Сделай Сам Свою Работу на 5

Глава 22 О несостоятельности марксизма





Одного яйца два раза не высидишь.

К. Прутков

Если анализировать все коммунистические публикации периода после 1991 года, то станет ясно, что их авторы до сих пор не поняли, как их бывшие руководители на основе марксизма-ленинизма довели СССР до краха и породили таких теоретиков, как Гайдар. Многие помнят широко тиражировавшиеся лозунги: «Учение Маркса всесильно потому, что оно верно». А между тем 1991 и последующие годы не только поставили под сомнение всесильность этого учения, но и обнажили неработоспособность методологии бездумных лозунговых прорывов, заканчивающихся известным: «Хотели как лучше...» История не терпит сослагательных наклонений, мы получили ровно то, что было возможно в рамках господствовавшего учения, ибо обеспечение устойчивости, созданной на его базе системы, к любым воздействиям как внутренним, так и внешним, и является мерилом его практической полезности. Когда все рушится, как карточный домик, то истоки краха следует искать не в отдельных ошибках, а в фундаменте. Лимит доверия к теории марксизма исчерпан. Это на его основе народ богатейшей во всех отношениях страны мира влачит постыдно жалкое существование. Настала пора простому русскому мужику, в отличие от «элиты», поджидающей очередных лозунгов, самостоятельно разобраться в основах экономики и финансов, заменить веру фальшивым авторитетам собственным миропониманием — не Боги горшки обжигают!



Что любопытно, теория марксизма, порожденная системами надгосударственного управления, и по сию пору сохраняет свою неприкасаемость. Вы, наверное, заметили, что единые хозяева наших как левых, так и правых не допускают критику Маркса ни теми, ни другими. Даже на буржуазно-либеральном Западе марксизм вне критики. Это неизменно охранительное на протяжении многих десятилетий отношение к марксизму на Западе хорошо отражено в заметке «Утописты — народ горячий», опубликованной в «Российской газете» от 31 августа 1995 года. В ней сообщается о проходившем в Канаде (Монреаль) 18-м международном конгрессе историков. Жаркая дискуссия развернулась вокруг докладов россиян и восточно-европейцев. «Присутствовавшим за „круглым столом" западным марксистам и троцкистам (весьма многозначительное выделение троцкизма из марксизма. — Наш комментарий при цитировании) не понравились ссылки на христианскую религию в докладах. Их задело, в частности, утверждение, что утопия завладевает умами в обществе в результате отхода от христианских ценностей. Российских историков обвинили в обскурантизме и в том, что они пытаются перевести стрелку часов на много столетий назад. Историки из Восточной Европы и России были солидарны в критике марксизма, что не понравилось их западным коллегам» (Международное канадское радио).



Более того, разразившийся кризис привел к очередной реанимации марксизма: как сообщали СМИ во многих странах Запада, с началом финансово-экономического кризиса в 2008 году выросли продажи произведений К. Маркса и других марксистов.

Начнем с важнейшего звена — с политэкономии марксизма. Есть такая наука — метрология. Это наука об измерениях. Так вот марксизм — это метрологически несостоятельное учение. Он оперирует фикциями, которые невозможно измерить на практике и связать с жизнью, с решением практически значимых задач. Если зайти на производство, то вам не удастся измерить объемы «необходимого» и «прибавочного» продукта. Ни одни часы вам не покажут, когда закончилось «необходимое» рабочее время и началось «прибавочное». То есть реальный бухгалтерский учет и контроль производства не могут вестись на базе марксистской политэкономии. Марксистская доктрина полностью обнажила свою несостоятельность уже к началу 1950-х годов, с той поры и возник усугубляющийся со временем кризис псевдокоммунистического развития СССР. Жесткое разоблачение марксизма и фактически смертный приговор ему даны в 1952 году в работе И. В. Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». Это обстоятельство, по нашему мнению, было решающим. Именно по этой причине работы Сталина были фактически, хотя и не юридически, запрещены, а он сам злодейски убит. Вслушайтесь в текст работы И. В. Сталина: «Я думаю, что необходимо откинуть и некоторые другие понятия, взятые из „Капитала" Маркса,., искусственно приклеиваемые к нашим социалистическим отношениям. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как „необходимый" и „прибавочный,, труд, „необходимый" и „прибавочный" продукт, „необходимое" и „прибавочное" время. (...) Я думаю, что наши экономисты должны покончить с этим несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей в нашей социалистической стране, заменив старые понятия новыми, соответствующими новому положению. Мы могли терпеть это несоответствие до известного времени, но теперь пришло время, когда мы должны наконец ликвидировать это несоответствие».



Это заявление чрезвычайной методологической значимости. Терминологический аппарат — это основа основ в управлении и, по сути, пункт обвинительного заключения в адрес отечественной экономической науки.

Первый результат, которого добился марксизм, сводится к тому, что при простом упоминании этой темы «среднестатистическому человеку» становится скучно и у него пропадает интерес к собеседнику. Очевидная бесполезность философии марксизма в жизненной практике проистекает из изначально ошибочной постановки основного вопроса философии, касающегося соотношения сознания и бытия. Что первично? Способно ли сознание правильно отразить мир? Первый вопрос лежит вне сферы доказательств средствами логики. Сознание, идея, информация и материя — это две стороны одного явления. Не бывает абстрактной материи без конкретных информационных характеристик, как не бывает информации без материального носителя. Об этом же, кстати, свидетельствует и многовековой бессмысленный и беспредметный спор философских школ материалистов и идеалистов. Их включили в стандартную библейскую алгоритмику «разделяй и властвуй». Кроме того, даже если бы что-то было первичным — от этого ничего не изменится на практике, поскольку этот факт пришлось бы принять как объективную данность, не подчиненную субъективному произволу философов и их учеников.

По второму вопросу без всяких научных ухищрений любому разумному человеку понятно, что мнения о Мире могут соответствовать Миру, а могут и не соответствовать ему. А вот основной вопрос практически полезной жизненной мудрости — это вопрос о предсказуемости последствий человеческой деятельности, последствий применения тех или иных мнений, претендующих быть научным знанием, к решению практических задач, — остается вне рамок марксизма. Единственно здравая постановка основного вопроса философии сводится к выявлению и реализации человеком объективных возможностей предвидеть будущее. Будущее, которое имеет много вариантов. Такое предвидение позволяет осуществить выбор наилучшего в некотором смысле варианта для воплощения его в жизнь — в масштабах личностной судьбы человека, семьи, государства и, наконец, всего человечества. В соответствии с исследованием этого вопроса человек и должен избирать вариант наилучшего поведения как сегодня, так и в обозримом будущем. На протяжении всей истории нашей цивилизации именно к таким вопросам никогда не ослабевал практический интерес.

Подобные воззрения на основной вопрос жизненно полезной философии высказывались при жизни и К. Маркса и Ф. Энгельса, но они остались не замеченными ни основоположниками марксизма, ни классиками того периода, ни широкой научной и политической общественностью.

Так английский этнограф XIX века Э. Б. Тайлор (1832-1917), современник К. Маркса и Ф. Энгельса, заявлял о «философии истории в обширном смысле как об объяснении прошедшего и предсказании будущих явлений в мировой жизни человека на основании общих законов» («Первобытная культура», Москва, «Политиздат», 1989. С. 21). Известно и сходное по смыслу высказывание Наполеона Бонапарта: «Предвидеть — значит управлять».

Теория марксизма не просто ошибочна. Она целенаправленно создает искаженное восприятие объективной реальности, нужное заказчикам, хозяевам марксизма, формирует своеобразные родимые пятна эпохи Рыб. Наиболее наглядно это представлено как раз в первом из упомянутых законов диалектики в ее марксистской интерпретации — законе «единства и борьбы противоположностей». Ведь единство и борьба противоположностей по Марксу реализуются так, что единство относительно, а борьба абсолютна. В действительности все это — точный слепок с основополагающего принципа отживающей свой век концепции управления «разделяй и властвуй». Но объективный мир устроен иначе. Основой развития является не борьба, и существо этого первого закона можно было бы отразить в следующем определении — «закон взаимодействия разнокачественных явлений». Во-первых, взаимодействие может быть не только парным, и оно вовсе не обязательно выражается в форме борьбы на уничтожение. Кровавая бойня белых и красных в 1917 году — это неизбежное следствие марксизма. В стране реализовывалась эта якобы единственная необходимость. Марксизм провоцирует классовую борьбу, умышленно противопоставляя собственников бизнеса и наемных работников. А для чего? А для того, чтобы сокрыть истинные механизмы угнетения в равной степени как одних, так и других. Их разорение реализуется банковским ростовщичеством через кредитно-финансовую систему с ненулевым ссудным процентом.

В действительности собственник бизнеса и наемный работник сидят в одной лодке, хотя и имеют принципиально разные функции в схеме получения личных доходов, в схеме реализации доступа к потреблению продукта общественного производства. Производство действительно общественное, поскольку никто не в состоянии единолично произвести с нуля ничего из того, что потребляет он сам и его семья — все продукт коллективного труда на основе той или иной организации производства и потребления. И в этой системе результат может быть достигнут лишь в процессе взаимодействия этих двух участников производства. Этот пример хоть и частный, но он точно иллюстрирует целевые установки одного из законов марксистской диалектики. Они сводятся к целенаправленному разжиганию противоречий в едином социальном организме через назначенных противников. Следующее за этим саморазрушение страны списывается, по оглашению, на объективный ход вещей, на роль подставной, подготовленной в обход сознания личности в истории, которая осуществила эту пресловутую якобы единственно возможную необходимость общественно-исторического развития. При этом марксизм ничего внятно не говорит об управлении как о возможности выведения управляемой системы на одну из заранее намеченных и наиболее предпочтительных целей из множества возможных.

Формулировка закона «переход количественных изменений в изменения качественные» поверхностна и расплывчата. В объективной реальности качество обусловлено не только количеством, но и мерой, упорядоченностью. К примеру, из одного и того же набора атомов вы можете получить молекулы разных веществ, которые будут обладать одинаковым химическим составом, но разными химическими свойствами, обусловленными упорядоченностью и взаимосвязями атомов в молекуле (это явление в химии получило название «изомерия»). А к качественным изменениям ведут, соответственно, как количественные, так и порядковые изменения. В свою очередь, качественные изменения выражаются в изменениях количественных и порядковых.

Обратимся к закону «отрицание отрицания». Этот закон не менее вредоносен для общества, чем и два предыдущих. К нему, конечно, можно придумывать всякие облагораживающие комментарии, что под отрицанием понимается выход на качественно новый уровень развития. Но ведь отрицание в форме краха тоже вполне укладывается в формулировку этого закона. Ведь крах — это бесспорное отрицание того, что до него было. Закон «отрицание отрицания» абсолютизирует одну из граней процесса, а название этого процесса, отражающего мир — «чреда преображений». И когда произрастает дуб, то главное в этом процессе вовсе не в том, что отрицается желудь. Развитие в нашем представлении — это не последовательность отрицаний в виде маеты и хождения по кругу. Мы формулируем этот закон иначе, как последовательность преображений на основе внутреннего и внешнего порядка во взаимодействии разных качеств. Закон «отрицание отрицания» уводит от поиска всегда имеющихся немногочисленных путей к истинному преображению в лучшее качество. Зачем созидать, если за этим последует отрицание? Зачем бороться за счастье народное, все равно наступит отрицание победы? Этот закон не дает ничего нового и являет собой наукообразное выражение ветхозаветных наваждений, изложенных в главах 1 и 3 книги Екклесиаста.

Процитируем по тексту Библии: «7. Время раздирать и время сшивать; время молчать и время говорить. 8. Время любить и время ненавидеть; время войне и время миру. 9. Что пользы работающему от того, над чем он трудится» (глава 3). «4. Видел я дела, которые делаются под солнцем, и вот, все — суета и томление духа» (глава 1). Вот вам и нравственно-психологическая подоплека методологических основ марксизма, который и во всех остальных вопросах является не более чем светской модификацией библейской доктрины порабощения человечества, но не в грубых, а утонченно-цивилизованных формах.

Вредоносен и такой марксистский термин, как «общественное разделение труда», ибо в общественном производстве имеет место обратный процесс объединения труда множества индивидов для получения единого результата, протекающий на основе профессиональной специализации. В настоящее время, отталкиваясь от мирового кризиса, глобальной марксистско-троцкистской мафией предпринимаются активные попытки реабилитации, повторного внедрения марксизма в общественные системы. Не получится. «Одного яйца два раза не высидишь», — как говаривал К. Прутков.

Сегодня в России существует партия, именующая себя коммунистической. Все изложенное выше свидетельствует, что у нее нет будущего, ибо ее лидерами не осмыслена вредоносность того фундамента, на котором она держится и по сию пору. Ее вождь Г. А. Зюганов на 13-м съезде КПРФ заявил, что КПРФ «намеревается строить социализм XXI века на основе идей марксизма-ленинизма». Ну, а объединить марксизм и православие в системе партийной идеологии — это шизофрения.

Все остальные парламентские партии точно так же, как и коммунистическая, работают строго в рамках концепции управления эпохи Рыб. За ними стоит одна и та же социологическая и экономическая наука. Все они на словах и по оглашению провозглашают одно, а в делах и по умолчанию получается другое. Такое психологическое явление именовалось в народе одержимостью, в наших определениях — это психический троцкизм, возникший задолго до рождения Л. Д. Бронштейна-Троцкого, который был наиболее ярким представителем этого типа строя психики в марксизме.

«Нет, больше одной партии нам не прокормить», — рассуждают избиратели, подразумевая потребность общества в партии власти, которая будет в практической политике выражать интересы общественного развития, а не интересы внешних поработителей. В обществе царит атмосфера ожидания системы новых мировоззренческих знаний, новой концепции управления.

 








Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.