Сделай Сам Свою Работу на 5

Как «пропаганда» превратилась в «информацию»

Ф. Брукнер: После исследований, которые он вёл почти два десятилетия, Поль Рассинье, основатель ревизионизма, пришёл к выводу, что истребление евреев в газовых камерах — это «самый ужасный и мрачный обман всех времён». Я лично, не раздумывая, подписался бы под этим выводом.

В начале последнего дня нашего семинара мы займёмся вопросом, каким образом возник этот обман.

Ложь о массовых убийствах гражданского населения ядовитым газом восходит ко временам Первой мировой войны. Как вы помните, английская газета Дейли Телеграф от 22 марта 1916 г. сообщала, будто австрийцы в Сербии загоняют гражданское население в церкви и убивают там ядовитым газом. Не лишено иронии то обстоятельство, что та же Дейли Телеграф, 26 лет спустя, 25 июня 1942 г., писала на своей пятой странице:

«Немцы убили в Польше 700 000 евреев. Передвижные газовые камеры».

Таким образом, противники Германского Рейха, т.е. союзные державы и еврейские организации, решили снова пустить в оборот пропагандистскую ложь времён Первой мировой войны. Как мы знаем, сначала газовые камеры и душегубки имели множество конкурентов. Только после войны на свалку истории были выброшены установки для убийства электротоком, вагоны с известью, камеры, из которых откачивался воздух, и паровые камеры.

Сначала я хотел бы рассказать, как выдумки пропаганды ужасов постепенно стали составной частью официальной истории «свободного мира». При этом я начну со ссылки на немецкого еврея Бруно Баума, который в 1935 году вместе с Эрихом Хонеккером, будущим главой ГДР, был приговорён за коммунистическую агитацию к 10 годам лишения свободы. В 1943 году Баума перевели из Бранденбургской каторжной тюрьмы в Освенцим, где он принадлежал к числу самых ярых активистов лагерного движения сопротивления. После войны он написал воспоминания «Сопротивление в Освенциме», которые вышли тремя разными изданиями (1949, 1957, 1961). В первом издании на странице 34 говорилось:

«Не будет преувеличением, если я скажу, что большая часть пропаганды, касающейся Освенцима, которая распространялась в то время по всему миру, была написана нами самими в лагере»[578].



Через страницу Баум повторяет: «Мы готовили эту пропаганду для мировой общественности до самого последнего дня нашего пребывания в Освенциме».

Во втором издании, вышедшем восемь лет спустя, Баум пользуется уже совсем иной формулировкой: «Не будет преувеличением, если я скажу, что большая часть публикаций об Освенциме, которые распространялись по всему миру, исходила от нас… Таким образом мы информировали мир до самого последнего дня нашего пребывания в Освенциме».

Cтудентка: Ага! «Пропаганда» вдруг превратилась в «информацию»!

Ф. Брукнер: А эта «информация» вскоре — в «установленные исторические факты», сомневаться в которых в Германии запрещено под угрозой пяти лет лишения свободы.

Для пропаганды такого рода, какую распространяли Баум и его товарищи, концлагеря были идеальным местом. В пропитанной страхом, ненавистью и дерзкими надеждами атмосфере лагерей люди были готовы принимать за чистую монету самые дикие слухи.

Очень наглядно описывал кухню лагерных слухов австрийский еврей и левый социалист Бенедикт Каутский, который был сначала в Дахау, потом в Бухенвальде, потом в Освенциме и, наконец, вторично в Бухенвальде, в своей книге «Дьяволы и обречённые»:

«Легковерность людей в лагере была просто невероятной. Слухи, которые арийцы называли «пароли», а евреи — «бонки», ходили непрерывно и, какими бы бессмысленными они ни были, находили добровольных распространителей. Хотя в лагере посмеивались над распространителями слухов (часто приходилось слышать шутку: «Меняю две старые бонки на одну новую») на так называемые «благородные бонки» попадались очень многие»[579].

Через две страницы Каутский пишет: «Я хотел бы дать здесь теперь описание газовых камер, которые я сам никогда не видел, но многие описывали их мне столь достоверно, что я хотел бы воспроизвести здесь их описание».

Далее следует описание «газовых камер».

Cтудентка: Таким образом, Каутский, пользуясь его собственными формулировками, купился на «благородную бонку»!

Ф. Брукнер: У того, кто читает книгу Каутского, не создаётся впечатления, что он лжец; его лагерные воспоминания производят впечатление трезвых и реалистичных. Я не сомневаюсь, что Каутский до самой смерти искренне верил в газовые камеры, которые сам он в Освенциме никогда не видел.

В своей книге «Ложь Одиссея» Поль Рассинье рассказывает, что на воротах Бухенвальда висела надпись: «Jedem das Seine», «Каждому своё». Это принцип древнеримского права, означающий: «Каждый получает то, что заслужил по закону». Рассинье, который знал немецкий, понимал эту надпись, но среди других французских заключённых, не сведущих в немецком языке, сразу же распространился слух, будто там написано: «Оставь надежду всяк, сюда входящий»[580]. Такая надпись у Данте красуется над воротами ада.

Какие странные слухи ходили в лагере, рассказывал и бывший узник Освенцима Арнольд Фридман, который выступал в качестве свидетеля обвинения на первом процессе Цюнделя в Торонто в 1985 году. Во время его допроса адвокатом Цюнделя Дугласом Кристи Фридман сказал, будто из труб крематориев Бжезинки вырывалось высокое пламя, и эти крематории распространяли ужасный смрад (что технически невозможно). Мало того: по цвету пламени заключённые якобы определяли национальность мертвецов, которых сжигают!

Вопрос: Можете ли вы нам сказать, что смрад, исходивший из этих четырёх труб, был одним и тем же?

Ответ: Ну, это был запах горелого мяса, а цвет дыма менялся, от жёлтого до тёмно-красного, я не знаю, в зависимости от чего.

Вопрос: Давало ли это повод для споров в бараках?

Ответ: Да, это вызывало споры. Мы спорили о разных вещах, в частности, мы высказывали догадки, что, когда из труб вырывалось пламя одного цвета, речь шла о венгерских евреях, а если другого, то о польских[581].

Cтудент: Показаниями такого свидетеля обвинители Цюнделя явно забивали гол в собственные ворота!

Ф. Брукнер: Другой гол в собственные ворота они забили, пригласив такого свидетеля, как Рудольф Врба.

Как видим, даже самые фантастические слухи, находили в лагере добровольных распространителей. Неудивительно, что верили и таким слухам, которые обращали гигиенические меры по спасению людей в их противоположность.

Из камер для уничтожения паразитов, особенно разносчиц тифа — вшей, с помощью синильной кислоты или горячего пара, пропаганда лагерных движений сопротивления сделала газовые и паровые камеры для убийства людей. А заключённых, которые исчезли из лагеря «А», потому что их перевели в лагерь «Б», объявляли убитыми в этих газовых или паровых камерах.

Постоянные переводы заключённых привели к тому, что эти сообщения распространились по всем лагерям, а после войны сотни тысяч бывших узников концлагерей рассеялись по всей Европе, выдавая то, что они слышали, за непреложную истину. В сочетании с ужасными картинами только что освобождённых лагерей, таких как Берген-Бельзен, Бухенвальд и Дахау, где союзные войска увидели тысячи трупов и ходячие скелеты, это создало идеальную питательную почву для пропаганды Холокоста.

Cтудент: Внесли ли союзники с самого начала свой вклад в эту пропаганду сообщений о массовых убийствах людей в лагерях?

Ф. Брукнер: В одном официальном заявлении Советского правительства ещё в конце 1942 года говорилось о массовых убийствах синильной кислотой, а также о расстрелах, убийствах электротоком и сожжении: «Не говоря о том, что мужчин, женщин и детей косят из автоматов, людей убивают в специально оснащённых газовых камерах, а также электрическим током и массами сжигают. Заключённых концлагерей убивают синильной кислотой»[582].

В августе 1943 года и англо-американцы намеревались выпустить заявление, в котором упоминались газовые камеры. В одном составленном американским и английским правительствами проекте говорилось: «Их (жертвы) вместе с женщинами и стариками посылают в концлагеря, где их теперь систематически убивают в газовых камерах».

В окончательном варианте этого заявления упоминание о газовых камерах исчезло. У англичан были сомнения, и они возражали американцам, что нет доказательств «утверждения относительно убийств в газовых камерах». В итоге англичане и американцы сошлись на том, что надо убрать сомнительный абзац[583].

Cтудентка: Что знали в Лондоне и Вашингтоне о положении евреев на территориях, находящихся под властью Германии?

Ф. Брукнер: Почти всё. Доказательством служит вышедшая в 1943 году книга канадского демографа проф. Юджина М. Кулишера под названием «Перемещение населения в Европе»[584]. При составлении своей документации Кулишер опирался на информацию 24 организаций и учреждений, от Международного Красного Креста и Института по еврейским проблемам до французского и польского информационных центров в США.

Кулишер даёт точные данные о числе евреев, депортированных на восток до конца декабря 1943 г. Число депортированных германских евреев, по его данным, равнялось 120 000 (в докладе Корхерра, который тогда на Западе, конечно, не знали, говорилось о 100 516 евреях), австрийских 40 000 (по Корхерру 47 555), словацких 62 000 (у Корхерра 56 691) и из протектората Богемия и Моравия 50-60 тысяч (согласно Корхерру, 69 677).

Cтудентка: Цифры Кулишера иногда немного выше, иногда немного ниже фактических — у него должны были быть надёжные источники. А что он мог рассказать о судьбе депортированных?

Ф. Брукнер: Я процитирую несколько отрывков из его книги.

«Главная цель гетто и специальных еврейских городов — изоляция местного еврейского населения… Гетто в Генерал-губернаторстве и восточных областях являются также обычным местом назначения евреев, высылаемых с Запада немецкими властями и властями союзных с Германией стран… В течение 1942 года принудительные работы были обычным жребием евреев в Польше и на оккупированных Германией советских территориях. Период времени, в течение которого работоспособные евреи могут использоваться на принудительных работах, больше не ограничивается. Их высылка на восток в значительной мере обусловлена желанием использовать их на принудительных работах, а поскольку потребность Германии в рабочей силе увеличивается, депортация взрослых в работоспособном возрасте равнозначна посылке на принудительные работы… В общем, депортация на восток означает для евреев их мобилизацию на работы в интересах Рейха, а перемещение их всё дальше на восток, несомненно, связано с необходимостью удовлетворять потребности армии вблизи от фронта»[585].

О лагерях уничтожения и газовых камерах Кулишер не говорит ни единого слова, хотя он, разумеется, прекрасно знал, какие слухи об этом ходили; он черпал свою информацию большей частью из еврейских и польских источников, в изобилии распространявших подобные истории. Как видим, Кулишер точно знал, что в донесениях этих организаций достоверно, а что нет. А то, что знал профессор демографии в Монреале, знали и ответственные лица в Вашингтоне и Лондоне, которые опирались на информацию тех же самых организаций и учреждений.

Cтудент: Значит, вожди союзных держав никогда не верили в Холокост?

Ф. Брукнер: Ни Черчилль, ни Эйзенхауэр не упоминают в своих мемуарах о газовых камерах. Они явно считали ниже своего достоинства подхватывать страшные сказки, которые их подручные распространяли после поражения Германии.

Как уже говорилось, история Холокоста начала обретать контуры во время Нюрнбергского процесса. Главным лагерем уничтожения уже тогда считался Освенцим, что было логично, потому что это был самый большой концлагерь, и вся Европа кишела бывшими узниками Освенцима, которые горели желанием опорочить своих бывших угнетателей с помощью как можно более жутких историй и приписать им наибольшее число убитых. Освятить картину фабрики смерти Освенцим должно было признание Рудольфа Гёсса, начальника этого лагеря до конца 1943 года. Но Гёсс исчез и скрывался под именем Франца Ланга на хуторе в Шлезвиг-Гольштинии. В марте 1946 года, т.е. во время Нюрнбергского процесса, его нашла английская пыточная команда во главе с евреем сержантом Бернардом Кларком и после трёхдневных истязаний выбила у него нужное признание. Но вы об этом уже знаете.

Cтудент: На Нюрнбергском процессе на скамье подсудимых сидели многие бывшие руководители национал-социалистического правительства. Их тоже пытками вынуждали к подобным признаниям?

Ф. Брукнер: Нет, так как среди нюрнбергских обвиняемых не было ни одного, кто имел бы дело с администрацией концлагерей, так что все они могли утверждать, что ничего не знали об этих ужасах, что они и делали.

Cтудент: Такой отговоркой не мог бы воспользоваться Генрих Гиммлер, глава СС и высший ответственный за систему концлагерей. Но Гиммлер, как известно, не предстал перед судом в Нюрнберге, так как он покончил с собой после того, как был захвачен в плен англичанами.

Ф. Брукнер: Это официальная версия, но она ложная. Гиммлер не покончил с собой, а был убит. Это со всей ясностью доказывает американский исследователь Джозеф Беллинджер в своей недавно вышедшей книге «Смерть Гиммлера — самоубийство или убийство? Последние дни рейхсфюрера СС»[586], которую я вам очень рекомендую.

Согласно официальной версии, Гиммлер прятал в дупле зуба ампулу с ядом длиной 2,5 см, которую он раскусил после своего пленения англичанами. Посмотрите на этот снимок, чтобы составить представление о размерах этой ампулы. До этого он был подвергнут трём осмотрам и многочасовым допросам; к тому же он ел — и никто не заметил, что у него во рту большая ампула? Всё это, конечно, полная бессмыслица: так не могло быть. На приведённых в книге Беллинджера копиях снимков трупа Гиммлера ясно видны повреждения лица и головы. Несомненно, это следы борьбы, которая разыгралась, когда ему запихивали ампулу с ядом в рот.

Cтудент: Но Гиммлер считался организатором Холокоста и всех прочих ужасов. Зачем было англичанам лишать себя шанса разоблачить на Нюрнбергском процессе этого человека, как величайшего после Гитлера преступника в истории человечества и потом повесить?

Ф. Брукнер: Прошу вас, ответьте сами на этот вопрос.

Cтудентка: Гиммлер, который точно знал, что происходило в лагерях, мог с абсолютной уверенностью оспорить факт уничтожения евреев. Из него можно было, как из Рудольфа Гёсса, выбить признание под пытками, но на процессе он сказал бы об этом перед журналистами всего мира. Поэтому союзникам Гиммлер в Нюрнберге, как обвиняемый, не был нужен, и они своевременно изъяли его из обращения.

Ф. Брукнер: Ясней не скажешь.

За 34 дня до его убийства, в ночь с 20 на 21 апреля 1945 года, Гиммлер в течение двух с половиной часов беседовал в одном поместье в Гарцвальде, в 70 км к северу от Берлина, с делегатом Всемирного Еврейского конгресса Норбертом Мазуром, который в 1938 г. эмигрировал из Германии в Швецию и которого Всемирный Еврейский конгресс послал в Германию в качестве парламентёра для переговоров об освобождении заключённых концлагерей. После этой беседы Гиммлер приказал освободить 7000 заключённых женщин, из которых более половины были еврейки, из лагеря Равенсбрюк и переправить их в Швецию. После возвращения в Стокгольм Мазур написал там на шведском языке брошюру под названием «Еврей говорит с Гиммлером», которая в сокращении была переведена на немецкий язык[587].

Хотя в своём комментарии Мазур пишет, что Гиммлер несёт ответственность «за самые массовые убийства в истории», во время беседы он упрекнул главу СС лишь в том, что в концлагерях совершаются «тяжёлые злодеяния». Под этим, кроме отдельных убийств и избиений, можно было понимать также акции ограниченного масштаба, но никоим образом не поставленное на конвейер убийство миллионов людей. Слова «газовые камеры» во всей брошюре не встречаются. Вот ряд поучительных высказываний Гиммлера во время беседы с делегатом Всемирного Еврейского конгресса:

«Война привела нас в соприкосновение с пролетаризированными массами восточных евреев, и это создало совершенно новые проблемы. Мы не могли терпеть такого врага в нашем тылу. Среди еврейских масс были распространены страшные болезни, особенно брюшной тиф. Я потерял тысячи моих лучших эсэсовцев из-за этих эпидемий. И евреи помогали партизанам».

«Чтобы остановить эпидемии, мы были вынуждены построить крематории, где сжигали трупы бесчисленного множества людей, павших жертвами этой болезни. А теперь нам хотят из этого свить верёвку».

«Там (в лагерях) были интернированы не одни евреи и политические заключённые, но и уголовные элементы, которых не отпустили после отбытия ими срока. Вследствие этого Германия в военном 1941 году имела самый низкий уровень преступности за несколько десятилетий. Труд заключённых был тяжёл, но тяжёл был труд и всего немецкого народа».

«Виноват весь мир!»

Ф. Брукнер: В 1996 году некто Эмануэль Уинстон опубликовал на израильском сайте «Гамла ньюс энд вьюз» статью, отрывки из которой я хотел бы вам процитировать, чтобы показать, как некоторые евреи относятся к неевреям:

«Европейцы это действительно стоящий на низком уровне, аморальный народ; они готовы мать продать… Как легко всякая видимость человечности и цивилизации исчезает с их лица и вылазит зверь. У этого зверя много лиц. Его называют то немцем, то поляком, то хорватом, то украинцем… В своё время это были церковь, Красный крест, премьер-министры, короли, фюреры. Потом сценарий резко изменился, и мы видим каких-то американцев, французов, англичан… Название в самом деле не имеет значения… Эти люди являются воплощением абсолютного Зла, потому что за их внешностью таится в засаде зверь, готовый буйствовать, готовый убивать евреев»[588].

Cтудентка: Сильно сказано! Я просто не могу себе представить, что это типичная точка зрения израильтянина.

Ф. Брукнер: Несомненно, это крайний случай, тут вы правы, но тенденция автора этих строк отражает отношение многих миллионов евреев к их нееврейскому окружению. Эта ненависть к неевреям имеет древние талмудические корни, и Холокост только резко её усилил.

В ходе этого семинара мы уже много раз констатировали, что немцам ни в коем случае не удалось бы скрыть массовое уничтожение евреев в концлагерях. Это очень быстро стало бы известно союзникам, и Юджин Кулишер писал бы в своей вышедшей в 1943 году книге не о депортации евреев в восточные области, на принудительные работы, а об их истреблении. Тот, кто исходит из того, что официальная историческая картина соответствует истине, должен при этих обстоятельствах неизбежно задать вопрос, почему союзники ничего не сделали для спасения евреев.

Cтудент: Они могли бы, например, разбросать над Германией миллионы листовок, чтобы немецкий народ узнал о преступлениях его вождей.

Ф. Брукнер: Прежде всего, они могли бы весной 1944 года, после начала депортации евреев из Венгрии, разбомбить единственную ещё существовавшую тогда железнодорожную линию между Будапештом и Освенцимом и таким способом остановить депортацию. Ничего подобного не произошло.

С учётом этих голых фактов рано или поздно неизбежно должно было появиться обвинение, согласно которому часть вины за Холокост лежит на союзниках. В 1980 году из-под пера еврейского автора Уолтера Лакера вышла книга под названием «Страшная тайна»[589], которая вызвала сильное волнение во всём западном мире. Со ссылкой на впечатляющее количество источников автор доказывал, что правительствам в Лондоне и Вашингтоне от еврейских организаций с начала 1942 года непрерывно шёл поток информации об уничтожении евреев, но они не сделали из этого никаких выводов и буквально не шевельнули пальцем для спасения евреев.

Да, Максим?

Cтудент: Чем объяснял Лакер эту пассивность?

Ф. Брукнер: Некомпетентностью, наивностью и несообразительностью ответственных политиков на Западе.

Cтудент: Эти качества не могли быть им присущи в столь большой степени. Есть только две возможные причины пассивности западных союзников.

Ф. Брукнер: Какие?

Cтудентка: Вариант первый. В Лондоне и Вашингтоне точно знали, что сообщения еврейских организаций это пропаганда ужасов, не имеющая под собой реальной основы. Вариант второй. Англичане и американцы умышленно допустили истребление евреев, потому что это сулило им какие-то выгоды.

Ф. Брукнер: Оба тезиса имеют своих сторонников. Первый выдвинул американский ревизионист Артур Бутс в своей вышедшей в 1976 году книге «Мистификация ХХ века». Как и Уолтер Лакер четыре года спустя, он задался вопросом, могли ли немцы уничтожить миллионы евреев так, чтобы об этом не узнали союзники, и, как и Лакер, пришёл к выводу, что это было бы невозможно. Следовательно, заключил он, массового уничтожения евреев не было. Через семь лет после выхода его книги он сделал доклад на одной конференции в США, в котором он привёл ряд новых аргументов. Я убедительно прошу вас прочесть этот шедевр, переведённый в 1999 году на немецкий язык[590]. Бутс облёк свой итоговый вывод в форму такой метафоры: «Я не вижу слона в моём подвале. Если бы в моём подвале был слон, я бы, конечно, его увидел. Значит, в моём подвале нет слона». Под слоном, разумеется, имелся в виду Холокост. Хотя вывод Бутса был единственно логичным, после трёх десятилетий непрерывной истеричной пропаганды Холокоста нельзя было допустить, чтобы вся эта история оказалась обманом. Поэтому политики и историки свободного мира предпочли сыграть роли трёх пресловутых обезьян, из которых одна ничего не хочет видеть, другая ничего не хочет слышать, а третья ничего не хочет говорить.

В 1984 году в США из-под пера Дэвида Уаймена вышла книга под названием «Евреи, брошенные на произвол судьбы»[591]. Уаймен доказал ещё раз то, что до него уже доказали Бутс и Лакер: немцы не могли осуществить геноцид в таком масштабе так, чтобы об этом немедленно не узнали союзники. Он пришёл к выводу, что американское и английское правительства сознательно допустили истребление евреев, т.е. склонился ко второму из двух предложенных Максимом возможных объяснений молчания союзников.

Cтудентка: Если исходить из того, что Холокост действительно имел место, тезис Уаймена по сути вполне логичен, поскольку американские и английские руководители не могли бы отговориться незнанием — ведь еврейская сторона непрерывно поставляла им информацию.

Ф. Брукнер: Робер Фориссон делает из этого такие выводы:

«Евреи утверждают, будто весь мир сознательно позволил немцам совершить это преступление. Парадоксальный результат этих чудовищных обвинений выглядит таким образом, что сегодня рядом с обвиняемыми преступниками Гитлером, Гиммлером и Герингом на скамье подсудимых должны сидеть и их «сообщники»: Рузвельт, Черчилль, Сталин, папа Пий XII и Международный комитет Красного Креста, а также представители множества других стран и организаций»[592].

Cтудент: Ватикан неизбежно должен был попасть под прицел сионистских организаций. Как мы слышали позавчера, Пий XII молчал о преследованиях евреев даже после 4 июня 1944 года, когда англо-американцы вступили в Рим и немцы не могли уже предпринять никаких репрессий против папы. Тем самым папа, если следовать логике его критиков, несёт на себе большую долю вины за то, что газовые камеры Освенцима продолжали работать на полную мощность до конца октября 1944 года.

Ф. Брукнер: По одному пункту я должен вас поправить. Пий XII не только не молчал о преследованиях евреев, но наоборот, недвусмысленно их осуждал. Я могу дать дополнительную информацию на тему «Пий XII и евреи», опираясь на вышедшее в 2002 году прекрасное исследование Робера Фориссона под названием «Ревизионизм Пия XII»[593].

24 декабря 1942 года папа в обращении по радио поднял свой голос против того, что «сотни тысяч людей обрекаются на смерть или на непрерывное истощение без какой­либо их собственной вины, а только по причине их национальности или расы». По этой причине преследовали только евреев. Таким образом, папа осуждал доказанное бесчеловечное отношение к евреям и умалчивал только о недоказанных слухах, которые считал недостоверными.

Пий XII не ограничивался только тем, что клеймил преследования евреев, но делал всё, что было в его силах, чтобы им помочь. Когда немцы в сентябре 1943 года после свержения Муссолини вступили в Рим и начали депортацию римских евреев, папа через своих сотрудников сразу же обратился с ходатайством к немецким властям и добился прекращения депортации. В 1944 году по его просьбе немцы выдали в Будапеште 15 000 венгерских евреев, которым грозила депортация в Освенцим, документы, обеспечивающие свободу перемещения. Число этих примеров можно множить. После войны многие евреи выразили ему свою благодарность, начиная с главного раввина Рима Антона Цоллера, который в начале 1945 года принял католическую веру и имя Эудженио Цолли, Эудженио, потому что Пий XII в миру звался Эудженио Пачелли.

Но это ничего не меняет в том, что Пий XII никогда ни единым словом не обмолвился о систематическом уничтожении евреев и о газовых камерах… как, кстати, и его преемники Иоанн XXIII и Павел VI. Только через 45 лет после окончания войны Иоанн Павел II произнёс слова «газовые камеры». Выступая перед группой польских паломников, он сказал о миллионах евреев, «отправленных в газовые камеры только потому, что они были сынами этого народа»[594].

Cтудент: Если это так, то Ватикан должен нести свою долю вины за эти массовые убийства и не должен впредь претендовать на моральный авторитет.

Ф. Брукнер: Этот вывод основателен. Ещё в 1963 году имела место первая массированная атака на «молчание Ватикана о геноциде евреев». Тогда на сценах европейских театров шла драма Рольфа Хохгута «Наместник». Валентина, вы сказали позавчера, что видели эту постановку в Германии. Не могли бы вы вкратце рассказать о её содержании?

Cтудентка: Герой драмы — молодой иезуит по имени Риккардо Фонтана. Он потрясён тем, что папа не принял к сведению сообщение эсэсовца Герштейна о массовых убийствах евреев газом в лагере Белжец. Фонтана пришивает себе на куртку звезду Давида и сопровождает группу евреев в газовую камеру, чтобы умереть вместе с ними.

Cтудент: Короче говоря, католическую церковь, как и союзников, пригвоздили к позорному столбу. А что было бы, если бы кто-нибудь из ведущих представителей католического духовенства или западных политиков заявил открытым текстом, что Холокост это обман?

Ф. Брукнер: Поднялся бы такой гвалт протестов, что потряс бы мир. В опровержение вечных еврейских упрёков, будто Запад молчал о Холокосте и поэтому тоже в нём повинен, можно было, кстати, не раз назвать Холокост обманом. Достаточно было указать хотя бы на то, что сделали евреи в Венгрии и в Лодзи в 1944 году, когда получили приказ готовиться к депортации.

Cтудент: И что же они сделали?

Ф. Брукнер: Чтобы ответить на этот вопрос, я должен процитировать несколько отрывков из классической работы Рауля Хильберга о Холокосте. Вот, что он пишет о положении венгерских евреев в середине 1944 года:

«Венгерские евреи были единственными, кто уже к тому моменту, когда их община была ещё цела и невредима, были предупреждены и точно знали, что их ожидает»[595].

Хильберг цитирует слова д-ра Рудольфа Кастнера, главы еврейской общины Будапешта:

«К моменту оккупации Венгрии [в марте 1944 года] число убитых евреев перевалило за пять миллионов. Мы знали очень многое о работе рабочих бригад, мы знали более чем достаточно об Освенциме… Уже в 1942 году мы имели точную картину того, что произошло на востоке с евреями, депортированными в Освенцим и другие лагеря уничтожения»[596].

Как сообщает Хильберг, Адольф Эйхман прибыл весной 1944 года в Будапешт, чтобы подготовить депортацию венгерских евреев, и выступил с речью перед руководителями еврейской общины, потребовав создать Совет, который стал бы передаточным звеном при выполнении распоряжений немецких властей. Еврейский совет был создан и призвал еврейское население Будапешта «соблюдать дисциплину и подчиняться распоряжениям. Долг каждого по соответствующему распоряжению Центрального совета прибыть в указанное время в указанное место»[597].

Еврейский совет стал, как сказано у Хильберга, «марионеткой в руках немцев». Согласно распоряжениям этого Совета, венгерские евреи садились в поезда, предназначенные для их депортации. Ваш комментарий, Владимир?

Cтудент: Руководителей венгерской еврейской общины следует считать преступниками, которые активно содействовали убийству своих единоверцев. Собственно, после войны их следовало бы всех казнить.

Ф. Брукнер: Д-ра Кастнера в самом деле «казнили». Он эмигрировал в Израиль и был застрелен фанатиком-сионистом, который обвинял его в соучастии в Холокосте.

Относительно гетто Лодзи, которое до августа 1944 года оставалось нетронутым, Хильберг сообщает, что его обитатели получили в этом месяце от немецкого руководителя администрации гетто Бибова приказ подготовиться к их «переселению». Но «на этот раз евреи знали, куда Бибов собирается их переселить, и устроили сидячую забастовку. Никто не хотел добровольно ехать на смерть после того, как они так долго терпеливо ждали, и конец войны был уже близок».

Однако Бибову удалось успокоить евреев Лодзи. Он заверил их, что они поедут на немецкие фабрики, так как фирмы «Сименс» и «Шухерт» и военные заводы нуждаются в рабочих. Далее произошло следующее:

«Еврейские рабочие… дали себя переубедить. Они сдались. К концу августа гетто опустело, осталась лишь небольшая команда уборщиков. Жертвы были отправлены не в Германию, чтобы работать там на фабриках, а в Освенцим, в газовые камеры»[598].

Cтудентка: Неужели они были такими глупыми или трусливыми, эти евреи Лодзи? Если они поверили заверениям своих палачей, хотя к августу 1944 года уже почти всё польское еврейство погибло в газовых камерах лагерей уничтожения, значит, они были глупы, а если они пошли, как овцы на бойню, вместо того, чтобы оказать сопротивление и захватить с собой как можно больше своих убийц, значит, они были трусами.

Ф. Брукнер: Совершенно верно, но при том условии, что евреи Лодзи верили в истории об уничтожении евреев. Но они в них явно не верили. Они знали, какова цена донесениям, которые руководители польского еврейства неустанно распространяли в течение почти трёх лет. Они знали, что, когда немцы говорят о переселении и работе, они имеют в виду именно переселение и работу, а не что-то другое. То же самое знали и венгерские евреи, сотни тысяч которых с мая по июль 1944 года якобы погибли в газовых камерах Освенцима-Бжезинки, и известия об этом не дошли до Лодзи, расположенной в 200 км от Освенцима, хотя именно в это время многие заключённые Бжезинки были освобождены.

Кстати: 11 464 еврея из Лодзи, якобы убитых, по Хильбергу, в газовых камерах Освенцима, появились позже в Штутхофе, куда их переслали через Освенцим[599]. Концлагерь Штутхоф служил тогда центром распределения рабочей силы; переведённые туда евреи разделялись, в зависимости от трудоспособности и профессии и распределялись по сети фабрик. Многие из них работали и в сельском хозяйстве[600].

Cтудент: Уже 60 лет еврейские организации ставят полмира к позорному столбу за неверие в распространявшиеся теми же организациями во время войны истории об истреблении евреев и за то, что ничего не было сделано для спасения евреев от газовых камер. Почему никто прямо не скажет этим людям, что венгерские евреи и евреи Лодзи летом 1944 года добровольно садились в поезда на Освенцим, потому что явно тоже не верили в истории об истреблении евреев? И это несмотря на то, что венгерские евреи «знали более чем достаточно об Освенциме», а гетто Лодзи находилось всего в 200 км от Освенцима!

Ф. Брукнер: Ни один человек не может даже мечтать о том, чтобы поставить этот вопрос в университете или перед телекамерой.

Cтудентка:А почему?

Ф. Брукнер: Евангелие от Иоанна, 7, 13.

Cтудентка: Как вы сказали?

Ф. Брукнер: «Впрочем, никто не говорил… явно, боясь иудеев».



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.