Сделай Сам Свою Работу на 5

Луна и грош (The Moon and Sixpence)

Роман (1919)

После смерти художник Чарлз Стрикленд был признан гением, и, как это обычно бывает, каждый, кто видел его хотя бы раз, спешит пи­сать мемуары и толковать его творчество. Одни делают из Стрикленда добродушного семьянина, заботливого мужа и отца, другие лепят по­ртрет безнравственного чудовища, не упуская ни малейшей подроб­ности, что могла бы подогреть интерес публики. Автор чувствует, что должен написать правду о Стрикленде, ибо знал его ближе, чем дру­гие, и, привлеченный оригинальностью личности художника, внима­тельно следил за его жизнью задолго до того, как Стрикленд вошел в моду: ведь самое интересное в искусстве — это личность творца.

Действие романа происходит в начале XX в. Автор, молодой писа-


тель, после своего первого литературного успеха приглашен на за­втрак к миссис Стрикленд — буржуа часто питают слабость к людям искусства и считают лестным для себя вращаться в артистических кругах. Ее мужа, биржевого маклера, на таких завтраках не быва­ет — он слишком зауряден, скучен и непримечателен.

Но внезапно традиция завтраков прерывается, — ко всеобщему изумлению, заурядный Чарлз Стрикленд бросил жену и уехал в Париж. Миссис Стрикленд уверена, что муж сбежал с певичкой — роскошные отели, дорогие рестораны... Она просит автора поехать за ним и уговорить его вернуться к семье.

Однако в Париже оказывается, что Стрикленд живет один, в самой дешевой комнате самого бедного отеля. Он признает, что по­ступил ужасно, но судьба жены и детей его не волнует, равно как и общественное мнение, — остаток жизни он намерен посвятить не долгу перед семьей, а самому себе: он хочет стать художником. Стриклендом словно бы владеет могучая, непреодолимая сила, кото­рой невозможно противостоять.

Миссис Стрикленд, при всей ее любви к искусству, кажется гораз­до оскорбительнее то, что муж бросил ее ради живописи, она готова простить; она продолжает поддерживать слухи о романе Стрикленда с французской танцовщицей.

Через пять лет, вновь оказавшись в Париже, автор встречает свое­го приятеля Дирка Стрева, низенького, толстенького голландца с ко­мической внешностью, до нелепости доброго, писавшего хорошо продающиеся сладенькие итальянские жанровые сценки. Будучи по­средственным художником, Дирк, однако, великолепно разбирается в искусстве и верно служит ему. Дирк знает Стрикленда, видел его ра­боты (а этим могут похвастаться очень немногие) и считает его гени­альным художником, а потому нередко ссужает деньгами, не надеясь на возврат и не ожидая благодарности. Стрикленд действительно часто голодает, но его не тяготит нищета, он словно одержимый пишет свои картины, не заботясь ни о достатке, ни об известности, ни о соблюдении правил человеческого общежития, и как только кар­тина закончена, он теряет к ней интерес — не выставляет, не прода­ет и даже просто никому не показывает.



На глазах автора разыгрывается драма Дирка Стрева. Когда Стрикленд тяжело заболел, Дирк спас его от смерти, перевез к себе и вдвоем с женой выхаживал до полного выздоровления. В «благодар­ность» Стрикленд вступает в связь с его женой Бланш, которую


Стрев любит больше всего на свете. Бланш уходит к Стрикленду. Дирк совершенно раздавлен.

Такие вещи совсем в духе Стрикленда: ему неведомы нормальные человеческие чувства. Стрикленд слишком велик для любви и в то же время ее не стоит.

Через несколько месяцев Бланш кончает жизнь самоубийством. Она любила Стрикленда, а он не терпел притязаний женщин на то, чтобы быть его помощницами, друзьями и товарищами. Как только ему надоело писать обнаженную Бланш (он использовал ее как бес­платную натурщицу), он оставил ее. Бланш не смогла вернуться к мужу, как ядовито заметил Стрикленд, не в силах простить ему жертв, которые он принес (Бланш была гувернанткой, ее соблазнил сын хозяина, а когда открылось, что она беременна, ее выгнали; она пыталась покончить с собой, тогда-то Стрев и женился на ней). После смерти жены Дирк, убитый горем, навсегда уезжает на роди­ну, в Голландию.

Когда наконец Стрикленд показывает автору свои картины, они производят на него сильное и странное впечатление. В них чувствует­ся неимоверное усилие выразить что-то, желание избавиться от силы, владеющей художником, — словно он познал душу Вселенной и обя­зан воплотить ее в своих полотнах...

Когда судьба забрасывает автора на Таити, где Стрикленд провел последние годы своей жизни, он расспрашивает о художнике всех, кто его знал. Ему рассказывают, как Стрикленд, без денег, без рабо­ты, голодный, жил в ночлежном доме в Марселе; как по поддельным документам, спасаясь от мести некоего Строптивого Билла, нанялся на пароход, идущий в Австралию, как уже на Таити работал надсмотрщиком на плантации... Жители острова, при жизни считавшие его бродягой и не интересовавшиеся его «картинками», очень жале­ют, что в свое время упустили возможность за гроши купить полотна, стоящие теперь огромные деньги. Старая таитянка, хозяйка отеля, где живет автор, поведала ему, как она нашла Стрикленду жену — туземку Ату, свою дальнюю родственницу. Сразу после свадьбы Стрикленд и Ата ушли в лес, где у Аты был небольшой клочок земли, и следующие три года были самыми счастливыми в жизни художни­ка. Ата не докучала ему, делала все, что он велел, воспитывала их ре­бенка...

Стрикленд умер от проказы. Узнав о своей болезни, он хотел уйти


в лес, но Ата не пустила его. Они жили вдвоем, не общаясь с людьми. Несмотря на слепоту (последняя стадия проказы), Стрикленд про­должал работать, рисуя на стенах дома. Эту настенную роспись видел только врач, который пришел навестить больного, но уже не застал его в живых. Он был потрясен. В этой работе было нечто великое, чувственное и страстное, словно она была создана руками человека, проникшего в глубины природы и открывшего ее пугающие и пре­красные тайны. Создав эту роспись, Стрикленд добился того, чего хотел: он изгнал демона, долгие годы владевшего его душой. Но, уми­рая, он приказал Ате после его смерти сжечь дом, и она не посмела нарушить его последнюю волю.

Вернувшись в Лондон, автор вновь встречается с миссис Стрик­ленд. После смерти сестры она получила наследство и живет очень благополучно. В ее уютной гостиной висят репродукции работ Стрикленда, и она ведет себя так, словно с мужем у нее были прекрасные отношения.

Слушая миссис Стрикленд, автор почему-то вспоминает сына Стрикленда и Аты, словно воочию увидев его на рыбацкой шхуне. А над ним — густую синеву небес, звезды и, насколько хватает глаза, водную пустыню Тихого океана.

Г. Ю. Шулъга

Театр (Theatre)

Роман (1937)

Джулия Лэмберт — лучшая актриса Англии. Ей сорок шесть лет; она красива, богата, знаменита; занята любимым делом в самых благо­приятных для этого условиях, то есть играет в собственном театре; ее брак считают идеальным; у нее взрослый сын...

Томас Феннел — молодой бухгалтер, нанятый ее мужем навести порядок в счетных книгах театра. В благодарность за то, что Том на­учил его снижать подоходный налог, не нарушая закона, Майкл, муж Джулии, представляет его своей знаменитой жене. Бедный бухгалтер невероятно смущается, краснеет, бледнеет, и Джулии это приятно — ведь она живет восторгами публики; чтобы окончательно осчастливить


юношу, она дарит ему свою фотографию. Перебирая старые снимки, Джулия вспоминает свою жизнь...

Она родилась на острове Джерси в семье ветеринара. Тетушка, бывшая актриса, дала ей первые уроки актерского мастерства. В шестнадцать лет она поступила в Королевскую академию драматичес­кого искусства, но настоящую актрису сделал из нее режиссер из Миддлпула Джимми Лэнгтон.

Играя в труппе Джимми, она встретила Майкла. Он был божест­венно красив. Джулия влюбилась в него с первого взгляда, но не могла добиться ответной любви — быть может, потому, что Майкл был начисто лишен темперамента как на сцене, так и в жизни; но он восхищался ее игрой. Майкл был сыном полковника, окончил Кемб­ридж, и его семья не слишком одобряла выбранную им театральную карьеру. Джулия чутко уловила все это и ухитрилась создать и сыг­рать роль девушки, которая могла бы понравиться его родителям. Она достигла цели — Майкл сделал ей предложение. Но и после об­ручения в их отношениях ничего не изменилось; казалось, Майкл вовсе в нее не влюблен. Когда Майклу предложили выгодный кон­тракт в Америке, Джулия была вне себя — как он может уехать, ос­тавив ее? Однако Майкл уехал. Он вернулся с деньгами и без иллюзий относительно своих актерских способностей. Они обвенча­лись и перебрались в Лондон.

Первый год их совместной жизни был бы очень бурным, если бы не ровный характер Майкла. Не в силах обратить его практический ум к любви, Джулия безумно ревновала, устраивала сцены...

Когда началась первая мировая война, Майкл ушел на фронт. Военная форма очень шла ему. Джулия рвалась за ним, но он не раз­решил — нельзя позволить публике забыть себя. Она продолжала иг­рать и была признана лучшей актрисой младшего поколения. Ее слава стала настолько прочной, что можно было позволить себе уйти со сцены на несколько месяцев и родить ребенка.

Незадолго до конца войны она вдруг разлюбила Майкла и вместе с тоской ощутила торжество, словно мстя ему за свои прошлые муки, — теперь она свободна, теперь они будут на равных!

После войны, получив оставшееся от родителей Майкла небольшое наследство, они открыли собственный театр — при финансовой под­держке «богатой старухи» Долли де Фриз, которая была влюблена в Джулию еще со времен Джимми Аэнгтона. Майкл стал заниматься административной деятельностью и режиссурой, и это получается у него гораздо лучше, чем игра на сцене.


Вспоминая о прошлом, Джулия грустит: жизнь обманула ее,ее любовь умерла. Но у нее осталось ее искусство — каждый вечер она выходит на сцену, из мира притворства в мир реальности.

Вечером в театре ей приносят цветы от Томаса Фннела. Маши­нально написав благодарственную записку, ибо «публику обижать нельзя», она тотчас забывает об этом. Но наутро Томас Феннел зво­нит ей (он оказывается тем самым краснеющим бухгалтером, имени которого Джулия не помнит) и приглашает на чай. Джулия соглаша­ется осчастливить бедного клерка своим визитом.

Его бедная квартирка напомнила Джулии пору, когда она была начинающей актрисой, пору ее юности... Внезапно молодой человек начинает пылко целовать ее, и Джулия, удивляясь себе, уступает.

Внутренне хохоча от того, что сделала несусветную глупость, Джу­лия тем не менее чувствует себя помолодевшей лет на двадцать.

И вдруг с ужасом понимает, что влюблена.

Не открывая своих чувств Тому, она всеми средствами старается привязать его к себе. Том сноб — и она вводит его в высший свет. Том беден — она осыпает его дорогими подарками и платит его долги.

Джулия забывает о возрасте — но, увы! На отдыхе Том так явно и естественно предпочитает ее обществу общество ее сына Роджера, своего ровесника... Месть ее изощренна: зная, как больнее уколоть его самолюбие, она запиской напоминает о необходимости оставить при­слуге чаевые и вкладывает деньги в конверт.

На следующий день он возвращает все ее подарки — ей удалось его обидеть. Но она не рассчитала силы удара — мысль об оконча­тельном разрыве с Томом повергает ее в ужас. Сцену объяснения она проводит блестяще — Том остается с ней.

Она переселила Тома поближе к себе и обставила его квартир­ку — он не сопротивлялся; они раза по три в неделю появляются в ресторанах и ночных клубах; ей кажется, что она совершенно подчи­нила Тома себе, и она счастлива. Ей и в голову не приходит, что о ней могут пойти нехорошие слухи.

Джулия узнает об этом от Майкла, которому открыла глаза обуре­ваемая ревностью Долли де Фриз. Джулия, обратясь к первоисточни­ку, старается выведать у Долли, кто и как о ней судачит, и в ходе разговора узнает, что Том обещал некоей Эвис Крайтон роль в их те-


атре, ибо Джулия, по его словам, пляшет под его дудку. Джулии едва удается сдержать свои эмоции. Итак, Том не любит ее. Хуже того — считает богатой старухой, из которой можно вить веревки. И самое гнусное — он предпочел ей третьеразрядную актрису!

Действительно, скоро Том приглашает Джулию посмотреть моло­дую актрису Эвис Крайтон, которая, по его мнению, очень талантли­ва и могла бы играть в театре «Сиддонс». Джулии больно видеть, как сильно Том влюблен в Эвис. Она обещает Тому дать Эвис роль — это будет ее местью; соперничать с ней можно где угодно, только не на сцене...

Но, понимая, что Том и этот роман недостойны ее и оскорбитель­ны, Джулия все же не может избавиться от любви к нему. Чтобы ос­вободиться от этого наваждения, она уезжает из Лондона к матери, погостить и отдохнуть, привычно думая, что осчастливит старушку и украсит собою ее беспросветно скучную жизнь. К ее удивлению, ста­рушка не чувствует себя осчастливленной — ей совершенно неинте­ресна слава дочери и очень нравится беспросветно скучная жизнь.

Вернувшись в Лондон, Джулия хочет осчастливить своего давнего поклонника лорда Чарлза Тэмерли, связь с которым ей приписывали так давно, что она стала для света вполне респектабельной. Но Чарлз не хочет ее тела (или не может им воспользоваться).

Ее вера в себя пошатнулась. Не потеряла ли она привлекательнос­ти? Джулия доходит до того, что прогуливается в «опасном» кварта­ле, сильнее обычного накрасившись, но единственный мужчина, обративший на нее внимание, просит автограф.

Сын Роджер также заставляет Джулию задуматься. Он говорит, что не знает, какова на самом деле его мать, ибо она играет всегда и везде, она — это и есть ее бесчисленные роли; и порой он боится за­глянуть в пустую комнату, куда она только что вошла, — а вдруг там никого нет... Джулия не вполне понимает, что он имеет в виду, но ей становится страшновато: похоже, Роджер близок к истине.

В день премьеры спектакля, в котором получила роль Эвис Край-тон, Джулия случайно сталкивается с Томом и наслаждается тем, что Том больше не вызывает у нее никаких чувств. Но Эвис будет унич­тожена.

И вот приходит звездный час Джулии. Игравшая на репетициях вполсилы, на премьере она разворачивается во всю мощь своего та­ланта и мастерства, и единственная большая мизансцена Эвис пре­вращается в триумфальное выступление великой Джулии Лэмберт.


Ее вызывали десять раз; у служебного выхода неистовствует толпа человек в триста; Долли устраивает пышный прием в ее честь; Том, забыв об Эвис, опять у ее ног; Майкл искренне восхищен — Джулия довольна собой. «У меня в жизни больше не будет такой минуты. Я ни с кем не намерена ее делить», — говорит она и, ускользнув от всех, едет в ресторан и заказывает пиво, бифштекс с луком и жаре­ный картофель, которого не ела уже лет десять. Что такое любовь по сравнению с бифштексом? Как замечательно, что ее сердце принадле­жит ей одной! Неузнанная, из-под полей скрывающей лицо шляпы Джулия смотрит на посетителей ресторана и думает, что Роджер не­прав, ибо актеры и их роли суть символы той беспорядочной, бес­цельной борьбы, что зовется жизнью, а только символ реален. Ее «притворство» и есть единственная реальность...

Она счастлива. Она нашла себя и обрела свободу.

Г. Ю- Шульга



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.