Сделай Сам Свою Работу на 5
 

СЛУХОВАЯ ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ (СЛУХОВОЙ КОНТРОЛЬ) В ПРОЦЕССЕ ГОВОРЕНИЯ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ

В представленной в § 1 этой главы схеме общего механизма речевой деятельности говорения (см. схему 9) намечены два звена – слуховая и кинестезическая (мышечная, проприоцептивная) обратная связь. Роль этих звеньев в функционировании всего речевого механизма трудно переоценить. Благодаря эффекту обратной связи всякое произвольное действие, и речевое в том числе, становится регулируемым и самоуправляемым. Обратная связь, обеспечивающая поступление информации о процессе и результате выполнения программируемого речевого действия, осуществляется преимущественно в виде слухового контроля, наряду с костной проводимостью и кинестезической (или проприоцептивной) обратной связью.

Анализируя характер взаимодействия кинестезии и слуха, Н. И. Жинкин разводит понятия «обратная связь» и «контроль». Он подчеркивает, что только кинестетическая связь может быть названа обратной связью – «кинестезии есть не что иное, как обратная связь, по которой центральное управление осведомляется, что выполнено из тех приказов, которые посланы на исполнение. Контроль исполнения производится слухом...»'. Это противопоставление кинестезии слуху проводится Н. И. Жинкиным по линии той функциональной роли, которую каждый из них играет в процессе речепроизводства. Но к определению обратной связи можно подойти и с другой точки зрения, представленной, в частности, в работах П. К. Анохина.

Рассматривая в качестве аналога и психофизиологического субстрата обратной связи обратную афферентацию, т. е. путь, по которому идет сигнал о выполненном действии в мозг, П. К. Анохин, как известно, выделил две ее формы – направляющую и результативную обратную афферентацию. Первая форма, согласно П. К. Анохину, осуществляется «в основном проприоцептивной или мышечной импульсацией, тогда как вторая – всегда комплексна и охватывает все афферентные признаки, касающиеся

1 Жинкин Н. И. Механизмы речи. М., Изд-во АПН РСФСР, 1958, с. 63. Правда, в более поздней работе «О теориях голосообразования» Н. И. Жинкин называет слуховой контроль тоже обратной связью.



 

самого результата предпринятого движения»1. Только вторую, результативную форму обратной связи П. К. Анохин называет в собственном смысле этого слова обратной афферентацией и разграничивает ее на два вида в зависимости от того, несет ли она информацию о выполнении промежуточного или целостного, окончательного действия. Первый вид определен П. К. Анохиным как поэтапная, а второй как санкционирующая, или конечная, обратная афферентация. Эта концепция позволяет считать, что вне зависимости от характера осуществления и связи с результатом действия всякаяинформация, свидетельствующая о его выполнении, осуществляет функцию обратной связи.

Слуховая обратная связь может рассматриваться в качестве функции, контролирующей исполнение, тогда как кинестезическая информация выполняет функцию корригирующей, направляющей речевое действие обратной связи. В рамках рассмотренной выше схемы процесса формирования и формулирования мысли действия кинестезической обратной связи осуществляются на уровне артикуляционной программы и произносительной единицы слога, свидетельствуя о положении и функционировании органов артикуляции. Вторая «комплексная» форма обратной связи – результативная – реализуется в процессе слухового восприятия. Она осуществляет поэтапный и конечный контроль способа формирования и формулирования мысли в отношении замысла и коммуникативного намерения говорящего, выбора слов и грамматического структурирования.

В схеме обратной слуховой связи могут быть выделены три основных звена: а) «эталон», с которым происходит сличение программируемого и реализуемого действия, б) процесс сличения и в) принятие решения, на основе которого либо подтверждается правильность выполнения действия, либо при рассогласовании между эталоном и информацией о .результате исполнения принимается решение об изменении этого действия. Можно полагать, что если в проприоцептивной обратной связи в качестве эталона для сличения выступает образ реализации артикуляционного стереотипа, то в слуховой обратной связи б качестве формируемого в процессе говорения эталона выступает образ замысла и его реализации. В сформированной речевой деятельности на родном языке по каналу кинестезической обратной связи сличение проходит на высоком уровне автоматизма, при слуховом же контроле реализации замысла это процесс творческий, происходящий каждый раз заново.

При этом важно обратить внимание, что слуховая обратная связь осуществляет контроль по акустическому выходному эффекту. Говорящий, слыша себя, контролирует все звенья процесса формирования и формулирования мысли в самом процессе говорения. Таким образом, слуховая обратная связь передает ту

1 Анохин П. К.. Биология и нейрофизиология условного рефлекса, М., Медицина, 1968.

 

же информацию, что и проприоцептивная, но является гораздо более сложным «комплексным» каналом передачи. Сложность слуховой обратной связи заключается в том, что, передавая речевой сигнал, она реализует и его смысловую обработку, соотнося выходной сигнал с замыслом и коммуникативным намерением. Об осмысленном характере слуховой обратной связи в процессе говорения свидетельствует часто встречающаяся реакция говорящего: «Нет, я не то хотел сказать», «Нет, я не так выразил мысль» и т. д.

В целом ряде специальных экспериментов (Дж. Фэрбенкса и Н. Гутмана (1958), Е. К. Ворониной (1959), Л. А. Чистович (1965), Р. Чейса (1959) и др.), проведенных методом «задержанной обратной слуховой связи» в различных временных режимах задержки от 1 сек до 0,1 сек, было показано, что «если произносимую говорящим речь замедлить на пятую часть секунды, усилить и дать ему прослушать, то несинхронность слуха и речи может оказаться роковой для моторных навыков речевой артикуляции»1. Заметим при этом, что пятая часть секунды – это 0,2 сек, или 200 мсек, т. е. время средней длительности слога, являющегося произносительной единицей или элементарным артикуляторным комплексом в производстве речи. Как отмечает Е. К. Воронина, при задержке слуховой обратной связи на 0,2 сек наблюдаются следующие артикуляционные ошибки – «повторение звука или слога, пропуск звука или слога, удлинение ударной гласной, искажение интонационного рисунка фразы, убыстрение или замедление темпа речи, повышение громкости» 2. С увеличением времени задержки этот эффект пропадает. Исследователи разделяют точку зрения Н. И. Жинкина, что слуховой контроль речи имеет «шаговый» характер и продолжительность шага примерно равна длительности произносительной единицы – слога (0,2 сек).

Возникает вопрос: почему задержка обратной слуховой связи именно на эту величину вызывает наибольшие нарушения произнесения и не связано ли это с действием второй формы обратной связи, а именно кинестезического контроля? Основываясь на том, что в процессе говорения осуществляются одновременно по крайней мере два вида обратной связи, можно считать, что задержка слуховой обратной связи на 0,2 сек нарушает речепроизводство в силу того, что происходит сшибка, десинхронизация проприоцептивной и слуховой информации о произнесении артикуляционного комплекса, произносительной единицы – слога – ив силу этого дезорганизуется весь фонационный выход.

Этот вывод в обратной формулировке имеет педагогическое значение, свидетельствуя о том, что нормальное речевое действие осуществляется только при полной синхронизации всех видов

1 Чистович Л. А. Речь. Артикуляция и восприятие. М. – Л., Наука, 1965,с. 156.

2 Воронина Е. К. О слуховом контроле речи. – Докл. АПН РСФСР, 1962№ 4, с. 88.

 

обратной связи. Естественно, мышечную кинестезическую обратную связь целенаправленно формировать извне в процессе обучения говорению на иностранном языке невозможно. Формированию поддается слуховая обратная связь. Следовательно, ей и должно быть уделено специальное внимание.

Возникает естественный вопрос: если слуховой контроль играет такую важную роль в осуществлении речевого действия на родном языке, то как включить этот механизм в речевую деятельность на иностранном языке. Может ли этот механизм быть просто «перенесенным»? Практика обучения иностранным языкам показывает, что учащиеся, говоря на иностранном языке, не только не слышат и не исправляют свои ошибки, но иногда и не верят, что могли их допустить. Следовательно, простого переноса действия механизма слухового контроля с говорения на родном языке на говорение на иностранном языке не происходит.

Как показала Е. К. Воронина на материале экспериментального исследования, «в большинстве случаев люди, говорящие на родном и иностранном языке, выявляют преимущественно один и тот же (из двух возможных – кинестезического и слухового) тип контроля на обоих языках. Однако тот факт, что у некоторых испытуемых был обнаружен один тип речевого контроля на родном языке, другой – на иностранном, дает возможность предположить, что тип речевого контроля формируется в процессе овладения речью и может зависеть от методики и условий обучения»1.

При этом важно отметить, что формирование слухового контроля происходит на основе осознавания говорящим контроля преподавателя со стороны. Но иногда собственный контроль так и не формируется, я говорящий всецело полагается на контроль со стороны. Специальные наблюдения за речью школьников старших классов некоторых спецшкол Москвы показали, что в процессе речи на иностранном языке учащиеся практически не исправляют ошибки самостоятельно, полагаясь на внешний контроль, т. е. контроль со стороны преподавателя. Контроль преподавателя обеспечивает сличение программируемого и исполняемого действия вне системы «ученик». Учитель направляет и регулирует таким образом деятельность учащихся. И постепенно должен происходить как бы процесс «интериоризации», «вращивания» этого механизма в деятельность говорения на иностранном языке. По мере овладения деятельностью говорения ученик постепенно должен научиться сам (внутри системы «ученик») осуществлять это сопоставление и корригировать, направлять свою речевую деятельность.

Процесс формирования слухового контроля в речевой деятельности тесно переплетается с формированием самого речевого действия (как будет показано в гл. IV, § 1). Каждое речевое действие формируется как целенаправленное осознаваемое

1 Воронина Е. К. Эффект запаздывающей сенсорной обратной связи в производстве речи. – Материалы IV Всесоюзного съезда общества психологов. Тбилиси, Мецниереба, 1961, с. 305.

 

действие, даже такие, например, действия, как подъем спинки языка, огубление или образование пассивного залога. Явно, что производство речевого действия осуществляется многоуровневым управлением, а многоканальная обратная связь служит подтверждением текущего выполнения программы. Упроченное действие становится условием выполнения другого, более сложного действия и переходит на уровень операции, т. е. как бы на уровень техники выполнения речевой деятельности. При этом управление операциями осуществляется, по Н. А. Бернштейну, фоновыми его уровнями. «Процесс переключения технических компонентов движения в низовые, фоновые условия есть то, что называется обычно автоматизацией движений в процессе выработки новых двигательных навыков и что неизбежно связано с переключением на другие афферентации и разгрузкой активного внимания»'.

В диссертационном исследовании К. А. Мичуриной были получены интересные данные, свидетельствующие о неразрывной связи упроченности артикуляционных, лексико-грамматических навыков и роли слухового контроля в процессе говорения на иностранном языке. Так, было показано, что слуховая обратная связь играет качественно отличную роль на разных этапах овладения иностранным языком – от ее обязательного участия в процессе формирования речевых навыков до следящего контроля в процессе совершенного говорения на иностранном языке. Было показано также, что обратная слуховая афферентация необходима для формирования артикуляционных и лексико-грамматических речевых навыков в процессе овладения иностранным языком, но она факультативна на уровне совершенного владения им. Важно также отметить найденную в этом исследовании особенность говорения в условиях, затрудняющих обратный слуховой контроль. Так, испытуемые начального этапа обучения в этих условиях работы, описывая сложную картинку, ограничивались однотипной констатацией отражения предметов, изображенных на картинке: «Я вижу комнату», «Я вижу семью»2. Испытуемые продвинутого этапа в тех же условиях затруднения обратного слухового контроля допускали много ошибочных действий, утрачивали идиоматичность, подпадали под интерферирующее влияние русского языка3, другими словами, также испытывали эффект отсутствия обратной связи, но в другой форме.

Все это свидетельствует, с одной стороны, о большой роли слухового контроля в обучении говорению на иностранном языке. С другой стороны, это позволяет подойти к явлению «слуховой контроль» с позиции определения критериев сформированности самих речевых навыков.

1 Винарская Е. Н., Мичурина К. А. О слуховом самоконтроле процесса устного высказывания. – В кн.: Вероятностное прогнозирование. М., Наука,1977, с. 334.

2 Там же, с. 335.

3 Там же, с. 336.

 

Отметим еще раз, что, реализуясь в процессе соотношения «образ замысла» и «образ исполнения» в деятельности говорения, слуховая обратная связь не только контролирует, но и регулирует процесс речепроизводства. Она служит задачам общего управления коммуникативным актом. Но регулирование и контроль предполагают, что говорящий знает средства и способ выражения мысли на данном языке для выражения замысла в соответствии с определенным коммуникативным намерением. Говорящий может осознавать или не осознавать свое знание, но он должен уметь пользоваться этим знанием в процессе выражения мысли. Одновременно с наличием знания функционирование слухового контроля предполагает у говорящего наличие критической оценки своих действий, т. е. умение оценить правильность выполнения собственного действия. Важно, что это умение, входя в саму речевую деятельность, определяет в значительной мере его сформированность. При этом психологическая концепция Л. С. Выготского «от интерпсихологического внешнего, осуществляемого в общении с другими людьми к интрапсихологическому», к внутреннему, своему, т. е. концепция интериоризации позволяет интерпретировать формирование собственного слухового контроля как поэтапный переход от внешнего контроля к собственному внутреннему контролю.

Естественно, что формирование слухового контроля может осуществляться только в русле самой деятельности говорения, проходя определенные этапы, стадии от внешней опоры, от внешнего контроля к внутреннему слуховому контролю за процессом производства. Можно условно выделить четыре таких уровня, определение которых в значительной мере опирается на схему формирования самоконтроля в общей системе обучения, предложенную П. П. Блонским'.

Как известно, П. П. Блонским были намечены четыре стадии проявления самоконтроля применительно к усвоению материала.

Первая стадия характеризуется отсутствием всякого самоконтроля. Находящийся на этой стадии учащийся не усвоил материал и не может, соответственно, ничего контролировать.

Вторая стадия – стадия «полного самоконтроля», на которой учащийся проверяет полноту репродукции усвоенного материала и правильность репродукции.

Третья стадия характеризуется П. П. Блонским как стадия выборочного самоконтроля, при котором учащийся контролирует, проверяет только главное по вопросам.

И четвертая стадия характеризуется отсутствием видимого самоконтроля, контроль осуществляется как бы на основе прошлого опыта, на основе каких-то незначительных деталей, примет.

Интерпретируя и развивая положения П. П. Блонского применительно к обучению иностранным языкам, М. Г. Каспарова

1 См.: Блонский П. П. Память и мышление. – В сб.: Избранные педагогические и психологические сочинения. М., Педагогика, 1979, т. 2, с. 259–260.

 

обращает внимание на то, что самоконтроль способствует усвоению и формированию правильного образа в памяти, который в сложной системе действий становится впоследствии зонным эталоном, программой для речевой реализации. Выделяя постепенность перехода от «сознательно направленного контроля» к его высшей форме – неосознанному контролю, М. Г. Каспарова подчеркивает мысль, что сначала «контроль мышления над речевой формой запаздывает по отношению к акту производства речи, но затем становится синхронным с ним»1.

Рассмотрим некоторые условия формирования слуховой обратной связи, проявляемой в форме слухового самоконтроля, в процессе обучения деятельности говорения на иностранном языке. При этом в качестве критерия формирования уровней развития слухового контроля будет рассматриваться характер исправления ошибочного действия, ибо его наличие и факт исправления являются единственной формой проявления обратной связи.

В приводимой схеме уровней формирования слухового контроля в процессе говорения отмечены четыре уровня, на каждом из которых оценивается отношение говорящего к ошибке, интерпретация предполагаемых действий говорящего, т. е. механизм слухового контроля, и характер вербальной реакции говорящего на ошибку после принятия решения об ошибочном действии.

Следует также отметить, что два первых уровня характеризуются наличием внешнего контролирующего воздействия, обусловливающего формирование внутренней слуховой обратной связи. Два последующих уровня характеризуются отсутствием

Таблица 6 Уровни становления слухового контроля

 

Уровни Отношение говорящего к ошибке Механизм слухового контроля Характер вербальной реакции говорящего на ошибочное действие
I ошибку не слышит, сам не исправляет нет сличения речевого действия с программой его выполнения медленное, произвольно анализируемое аналитическое выполнение требуемого речевого действия после указания на характер его выполнения (необходим внешний контроль со стороны преподавателя)
II ошибку не слышит, сам не исправляет есть сличение по произвольно осознаваемой схеме выполнения программы немедленное, правильное выполнение действия, но после указания со стороны на ошибку (необходим внешний контроль)

1 Каспарова М. Г. О самоконтроле студента в учебном процессе. – Ученые записки I МГПИИЯ. Психология и методика обучения иностранным языкам. М., 1968, т. 44.


Уровни Отношение говорящего к ошибке Механизм слухового контроля Характер вербальной реакции говорящего на ошибочное действие
III ошибку исправляет сам, но с отставанием во времени есть сличение, но ошибка осознается в контексте, т. е. после звучания целого – нет текущего слежения немедленное, повторное выполнение действия с исправлением допущенной ошибки (включается самоконтроль)
IV текущее, немедленное исправление ошибки ошибка исправляется по ходу выполнения артикуляционной – слоговой программы немедленное, текущее исправление допущенной ошибки в ходе выполнения речевого действия (полное проявление самоконтроля)

такого воздействия на процесс исправления ошибок. Эти уровни являются как бы переходными от этапа сознательно контролируемого выполнения речевого действия на иностранном языке к этапу неоосознаваемого контроля за речевой реализацией языковой программы, т. е. к этапу речевого автоматизма.

Сам процесс формированияслуховой обратной связи как регулятора процесса говорения в обучении иностранному языку подчеркивает связь внешнего управляющего воздействия преподавателя с внутренним управлением самим говорящим этим процессом. При этом формирование механизма слухового контроля осуществляется в самом процессе деятельности. Важно также и то, что слуховой контроль регулирует правильность осуществления всех звеньев процесса формирования и формулирования мысли посредством иностранного языка. Таким образом, очевидно, что, обучая говорению на иностранном языке, учитель не может не формировать этот общий для всей деятельности говорения механизм, целенаправленно переходя от своего внешнего обучающего контроля за речевыми действиями учащихся к их собственному внутреннему слуховому самоконтролю.

 

 



©2015- 2022 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.