, я не могла определить точно, какого цвета была его шерсть – может быть, шоколадно-коричневая? Это мог быть Квил.

- Мне так жаль, - прошептала я волку.

- Теперь все уже хорошо, Белла, - проговорил Эдвард.

Волк посмотрел на Эдварда. Его взгляд был не дружелюбный. Эдвард холодно кивнул ему. Волк раздраженно фыркнул и присоединился к остальным, они исчезли.

- Хорошо, - сказал Эдвард сам себе, и затем посмотрел на меня.

- Вернемся

- Но Джейк…

- Сэм ему поможет. Он ушел.

- Эдвард, мне так жаль. Я такая дура…

- Ты ничего плохого не сделала…

- Я такое трепло! Почем бы мне… Я не должна была позволить ему такого. О чем я думала?

- Не переживай, – он коснулся моего лица. – Нам нужно вернуться на праздник, прежде чем кто-то заметит наше отсутствие.

Я тряхнула головой, пытаясь придти в себя. Прежде чем кто-то заметит? Неужели кто-то это пропустил?

Затем, когда я все обдумала, я поняла, что стычка, которая мне показалась настоящей катастрофой, в реальности, произошла в темноте, очень тихо и быстро.

- Дай мне две секунды, - взмолилась я. Внутри меня царил хаос из паники и печали. Но все это было не важно, сейчас самое главное было - сохранять непроницаемое лицо. Я знала, теперь мне придется научиться хорошо играть свою роль.

- Мое платье?

- Ты выглядишь отлично. Ни один волосок не выбился.

Я сделала два глубоких вдоха.

- О’кей. Пошли.

Он обнял меня и вывел на свет. Когда мы прошли под мерцавшими огоньками, он осторожно развернул меня на танцевальную площадку. Мы смешались с другими танцорами, словно наш танец никто и не прерывал.

Я смотрела по сторонам на гостей, но никто не испугался и не выглядел шокированным. Только самые бледные лица демонстрировали какие-то знаки волнения, но они хорошо их прятали. Джаспер и Эмметт вместе стояли у края площадки, и я подозреваю, что они были неподалеку во время столкновения.

- Ты…

- Я в порядке, - заверила я. – Не верится, что я это сделала. Что со мной не так?

- С тобой все так.

Я была так рада видеть здесь Джейкоба. И я знаю, какая для него это была жертва. А потом я все разрушила, превратила его подарок в катастрофу. Меня надо изолировать, чтобы моя глупость больше ничего сегодня вечером не испортила. Я отложу это в сторону, закрою в ящик и разберусь позже. У меня будет масса времени для самобичевания, и ничего я уже не смогу сделать, чтобы все исправить.

- Все закончилось, - сказала я. – Давай сегодня не будем об этом вспоминать.

Я ожидала, что Эдвард быстро согласиться, но он молчал.

- Эдвард?

Он закрыл глаза и прижался лбом к моему лбу.

- Джейкоб был прав, - прошептал он. – О чем я думал?

- Он не прав. – Я старалась, чтобы толпа друзей ничего не заметила на моем лице. – Джейкоб слишком предвзято ко всему относится, и поэтому не может трезво рассуждать.

Он что-то тихо бормотал, нечто вроде:

- …нужно было позволить ему убить меня за такие мысли…

- Перестань, - яростно заявила я. Обхватила его лицо своими ладонями и ждала, когда он откроет глаза. – Ты и я. Только это важно. Сейчас тебе позволено думать только об этом. Ты слышишь меня?

- Да, - вздохнул он.

- Забудь, что приходил Джейкоб. – Я смогу это сделать, и я сделаю это. – Ради меня. Обещай, что ты забудешь это.

Он смотрел мне в глаза какое-то время, прежде чем ответить:

- Я обещаю.

- Спасибо. Эдвард, я не боюсь.

- Я боюсь, - прошептал он.

- Не нужно, – я глубоко вздохнула и улыбнулась. – Кстати, я тебя люблю.

Он слегка улыбнулся мне в ответ.

- Поэтому мы здесь.

- Ты монополизировал невесту, - сказал Эмметт, показавшись из-за плеча Эдварда. – Позволь потанцевать с моей маленькой сестричкой. Может это мой последний шанс заставить ее покраснеть.

Он громко расхохотался, на него никогда не действовала серьезная атмосфера, он всегда вел себя непринужденно.

Оказалось, что еще полно народу с кем я не успела потанцевать, и я получила шанс по-настоящему собраться и отвлечься. Когда Эдвард снова потребовал меня, я обнаружила, что ящик с мыслями о Джейкобе закрыт плотно и надежно. Когда он обнял меня, я смогла снова почувствовать радость, ту свою уверенность, что все в моей жизни сегодня вечером встало на нужные места. Я улыбнулась и положила голову ему на грудь. Он крепче прижал меня к себе.

- К этому можно привыкнуть, - сказала я.

- Только не говори мне, что смогла преодолеть свои проблемы с танцами?

- С тобой танцы не так уж плохи. Но я имела в виду другое, - я прижалась к нему теснее. – Никогда не отпускать тебя.

- Никогда, - пообещал он мне, и склонился, чтобы поцеловать меня. Это был настоящий поцелуй – настойчивый, медленно набирающий силу…

Я чуть было не забыла, где нахожусь, когда раздался голос Элис:

- Белла! Пора!

Я почувствовала легкое раздражение на свою новую сестру за такое вмешательство.

Эдвард проигнорировал ее, его твердые губы целовали меня, более убедительно, чем раньше. Сердце мое забилось быстрее, и мои ладони прижались к его мраморной шее.

- Вы хотите пропустить самолет? – требовательно заявила Элис, прямо рядом со мной. – Я уверена, у вас будет отличный медовый месяц - разобьете лагерь в аэропорту и будете ждать следующего рейса.

Эдвард чуть повернулся к ней и проговорил:

- Уходи, Элис, - и снова вернулся к поцелую.

- Белла, ты хочешь оказать в самолете в этом платье?

Я мало обращала на неё внимания. В этот момент мне было все равно.

Элис тихо зарычала.

- Эдвард, я расскажу ей, куда ты ее везешь. Точно расскажу.

Он замер. Затем отстранился от меня и смерил любимую сестру яростным взглядом.

- Ты такая мелкая, но раздражать умеешь по крупному.

- Я выбирала прекрасное выходное платье не для того, чтобы его выкинуть, - отрезала она, и взяла меня за руку. – Пойдем со мной, Белла.

Она тащила меня за собой, а я встала на цыпочки, чтобы поцеловать его еще один раз. Она нетерпеливо дернула меня, утаскивая прочь от Эдварда. Вокруг нас послышались несколько смешков. Я сдалась и позволила ей увести себя в опустевший дом.

Она казалась раздосадованной.

- Прости, Элис, - извинилась я.

- Я тебя не виню, Белла, – вздохнула она. – Кажется, ты ничего не можешь с собой поделать.

Я захихикала от ее мученического вида, и она нахмурилась.

- Спасибо, Элис. Прекраснее свадьбы ни у кого никогда не было, – искренне сказала я. – Все было именно так как нужно. Ты лучшая, самая умная, самая одаренная сестра во всем мире.

После таких слов она оттаяла, и широко улыбнулась.

- Я рада, что тебе понравилось.

Рене и Эсме ждали наверху. Все втроем они быстро помогли мне снять платье и надеть выходной ансамбль от Элис. Я была благодарна, когда кто-то спас меня от возможной в будущем головной боли и вынул все заколки из моих волос, они свободно рассыпались по спине, все еще волнистые после укладки. Мама плакала не переставая.

- Я позвоню тебе, когда буду знать, куда я еду, - пообещала я, обнимая ее на прощание. Я знала, что тайна медового месяца сводит ее с ума. Мама ненавидела секреты, кроме тех случаев, когда сама была к ним причастна.

- Я скажу тебе, как только она уедет, – опередила меня Элис, самодовольно улыбаясь моему оскорбленному виду. Какая несправедливость, я узнаю все самая последняя.

- Ты должна приехать ко мне и Филу очень, очень скоро. Теперь твоя очередь ехать на юг – увидеть, наконец, солнце, - сказала Рене.

- Сегодня дождя не было, - напомнила я ей, избегая прямого ответа на ее просьбу.

- Это чудо.

- Все готово, - сказала Элис. – Твои чемоданы в машине, Джаспер их отнес. – Она потянула меня к лестнице, следом шла Рене, все еще обнимая меня.

- Я люблю тебя, мама, - прошептала я, когда мы спускались. – Я так рада, что у тебя есть Фил. Заботьтесь друг о друге.

- Я тоже люблю тебя, Белла, милая.

- Прощай, мама. Я люблю тебя, - снова сказал я, чувствую, как сдавило горло.

Эдвард ждал меня внизу лестницы. Я взяла его протянутую руку, но отстранилась, всматриваясь в небольшую толпу ожидающих нашего отъезда.

- Папа? – спросила я, ища его глазами.

- Вон там, - проговорил Эдвард. Он протащил меня через гостей, они расступались, давая нам дорогу. Мы нашли Чарли, неловко жмущегося к стенке позади всех, казалось, он что-то скрывал. Краснота вокруг глаз все объяснила.

- О, папа!

Я обняла его за талию, снова хлынули слезы – я так много плачу сегодня. Он похлопал меня в ответ.

- Иди, уже. Ты же не хочешь опоздать на самолет.

С Чарли трудно разговаривать про любовь, мы были так похожи, всегда начинали говорить о каких-то мелочах, чтобы избежать смущающей демонстрации чувств. Но сейчас не было времени на застенчивость.

- Я всегда буду любить тебя, папа, - сказала я ему. – Не забывай это.

- Ты тоже, Беллс. Всегда любил тебя, всегда буду любить.

Мы расцеловались в щеки.

- Позвони мне, - сказал он.

- Скоро, - пообещала я, зная, что это все что я могла пообещать. Только телефонный звонок. Мои папа и мама больше никогда меня не увидят. Я очень изменюсь, и стану очень опасной.

- Тогда, иди, - хрипло сказал он. – Ты ведь не хочешь опоздать.

Гости разошлись, пропуская нас. Эдвард прижал меня сильнее, когда мы сбегали.

- Ты готова? – спросил он.

- Да, - ответила я, и знала, что это была чистая правда.

Все зааплодировали, когда Эдвард поцеловал меня на пороге. Затем, когда началась рисовый водопад, поспешил к машине. Большинство риса ушло мимо цели, но кто-то, наверное Эмметт, бросал с сверхъестественной точностью, и в меня попало много рикошетов от спины Эдварда.

Машина была украшена множеством цветов, которые тянулись по всей её длине, и за бампером свисали длинные тонкие ленты, к которым была привязана дюжина туфлей – дизайнерская, абсолютно новая обувь.

Пока я залезала в машину, Эдвард стряхивал с меня рис, а потом он оказался внутри и мы уже уносились прочь. Я махала из окна и кричала «Я вас люблю» в сторону крыльца, где моя семья махала мне в ответ.

Последнее что я запомнила, это мои родители. Фил нежно обнял Рене. Она тоже обнимала его одной рукой, а вторую протягивала Чарли. Так много разных проявлений любви, столь гармоничных в этот момент. Эта картинка казалась мне очень обнадеживающей.

Эдвард сжал мою руку.

- Я люблю тебя, - сказал он.

Я склонила голову к его руке.

– Поэтому мы и здесь, - процитировала я его.

Он поцеловал мои волосы.

Когда мы свернули на темное шоссе, и Эдвард прибавил скорости, сквозь урчание мотора, я услышала шум, который шел позади из леса. Если я слышала его, значит, и он тоже слышал. Но он ничего не сказал, когда звук медленно затихал на расстоянии. Я тоже ничего не сказала.

Пронизывающий, убитый горем вой слабел, а потом и вовсе пропал.

 

Глава пятая

Остров Эсме

 

- Хьюстон? – спросила я, изумленно поднимая брови, когда мы прилетели в Сиэтл.

- Всего лишь остановка в пути, – усмехаясь, уверил меня Эдвард.

Я почувствовала, что заснула, только тогда, когда он разбудил меня. Я с трудом понимала, что происходит, когда он стал тянуть меня через терминал, и изо всех сил пыталась не забыть, как открывать глаза после каждого их закрывания. Мне понадобилось несколько минут, чтобы понять, где находимся, когда мы вновь совершили посадку, и собираемся ли мы дальше продолжить полет.

-Рио-де-Жанейро? - с тревогой спросила я.

-Всего лишь следующая остановка, - ответил он.

Перелет в Южную Америку был долгим, но мне было весьма удобно сидеть в широком кресле первого класса, да и в объятиях Эдварда, который укачивал меня.

Я спала и проснулась в сильнейшей тревоге – мы уже подлетали к аэропорту и лучи солнца проникали в окна самолета. Мы не задержались в аэропорту для следующего перелета, который я ожидала. Вместо этого мы взяли такси, пробираясь по темным, переполненным, шумным улицам Рио-де-Жанейро. Я не понимала ровным счетом ничего из того, что говорил Эдвард по-португальски водителю, но предположила, что мы поедем в гостиницу, прежде чем наша поездка продолжится. Острый приступ боли, чем-то похожий страх перед публикой, скрутил мой живот, стоило мне только подумать об этом.

Такси все ехало через толпу людей, пока она постепенно не поредела, а мы все продолжали свой путь куда-то на запад , туда, где бушевал океан.

Мы остановились в порту.

Эдвард шел впереди меня к длинной линии белых яхт, которые причаливали в почерневшей ночной воде. Лодка, у которой он остановился, была меньше, чем другие и более обтекаемой по форме - очевидно, она была предназначена для большой скорости, а не для размещения грузов. Но всё же она была куда более роскошной, да и более грациозный, нежели остальные. Эдвард легко, несмотря на тяжелые сумки, которые нес, запрыгнул на борт. Он бросил их на палубу и встал на самый край, чтобы помочь мне.

Я молча наблюдала за тем, как он подготовил лодку к отплытию, удивляясь тому, как умело он это делал, ведь до этого он никогда не упоминал что интересуется лодками. Но если подумать - он ведь был хорош буквально во всем.

Поскольку мы шли на восток через открытый океан, я попыталась вспомнить всю географию, что только осталась у меня в голове. Насколько я помнила, возможно, мы были не так далеко от востока Бразилии... если конечно мы не плывем в Африку...

Но Эдвард увеличил скорость, в то время как за бортом медленно угасали огни Рио, пока вовсе не исчезли позади нас. На лице Эдварда была знакомая улыбка, он получал удовольствие от скорости. Лодка рассекала волны, и я вся покрылась брызгами.

В конце концов, любопытство, с которым я долго изо всех сил сражалась, взяло свое:

- Нам очень далеко плыть? - спросила я.

У Эдварда не было привычки забывать, что я человек, и я задавалась вопросом – не уж-то он запланировал он жить на этой лодке какое-то время?

- Примерно полчаса, - он посмотрел мне на руки, которые вцепились в сидение, и усмехнулся.

Что ж, хорошо, подумала я про себя. В конце концов, он был вампиром. Вполне возможно, мы плывем в Атлантиду.

Двенадцатью минутами позже, сквозь рев двигателя он позвал меня по имени:

- Белла, посмотри туда, - он указал прямо перед собой.

Я видела сначала только тьму, да и серебристую дорогу луны на воде. Но я никак не могла найти то, на что он показывал, пока не заметила что-то черное и низкое, освещенное блеском лунного света в волнах. Я прищурилась, и силуэт стал более ясным. Силуэт превратился в приземистый, неровный треугольник, с одной стороны вытянутый больше, чем с другой. Мы подплывали ближе, и я смогла увидеть призрачные очертания, колеблющиеся подобно легкому ветерку.

Затем я еще раз сфокусировала свой взгляд, и все части соединились в единое целое: маленький остров возвышался над водой, пальмы с волнующимися на ветру ветвями, берег, очерченный светом луны.

- Где мы? – удивленно пробормотала я, в то время как он сменил курс и мы направились к северной стороне остова.

Он услышал меня, несмотря на шум двигателя и расплылся в улыбке, которая замерцала в лунном свете.

- Это остров Эсме.

Лодка замедлила свой ход и поплыла к пристани, построенной из досок, которые в свете луны казались белыми. После того как двигатель стих, наступила тишина. Остались только волны, легко бьющие о борт лодки и шелест ветра в пальмах. Воздух был теплым, влажным и ароматным – подобно пару после горячего душа.

- Остров Эсме? – тихо произнесла я, но все же слишком громко для столь тихой ночи.

- Подарок от Карлайла – Эсме предложила нам одолжить его.

Подарок. Кто дает остров в подарок? Я нахмурилась. Я таки и не могла привыкнуть, что щедрость была для Эдварда обычной манерой поведения.

Он разместил чемоданы на пристани и обернулся ко мне, улыбаясь своей безупречной улыбкой. Вместо того чтобы взять меня за руку, он потянулся я взял меня на руки.

- Разве для этого не требуется порог? – спросила я, затаив дыхание, когда он перепрыгнул через борт лодки. Он усмехнулся.

- Я не я – если все не идеально, - сказал он, держась одной рукой за лодку, а другой - держа меня. Он пронес меня мимо пристани к белой тропинке из песка, идущей через джунгли.

В течение некоторого времени я могла видеть только темноту джунглей, но затем впереди я увидела свет. Когда свет превратился в дом, два ярких квадрата стали широкими окнами, между которыми была входная дверь, страх перед публикой напал снова, да еще сильней, чем прежде, когда я решила, что мы направляемся в гостиницу. Мое сердце ушло в пятки, а дыхание перехватило. Я чувствовала взгляд Эдварда на своем лице, но я не хотела ответить на этот взгляд. Я смотрела прямо перед собой, не видя ничего.

Он не спросил, о чем я думаю, что было не похоже на него. Я предположила, что он также взволнован, как и я.

Он оставил чемоданы на веранде, чтобы открыть двери – они оказались не заперты.

Прежде чем переступить порог, Эдвард смотрел на меня и ждал пока я поймаю его пристальный взгляд.

Зажигая везде свет, он нес меня через весь дом, и мы оба молчали. Моим первым впечатлением о этом доме было то, что он был слишком уж большим для такого небольшого острова, да и странно, что все здесь казалось знакомым. Я привыкла к пастельным светлым тонам предпочитаемых Калленами и поэтому чувствовала себя, словно дома. Я не могла сосредоточиться ни на каких специфических особенностях. Биение, пульсирующее в висках, делало все немного расплывчатым.

Затем Эдвард остановился и включил последний светильник. Комната была большой и белой, а дальняя стена оказалась стеклянной – всё как предпочитали мои вампиры.

За пределами дома, луна отражалась на белом песке, а в нескольких ярдах от дома сверкала волны. Но я едва придавала этому значение.

Мое внимание привлекла огромная белая кровать в центре комнаты с свисающим волнами балдахином с облаками, сделанный на манер москитной сетки. Эдвард опустил меня на ноги.

- Я… пойду за багажом.

Комната была более теплой и душной, чем тропическая ночь снаружи. Капелька пота проступила на моем затылке.

Я сделала несколько медленных шагов вперед, пока не смогла коснуться воздушной материи балдахина. Мне было просто необходимо удостовериться, что все это правда.

Я не слышала как Эдвард вернулся. Вдруг его холодные пальце стали ласкать мою шею, смахнув каплю пота.

- Что-то немного жарковато тут, - сказал он извиняющимся тоном, - я подумал... что так будет лучше.

- Терпимо, - выдохнув, пробормотала я, и он хихикнул. Это был нервный смешок, что у него редко случалось.

- Я постарался подумать обо всем, что сделает это... легче.

Я шумно сглотнула, все еще не поворачиваясь к нему. Был ли здесь медовый месяц подобный нашему? Я знала ответ. Нет. Не был.

- А что если, - сказал Эдвард медленно, - если... для начала... может ты хотела бы поплавать со мной?

Он сделал глубокий вздох, и его голос стал более спокойным, когда он снова заговорил:

- Вода очень теплая. Этот пляж тебе понравиться.

- Звучит неплохо, - мой голос надломился.

- Я уверен, что ты захотела почувствовать себя человеком ещё минуту или две... Это была долгая поездка.

Я тупо кивнула. Я едва чувствовала себя человеком, возможно, несколько минут только всё же помогли бы. Его губы дотронулись до моего горла, чуть ниже моего уха.

Он засмеялся, и его прохладное дыхание щекотало мою напряженную кожу.

- Но не слишком долго, миссис Каллен.

Я вздрогнула при звуке моего нового имени. Его губы скользили вниз по шеи до плеча.

- Я буду ждать тебя в воде.

Он прошел мимо меня к двери, которая выводила прямо на пляж.

 

По пути он сбросил рубашку, оставив ее на полу, и проскользнул через дверь, в залитую лунным светом ночь. Душный, соленый воздух витал в комнате после него.

Моя кожа воспламенилась? Я должна была, как следует осмотреть. Нет, ничего не горело. По крайней мере, я ничего не увидела.

Я напомнила себе, что мне необходимо дышать. Затем я споткнулась об огромный чемодан, который Эдвард оставил открытым. Наверное, это мой, потому что наверху была моя сумка туалетных принадлежностей. Тут было много всего розового, но я не узнавала ничего среди этого. Я взяла охапку одежды, ища что-нибудь привычное и удобное, к примеру, пару старых свитеров, и тут кое-что оказалось в поле моего зрения.

Бесчисленное множество шнурков и тисненого атласа. Нижнее белье. Самое откровенного из всего существующего нижнего белья, с французскими штучками.

Я не знала, как и когда, но когда-нибудь Элис поплатиться за это.

Оставшись одна, я пошла в ванну, окна которой выходили на тот же пляж что и дверь. Я не смогла увидеть его; и предположила, что он уже в воде.

Высоко в небе луна была почти полной, и песок блестел под ее сиянием.

Какое-то движение показалось мне – над одной из пальм; брошенная одежда трепетала на ветру.

Моя кожа снова вспыхнула.

Я сделала несколько глубоких вздохов и подошла к зеркалу.

Я выглядела так, словно проспала целые сутки. Я нашла свою расческу и принялась расчесать волосы, пока они не сделались гладкими, а между зубцами не остался целый клок. Я дважды тщательно почистила зубы. Затем я умылась и брызнула водой на свою шею. Я почувствовала себя настолько хорошо, что решила вымыть и руки. А потом поняла, что и душ мне не помешает. Я знала, что смешно принимать душ перед плаваньем, но я должна была успокоиться, а горячая вода была надежный способом.

Да и ноги было бы неплохо побрить.

После душа я завернулась в большое белое полотенце.

Теперь я столкнулась с выбором, о котором не подумала раньше. Что мне надеть? Уж не купальник. Да и снова полностью одеться, тоже было глупо.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.