Сделай Сам Свою Работу на 5

У него заиграли желваки на скулах.

— Сара, и давно тебя тошнит?

Она уставилась на него,

— Что ты имеешь в виду?

Дэниел пытался побороть досаду. Выудить из нее что-нибудь труднее, чем найти дорогу с завязанными глазами. Он ощущал себя слепым без поводыря и готов был утратить остатки самообладания, которому учился тридцать пять лет.

— Ты обращалась к доктору? Что с тобой? Сара умолкла и отвела глаза.

— Я была у доктора, и он сказал, что ничего серьезного у меня нет. Если хочешь знать, никакими тяжелыми болезнями я не страдаю.

У него полегчало на душе, но полного удовлетворения не было. Она что-то скрывала, и надо было во что бы то ни стало докопаться до сути.

— Когда ты была у врача?

— Две недели назад. Это…

— Зачем ты к нему ходила?

Она пристально посмотрела на него.

— За противозачаточными таблетками.

Удивление заставило его умолкнуть на пару секунд.

— Ну и как, получила?

— Мне не нравится, когда меня допрашивают. Не хочу говорить на эту тему. — Сара попыталась слезть с коленей Дэниела, но ее крепко держали.

Дэниел хмуро усмехнулся.

— Опять грубишь? Ты обвела меня вокруг пальца, а вчера вообще вышвырнула, как ненужный хлам. Что ж, милая, позволь сказать тебе кое-что. Я думаю, что на самом деле ты относишься ко мне немного лучше, чем пытаешься показать, а я, черт возьми, отношусь к тебе в тысячу раз лучше, чем говорю. Так что до тех пор, пока мы не уладим это дело, я от тебя не отстану. Если надо будет уехать отсюда, я уеду.

Сара побледнела.

— Ты с ума сошел…

— Если и так, тo это твоя вина. Ты принимала таблетки?

— Нет. — Сара помотала головой. — Отпусти меня.

Стремясь докопаться до истины, Дэниел не обратил на ее просьбу никакого внимания.

— Почему?

Сара покраснела от гнева.

— Отпусти меня!

— Сначала ответь на мой вопрос, — сказал он с настойчивостью тарана.

— Нет, — повторила она.

— Ты должна ответить.

У нее расширились глаза.

— Ничего я тебе не должна! — крикнула она, сильно оттолкнулась и соскочила с его коленей. — Я и так отдала тебе все, что у меня было.



Дэниел словно только того и ждал.

— Не все. И не насовсем, — нежно сказал он. — А я хочу насовсем.

Сара отвернулась и сложила руки на груди. Колотилось сердце, кружилась голова. Вот и случилось то, к чему она стремилась, о чем тайно мечтала и молилась темными бессонными ночами.

Она почти решилась все рассказать, сообщить ему правду о своей беременности. Мысль об этом заставила ее испытать облегчение и одновременно повергла в ужас. Сара открыла рот, но не произнесла ни звука. Не поворачивался язык. Раз и навсегда запретив себе говорить о ребенке, она не могла найти нужных слов. В отчаянии она бросилась на кухню, схватила несколько листов бумаги и сунула их в руки Дэниелу.

— Вот…

Он посмотрел на нее, наморщив лоб, а потом бросил взгляд на листочки.

— «Усыновление. За и против». — Он заглянул в другой листок, и по выражению его лица Сара догадалась, что это был за листок. Дэниел был ошарашен. — Ты беременна…

Услышав его равнодушный тон, Сара почувствовала, что у нее останавливается сердце. На глазах показались слезы.

— Да. Разве это не ужасно?

Он снова уткнулся в листы.

— Мы же всегда предохранялись.

— Ты когда-нибудь слышал историю про дырочку в презервативе? — У Сары прерывался голос, но она твердо решила объяснить все. — Думаю, один из твоих пакетиков не прошел контроль качества.

Он посмотрел на нее с изумлением.

— Беременна?

Сара сглотнула слюну. Выдав свою тайну, она почувствовала и облегчение, и страх.

— Да. Если ты посмотришь в бумаги, то найдешь лист с доводами за и против того, чтобы сказать Дэниелу. Победило «против». Ты сказал, что хочешь знать все мои тайны. Прочти — там все написано про последние несколько недель.

Ей было бы легче раздеться на глазах у толпы. Саре захотелось уйти. Неважно куда. В спальню, ванную, уборную, щель в полу. Она знала одно: здесь ей оставаться горше смерти. Она повернулась, но тут Дэниел очнулся и взял ее за запястье.

— Не хочу ничего читать, Сара. Хочу услышать от тебя.

Она поглядела на руку, обхватившую ее узкое запястье, и почувствовала себя ужасно хрупкой. У нее сжалось сердце.

— Ох, Дэн, пожалуйста, не заставляй меня. Мне так плохо, что хочется плакать. И тебе не стоит притворяться сильным, когда на самом деле ты расстроен. Не желаю, чтобы ты делал то, что нужно, против своей воли. Ты и так всю жизнь несешь бремя. И я не собираюсь утяжелять его.

— Бременем для меня было только одно — как уговорить тебя выйти за меня замуж и заставить сказать «да».

— Врешь! — выкрикнула она. — Ты опять делаешь то, что нужно!

Дэниел выругался.

— Как мне убедить тебя? Подскажи мне нужные слова. — Он прижал к своей груди обе ее руки, заставил Сару поднять подбородок и взволнованно поглядел ей в глаза. — Я люблю тебя. Ты научила меня считать жизнь радостью, а не обузой, и заставила забыть о том, что в мире есть другие женщины. Никому из них я ничего не обещал и не хотел обещать. — Он еще раз чертыхнулся. — Ты думаешь, я сильный, но это не так, Сара. Не с тобой. Когда я с тобой, я размякаю от нежности и становлюсь сентиментальным. — Дэниел понизил голос.

— А когда ты решила уйти и бросить меня, я совсем размяк. Ну разве это не любовь? — умоляюще спросил он. — Я готов защищать тебя до последнего вздоха. Я сделаю все, что могу, чтобы ты была счастлива. Я молюсь на тебя. Черт побери, сегодня ночью я записал эти слова, чтобы ничего не забыть, а получается смешно и глупо. Помоги мне, Сара. Я не мастак вслух говорить о своей любви.

Сара заморгала. Пульс Дэниела бился в ее ладони. Сердце так сжалось, что трудно было дышать.

Не мастак вслух говорить о любви? Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Горло свело судорогой.

— Кажется, ты забыл, что мне тоже ничего не обещал и не хотел обещать, — неуверенно произнесла она.

— Почему ты не сказала мне, что беременна?

Сара потупилась,

— Я боялась, Дэниел. Я и сейчас боюсь. Не хотелось быть тебе дополнительной обузой. Все с самого начала пошло не так. Я пыталась держаться от тебя подальше, но полюбила раньше, чем поняла это. Не влюбилась, а именно полюбила, полюбила по-настоящему не на жизнь, а на смерть. А ты ясно сказал, что я нужна тебе только для забавы. Помнишь свои слова о «безумной, чувственной связи»?

Признание Сары музыкой звучало в его ушах. В первый раз за тринадцать дней он ощутил проблеск надежды.

— Ну что ты говоришь… Если ты любишь меня, а я люблю тебя, то почему наша «безумная, чувственная связь» не может продолжаться вечно? Стоит лишь добавить к ней пару золотых колец, обменяться клятвами в верности и начать жить вместе.

При виде ее грустного лица у Дэниела поубавилось оптимизма.

— Потому что так не бывает, — объяснила она. — Скоро все изменится. Й стану толстой, рыхлой и сварливой. А если ребенок будет день и ночь плакать, ты начнешь ворчать, что у меня не остается сил на секс,

— На секс? Не могу себе представить. Это невозможно.

Сара завела глаза.

— Еще как возможно… Но ты ничего не сказал про бэби.

— И не собираюсь. — Его слова привели Сару в изумление. — Вчера вечером ты вылила на меня ушат грязи, задрала хвост и убежала прежде, чем я успел опомниться. У тебя были две недели, — он указал на листки, лежавшие на кухонном столе, — и пачка бумаги, чтобы переварить известие о беременности. Мне для этого тоже потребуется несколько дней. Хотя вот что я скажу тебе, Сара… Ничто не сможет изменить мое чувство к тебе. Ни твое прошлое. Ни твое настоящее. Ни наше будущее. Я ведь и глазом не моргнул, когда ты рассказала мне про связь с сенатором. Будешь отрицать?

Пораженная Сара только покачала головой. Разве можно отрицать правду? Когда он успел так хорошо узнать ее?

— Глупо это отрицать, — неохотно признала она.

Его взгляд смягчился.

— Что касается меня, Сара, то в моей жизни нет места другим женщинам. Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем.

Сара тяжело вздохнула, и из самой глубины ее сердца вырвалось:

— И для меня тоже никого не существует, кроме тебя, Дэниел. Никого.

Дэниел закрыл глаза. Прошла вечность, прежде чем он открыл их и приложил дрожащую руку к щеке Сары.

— Хорошо, что ты сказала об этом вслух. Но могла бы и промолчать. И без того у тебя все на лице написано. Каждое твое прикосновение, каждая улыбка подтверждают это.

У Сары защипало глаза. Она была совершенно обескуражена.

— А я-то надеялась, что построила себе надежное бомбоубежище… — хрипло сказала она.

— Ты ошибалась.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.