Сделай Сам Свою Работу на 5

Часть II, где раскрывается другая страшная тайна.

Три месяца спустя…

Розы благоухали так сильно, что у Снейпа кружилась голова. После дня, проведенного в Подземельях над котлами шестого курса – экзамены, стресс!- аромат был почти непереносимым. К тому же на соседней лужайке эльфы только что скосили траву,- и Мастер Зелий несколько раз чихнул, помянув недобрым словом малфоевские порядки.
Однако он стоически продолжал свой путь, пока в конце аллеи не увидел увитую цветами беседку, а в ней – фигуру в светлой мантии, томно откинувшуюся на подушки.
Он на цыпочках приблизился к Люциусу, который небрежно листал какую-то газету, и с улыбкой остановился в паре шагов.
Бывший глава семейства – а ныне вольная птица - полулежал в огромной плетеном кресле с круглой спинкой, задрав босые ноги на пуф; периодически он вытягивал руку, брал ягоду из корзинки с крупной нормандской клубникой, макал ее в возвышавшуюся тут же вазочку со взбитыми сливками и отправлял в рот. С особо выдающимися экземплярами садоводческого искусства он разделывался в два приема, эротично облизывая губы и ухмыляясь: видимо, написанное в газете доставляло ему удовольствие.
Снейп ухмыльнулся, сорвал с куста белую розу, и подойдя, провел ею по щеке Малфоя.
- Привет.
- Привет,- не оборачиваясь, буркнул тот, откусывая очередную ягоду с влажно чмокающим звуком. Снейп видел, как Люциус покосился на цветок и поджал губы.
- Опять всякую дрянь читаешь?- поинтересовался он кивая на «Придиру».- Я же тебе запретил прикасаться к газетам.
Малфой громко фыркнул.
- Что, я уже не могу почитать о собственном аресте?- возмутился тот, отбирая розу; от Зельевара не укрылось, что он украдкой улыбнулся.- Отправлен в Азкабан, ты подумай! «Правая рука Лорда»! Глава Пыточной команды! За всю жизнь на свободе столько о себе не узнал!
- И что, нравится?- он обогнул кресло, в котором сидел Люциус и опустился на край; многочисленные подушки сильно мешали и были без сожаления изгнаны. Блондин неодобрительно покосился на этот варварский жест, но подвинулся и, когда Снейп уселся, положил голову ему на плечо.
Его рука вертела розу.
- Ну… кто бы мог подумать, что я такой страшный и ужасный?- он встряхнул волосами и самодовольно улыбнулся. - Прошло уже три месяца, а они все никак не могут успокоиться. Посмотри сюда,- он потянулся за другой газетой, лежащей на столике, но тут же резко побледнел и охнул. Зельевар поспешно подхватил его и осторожно опустил в кресло.
- Нет, Север,- шипел между тем Малфой, сжимая и разжимая пальцы, сведенные судорогой.- Этого я тебе никогда не прощу! Такого позора! Такого…
- Ты предпочел бы сидеть в тюрьме?- спросил Снейп, прищурившись. Малфой громко фыркнул.
- Да, я был бы в тюрьме! Но я был бы там как мужчина! И если ты думаешь, что вся эта идиотская операция в Отделе Тайн не шита белыми нитками..!
- Люци,- проговорил Снейп таким тоном, что тот мгновенно умолк.- Мне, честно сказать, безразлично, что скажет или подумает Лорд.- То что случилось, уже случилось. И я бы на твоем месте не особенно привередничал.
Люциус зашипел что-то, уткнувшись носом в розу. Потом, придав себе вид оскорбленной матроны, поднялся и пошел к столику, где стояли напитки и лакомства. Выражению его лица позавидовал бы святой мученик.
Снейп вздохнул.
- А попросить – язык отсохнет? Или позвал бы эльфов, а то они скоро разжиреют и будут задницы по земле волочить!
- Вот именно!- с неожиданным энтузиазмом Малфой взмахнул подцепленной из вазы со льдом долькой ананаса. Она соскользнула с серебряной вилочки и шлепнулась обратно, обдав все вокруг сиропом.- Вот именно! Ты только посмотри на что я стал похож! Да я выгляжу хуже вашего Хагрида, когда он напьется огневиски и валяется где-нибудь в своей вонючей конуре, горланя песни! Лучше бы я в Азкабан попал, честное слово! По крайней мере, я мог бы с гордостью смотреть в лицо окружающим! А теперь что?
Зельевар с улыбкой поднялся и, подойдя к Малфою сзади, обнял его, очерчивая руками округлившееся тело.
- А теперь, Люци, ты делаешь то, о чем многие сотни мужчин мечтают долгие годы,- проговорил он, целуя любовника в шею возле уха. Кожа была горячей и словно пропиталась летним солнцем и запахом роз.
- Так уж и мечтают!
- Люци, неужели ты, правда, никогда не мечтал об этом?- проговорил он негромко, ласкаясь к Малофю, который выпятил губы и явно задумывал очередной каприз: последнее время аристократ дал бы фору по перепадам настроения любой беременной женщине.
- Меня убивает эта жара,- наконец, томно произнес он.- А ты еще откуда-то вычитал, что мне нельзя купаться и теперь эльфы выгоняют меня из ванной ровно через пять минут. Совсем распустились! И я не влезаю ни в одну старую мантию. Мне, что, прикажешь перешивать весь свой гардероб?
- Ну зачем же перешивать? Можно просто заказать новый…
- И куда я потом его дену? Потомкам для посмешища? Или ты намерен превратить меня в инкубатор для носатых уродцев?
- Внешность это не самое страшное,- съязвил задетый Снейп.- Хуже, если ребенку передадутся твои мозги.
Малфой больно ущипнул его за руку.
- Сволочь ты все-таки! Сам-то, небось, не решился бы на такое. Если ты так беспокоишься за мозги наследника – то и таскался бы с этим чемоданом сам!- он прижал руку к животу, и Снейп не мог не улыбнуться: слишком нежным и обнимающим был этот жест, несмотря на колкие слова.
Он поцеловал Люциуса в светлый затылок.
- Тебе безумно идет,- проговорил он вполголоса, едва касаясь дыханием кожи возлюбленного. Тот как-то сразу собрался в комочек и часто прерывисто задышал.- Ты в таком виде такой… такой… сексуальный,- прошептал он, прихватывая мочку его уха. Малфой негромко вскрикнул, когда рука Зельевара скользнула на его тело, гладя располневшую талию. Потом она легла на живот, словно пытаясь уловить движение.
На какое-то мгновение они оба замерли; не целуя, губы скользили друг по другу, словно напитываясь взаимным дыханием.
Внезапно Люциус вскрикнул. Его глаза распахнулись, и он резко нагнулся вперед. Снейп, от этого вопля едва не подпрыгнувший, метнулся и схватил пошатнувшегося любовника за руку.
- Что?! Люц, что случилось?! Ответь мне! Что, тебе нехорошо?! Врача? Люци, ну не молчи! Отнести тебя в дом? Я же говорил тебе не сидеть столько времени на жаре! Боже мой, Люций!- Он заметался, прикидывая, стоит ли вызывать эльфов или он сумеет донести странно обмякшего приятеля до Поместья (аппарировать тому категорически запретили). Как назло, ни одна ушастая сволочь на зов обезумевшего Зельевара не появилась, и он озирался, не зная, как ему лучше поступить.
Рука Люциуса мягко опустилась ему на плечо и обвилась вокруг шеи. Снейп обернулся, ожидая увидеть перекошенное от боли лицо – и замер. Глаза блондина сияли таким счастьем, какого он не видал никогда, даже после самых нежных ласк и самого бурного секса.
- Северус,- произнес Малфой голосом, от которого у самого Профессора подкосились колени,- Северус, он… он… пошевелился.
Вздох остановился в груди несчастного отца. Не чувствуя под собой ног, он ощупью нашел кресло и тяжело рухнул в него, вытирая пот, текущий по вискам,- и причиной тому было вовсе не жаркое лето.
- Ну ты и…- он хотел выругаться, но почему-то осекся, словно кто-то третий, присутствовавший незримо рядом, мог «научиться плохому» от этой мужской брани.
Немного отдышавшись, он призвал стакан воды и залпом выпил его.
Люциус проводил его укоризненным взглядом.
- Мог бы и мне предложить,- произнес он тоном оскорбленной добродетели.- Я умираю от жажды.
- Неудивительно,- Зельевар уже пришел в себя и покосился на ранее не замеченные пустые банки из-под мороженного, валявшиеся возле столика. С ними соседствовали пустые коробки из-под шоколадных конфет, переливавшиеся золотыми лилиями на крышке.
- Если ты будешь жрать столько сладкого, то к концу беременности станешь похож на эту магглскую певицу, которая… ну ты помнишь… ты еще ходили на ее концерт, когда ты встречался в Испании с этим…- под испепеляющим взглядом Малфоя он осекся и сдвинул брови. Но надо было как-то спасать свой престиж, и Мастер зелий буркнул, глядя в сторону.
- Кроме того, у ребенка может быть диатез.
- Но ты же его вылечишь,- Люциус неожиданно нежно уткнулся его носом в щеку; его ресницы опустились, а на губах заиграла улыбка, от которой у Северуса сжалось сердце.
- Ну… да… я, конечно, его вылечу, но, знаешь, не очень-то будут смотреться красные прыщики на щеках белобрысого пупса.
Люциус нежно потерся о его кожу губами и поморщился: Профессор был с вечера небрит.
- Знаешь… я тут впервые понял… я очень хочу, чтобы ребенок был похож на тебя,- он вновь этим непостижимым образом улыбнулся, заставив Снейпа смутиться еще больше.
- Но ведь тогда… все поймут… ээээ… что…. Тогда нам уже не удастся выдать его за…. эээээ… твоего внебрачного ребенка,- как мы планировали.
Люциус глубоко вздохнул.
- Ну и пусть. Зато у него будут твои глаза… и волосы…- он чуть отстранился и окинул возлюбленного слегка рассеянным взглядом.- А еще… твои ресницы… я всегда завидовал тому, какие у тебя черные ресницы… и руки как у тебя… и твои губы… да…губы…- его взгляд остановился на упомянутой части тела,- и вот уже Люциус потянулся к нему, обвивая руками шею, требовательно притягивая к себе, словно путник, охваченный голодом.
- Стой!- охнул Северус, когда она оказались напротив друг друга обнаженными; Малфой привычно уселся ему на живот и гладил бледную кожу, иногда, словно в насмешку, задевая соски.- А мы не повредим… - он осекся, когда блондин горестно и шумно вздохнул.
- Север, ну какой ты все-таки идиот,- покачал головой Люциус, приподнимаясь и потираясь ягодицами о его горящие бедра. Мастер Зелий коротко вскрикнул и опрокинулся назад, подчиняясь ласкам любовника. Он выгнулся, когда горячая плоть охватила его и, окончательно сдавшись, сумел выдохнуть только одно:
- Я люблю тебя, Люциус…





©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.