Сделай Сам Свою Работу на 5

Совершение законодательства и судебной практики института по делам об экстрадиции

Институт экстрадиции выполняет интегрирующую функцию в сфере международного сотрудничества Российской Федерации с зарубежными государствами, служит важнейшим инструментом выполнения международных обязательств в области уголовного судопроизводства.

Выдача лица для уголовного преследования (привлечения к уголовной ответственности) и исполнения приговора является основным и, по нашему мнению, главным и основополагающим направлением института экстрадиции, занимает важнейшее место в системе международно-правового сотрудничества в области уголовного судопроизводства между различными государствами.

В российской и зарубежной научной литературе широко освещены вопросы выдачи, предоставления правовой защиты иностранным гражданам, признания и исполнения иностранных судебных решений. В то же время отсутствуют монографические публикации, где бы комплексно изучались все аспекты международной правовой помощи по уголовным делам[38].

Выдача как разновидность правовой помощи[39] занимает особое место в международном уголовном и уголовно-процессуальном праве. При ее осуществлении суверенное право государства сочетается с правами человека. Выдача регламентируется и международными договорами и нормами национального законодательства государств.

 

При решении вопроса о выдаче необходимо соблюдать требования части 3 ст. 462 УПК РФ:

- если уголовный закон предусматривает за совершение этих деяний наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года или более тяжкое наказание, когда выдача лица производится для уголовного преследования;

- если лицо, в отношении которого направлен запрос о выдаче, осуждено к лишению свободы на срок не менее шести месяцев или к более тяжкому наказанию;

- когда иностранное государство, направившее запрос, может гарантировать, что лицо, в отношении которого направлен запрос о выдаче, будет преследоваться только за преступление, которое указано в запросе, и после окончания судебного разбирательства и отбытия наказания сможет свободно покинуть территорию данного государства, а также не будет выслано, передано либо выдано третьему государству без согласия Российской Федерации.



В любом случае лица, выдача которых требуется, должны обвиняться в совершении преступления, уголовно наказуемого в соответствии с законодательством обоих государств. Таким образом, другим основополагающим принципом экстрадиции является правило «двойной криминальности» (ч. 1 ст. 2 Европейской конвенции о выдаче 1957 г.).

Анализируя изложенное, следует отметить, что правило «двойной криминальности» должно в обязательном случае учитываться органами прокуратуры РФ при решении вопроса о выдаче лица иностранному государству. При этом адвокату-защитнику важно всегда проверять, является ли преступление, за совершение которого запрошена выдача, уголовно-наказуемым как по УК РФ, так и по уголовному законодательству иностранного государства. В случае же, когда поступает запрос об экстрадиции за преступление, которое не предусмотрено российским уголовным законом, выдача такого лица недопустима, и адвокату надлежит принимать все меры к обжалованию принятого решения[40].

Стороне защиты следует учесть, что правило двойной криминальности соблюдается и в случаях, когда преступление, по поводу которого запрошена выдача, не относится законодательствами обоих государств к аналогичным категориям преступлений, или когда оно не обозначается тождественным термином (названия преступлений не совпадают), либо отмечается различие его составных элементов – например, в диспозиции уголовно-правовой нормы указываются различные способы его совершения или иные квалифицирующие признаки (мотив, цель, форма соучастия и т.д.)[41]. Следовательно, при решении вопроса о выдаче требуется принимать во внимание всю совокупность действий или бездействий, приведенную запрашивающим государством при характеристике преступления, за совершение которого запрошена экстрадиция. При этом экстрадиционое преступление будет отвечать требованию «двойной криминальности», когда оно предусмотрено законодательством обоих государств как таковое, т.е. совпадает по смыслу диспозиции основной уголовно-правовой нормы с возможностью вариации отдельных его факультативных элементов. В случае же, когда другая часть статьи УК РФ (иностранного государства) содержит описание фактически другого преступления, то, несмотря на тождественность статей закона двух государств, указанное правило соблюдено не будет.

Мы, солидарны с мнением отечественных ученых,[42] которые выделяют два основных вида комплексов норм института выдачи. Один условно можно назвать европейским, другой – англо-американским.

Первый признан странами оманно-германского права континентальной Европы и латиноамериканскими государствами, а также бывшими колониями европейских стран, за исключением британских, второй – странами общего права.

Европейский опирается на ряд четко определенных принципов:

- двойной криминальности;

- специализации (имеется в виду соответствие деяний, за совершение которых осуществляется выдача, определенным требованиям, зависящим, например, от вида и размера санкций, установленных за их совершение);

- невыдачи собственных граждан. Эти принципы соответствуют общим принципам права.

Англо-американский комплекс основан на непризнании непреложности этих принципов. Его главная задача – обеспечить неотвратимость наказания даже путем «либерального» толкования договоров и законов.

Предлагаем провести классификацию выдачи лиц, совершивших преступление, по следующим основаниям:

- по правовому основанию (источникам международного права, ее регламентирующим);

- по видам выдачи.

По правовому основанию: 1) выдачу на основании универсальных конвенций по пресечению отдельных видов преступлений, при этом подразделяет их на: а) выдачу на основании конвенций по пресечению преступлений против мира и безопасности человечества; б) выдачу на основании конвенций по борьбе с отдельными видами преступлений международного характера; 2) выдачу на основании универсальных, региональных и двусторонних договоров (конвенций) о взаимной правовой помощи и о выдаче, а так же выделяет: а) выдачу на основании договоров (конвенций) о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам; б) выдачу на основании Европейской Конвенции о выдаче 1957г.; в) выдачу на сновании двусторонних договоров о выдаче; г) выдачу по межведомственным соглашениям правоохранительных органов о правовой помощи и сотрудничестве; д) выдачу в актах международных судебных учреждений; е) выдачу в актах международных организаций.

Классификация выдачи по видам, включает: 1) выдачу для привлечения к уголовной ответственности; 2) выдачу для приведения приговора в исполнение; 3) выдачу на время.

Исходя из проведенного анализа, мы приходим к выводу о том, что выдача является комплексным межсистемным институтом как международного уголовного права, так и международного уголовно – процессуального права, сочетающим материальные и процессуальные нормы. Эти нормы закреплены в международно-правовых актах и национальном законодательстве государств и обеспечивают неотвратимость наказания за совершенные преступления.

Статья 463 УПК РФ содержит в себе нормы об обжаловании решения о выдаче лица и судебная проверка его законности и обоснованности. Специфика обжалования в порядке ст. 463 УПК РФ состоит в следующем: обжалование касается решения, которое должно соответствовать как нормам российского УПК РФ, так и международным договорам России; обжалуется решение высших должностных лиц Генеральной прокуратуры РФ (никому, кроме Генерального прокурора РФ или его заместителей, УПК РФ не предоставил право решения вопроса о выдаче); это решение обжалуется в один из судов из числа указанных в ч. 1 ст. 463 УПК РФ.

Кассационной инстанцией при таком обжаловании является Верховный Суд РФ.

Право на обжалование в порядке ст. 463 УПК РФ имеет лицо, подлежащее выдаче, и его защитник. Срок обжалования – 10 суток с момента получения ими уведомления суда. Особый порядок – направление жалобы непосредственно в суд самим заявителем.

Если выдаваемое лицо находится под стражей, то администрация места предварительного заключения немедленно направляет жалобу в надлежащий суд и информирует об этом прокурора.

Согласно ст. 463 УПК РФ проверка законности и обоснованности принятого решения о выдаче происходит в форме судебного заседания. Специфика судебного разбирательства в порядке ст. 463: суд обсуждает только соответствие решения Генерального прокурора или его заместителя о выдаче данного лица законодательству России и ее международным договорам, участницей которых должна быть и страна, запрашивающая выдачу; соглашениям, заключенным по принципу взаимности.

Дополнение ст. 463 УПК РФ, сделанное в новой редакции, подчеркивает то, что обжалование постановления о выдаче данного лица производится не в один из перечисленных в ст. 463 федеральных судов, а лишь в тот, к территориальной подсудности которого относится место нахождения лица, подающего жалобу[43].

При раскрытии данного параграфа, хотелось бы уделить внимание исполнению приговоров иностранных уголовных судов. Поскольку, относительно исполнения приговора установилось, как общее правило, освященное и практикой, и теорией, что решение иностранного уголовного суда за пределами места постановления не подлежит исполнению.

Приговор уголовный является применением уголовных, следовательно, публичных законов данной страны, которые не могут распространяться на чужую территорию.

Другой вопрос, насколько уголовный приговор иностранного суда должен быть признан в своих юридических последствиях.

Все согласны, что невозможно и противно интересам правосудия отрицать этот приговор, как юридический факт, и не признавать за ним никакого экстерриториального значения. Тогда лицо, наказанное за преступление за границей, могло бы быть снова наказано за то же самое преступление в другом государстве. Но и наоборот, лицо, признанное преступным в иностранном государстве, не должно было бы почитаться таковым у нас. Между тем, такое лицо не может не возбудить чувства опасения за общественный порядок повсюду, где бы оно ни находилось. Предположим затем, что преступник, уже осужденный за границей, совершит опять преступление в новом месте своего пребывания: он не должен судиться, как рецидивист, если иностранный приговор не имеет никакого значения на чужой территории.

Очевидно, этим нарушается справедливость и ставится в опасность общий юридический порядок. Но если признать, что вошедший в законную силу приговор иностранного уголовного суда есть юридический факт, из которого вытекают определенные юридические последствия, имеющие экстерриториальное действие, то спрашивается, насколько эти последствия должны быть признаны за границей.

Надо различать двоякого рода случаи. Деяние, рассмотренное компетентным образом иностранным судом, может касаться как с объективной, так и с субъективной стороны только иностранного государства, или может затрагивать в том, или ином отношении другое государство и, в частности, отечество преступника.

Если преступник иностранный подданный и преступление его было нарушением только местного порядка и если иностранный суд был компетентен постановить уголовный приговор, то последний должен быть уважен за границей в том отношении, что обвиненный, или оправданный, не может понести вторичного за то же преступление наказания: non bis in idem.

Как должна относиться к таким преступникам местная территориальная власть? Если они приговорены к наказанию, но его еще не отбыли, то могут быть выданы заинтересованному правительству. В случае отбытия наказания, местная власть может оградить себя от опасности с их стороны мерами административно-полицейскими. Преступникам-иностранцам может быть запрещен доступ в страну, или над ними может быть учрежден полицейский надзор, или они могут быть высланы обратно за границу.

В иных формах выражается признание силы иностранного уголовного приговора, компетентным образом постановленного, если речь идет о таком судимом преступном деянии, которое в субъективном или объективном отношении касается государства, в котором пребывает преступник.

Здесь необходимо различать, направлены ли преступления против частных лиц, иностранцев или соотечественников, или против государственного порядка отечества.

В том и другом случае преступление касается не только места своего совершения, но и другой страны. В особенности во втором случае виновное лицо не может ссылаться на res judicata, ибо присужденное ему за границей наказание всегда будет легче назначаемого за то же преступление по законам непосредственно заинтересованного (отечественного) государства.

В случае приговора и наказания за преступление, совершенное за границей против частного лица, виновный не может быть наказан вторично. Но при этом нельзя не признать за судом места пребывания преступника, или отечественным, права определить, насколько юридические последствия иностранного уголовного приговора (лишение прав, чести и т.д.) должны сопутствовать преступнику в этой стране. Для этой цели уместно рассмотрение дела вновь особенным сокращенным порядком.

Если преступление было направлено против государственного порядка отечества, то по общему правилу дело рассматривается вновь по существу.

Кассационный Департамент Сената по делу Иолко (1892 г. § 36) категорическим образом высказался в пользу несудимости в России преступника, уже наказанного за то же преступление за границей, ибо – non bis in idem («не отомстимо дважды за едино»). Приговоры иностранного уголовного суда, по мнению Сената, неисполнимы в России. Но судимость Иолко за преступление, за которое он уже был наказан по приговору Цюрихского уголовного суда, не может быть допущена за то именно деяние, за которое он уже подвергся наказанию.

В проекте русского Уложения (ст. 7) назначалось в этом случае, без пересмотра дела, просто поселение в Сибири. Можно спорить против практичности этой меры, но нельзя отрицать права государства карать самостоятельно за все преступления, совершенные против его порядка.

Из назначенного наказания должно быть только вычтено наказание, понесенное преступником за границей.

Но в обоего рода делах не следует упускать из вида преимущественную компетентность закона и суда места совершения преступления. С этой точки зрения, должны быть обсуждены вопросы о давности и о помиловании, или амнистии, за границей.

Акт помилования территориален только по отношению к преступлениям политическим. Но помилование преступника, нарушившего общие уголовные законы, должно быть признано в каждом государстве и помилованный не может быть наказан.

Русская судебная практика относительно рассмотренного вопроса далеко еще не выяснилась. До издания судебных уставов, как видно из дела Кусаса, практика колебалась. То же надо сказать и про последующее время, как показывает дело поручика Никитченкова 1868-1871 гг.

Никитченков судился в Париже за покушение на жизнь против Бальша и был приговорен сенским судом к пожизненной каторжной работе. В 1868 г. Наш Сенат обсуждал вопрос, можно ли считать Никитченкова, вследствие факта осуждения за границей, лишенным прав состояния в России? На этот вопрос он ответил утвердительно, исходя из того соображения, что и по русским законам покушение на жизнь влечет за собой каторжные работы с лишением всех прав состояния, и что хотя в Уложении о наказаниях не содержится постановления о силе в Империи иностранных уголовных приговоров, постановленных над русскими подданными, но нельзя отрицать этой силы, во-первых, потому, что это противоречило бы строгой справедливости, и во-вторых, тогда пришлось бы осужденного преступника вновь судить в России и нарушить юридическое правило non bis in idem.

Но в 1871 г. Тот же вопрос был разрешен по отношению к Никитченкову в совершенно противоположном смысле. Теперь Сенат руководствовался 14-й ст. Устава уголовного судопроизводства, гласящей, что «никто не может быть наказан за преступление или проступок, подлежащий судебному ведомству, иначе, как по приговору подлежащего суда, вошедшему в законную силу». Отсюда Сенат пришел к заключению, что «в пределах отечественной территории он (Никитченков) должен быть признан пользующимся присвоенными ему по состоянию правами и преимуществами, которых он мог бы быть лишен единственно по приговору подлежащего русского суда, предписанным порядком над ним произнесенному» (резолюция Сената от 14 июня 1871 г.)[44].

 

 



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.