Сделай Сам Свою Работу на 5
 

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС 15 глава


ПЕРВЫЕ УРОКИ________________________________ 251

с теперешней нашей партией, эта почти исключительно студенческая организация, все же ее сознательное и планомерное социал-демократическое вмешательство и руково­дство делают то, что движение приобретает гигантский размах и значение против Мо­розовской стачки. Правительство опять идет на экономические уступки. Стачечному движению по всей России положено прочное основание. Революционная интеллиген­ция повально становится социал-демократической. Основывается социал-демократическая партия. 1901-ый год. Рабочий идет на помощь студенту. Начинается демонстрационное движение. Пролетариат выносит на улицу свой клич: долой само­державие! Радикальная интеллигенция распадается окончательно на либеральную, ре­волюционно-буржуазную и социал-демократическую. Участие организаций революци­онной социал-демократии в демонстрациях становится все более широким, активным, прямым. 1902-ой год: громадная ростовская стачка превращается в выдающуюся де­монстрацию. Политическое движение пролетариата не примыкает уже к интеллигент­скому, студенческому движению, а само вырастает непосредственно из стачки. Участие организованной революционной социал-демократии еще более активное. Пролетариат завоевывает для себя и для революционных социал-демократов своего комитета свобо­ду массовых уличных собраний. Пролетариат впервые противопоставляет себя, как класс, всем остальным классам и царскому правительству. 1903-ий год. Опять стачки сливаются с политической демонстрацией, но на еще более широком базисе. Стачки охватывают целый район, в них участвуют более сотни тысяч рабочих, массовые поли­тические собрания повторяются во время стачек в целом ряде городов. Чувствуется, что мы накануне баррикад (отзыв местных социал-демократов о киевском движении 1903 г. ). Но канун оказывается сравнительно долгим, как бы приучая нас к тому, что могучие классы иногда копят силы месяцами и годами, как бы испытывая маловерных интеллигентов, примыкающих к социал-демократии. И действительно, интеллигент­ское крыло нашей партии,




252__________________________ В. И. ЛЕНИН

новоискровцы или (что то же) новорабочедельцы стали уже искать «высших типов» демонстраций в виде соглашения рабочих с земцами о непроизведении панического страха. Со свойственной всем оппортунистам беспринципностью, новоискровцы дого­ворились уже до того невероятного, невероятнейшего тезиса, что на политической аре­не две (! !) силы: бюрократия и буржуазия (смотри второе письмо редакции «Искры» по поводу земской кампании). Оппортунисты новой «Искры», ловя момент, забыли о са­мостоятельной силе пролетариата! Наступил 1905-ый год, и девятое января еще раз изобличило всех непомнящих родства интеллигентиков. Пролетарское движение сразу поднялось на высшую ступень. Всеобщая стачка мобилизовала по всей России навер­ное не меньше миллиона рабочих. Политические требования социал-демократии про­сочились даже до слоев рабочего класса, способных еще верить в царя. Пролетариат порвал рамки полицейской зубатовщины, и вся масса членов легального рабочего об­щества, основанного для борьбы с революцией, пошла вместе с Гапоном по революци­онному пути. Стачка и демонстрация стали на наших глазах превращаться в восстание. Участие организованной революционной социал-демократии было несравненно значи­тельнее, чем в предыдущих стадиях движения, но все еще слабо и слабо по сравнению с гигантским спросом активной пролетарской массы на социал-демократическое руко­водство.

В общем и целом, стачечное и демонстрационное движение, соединяясь одно с дру­гим в различных формах и по различным поводам, росли вширь и вглубь, становясь все революционнее, подходя все ближе и ближе на практике к всенародному вооруженно­му восстанию, о котором давно говорила революционная социал-демократия. Этот вы­вод из событий 9-го января мы сделали уже в №№ 4 и 5 «Вперед». Этот вывод сделали немедленно и непосредственно и сами петербургские рабочие. Десятого января они во­рвались в одну легальную типографию, набрали нижеследующую, присланную нам не-

* См. настоящий том, стр. 202—204. Ред.


ПЕРВЫЕ УРОКИ________________________________ 253

тербургскими товарищами прокламацию, отпечатали ее более чем в десяти тысячах эк­земпляров и распространили по Питеру. Вот эта замечательная прокламация .

Это воззвание не нуждается в пояснениях. Самодеятельность революционного про­летариата выразилась тут вполне. Призыв петербургских рабочих не осуществился так скоро, как они хотели, он будет повторен еще не раз, попытки его осуществления неод­нократно поведут еще к неудачам. Но гигантское значение этой постановки задачи са­мими рабочими неоспоримо. Приобретение, которое сделано революционным движе­нием, приведшим к сознанию практической насущности этой задачи и приблизившим постановку ее при любом народном движении на ближайшую очередь, это приобрете­ние не может уже ничем быть отнято у пролетариата.

Стоит остановиться на истории идеи восстания. Новая «Искра» наговорила по этому вопросу столько туманных пошлостей, начиная с приснопамятной передовицы № 62, столько оппортунистической путаницы, вполне достойной нашего старого знакомого, Мартынова, что точное воспроизведение старой постановки вопроса имеет особую важность. За всеми пошлостями и за всей путаницей новой «Искры» все равно не уго­няться. Гораздо целесообразнее поминать почаще старую «Искру» и конкретнее разви­вать ее старые положительные лозунги.

В конце брошюры «Что делать?» Ленина, на стр. 136-ой , был выдвинут лозунг все­народного вооруженного восстания. Вот что говорилось об этом в самом начале 1902 года, т. е. три года тому назад: «Представьте себе народное восстание. В настоящее время, вероятно, все согласятся, что мы должны думать о нем и готовиться...

Написано ранее 1 (14) февраля 1905 г.

Впервые напечатано в 1926 г. Печатается по рукописи

в Ленинском сборнике V

См. настоящий том, стр. 260. Ред. " См. Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 177. Ред. На этом рукопись обрывается. Ред.


ДВЕ ТАКТИКИ

С самого начала массового рабочего движения в России, т. е. приблизительно в те­чение десяти уже лет, среди социал-демократов существуют глубокие разногласия по вопросам тактики. Как известно, именно этого рода разногласия вызвали во второй по­ловине 90-х годов течение «экономизма», поведшее к расколу на оппортунистическое (рабочедельческое) и революционное (староискровское) крыло партии. Но русский со­циал-демократический оппортунизм отличался от западноевропейского своеобразными особенностями. Он отражал с чрезвычайной рельефностью точку зрения или, пожалуй, отсутствие всякой самостоятельной точки зрения у интеллигентского крыла партии, увлекавшегося и модными словечками бернштейнианства и непосредственными ре­зультатами и формами чисто рабочего движения. Это увлечение повело к повальной измене легальных марксистов, перекочевавших в либерализм, и к созданию социал-демократами знаменитой теории «тактики-процесса», которая упрочила за нашими оп­портунистами кличку хвостистов. Они плелись беспомощно в хвосте событий, броса­лись от одной крайности в другую, принижали во всех случаях размах деятельности революционного пролетариата и веру в его силы, причем больше всего и чаще всего прикрывалось все это ссылкой на самодеятельность пролетариата. Это курьезно, но это факт. Никто не рассуждал так много о самодеятельности рабочих и никто не суживал, не у ре-


ДВЕ ТАКТИКИ________________________________ 255

зывал, не принижал так своей проповедью этой самодеятельности, как рабочедельцы. «Поменьше толкуйте о «повышении активности рабочей массы»», — говорили созна­тельные, передовые рабочие своим усердным, но неумным советникам. «У нас актив­ности гораздо больше, чем вы думаете, и мы умеем поддерживать открытой, уличной борьбой даже требования, никаких «осязательных результатов» не сулящие! И не вам «повышать» нашу активность, ибо у вас самих как раз активности-то и не хватает. По­меньше преклоняйтесь пред стихийностью и побольше думайте о повышении своей ак­тивности, господа!». Вот как приходилось характеризовать отношение революционных рабочих к оппортунистическим интеллигентам («Что делать?», стр. 55) .

Два шага назад, сделанные новой «Искрой» к «Рабочему Делу», воскресили это от­ношение. Со страниц «Искры» опять полилась проповедь хвостизма, прикрываемая та­кими же тошнотворными клятвами: ей, господи, верую и исповедую самодеятельность пролетариата. Во имя самодеятельности пролетариата Аксельрод и Мартынов, Мартов и Либер (бундовец) защищали на съезде право профессоров и гимназистов записывать­ся в члены партии, не входя ни в какие организации. Во имя самодеятельности проле­тариата сочинялась теория «организации-процесса», оправдывавшая дезорганизацию и прославлявшая интеллигентский анархизм. Во имя самодеятельности пролетариата изобреталась не менее знаменитая теория «высшего типа демонстраций» в виде согла­шения просеянной через троекратные выборы рабочей депутации с земцами о мирном манифестировании без произведения панического страха. Во имя самодеятельности пролетариата извращалась и опошлялась, принижалась и запутывалась идея вооружен­ного восстания.

На этом последнем вопросе, ввиду его громадной практической важности, мы наме­рены остановить внимание читателя. Развитие рабочего движения жестоко посмеялось над мудрецами новой «Искры». Не успело

См. Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 74. Ред.


256__________________________ В. И. ЛЕНИН

еще разойтись по России ее первое письмо, где во имя «процесса планомерного разви­тия классового самосознания и самодеятельности пролетариата» рекомендовалась, как высший тип демонстраций, «доставка заявления рабочих гласным почтой на дом и раз-брасыванье его в значительном числе экземпляров в зале земского собрания»; — не ус­пело еще дойти до России ее второе письмо, где делалось совсем уже сногсшибатель­ное открытие, что в настоящий «исторический момент политическая сцена заполнена (!) тяжбой между организованной буржуазией и бюрократией» и что «объективный смысл всякого (слушайте, слушайте!) революционного движения в низах один (!) и сводится к поддержке лозунгов той из двух (!!) сил, которая заинтересована в ломке данного режима» (это демократическая интеллигенция объявлялась «силой»); — не ус­пели еще сознательные рабочие прочитать эти великолепные письма и хорошенечко осмеять их, как события действительной борьбы пролетариата сразу вымели весь этот политический хлам новоискровских публицистов в сорную яму. Пролетариат показал, что есть третья (в сущности, конечно, не третья, а вторая по счету и первая по боевой способности) сила, не только заинтересованная в ломке, но и готовая приступить к настоящей ломке самодержавия. Начиная с 9-го января, рабочее движение у нас на гла­зах вырастает в народное восстание.

Посмотрим же, как оценивали этот переход к восстанию социал-демократы, рассуж­давшие о нем заранее, как о вопросе тактики, — и как стали решать этот вопрос на практике сами рабочие.

Вот что говорилось три года тому назад о восстании, как лозунге, определяющем наши ближайшие практические задачи: «Представим себе народное восстание. В на­стоящее время, вероятно, все согласятся, что мы должны думать о нем и готовиться к нему. Но как готовиться? Не назначить же Центральному Комитету агентов по всем местам для подготовки восстания! Если бы у нас и был Τ TTC он таким назначением ров­но ничего не достиг бы при современных русских условиях. Наоборот, сеть агентов, складывающаяся сама собой


ДВЕ ТАКТИКИ________________________________ 257

на работе по постановке и распространению общей газеты, не должна была бы «сидеть и ждать» лозунга к восстанию, а делала бы именно такое регулярное дело, которое га­рантировало бы ей наибольшую вероятность успеха в случае восстания. Именно такое дело закрепляло бы связи и с самыми широкими массами рабочих и со всеми недо­вольными самодержавием слоями, что так важно для восстания. Именно на таком деле вырабатывалась бы способность верно оценивать общее политическое положение и, следовательно, способность выбрать подходящий момент для восстания. Именно такое дело приучало бы все местные организации откликаться одновременно на одни и те же волнующие всю Россию политические вопросы, случаи и происшествия, отвечать на эти происшествия возможно энергичнее, возможно единообразнее и целесообразнее, — а ведь восстание есть, в сущности, самый энергичный, самый единообразный и самый целесообразный «ответ» всего народа правительству. Именно такое дело, наконец, при­учало бы все революционные организации во всех концах России вести самые постоян­ные и в то же время самые конспиративные сношения, создающие фактическое един­ство партии, — а без таких сношений невозможно коллективно обсудить план восста­ния и принять те необходимые подготовительные меры накануне его, которые должны быть сохранены в строжайшей тайне.

Одним словом, «план общерусской политической газеты» не только не представляет из себя плод кабинетной работы лиц, зараженных доктринерством и литературщиной (как это показалось плохо вдумавшимся в него людям), а, наоборот, он является самым практическим планом начать со всех сторон и сейчас лее готовиться к восстанию, не забывая в то же время ни на минуту своей будничной насущной работы» («Что де­лать?») .

Подчеркнутые нами заключительные слова дают ясный ответ на вопрос о том, как представляли себе дело подготовки восстания революционные социал-

* См. Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 178—179. Ред.


258__________________________ В. И. ЛЕНИН

демократы. Но, как ни ясен этот ответ, старая хвостистская тактика не могла не про­явить себя и на этом пункте. Мартынов выпустил совсем недавно брошюру «Две дик­татуры», особо рекомендованную новой «Искрой» (№ 84). Автор от всей глубины сво­его рабочедельческого сердца возмущен тем, что Ленин мог говорить о «подготовке, назначении и проведении вооруженного всенародного восстания». Грозный Мартынов разит врага: «Международная социал-демократия на основании исторического опыта и научного анализа динамики общественных сил всегда признавала, что только дворцо­вые перевороты и пронунциаменто могут быть заранее назначены и проведены с успе­хом по заранее заготовленному плану, и именно потому, что они не есть народные ре­волюции, т. е. перевороты в общественных отношениях, а только перетасовки в правя­щей клике. Социал-демократия всюду и всегда признавала, что народная революция не может быть заранее назначена, что она не изготовляется искусственно, а сама соверша­ется».

Может быть, читатель скажет, прочитав эту тираду, что Мартынов, очевидно, «не есть» серьезный противник и что брать его всерьез смешно. Мы вполне согласились бы с таким читателем. Мы сказали бы даже такому читателю, что нет на земле муки гор­шей, чем брать всерьез все теории и все рассуждения наших новоискровцев. Беда в том, что эти пустяки фигурируют и в передовицах «Искры» (№ 62). Еще большая беда в том, что есть люди в партии, и не мало их, которые засоряют себе головы этими пустя­ками. И приходится говорить о несерьезных вещах, как приходится же нам говорить о «теории» Розы Люксембург, открывшей «организацию-процесс». Приходится разъяс­нять Мартынову, что не следует смешивать восстания с народной революцией. Прихо­дится растолковывать, что глубокомысленные ссылки на переворот в общественных отношениях при решении практического вопроса о способах свержения русского само­державия достойны лишь Кифы Мокиевича . Переворот этот начался в России уже с падением крепостного права, и именно отсталость нашей политической


ДВЕ ТАКТИКИ________________________________ 259

надстройки от совершившегося переворота в общественных отношениях делает крах надстройки неизбежным, причем вполне и вполне возможен крах сразу, от одного уда­ра, ибо «народная революция» в России нанесла уже царизму сотню ударов, и добьет ли его сто первый или сто десятый удар, это неизвестно. Только оппортунистические интеллигенты, сваливающие свое филистерство на пролетариев, могут в такое время, когда обсуждаются практически способы нанесения одного из ударов второй сотни, проявлять свои гимназические познания насчет «переворота в общественных отноше­ниях». Только оппортунисты новой «Искры» могут истерически кричать об ужасном «якобинском» плане, в котором центр тяжести лежит, как мы видели, во всесторонней массовой агитации при помощи политической газеты!

Не может быть назначена народная революция, это справедливо. За знакомство с этой истиной нельзя не похвалить Мартынова и автора передовицы в № 62 «Искры» («да и о какой подготовке восстания вообще может идти речь у нашей партии?», — спрашивал там, воюя с «утопистами», верный соратник или ученик Мартынова). Но назначить восстание, если мы его действительно готовили и если народное восстание возможно, в силу совершившихся переворотов в общественных отношениях, вещь вполне осуществимая. Постараемся пояснить это для новоискровцев простым приме­ром. Можно ли назначить рабочее движение? Нет, нельзя, потому что оно слагается из тысячи отдельных актов, порождаемых переворотом в общественных отношениях. Можно ли назначить стачку? Можно, несмотря на то — представьте себе, товарищ Мартынов, несмотря на то, что каждая стачка является результатом переворота в об­щественных отношениях. Когда можно бывает назначить стачку? Тогда, когда органи­зация или кружок, назначающие ее, пользуются влиянием среди массы данных рабочих и умеют правильно оценить момент растущего недовольства и раздражения в массе ра­бочих. Поняли ли вы теперь в чем дело, тов. Мартынов и товарищ-«передовик» номера 62-го «Искры»?


260__________________________ В. И. ЛЕНИН

Если поняли, то потрудитесь теперь сопоставить восстание с народной революцией. «Народная революция це может быть заранее назначена». Восстание может быть на­значено, когда назначающие его пользуются влиянием среди массы и умеют правильно оценить момент.

К счастью, самодеятельность передовых рабочих оказывается далеко впереди хво­стистской философии новой «Искры». Пока она вымучивает из себя теории, доказы­вающие, что восстание не может быть назначено теми, кто готовился к нему, организуя передовой отряд революционного класса, события показывают, что восстание могут назначать и бывают вынуждены назначать люди не готовившиеся.

Вот прокламация, присланная нам петербургским товарищем. Ее набрали, отпечата­ли и распространили более чем в 10 000 экземплярах сами рабочие, захватившие деся­того января в Петербурге одну легальную типографию.

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Граждане! Вчера вы видели зверства самодержавного правительства! Видели кровь, залившую улицы! Видели сотни убитых борцов за рабочее дело, видели смерть, слы­шали стоны раненых женщин и беззащитных детей! Кровь и мозги рабочих забрызгали мостовую, мощенную их же руками. Кто же направил войско, ружья и пули в рабочую грудь? — Царь, великие князья, министры, генералы и придворная сволочь.

Они убийцы! смерть им! К оружию, товарищи, захватывайте арсеналы, ору­жейные склады и оружейные магазины. Разносите, товарищи, тюрьмы, освобождайте борцов за свободу. Расшибайте жандармские и полицейские управления и все казенные учреждения. Свергнем царское правительство, поставим свое. Да здравствует револю­ция, да здравствует учредительное собрание народных представителей! — Российская социал-демократическая рабочая партия».

Призыв к восстанию этой кучки инициативных передовых рабочих оказался не­удавшимся. Нас не удивило бы и не обескуражило несколько неудачных призывов к восстанию или неудачных «назначений» восстания.


ДВЕ ТАКТИКИ________________________________ 261

Мы предоставим новой «Искре» разглагольствовать по этому поводу о необходимости «переворота в общественных отношениях» и высокопарно осуждать «утопизм» рабо­чих, воскликнувших: «поставим свое правительство!». Только безнадежные педанты или путаники могут видеть центр тяжести подобного воззвания в этом кличе. Нам важ­но отметить и подчеркнуть этот замечательный, смелый практический приступ к реше­нию задачи, стоящей теперь вплотную перед нами.

Призыв петербургских рабочих не осуществился и не мог осуществиться так скоро, как они хотели. Этот призыв будет повторен еще не раз, и попытки восстания неодно­кратно могут еще повести к неудачам. Но гигантское значение имеет самый факт по­становки этой задачи самими рабочими. Приобретение, которое сделано рабочим дви­жением, приведшим к сознанию практической насущности этой задачи и приблизив­шим постановку ее при любом народном волнении на ближайшую очередь, это приоб­ретение ничем не может быть отнято у пролетариата.

Социал-демократы выставляли лозунг подготовки восстания еще три года тому на­зад на основании общих соображений . Самодеятельность пролетариата пришла к это­му же лозунгу под влиянием непосредственных уроков гражданской войны. Есть само­деятельность и самодеятельность. Есть самодеятельность пролетариата революционно инициативного, и есть самодеятельность пролетариата неразвитого и ведомого на по­мочах, есть самодеятельность сознательно социал-демократическая и самодеятельность зубатовская. И есть социал-демократы, которые даже в настоящий момент с благогове­нием созерцают именно этот второй вид самодеятельности, которые думают, что от прямого ответа на злободневные вопросы можно отделаться, повторяя бесчисленное количество раз слово «классовый». Возьмите № 84 «Искры». «Почему, — с победонос­ным видом наступает на нас ее «передовик», — почему не узкая организация профес­сиональных революционеров дала

* См. Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 178—179. Ред.


262__________________________ В. И. ЛЕНИН

толчок движению этой лавины (9-го янв.), а Собрание рабочих? Потому, что Собрание это было действительно (слушайте!) широкой организацией, основанною на самодея­тельности рабочих масс». Если бы автор этой классической фразы не был поклонни­ком Мартынова, то он, может быть, понял бы, что Собрание сослужило службу движе­нию революционного пролетариата именно тогда и постольку, когда и поскольку от самодеятельности зубатовской оно перешло к самодеятельности социал-демократической (после чего оно сейчас же и перестало существовать как легальное Собрание).

Если бы новоискровцы или новорабочедельцы не были хвостистами, то они увидели бы, что именно девятое января оправдало предсказание тех, кто говорил: «в конце кон­цов легализация рабочего движения принесет пользу именно нам, а не Зубатовым» («Что делать?»). Именно девятое января еще и еще раз показало всю важность там же формулированной задачи: «готовить жнецов, которые бы умели и косить сегодняшние плевелы» (т. е. парализовать сегодняшний разврат зубатовщины) «и жать завтраш-нюю пшеницу» (т. е. революционно руководить движением, сделавшим шаг вперед при помощи легализации). А Иванушки новой «Искры» ссылаются на пышный урожай пшеницы, чтобы принизить значение крепкой организации революционных косцов! Подобно бундовцам, носятся они, как с писаной торбой, с одним только словечком «самодеятельность рабочих»!

Было бы преступно, — продолжает тот же новоискровский передовик, — «нападать в тыл революции». Что значит собственно эта фраза, аллах ведает. О том, в какой связи стоит она с общей оппортунистической физиономией «Искры», мы, вероятно, погово­рим в другой раз особо. Теперь достаточно указать, что действительный политический смысл этой фразы один, именно: автор пресмыкается перед тылом революции, презри­тельно морща нос по поводу «узкого» и «якобинского» авангарда революции.

* См. Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 115, 116. Ред.


ДВЕ ТАКТИКИ________________________________ 263

Тактика хвостизма и тактика революционной социал-демократии выясняются во всей своей противоположности тем более, чем более усердствует в мартыновском духе новая «Искра». Мы указывали уже в № 1 «Вперед» , что восстание должно примкнуть к одному из стихийных движений. Мы нисколько не забываем, след., важность «обеспе­чения тыла», если употреблять военное сравнение. Мы говорили в № 4 о верной так­тике петербургских комитетчиков, направивших все усилия с самого начала на под­держку и развитие революционных элементов стихии при сдержанном, недоверчивом отношении к темному, зубатовскому тылу этой стихии. Мы закончим теперь советом, который нам еще много раз придется давать новоискровцам: не принижайте задач аван­гарда революции, не забывайте о нашей обязанности поддержать этот авангард нашей организованной самодеятельностью. Поменьше говорите общих фраз о развитии само­деятельности рабочих — рабочие проявляют бездну незамечаемой вами революцион­ной самодеятельности! — побольше смотрите за тем, чтобы не развращать неразвитых рабочих своим собственным хвостизмом.

«Вперед» № б, Печатается по тексту

14 (1) февраля 1905 г. газеты «Вперед»,

сверенному с рукописью

См. настоящий том, стр. 136. Ред. "Там же, стр. 211. Ред.


ДОЛЖНЫ ЛИ МЫ ОРГАНИЗОВАТЬ РЕВОЛЮЦИЮ?

Это было давно, очень давно, более года тому назад. В русской партии, по свиде­тельству небезызвестного немецкого соц.-демократа Парвуса, возникали «принципи­альные разногласия». Первейшей политической задачей партии пролетариата станови­лась борьба с крайностями централизма, с идеей «командовать» рабочими из какой-нибудь Женевы, с преувеличением идеи организации агитаторов, организации руково­дителей. Таково было глубокое, твердое и непреклонное убеждение меньшевика Пар­вуса, изложенное им в его еженедельном немецком листке «Aus der Weltpolitik» («Из Области Мировой Политики») от 30 ноября 1903 г.

Доброму Парвусу было указано тогда (см. письмо Ленина в редакцию «Искры», де­кабрь 1903 г. ), что он стал жертвой сплетни, что в основе усмотренных им принципи­альных разногласий лежит дрязга, и что начинающий намечаться идейный поворот но­вой «Искры» есть поворот к оппортунизму. Парвус замолчал, но его «мысли» о преуве­личении значения организации руководителей на сотни ладов разжевывались новоис-кровцами.

Прошло четырнадцать месяцев. Дезорганизация партийной работы меньшевиками и оппортунистический характер их проповеди вырисовались вполне. Девятое января 1905 года обнаружило весь гигантский запас революционной энергии пролетариата и всю недоста-

* См. Сочинения, 5 изд., том 8, стр. 101—102. Ред.


___________________ ДОЛЖНЫ ЛИ МЫ ОРГАНИЗОВАТЬ РЕВОЛЮЦИЮ?_________________ 265

точность организации социал-демократов. Парвус взялся за ум. В № 85 «Искры» он вы­ступил со статьей, знаменующей, по существу дела, полнейший поворот от новых идей оппортунистической новой «Искры» к идеям революционной старой «Искры». «Был герой, — восклицает Парвус по поводу Гапона, — но не было политического руково­дителя, не было программы действий, не было организации»... «Оказались трагические последствия отсутствия организации»... «Массы разъединились, все идет вразброд, нет связывающего центра, нет руководящей программы действия»... «Движение пало вследствие отсутствия связывающей и руководящей организации». И Парвус дает ло­зунг, который мы напоминали уже в № 6 «Вперед», — «организовать революцию» . Парвус убедился под влиянием уроков революции, что «мы не можем при настоящих политических условиях организовать эти сотни тысяч» (речь идет о массе, готовой к восстанию). «Но мы можем, — справедливо повторяет он давнюю мысль книги «Что делать?», — мы можем создать организацию, которая явилась бы связующим фермен­том, а в момент революции объединила бы вокруг себя эти сотни тысяч». «Должны быть организованы рабочие кружки с ясно очерченной задачей: подготовлять массы к восстанию, собирать их вокруг себя во время восстания, поднять восстание по данному лозунгу».

Наконец-то! облегченно воскликнули мы, встречая эти старые верные мысли, зава­ленные мусором новой «Искры». Наконец-то революционный инстинкт работника про­летарской партии взял верх хотя бы временно над рабочедельским оппортунизмом. На­конец-то слышим мы голос социал-демократа, не пресмыкающегося перед тылом рево­люции, а безбоязненно указывающего на задачу поддержки авангарда революции.

Новоискровцы, разумеется, не могли согласиться с Парвусом. «Не все мысли, выра­женные тов. Парвусом, разделяются редакцией «Искры»», — гласит редакционное примечание.

См. настоящий том, стр. 254—263. Ред.


266__________________________ В. И. ЛЕНИН

Еще бы! Еще бы «разделили» они те мысли, которые «бьют в лицо» всю их полуто-рагодовую оппортунистическую болтовню!

«Организовать революцию!» Но ведь у нас есть умный тов. Мартынов, который зна­ет, что революция вызывается переворотом в общественных отношениях, что револю­ция не может быть назначена. Мартынов объяснит Парвусу его ошибку и покажет, что если даже Парвус имел в виду организацию авангарда революции, то это есть «узкая» и зловредная «якобинская» идея. И далее. Ведь наш умный Мартынов ведет за собой на веревочке Тряпичкина-Мартова , который способен еще больше углубить своего учи­теля, который сможет, пожалуй, лозунг «организовать революцию» заменить лозунгом «развязать революцию» (см. № 85, курсив автора).

 



©2015- 2022 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.