Сделай Сам Свою Работу на 5

Определения понятия «источник»

Одна из главных проблем источниковедения и в целом гуманитарного знания это понятие источника. Действительно исторический источник выступает как единый объект разных наук о человеке и обществе. Он создает основу для междисциплинарных исследований, для объединения гуманитарных наук.

Теория источника, удачными своими достижениями обогащающая практику работы историков и специалистов-гуманитариев, раскрывает природу, сущность, специфику отражения действительности, особенности информации и само понятие источника. Последнее во многом является отправным моментом в осмыслении всего остального. Конечно, определение изучаемого объекта, не раскрывает всей глубины события или процесса, тем не менее, является существенным элементом его познания.

Стоит согласиться с утверждением историка и источниковеда Льва Николаевича Пушкарева, что любое определение всегда относительно. Оно вряд ли может охватить все многообразие источников, все их признаки и свойства. К тому же каждое определение не идеально, не в состоянии исчерпать наших представлений об источнике и уж тем более не может заменить его изучение.

Более того, понимание и определения источника не могут оставаться застывшими, раз и навсегда данными. Они развиваются в унисон с развитием самой науки и общества в целом. Действительно, с углублением и конкретизацией наших знаний, изменяются и представления об изучаемом объекте. Причем, чем свободнее общество и наука, тем очевиднее и плодотворнее эти изменения.

Как свидетельствует история источниковедения, то есть сам процесс развития этой науки, определений источника накопилось множество. Разные исследователи по-разному объясняли понятие «исторический источник». Нередко в одно и то же определение вкладывали разное понимание употребляемых терминов.

Вообще, вопрос об источнике как основе исторических исследований, по мнению Л.Н.Пушкарева, встал в России во второй четверти XVIII века. Многие считают, что исторические знания начинают превращаться в науку именно в эпоху глобальных социальных преобразований Петра I. В частности, это выразилось в том, что существенно активизировался процесс собирания и издания важнейших источников. Прежде всего, летописей и судебников.



Само понятие источника еще не было выработано. Определений пока не существовало. Они возникли значительно позже. Однако уже первые труды по отечественной истории давали перечни и краткую характеристику использованных материалов, например тех же летописей. Это стал делать Василий Никитич Татищев в своей «Истории Российской с самых древнейших времен», а через некоторое время Михаил Васильевич Ломоносов в его исторических работах и прежде всего «Древней Российской истории».

Сам термин, то есть слово источник, а точнее словосочетание «источник русской истории» был введен в науку германским и российским историком Августом Людвигом Шлецером. В 1761 г. по приглашению академика Герхарда Фридриха Миллера он приехал в Россию. В 1761—1767 гг. работал в Императорской Академии наук. Как известно, был одним из авторов так называемой «норманнской теории» возникновения русской государственности. Вел научную полемику с М. В. Ломоносовым.

В 1765 А.Л. Шлецер стал почетным академиком, в том числе за изучение и публикацию русских летописей. Надо отметить, что он отводил себе роль первооткрывателя русской истории, который должен перенести в Россию те приемы критики исторических источников, которые уже были освоены на Западе. Вернувшись в Германию, этот историк написал работу «Опыт изучения русских летописей», где как раз впервые и использовал термин «источник», по-немецки guelle.

Казалось бы, введенное в научный оборот, слово это приживалось в отечественной науке довольно долго. Как считают современные историографы, обобщающие труды по русской истории появившиеся в XVIII веке, обходились без него.

Активно и осмысленно этот термин стал употребляться отечественными учеными с начала XIX в., но пока без разъяснений и определений. В частности, историк Николай Михайлович Карамзин в своем знаменитом, многотомном труде «История государства Российского» написал специальный раздел, который назвал «Об источниках Российской истории до XVIII века».

Считается, что в 30-60-е годы XIX столетия слово, а за ним и понятие «источник» широко внедрилось в практику преподавания истории в высших учебных заведениях России. Это было крайне важно, поскольку привело к тому, что молодые исследователи изначально стали задумываться над проблемой исторического источника, причем как практическими, так и теоретическими ее аспектами. Кстати, об отличии источника от научной литературы впервые довольно четко сказал Константин Николаевич Бестужев-Рюмин, глава Петербургской исторической школы во введении к курсу «Русская история», но и он не дал никакого определения.

Пожалуй, только к концу XIX века историки вплотную подошли к выработке определения исторического источника. Причем, как иностранные, так и отечественные ученые. Соответственно, именно в это время происходит формирование источниковедения как особой исторической дисциплины. Действительно, коль скоро складывается определенной направленности понятийный аппарат, то начинает оформляться и наука.

Теория источниковедения получила свое отражение прежде всего в работах немецкого историка, профессора Эрнста Бернгейма.Он в 1889 году написал книгу по методологии истории, которую назвал «Учебник исторического метода» и дал одно из первых определений исторического источника. По мнению Э.Бернгейма, источник это материал, из которого наука черпает познание.

Причем, он подчеркивал, что исторический источник и по происхождению, и по использованию связан с человеческой деятельностью. Она воплощается в труде автора, написавшего текст, и познавательной работе историка, этот текст изучающего. К тому же деятельность эта, как подчеркивал Э.Бернгейм, предопределена «внутренними причинами», иначе говоря «психической причинностью», то есть сознанием, мышлением, чувствованием, эмоциями, волей людей.

Таким образом, источник он воспринимал и оценивал как порождение духовной среды, в которой он возник, как результат психической деятельности человека. На наш взгляд, уже здесь начинают формироваться элементы и зачатки подхода, который современные исследователи назовут культурологическим.

Несомненный и весьма ощутимый вклад в развитие теории и практики источниковедения внес яркий, оригинальный историк Василий Осипович Ключевский. В 1894 году он начал читать курс лекций по источниковедению студентам Московского университета, в котором проработал практически всю жизнь, будучи профессором, а затем и действительным членом Академии наук.

Конечно, главным трудом жизни В.О.Ключевского стал «Курс русской истории» в 5-ти частях, однако и проблемам источниковедения он уделил большое внимание, прекрасно понимая, что без исторического источника работа историка немыслима. Естественно, курс лекций, посвященный теории источника, не мог обойтись без определения изучаемого объекта.

В.О.Ключевский дал образное, и даже красивое толкование исторического источника. Это письменные или вещественные памятники, в которых отразилась угасшая жизнь отдельных лиц и целых обществ. Информацию именно этих двух групп источников он считал наиболее полезной и применимой для изучения событий и явлений прошлого. А вот, в частности, к устным свидетельствам относился весьма скептически.

Возможно, в рамках современного источниковедческого и исторического знания подобное определение выглядит несколько жестким и не полным. Поскольку за гранью источников остаются тогда такие давно признанные группы источников, как этнологические, лингвистические, устные и другие. Вместе с тем, думается, стоит признать, что самыми востребованными и емкими по информации являются для историков именно письменные и вещественные источники. Поэтому в центре внимания источниковедения как науки преимущественно оказываются письменные материалы.

В конце XIX – начале XX вв. многие историки, и западные и отечественные, разделяли идеи позитивизма. Не вдаваясь в различные аспекты этого сложного философского направления, отметим лишь, что позитивизм это учение, объявлявшее единственной основой истинного знания конкретные науки.

Историки-позитивисты приравнивали исторические факты к фактам точных, эмпирических наук. И во многом исходили из того, что, коль история сродни конкретным наукам, то исторический процесс познаваем, а работа историков вполне объективна при условии правильного отношения к источникам.

Позитивистами, как считает О.М.Медушевская и ряд других исследователей, были два знаменитых французских историка Шарль-Виктор Ланглуа и Шарль Сеньобос. Прочитанный ими в Сорбонне курс лекций, имевший целью дать студентам знание о том, что представляет собой и чем должно быть изучение истории, лег в основу книги "Введение в изучение истории". Она была написана в 1897 г. и вышла в свет в 1898 г. Книгу эту заметили и оценили не только во Франции, но и в других странах, в том числе и в России. Авторитет ее среди историков был весьма высок.

Можно согласиться с утверждением тех, кто считает, что работа Ш.В.Ланглуа и Ш.Сеньобоса не только выразила свое время, но содержит знание, не потерявшее свою ценность до сих пор. Эти ученые были не только теоретиками, но и практиками, не только знали, как изучать историю, но и умели это делать. Отсюда, видимо, ясность и доступность изложения, понятная и профессиональным исследователям и неискушенным в разговоре об источниках читателям, что, к сожалению, является большой редкостью для подобного рода публикаций.

Судя по содержанию книги, слово «источник» французские историки приравнивали к понятию «документ». Они буквально начали с утверждения, что история пишется по документам, а документы - это следы, оставленные мыслями и действиями некогда живших людей. С полной очевидностью, можно считать это высказывание их определением источника.

В литературе же понятие исторического источника обычно рассматривается как более широкое, чем понятие документа. Даже среди письменных источников далеко не все имеют статус документов, не говоря уже о существовании вещественных, устных, этнологических и других материалов.

Вместе с тем, заслуга Ш.В.Ланглуа и Ш.Сеньобоса состоит в том, что они поделились своим уникальным опытом, показали, как овладеть мастерством историка, как отделять в документе ложное от истинного. Причем, не занижая уровень сложности самого процесса, показали это просто и увлекательно. Их идеи, несомненно, были шагом вперед, однако позитивистский подход, направленный преимущественно на беспристрастное констатирование фактов, не давал пока возможности изучать источник целостно, системно.

В отечественной и западной науке в конце XIX – начале XX века появились так называемые расширительные трактовки источника. Сегодня, то есть в начале XXI века такой подход сформулирован, как уже отмечалось, С.О.Шмидтом, но у него были предшественники. В частности, в 1899 году историк и юрист из г. Казани Николай Павлович Загоскин в работе по истории права по сути дела впервые дал определение, охватывающее все многообразие источников. По его словам, все то, что способно послужить нам средством к познанию минувшей жизни народа тем самым приобретает значение источников к познанию истории этого народа.

Одна из первых попыток широкого толкования источника принадлежит немецкому историку Алоизу Майстеру,который в 1906 году в своем труде «Основные характеристики исторического метода» сделал вывод, что источник это все то, из чего мы можем почерпнуть историческое познание.

Расширительную трактовку источника предлагали также знаменитые французские историки, лидеры школы «Анналов», названной по имени издаваемого ими журнала – Люсьен Февр и Марк Блок. Исторический источник они связывали со «следами» всякой деятельности людей и рассматривали историю как науку, охватывающую социальные, психологические, моральные, религиозные, политические, экономические и иные аспекты жизни человека в прошлом и настоящем. Например, Л.Февр отмечал, что изобретательность историка позволяет ему использовать все – слова, знаки, пейзажи, черепицу, формы земледелия, сорные травы, сбруи, экспертизы камней геологами... . И далее продолжал - словом, необходимо использовать все то, что было у человека, зависело от человека, служило человеку, выражало человека, обозначало присутствие его деятельности, его вкусы и формы его бытия.

Вряд ли стоит оспаривать тот факт, что в России предреволюционного, досоветского периода сложилось цельное и систематическое учение об источниках. И, пожалуй, главную роль в этом сыграл один из наиболее разносторонних историков конца XIX – начала XX века Александр Сергеевич Лаппо-Данилевский. Удивительно, что в равной степени он был замечательным историком, философом, юристом, экономистом, математиком. Научные заслуги ученого были должным образом оценены. Он стал профессором Санкт-Петербургского университета, в возрасте 36 лет был избран в действительные члены Императорской Академии Наук.

Несомненно, это был человек и исследователь европейского склада, хорошо знавший современную ему историческую и философскую мысль Германии, Франции, Англии, старавшийся развивать и творчески применять ее в своей научной деятельности. Будучи западником, он считал Россию европейской страной, проходящей сложный путь становления своей культуры и науки.

С 1906 г. в Санкт-Петербургском университете был введен обязательный курс "Методологии истории", который поручили читать Александру Сергеевичу. Видимо, в ходе преподавания были апробированы и отточены взгляды его на источник, позже изложенные в фундаментальном труде «Методология истории»(1910-1913). Можно сказать, что исследователь создал оригинальное, во многом новаторское учение об источниках и практически доказал его научную состоятельность.

Действительно, занимаясь отечественной историей, А.С.Лаппо-Данилевский изучал самые разные источники – летописи, законы, акты, статистику, воспоминания. И на практике показал, как работают его теории, подходы, способы исследования, изложенные в «Методологии истории». Вообще, несомненно, что ученый создал научную школу, идеи которой поддержали и стали применять многие историки, правоведы, юристы России и Запада.

А.С.Лаппо-Данилевский представил свое видение исторического источника. По его мнению, это всякий реализованный продукт человеческой психики, пригодный для изучения фактов с историческим значением. Для понимания источниковедческой концепции историка важно и такое его высказывание – каждый источник есть индивидуализированный результат творчества данной общественной группы или данного лица.

Таким образом, ученый воспринимал источник как результат человеческой деятельности, и считал, что он способен отразить жизнь лишь субъективно, сквозь призму своей психологии. Александр Сергеевич был представителем исторического идеализма, т.е. такой трактовки истории, которая ее движущую, творческую силу видит в человеческом сознании, в духовной стороне жизни.

Носителем этого движения и развития, считал историк, является человеческая личность, проявляющая себя в индивидуальном и коллективном. Поэтому в основу изучения источников он ставил принцип признания чужой одушевленности и связанную с ним процедуру психологического истолкованию изучаемых текстов – интерпретацию.

Надо признать, что теория источниковедения А.С.Лаппо-Данилевского, предложенные им способы изучения источников до сих пор сохраняют свою актуальность и востребованы в исторической науке и в гуманитарном знании в целом. А в свое время отечественные и западные исследователи хорошо знали его взгляды и оценивали их весьма высоко. В частности, Шарль-Виктор Ланглуа в одном из писем А.С.Лаппо-Данилевскому писал, что считает его, лучшим, самым знающим историком науки.

К сожалению, в советской историографии на многие годы закрепилось равнодушное, и даже негативное отношение к методологическим изысканиям ученого. Сообразно политическим тенденциям времени, он осуждался как буржуазный историк и источниковед. Однако справедливость восторжествовала и в современной отечественной науке, несомненно, ощущается интерес к личности и книгам этого уникального и высокопрофессионального историка.

Вообще, в разные годы советского периода источниковедение, в том числе и в плане поиска определений исторического источника, развивалось по-разному. Пожалуй, до конца 1920-х годов еще сохранялась определенная преемственность молодой советской науки с западной и отечественной дореволюционной. Однако вскоре сообразно политической ситуации и идеологии того времени многие научные связи были прерваны. Наступило время изоляции и самоизоляции, что в целом негативно сказалось на уровне развития источниковедения и вообще гуманитарного знания.

Но наука не существует на пустом месте и при всех негативных условиях и тенденциях все же вольно или невольно опирается на достижения предшественников. Поэтому в качестве определения понятия «исторический источник» и в советское время использовались такие термины как «материалы», «фактические материалы», «остатки», «следы прошлого».

В 1930 году историк Г.П.Саарв своей работе «Источники и методы исторического исследования» привел новое более широкое понятие источника. Выглядело оно так – материалы, по которым мы можем изучать прошлое человеческого общества, называются историческими источниками.

Далее следовало существенное дополнение, с современной точки зрения несколько политизированного толка – если говорить об исторических источниках вообще, то все, созданное человеческим обществом, как в области материальной культуры, так и идеологии, является историческими источниками. В дальнейшем Г.П.Саар уточнил и дополнил свое определение, отметив, что стоит включать в число источников географические условия, климат, почву, социальные болезни и т.д. Конечно, подобное понимание однозначно можно отнести к числу расширительных трактовок источника.

Через год, в 1931 г. вышла книга автора С.Н.Быковского«Методика исторического исследования», где он отважился дать свое видение источника. На наш взгляд, для определения оно несколько многословно, но с содержательной и поисковой точки зрения довольно интересно. По мнению этого советского историка, историческим источником «вообще» или историческим источником в широком смысле служит всякий памятник прошлой жизни. В более узком и специальном смысле источником следует считать памятник прошлой жизни, независимо и хронологически впервые, по сравнению с другими, дошедшими до нас памятниками, отражающий тот или иной исторически факт, событие или явление или же, хотя бы какую-либо деталь исторического факта, события или явления.

Историк, оценив всю сложность и многообразие источников, попытался разграничить понятие источника и события, источника и первоисточника, то есть материала, появившегося в момент или очень близко к событию. Это важные и принципиальные замечания учитывают особенности источников, несомненно, влияющие на отношение исследователей к ним. Таким образом, при всей политико-идеологической несвободе, царившей в исторической науке, были исследователи, внесшие свой ощутимый вклад в теорию и практику источниковедения.

Известный историк Борис Дмитриевич Греков,в 1934-37 гг. читавший лекции по русской истории на историческом факультете Ленинградского государственного университете, сделал определенный шаг вперед в уточнении термина «источник». Он пояснил, что исторический источник в широком понимании термина – это буквально все, откуда мы можем почерпнуть сведения об интересующем нас предмете, т.е. все, что служит средством исторического познания. Будет ли это письменный документ или предание, или вещественный памятник – все равно, раз он используется нами в качестве средства для изучения – это будет исторический источник.

Пожалуй, наиболее распространенным и популярным в отечественной науке 1940-70-х годов, стало определение источника, предложенное крупным советским историком Михаилом Николаевичем Тихомировым.Он был академиком АН СССР, профессором Московского государственного университета, заведующим кафедрой источниковедения, деканом исторического факультета. Область его научных интересов была чрезвычайно широка. Это история России с древнейших времен до XIX века, целый ряд вспомогательных исторических дисциплин, а также источниковедение.

М.Н.Тихомиров читал курс лекций по источниковедению для студентов МГУ, результатом которого стал учебник «Источниковедение истории СССР» в двух томах, первое издание которого появилось в 1940 году. Затем от неоднократно переиздавался. В первом томе содержался обзор отечественных письменных источников с древнейших времен до конца XVIII века, во втором - критика источников XIX века.

Конечно, автор не мог обойти вниманием теоретические проблемы источниковедения, включая вопрос об определении исторического источника. Первый том учебника он начинает именно с этого. По словам историка, под историческим источником понимают всякий памятник прошлого, свидетельствующий об истории человеческого общества. Историческими источниками служат рукописи, печатные книги, здания, предметы обихода, древние обычаи, элементы древней речи, сохранившиеся в языке, и т. д. — одним словом, все остатки прошлой исторической жизни.

С подачи Михаила Николаевича в работах тех лет для определения источника утвердился термин «памятник», конечно, в обобщающем смысле данного слова. Да и слово «остатки» тоже стало часто встречаться в размышлениях и рассуждениях ученых.

В 1960-70-е годы XX в. целый ряд историков и философов обратились к проблеме источника. Среди них были известные к тому времени исследователи В.И.Стрельский, С.М.Каштанов, М.А.Варшавчик, А.П.Пронштейн, С.О.Шмидт, Л.Н.Пушкарев и другие. Последний в 1975 году написал монографию «Классификация русских письменных источников по отечественной истории», в которой не только рассмотрел вопрос о классификации источников, но проанализировал и само понятие «исторический источник».

Л.Н.Пушкаревым был четко сформулирован ряд важных положений, раскрывающих социальную природу источника и обсуждавшихся в то время в науке. Вот некоторые из них. Каждый источник представляет собой сложное общественное явление. Это объект, созданный человеком на основе субъективных личных образов реального объективного мира.

Отличительная черта источника – непосредственное отражение действительности. То есть между источником и реальной действительностью стоит только сознание автора источника. Любой источник, отображая действительность, сам является ее частью. Это означает, что он не только содержит в себе сведения о фактах, но и сам всегда и одновременно является историческим фактом.

Историки, а тем более источниковеды, разрабатывающие теорию источника, всегда осознавали, что его важнейшее свойство и главное качество – информационность. Источник – носитель информации. Задача же историка состоит в том, чтобы научиться извлекать эту информацию, используя разные способы, определенные методы.

Особое внимание на проблему информационности источника исследователи обратили в 1980-е годы. Соответственно и в свое понимание источников стали включать информационный ракурс. В то время в исследовательской и учебной литературе чаще всего использовались определения предложенные Александром Павловичем Пронштейном,профессором Ростовского университета, и доктором исторических наук, известным источниковедом Варшавчиком Марком Акимовичем.

А.П.Пронштейн в своей книге «Источниковедение в России: Эпоха феодализма» утверждал, что историческим источником можно считать все продукты деятельности людей, которые содержат в себе информацию о реальной жизни общества в единстве непосредственного и опосредованного отражения; свидетельствуют о закономерном процессе развития человеческого общества; и, будучи вовлечены в сферу исторического исследования, служат средством исторического познания.

Определение, данное М.А.Варшавчиком, сформулировано несколько проще, но от этого оно, на наш взгляд, только выигрывает – исторический источник это материальный носитель исторической информации, возникший как продукт определенных общественных отношений и непосредственно отражающий ту или иную сторону человеческой деятельности.

Слово «материальный» в данном случае означает, что источником является только объект, доступный для наблюдения, стабильный и суверенный, то есть отдаленный от исследователя и не зависящий от него. Акцент на то обстоятельство, что любой источник отражает «ту или иную» сторону жизни и деятельности также крайне важен.

Историк подчеркивает здесь, что в силу своей природы источники фрагментарно фиксируют реальность. И только взятые в совокупности и тем более логично и качественно отобранные под изучение какой-либо проблемы они могут показать системную, цельную картину события, явления или процесса. И важнейшая задача исследователей, в том числе и студентов, пишущих курсовые и дипломные работы, формировать емкую и разностороннюю источниковую основу изучения своей проблемы.

В 90-е годы XX века преподаватели Московского государственного историко-архивного института (МГИАИ) во главе с О.М.Медушевской и С.О.Шмидтом осуществили толкование понятия «исторический источник» с культурологической и расширительной позиций.

Суть этих подходов уж раскрывалась нами. Здесь же еще раз напомним, что каждый из этих подходов имеет своих предшественников. И это тем более очевидно, если проследить, как западные и отечественные исследователи вырабатывали и трактовали понятие исторического источника в соответствии со своими взглядами и убеждениями.

 

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.