Сделай Сам Свою Работу на 5

Тесная готическая комната с высокими сводами, 11 глава

Розами усажен.

 

Оркестр (pianissimo)

 

Прояснился небосклон,

Тени отступили,

Мгла рассеялась, как сон,

Разлетелась пылью.

 

 

Пасмурный день. Поле[112]

 

Фауст и Мефистофель.

 

Фауст

 

Одна, в несчастье, в отчаянье! Долго нищенствовала — и теперь в тюрьме! Под замком, как преступница, осужденная на муки, — она, несравненная, непорочная! Вот до чего дошло! И ты допустил, ты скрыл это от меня, ничтожество, предатель! Можешь торжествовать теперь, бесстыжий, и в дикой злобе вращать своими дьявольскими бельмами! Стой и мозоль мне глаза своим постылым присутствием! Под стражей! В непоправимом горе! Отдана на расправу духам зла и бездушию человеческого правосудия! А ты тем временем увеселял меня своими сальностями и скрывал ужас ее положения, чтобы она погибла без помощи.

 

Мефистофель

 

Она не первая.

 

Фауст

 

Стыдись, чудовище! Вездесущий дух, услышь меня! Верни это страшилище в его прежнюю собачью оболочку, в которой он бегал, бывало, передо мною ночами, сбивая с ног встречных и кладя им лапы на плечи. Возврати ему его излюбленный вид, чтобы он ползал передо мною на брюхе и я топтал его, презренного, ногами! Не первая! Слышишь ли ты, что говоришь? Человек не мог бы произнести ничего подобного! Точно мне легче от того, что она не первая, что смертных мук прежних страдалиц было недостаточно, чтобы искупить грехи всех будущих! Меня убивают страдания этой единственной, а его успокаивает, что это участь тысяч.

 

Мефистофель

 

Ну вот опять мы полезли на стену, ну вот мы снова у точки, где кончается человеческое разумение! Зачем водиться с нами, если мы так плохи? Хочет носиться по воздуху — и боится головокружения! Кто к кому привязался — мы к тебе или ты к нам?

 

Фауст

 

Не скалься так плотоядно! Мне тошно! Неизъяснимо великий дух, однажды явившийся мне, ты знаешь сердце мое и душу, зачем приковал ты меня к этому бесстыднику, который радуется злу и любуется чужой гибелью?

 

Мефистофель

 

Ты кончил?

 

Фауст

 

Спаси ее или берегись! Страшнейшее проклятье на голову твою на тысячи лет!



 

Мефистофель

 

Я не могу разбить ее оков, не могу взломать двери ее темницы! «Спаси ее!» Кто погубил ее, я или ты?

 

Фауст дико смотрит по сторонам.

 

Ты тянешься за молниями, громовержец? Счастье, что они не даны тебе, смертному! Уничтожить несогласного — какой простой выход из затруднения!

 

Фауст

 

Доставь меня к ней! Она должна выйти на волю!

 

Мефистофель

 

А опасность, которой ты себя подвергаешь? Отчего мы бежали? В городе свежа еще память о пролитой тобою крови. Над местом убийства реют духи мщенья, подстерегающие возврат убийцы.

 

Фауст

 

Что еще ты мне скажешь? Пусть обрушится на тебя вселенная, чудовище! Перенеси меня к ней, сказано тебе, и освободи ее!

 

Мефистофель

 

Ну вот что. Я доставлю тебя туда. Но ведь не все на земле и небе в моих силах! Вот что я могу сделать. Я усыплю смотрителя. Завладей ключами и выведи ее из темницы своими силами. Я буду стеречь снаружи, волшебные кони будут со мною, я умчу вас подальше. Это в моей власти.

 

Фауст

 

В путь немедля!

 

Ночь в поле[113]

 

Фауст и Мефистофель проносятся на вороных конях.

 

Фауст

 

Зачем они к лобному месту летят?

 

Мефистофель

 

Не знаю, что с ними со всеми.

 

Фауст

 

И мечутся стаей вперед и назад.

 

Мефистофель

 

Такое уж ведьмино племя.

 

Фауст

 

Кадят перед плахой, кропят эшафот.[114]

 

Мефистофель

 

Вперед без оглядки! Вперед![115]

 

 

Тюрьма[116]

 

Фауст со связкой ключей перед железной дверцей.

 

Фауст

 

Сжимается от боли сердце,

Грудь скорбью мира стеснена.

За этою железной дверцей,

Ни в чем невинная, она.

Ты медлишь, ты войти не смеешь,

С ней встретиться лицом к лицу?

Живей! Пока ты цепенеешь,

Ты близишь жизнь ее к концу!

 

(Берется за замок.)

 

Голос внутри

 

Чтоб вольнее гулять,

Извела меня мать,

И отец-людоед

Обглодал мой скелет,

И меня у бугра

Закопала сестра

Головою к ключу.

Я вспорхнула весной

Серой птичкой лесной

И лечу.

 

Фауст (отворяя дверь)

 

Ей невдомек, что я сломал засов

И слышу песнь ее и шум шагов.

 

(Входит в камеру.)

 

Маргарита(прячась на подстилке)

 

Идут за мною! Скоро под топор!

 

Фауст(вполголоса)

 

Молчи, мы увезем тебя и спрячем.

 

Маргарита(у него в ногах)

 

Будь милостив! Смягчи свой приговор!

 

Фауст

 

Ты спящих сторожей разбудишь плачем.

 

(Старается разбить ее цепи.)

 

Маргарита(на коленях)

 

Кто дал тебе, мучитель мой,

Власть надо мною, бесталанной?

Дай до утра дожить! Постой!

Казнь завтра ведь! Что ж ты так рано

За мной врываешься сюда?

 

(Встает.)

 

Я молода, я молода

И умираю так нежданно!

То был моей красы расцвет,

Она меня и погубила.

Со мной был милый, ныне нет.

Опал венок, увял букет.

Не жми меня с такою силой,

А лучше б от могилы спас!

Я зла тебе не причинила,

Тебя я вижу в первый раз.

 

Фауст

 

Как эту боль мне превозмочь?

 

Маргарита

 

Сейчас пойду, лишь миг отсрочь!

Я б грудью покормила дочь.

Мне дали ночь проплакать с нею,

А утром отняли, злодеи,

И говорят, — мои дела,

Сама-де в лес ее снесла,

Как в сказке есть про двух малюток.[117]

Я вся дрожу от этих шуток

И оттого невесела.

 

Фауст(на коленях перед нею)

 

Твой милый рядом и мгновенно

Освободит тебя из плена.

 

Маргарита(падая рядом с ним на колени)

 

Скорей вдвоем

На колени станем

И к небу взовем

Пред святым изваяньем!

Смотри, под стенами

Этой темницы

Всеми огнями

Ад дымится,

И смеха раскаты

Его, супостата!

 

Фауст(громко)

 

Гретхен! Гретхен!

 

Маргарита(прислушиваясь)

 

То голос друга, как когда-то!

Спасенье! Наше место свято!

 

(Вскакивает. Цепи падают.)

 

Не страшно ничего ничуть!

Ушам поверить я не смею,

Где он? Скорей к нему на шею!

Скорей, скорей к нему на грудь!

Сквозь мрак темницы неутешный,

Сквозь пламя адской тьмы кромешной

И улюлюканье и вой

Он крикнул «Гретхен!», милый мой!

 

Фауст

 

Я тут.

 

Маргарита(обнимая его)

 

Ты тут? О, повтори!

Он тут! Он тут! Он все исправит!

Где ужас завтрашней зари?

Где смерть? Меня не обезглавят!

Я спасена!

Я в мыслях у того угла,

Где встретила тебя впервые.

Вот сад и деревца кривые,

Где с Мартой я тебя ждала.

 

Фауст(с поспешностью)

 

Идем! Идем!

 

Маргарита

 

Давай в покое

Побуду миг один с тобою!

 

(Прижимается к нему.)

 

Фауст

 

Спеши!

Кругом ни души.

Мы дорого заплатим

За то, что время тратим.

 

Маргарита

 

Разлуки срок был невелик,

А ты от ласк совсем отвык

И холоден к моим объятьям!

Что мне с тобой такая жуть?

Ты разучился целоваться!

Бывало, станем обниматься,

И страшно, — разорвется грудь,

И вдруг — какой-то холод, муть!

Целуй меня! Ах, ты так вял,

Тебя сама я поцелую!

 

(Обнимает его.)

 

Какой ты равнодушный стал!

Где растерял ты страсть былую?

Ты мой был. Кто тебя украл?

 

(Отворачивается от него.)

 

Фауст

 

Мой друг, теперь одно: в дорогу!

Во имя наших жарких нег

Решись скорее на побег!

Скорей со мною из острога!

 

Маргарита(поворачиваясь к нему)

 

Но это правда ты? Ей-богу?

 

Фауст

 

Да, да!

 

Маргарита

 

И ты взломал засов

И подошел к моей постели?

Тебе не страшно в подземелье

С такой, как я? И неужели

Ты выпустить меня готов?

 

Фауст

 

Спеши! Уж начало светать.

 

Маргарита

 

Усыпила я до смерти мать,

Дочь свою утопила в пруду.

Бог думал ее нам на счастье дать,

А дал нам на беду.

Ты здесь? И это не во сне?

Все время я в бреду.

Ты не ушел? Дай руку мне.

О милая рука!

Но в чем она? Ах, узнаю.

Она в крови слегка.

Вину твою мы скрыть должны,

Ах, шпагу убери свою,

Вложи ее в ножны.

 

Фауст

 

Что было — поросло быльем.

Спеши! Мы пропадем.

 

Маргарита

 

Останься в живых, желанный,

Из всех нас только ты

И соблюдай сохранно

Могильные цветы.

Ты выкопай лопатой

Три ямы на склоне дня:

Для матери, для брата

И третью для меня.

Мою копай сторонкой,

Невдалеке клади

И приложи ребенка

Тесней к моей груди.

Я с дочкою глубоко

Засну, прижавшись к ней,

Жаль, не с тобою сбоку,

С отрадою моей!

Но все теперь иначе.

Хоть то же все на вид,

Мне нет с тобой удачи,

И холод твой страшит.

 

Фауст

 

Идем! Доверься, не тяни!

 

Маргарита

 

На волю?

 

Фауст

 

Вон из западни!

 

Маргарита

 

Там смерть моя настороже

Стоит средь поля на меже.

Там спать без просыпу я лягу

И больше не ступлю ни шагу.

Но как же, Генрих? Ты — домой,

Мой свет?

О, если бы мне за тобой

Вослед!

 

Фауст

 

Дверь настежь! Только захоти!

 

Маргарита

 

Нельзя и некуда идти,

Да если даже уйти от стражи,

Что хуже участи бродяжьей?

С сумою по чужим одной

Шататься с совестью больной,

Всегда с оглядкой, нет ли сзади

Врагов и сыщиков в засаде!

 

Фауст

 

Тогда я остаюсь с тобой.

 

Маргарита

 

Скорей! Скорей!

Спаси свою бедную дочь!

Прочь,

Вдоль по обочине рощ,

Через ручей, и оттуда

Влево с гнилого мостка,

К месту, где из пру́да

Высунулась доска.

Дрожащего ребенка,

Когда всплывет голова,

Хватай скорей за ручонку.

Она жива, жива!

 

Фауст

 

Опомнись! Только лишь шаг,

И прочь неволя и страх!

Но каждый миг нам дорог.

 

Маргарита

 

О, только б пройти пригорок!

На камушке том моя мать

(Мороз подирает по коже!),

На камушке том моя мать

Сидит у придорожья.

 

Она кивает головой,

Болтающейся, неживой,

Тяжелою от сна.

Ей никогда не встать. Она

Старательно усыплена

Для нашего веселья.

Тогда у нас была весна.

Где вы теперь, те времена?

Куда вы улетели?

 

Фауст

 

Раз не добром, — тебя, мой ангел милый,

Придется унести отсюда силой.

 

Маргарита

 

Нет, принужденья я не потерплю.

Не стискивай меня ты так ужасно!

Я чересчур была всегда безгласна.

 

Фауст

 

Уж брезжит день. Любимая, молю!

 

Маргарита

 

Да, это день. День смерти наступил.

Я думала, что будет он днем свадьбы.

О, если бы все это раньше знать бы!

Не говори, что ты у Гретхен был.

Цветы с моей косынки

Сорвут, и, хоть плясать

Нельзя на вечеринке,

Мы свидимся опять.

На улице толпа и гомон,

И площади их не вместить.

Вот стали в колокол звонить,

И вот уж жезл судейский сломан.[118]

Мне крутят руки на спине

И тащат силою на плаху.

Все содрогаются от страха

И ждут, со мною наравне,

Мне предназначенного взмаха

В последней, смертной тишине!

 

Фауст

 

Зачем я дожил до такой печали!

 

Мефистофель(в дверях)

 

Бегите, или вы пропали.

Все эти пререканья невпопад!

Уж светится полоска небосклона,

И кони вороные под попоной

Озябли, застоялись и дрожат.

 

Маргарита

 

Кто это вырос там из-под земли?

Он за моей душой пришел, презренный!

Но стены божьего суда священны!

Скорее прочь уйти ему вели!

 

Фауст

 

Ты будешь жить! Живи! Ты жить должна!

 

Маргарита

 

Я покоряюсь божьему суду.

 

Мефистофель

 

Иди за мною, или я уйду.

Мое ведь дело, знаешь, сторона.

 

Маргарита

 

Спаси меня, отец мой в вышине!

Вы ангелы, вокруг меня, забытой,

Святой стеной мне станьте на защиту!

Ты, Генрих, страх внушаешь мне.

 

Мефистофель

 

Она

Осуждена на муки!

 

Голос свыше

 

Спасена!

 

Мефистофель(Фаусту)

 

Скорей за мною!

 

(Исчезает с Фаустом.)

 

Голос Маргариты(из тюрьмы, замирая)

 

Генрих! Генрих!

 

Часть вторая

 

Акт первый[119]

 

Красивая местность

 

Фауст лежит на цветущем лугу. Он утомлен, неспокоен и старается уснуть.

Сумерки. В воздухе порхает хоровод маленьких прелестных духов.

 

Ариэль(пение под аккомпанемент эоловых арф)

 

Только первый дождь цветочный

Отягчит весенний сад

И луга травою сочной,

Зеленея, заблестят,

Эльфов маленьких участье

Всем в беде уделено,

По заслугам ли несчастье,

Или без вины оно.

 

Паря над спящим чередой воздушной,

Уймите, как всегда великодушно,

Его души страдающей разлад.

Рассейте ужас, сердцем не изжитый,

Смягчите угрызений жгучий яд.

Ночь на четыре четверти разбита,[120]

Употребите с пользой все подряд.

Расположив его на мягком дерне,

Росой забвенья сбрызните чело.

Пускай разляжется он попросторней

И отдохнет, пока не рассвело.

Не пожалейте сил, чтоб душу эту

Вернуть окрепшею святому свету.

 

Хор(пение поодиночке, попарно и в других сочетаниях)

 

Тишина благоуханна,

Убывает духота.

Затуманились поляны,

Наступает темнота.

Спойте песенку, как детям,

Треволненья прочь гоня,

И глазам усталым этим

Затворите двери дня.

 

Ночь пришла и разместила

Бережно звезду к звезде.

Ярко искрятся светила

В темном небе и воде,

На поверхности озерной,

В черной горной вышине,

И печатью миротворной

Блещет месяц на волне.

 

Отошли часы мытарства,

И веселья час забыт.

Время — лучшее лекарство,

Верь тому, что предстоит.

Пред тобою край лесистый,

Горный благодатный край.

Волны нивы серебристой

Обещают урожай.

 

Наберись желаний новых,

Встретив солнечный восход.

Сон держал тебя в оковах,

Сбрось с себя его налет.

Подражать другим не надо

И бояться неудач:

Побеждает все преграды,

Кто понятлив и горяч.

 

Страшный шум свидетельствует о приближении солнца.

 

Ариэль

 

Слышите, грохочут Оры![121]

Только духам слышать впору,

Как гремят ворот затворы

Пред новорожденным днем.

Феба четверня рванула,

Свет приносит столько гула!

Уши оглушает гром,

Слепнет глаз, дрожат ресницы.

Шумно катит колесница,

Смертным шум тот не знаком.

Бойтесь этих звуков. Бойтесь,

Не застали б вас врасплох.

Чтобы не оглохнуть, скройтесь

Внутрь цветов, под камни, в мох.

 

Фауст

 

Опять встречаю свежих сил приливом[122]

Наставший день, плывущий из тумана.

И в эту ночь, земля, ты вечным дивом

У ног моих дышала первозданно.

Ты пробудила вновь во мне желанье

Тянуться вдаль мечтою неустанной

В стремленье к высшему существованью.

Объятый мглою мир готов раскрыться,

Чуть обозначившись зарею ранней.

В лесу на все лады щебечут птицы,

Синеют прояснившиеся дали,

Овраг блестящей влагою дымится,

И сонная листва на перевале

Горит, росинками переливая,

Покамест капли наземь не упали.

Все превращается в сиянье рая.

 

А там, в горах, седые великаны

Уже румянцем вспыхнули по краю.

Они встречают день завидно рано,

А к нам он приближается позднее.

Вот луч сбежал на горные поляны,

Вот он спустился ниже, пламенея,

Вот снизился еще одной ступенью,

Вот солнце показалось! Я не смею

Поднять глаза из страха ослепленья.

 

Так обстоит с желаньями. Недели

Мы день за днем горим от нетерпенья

И вдруг стоим, опешивши, у цели,

Несоразмерной с нашими мечтами.

Мы светоч жизни засветить хотели,

Внезапно море пламени пред нами!

Что это? Жар любви? Жар неприязни?

Нас может уничтожить это пламя.

И вот мы опускаем взор с боязнью

К земле, туманной в девственном наряде,

Где краски смягчены разнообразней.

 

Нет, солнце, ты милей, когда ты — сзади.

Передо мной сверканье водопада.

Я восхищен, на это чудо глядя.

Вода шумит, скача через преграды,

Рождая гул и брызгов дождь ответный,

И яркой радуге окрестность рада,

Которая игрою семицветной

Изменчивость возводит в постоянство,

То выступая слабо, то заметно,

И обдает прохладою пространство.

В ней — наше зеркало. Смотри, как схожи

Душевный мир и радуги убранство!

Та радуга и жизнь — одно и то же.

 

 

Императорский дворец

 

Тронная зала. Государственный совет в ожидании императора. Трубы. Входят придворные всякого рода, великолепно одетые. Император восходит на трон, справа от него становится астролог.

 

Император

 

Привет вам всем. Вы в полном сборе

Из дальних мест сошлись у трона.

Мудрец уж занял пост исконный,

Но нет шута на наше горе.

 

Дворянский сын

 

Он нес ваш шлейф, и вдруг, бедняжка,

На лестнице упал врастяжку.

Гуляку вынесли. Пузан

Кондрашкой хвачен или пьян.

 

Другой дворянский сын

 

Но старому шуту мгновенно

Преемник вызвался на смену.

Нарядом — щеголь, но урод

Такой, что оторопь берет.

Пред ним у цели вожделенной

Скрестил секиры караул,

Да вот он: мимо прошмыгнул.

 

Мефистофель(на коленях перед троном)

 

Что ненавистно и желанно?

Что нужно и не нужно нам?

Что изгнано и под охраной?

Что и сокровище и хлам?

Пред кем в душе дрожат вельможи

И кем пренебрегают вслух?

Кто жмется к твоему подножью

Верней и ниже всяких слуг?[123]

 

Император

 

Здесь в ребусах нет недостатка.

Ты лучше дай нам их разгадку.

Ко мне стеклась вся эта знать

Одни загадки задавать.

Скончался шут мой приближенный.

Смени покойного у трона.

 

Мефистофель всходит по ступеням трона и становится слева.

 

Ропот толпы

 

Вот новый шут — нам всем капут —

Болтлив и смел — на шею сел.

Тот был как чан — пропал пузан, —

А этот — жердь и тощ, как смерть.

 

Император

 

Вы в добрый час сошлись у трона,

Могу порадовать собранье:

К нам звезды неба благосклонны

И нам сулят преуспеянье.

Но точно ль совещаться надо

И портить скукой и досадой

Приготовленья к маскараду?

Вот этого я не пойму.

Но раз вы заседать решили,

Я неохоту пересилю

И слушаюсь. Быть по сему.

 

Канцлер[124]

 

Наисияннейшая добродетель

Венчает императора. Лишь он,

Верховной справедливости владетель,

Осуществляет право и закон.

Лишь он творит на свете правосудье,

Которого так ждут и молят люди.

Увы, все это попусту! К чему

Душе беззлобье, широта уму,

Руке готовность действовать и воля,

Когда в горячке зла и своеволья

Больное царство мечется в бреду

И порождает за бедой беду?

Лишь выглянь из дворцового окна,

Тяжелым сном представится страна.

Все, что ты сможешь в ней окинуть оком,

Находится в падении глубоком,

Предавшись беззаконьям и порокам.

Тот скот угнал, тот спит с чужой женой,

Из церкви утварь тащат святотатцы,

Преступники возмездья не боятся

И даже хвастают своей виной.

В суде стоят истцы дрожа.

Судья сидит на возвышенье,

А рядом волны мятежа

Растут и сеют разрушенье.

Но там, где все горды развратом,

Понятия перемешав,

Там правый будет виноватым,

А виноватый будет прав.

Не стало ничего святого.

Все разбрелись и тянут врозь.

Расшатываются основы,

Которыми все создалось.

И честный человек слабеет,

Так все кругом развращено.

Когда судья карать не смеет,

С преступником он заодно.

 

(После некоторого молчания.)

 

Я дело мрачно описал,

Но ведь еще мрачней развал.

Когда враждуя меж собою,

Все ищут, на кого б напасть,

Должна добычею разбоя

Стать императорская власть.

 

Начальник военных сил

 

Не стало мирного приюта,

Везде усобицы и смуты,

Нужна жестокая борьба,

А власть верховная слаба.

Мещане в городской ограде

И рыцарь в крепости средь гор

Отсиживаются в засаде,

Оказывая нам отпор.

Нетерпелив солдат наемный

И требует уплаты в срок.

Не будь за нами долг огромный,

Все б разбежались наутек.

Но берегись дразнить наймита.

Не тронь осиного гнезда!

Они разграбят города,

Им отданные под защиту.

Во многих землях бунт в разгаре,

А где не буйствуют низы,

Не замечают государи

Над ними виснущей грозы.

 

Казначей

 

Пришел конец союзным взносам.

И денег никаким насосом

Теперь в казну не накачать.

Иссяк приток подушных сборов,

У нас что город, то и норов,

И своевольничает знать.

Теперь в любом владенье княжьем

Хозяйничает новый род.

Властителям мы рук не свяжем,

Другим раздавши столько льгот.

Из партий, как бы их ни звали,

Опоры мы не создадим.

Нам так же чужды их печали,

Как мы и наши нужды им.

Кому теперь какое дело,

Ты гвельф, или ты гибеллин?[125]

Своя рубашка ближе к телу,

Все за себя, всяк господин.

У всех желанье стать богаче,

На всех дверях замок висячий,

Но пусто в нашем сундуке.

 

Смотритель дворца

 

И я в таком же тупике.

Пусть экономией мы бредим,

Мы прямо к разоренью едем.

Не знают меры повара.

Олени, зайцы, гуси, куры,

Поставки свежею натурой

Не убывают для двора.

Зато вина, к несчастью, мало.

Где в прежние года, бывало,

Переполняли нам подвалы

Его отборные сорта,

Теперь не то что мелководье,

А нет вина совсем в заводе,

Все выпили их благородья,

И вот — ни капли, пустота.

Пускай откроет магистрат

Свой погреб нашей пьющей знати.

Пусть напиваются и, кстати,

В управе под столами спят.

Пред всеми я один в ответе.

А я ростовщику-жиду

Так много задолжал в году,

Что по своей бюджетной смете

Концов с концами не сведу.

От недокорму чахнут свиньи.

Хозяйство все по швам трещит.

Спим на заложенной перине

И даже хлеб едим в кредит.

 

Император(после некоторого раздумья)

 

А у тебя нет жалоб, шут?

 

Мефистофель

 

А место ли сомненьям тут?

Какие жалобы возможны

Средь этой пышности надежной,

Когда держава так прочна,

Когда твои войска готовы

Разбить любые вражьи ковы,

Когда усердия полна

Трудолюбивая страна?



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.