Сделай Сам Свою Работу на 5

СУДЕБНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА СПОСОБНОСТИ СВИДЕТЕЛЯ ИЛИ ПОТЕРПЕВШЕГО ПРАВИЛЬНО ВОСПРИНИМАТЬ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ИМЕЮЩИЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ДЕЛА, И ДАВАТЬ О НИХ ПРАВИЛЬНЫЕ ПОКАЗАНИЯ

Юридическое значение

Свидетельские показания являются доказательством по делу. Свидетелем в уголовном процессе может выступать любое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, подлежащие установлению по данному делу за исключением лиц, указанных в законе (ст. 72 УПК РСФСР).

В частности, ограничением выступает неспособность свидетеля правильно воспринимать важные для дела обстоятельства и в последующем их воспроизводить, давать о них показания (п. 2 ч. 2 ст. 72 УПК РСФСР). Указанная неспособность может быть обусловлена, в числе других причин, и особенностями психической деятельности. Судебно-психологическая экспертиза назначается в соответствии с п. 3 ст. 79 УПК РСФСР «для определения психического ... состояния свидетеля или потерпевшего в случаях, когда возникает сомнение в их способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания».

Если речь идет об исследовании степени психических нарушений у свидетелей, лишающих их способности давать показания, назначается судебно-психиатрическая экспертиза. Эксперты-психиатры устанавливают психопатологические факторы, обусловливающие грубые расстройства восприятия, памяти, мышления и речи у подэкспертных, что не дает возможность суду и следственным органам использовать их в качестве свидетеля по делу.

В то же время способность давать показания может быть нарушена в силу и непатологических особенностей психики, в первую очередь связанных с фактором интеллектуального и личностного развития. Эти случаи входят в компетенцию судебно-психологической экспертизы, и объектом ее преимущественно выступают особенности психической деятельности малолетних и несовершеннолетних потерпевших и свидетелей.

Вопросы судебно-следственных органов и особенности проведения судебно-психологичсской экспертизы

Основное значение в данном предметном виде экспертизы имеет следующий вопрос: «Способен ли под экспертный с учетом его психического состояния, индивидуально-психологических особенностей и уровня психического развития правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания?»

В отличие от других предметных видов судебно-психологической экспертизы судебно-следственные органы в данном случае интересует сохранность способности свидетеля или потерпевшего к правильному восприятию и воспроизведению важной для уголовного дела информации не в каких-либо отдельных, а во всех юридически значимых ситуациях: докриминальной, криминальной, посткриминальной, следствия, судебного разбирательства (табл.1). Так, правоохранительные органы могут интересовать не только обстоятельства, касающиеся криминальной ситуации, но и предшествующие события, а также развитие ситуации после совершения правонарушения и до начала производства по уголовному делу. Поэтому, хотя вопрос сформулирован в общем виде («способен ли...»), судебный эксперт-психолог должен проводить и ретроспективный анализ сохранности указанной способности в период времени, предшествующий производству экспертизы, и актуальный анализ во время экспертного исследования, и давать прогностическую оценку сохранности этой способности в последующем, после проведения экспертизы, в ситуациях предварительного и судебного следствия.

Необходимо иметь в виду, что содержание экспертной оценки способности давать показания может быть различным в зависимости от динамики психического состояния и уровня развития отдельных психических функций подэкспертного в различных юридически значимых ситуациях. Например, с момента совершения преступления до экспертизы проходит большой промежуток времени. У малолетней потерпевшей недостаточно сформирована долговременная память с отсроченным воспроизведением событий прошлого при ограничении ее возможности понимания сложного смысла воспринимаемого и в то же время отсутствуют нарушения или особенности психики, препятствующие отражению реальных событий. В этом случае правомерным будет экспертный вывод о том, что подэкспертная могла правильно воспринимать внешнюю сторону конкретных обстоятельств дела и давать о них правильные показания непосредственно после случившегося, но в настоящее время она не может давать правильных показаний об обстоятельствах дела [4, с. 15-16]. Другим примером может служить констатация экспертом-психологом глубокого аффекта страха с частичным сужением сознания и связанным с этим запамятованием событий у потерпевшей по делу об изнасиловании. В таком случае правильным будет заключение о том, что в период, когда совершались преступные действия в отношении потерпевшей, она в силу глубины аффективного состояния не могла воспринимать значимые для дела обстоятельства и давать о них правильные показания, но могла правильно воспринимать и воспроизводить обстоятельства, касающиеся ситуации, предшествующей непосредственно изнасилованию. Нередко показания потерпевших в отношении событий, предшествующих преступлению, оказываются важным источником доказательств по уголовному делу.

Следует учитывать, что юридический критерий способности давать показания состоит из двух видов психической деятельности, способность к осуществлению которых и является необходимой предпосылкой для возможности использовать человека в качестве свидетеля по уголовному делу. Первый компонент юридического критерия - «способность правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела» - обычно исследуется экспертом-психологом в докриминальной, криминальной и посткриминальной ситуациях. Второй - «способность давать о них правильные показания» - имеет значение в ситуациях предварительного следствия и судебного разбирательства. Такое разделение, однако, является несколько условным, поскольку могут быть случаи, когда суд может интересовать способность к правильному восприятию некоторых событий, относящихся и к следственной ситуации - например, если обвиняемый по делу не взят под стражу, находится на свободе (подписка о невыезде) и продолжает взаимодействовать со свидетелем - в конечном счете это определяется тем, какие именно обстоятельства имеют значение для дела и могут являться доказательствами.

Эта же проблема - какого рода обстоятельства являются значимыми для уголовного дела - определяет и два типа задач, которые решает судебно-психологическая экспертиза. Как указывает М.М. Коченов [5, с. 37-38], к первому из них относится установление способности правильно воспринимать и воспроизводить отдельные факты или внешнюю сторону событий в пределах чувственного отражения действительности, т.е. время, место преступления, внешность преступника, последовательность его действий и действий других участников событий и т.п., а к второму - установление способности правильно воспринимать внутреннее содержание событий или действий (способности к осмысленному восприятию и пониманию) и в последующем их воспроизводить. Судебный эксперт-психолог должен обязательно указывать в заключении (даже если в постановлении или определении о назначении экспертизы отсутствуют уточнения о характере интересующих суд и следствие обстоятельств), на каком уровне подэкспертный способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. Следует учитывать, что показания о внешней, фактической стороне событий уже являются полноценными доказательствами по делу.

При судебно-психологическом экспертном исследовании способности к восприятию важной для дела информации необходимо учитывать внешнюю (объективную) и внутреннюю (субъективную) стороны перцептивной деятельности.

Оценка ситуации должна проводиться в двух направлениях: с одной стороны, очень важно исследовать влияние на восприятие тех условий, в которых находился свидетель или потерпевший (темнота, сильный шум, быстротечность событий и пр.), с другой стороны, для анализа взаимодействия личности и ситуации необходимым представляется исследование особенностей субъективной переработки информации - в первую очередь, субъективной сложности ситуации с учетом уровня психического развития малолетнего или несовершеннолетнего, а также субъективной значимости воспринимаемых событий.

Оценка субъективной стороны восприятия включает изучение таких факторов, как:

1. Уровень развития и особенности органов чувств (анализаторов) у подэкспертного.

Учитывая конкретные условия восприятия, необходимо определять, достаточна ли абсолютная чувствительность зрительного, слухового анализаторов для возможности правильно воспринимать интересующие суд и следствие обстоятельства. В ряде случаев могут иметь значение более сложные феномены восприятия - время адаптации зрительного анализатора к темноте, разностная чувствительность органов восприятия и др. [5, с. 44].

2. Уровень психического развития подэкспертного. Здесь особо важно исследовать уровень сформированности и особенности познавательных процессов - внимания, восприятия, мышления. Можно выделить два аспекта проявления этого фактора.

Первый из них касается естественного для конкретного возрастного периода уровня интеллектуального и личностного развития. Так, рядом авторов [5,6] выделяются юридически значимые особенности, свойственные свидетелям - детям дошкольного возраста: малая деталиэированность и неполнота отражения, недостаточная сформированность процессов запоминания, синкретный и аффективный характер мышления, ограниченность осмысления действительности. Эти особенности обусловливают способность воспринимать значимые для дела обстоятельства только с внешней, фактической стороны, в пределах чувственного отражения.

Второй аспект раскрывает патопсихологические нарушения нормального развития, которые могут оказывать влияние на способность к правильному восприятию юридически значимых событий не только у малолетних, но и у несовершеннолетних свидетелей и потерпевших. Отставание в психическом развитии, связанное или не связанное с психическим заболеванием, признаки инфантилизма, аномалии личностного развития и другие расстройства, характеризующиеся недоразвитием интеллекта, ограниченным кругозором и практической ориентацией, недостаточной сформированностью мотивационно-волевой и ценностной сфер, могут обусловливать невозможность воспринимать содержательную сторону событий, ее внутренний смысл.

При исследовании способности давать показания у малолетних и несовершеннолетних потерпевших по делам об изнасилованиях представляется важным исследование и уровня их сексуального самосознания, степень осведомленности в области сексуальных отношений [2, 3]. Констатация непонимания характера и значения совершаемых с потерпевшей насильственных сексуальных действий практически всегда приводит к выводу о ее неспособности правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства на смысловом, содержательном уровне. Вопрос же о способности к правильному восприятию внешней стороны событий может быть решен, в зависимости от учета других факторов, либо положительно, либо отрицательно.

3. Психическое состояние подэкспертного.

Любое преступление оказывает то или иное психотравмирующее воздействие на его очевидцев, особенно это касается потерпевших по делам об изнасилованиях. В ряде случаев в результате психотравмирующего воздействия у свидетелей, а чаще - у потерпевших, возникают кратковременные аффективные состояния (страх, растерянность), основными признаками которых, наряду с доминированием эмоциональных переживаний, являются частичное сужение сознания и нарушения произвольной регуляции поведения. Аффектогенное сужение сознания сопровождается фрагментарностью и искажением восприятия, что может приводить либо к неспособности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, либо (при слабой выраженности частичного сужения сознания) - к способности воспринимать только внешнюю сторону событий.

Экспертное заключение о способности свидетеля или потерпевшего правильно воспринимать значимую для дела информацию является необходимой предпосылкой для решения вопроса об их способности в последующем правильно ее воспроизводить. Однако нередки и такие ситуации, когда при возможности правильного восприятия событий способность давать правильные показания бывает, тем не менее, нарушена.

Судебно-психологическое исследование способности свидетелей или потерпевших давать правильные показания об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, также основывается на изучении ряда субъективных факторов, которые взаимодействуют с определенными ситуационными переменными в каждом конкретном случае. Учет условий, в которых воспроизводится информация об интересующих судебно-следственные органы обстоятельствах, является одной из главных задач судебно-психологической экспертизы свидетелей [7]. Как правило, в качестве основной ситуативной переменной, которая при взаимодействии с личностными особенностями может оказать негативное влияние на способность давать правильные показания, выделяют внешнее давление значимых окружающих, заинтересованных в определенном исходе уголовного дела.

Оценка субъективной стороны способности давать правильные показания включает исследование следующих факторов:

1. Уровень психического развития подэкспертного.

На способность правильно воспроизводить важную для правоохранительных органов информацию основное влияние оказывают уровень развития и особенности мнестических и мыслительных процессов.

Недостаточное развитие памяти и мышления может быть проявлением естественной возрастной незрелости. Так, для малолетних свидетелей и потерпевших дошкольного возраста характерно недостаточное развитие произвольных, опосредованных форм запоминания, которые в совокупности с неразвитостью понимания окружающей действительности, осмысления многомерности ее взаимосвязей и взаимозависимостей, несформированностью полноценной логики, определяют способность давать правильные показания только с фактической, внешней стороны событий, при невозможности осветить в своих показаниях содержательный смысл значимых для дела ситуаций. И.А. Кудрявцев, М.В. Морозова [6] выделяют и такой тип нарушения мнестических функций как недостаточную сформированность механизмов долговременной памяти у дошкольников, что при значительной отсроченности ситуации допроса ребенка может приводить к эффектам «замещения», «вытеснения» или «рационализации» сохраняемой и перерабатываемой в памяти информации. Эффект вытеснения психотравмирующих событий особенно часто встречается у малолетних потерпевших по делам об изнасилованиях. При большом промежутке между криминальной ситуацией и допросом ребенка экспертное выявление нарушений долговременной памяти может служить основанием для заключения о неспособности такого подэкспертного давать правильные показания, даже при условии, что он был способен правильно воспринимать внешнюю сторону имеющих значение для дела обстоятельств.

Особенности памяти, мышления и речи, препятствующие возможности давать правильные показания, могут быть обусловлены не только онтогенетическим фактором, но и нарушениями нормального психического развития ребенка и подростка. У детей с задержкой или искажением психического развития, обусловленными как биологическими, так и социальными и педагогическими факторами, выявляется снижение интеллектуального уровня, несформированность процессов обобщения и абстрагирования, логики суждений, недоразвитие высших форм запоминания, недостаточный уровень общих сведений и знаний, плохая ориентировка в практических ситуациях, ограниченный словарный запас, а также недостаточная критичность, мотивационная и волевая незрелость, примитивность морального сознания и т.п. Эти патопсихологические расстройства могут обусловить неспособность малолетних и несовершеннолетних подэкспертных давать правильные показания или ограничить эту способность возможностью воспроизводить только фактическую сторону интересующих суд и следствие событий.

2 Индивидуально-психологические особенности подэкспертного. На способность правильно воспроизводить воспринятые обстоятельства, имеющие значение по делу, могут оказать влияние такие личностные особенности подэкспертных (независимо от их возраста), как повышенная внушаемость, подчиняемость, зависимость от мнения и оценок субъективно значимых, авторитетных для них людей, а также повышенная склонность к фантазированию. Это находит отражение в ряде рекомендаций для судебно-следственных органов задавать вопросы экспертам о наличии у подэкспертных указанных свойств [5]. Однако следует заметить, что данные особенности проявляются только при взаимодействии с определенной конкретной ситуацией. К примеру, при повышенной внушаемости малолетнего или несовершеннолетнего свидетеля в условиях, когда на него никто не оказывает какого-либо давления, он может не терять способности давать правильные показания. Могут встречаться ситуации, когда в целом подчиняемый ребенок даже при условии сильного внушающего воздействия со стороны взрослых не меняет своих показаний, поскольку они для него субъективно очень значимы. Поэтому представляется справедливым мнение И.А. Кудрявцева, М.В. Морозовой [6, с. 7], что сами по себе ответы на вопросы о наличии у подэкспертных признаков повышенной внушаемости или фантазирования не имеют важного значения, они имеют смысл только в тех случаях, когда у испытуемого не только обнаруживаются эти особенности, но и выясняется, что они оказывают влияние на его способность давать правильные показания об обстоятельствах правонарушения в конкретных условиях следственной и судебной ситуации.

Заключение судебно-психологической экспертизы о способности подэкспертного правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные показания должно быть категоричным («способен...» или «не способен...»), промежуточные выводы («способность... была ограничена») не имеют какого-либо юридического значения. В то же время, при заключении о способности правильно воспринимать и воспроизводить важную для дела информацию, эксперт-психолог должен обязательно конкретизировать категорию обстоятельств, имеющих значение для дела (внешняя сторона юридически значимых событий или внутреннее, смысловое их содержание), которые могли быть правильно восприняты и правильно воспроизведены.



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.