Сделай Сам Свою Работу на 5

Судьба сводит нас со Львом-Огнем

На следующий день мы сели в наш дом на колесах и отправились на север Колорадо, в третий штат Четырех Углов, самый северный уголок «империи» анасази.

Добравшись до просторов заповедника Ховенвип, мы сразу же почувствовали мощную энергию этой удаленной местности. Мы остановились у ховенвипских руин, непосредственно связанных с культурой анасази, и здесь нас встретил сотрудник Американской национальной службы охраны парков, отвечавший за безопасность этих руин. У него было любопытное прозвище «Лев-Огонь».

Увидев, что представляет собой в духовном плане наша группа, и узнав о нашем намерении создать шаманское колесо для избавления анасази, он сразу понял, что правительство не допустит подобных действий на землях парка. Но его сердце открылось навстречу нам, и он предложил пройтись до его собственного участка земли, находившегося на территории заповедника Ховенвип, где тоже сохранились руины времен анасази.

Частное владение Льва-Огня оказалось весьма обширным, со множеством пологих холмов, с вершин которых во всех направлениях открывался прекрасный вид на пики священных гор и земли древних анасази, ныне принадлежащие современным индейским племенам. На территориях, окружавших владения Льва-Огня, когда-то жили сотни тысяч анасази, а непосредственно на его землях обитало несколько сотен человек этого народа, о чем свидетельствовали древние руины, представавшие взору всюду, куда ни обрати взгляд. В этом месте присутствие анасази ощущалось столь мощно, что мы сразу же почувствовали их и то влияние, которое они оказывали на нас, затрагивая сокровенные струны наших сердец.

Воздух наполнял запах шафрана. Склоны древних каньонов служили обиталищем для этих орлиных духов. Землю усеивали осколки древних гончарных изделий, словно кто-то специально разбросал их здесь, чтобы указать нам путь к цели.

Лев-Огонь не только сотрудник Службы национальных парков США, следящий за сохранностью самых северных руин культуры анасази, но и шаман, большую часть своей жизни изучавший духовное наследие «древних» и знавший все об их быте.



Сам Ховенвип расположен на той же долготе, что и каньон Чако, прямо на «сакральной линии» — Большой северной дороге, начинающейся от каньона и ведущей на север. Сегодня никто уже не знает, куда вела эта дорога и почему она была стратегически выгодна, но Ховенвип расположен именно на ней и некогда являл собой в этом отношении очень важное место силы.

Прибыв туда, я сразу понял, что мы нашли то, что искали. Вся группа это поняла. В Ховенвипе мы были как у себя дома и тут же почувствовали, что это место будто нарочно создано для того, чтобы мы выстроили здесь шаманское колесо, призванное вызволить анасази из плена.

Мы начали осмотр с посещения комплекса древних жилищ. В некоторые из них нам даже удалось забраться, и мы на деле убедились в том, сколь малого роста были «древние».

Разрешение на постройку шаманского колеса мы получили не только от Льва-Огня и его жены Мэри, но и от Матери Земли. Она велела нам «не стесняться» и чувствовать себя как дома, обращаясь с этим наделом как с собственным. После того как мы выстроим шаманское колесо, мы сможем спокойно его оставить на попечение Льва-Огня и Мэри — оно будет под надежной защитой этих верных хранителей земли. Как признались сами Лев-Огонь и Мэри, много лет тому назад на них снизошло озарение, и они знали, что однажды приедем мы и проведем на их землях церемонию.

Еще до прибытия нашей группы, когда сами мы даже не подозревали, зачем и с какой целью едем в Ховенвип (вы, наверное, помните, что изначально мы намеревались создать шаманское колесо в каньоне Чако), Мэри сочинила в честь нашего путешествия стихотворение. Она сказала, что стихотворение пришло ей в голову все сразу, целиком, и она просто взяла и записала его. Когда все собрались в гигантской кива — она была хоть и без крыши, но так глубоко под землей, что мы должны были спускаться в нее по лестнице, — Мэри прочла нам свои стихи.

 

Тканый узор

Мы стоим здесь, в кругу гор священных,

У сипапу, где наш мир начался.

Мы пришли от четырех углов земли этой,

Шли в любви, наше знанье неся —

Знанье многих культур и наречий,

К пониманью стремясь, к переменам и росту

Для себя, наших наций и нашего мира.

 

Таково намеренье наше!

Здесь, сейчас, мы творим новый мир,

Ткем реальность мы новую!

 

Мы о помощи молим, призываем в свидетели

Священные силы нашего мира:

ВОЗДУХА — четырех ветров, что звездами движут;

ВОДЫ —- дождя, рек, родников;

ОГНЯ — Солнца нашего, молний, на небе танцующих;

ЗЕМЛИ — нашей Матери, ее песка, утесов и гор;

БРАТЬЕВ НАШИХ — четвероногих, крылатых, плавучих и ползучих;

СЕСТЕР НАШИХ — всех растущих, от древа могучего до малых цветков;

НАШ РОД ЛЮДСКОЙ — от предков, впервые на эту землю ступивших,

До седьмого от нас поколенья — потомков наших детей.

Но всех больше мы призываем

НАС САМИХ быть свидетелями

Наших стремлений здесь и сейчас.

Мы ткем здесь реальности новый узор.

Красота ткани любой создается ее

Основой, Утком и Узором самим.

Мы кладем в основание, нитью основы,

Энергию человека, опыт разных культур.

Силу, достоинство наших сообществ и наших семей,

Историю, стремления наши найти

свой собственный путь.

Это основа того, что соткем мы.

По ней пропускаем уток повседневной нашей жизни

Красивую нить, спряденную, миг за мигом,

Каждым нашим честным и чистым шагом,

Что вплетает в историю время.

 

А Узор?

Тот Узор, что призовет всех людей остальных

К пониманию и переменам?

Тот узор сформирован намереньем нашим и нашими Учителями.

Мы намереньем нашем стремимся

Воплотить мир, где дух каждый,

Человек, зверь, растение и минерал

Существуют в гармонии и равновесии,

В здоровье и радости живут.

Учителей наших мы просим повести нас к делам,

Что вольются в намеренье это.

Проявления сути божественной ищем

Внутри нашего «Я», что создаст реальность новую эту.

Время наше настало. Призваны мы.

Мы все вместе соткем новый мир!

 

Стихотворение Мэри изумило нас. В нем было сказано как раз то, о чем мы все в последнее время думали и говорили. И еще более удивительным оно было потому, что в нем упоминались «четыре угла земли» и «многие культуры и наречия». Как вы понимаете, Мэри никак не могла знать о том, что лишь менее половины нашей группы составляли американцы. Мы принадлежали к самым разным нациям. Двое вообще не говорили по-английски; они слушали нас сердцем.

После церемонии в ховенвипском кива пришло время найти место для создания шаманского колеса.

 

Третье шаманское колесо

Пространства Ховенвипа весьма обширны. Я расхаживал по этой земле в различных направлениях, выискивая или, вернее, «вынюхивая» нужное место дли проведения столь важной церемонии. Наконец я оказался в местности, где все горы и древние сооружении, расположенные по соседству с анасазийским каньоном, казались гармонично увязанными воедино. К югу, всего в нескольких метрах отсюда, лежали руины строений времен анасази, некогда имевшие важное стратегическое значение, поскольку они были расположены в самой высокой точке местности.

И сердце подсказало мне, что это и есть то самое место. Осмотревшись вокруг, я заприметил большой камень, который буквально «взывал ко мне», предлагай себя на роль центрального, перетащил его и утвердил на выбранном пространстве, сделав «осью» шамански го колеса. Найдя четыре «говорящих» камня поменьше, я расставил их по четырем сторонам света и, управившись с этой первичной схемой, прикинул, что у меня получилось: вышел круг диаметром примерно 10 метров - вполне достаточно, чтобы здесь разместилась вся наши группа.

Из-за жары все шестьдесят человек сидели в автобусе, который был снабжен кондиционером, и ждали, когда я закончу предварительную работу. Я находился от пика примерно в полумиле и, когда завершил приготовления, попросил сопровождавшего меня гонца, чтобы он привел сюда моих спутников.

Они радостно вывалились из автобуса, горя желанием начать то, что, как нам было известно, поможет исцелить не только людей прошлого и настоящего, но и каждого представителя этого родового древа, уходящего своими корнями вглубь тысячелетий. С этой целью мы, разноликие дети Земли, и собрались здесь как одна человеческая семья — собрались ради духовного здоровья наших предков и исцеления всего региона Четырех Углов.

Сначала все разошлись в разных направлениях, чтобы поговорить с духами камней, усеивавших эту землю, попросить у них, не согласятся ли они принять участие в сооружении шаманского колеса. Один за другим люди возвращались назад, прижимая к сердцу «одухотворенные камни» и складывая их в подходящем месте, чтобы были под рукой в момент, когда начнется возведение. Некоторым для этого понадобилось сделать несколько ходок.

Олицетворять и охранять стороны света мы выбрали двух мужчин и двух женщин. Каждый из них занял место позади камня, обозначающего определенное направление.

Я начал церемонию с чтения молитвы, еще раз попросив у духов предков и земли соизволения на проведение ритуала и обозначив цель и намерение, ради которых мы и строили это шаманское колесо. После этого каждый из назначенных нами охранителей обратился со своей молитвой к высшим силам природы, прося их защитить конкретное направление и пространство внутри круга, которое считается святым, или сакральным.

Затем под аккомпанемент барабанов и звуки песнопений участники стали переносить камни, один за другим, в священное пространство круга, входя через «дверь» на восточной его стороне. Намолив очередной камень и посвятив его охранителям четырех сторон света, они клали его на землю рядом с другим так, чтобы их кран соприкасались, создавая таким образом малый круг внутри большого. Затем внутри этого круга мы выложили из камней крест, ориентированный по сторонам света. (Помните про этот крест.)

Поскольку круг был не менее десяти метров в диаметре, на то, чтобы составить его, ушло более двух часов, Мы «видели», как анасази танцуют вместе с нами, руководя нашими действиями и ведя работу к завершению, и все это время энергия продолжала непрерывно нарастать. Каждый участник, положив свой камень, присоединялся к товарищам, стоявшим за границами круга, которые танцевали, пели, молились или били в барабаны, ожидая своей очереди войти в круг.

Так, в ритме сердца, и создавалось это Шаманство Новой Мечты.

Затем мы уселись по кругу и, выдержав минутную паузу, начали читать каждый свою личную молитву. Каждый участник, держа в руках «жезл говорящего», произносил прекрасные, священные слова молитвы, прося о том, чтобы эта земля и все ее формы жизни исцелились, чтобы шел дождь и текли полноводные реки, чтобы здесь всегда были в изобилии здоровье, любовь и красоты, чтобы отношения между людьми были полны гармонии, а пропасть между белым и индейцем была преодоленa.

Сердца этих людей открылись, сила и энергия этого пространства продолжали нарастать, пока каждый из присутствующих не сказал свое слово. В течение всей церемонии нас не покидало ощущение неимоверной энергии и чистоты, буквально переполнявшее нас.

В завершение я провел особый ритуал, основанный па церемониях моего собственного племени — таос пуэбло на многие километры вокруг, высоко в небе и глубоко в земле я мысленно соорудил пирамиду, которая с помощью шаманского колеса в центре соединяла землю и небо, и этот ритуал вдохнул в наш круг еще больше жизни. Цель же, ради которой я возвел эту пирамиду, была проста — возвратить на эти земли дождь и привести в духовное равновесие всех живых существ, обитающих на территории Четырех Углов.

В конце церемонии Мать Земля сообщила, что через пять дней прольется дождь, и я передал это послание моей группе, как меня и учили таос пуэбло. Поскольку мы находились на территории, издревле страдавшей от засухи, но сообщение вселило искру надежды в сердца тех, кто жил неподалеку.

Мы надеялись (и не скрывали своих чаяний), что с этого дождя начнется процесс возрождения Юго-Запада, что вода вновь вернется на эти земли и наполнит любовью и целительной силой не только их, но и сами отношения между белыми и коренными американцами — индейцами.

Мы чувствовали любовь и мир. И ощущали вокруг присутствие анасази. Это было замечательно!

 

Встреча со звездами

 

Когда стемнело и на небе начали зажигаться звезды, мы собрались на главных руинах анасази, в самой высокой точке этой части области. Нас позвал сюда (как он это делал и раньше) Даниэль Джамарио, шаман-астролог, путешествовавший вместе с нами и обучавший нас своей премудрости, дабы мы вместе с ним могли полюбоваться звездным небом.

Знания Даниэля в области астрологии и постижения путей «древних» поистине изумительны. На протяжении всего маршрута Даниэль был для нас настоящей путеводной звездой: он отдавал всего себя без остатки и приходил на помощь окружающим. В эту столь важную для всех нас ночь он раскрывал перед нами науку понимания небес, используя для этого способ, который был известен лишь немногим. Он учил нас, а мы глядели в центр Галактики и шептали космосу свои молитвы. И Отец Небо внимал нам.

Затем в полной темноте мы медленно направились к автобусу, ведомые лишь светом звезд, — как и анасази. которые точно так же передвигались по этой стране много веков тому назад. Обнимая друг друга, мы стремились подобным образом увековечить это чувство слияния с ними, переполнявшее наши сердца.

Я чувствовал неразрывную связь между тремями майскими колесами: в Пэйсоне, в каньоне Чако и тем, который мы возвели сегодня. Я знал, что эти руины непременно возродятся.

Но что еще более важно — у анасази теперь есть этот воронкообразный круг, через который они вновь вернуться в этот мир, так что, когда Земля начнет восходить к высшим уровням сознания (процесс, который многие называют вознесением), они будут восходить вместе с нами благодаря этому Единая Решетка Сознания над вами станет еще чуточку ближе к точке идеального равновесия.

 

Древние жилища в скалах

На следующий день мы решили посетить знаменитые жилища» анасази в Меса-Верде. Меса-Верде, горное плато, окруженное величественными горами, — один из красивейших уголков региона, так что анасази недаром избрали его местом своего проживания. Однако ужасная жара и засуха привели к тому, что здесь бушевал стихийный, все сметавший на своем пути лесной пожар, из-за чего национальный парк закрыли для туристов. Но индейцы племени, охранявшие парк, разрешили нам частным порядком посетить один из участков заповедной зоны — тот, который принадлежал им, а не Национальной службе. Это было место, которое видели или о котором слышали лишь очень немногие белые.

Прежде чем мы туда добрались, наш огромный автобус, снабженный удобными авиакреслами и кондиционерам, долго пыхтел по бесконечным узким и грязным дорогам, петлявшим среди кедровых лесов. Водитель то долго тихо чертыхался, кляня дорогу и опасаясь, что мы надолго здесь завязнем и не выберемся из этого дикого места. Но все кончилось благополучно.

Нас встретили нас с большими почестями, ибо их уже оповестили о цели нашего путешествия. Пока мы обедали, проводник потчевал нас легендами и преданиями из истории племени, а затем привел к краю глубокого каньона. Казалось просто немыслимым, чтобы человек мог спуститься туда без помощи веревки, но наш проводник показал нам другое средство — три сделанные вручную деревянные лестницы, свисающие вниз с этих головокружительных скал.

Думаю, не ошибусь, если скажу, что, спускаясь по этим отвесным лестницам на расположенный внизу уступ, где находились жилища анасази, не один человек из нашей группы испытал головокружение и страх высоты. Одна женщина так вообще спускалась с помощью страховщиков, поддерживавших ее снизу, сверху и с боков, но в конце концов и она благополучно одолела как спуск, так и подъем. Люди не поддавались страху, а встречали его с поднятым забралом и помогали друг другу. Воистину, наша группа была как Одно Сердце.

Как только мы оказались в этом волшебном месте, оно словно ожило, наполнившись духами анасази. Я чувствовал себя настолько польщенным тем, что меня сюда допустили, что почти лишился дара речи. Вокруг нас звучали бесплотные голоса из прошлого, рассказывая о жизни и величии тех, кем они когда-то были. Я мог входить в их дома, касаться камней, которых когда-то касались они, и брать в руки гончарные изделия, сработанные много веков тому назад. В ту же ночь мне приснился необычный сон.

 

Заблудившиеся дети

Этот сон был необычайно живым и ярким, что лишь подчеркивает его значимость. Обычно я запоминаю такие сны, поскольку они очень важны для моего духовного развития.

Мне приснилось, что я живу с семьей в районе Меса-Верде, в доме, которого прежде никогда не видел. Я шел в гараж, чтобы сесть в машину, — во сне этот гараж выглядел поистине огромным, — когда увидел, что там живут несколько индейцев. Я подошел к ним, чтобы поинтересоваться, все ли в порядке, но они при виде меня убежали. Такого со мной еще не бывало. Помню, я еще подумал: «Странно, что им нравится жить в моем гараже».

Затем, все так же направляясь к гаражу, я увидел троих индейских детишек, которые кинулись от меня в глубь гаража и спрятались. Я пошел посмотреть, где они прячутся, собираясь поговорить с ними, и обнаружил, что они скрылись в круглой дыре около метра диаметром. Такой дыры я никогда прежде не видел, это уж точно.

Я заглянул в дыру, увидел, что она уходит глубоко в землю, и спустился вниз посмотреть, что же там такое.

Подземное пространство оказалось очень широким туннелем метра три с половиной в высоту и ширину, ведшим невесть куда. Никого не было видно, и я пошел вперед, движимый любопытством.

Думаю, что я прошагал не менее полкилометра, когда вдруг понял, что в нескольких метрах впереди путь мне преграждают какие-то люди, много людей. Я их не различал, а видел по большей части только их глаза.

Поначалу я не мог разобрать, кто это, но, когда мои глаза привыкли к темноте, я увидел, что это дети и подростки в возрасте примерно от десяти до восемнадцати или девятнадцати лет. Никто из них не сказал ни слова. Они просто смотрели на меня, не давая идти дальше.

Затем через эту толпу осторожно протиснулись трое мужчин, которым, судя по всему, было далеко за тридцать, они подошли ко мне и посмотрели в глаза. Их тела были покрыты ссадинами, синяками и болезненными язвами. Мужчины были в грязи и, видимо, нуждались в помощи.

Самый старший, которому на вид, должно быть, было лет сорок или больше, заговорил. Он представился вождем анасази и поинтересовался, с какой целью я здесь. Я ответил, что хочу только одного — помочь.

Он повернулся к детям и жестом пригласил меня взглянуть на них. Я взглянул и увидел, что они в таком же жалком состоянии, что и мужчины. Было мучительно больно смотреть на те раны и язвы, которыми были покрыты их тела, и видеть, что дети страдают так же, как и взрослые. Единственное, о чем я думал в тот момент, — как им помочь.

От вождя не укрылась моя реакция. «Спасибо за то, что пришел сюда, — сказал он. — Но теперь ты должен уйти». Я повернулся и пошел назад, к отверстию в гараже. Выбравшись из дыры, я обнаружил, что вокруг моего дома бегает гораздо больше детей, чем раньше, и решил: пусть остаются. Ибо не знал, что делать. На этом сон кончился.

Во время проведения церемонии и создания шаманского колеса я постоянно ощущал присутствие анасази, и не только я, но и другие члены нашей группы. Но в то время я почему-то не смог сложить два и два — не смог увязать свой сон с постоянным ощущением присутствия подле нас анасази, владевшим мной во время путешествия.

 

Чудодейственный ритуал

На следующее утро, когда мы приближались к национальному заповеднику навахо, известному как Долина Монументов, небо, как всегда, было чисто.

Мы ехали по ровной, гладкой дороге и вот-вот должны были въехать в священную долину с устремленными в самое небо красными пиками гор, как вдруг меня посетило видение. Я увидел огромную толпу анасази, сотни тысяч человек, стоявших по обеим сторонам дороги и глядевших на нас.

К приближающемуся автобусу через толпу пробивался какой-то мужчина. Через пару минут он оказался всего в нескольких метрах от меня, и я увидел, что это был тот самый вождь анасази, который привиделся мне во сне; только теперь он выделялся статью и горделивой осанкой, был одет в красочные, разноцветные одежды, а его голову венчал плюмаж из перьев. Он остановился и заговорил.

Он сказал, что проведенная нами церемония, во время которой мы построили шаманское колесо, связавшее анасази с внешним миром, была давным-давно предсказана старейшинами его племени. С помощью этого круга и наших доброжелательных, исполненных любви намерений его люди могут спастись от тех ужасных бед и страданий, которые их одолевают. И он несколько раз от всего сердца поблагодарил нас за наши усилия.

Но, сказал он, как группа мы не совсем освоились со своими энергиями и потому не вполне соответствуем им. Он «показал» мне меня самого: я был в рубашке, на которой был изображен круг, а в его центре — буква X. Необходимо, сказал он, развернуть этот икс групповой энергии таким образом, чтобы он превратился в крест. Но для этого мы должны как можно больше приблизиться друг к другу

Он, как и другие анасази, сказал вождь, застрял «между двумя мирами», а мы пришли их освободить. Для всех, сидящих в этом автобусе, это была насущно важная миссия, осуществить которую мы призваны были в этой жизни. Но все испытания и трудности, через которые мы прошли, причем как в прошлых жизнях, так и в этой, когда тащились по горам под жарким августовским солнцем Юго-Западного региона, — все они были необходимы для выполнения той задачи, ради которой мы сюда и прибыли.

Встав перед автобусом и взяв в руки микрофон, я рассказал группе о своем сне и видении. Оказалось, что одного из членов группы посетило очень похожее видение. Описывая увиденное, я едва мог говорить — так сильно мной владело чувство сострадания при воспоминании о тех горестях и лишениях, которые претерпевали дети анасази: их изнуренные, покрытые синяками и кровавыми язвами тела все еще стояли перед моими глазами.

Когда я сел в автобус, мы под наплывом эмоций и спонтанного желания все как один взялись за руки, закрепив тем самым на глубинном уровне свою сердечную связь. И опять же спонтанно, со слезами на глазах единым голосом начали исполнять гимн «О благодать». Повсюду вокруг себя мы «видели» детей анасази и ощущали, как они присоединяются к нам:

Был мертв и чудом стал живой...

В тот самый момент, когда мы запели, шофер съехал с трассы 666 на шоссе 160, направляясь к «месту встречи» четырех штатов — Юта, Колорадо, Нью-Мексико и Аризона, то есть к точке пересечения их границ, известной как «Четыре Угла».

Передо мной вновь предстал вождь анасази и сказал: «Гляди». Круг с иксом внутри, который он показал мне прежде, теперь превратился в шаманское колесо с четырьмя камнями в центре, образующими крест.

«Вы должны провести церемонию прямо сейчас, — сказал он, — стоя ногами на Матери Земле».

Нам пришлось искать еще одно подходящее место, чтобы выйти и провести церемонию. Оказалось, что это «подходящее место» находится как раз на пересечении Четырех Углов. Дайан Купер, наша «мастерица на все руки», направила автобус прямо к заповеднику, которым владели навахо.

Принимая во внимание прошлый опыт, мы сомневались, что нам позволят провести церемонию в публичном месте. Поэтому я посмотрел прямо в глаза индианки из племени навахо, продававшей билеты, и спросил, дадут ли нам на это разрешение. И та без промедления ответила:

— Можете здесь и молиться, и проводить церемонию. Мы вам разрешаем.

И, махнув рукой в сторону свободного пространства, добавила:

— Выберите себе место где-нибудь там.

И вот как единая группа мы ступили на территорию, указанную билетершей, и обнаружили, что находимся в Юте — единственном штате, который мы еще не посетили. Это было как нельзя более кстати, поскольку Мать Земля — еще перед поездкой — уведомила меня, что провести церемонию мы должны в каждом из штатов, образующих «Четыре Угла».

Мы встали тесным кольцом и из небольших камней выложили четвертое шаманское колесо. С помощью компаса мы попытались определить стороны света, чтобы установить там «межевые вехи», но ни у одного из нас компас не работал. Такое уж это было место! Мы клали камень на землю в четырех разных направлениях, и компас всякий раз показывал, что север именно здесь. Поэтому мы сориентировались по знакам ближайшего туристско-информационного пункта и определили направление по ним.

Мы воскурили шалфей и кедр и принесли жертвенное подношение в виде щепотки табаку. А затем освятили круг водой и вдохнули в него жизнь.

Наши сердца открылись одновременно, и их наполнили неописуемые энергии красоты и силы. Сам воздух был проникнут любовью и чистотой. Я заплакал, ибо знал, что Мать любит нас и о нас заботится. Это было по-настоящему прекрасно!

И наши голоса еще раз вознесли ввысь слова гимна «О благодать». Одна женщина из группы знала все слова, и ее чистый, мелодичный голос вдохновенно вел нас к завершению:

 

Пройдут десятки тысяч лет,

Забудем смерти тень,

Богу так же будем петь,

Как в самый первый день!

 

Так были освобождены из многовекового заточения дети анасази.

 

Глава двенадцатая



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.