Сделай Сам Свою Работу на 5

Глава 1. Зарождение воспитания и педагогического мышления

Общий взгляд

 

Осмысление воспитания как особого вида человеческой деятельности началось 35-40 тыс. лет назад, при постепенном приспособлении древних людей к существовавшему порядку вещей. Педагогическое мышление приобретало качественно иные, социальные черты.

Жизнь и воспитание первобытного человека были весьма примитивными. Смысл существования предков человека предопределялся их миросозерцанием. Природа воспринималась как нечто живое, наделенное сознанием. Стихийно возникшие цели воспитания представляли подготовку к простейшему существованию и осознанию мира как анимистического феномена. Зачатки педагогической мысли находились только на уровне обыденного сознания и сливались с практическим воспитанием, проявляясь в традициях и фольклоре.

Воспитание зародилось в интегративно-синкретическом виде, как физическое, умственное и нравственно-эмоциональное взросление. Воспитание предков человека и первобытных людей выглядело бессистемным, спонтанным; его содержание и приемы усложнялись по мере обогащения общественного опыта и сознания. Поначалу воспитание не являлось особой функцией, а сопутствовало передаче жизненного опыта.

Выделение человека из животного царства сопровождалось постепенным переходом к сознательной передаче опыта собирательства и охоты. Древнему человеку следовало быть сильным, выносливым, хорошо знать съедобные растения, рельеф местности, повадки животных. Мощным средством передачи опыта собирательства и охоты сделалась возникшая у людей речь как инструмент коммуникации. Мало-помалу воспитание стало пониматься как особый вид деятельности в повседневной борьбе за выживание.

Осознание воспитания как особого вида деятельности формировалось в процессе эволюции материальных связей между людьми первобытной эпохи. Желание поддерживать такие связи с помощью передачи опыта от человека к человеку, от поколения к поколению побуждали превращать воспитание в отдельную функцию, удовлетворяющую потребности общения. Постепенное усложнение примитивного труда, интенсификация производственного опыта приводили к развитию воспитания. Следовало обеспечить адекватную организацию усвоения опыта. Без помощи старших дети таким опытом овладеть не могли.



На заре истории особенностью человечества явилось групповое, коллективное воспитание. Воспитание в примитивных сообществах готовило всех одинаково. Единственными и почти абсолютными ориентирами дифференциации воспитания были пол и возраст. Воспитание определялось общинным образом жизни, питало и укрепляло этот способ существования. С появлением человека современного физического типа в генезисе педагогического мышления начался новый этап. В нем все более усиливалась социальная заданность.

Семейно-сословное воспитание

 

В 9-8-м тысячелетиях до н.э. в разных регионах мира, в частности в Малой, Передней и Средней Азии, впервые происходит социальное и имущественное расслоение людей. Основной социальной ячейкой становится семья. Это качественно изменило заданность воспитания, которое стало превращаться из всеобщего, равного, контролируемого общиной в сословно-семейное. Дети воспитывались на примере родителей, которые принадлежали к разным группам общины (вожди, жрецы, воины, остальные общинники). Представления о воспитании у различных страт все больше различались. В семьях элиты увеличивается срок детства и соответственно усиливается воспитательное воздействие на подрастающие поколения.

Понимание смысла и способов воспитания

 

Дети со слов родителей путем подражания воспринимали опыт и информацию предшественников, что оценивалось как таинство и волшебство. Действиям, связанным с воспитанием, придавался сакральный смысл.

У африканских готтентотов, например, мать произносила над ребенком колдовские заклинания, чтобы тот рос сильным и ловким охотником. Магический характер имели нравственные назидания. Так, у австралийских туземцев ребенка слегка били жареной многоножкой по ноге и приговаривали: «Будь добрым, не бери чужого».

Люди первобытной эпохи постепенно накапливали запас дидактических приемов. Приемы вырабатывались под влиянием условий жизни, и поэтому первоначальные формы и методы воспитания носили примитивный, неосознанный характер. Детям показывали, что и как делать: как владеть палкой, выделывать шкуру убитого животного, находить и собирать съедобные растения и пр. Основным приемом эмоционально-психологического воздействия взрослых на детей было механическое повторение.

Шло время, и человек от приспособления к окружающему миру все более переходил к воздействию на него. По мере усложнения жизнедеятельности меняются задачи и приемы передачи социального опыта. Появляются люди, имеющие опыт организованного воспитания, — старейшины, священнослужители. Они владели навыками обучения трудовой деятельности, передачи установленных общиной запретов.

В первобытных общинах охотников и собирателей сроки детства и воспитания были непродолжительными — от 9 до 11 лет. Самых маленьких отдавали под присмотр женщин, которые обучали первым навыкам трудовой деятельности. Дети много играли, имитируя жизнь взрослых. Взрослея, мальчики все больше времени проводили с мужчинами, приобщаясь к охоте, рыболовству и другим промыслам. Девочки-подростки учились у соплеменниц ведению домашнего хозяйства.

Постепенно менялись нормы взаимоотношений детей и взрослых. В раннюю первобытную эпоху воздействие воспитания было минимальным. Поначалу маленьким членам общины в поведении предоставлялась значительная свобода. Наказания не были строгими. В худшем случае это могли быть шлепки или угрозы физического наказания, например удар палкой по следу ребенка в его присутствии. Но первобытное воспитание не было и не могло быть идиллическим, поскольку люди жили в сложных, тяжелых условиях борьбы за выживание. В дальнейшем расслоение общины и социальные антагонизмы ужесточили воспитание. Физические наказания стали рассматриваться как естественная необходимость.

На исходе первобытно-общинного периода традиция коллективного воспитания привела к появлению своеобразных Домов молодежи для детей и подростков. По сути это были предшественники учебно-воспитательных учреждений, организованные для подготовки общественного человека, передачи трудовых навыков, умений, знаний, обрядов. Основной формой воспитания оставались совместные игры и занятия. Характер деятельности, состав воспитанников и наставников в домах молодежи постепенно менялись. В условиях матриархата все дети до 7-8 лет (мальчики и девочки) воспитывались совместно под присмотром женщин, в более старшем возрасте — раздельно. При патриархально-родовом укладе дома молодежи становятся раздельными для мальчиков и девочек. Воспитание мальчиков полностью переходит к старейшинам и жрецам. По мере имущественного расслоения, на стадии разложения патриархальной общины появляются отдельные дома молодежи для рядовых членов общины и ее элиты. Подобные заведения, например, существовали у племен ацтеков и майя (Америка), майори (Новая Зеландия).

Важным проявлением педагогического мышления в первобытном обществе явились инициации — посвящения подростков 10-15 лет во взрослые. Инициация проводилась в виде религиозного действа и сопровождалась традиционными песнопениями и танцами, магическими заклинаниями, ритуалами. Ей приписывалась таинственная сила. Программа инициации для мальчиков включала усвоение знаний и практических умений, необходимых охотнику, земледельцу, воину и т.д., программа для девочек — овладение навыками ведения домашнего хозяйства. Свои наставления наставники подкрепляли ударами, щипками, уколами.

 

Глава 2. Воспитание и обучение на Древнем Востоке

 

Общий взгляд

 

Начало истории педагогической мысли восходит к цивилизациям Древнего Востока, зарождение которых относится к 4-му тысячелетию до н.э. Исчезновение примитивных сообществ в различных регионах мира оказалось многовековым, исторически длительным. Наряду с новыми способами социализации подрастающего поколения сохранялись и старые формы воспитания. Главными носителями идеалов воспитания и обучения становились семья, государство и церковь. В древнейших цивилизациях, пришедших на смену архаичным союзам племен, воспитание и обучение считались преимущественно семейным делом. В эпоху перехода от общинно-родового строя к рабовладению в древних цивилизациях Востока сохранялись и видоизменялись прежние традиции семейного воспитания.

Взгляды на воспитание в древнейших государствах Ближнего и Дальнего Востока развивались под воздействием экономических, социальных, культурных, этнических, географических и других факторов. Хотя хронологически развитие этих цивилизаций не совпадало и существовали они изолированно друг от друга, тем не менее им были присущи сходные структуры, в том числе в сфере воспитания и обучения. Убедительным подтверждением этого служат возникшие в 3-2-м тысячелетиях до н.э. цивилизации в Америке.

Начавшееся на исходе первобытной истории отделение умственного труда от физического вызвало появление специальности учителя, который был хранителем и «ретранслятором» педагогических идей.

Педагогическая мысль Древнего Востока развивалась в логике эволюции культурных, нравственных, идеологических ценностей. Человек формировался в рамках жестких социальных регулятивов, обязанностей и зависимости. Идея человеческой индивидуальности была развита крайне слабо. Личность растворялась в семье, касте, социальной страте. Отсюда и упование на суровые формы и методы воспитания.

Развитие педагогической мысли, в конечном счете, отвечало экономическим, культурным, политическим запросам общества. Эти запросы менялись, а с ними менялось и отношение к содержанию, методам воспитания и обучения. Однако педагогические подходы изменялись крайне медленно. Они закрепляли традицию скудного и узкоспециального образования. Возникнув как результат развития общества, педагогическая мысль постепенно становилась стимулом прогресса.

Цивилизации Древнего Востока дали человечеству бесценное наследие, без которого трудно представить дальнейшую мировую истории педагогики: были предприняты первые попытки осмыслить сущность воспитания и образования. Педагогическая мысль Древнего Востока повлияла на генезис воспитания и обучения в более поздние времена.

Дома табличек»

 

Возникшие ранее 3-го тысячелетия до н.э. и сменявшие друг друга вплоть до 100 г н.э. государства в междуречье Тигра и Евфрата (Шумер, Аккад, Вавилон, Ассирия и др.) имели достаточно стабильную и жизнестойкую культуру. Здесь успешно развивались астрономия, математика, агротехника; были созданы оригинальная письменность, система музыкальной записи, процветали различные искусства. В древних городах Месопотамии разбивали парки, бульвары, прокладывали каналы, воздвигали мосты, строили дороги, роскошные дома для знати. В центре города возвышалось культовое здание-башня (зиккурат).

Первые учебные заведения появились в городах Месопотамии в 3 тысячелетии до н.э. в связи с потребностью хозяйства и культуры в грамотных людях — писцах. Они находились на высокой ступени социальной лестницы. Первые заведения, где готовили писцов, получили название Домов табличек (по-шумерски — эдуббы), так как именно на глиняные таблички наносилась клинопись. Письмена вырезали деревянным резцом на сырой табличке, которую затем обжигали. Первые школьные таблички относятся к 3-му тысячелетию до н.э. С начала 1-го тысячелетия до н.э. писцы стали пользоваться деревянными табличками. Их покрывали тонким слоем воска, на котором выцарапывали письменные знаки.

Эдуббы возникли, очевидно, сначала в семьях писцов, затем — при храмах и дворцах. Воссоздать картину школьного образования того времени помогают клинописные глиняные таблички, найденные археологами в развалинах древних дворцов, храмов, библиотек. Древние анналы, летописи, законодательства позволяют судить об уровне культуры и образования цивилизаций Двуречья.

Образовательные учреждения впитали традиции патриархально-семейного, ремесленного воспитания и ученичества. Семейно-общинный уклад обучения и воспитания сохранялся на протяжении всей истории древневосточных цивилизаций. В «Законах» вавилонского царя Хаммурапи (1750 г. до н.э.) подчеркнуто, что воспитание является родительским долгом. Как следует из «Законов», за подготовку сына к жизни и обучение его ремеслу ответственность нес прежде всего отец.

Вначале организованное обучение служило только для подготовки писцов, позднее эдуббы, превращаясь в центры культуры и просвещения, стали приобретать определенную автономию. При них возникали крупные книгохранилища, например библиотеки в городах Ниппгур (2-е тысячелетие до н.э.) и Ниневии (1-е тысячелетие до н.э.). В фондах насчитывались десятки тысяч табличек.

Первые эдуббы были небольшими учреждениями с одним учителем. Обычно ученики жили дома. В обязанности учителя входило управление школой и изготовление табличек-моделей, которые ученики заучивали и переписывали в таблички-упражнения. В крупных «Домах табличек» имелись особые учителя письма, счета, рисования и др. В таких учебных заведениях мог быть специальный управитель, следивший за порядком и дисциплиной. Обучение было платным. Размер платы зависел от авторитета учителя. Чтобы заручиться дополнительным вниманием педагога, родители делали ему подношения.

Основным методом воспитания в школе, как и в семье, являлся пример старших. В одной из глиняных табличек, например, содержится обращение отца, в котором глава семьи призывает сына-школьника следовать благим образцам сородичей, друзей и мудрых людей. Быт и учеба «Дома табличек» напоминали жизнь большой семейной общины. Возглавлял эдуббу отец-учитель; остальные учителя именовались братьями отца. Сами ученики делились на младших и старших детей эдуббы.

Обучение предусматривало подготовку к ремеслу писца. Ученикам надлежало научиться профессионально готовить глиняные таблички, освоить систему клинописи. За годы учения они должны были изготовить полный комплект табличек с заданными текстами. Универсальными приемами обучения являлись заучивание и переписывание. Урок (мугубба) состоял в запоминании и копировании табличек-моделей в таблички-упражнения. Необожженные таблички-упражнения корректировал преподаватель. В позднюю эпоху иногда выполняли упражнения типа диктантов. В основе методики обучения лежало, таким образом, простое многократное повторение, запоминание словарных слов, терминов, текстов, задач и их решений.

Зарождались и другие методы обучения: беседы, разъяснение трудных слов и текстов. Использовался прием диалога-спора, причем не только с преподавателем или однокашником, но и с воображаемым оппонентом. Ученики делились на пары и под руководством учителя утверждали и опровергали что-либо. Вот как преподаватель предлагает ученику вести беседу: Я желаю спрашивать тебя, поэтому говори со мной. Я желаю говорить с тобой, поэтому отвечай мне. Если ты не будешь спрашивать меня, то я спрошу тебя. Если ты не будешь отвечать мне, то я спрошу: «Почему ты не отвечаешь мне?..».

О том, каким был школьный уклад и каким его хотели видеть, говорят таблички, найденные на развалинах Ниневии — столицы Ассирии. В них говорилось: «Истинный писец не думает о хлебе насущном, а сосредоточен на своем труде. Прилежание выводит ученика на дорогу богатства и благополучия». Другой клинописный документ (2-е тысячелетие до н.э.) позволяет восстановить учебный день обучавшихся в эдуббе. Вот как об этом говорится:

- Школьник, куда ты ходишь ежедневно?- спрашивает учитель.

- Я хожу в школу, - отвечает ученик.

- Что ты там делаешь?

- Я делаю свою табличку. Ем завтрак. Мне задают устный урок. Мне задают письменный урок. Когда занятия кончаются, я иду домой и вижу своего отца. Я рассказываю отцу о моих уроках, и отец мой радуется.

- Когда я просыпаюсь утром, то вижу свою мать и говорю ей: «Скорей дай мне мой завтрак».

- Я иду в школу, В школе надзиратель спрашивает: «Почему ты опаздываешь?» Испуганный и с бьющимся сердцем вхожу я к учителю и кланяюсь ему почтительно.

Процесс обучения в «Домах табличек» был сложным и трудоемким. Вначале учили читать, писать и считать. Следовало запомнить множество клинописных знаков. Постепенно ученик переходил к заучиванию поучительных историй, сказок, легенд, приобретал запас практических знаний и умений, необходимых для строительства различных сооружений, составления торговых, правовых и иных деловых документов. Обученный в «Доме табличек» становился обладателем своего рода интегрированной профессии..

Программа обучения была по преимуществу светской. Изучались два языка: аккадский и шумерский. К первой трети 2-го тысячелетия до н.э. шумерский язык перестал быть средством общения и изучался как язык науки и культов. Выпускник эдуббы должен был знать арифметические действия, хорошо владеть письмом, искусством пения и музыки, уметь выносить разумные, обоснованные суждения, разбираться в ритуалах жертвоприношений. Кроме того, он должен был уметь измерять земельные участки, делить имущество, разбираться в тканях, металлах, растениях, понимать язык жрецов, пастухов и ремесленников.

Некоторые «Дома табличек» становились своеобразными культурно-просветительскими центрами. Появляется специальная учебная литература для школ. Так, таблички с первыми методическими пособиями — словарями и хрестоматиями, изготовленные в Шумере в 3-м тысячелетии до н.э., содержали поучения, наставления, назидания, выраженные в фольклорной форме, что должно было облегчить процесс обучения.

В период расцвета древнего Вавилонского царства (первая половина 2-го тысячелетия до н.э.) ведущую роль в образовании выполняли дворцовые и храмовые эдуббы. Они нередко располагались в культовых зданиях — зиккуратах, имели множество помещений для научных и учебных занятий, хранения табличек. Подобные комплексы именовались Домами знаний.

Образование становится достоянием не только знати и духовенства. Получают распространение частные учебные заведения для средних социальных слоев. Об этом свидетельствуют подписи торговцев и ремесленников на различных документах того времени.

Наибольшее распространение эдуббы получили в ассирийско-нововавилонскую эпоху (1-е тысячелетие до н.э.). В связи с развитием хозяйства и культуры, разделением труда в школах усложнялась программа обучения и преимущество получала специализация. В программу эдуббов входили занятия философией, литературой, музыкой, историей, геометрией, правом, географией. Особое внимание уделялось обучению математике. Образованные люди были знакомы с логарифмами, извлечением квадратного и кубического корней. На высоком уровне обучали врачеванию. В пособиях содержались сведения о диагнозах и способах лечения множества болезней. Медицина изучалась и как отрасль магико-религиозных культов. Появились эдуббы для девушек из знатных семей. Их обучали письму, религии, истории, математике.

Продолжало распространяться обучение при библиотеках. Писцы занимались здесь записями и сбором табличек на различные темы. Об объеме работы писцов свидетельствует библиотека в Ниневии (VI в. до н.э.), где найдено до 24 тыс. клинописных табличек.

Школы писцов в Египте

 

Первые сведения об организованном обучении древних египтян относятся к 3-му тысячелетию до н.э. Воспитание было призвано перевести ребенка, подростка, юношу в мир взрослых. На протяжении тысячелетий в долине Нила складывался определенный психологический тип личности. Идеалом древнего египтянина считался немногословный, стойкий к лишениям и ударам судьбы человек. Базой такого идеала было обучение и воспитание.

Доступ к системным знаниям, которые, как сказано в древнем источнике, следовало связать в единый узел, открывался лишь привилегированному меньшинству.

Воспитание отражало характер взаимоотношений детей с родителями. Эти взаимоотношения строились на равноправной основе. К обучению мальчиков и девочек относились одинаково.

Согласно верованиям египтян сыновья и дочери, совершив погребальный обряд, могли дать родителям новую жизнь. Выполняя родительский долг наставника, египтянин считал, что поступает праведно и обеспечивает себе счастливое существование в загробном мире. Египтяне верили, что после смерти человека боги на одну чашу весов кладут его душу, а на другую «кодекс поведения» (маат). Если чаши уравновешивались, умерший мог начинать новую жизнь в загробном царстве. В духе подготовки к загробной жизни составлялись и обращенные к детям поучения. Они служили стимулом для формирования нравственности и отражали идею необыкновенной значимости воспитания и обучения. (Подобен каменному идолу неуч, кого не обучал отец.) Принятые педагогические приемы соответствовали целям и идеалам воспитания и обучения.

Ученику надлежало прежде всего научиться слушать и слушаться. В ходу был афоризм «Послушание — это наилучшее у человека». Учитель обыкновенно обращался к ученику с такими словами: «Будь внимателен и слушай мою речь; не забудь ничего из того, что говорю я тебе». Наиболее эффективным способом достижения повиновения считались физические наказания. Девизом были слова, записанные в одном из древних папирусов: «Дитя несет ухо на своей спине, нужно бить его, чтобы он услышал».

Безоговорочный и абсолютный авторитет отца, наставника был освящен многовековыми традициями. Приверженец таких традиций, автор «Поучения гераклеопольского царя» (XIII в. до н.э.) писал: «Всегда следуй отцам и предкам своим». С этими традициями был тесно связан обычай передачи профессии по наследству.

Нравственное воспитание осуществлялось по преимуществу через заучивание морализаторских наставлений типа: «Лучше уповать на человеколюбие, нежели на золото в сундуке»; «Лучше есть сухой хлеб и радоваться сердцем, нежели быть богатым, но познать печаль». Запись, чтение и запоминание подобных наставлений были отнюдь не простым делом, поскольку они изображались иероглифами на языке, все более отличавшимся от живой речи.

Как ни был силен консерватизм древнеегипетской цивилизации, ее идеалы и цели воспитания постепенно пересматривались. Свиток, относящийся к 1-му тысячелетию до н.э., свидетельствует, что уже тогда появились различия в понимании того, каким надлежит быть человеку. Автор явно осуждал тех, кто отходил от традиционной покорности и пассивности. Он писал, что такие люди уподобляются растению, лишенному тепла и воды.

Целью обучения была подготовка к профессии, которой традиционно занимались члены семьи. Семья являлась первичным звеном обучения. Свою профессию передавали детям жрецы, музыканты, ремесленники и т.д. Ремесленники при обучении использовали порой детские игрушки: модели земледельческих орудий, мельниц, кузниц и пр. Военное дело находилось вне строго специального сословно-профессионального обучения. Будущих воинов учили владеть оружием, особыми упражнениями развивали их силу, выносливость, ловкость.

Владение грамотой и профессия писца рассматривались как залог социального благополучия. В папирусах довольно часто встречаются высказывания такого типа: «Смотри, нет другой должности, кроме должности писца, где человек всегда начальник».

Получение образования требовало немалого труда. Занятия шли с раннего утра до позднего вечера. Нерадивых сурово наказывали. Попытки нарушить аскетический режим беспощадно пресекались. Чтобы достичь успеха, школьники должны были жертвовать мирскими радостями. В одном из папирусов, где учитель наставляет нерадивого ученика, есть запись: «Вставай на свое место! Книги уже лежат перед твоими товарищами. Читай прилежно книгу. Люби писание и ненавидь пляски. Целый день пиши и читай ночью. Не проводи дня праздно, иначе горе твоему телу. Спрашивай совета того, кто знает больше тебя. Мне говорят, что ты забрасываешь ученье, ты предаешься удовольствиям, ты бродишь из улицы в улицу. Я свяжу твои ноги, если ты будешь бродить по улицам, и ты будешь избит гиппопотамовой плетью».

Учебные заведения возникали при храмах, дворцах царей и вельмож. Обучали в них с 5 лет. Поначалу ученик должен был научиться правильно и красиво писать и читать, затем — составлять деловые бумаги. Для овладения грамотой следовало запомнить не менее 700 иероглифов, различать беглое, упрощенное и классическое письмо. В итоге ученик осваивал деловой стиль для светских нужд и уставный стиль для составления религиозных текстов.

В эпоху Древнего царства (3-е тысячелетие до н.э.) еще писали на глиняных черепках, коже и костях животных. Но уже в эту эпоху появилась бумага — папирус из болотного растения того же названия. Позже папирус становится основным писчим материалом. Имелся своеобразный письменный прибор: деревянная чашечка для воды, дощечка с углублениями для краски из сажи и охры и тростниковая палочка для письма. Почти весь текст писали черной краской. Красную краску применяли для пунктуации и выделения главных фраз. Папирусы использовали многократно. Перед очередным употреблением с них смывали ранее написанное. Писцы ставили в папирусе число, месяц, день, год данного урока. Существовали свитки-пособия, которые переписывали и заучивали.

На первоначальной стадии обучения особенно заботились об отработке техники изображения иероглифов. Затем большое внимание уделялось содержанию текстов. На последующем этапе обучали красноречию, что считалось наиважнейшим для писца качеством: «Речь сильнее оружия»; «Речь спасает, но может и погубить».

В ряде школ обучали математике, географии, астрономии, медицине, языкам других народов. Передавали знания, которые могли понадобиться для расчетов при строительстве каналов, храмов, пирамид, для определения количества урожая, астрономических вычислений, использовавшихся, в частности, при прогнозах разлива Нила. Географии часто обучали в сочетании с геометрией, чтобы научиться рисовать план местности. Постепенно специализация обучения усиливалась. Так, в V в. до н.э. появляются школы врачевателей. К тому времени были накоплены знания и сделаны учебные пособия по диагностике и лечению почти полусотни различных болезней.

Особое место занимали царские школы, где дети знати учились вместе с детьми фараонов и их родственников. В таких школах особое внимание уделялось переводу на живой язык древнейших текстов.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.