Сделай Сам Свою Работу на 5

Тебе, всё ещё недовольному своим дзадзэн (от Утияма Косе)

Практика просто сидения (сикантадза), о которой говорит Догэн Дзэндзи, это то, чему учил мой учитель Кодо Саваки роси как "дзадзэн только-сидения". Поэтому для меня само собой разумеется, что правильный дзадзэн состоит из практики только-сидения. Это означает, что смысл дзадзэн не в переживании кенсё, или прорабатывании кучи коанов, чтобы получить "свидетельство просветления" (Инкасёмэй). Дзадзэн состоит исключительно из простого сидения.

Но факт в том, что даже среди последователей школы Сото-Дзэн в Японии, которая ссылается на Догэна Дзэндзи, есть многие практикующие, которые сомневаются в этом дзадзэн. Эти практикующие цитируют, например, следующие места:

"В зале: 'Я не посещал большое количество монастырей. Я просто в спокойствии удостоверился у моего мастера Тэндо, что мои глаза лежат горизонтально, а нос стоит вертикально. Теперь никто не может вести меня на поводке. С пустыми руками я возвращаюсь (на родину)' "(Эйхэй Короку, 1-ая глава).

"Я поехал в Китай Сунг, посетил мастеров во всех концах страны и учился пяти домам Дзэн. В конце я встретил моего мастера Нёдзё на пике Тайхаку, и там прояснилась великая вещь практики длинной в жизнь" (Сёбогэндзо Бэндова).

После этих цитат такие люди говорят: "Разве не говорит Догэн Дзэндзи, что он сам удостоверился, что его глаза лежат вертикально и нос стоит горизонтально, и что прояснилась великая вещь практики длинной в жизнь? Какой бы смысл имело заурядному человеку без следа сатори 'просто сидеть'"?

Я и сам ещё прекрасно помню, как у меня были такие же сомнения, и я был не единственный: многие практикующие Дзэн, которые собрались вокруг Саваки роси, бросили дзадзэн "просто-сидения", чтобы попробовать кенсё-Дзэн или коан-Дзэн. Поэтому я хорошо понимаю эти сомнения.

Мы должны знать, что Саваки роси имел такой характер, каким, как все себе представляют, и должен быть характер мастера Дзэн, да и как человек он был очень харизматичным. Многие, кто встречал его в первый раз, были притянуты им, как железная стружка магнитом. Поэтому когда роси говорил, что "дзадзэн ничего не приносит" (это было выражение Саваки роси для дзадзэн, в котором нечего выигрывать или познавать), то все думали, что он говорит это просто так, и что их практика дзадзэн когда-нибудь "чего-нибудь" да принесёт. Я думаю, что это было так для многих практикующих у Саваки роси.



Тот, кто живёт вне храма и просто регулярно приходит к дзадзэн или же иногда принимает участие в сэссине, может быть и не имеет таких сомнений, но тот, кто решает полностью оставить свою старую жизнь, чтобы стать монахом и начать свою ежедневную, интенсивную дзадзэн-жизнь как часть сангхи вокруг Саваки роси, раньше или позже начнёт сомневаться в сикантадзе. Это происходит потому, что мы никогда не становимся абсолютно довольными нашим дзадзэн, сколько бы мы не сидели. "Не быть абсолютно довольным" означает, что у нас не появляется чувства полного живота как после обильной еды. Поэтому если я говорю, что мы не полностью довольны нашим дзадзэн, то имею этим в виду, что нам не хватает чувства сатори, наполняющего наш живот.

Многие молодые люди, которые посвятили себя практике дзадзэн телом и душой, начинали спрашивать себя, не бессмысленно ли они тратят свою молодость на дзадзэн, который не даёт им ни малейшего чувства наполненного живота. И как только появляются такие сомнения, то потом приходит и: "Разве и старшие ученики, которые практикуют этот дзадзэн уже годы, по существу не просто заурядные люди? Нам же нужно сатори!".

Слишком многие прекратили практиковать из-за этого. Я сам почти лопнул из-за таких сомнений, но, в конце концов, следовал Саваки роси до его смерти в течении 25 лет и продолжал таким образом жизнь практики дзадзэн. Поэтому я понимаю тех, кто испытывает похожие сомнения, но я так же понял и значение сикантадзы, о которой говорят Догэн Дзэндзи и Саваки роси. Поэтому я хочу попробовать исполнить роль переводчика между этими двумя взглядами. Когда я говорю "переводчик", то подразумеваю под этим не только то, что многие не понимают слова Догэна Дзэндзи и моего мастера, но и то, что, хоть и Догэн Дзэндзи и Саваки роси понимают наши сомнения и проблемы, их слова не всегда проникают так далеко, чтобы коснутся их корней. Поэтому я позволю себе эту дерзость, попробую объяснить и прокомментировать слова Догэна Дзэндзи и Саваки роси на свой лад.

Что конкретно это означает? Возьмём, например, высказывание: "Я убедился, что мои глаза лежат горизонтально и нос стоит вертикально. Теперь никто не может вести меня на поводке. Я возвращаюсь с пустыми руками".

Это можно было бы прочитать и так: "Я убедился, что живу тем, что вбираю этот глоток воздуха в этот момент".

Я могу это так интерпретировать потому, что я не читаю Сёбогендзо ни как буддолог, который хочет внести порядок в лабиринт иероглифов, ни как фанатик, который смотрит на каждый иероглиф как на такую святыню, что он – как и консервная банка, которая никогда не будет открыта – объявляется чем-то абсолютным, и все начинают кланяться ему. Я же читаю глазами ищущего путь, который, живя свою совершенно новую жизнь, всегда ищет совершенно новый путь жить эту жизнь. И я думаю, что это именно то, что имеется в виду словами "отражать старым учением на собственный ум" и "следовать пути Будды означает следовать самому себе".

Как бы то ни было, если мы читаем место про горизонтальные глаза и вертикальный нос как выражение нашей совершенно новой, собственной жизни, то мы не должны оставаться в плоской, статичной интерпретации, а должны динамично интерпретировать это место как свежую жизнь, состоящую из делания этого дыхания в это мгновение. И если мы следуем такому чтению, то встречаем здесь очевидный факт нашей собственной жизни, а не какое-то мистическое состояние как достижение "сатори" с помощью дзадзэн.

Поэтому в начале Фукандзадзэнги написано: "С самого начала путь был абсолютен и вездесущ, к чему тогда практиковать и реализовывать? Колесница Дхармы свободно движется сама собой, какой смысл в наших стараниях?".

А что означают эти строчки: "Если ты делаешь малейшее различие, то раскрывается пропасть как между небом и землей. Если ты преследуешь одно и бежишь от другого, то твой ум пропадёт в смятении"?

Каждый из нас живёт жизнь, новую и свежую каждое мгновение. Но если мы думаем об этом факте в голове, то застреваем на том, что мы понимаем (т.е. превращаем в понятия): та "свежесть жизни", о которой мы раздумываем, больше не свежа, это означает: она не живёт. Настоящая свежесть означает отпускание. Только если мы отпускаем – жизнь свежа. Дзадзэн – это поза отпускания отпускания отпускания...

Тут я должен сказать несколько слов о самой практике сикантадза: когда мы практикуем дзадзэн, это не означает, что у нас нет мыслей. Различные мысли появляются на поверхности нашего сознания: но если мы следуем этим мыслям, то начинаем думать, даже когда сидим в позе дзадзэн. Тут мы должны вспомнить, что сейчас сидим дзадзэн, и у нас нет времени, чтобы думать. Мы поправляем нашу позу, отпускаем мысли и возвращаемся назад к дзадзэн. Это называется "просыпание от рассеянности".

В другой раз мы устали: тут мы должны вспомнить, что сейчас практикуем дзадзэн и это не время для сна. Мы поправляем нашу позу, просыпаемся, и возвращаемся к дзадзэн. Это называется "просыпание от помутнения". Дзадзэн означает просыпаться и от рассеянности и от помутнения и возвращаться к дзадзэн миллиарды и миллиарды раз. Жизненносвежий дзадзэн означает пробудить свой ум и практикующе засвидетельствовать миллиарды раз. Это сикантадза.

Некоторые считают, что Догэн Дзэндзи достиг "сатори" посредством отпадания тела и ума, но что такое это "отпадание тела и ума (синдзиндацураку)" на самом деле? В Хокёки написано: "Абт сказал: 'Практика дзадзэн состоит из отпадания тела и ума. Это означает просто сидеть без сжигания благовоний, поклонов до пола, рецитации имени Будды, исповедования или чтения сутр'. Я поклонился и спросил: 'Что означает отпадание тела и ума?'. Абт ответил: 'Отпадание тела и ума означает дзадзэн. Когда ты просто практикуешь дзадзэн, то у тебя нет желаний, ты свободен от иллюзий' ".

Это означает, что отпускание и отпускание и миллиардный возврат к дзадзэн сам и является отпаданием тела и ума, а не какое-то мистическое переживание. В Бэндова о таком дзадзэн говорится, что в нём манифестируется совокупность Буддадхарм и поэтому он называется "главный вход Буддадхармы".

Я бы хотел сравнить жизнь с автомашиной, в которой мы сидим всю нашу жизнь. Когда мы ведём машину, опасно спать за рулём или же быть пьяным. Так же опасно раздумывать о других вещах или быть очень взволнованным или чересчур напряжённым. Это так и для вождения машины и для ведения нашей жизни. Основой нашей жизни должно быть и просыпание от сонливости и опьянения, и просыпание от рассеянности раздумывания и взволнованности. Дзадзэн означает воплощение этой основы жизни на практике каждый день, поэтому это может быть названо "полный вид на Буддадхарму" или "главный вход Буддадхармы". Это и есть причина, по которой Догэн Дзэндзи написал "Универсальный призыв к дзадзэн" (Фукандзадзэнги), в котором он объясняет практику дзадзэн.

"Травы и деревья, камни и кирпичи, ветер и дождь, огонь и вода являются телом и душой пути Будды. Осмотреться там и признать это как путь Будды означает разбудить ум. Схвати пустоту и построй из неё пагоды и Будд. Возьми воды долины и создай из них Будд и пагоды. Это означает разбудить непревзойдённую, несравнимую мудрость и миллиарды раз разбудить однажды пробуждённый ум. Так ты должен доказать, практикуя" (Сёбогэндзо Хоцумудзёсин).

Интерпретировать "...миллиарды раз разбудить однажды пробуждённый ум", как будто бы здесь ещё не просветлённые практикующие Дзэн призывались не прекращать их практику, было бы большой ошибкой. Миллиарды раз разбудить пробуждённый ум – это ни что другое, как жизненносвежее дыхание свежей жизни. Те, кто начинают практику сикантадзы, только для того, чтобы скоро бросить её, потому что она не даёт им чувства полного живота и поэтому становится скучной – эти люди понимают миллиарды раз разбудить пробуждённый ум только интеллектуально, в их голове. Поэтому они думают: "Какая наглость! Пока у меня нет сатори, я должен разбудить ум миллиарды раз. Мне нужно поторопиться сначала получить настоящее сатори, чтобы потом покончить одним разом с миллиардами раз!".

Это так же, как если бы нам в младенческом возрасте сказали, что с данного момента мы должны делать один вдох и выдох в каждый момент времени всю нашу жизнь, и так миллиарды раз. Мы бы тогда подумали: "Какая наглость! Я должен найти способ покончить со всем дыханием моей жизни одним единственным большим вдохом и выдохом".

Даже если бы мы попробовали, у нас бы вряд ли что-нибудь получилось. Поэтому дальше в Сёбогэндзо Хоцумудзёсин написано: "Если говорится, что ум разом пробуждается и после этого больше нет пробуждения ума, и что, хотя практика бесконечна, доказательство приносится только один раз, то это не соответствует Буддадхарме. Тот, кто это говорит, не понимает Буддадхарму, никогда не встречал её". Тот, кто пытается одним единственным разом завладеть "сатори", не может принять, что мы должны жить нашу жизнь свежо и заново, такой, какая она есть.

Даже в чисто биологическом смысле мы можем жить, лишь вбирая в течение всей нашей жизни в настоящий момент времени настоящий глоток воздуха. Поэтому если речь идёт о действительно свежей жизни, само собой разумеется, недостаточно раздумывать о собственной жизни в голове, а мы должны принять её как свежую и новую, такой, какая она есть. Только так мы найдём наше отношение к жизни, которое само свежее и новое. Это имеется в виду под "прояснить великую вещь практики длинной в жизнь". Когда это происходит, мы, наконец, можем начинать действительную практику сикантадза. Догэн Дзэндзи называет это "единство практики и доказательства" или "практика на основе доказательства". Поэтому Саваки роси всегда говорил: "У сатори нет начала, у практики нет конца!".

Послесловие
(от Утияма Косе)
об обстоятельствах, в которых вырос Кодо Саваки роси

Больше двадцати лет прошло со смерти Саваки роси, который был одним из самых выдающихся мастеров Дзэн и действовал с двадцатых годов до 1965. Даже сегодня он оказывает огромное влияние на мир. Но условия, в которых он родился, были очень суровы и несчастны.

Он родился в 1880 году в префектуре Миэ. В то время Япония как раз очень сильно политически реформировалась, и новому государству не хватало стабильной основы. В это ненадёжное время, когда ему было 4 года, умерла его мать, а в 7 лет он пережил смерть отца. Четырёх братьев и сестёр поделили на семьи родственников и бывшей прислуги. Саваки роси, которого тогда звали Сайкити, попал в дом своего дяди. Но и этот дядя умер через пол года и его взял к себе другой дядя, который официально торговал лампионами в квартале Иссиндзи, на самом же деле зарабатывал деньги азартной игрой. Здесь он учился в начальной школе на протяжении 4 лет (так как он поздно пошёл в школу, то закончил начальную школу только в 12 лет).

Будучи ещё учеником начальной школы молодой Сайкити уже работал у своих приёмных родителей как мальчик на побегушках. Он продавал, например, рисовые пирожки в казино, таким образом узнав мир азартной игры, или помогал актёрам в кабаре переодеться. Однажды он был свидетелем, как один 50-летний мужчина купил себе 18-летнюю проститутку, получил инфаркт, и как на следующий день пришла его жена и плакала: "Даже мёртвый он ещё создаёт проблемы, и это на таком месте...". Будучи ещё маленьким ребенком, он узнал, что происходит за кулисами нашего сложного мира.

Вскоре после того, как Сайкити закончил начальную школу, произошла кровавая разборка между приблизительно семьюдесятью Якудза, делящими территорию. Вечером того же дня его отчиму было поручено наладить связь между бежавшими Якудза, но он, дрожа от страха, не мог ничего сделать. На его месте это задание предложил выполнить Сайкити: ночью, под дождём, он перешёл место кровавой драки, чтобы связаться с Якудза, бежавшими на 10 километров. После этой ночи его отчим начал бояться его и прекратил бить.

Но хотя Саваки роси и провёл своё детство в такой среде, он познакомился и с другими примерами. Там была семья Морита, которые жили поблизости в заброшенном доме. Отец наклеивал каллиграфии на свитки, а сын учился традиционной японской живописи. Сайкити притягивала эта семья, которая, хотя и жила в очень бедных условиях, имела в себе что-то совершенно чистое. Он начал часто посещать Морит. Отец Морита научил его старой японской истории и литературе. Кроме того, он познакомился с той истиной, что в жизни есть более важные вещи, чем деньги или положение и имя. Позднее Саваки роси сказал, что таким образом образовалась почка, из которой потом вырос плод его жизни.

После окончания начальной школы Сайкити перенял торговлю лампионами, которой кормил приёмных родителей, любящих удовольствие (его мачеха была старая проститутка). Но он постепенно начал открывать глаза на свою собственную жизнь и раздумывать, правильно ли жить такую жизнь, потом пожениться и кормить жену и детей. Сайкити не знал, что ему делать, но его сердце требовало пути. Когда он в первый раз убежал из дома, то оказался у своего знакомого в Осаке. Но побег не увенчался успехом: приёмные родители вернули его обратно.

В следующий раз он решил убежать так далеко, чтобы его уже никто не смог вернуть. С тремя килограммами сырого риса на плечах и 27 Сэн в кармане, со светом одного единственного лампиона, он в 16 лет пошёл к Эйхэйдзи в Этидзэн. Во время долгого пути Сайкити беспрерывно жевал сырой рис.

В Эйхэйдзи не заботились о сбежавших из дома детях: Сайкити не разрешили войти. Два дня и две ночи он ждал перед воротами без еды и питья в надежде на исполнение его просьбы, чтобы его либо посвятили в монахи, либо разрешили умереть в Эйхэйдзи. В конце концов, его взяли как помощника в мастерской.

Позднее он помогал в Рюндзи, храме одного из главных священников (ино) Эйхэйдзи. Однажды ему разрешили делать, что он хочет. Тогда он решил в одиночестве сидеть дзадзэн в своей комнате. В этот момент в комнату вошла старая женщина, которая тоже помогала в храме. Она поклонилась перед ним настолько почтительно, как будто бы он был Буддой. Что же это было, что заставило эту старуху, которая всё время гоняла его как мальчика на побегушках, поклониться перед ним так почтительно? В первый раз Саваки роси познакомился с возвышенной позой дзадзэн и решил практиковать его всю свою жизнь. В позднем возрасте Саваки роси часто говорил, что он парень, который растратил всю свою жизнь на дзадзэн. Начальный момент такого образа жизни лежит в этом раннем происшествии.

Наконец, с помощью различных связей, исполнилось его желание стать монахом, и его посвятили в этот сан в Сосиндзи в далёком Кюсю. В 19 лет он вступил в Энцудзи в Тамба как унсуй (странствующий монах), но пробыл там всего лишь пол месяца. Оттуда его послали в другой храм, в котором он встретился с Рён Фуэока роси. Они оба хорошо поняли друг друга и Саваки решил следовать за Фуэока. Фуэока роси учился много лет у одного из самых важных мастеров Дзэн периода Мэйдзи (1868-1912), Бокудзан Нисиари Дзэндзи, и он имел чистый характер, который притягивал Саваки роси тем больше, чем дольше он оставался вместе с ним. От Фуэока роси он услышал лекции о Гакудоёдзинсю, Эйхэйсинги и Дзадзэнёдзинки и это создало основу для его поздней практики сикантадза.

Потом его призвали как солдата на русско-японскую войну (начало 1904), где он получил золотой орден. В 26 лет, в 1906 году, он возвращается обратно в Японию. После войны, немного поздновато для его возраста, поступает в институт буддийских исследований в своём родном городе. После этого переходит на семинар Хорюдзи в Нара, где изучает Ёгакара-философию у Саэки Дзёин Содзё (Примечание: Ёгакара-философия – старая буддистская школа, чья философия похожа на немецкий идеализм и современную психологию – все феномены рассматриваются как продукты нашего сознания, которое разделяется на 8 областей (5 органов чувств, думанье, самосознание и под – или хранилищное сознание)). После того, как он познакомился с буддийским учением, то в возрасте 34 лет в Дзёфукудзи, пустующем храме в Нара, Саваки роси начал в течение трёх лет с утра до вечера в одиночестве сидеть дзадзэн. Тут сикантадза перешла ему в плоть и кровь.

В 1916 году, в возрасте 36 лет, его нанял Сотан Ока роси в качестве учителя для монахов в Дайдзидзи в Хиго. После смерти Ока роси, Саваки роси жил один на горе Маннъити в Кумамото, откуда он начал ездить во все концы Японии, чтобы учить дзадзэн и читать лекции.

В 55 лет его назначили профессором в университете Комадзава. Одновременно с этим он стал годо (одним из старших священников) в Содзидзи, одним из двух главных храмов школы Сото. С этого времени начался период его самой большой активности.

В то время "Дзэн" означал не больше, чем коан-Дзэн школы Риндзай, но Саваки роси полностью сконцентрировался на сикантадза, которому учил Догэн Дзэндзи. Для истории японского буддизма было особенно важно, что сикантадза Саваки роси снова показывалась в своей чистой форме и заняла своё место наравне с коан-Дзэн.

Так как он никогда не жил в собственном монастыре и не писал книг, люди начали называть его "бездомный Кодо". Но в 1963 году, в возрасте 83 лет, сила в ногах покинула его, и он должен был прекратить свои путешествия. Он остановился в Антайдзи в Кёто, где и умер в 1965 году, в возрасте 85 лет.

Для тех, кто ищет более подробную информацию о жизни Саваки роси, есть несколько японских биографий. Здесь я собрал всего лишь несколько моментов из его жизни, чтобы те, кто вообще ничего о нём не знают, могли бы создать себе приблизительную картину. Эти моменты состоят из его отчима и семьи Морита, происшествия в Рюндзи и встречи с Фуэока роси, которые представляют собой семена и почки, из которых развивалась жизнь Саваки роси.

* * *

Кодо Саваки роси.
Дзэн «Самое большое враньё всех времён и народов»

Перевод:
Антайдзи (Храм Сото-дзен)
Храм Покоя

http://www.antaiji.dogen.de/rus-kike2/kike0.html

Предисловие переводчика: Что такое Дзэн?

Что такое Дзэн? Я не знаю.

И чем больше времени я провожу с высказываниями Кодо Саваки роси, тем больше у меня создаётся впечатление, что и сам Саваки не хочет и не может сказать нам этого. Но он и не делает из этого никакой тайны – что отличает его от некоторых других роси. Он не хочет вводить нас в заблуждение, как это пробовали многие до него. Он не рассказывает никаких историй о возвышенном мире, лежащем на таком высоком уровне, что только он один может туда попасть. У него также не идёт речь о буддийской теории, легендах о просветлённых мастерах или собственных опытах сатори. Единственное, что он делает, это призывает нас обратить внимание на нас самих: "Эй, чего пялишься по сторонам? Не видишь, о тебе речь идёт!?"

Часто говорят, что каждое из высказываний Саваки попадает точно в яблочко. Всё, что он говорит, касается нас самих. Я и сам долго думал так, но теперь, после 15 лет работы с этими высказываниями, ко мне приходят сомнения: Попадают ли они действительно в яблочко?

Что вообще означает "попасть в яблочко"?

Моя первая встреча с высказываниями Кодо Саваки роси, которые собранны здесь в книгах "Тебе" и "Дзэн – самое большое враньё всех времён и народов", состоялась в конце 80-ых в Германии. Тогда были напечатаны первые главы в "Информации по Дзэн" немецкого общества Дзэн – перевод, который, к сожалению никогда не был завершён. Позднее я нашёл в библиотеке Антайдзи японский оригинал – но, к сожалению, у меня не было достаточно времени, чтобы основательно заняться им, кроме того, язык Саваки часто очень прямой и грубый, не обязательно тот "литературный японский", которому я научился в университете. Наконец, после восьми лет в качестве монаха в Антайдзи, мой мастер "выпустил" меня и я решил установить палатку среди бездомных в дворцовом парке в Осаке, где кроме двух утренних часов дзадзэн, весь день был в моём распоряжении. Я ещё хорошо помню красивые осенние дни, которые проводил за переводом "Тебе", сидя на дворцовой стене. После наступления темноты я шёл в лобби близлежащего отеля Hotel New Otani и писал чистовик. А на следующий день перепечатывал соответствующую главу на компьютере на первом этаже здания Panasonic, где в те времена интернет ещё был бесплатным. Бумажные записи я выкидывал, как только текст можно было читать онлайн – моё доверие в тогда абсолютно новое для меня средствомассовой информации было безгранично. Гидо Келлер из издательства Ангкор начал интересоваться публикацией книги, она должна была выйти в следующем году. Как же велико было моё удивление, когда после нового года моя страничка исчезла по непонятным причинам. Так как я написал всё без бэкапа на компьютере в интернет-кафе, мой только что законченный перевод растворился вместе со страничкой. Наверное, я бы не смог собрать достаточно сил, чтобы перевести всё ещё раз, если бы файлы не объявились 1-2 неделями позже в кэше Google. Но к этому времени при несчастном случае в ходе уборки снега в Антайдзи погиб мой мастер и я должен был оставить свою палатку, чтобы перенять ответственность за монастырь, в котором я сам стал монахом и который сохраняет при жизни традицию учения Саваки. Принять место абта было для меня не простым решением, и к тому же это означало, что теперь у меня станет мало времени для перевода. Главы "Тебе" были вскоре снова выставлены онлайн, и книга вышла летом 2002 года в издательстве Ангкор. Не говоря о нехватке времени, я и без того устал переводить: одно дело читать Саваки, другое дело – переводить его высказывания как можно точнее с наполненной сленгом и диалектом японской разговорной речи на немецкий, без того, чтобы они потеряли свою силу. Это задание, которое практически нельзя выполнить действительно удовлетворительно. Обычно перевод слов другого человека стоит гораздо больше сил, нежели формулировка собственных мыслей (что также может быть очень нелегко). Когда летом 2003 года вышла книга "Дзэн – самое большое враньё всех времён и народов" (на японском "Икиру тикара тоситэ но Дзэн" – дословно "Дзэн как сила жизни"), я сразу же почувствовал желание перевести её. Шаг за шагом, в основном зимой, когда снег не оставляет никакого другого занятия, я продолжил работу переводчика. Но тут я должен был констатировать, что к непрерывному притяжению, которое оказывают на меня высказывания Саваки, присоединилось также и внутреннее сопротивление, и оно росло, чем больше я посвящал себя переводу. Это и было упомянутое выше сомнение: Действительно ли попадают высказывания Саваки в яблочко? Что вообще означает "попасть в яблочко"?

Внимательный читатель заметит, что эти высказывания полны противоречий. В то же время японский издатель Кусия Сюсоку роси пишет в послесловии, которое я считаю одним из самых лучших размышлений о Саваки роси и его труде: "Некоторым может показаться, что Саваки роси часто повторяет то же самое – они уже начитались". И Кусия наставляет нас "читать каждое отдельное высказывание Саваки роси так, как будто бы мы встречали там наше собственное "Я" в самый первый раз... Если мы подобным образом вспахиваем пашню нашей собственной жизни, то мы, наконец, дойдём до точки, где должны обнаружить в нас и произвести на свет слова нашей собственной правды".

Поэтому мне кажется, что слова Саваки роси всегда проходят немного мимо цели – он попадает в различные точки на мишени, иногда даже кажется, что стрела вообще пролетела далеко в сторону. Но если мы посмотрим на всё целиком, то сможем увидеть не только его направление, но и интуитивно почувствуем, где же лежит это яблочко, вокруг которого кружат, никогда действительно не попадая, его высказывания: потому что слова не могут этого, это можем только мы сами – жить нашу повседневную жизнь и есть яблочко, о котором идёт речь, и никто, даже Саваки роси, не может сделать этого за нас. Может быть, это значение одной старой истины Дзэн: "Хороший стрелок не попадает в цель".

Мухо,
Антайдзи, зима 2004.

Жизнь



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.