Сделай Сам Свою Работу на 5

История ответственности за доведение до самоубийства в российском уголовном законодательстве.

Для более подробного изучения вопроса об ответственности за доведение до самоубийства необходимо обратиться к истории российского уголовного законодательства. История уголовного законодательства России имеет тесную связь с экономическими и политическими процессами, происходившими в стране в определенный период времени. Периоды развития уголовного законодательства совпадают с этапами развития российского государства. История российского уголовного законодательства может быть разделена на три периода: уголовное законодательство досоветского периода; советское уголовное право; постсоветское уголовное право. Предлагаем рассмотреть данный вопрос, разбив его на периоды: досоветский, советский и постсоветский.

В досоветском периоде в уголовном праве преобладало объективное вменение. К доведению до самоубийства относились так же, как к убийству особого рода, в котором исполнитель и потерпевший имели один смысл. Г.В.Ф. Гегель в связи с этим отмечал, что отчуждение жизни или жертвование ею есть действие, скорее противоположное наличному бытию. Смерть должна быть встречена извне как естественное явление или произойти на службе идее от чужой руки. Если государство требует жизни индивида, он должен отдать ее, но имеет ли человек право сам лишить себя жизни[1]? Значительным правовым актом становится "Запись о душегубстве". В котором под душегубством понималось не только убийство в чистом виде, но и самоубийство и даже смерть в результате несчастного случая (без покаяния в грехах)[2]. В данный период основным законом Древней Руси, который устанавливал ответственность за совершение преступлений, являлась Русская Правда, но в ней доведение до самоубийства не получило четкой регламентации. В IX - XVI вв., в период действия Судебников 1497, 1550 и 1589 года, а также Соборного Уложения 1649 года, отсутствовали уголовно- правовые нормы, которые прямо предусматривали уголовную ответственность за доведение до самоубийства.

Во время правления Петра I уголовное законодательство получило развитие в связи с обострениями между различными социальными группами. Решать вопросы с помощью Уложения 1649 года становилось все труднее и поэтому сам Петр I принимал активное участие в создании новых уголовно-правовых норм[3]. Артикул воинский 1716 года опять же не напрямую отразил доведение до самоубийства. Согласно арт. 164[4], если кто сам себя убьет, то тело его должны были волочить по улицам до бесчестного место и закопать в нем. В случае если самоубийство не удалось, и причиной этому были: мучения и досада, беспамятство или стыд, то наказанием для солдата было гонение от полка с бесчестием или смертная казнь при иных причинах. В то время гонение было позорящее действие в отношении военнослужащих. Изначально устав был предназначен для военнослужащих, но в силу того, что общее уголовное законодательство на тот момент было несовершенным, то его нормы распространялись и на лиц гражданского состояния. Законом была предписана обязательность в каждом конкретном случае выяснения душевного состояния человека решившегося на самоубийство. Его содержание определяло решение вопросов о порядке и месте захоронения самоубийцы, определения наказания, в случаях покушения на самоубийство. Применялся индивидуальный подход к рассмотрению той или иной ситуации. В Морском уставе 1702 года, нормы направленные против самоубийц, еще более ужесточаются. Так в статье 107 данного устава говорится, что если кто-то будет, застигнут при попытки самоубийства, то он подлежит повешению на рее, а кто убьет себя того также следует повесить мертвым головой вниз. Ни надругательство над бездушным телом, ни силы духовного завещания, не могли удержать от самоубийства. Те, кто поддерживал наказание за самоубийство, придавали этому предупредительное значение, считая что, таким образом, можно бороться с ростом числа самоубийц.



С изданием Свода законов Российской Империи началась кодификация российского законодательства. Свод законов стал подготовительным этапом для составления Уложения «О наказаниях уголовных и исправительных». В 1845 году было принято Уложение «О наказаниях уголовных и исправительных», которое явилось на тот момент первым российским уголовным кодексом. В данном Уложении ответственность за преступления против жизни, здоровья, свободы и чести регулируется в 10 разделе. Глава 2 данного раздела устанавливает ответственность за склонение до самоубийства. Норма, предусмотренная ст.1946 Уложения, предусматривает ответственность «за склонение другого к самоубийству или же через доставление средств к тому, или иным каким-либо образом будет участвовать в совершении им сего преступления»[5]. На изменения правой оценки самоубийства в России XIX- начала XX в., повлияли активные исследования данного вопроса в области социально-негативного поведения учеными юристами России того времени. В результате их трудов, был поставлен вопрос о неправомерном уголовном наказании самоубийц в силу отсутствия в их действиях правонарушения, т.е. состава преступления, что и было учтено в Уложение в редакции 1885 г. (ст. 1475),а затем и в Уголовном Уложении 1903 года.

Таким образом, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, явилось первым российским нормативно-правовым, которое являлось на тот момент законодательством крепостного строя. Его положения были слишком громоздки, казуистичны, даже после судебной реформы 1864 года и внесенных значительных изменений в последующем не усовершенствовали нормы касающиеся доведения до самоубийства и Уложения в целом. Оно осталось архаичным и не соответствовало реалиям того времени. Все выявленные недостатки подтолкнули царское правительство к принятию решения о разработке нового Уголовного Уложения.

В период правления Николая II 22 марта 1903 года было принято Уголовное Уложение. Оно отличалось от предшествующих ему Уложений, в нем были учтены изменения, которые происходили в то время в Российской Империи, и оно преследовало цель усиления борьбы с революционным движением. В Уложении 1903, преступления, которые причиняют вред здоровью, собраны в главе 23 «О телесном повреждении и насилии над личностью». Именно оно отказалось от ответственности за самоубийство, рассматривая лишь ответственность за способствование самоубийству это статья 463 и доведения до самоубийства статья 462[6]. Это было связано с тем, что до 1900 года Россия по количеству самоубийств в процентном соотношении была ниже, чем остальные страны Европы. Из-за некоторых исторических и политических причин Уложение 1903 года так и полностью не вступило в силу. Но справедливо указать, что оно сыграло большую роль в последующем развитии российского уголовного законодательства.

Любопытный пример привела М.И. Покровская в своем докладе на публичном собрании клуба женской прогрессивной партии в 1914 г., как существующее на тот момент законодательство довело женщину до самоубийства:

"В январе нынешнего года в гостинице "Париж" города Петербурга, жена богатого архангельского купца Архипова отравилась. Она приехала в Петербург, чтобы возбудить дело о разводе с мужем. Последний прислал сюда телеграмму, с требованием возвращения жены к нему, хотя для этого пришлось бы применить высылку ее в Архангельск по этапу. Полиция явилась к ней, для выяснения этого вопроса. Боясь ареста, Архипова взяла бутылку с креозотом и выпила его"[7].

Советский период развития права, а том числе и уголовного, характеризуется принятием нескольких кодифицированных уголовных нормативно-правовых актов, действовавших в условиях различной социально-экономической, политической обстановки в государстве. Поэтому научный интерес представляет анализ конструкции состава преступления - доведения до самоубийства, в рассматриваемых далее законах. В советский период,как отмечает Поликарпова И.В., «уголовная политика характеризуется отказом от всеобъемлющей защиты прав и свобод человека и гражданина, на первый план выдвигается задача укрепления советской власти» [8]. Уголовный кодекс РСФСР был принят 26 мая 1922 года и явился первым уголовным кодексом РСФСР. В особенную часть УК 1922 года включалась глава 5, регулировавшая ответственность за совершение преступлений против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. В главу 5 входил раздел 1, предусматривающий ответственность за содействие или подговор к самоубийству. Ч.1 ст. 148 УК РСФСР 1922 года, предусматривала ответственностьза содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значение им совершаемого, или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовали[9]. Толкование указанной статьи позволяет нам установить следующие юридически важные аспекты. Во-первых, конструкция статьи выделяет такие способы доведения до самоубийства как содействие (которое можно понимать, как помощь в создании условий для реализации намерения другого лица лишить себя жизни) и подговор (как психологическое воздействие на сознание и волю другого лица с тем, чтобы оно лишило себя жизни). Во-вторых, под уголовно-правовую охрану УК РСФСР 1922 года подпадали лишь несовершеннолетние и лица, заведомо неспособные понимать свойства или значение им совершаемого, или руководить своими поступками (поскольку указанные категории были более подвержены воздействию на них со стороны других лиц в силу своего психического развития). В-третьих, ответственность лица за деяние, предусмотренное ст. 148 УК РСФСР 1922 г., наступала при условии, что содействие или подговор к самоубийству не привели к смерти лица, в силу прямого на то указания в диспозиции нормы. Логичным будет предположение, что в случае наступления смерти «потерпевшего» лица, ответственность другого лица, которое этому содействовало или подговорило к самоубийству, могла наступить по тем статьям УК РСФСР 1922 г., которые предусматривали ответственность за умышленное убийство (ст. 142, 143). В российском уголовном законодательстве норма, допускающая убийство по просьбе жертвы, функционировала достаточно краткий промежуток времени. В примечании к ст. 143 Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. говорилось, что лицо совершившее убийство по просьбе, не должно быть наказано[10]. По мнению Г.В. Швекова, в примечании отразились ложные понимания, а не реальные принципы социалистического гуманизма, так как настоящее человеколюбие и логичное выполнение отражаемого в законе принципа неприкосновенности личности бесспорно требуют провозглашения недопустимым, любого преступного случая противоправного лишения жизни другого лица, независимо от мотивов которыми руководствовался виновный[11]. Как полагал И.И. Карпец, благодаря этому в законодательстве была допущена противоположность – анализируемое действие стало рассматриваться как простое убийство, примером послужил случай, когда яд подавался врачом безнадежному больному из сострадания по просьбе последнего, то речь должна идти о смягчающих обстоятельствах[12]. Пионтковский А.А. считает, что практическое применение этой нормы претерпела неудачи. Так IV сессия ВЦИК от 11 ноября 1922 г. постановила исключить это примечание в связи с ростом случаев злоупотребления в отношении граждан, "попросивших" лишить их жизни[13].

Через несколько лет после образования Союза Советских Социалистических Республик и Конституции СССР, 22 ноября 1926 года был принят Уголовный кодекс РСФСР. Как справедливо указала Калашникова А.И., «первичность государственных интересов по сравнению с интересами личности проходила красной нитью по всей Особенной части УК 1926 года».[14] В УК 1926 года, глава, устанавливающая ответственность за преступления, посягающие на жизнь, здоровье, свободы и достоинства личности находилась после глав устанавливающих ответственность за контрреволюционные преступления, о преступлениях, посягающих на порядок управления, должностных преступлениях, нарушении правил об отделении церкви от государства и хозяйственных преступлениях. Согласно вышесказанному, глава 6 УК РСФСР 1926 года устанавливала ответственность за преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Так конструкция части 1, статьи 141[15] особо отмечает, что уголовно-правовая ответственность наступала при наличии следующих условий:

1) потерпевшее лицо находилось в материальной или иной зависимости от субъекта преступления на момент, предшествовавший его смерти;

2) способами доведения до самоубийства или покушения на него выступало жесткое обращение с зависимым лицом, так и другие способы, в норме закона прямо не предусмотренные. Анализ ч. 1 ст. 141 УК РСФСР редакции 1926 года позволяет сделать вывод, что жесткое обращение или иные подобные пути доведения до самоубийства или покушения на него обусловлены наличием указанное выше зависимой связи, которая выступала условным основанием противоправного поведения по отношению к потерпевшему лицу;

3) закономерным следствием противоправных действий субъекта преступления выступает акт самоубийства зависимого лица или покушения на него, не доведенного до окончания по объективным и субъективным причинам.

Ч.2 ст. 141 УК РСФСР 1926 года по своему содержанию совпадала с ч.1 ст. 148 УК РСФСР 1922 года. Различием было лишь в том, что законодатель добавил дополнительную часть в ст. 141 УК РСФСФ 1926 года касающуюся подговора и содействия несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значения им совершаемого или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовал. Тем самым в очередной раз расширил понятие потерпевшего, от установления которой в последствии отказались в УК РФ 1960г. В новых условиях деяние, которое в своё время квалифицировалось по ч.2 ст.141 УК РФ 1926 года, судебной практикой стало признаваться убийством. Таким образом, УК 1926 года повторил, некоторые нормы, УК 1922 года, связанными с доведением до самоубийства, немного изменив их. Так же положительным историческим моментом можно считать, что лишь в ч.1 ст. 141 УК РСФСР 1926г. находит своё воплощение идея уголовной ответственности за доведение до самоубийства, содержавшаяся в своё время в ст. 462 Уголовного Уложения 1903.

При этом существует мнение по поводу выше сказанного, так Меньшагин В.Д. не относил содействие или доведение до самоубийства несовершеннолетнего или душевнобольного лица, к убийству[16]. Напротив другой исследователь И.А. Алиев полагал, что содействие или доведение до самоубийства несовершеннолетнего или душевнобольного лица следует рассматривать как убийство совершенное особым способом[17]. У Красикова А.Н. было свое мнение, а именно о разных формах причастности к самоубийству в ст. 141 УК РСФСР 1926 г. Во-первых, подговор к самоубийству. Представлялись разного рода деяния, вызывающие решимость у человека лишить себя жизни, который раньше и не думал о суициде, если отсутствовали признаки состава доведения до самоубийства. Во-вторых, содействие самоубийству. Когда у человека самостоятельно без постороннего вмешательства возникло желание расстаться с жизнью, но по его просьбе ему была оказана помощь в лишении себя жизни. В таких случаях по содержанию закона потерпевшими могли оказаться несовершеннолетние или лица, которые заведомо не могли понимать совершаемого или руководить своими поступками"[18].

УК РСФСР 1926 года просуществовал почти 40 лет, до принятия УК РСФСР 27 октября 1960 года. В главе 3 УК 1960 года, называющейся – преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, содержится норма, устанавливающая ответственность за доведения до самоубийства[19] (ст. 107). В диспозицию ч.1 ст.107 УК РСФСР 1960 года по сравнению с УК РСФСР 1926 года был включен новый признак, при котором наступала ответственность за данное преступление, к нему относится: систематическое унижение личного достоинства потерпевшего. Еникеев М.И. в денном случае выделял три признака состава преступления и в этом был прав. Первое – это зависимость потерпевшего от обвиняемого (подозреваемого). Второе - жестокое обращение с ним. Третье - систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего, а также травля, клевета и т.п.[20]. Значение "зависимости" в уголовно-правовой литературе следует понимать: "Зависимость - социальная связь возникающая между обвиняемым и потерпевшим, при которой осуществление значительных интересов последнего была предопределена поведением первого либо осуществление значительных интересов каждого была предопределена обоюдным поведением"[21].

УК РСФСР 1960 года недолго просуществовал после внесения неоднократных изменений. 13.06.1996 года был принят ныне действующий уголовный кодекс, сменивший УК РСФСР 1960 года. В 90-е годы в РФ после распада СССР начинается формирование новой уголовно-правовой политики, отличающейся от советской, в котором интересы государства были выше, чем интересы отдельного человека. После же распада СССР интересы отдельно человека не умалялись в сравнении с интересами государства в целом, а являлись приоритетом в защите. Согласно Конституции РФ[22], человек, его права и свободы – высшая ценность. Данные изменения в государстве нашли свое отражение и в УК РФ 1996 года. Как указывает Думан С.И., «определенную завершенность процесс формирования норм, предусматривающих ответственность за совершение посягательства на здоровье личности, получил в Уголовный кодекс РФ 1996 года»[23]. Новый УК РФ практически не отличался от предыдущих. В действующем кодексе 1996 года, анализируемое деяние находится в разделе VII «Преступления против личности», главе 16 «Преступления против жизни и здоровья», а именно в ст. 110, которая содержит основания для привлечения к уголовной ответственности. Такими основаниями являются: угроза, жестокое обращение, систематические унижения человеческого достоинства потерпевшего.

Такой результат исторического развития и изменения российского уголовного законодательства, а именно ответственности за деяния, имеющие отношение к лишению человеком себя жизни или доведения человека до самоубийства во многом предвиден ходом исторического развития российского права в целом и воздействием на правовую оценку указанной проблемы, имеющихся взглядов в обществе и науке.

Современное положение экономики, политики, социологии и иные реалии, в котором развивается наше государство, предопределили, законодательное расширение и совершенствование действующего УК РФ 1996г., по сравнению с предыдущим ему УК РСФСР 1960г., области применения статьи (110) о доведении до самоубийства. В настоящее время охраной уголовного закона от доведения до самоубийства являются лица находящиеся от виновного в материальной или иной зависимости, а также жизнь любого человека. Вследствие чего объектом преступления, предусмотренного в ст.110 УК РФ, считается право человека на жизнь.

Таким образом, проведенное исследование истории уголовного законодательства России об ответственности за доведение до самоубийства позволяет сделать следующие выводы:

· неоднократное изменение Уголовного кодекса России связано, прежде всего, с историческим развитием общества и права в целом.

· законодательство о причинении тяжкого вреда здоровью прошло долгий путь развития, начиная с договоров русских с греками 10 в. и Артикула воинского 1715 года, в котором предусматривалась ответственность за самоубийство, заканчивая Уголовным кодексом 1922 года, предусматривающая уже непосредственно ответственность за доведения до самоубийства.

· Уголовный кодекс 1996 года по сравнению с предшествующими ему нормативно-правовыми актами, содержит новые квалифицирующие виды, уже более полно и широко регулирующие ответственность за доведения до самоубийства.

 

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.