Сделай Сам Свою Работу на 5

НАРУШЕНИЯ ВЕГЕТАТИВНЫХ ФУНКЦИЙ,

ВОЗНИКШИЕ ПО МЕХАНИЗМУ ВНУШЕНИЯ

И САМОВНУШЕНИЯ

Изучение явления гипноза и внушения давно показало, что, воздействуя на человека словом, можно оказать влияние на течение строго определенных вегетативных процессов. Словесным внушением можно вызвать появ­ление гиперемии и волдыря на коже (внушив, что при­касаются раскаленным предметом), повлиять на ритм сердечной деятельности, секрецию желудочного сока, обмен веществ, диурез, вызвать или задержать наступ­ление менструаций и т. п.

«Слово для человека,— писал И. П. Павлов,— есть та­кой же реальный условный раздражитель, как и все ос­тальные, общие у него с животными, но вместе с тем и такой многообъемлющий, как никакие другие, не иду­щие в этом отношении ни в какое количественное и ка­чественное сравнение с условными раздражителями жи­вотных. Слово, благодаря всей предшествующей жизни взрослого человека, связано со всеми внешними и внут­ренними раздражителями, приходящими в большие по­лушария, все их сигнализирует, все их заменяет и пото­му может вызвать все те действия, реакции организма, которые обусловливают те раздражения»1. Неосторож­но сказанное врачом слово может привести к возникно­вению нарушения деятельности тех или иных внутрен­них органов (сердца, желудка, пищевода и др.), как это бывает в случаях иатрогений. Таким образом, этот ме­ханизм может лежать в основе психогенных висцераль­ных нарушений. Так, например, под влиянием иатрогении могут появляться сердцебиение и различные непри­ятные ощущения в области сердца, чувство спазма и ощущения затрудненного прохождения пищи по пище­воду, неприятные ощущения в области желудка и ки­шечника, рвота, запоры, боли в области малого таза, яв­ления дисменорей и т. п. По Auerbach и Gliebe, 60%, а по Т. С. Истамановой, 38% «неврозов сердца» вызваны иатрогенией.

Величайшим достижением эволюции является то, что регуляция работы наших внутренних органов, обеспече­ние гомеостаза, т. е. постоянства внутренней среды ор­ганизма, осуществляются автоматически, помимо созна­ния. Информация об изменениях во внутренних органах и тканях, хотя и непрерывно поступает в мозг, однако обычно не осознается (иногда обнаруживается в виде «темных ощущений»). Если бы она осознавалась, если в каждый данный момент мы ощущали бы тысячи1 биохи­мических процессов, протекающих в наших тканях, ощу­щали, как работают сердце, желудок, кишечник, и долж­ны были давать «указания» сердцу ускорить или замед­лить работу, если мы пошли быстрее или медленнее; желудку изменить состав секреции сока или почкам ус­корить процессы фильтрации (если мы выпили стакан бульона),—мы были бы всецело забиты поступающей информацией и всецело поглощены ее переработкой, а также сложнейшей координацией деятельности разных систем организма.



Однако оказалось, что обычно неосознаваемые сигна­лы, идущие от внутренних органов, могут стать осозна­ваемыми, и соответствующие представления могут на­чать влиять на вегетативные функции, до того не под­дававшиеся произвольному воздействию. Опыт аутоген­ной тренировки (на чем мы остановимся ниже) показал, что этого можно достигнуть путем самовнушения, если длительно и многократно вызывать представления, на­правленные на эту функцию. Тогда как бы проторяются пути от этого представления к вегетативным центрам, регулирующим данную функцию. Так, например, можно научиться произвольно повышать температуру кожи на руке на 3—4° за несколько десятков секунд, т. е. изби­рательно влиять на определенную вегетативную функцию. Отсюда возможность и нарушения функции путем самовнушения, как это видно в следующем случае иатрогении.

Больная Л., 26 лет, по характеру несколько мнительная, эмотивно-лабильная, простудилась во время похорон знакомого, скончав­шегося от инфаркта миокарда. Врач обнаружил ангину и сказал: «И у вас сердечко немного шалит. Надо следить за собой, а то не­долго последовать и за знакомым!..»

С этого времени Л. стала фиксировать внимание на работе сердца, наблюдать за тем, как оно бьется, когда она поднимается по лестнице, часто прикладывать руку к груди и проверять «сер­дечный толчок». Прочла признаки стенокардии и инфаркта миокар­да. Вскоре стала ощущать сердцебиение и одышку, в том числе в состоянии покоя; появилось чувство тяжести в левой половине груди.

Пульс 76—120 в минуту, ритмичный, лабильный, резко учащает­ся во время процедуры осмотра. Границы сердца в норме, тоны звучные. Систолический шум на верхушке, изменяющийся при пе­ремене положения тела. Артериальное давление 105/60—115/70 мм рт. ст. Электрокардиограмма — норма.

Авторитетный терапевт заверил ее, что сердце у нее здорово и что ей надо «лечить нервы, а не сердце». Назначил ей успокаиваю­щие и общеукрепляющие средства Самочувствие стало лучше, не­приятные ощущения уменьшились. После проведения психотерапии и лечения аутогенной тренировкой (внушала себе «Я совершенно здорова. Сердце работает спокойно, ровно») неприятные ощущения в области сердца исчезли.

То или иное временное нарушение вегетативной функ­ции, связанное с актом глотания, мочеиспускания или половой деятельностью, вызванное какой-либо причиной, может явиться источником самовнушенных представле­ний о невозможности осуществления этой функции. Вследствие этого могут возникать не только чувство тре­вожного ожидания неудачи, способствующее наруше­нию течения автоматизированного акта, что давало ос­нование Kraepelin относить эти заболевания к невро­зам ожидания, но и яркие самовнушенные ощущения. Так, например, у женщины, подавившейся семечком под­солнечника, мучительное ощущение наличия инородного тела в пищеводе держалось несколько месяцев. Оно за­ставляло больную десятки раз обращаться к врачу, по­ка это ощущение не было устранено внушением, хотя акт глотания не был нарушен. Сюда же относятся и не­которые больные, у которых самовнушенные боли и тягостные ощущения остаются длительное время после тех или иных перенесенных соматических заболеваний внутренних органов.

В отличие от самовнушенных нарушений вегетатив­ных функций при истерии в возникновении этих пред­ставлений не играет роли характерный для истерии механизм «бегства в болезнь», «условной приятности или желательности болезненного симптома» и не на­блюдается других характерных для истерии симптомов (припадков, параличей и т. п.).

НАРУШЕНИЯ ВЕГЕТАТИВНЫХ ФУНКЦИЙ,

ВЫЗЫВАЕМЫЕ ИНДИФФЕРЕНТНЫМИ ДО ТОГО

РАЗДРАЖИТЕЛЯМИ ПО МЕХАНИЗМУ УСЛОВНОГО

РЕФЛЕКСА

Экспериментальные исследования Н. А. Подкопаева, В. А. Крылова, А. О. Долина и др. показали, что раз­личные патологические состояния организма, совпав по времени с действием индифферентного раздражителя, могут в дальнейшем воспроизводиться этим раздражи­телем по механизму условного рефлекса. Так, например, может вызываться рвотная реакция, одышка, тахикар­дия, лейкоцитоз и т. д. Этот механизм играет роль и в некоторых случаях описываемой формы.

У женщины, находившейся в комнате соседки и услышавшей рассказ, содержащий неприятное для нее известие, возник приступ angina peсtoris vasomotorica. Приступы стили is дальнейшем повто­ряться в легкой форме каждый раз, когда она оказывалась в этой комнате.

Очевидно, до того индифферентный раздражитель (комната) приобрел новые свойства — стал для этой женщины патогенным условнорефлекторным раздражи­телем. Аналогичен механизм и следующего заболевания.

Девочка проглотила муху, когда пила молоко из чашки. У нее была рвота. В дальнейшем тошнота стала появляться при виде не только молока, но и той чашки, из которой она его пила. Другие чашки такой реакции не вызывали.

А. Г. Иванов-Смоленский указывает, что патологиче­ские вегетативные реакции иногда возникают по меха­низму условной связи, но в отличие от нормальных фи­зиологических связей такая патологическая условная связь, кроме своей неадекватности внешним условиям, обычно характеризуется особой фиксированностью, неугасаемостью, происходящими от лежавшей в ее основе застойности, инертности раздражительного процесса. Сюда относятся, например, некоторые случаи психогенной рвоты, ряд спазматических явлений в желудочно-кишечном тракте, вазомоторных нарушений и т. д. Сюда же относятся и некоторые навязчивые задержки вегета­тивных реакций, например акта мочеиспускания (пато­логические инертные условные торможения различных вегетативных функций).

П. К. Булатов, рассматривая бронхиальную астму как аллерго-инфекционное заболевание, указывает, что при­ступ бронхиальной астмы может возникнуть или как безусловный рефлекс в ответ на внешние и внутренние патогенные раздражители, или как условный рефлекс. Так, у одной из описываемых им больных приступ брон­хиальной астмы мог быть вызван условным раздражите­лем— словом «Ялта». С Ялтой у больной связано нача­ло заболевания бронхиальной астмы, в Ялте у нее был первый приступ. Morawitz наблюдал больную, у кото­рой приступ астмы наступал, когда она нюхала розы. При этом приступ мог быть вызван, если больной вне­запно подносили бумажную розу так быстро, что она не успевала распознать, что эта роза из бумаги.

Однако не только индифферентный раздражитель, совпав по времени с каким-либо соматическим процес­сом, может начать его вызывать по условнорефлекторному механизму. Это может сделать еще легче индиф­ферентный раздражитель — условнорефлекторный раз­дражитель, сигнализирующий о неприятных для челове­ка событиях.

Молодая женщина во время приступа болей в животе, вызван­ного пищевой интоксикацией, узнала, что была обманута мужем. Через полгода, когда муж задержался на работе, у нее появились идеи ревности, повторился приступ болей в животе. С этого време­ни боли стали повторяться каждый раз, когда муж задерживался на работе или когда она получала неприятное известие.

Пребывание в психотравмирующей ситуации, совпав по времени с соматическим заболеванием, например с заболеванием сердца, печени или желудка, может в дальнейшем воспроизводить картину этого страдания по условнорефлекторному механизму каждый раз, как только человек попадает в подобную ситуацию. Нару­шения функции внутреннего органа будут держаться до тех пор, пока человек на работе или дома находится в неблагоприятной обстановке, и исчезнут, когда он из нее выйдет. Характерно в этом отношении следующее наб­людение.

Больная Б., 33 лет, энергичная, активная, несколько тревожно-мнительная, быстро переключающаяся с одного вида деятельности на другой, обладающая артистическим дарованием.

В течение нескольких лет на работе тяжелые конфликтные отношения с начальником. Осенью 1945 г. после неприятного раз­говора с ним и допущенной погрешности в диете в течение недели был жидкий стул 3—4 раза в сутки. С этого времени в течение года в связи с обострениями конфликтных отношений на работе (вне связи с погрешностями в диете) было 8 приступов диареи по не­скольку дней каждый с жидким стулом 3—4 раза в сутки. Продол­жала ходить на работу и не сообщала о своем заболевании. Подо­зревалась хроническая дизентерия. Диета, лечение бактериофагом и сульфаниламидами отчетливого эффекта не давали. Психогенная природа заболевания была установлена лишь после стационарного обследования больной в инфекционной клинике Военно-медицинской академии имени С. М. Кирова, где тщательные лабораторные ис­следования и ректороманоскопия позволили исключить хроническую дизентерию или иное заболевание внутренних органов. Разрешение конфликтной ситуации (переход на другую работу) привело к пол­ному выздоровлению. В 1951 г. больная поехала к родственнику, чтобы попытаться помирить его с женой. Была свидетельницей тя­желой семейной сцены между ними. На обратном пути к дому в трамвае почувствовала резкие непреодолимые позывы на дефека­цию и по приезде домой был профузный жидкий стул. После этого без какого-либо лечения вновь установился нормальный стул.

В данном случае неприятный разговор совпал с диа­реей, вызванной нарушением диеты. Эта связь закрепи­лась и в дальнейшем диарея стала возобновляться пос­ле каждого неприятного разговора с начальником. Рецидив заболевания наступил через 3 года под дейст­вием условнорефлекторных раздражителей, которые, видимо, оживили следы патологической реакции.

Аналогичный механизм, как мы увидим при рассмот­рении нарушений половой функции, может лежать и в основе некоторых случаев психической импотенции мужчин и половой холодности женщин.

К описываемым нарушениям относятся некоторые так называемые неврозы мочевого пузыря, выражающиеся в невозможности совершения акта мочеиспускания в присутствии посторонних лиц. При этом обычно задерж­ка мочеиспускания, вызванная какой-либо причиной, на­пример внешним торможением, обусловленным необыч­ной обстановкой или ориентировочной реакцией, в даль­нейшем воспроизводится по механизму условного реф­лекса при наличии одного из компонентов той ситуации, в которой она возникла. Kraepelin относил такие нару­шения функции к неврозу ожидания, считая причиной нарушения появление тревожного ожидания неудачи. Главную роль в возникновении задержки мочеиспускания здесь играет указанный выше условнорефлекторный механизм, который может вызывать задержку функции и без предварительного тревожного ожидания неудачи. Не только задержки, но и, наоборот, возникновение сильных непреодолимых позывов на мочеиспускание под влиянием до того индифферентного раздражителя могут явиться следствием возникновения патологиче­ской условнорефлекторной связи. Так, у одной нашей больной сильные позывы на мочеиспускание стали вы­зывать звуки воды, льющейся из крана, после того как однажды у нее произошло небольшое непроизвольное мочеиспускание, когда она, разгоряченная, подставила лицо и шею под холодную воду. Другие раздражители такого действия не оказывали.

Описанные нарушения функции внутренних органов могут наблюдаться у лиц с разными типологическими особенностями нервной системы. Особенно легко они возникают у лиц с высокой соматовегетативной переключаемостью, в частности у астеников, легко возбуди­мых и быстро истощаемых («неврастеников»), ипохондричных, обнаруживающих преувеличенную заботу о своем здоровье и легко фиксирующих внимание на ма­лейших изменениях функции внутренних органов. Далее нередко наблюдаются они и у сензитивных астеников, тонко чувствующих, повышенно ранимых, легко сму­щающихся, эмотивно-лабильных. При повышенной со­матовегетативной переключаемости у них легко возни­кают нарушения вегетативных функций под влиянием аффекта. К образованию связей, ведущих к нарушению, функции внутреннего органа, сравнительно склонны ли­ца тревожно-мнительные, неуверенные в себе, педантич­ные, пунктуальные, с повышенно развитым чувством долга и вообще лица с инертностью, малой подвиж­ностью нервных процессов. Последнее может являться не только следствием врожденных конституциональных особенностей нервной системы заболевшего, но и след­ствием различных неблагоприятных внешних воздейст­вий (травмы мозга, инфекции).

Нарушения функции внутренних органов при невра­стении приходится дифференцировать от различных ор­ганических заболеваний внутренних органов, аллергиче­ских состояний, эндокринопатий и органических заболе­ваний нервной системы, в том числе вегетативной, а так­же от истерии. В тех и других случаях могут наблюдаться такие симптомы, как сердцебиение и тягостные ощущения в области сердца, рвота, диарея, дисменорея. Патогенез этих симптомов различен. Отсюда неодинаков и терапевтический подход к этим больным. В патогенезе заболевания больных истерией играет роль механизм «бегства в болезнь», «условной приятности или жела­тельности» болезненных симптомов. Висцеральные нару­шения часто сочетаются с другими истерическими симп­томами, такими, как припадки, анестезии, параличи и т. п. Много ценного для отграничения обеих форм мо­жет дать тщательно собранный анамнез, позволяющий установить условия возникновения заболевания, а так­же изучение взглядов, стремлений, идеалов больного, семейно-бытовой и служебной обстановки.

НАРУШЕНИЯ ПОЛОВОЙ ФУНКЦИИ

Функциональные нарушения половой сферы часто наб­людаются при неврозах. Они не образуют какой-либо особой самостоятельной нозологической формы невроза (neurosis sexualis) по терминологии старых авторов и могут являться одним из признаков различных невро­зов — неврастении (neurastenia sexualis), и, реже, исте­рии, а также невроза ожидания. Значение этих наруше­ний весьма велико, так как они приводят к дисгармонии сексуальной жизни и нередко оказывают тяжелое психотравмирующее действие.

В нервной регуляции половой функции участвует ряд взаимосвязанных центров. Сюда относятся: 1) половой центр в коре мозга, по Fervier, находящийся в girus fugiformis рядом с uncus; 2) подкорковые половые цент­ры, расположенные в промежуточном мозге и гипотала­мусе (замечено, что повреждение миндалевидного тела может вести к повышению половой активности); 3) спинальные центры эрекции во II—V крестцовых сегментах и эякуляции — во II—IV поясничных. Спинальные цент­ры связаны, с одной стороны, с гипоталамическими и корковыми центрами, с другой — с рецепторами, зало­женными в половых органах. Половые центры находят­ся во взаимодействии и соподчинении. Половое влече­ние (либидо) и оргазм не могут осуществляться без участия центров в головном мозге. Эрекция и эякуляция могут возникать, несмотря на перерезку спинного мозга в нижнегрудной части. Они являются спинальными рефлексами.

К безусловнорефлекторным раздражителям полового центра относятся половые гормоны, в значительной ме­ре определяющие уровень его возбудимости (тонус) и силу полового влечения. Основная роль принадлежит гормонам яичек и яичников, а также надпочечников и гипофиза. У мужчины важное значение имеет функция предстательной железы. Хотя она не относится к желе­зам внутренней секреции, экскрет ее может поступать в кровь. В малых количествах он возбуждает секрецию яичек, в больших — угнетает ее.

Если мужчина некоторое время не живет половой жизнью, то нередко у него отмечается ослабление полового влечения и, наобо­рот, когда возобновляет ее — последнее усиливается. Это, казалось бы, парадоксальное явление, по И. М. Порудоминскому, объясняет­ся тем, что при частых половых актах вместе с эякулятом выбрасы­вается много секрета предстательной железы и лишь небольшое его количество всасывается в кровь. Уменьшение поступления секрета в кровь возбуждает секрецию яичек, гормоны которых и активи­руют либидо. Наоборот, чем реже совершаются половые акты, тем реже иногда становится потребность в них, так как секрет предста­тельной железы обильно поступает в кровь и тормозит деятель­ность яичек. Если у мужчин после 55 лет усиливается половое вле­чение, это обычно связано с аденомой предстательной железы, со­провождающейся понижением ее деятельности

Хотя половые гормоны и играют большую роль в ре­гуляции секреторной функции, однако либидо, эрекция и эякуляция в 50% случаев в той или иной степени сохра­няются у кастрированных мужчин и женщин, если каст­рация была произведена после наступления половой зрелости, а также у лиц с удаленной предстательной же­лезой. Неопущение или заболевание одного яичка не нарушает половой способности. Эрекции могут быть у детей задолго до периода полового созревания, причем может возникать и оргазм (по мнению Steckel, у детей он качественно отличен от оргазма у взрослых). После наступления климакса способность к переживанию ор­газма у женщин обычно сохраняется, причем он иногда начинает наступать легче и быстрее, чем до климакса.

Не столько женские, сколько мужские половые гормо­ны могут усиливать либидо у женщины. Половое влече­ние у женщины зависит главным образом от деятель­ности коры надпочечников, вырабатывающей у нее некоторое количество мужских половых гормонов — андрогенов. Поэтому удаление яичников (а также матки) обычно не ведет к устранению полового влечения, а уг­нетение функции надпочечников у женщин вызывает его угасание. Эротизирующее действие мужских половых гормонов на женщину связывается с их общим стимули­рующим влиянием на организм, повышением чувстви­тельности периферических нервных сенсорных аппара­тов и некоторым увеличением клитора, которое эти гор­моны вызывают. В отличие от этого женские половые гормоны, введенные мужчине, не стимулируют, а, наобо­рот, угнетают его половую активность.

Половое возбуждение может возникать безусловно-рефлекторным путем под влиянием не только гормо­нальных факторов, но и импульсов со стороны эроген­ных зон, однако обычно лишь при наличии психоэроти­ческой настроенности. Наиболее возбудимыми из этих зон у мужчины являются головка члена, смещение ко­жи члена, давление на его корень и, реже и слабее, мо­шонка, у женщины — в первую очередь клитор, затем малые губы и вход во влагалище. Молочные железы женщин в представлении многих мужчин являются весь­ма чувствительной эрогенной зоной. И, действительно, хотя и крайне редко, но встречаются женщины, у кото­рых эти железы настолько чувствительны, что прикосно­вение к ним может вести к наступлению оргазма. Од­нако у многих женщин молочные железы малочувстви­тельны и не вызывают полового возбуждения. Средняя и задняя части влагалища тоже малочувствительны: 86% женщин не ощущали прикосновения к влагалищу. Billet и Beau (цит. по Aresin) показали, что женщины часто не могут определить величину предмета, вложен­ного во влагалище, но могут установить ее, если пред­мет вызывает растяжение входа во влагалище. По на­блюдениям гинекологов, 95% женщин не ощущает ни прикосновения, ни давления на шейку матки, т. е. она малочувствительна. Однако около половины из 200 оп­рошенных нами женщин отметили, что они ощущают во время полового акта толчки в области шейки матки (дна влагалища). Некоторые из лих указывали, что они малочувствительны к раздражению клитора и малых губ до начала полового акта, однако дополнительное быстрое ритмичное давление руки мужчины на эту об­ласть во время акта ускоряет у них наступление ор­газма1.

Половое возбуждение может также наступать под влиянием условнорефлекторных раздражителей — зри­тельных, слуховых, обонятельных и др. Сюда относятся внешний облик партнера, приготовления к половой бли­зости и т. п. Условнорефлекторные положительные и от­рицательные сексуальные раздражители весьма индиви­дуальны и связаны с личным опытом человека, его пред­ставлениями, сформировавшимися у него идеалами. Отсюда, например, полнота женской фигуры может быть положительным раздражителем для одного и отрица­тельным— для другого. В случаях полового фетишизма такими раздражителями могут стать необычные пред­меты или явления, например может вызвать половое возбуждение вид женского носового платка, туфли, ко­сы и т. п. Сексуальные раздражители, задевающие жен­скую стыдливость, часто оказывают на женщину не воз­буждающее, а тормозящее действие.

Лишь у очень немногих женщин под влиянием услов­норефлекторных раздражителей половое возбуждение возникает очень легко и может привести к оргазму, в то время как у мужчин это к оргазму обычно не при­водит.

В огромном большинстве случаев женщины меньше реагируют на условнорефлекторные раздражители, чем мужчины. Так, например, по Kinsey, вид хорошеньких женщин вызывает половое возбуждение у мужчин в 2 раза чаще, чем вид интересных мужчин — у женщин. Вид эротических открыток или рисунков вызывает ре­акцию у большинства мужчин и лишь у немногих жен­щин. Вид обнаженных женских половых органов обычно возбуждает мужчину, однако вид обнаженных мужских половых органов не вызывает никакой эротической ре­акции у половины женщин, причем многим из них он не­приятен и тормозит половое возбуждение. Эротические фантазии о другом поле, о новых встречах и пережива­ниях вызывают сильное половое возбуждение у очень многих мужчин и лишь редко — у женщин. У большин­ства женщин в отличие от мужчин ожидание полового сближения не вызывает полового возбуждения. В зави­симости от общего уровня половой возбудимости, в зна­чительной мере определяемого действием гормонов и об­щим состоянием нервно-психической сферы, условнореф­лекторные половые раздражители могут оказывать силь­ное или слабое действие.

При половом возбуждении как у мужчины, так и у женщины половые органы наполняются кровью. У муж­чины оно вызывает эрекцию — напряжение полового члена, ведущее к резкому увеличению его объема и по­явлению возможности введения во влагалище, у женщи­ны — гиперемию клитора и малых губ. При этом у жен­щины обычно выделяется жидкий секрет из бартолиновых желез, малых желез преддверия и желез шейки матки, делающих половые органы влажными и тем са­мым облегчающих возможность введения (имиссии) мужского полового органа во влагалище. Под влиянием фрикций (от лат. frictio — трение) половых органов на­ступает суммация возбуждения, идущего от перифери­ческих нервных окончаний, нарастает чувство сладостра­стия и происходит эякуляция, которая у мужчины выра­жается в извержении семени, у женщин — в выбрасыва­нии секрета желез шейки матки и бартолиновых желез. При этом возникают перистальтические сокращения вла­галища, некоторое опущение матки во влагалище и вы­талкивание из цервикального канала незначительного количества секрета (кристеллеровский слизистый тяж), а также ритмические сокращения дна матки, в связи с чем происходит присасывание семени из влагалища. Все это облегчает акт оплодотворения (оно может на­ступить и при отсутствии оргазма)1. После эякуляции как у мужчины, так и у женщины исчезает чувство на­пряжения в половых органах и начинает довольно быст­ро уменьшаться их гиперемия (исчезает эрекция), в свя­зи с чем мужчина вскоре оказывается не в состоянии продолжать половой акт. Задержать усилием воли на­чавшуюся эякуляцию не удается.

Эякуляция как у мужчины, так и у женщины обычно сопровождается переживанием оргазма — сильного сла­дострастного ощущения, длящегося несколько секунд у мужчины и несколько дольше — у женщины и дающего половое удовлетворение. Оргазм сопровождается общей бурной вегетативной реакцией, причем в это время пульс может участиться до 150 в минуту и выше, максимальное артериальное давление как у мужчины, так и у жен­щины иногда повышается со 110—120 до 200—240 мм рт. ст. даже если оргазм вызван только представле­нием.

По Freud, существует два вида оргазма — клиторический и вагинальный. Первый возникает при раздражении клитора, второй — при глубоком введении мужского по­лового члена во влагалище и дает более сильное половое удовлетворение, чем первый1. Онтогенетически якобы происходит переход клиторического оргазма в вагиналь­ный и лишь последний является показателем «психосек­суальной зрелости» женщины. Существование особого вагинального оргазма одними сексологами признается, другими — отрицается. По Kinsey, вагинальный оргазм объясняется тем, что при глубоком введении полового члена во влагалище мужчина одновременно оказывает более сильное давление на малые губы, вульву, клитор, может быть мышцы промежности и само влагалище (у 14% женщин оно чувствительно), а также происходит более сильное тактильное раздражение различных уча­стков тела женщины. Большую роль тут может играть и психический фактор — возникающее при этом чувство полного слияния с мужчиной.

Из 100 опрошенных нами не фригидных женщин отме­тили клиторический оргазм 20, вагинальный — 36 и оргазм неопределенной локализации — 44. У некоторых женщин бывал оргазм как первого, так и второго вида. Клиторический оргазм встречался с одинаковой часто­той среди женщин как не ощущавших, так и ощущав­ших толчки в области шейки матки при половом акте, однако вагинальный оргазм наблюдался в 2 раза чаще среди последних.

Приведенные данные с несомненностью свидетельст­вуют о существовании клиторического и вагинального оргазма. При этом вагинальный оргазм может возни­кать при раздражении любой эрогенной зоны, в том числе и клитора.

Поскольку половая функция в норме весьма подвер­жена психогенным влияниям, они могут нередко вызы­вать и ее нарушение.

НАРУШЕНИЯ ПОЛОВОЙ ФУНКЦИИ МУЖЧИНЫ

Вряд ли найдется мужчина, у которого в тот или иной период жизни не возникало хотя бы временное ослабле­ние потенции. Причины нарушения половой функции у мужчины весьма многообразны. К ним относятся орга­нические заболевания головного и спинного мозга (трав­матические, сосудистые, опухоли и др.)» эндокринные расстройства, интоксикации (алкоголь, никотин, сви­нец), хронический нефрит, диабет, соматогенные заболе­вания, вызывающие астению (инфекции, авитаминозы, алиментарная дистрофия), половые излишества. Кроме того, эти нарушения могут быть вызваны заболевания­ми половых органов — предстательной железы, задней уретры и семенного бугорка гонорейной и негонорейной этиологии1 механическими препятствиями к выполне­нию полового акта (пороки развития, гипоспадия, корот­кая уздечка). Однако чаще всего расстройства половой функции вызываются психогенными факторами, которые и лежат в основе функциональных нарушений сексуаль­ной сферы у больных неврозами.

Импотенция у мужчин, пишет Wershub, примерно в 90% случаев функционально и в 5% случаев органичес­ки обусловлена; в 5% случаев роль органического пора­жения в ее возникновении сомнительна. По мнению дру­гих американских урологов, лишь в 5% случаев импо­тенция органически обусловлена. Даже после 55 лет им­потенция у мужчин нередко обусловлена психогенно. По нашим данным, психогенный генез заболевания наблю­дается примерно у половины мужчин молодого возра­ста, страдающих половыми расстройствами.

Нарушения половой функции при неврастении у муж­чины выражаются главным образом в виде половой сла­бости (импотенции). Нормальная потенция мужчины подвержена значительным возрастным и индивидуаль­ным колебаниям. Так, по Kinsey (США), частота поло­вых актов у мужчин до 30 лет в среднем 3,2 раза в не­делю, после 30 лет — 2,2 и в 60 лет — 0,8 раза. 96% 60-летних мужчин еще способны к половой жизни. По Schultz-Henke (Берлин), нормальная частота половой жизни у мужчины колеблется между 3 актами в день и одним актом в месяц. По Davis (США), в первые 3 ме­сяца брака половая жизнь в среднем 2 раза в течение ночи, следующие 9 месяцев — 1 раз за ночь, последую­щие 2 года — 2 раза в неделю. По нашим данным, в возрасте между 30 и 45 годами большинство лиц имеют половые сношения 2—3 раза в неделю. Среди мужчин, хотя и крайне редко, встречаются «холодные натуры», у которых почти полное отсутствие полового влечения является врожденной особенностью.

Периодические колебания половой активности, в ча­стности резкое снижение ее без внешнего повода в те­чение ряда недель, а иногда и месяцев, встречается у некоторых людей и иногда может быть связано у них с очень легкими циклотимическими колебаниями настрое­ния, которые, не выступая на передний план, иногда мо­гут быть не распознаны. Периодические колебания по­тенции, возникающие без внешнего повода, бывают и у совершенно здоровых людей.

При неврастении снижение потенции находится в тес­ной связи с общей астенией. Оно может возникать при длительном эмоциональном напряжении или состоянии стресса, вызванного острым психотравмирующим воз­действием, и сопровождается гормональным сдвигом. Общая фатигация, например у студентов к концу учеб­ного года, а также постинфекционная астения могут способствовать возникновению этого нарушения.

В начальном периоде неврастении при ослаблении внутреннего торможения иногда отмечается период растормаживания полового влечения, некоторого его усиле­ния (учащение эрекций), однако при нарастании асте­нии снижается и половая активность. В последнем слу­чае утрачивается интерес к противоположному полу. Ослабляется эрекционная способность. Исчезают спон­танные эрекции (в норме у молодого здорового мужчины, если он воздерживается от половой жизни, как пра­вило, при пробуждении от сна отмечается эрекция). Прекращаются эротические сновидения и поллюции (в норме при длительном воздержании они бывают один раз в 2—8 недель). Перестают возникать эрекции под действием условнорефлекторных раздражителей (эро­тических фантазий, разговоров на сексуальные темы, чтения книг эротического содержания). Становится ред­кой или совсем исчезает потребность в половой близо­сти с женой. Если раньше одно приготовление ко сну вызывало половое возбуждение, то теперь оно возникает далеко не так легко и быстро и нередко лишь под дей­ствием более сильных тактильных раздражений эроген­ных зон. В дальнейшем и это перестает вызывать поло­вое возбуждение. Тревога по поводу возникшего сниже­ния потенции и усиленная фиксация внимания на воз­никшем нарушении иногда ведет к попыткам любой це­ной искусственно вызвать половое возбуждение и тем самым к еще большему ослаблению и без того ослаб­ленной функции, а также общему ухудшению состояния больного.

Такие нарушения потенции наблюдаются при гипостенической форме неврастении. Они сравнительно легко обратимы и проходят с общим улучшением самочувствия и исчезновением явлений астении. В этом периоде очень важно правильное, тактичное поведение жены. Оно может успокоить больного и предотвратить возник­новение психических задержек сексуальной функции вследствие чрезмерной фиксации на ней внимания и тревожного ожидания неудачи. Характерно следующее наблюдение.

Больной И., 24 лет, студент политехнического института, по ха­рактеру несколько мнительный. Последний год совмещал учебу с работой, очень уставал, нервничал в связи с тем, что стал плохо успевать в институте. Недоедал. Появились повышенная утомляе­мость, раздражительность, временами вялость. Резко снизилась по­тенция. До этого жил с женой половой жизнью 2—3 раза в неделю, последние 2 месяца—один раз в 2—3 недели и то лишь после проявления активности с ее стороны. Эрекции стали непродолжи­тельными, легко угасали Спонтанные эрекции прекратились. Жена отнеслась к этому спокойно. Сказала, что это у него в связи с пере­утомлением, все это пройдет. Все же решил обратиться по этому поводу к врачу.

Больному указано, что жена правильно оценила его состояние и что ему следует отдохнуть, не принуждать себя к половой жизни, пока не появится сильное половое влечение. При этом предложено спать с женой в одной постели. Больной оставил работу, очень энергично взялся за учебу и ликвидировал за месяц академическую задолженность. После этого отдохнул в течение 3 недель. Получал общеукрепляющее лечение. Потенция полностью восстановилась.

Иногда у больных неврастенией может наблюдаться избирательная (ситуационная) импотенция. Она вызва­на торможением половой функции строго определенным раздражителем и обнаруживается при его действии. Так, например, импотенция появляется лишь в отноше­нии определенного лица или в строго определенной си­туации. Вне этого половое возбуждение оказывается не­угнетенным. Утренние эрекции и спонтанные эрекции в неподходящей обстановке обычно остаются сохранными.

К избирательной импотенции может привести ряд причин: фригидность жены при демонстративно-равно­душном отношении к половой жизни (влечение к ней пропадает). Длительная ссора с женой в связи с возник­шим к ней чувством антипатии. Вид чего-либо отталки­вающего, вызывающего отвращение при половой бли­зости (обнаруженное уродство, неприятный запах, неэстетический жест при отходе ко сну и т. п.), угрызение совести по поводу допущенной измены, нарушение при­вычного стереотипа половой жизни, например измене­ние времени полового сближения. Сюда же относится и описанное Forel половое бессилие развратника в отно­шении целомудренной девушки. Надо сказать, что для огромного большинства здоровых людей все эти фак­торы сами по себе не являются патогенными. Они могут привести к возникновению заболевания лишь у лиц астенизированных, сензитивных, эмоционально-лабиль­ных или лиц с малой подвижностью нервных процессов (инертностью связей).

Характерно следующее наблюдение.



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.