Сделай Сам Свою Работу на 5

Осознание настоящего момента

 

Как я могу оставаться в осознании настоящего момента?

 

Как вы можете покинуть его? Существует только осознание настоящего. Это то, что Вы есть, и то «в» чём «вы» появляетесь.

 

++

Расскажите мне историю

 

Изменился ли способ вашего восприятия эмоций?

 

Имеется просто это, где всё появляющееся всегда меняется.

 

Я имею в виду в вашей жизни персонажа.

 

Вы имеете в виду, что вы хотите, что бы я рассказал вам историю! (смех) Может быть о том, как Натан был страдающим и ищущим персонажем, а затем что-то называемое освобождением произошло, и что вызвало изменения в его восприятии эмоций.

 

Да, расскажите мне историю о том, как у Натана изменилось восприятие эмоций.

 

Нет, потому что вы собираетесь воспринять это серьёзно. Вы пытаетесь получить ответ под ложным предлогом. (смех)

 

Если есть чувство бытия «мной», и что-то называемое гневом возникает в отношении к какому-то событию или чему-то другому, тогда история, сопровождающая это, обоснованно появляется – Ты нарочно сломал мою любимую вазу! Чувство обиды может потом сохраниться.

 

Когда реальность не приписывается к чувству индивидуальности, появление гнева или чего-то ещё не является «эмоциональным». Это не то, как что-то затрагивает «меня», и оно уходит также быстро, как и приходит, без какой-либо остающейся истории о злобе или обиде.

 

Рассмотренное таким образом, это просто ещё одно событие, возникающее в игре жизни.

 

++

Избегать пустоты

 

Я жил жизнью наполненную постоянной борьбой за что-то, бегством от чего-либо или погоней за чем-либо, всегда в движении. Было такое чувство, что если я прекращу эту постоянную активность, меня поглотит великая чёрная пустота страданий, горечи, страха, вины, отчаяния, гнева. Я не мог себе позволить не иметь цели. Казалось, что расслабление не безопасно. И всё же, несмотря на всё это, во многих отношениях, я также жил очень полной жизнью, жизнью, которая, будучи рассмотренной обществом в общем, является жизнью соединяющей значительные материальные достижения и помощь другим. Я легко завожу друзей. Я путешествовал по миру. Множество дверей были открыты для меня. Были несколько коротких периодов большой радости и полного освобождения от страданий этой постоянной гонки.



Я проводил время со знаменитыми учителями, посещал серьёзные интенсивы по просветлению. У меня было несколько временных «подъемов». Я встречал много хороших и интересных людей. Но долговременное облегчение, которое я искал, всегда ускользало от меня.

 

Около года назад, я обнаружил себя на встрече с Тони Парсонсом. Вскоре после этого, я услышал о ваших беседах, так что я пришел и к вам. То, о чём вы оба говорите, является радикальном отходом от всего того, во что я был вовлечён раньше, и я бросился посещать все ваши и Тони беседы и ритриты. Я действительно испытываю резонанс с тем, что вы оба говорите в ваших соответствующих подходах, состоящих в обращении к неотделимости Бытия, и я нахожусь в начале возрождения и вновь полон надежд.

 

Я смог увидеть тщетность стремлений, но в тоже время, из-за моего страха перед поглощением бездной безнадёжности, я не смог позволить им уйти. Расслабиться в присутствии даже не было простым вознаграждением, потому что обещало судьбу хуже смерти. Моя многолетняя увлеченность психологией, философией и духовностью, дала мне понять различные маски пустоты, под которыми она себя представляет, но террор неотъемлемо присущий моей версии пустоты не был чем-то таким, что я когда-либо мог рассеять с помощью терапии, понимания, исследования или самоотдачи.

 

В первый раз в своей жизни я обнаружил себя плывущим по течению, без цели, и это привело к ужасной депрессии, желание которой я иногда испытывал прежде, и которой всегда стремился избежать. Я начал погружаться в это глубже и едва управлялся со своими ежедневными делами. Хотя это не обещало никакого комфорта, я продолжал ходить на ваши встречи и встречи Тони. Больше я никуда не мог ходить.

 

Я сохранил «хорошую мину при плохой игре», обзавелся новым кругом друзей, благодаря моему присутствию на различных встречах и ритритах, и я продолжал заниматься бизнесом, участвовал в социальной жизни и некоторых телесно-ориентированных практиках. Пустота всё ещё угрожает, но она опять отступила на задний план. Я ощущаю необходимость продолжать искать просветление, но я также понимаю всю тщетность этого.

 

Я везде был и всё испробовал. Я не знаю, что ещё я могу сделать.

 

Вы везде были и всё испробовали в вашем поиске просветления, даже не ставя под вопрос идею, что просветление это ответ. Сам поиск состоит из отчаяния. Вы постоянно бежите от чего-то или за чем-то, не спрашивая, является ли сама эта гонка обоснованной.

 

Но я должен продолжать двигаться, я должен иметь цель, иначе я могу упасть в пустоту. Хотя, кажется, как будто бы есть вопрос, который я мог бы задать, если бы я только знал о чём он и как его сформулировать, и если бы я получил на него правильный ответ, это было бы настолько важным и значительным, что дало бы мне инсайт, который мне нужен для просветления.

 

Совершенный вопрос и ответ в том, что всё является частью этой гонки, и эта гонка состоит в том, что бы достичь места, где вы сможете остановиться и просто быть. Но Бытие уже есть. Вы уже есть. Эта история этой гонки происходит в Бытии.

 

История кажется важной. Хотя, кажется, я и есть эта история.

 

Да, «я» есть история, оно не отделено от истории. И пока есть гипнотизирование, история кажется реальностью.

 

Но что я могу сделать, чтобы остановить историю?

 

«Я» не может остановить историю. «Я» есть история. До тех пор пока есть гипнотизирование, «я» кажется сущностью, живущей в реальности, основанной на времени и пространстве, и эта реальность может включать страх, отчаяние, страдание, так же как и попытки избежать этих вещей через пробуждение или просветление. Но это пробуждение также является проектируемым событием в истории, основанной на времени и пространстве.

 

«Я» никогда не сможет сбежать из истории о «я» - но возможно, что история может быть увидена как история, это может показаться произошедшим либо через различные практики, либо совершенно спонтанно. Несмотря на то, как это кажется, никто не делает это. Никто ничего не делает.

 

То есть нужно задействовать некоторую внешнюю инстанцию.

 

Нет никакой внешней инстанции. Есть просто Бытие.

 

Это так разочаровывает. Если бы было что-то, что я мог бы сделать. Я нахожу себя обеспокоенным беседами, внимательно слущающим, пытающимся найти совершенный вопрос, беспокоящимся о том, не пропустил ли я что-то важное.

 

Не требуется никакого дальнейшего понимания. История вашей жизни такова, что всегда будет о чём беспокоиться. Бытие уже есть то, что лежит за всеми обстоятельствами. Насколько это касается вашей истории, про избавление от постоянной гонки, это была бы история открывшая, что нужно не столько просветление, сколько хороший отдых!

 

Хотя, кажется, мне следует выполнить что-то, что полностью перевернет мой способ отношения к жизни.

 

Это была бы история достижений целой жизни, ни одно из которых не дало никакого реального покоя, чувства, что всё хорошо, что достаточно простобыть. В настоящий момент весы всё ещё склоняются в пользу вовлечённости в историю поиска и погони, но сейчас не осталось ничего, что ещё можно было бы искать. Так что, может быть, весы качнутся в другую сторону. Хотя это не будет результатом усилий или борьбы.

 

Но я в действительности никогда не делал ничего, так ведь?

 

Не беспокойтесь о правильном понимании. Если здесь есть кажущееся личное «я» и есть вовлечение в историю жизни, в которой есть страдания, поиск и гонка, тогда, может быть, придёт видение тщетности всего этого, так что будет больше и больше и больше жизни в расслаблении. Может быть это личное «я» исчезнет – может быть нет. Но в жизни, просто расцветающей в присутствии, будет ли это иметь какое-либо значение?

 

Ну, мне некуда больше идти. Может быть то, что вы говорите, станет очевидным, но я полагаю, что пока мне придется хромать дальше.

 

++

Избегание

 

Кажется, что есть какое-то продвижение, этот факт, что я сижу здесь и сейчас, слушая это послание, такое радикальное в сравнении с тем, о чём мы все болтали двадцать лет назад. Сказать «Это всё просто бессмысленно», кажется неправильным.

 

Посмотрите на реальность ситуации здесь и сейчас, имеется комната вместе с людьми находящимися в ней. «Двадцать лет назад» это история. И идея о том, что что-нибудь изменится за следующие десять лет, это также история. Единственная существующая реальность, это то, что появляется прямо сейчас.

 

Мы можем оказаться в истории о том, как всё развивалось в это двадцать лет, и как оно может развиваться в будущем. Но в действительности, это будут только слова, выходящие изо рта в настоящий момент, и идеи, возникающие в уме в этот момент.

 

Но разве это не было бы невыносимым, не сбегать в мысли каждый момент, чтобы постоянно быть в присутствии, принуждая себя быть пробуждённым?

 

То, что сейчас появляется как невыносимое, это идея о том, что эта повседневная жизнь это всё что есть. Затем появляется идея о необходимости избежать этого каким-нибудь способом. Но когда в мыслях нет отвлечений, когда мысли видятся, как они есть, тогда есть просто это: мысли появляются здесь, образы появляются, ощущения появляются.

 

Но были бы вы способны поддерживать разговор с таким человеком? (смех)Я имею в виду, что если бы не разрешалось идти вслед за мыслями.

 

Разговор происходит независимо от того, есть отвлечения в мыслях или нет. Если мысли видятся как мысли, всё ещё могут быть встречи с историями о прошлом и будущем, но они не предлагают никаких возможностей для кажущегося побега из настоящего. Очевидно, что бежать некуда.

 

++

Вы» это только мысль.

 

Что такое эта ваша уверенность, которая означает, что вы можете сидеть здесь впереди, отвечая на вопросы, в то время как я сижу здесь сзади, задаваясь всеми этими вопросами?

 

Текущие мысли занимают центральное место в игре жизни и предполагают наличие Натана там, который уверен, и «меня» здесь, лишенного уверенности. Когда мысли занимают центральное место, когда история «меня» пожирает шоу, чувство индивидуальности – и идея о наличии других личностей – приобретает кажущуюся основательность.

 

Но никого нет внутри этих образов: они есть просто образы, появляющиеся и исчезающие в осознании.

 

Фактически, Натан не имеет никакой уверенность, потому что нет никого «здесь», кто мог бы быть уверенным – и точно также нет никого внутри «вас», что бы быть неуверенным.

 

«Вы» это только мысль.

 

++

Понимание

Если человек имеет прекрасное понимание, имеет ли действительное значение, что всё ещё есть тонкое чувство отождествления?

 

Всё, что происходит, ограничено игрой жизни, игрой видимостей, поэтому в действительности ничего не имеет значения. И если – внутри игры – имеется прекрасное понимание, которое не отказывает даже во время любых кризисов, возникающих в жизни персонажа, тогда нет, это не имеет значения. Но только вместе с пониманием есть и возможность страдания, потому что некоторое чувство отождествления – хотя и тонкое – всё ещё остаётся.

 

Значит ли это, что жизнь этого персонажа будет проживаться просто и комфортно?

 

Может быть – почему же нет? «Я» отсутствует для всех намерений и целей.

 

Тогда в таких обстоятельствах было ли бы какое-нибудь беспокойство об окончательном освобождении от «я»?

 

Почему ему нужно было бы быть? Попытка окончательного освобождения от «я» может привести к созданию проблем там, где их нет.

 

Тогда если «я» действительно исчезнет в этих обстоятельствах, это даже может быть не замечено?

 

Может и не будет [замечено]. Если «я» должно исчезнуть, когда во всех намерениях и целях оно уже отсутствует, тогда почему это [исчезновение] должно быть замечено? Если жизнь уже легка, нет необходимости в большейлегкости.

 

Тогда если моя жизнь относительно нормальна, нет никакой реальной необходимости в беспокойстве об освобождении от «я» – потому что само это беспокойство, кажется, и есть самая большая моя проблема!

 

Так идите и живите обычной жизнью. В действительности это же всё просто придирки, так ведь? Если «я» исчезает, то оно делает это в любом случае совершенно спонтанно, а не как результат чего-то, что делает «я». Если это действительно понято, то вы можете предоставить всё самому себе и делать ещё что-нибудь, что вам нравится.

 

++

И что с того?

Двадцать пять лет назад я путешествовал по Азии и немного заинтересовался буддизмом. И когда я вернулся в Англию и услышал, что в нескольких милях от места, где я жил, открылся буддийский центр, я подумал, что мне следует дать этому шанс. И в следующие двадцать лет буддизм и поиск просветления захватил мою жизнь.

 

Буддийское учение о том, что все вещи преходящи, неудовлетворительны, и лишены центральной сущности или самости, кажется, обладало совершенным логическим смыслом, и идея о том, что спасение от неудовлетворительности жизни было возможным, казалась мне действительно бодрящей. В ранние дни центра учитель говорил вещи вроде «Всё совершенно, так как оно есть», «Вы все уже просветлённые», «В реальности нет никаких ‘нужно’, ‘следует’ или ‘должен’» - это не на миллион миль дальше от вещей, которые вы или Тони Парсонс могли бы сказать.

 

На протяжении многих лет, однако, простота центрального послания и ощущение вдохновения, кажется, становилось во всё большей степени омрачённым подчёркиванием всех тех вещей, которые нужно было сделать – или не сделать – для того, что бы случилось просветление. Ощущение тайны и чуда было похоронено под непреклонным стремлением к конфронтации и борьбе с негативностью, которая, как я поверил, омрачала мое видение.

 

Будучи хорошо и по-настоящему насаженному на крючок, я мог только продолжать. Наш учитель говорил нам, что пока мы применяем путь к себе с преданностью, пока мы работаем над развитием ясности ума, что отсечёт нашу запутанность и раскроет вещи так, как они есть на самом деле, и это может занять больше одной жизни, но мы определённо обретём это в конце.

 

И в течении долгого, долгого времени я верил ему. Почему нет? Пока, как я бы сказал, он был просветлённым, то, конечно, он должен был знать больше о том, что мы «обретём в конце». И если мне казалось, что я не продвинулся далеко – если вообще продвинулся – то ясно, что неудача должна определяться моим собственным применением учения.

 

В итоге это начало доходить до моего сознания – и осознание заняло много времени – что проблема не обязательно определяется моей собственной несостоятельностью или недостатком заинтересованности. Возможно, просто может быть, это больше случай изъяна в самой сути метода: и он не мог на самом деле исполнить то, что обещал.

 

В конце 1999, я покинул центр, который был моей жизнью в течение одиннадцати лет и потерпел неудачу со мной. Я нашёл работу и место где жить, постепенно я устроился в «нормальной» жизни в мире. Мысли о просветлении, тем не менее, идея о том, что должно быть что-то другое, отличное от ежедневной суетной жизни, неумолимого спада в болезнь и смерть, продолжали изводить меня.

 

Следующей осенью я был в книжном магазине Уоткинс в Лондоне. Просто привлечённый причудливым именем автора, я приобрёл книгу Уэйна Ликермана. Даже в мои трудные буддистские времена, мне всегда нравилась книга Нисаргадатты Я есть То, и я нашёл подход Уэйна к не-двойственности привлекательным. Несколько месяцев спустя я пришёл на одну из его встреч по уикендам в Лондоне. Хотя меня настораживало его подчеркивание отношений гуру-ученик, я бы, вероятно, продолжал ходить на встречи с ним, если бы он не жил на другой стороне планеты.

 

Вскоре после этого, случилось так, что друг одолжил мне экземплярОткрытой Тайны. Я не претендую, что я понял её всю, но что-то в простоте слов Тони Парсонса заинтриговало меня. Я заглянул на его сайт и обнаружил, что он проводит беседу в Солсбери в следующую субботу. Ясность Тони и постоянное выдергивание коврика из-под моих ног были вдохновляющими. Он снова пробудил во мне ощущение тайны и чуда всего этого. Он помог мне постепенно осознать ценность того, что никого нет – и поэтому нет ни выбора, ни ответственности. После всех этих лет непрерывных попыток делать правильные вещи и не делать не правильные, это стало таким облегчением.

 

Чем же отличалось то, что говорил Тони, от того, что вы слышали прежде?

 

Тони говорил, что всё правильно так, как оно есть, и что на самом деле никого нет, нет самости. И это, кажется, было в точности тем, что говорил мой буддийский учитель. Какое-то время я был в замешательстве: в чём же была разница, но постепенно это прояснилось: в сущности это было вопросом подчеркивания [того или иного аспекта].

 

Я читал где-то, что существуют два основных подхода к просветлению или освобождению или как бы вы это ни называли: трансцендентный и имманентный. Трансцендентный говорит, что мы должны совершать усилия, что бы выйти за пределы мира, что бы найти ответ – имманентный говорит, что ответ уже и всегда присутствует здесь.

 

Конечно, буддистский подход включает идею имманентного подхода, но то, что он в действительности подчёркивает (по крайней мере в моём опыте) это трансцендентный подход. Поэтому пока анатта или не-я является одним из центральных принципов учения, и пока оно заявляет, что просветление полностью находится за пределами действия и результата, за пределами времени и пространства, за пределами процесса обуславливания, вы склонны слышать о более чем миллионе и одной вещи, которые могут и должны быть сделаны, прежде чем вы окажетесь в месте, где происходит просветление, и где можно увидеть отсутствие я. Буддизм, конечно, осведомлён об этом противоречии, и, кажется, обращает на это внимание, когда говорит, что вы должны использовать я, что бы пойти за пределы я, и когда объясняет, что есть разные уровни реальности, которые нельзя смешивать. (Есть реальность ‘соглашения’, где я рождаюсь, взрослею и умираю, и могу выбирать, что мне делать. Есть ‘окончательная’ реальность, где есть только преходящие сенсорные феномены. И за пределами обоих этих реальностей есть само просветление. Сложность на сложности…)

 

Конечно, фокусирование на усилии и контроле неизбежно приносит все эти проблемы со сравнением и восприятием несостоятельности, которые появляются, когда персонажи эмоционально верят, что они реальны, и требуются значительные усилия, что бы прийти к осознанию, что их нет. Тем не менее, часто мне удавалось позаботиться о неуверенности в себе или самомнении или даже о понятии возникновения себя, что не давало ничего для того, что бы подорвать эмоциональную убеждённость в том, что действительно есть «я», кто может продвигаться на пути.

 

Тони убирал всё это. Он отменял это разделение между «правильным» и «неправильным» и раскрывал, что в действительности всё было нормальным.

 

Первая вспышка эйфории длилась до того, как мне удалось закопать себя в яму того, что было равнозначно фатализму. Я слышал как Тони снова и снова повторял, когда кто-нибудь жаловался, что его послание выглядит фаталистическим, «Это не так, что нет ничего, что можно сделать – скорее, что нет никого». На интеллектуальном уровне – а временами и на уровне переживания – это создавало совершенное ощущение. Но всё больше и больше я увязал в эмоциональном убеждении, что нет ничего, что «я» мог бы сделать. Что, несомненно, привело со временем к интенсивным ощущениям тщетности и неудовлетворённости, потому что у меня больше не было направления фокусирования, что бы разрешить эту дихотомию – Тони забрал его у меня! Когда я был увлечен буддизмом, всегда было что-то, что я мог бы делать – быть более внимательным, больше медитировать, практиковать ограничения. Сейчас, несмотря на всё, что говорил Тони о том, что нет никого, несмотря на моё собственное интеллектуальное понимание этого, моя эмоциональная реальность такова, что «я» нахожусь в ловушке безнадёжной ситуации.

 

Итак, вы имеете в виду, что вы начали, через буддизм, с позитивного подхода, полного надежды «я могу сделать что-то», но потом вы обнаружили, что вы перешли к противоположному полюсу и были захвачены негативной неудовлетворённостью «я не могу ничего сделать»?

 

Да, в точности. И что ещё хуже, там где буддизм даёт впечатление, что только один из миллионов может достигнуть просветления, в новых недвойственных кругах я сталкивался с постоянными сплетнями и слухами о пробудившихся или «получивших это» людях. Программы сатсангов изобилуют новыми именами, и всё выглядит так, что скоро учителей будет больше чем учеников. И это, в мои худшие моменты, отбрасывает меня обратно к чувству неадекватности и ощущению, что я тот, кто не сможет«получить это» и кто, несомненно, никогда не получит это.

 

Сначала я был склонен верить этим утверждениям, но постепенно мой скептицизм взял верх. Один скептик суммировал это, когда полагал, что большинство из них просто слишком близко приняли к сердцу то, что называется «иметь хороший день»!

 

Так что случилось потом?

 

Ну, некоторое время были колебания между неудовлетворённым и безнадёжным фатализмом и отношением «к чёрту всё это и включить телевизор», потом вы что-то сказали на ваших беседах и, кажется, это действительно достигло цели. Я знаю, я слышал похожие вещи от вас обоих в прошлом, но в этот раз слова попали в цель.

 

Это произошло примерно так:

 

«На беседах мы продолжаем слышать ‘Здесь нет никого’ и это становится еще одним направлением поиска, как если бы некоторым образом было существенным, что здесь не должно быть никого. Иногда это могло быть совершенно очевидно: мы смотрели и видели, что в действительности здесь не было никого. Но если мы смотрели и, кажется, кто-то всё же есть, и что с того?»

 

Это заставило меня осознать, как много значения я придавал тем случаям, когда, как казалось, не было никого: «быть никем» это хорошо и это нужно искать, «быть ‘я’» это определенно не хорошо. И более того, это «что с того?» было несговорчивым, несостоявшимся «что с того?» (соответствуя такому выражению: «Если я не могу выиграть в этой игре, то я не собираюсь в неё играть»), но потом было ощущение, что есть ли кто-либо или нет, в действительности, не имеет никакого значения.

 

Но потом это видение, или как бы его не называли, исчезло, и на эмоциональном уровне, быть «я» стало ощущаться снова как проблема.

 

Но то, что вы говорили, открыло, что я всё ещё незаметно для себя надеялся, что можно достичь точки, где можно быть просто «бытием» без какого-либо следа «я», где всегда есть это переживание «нет никакого я». Хотя я желал бы этого (!), вы прояснили это для меня, что это не является необходимым.

 

Так что я полагаю, это похоже на ящик Пандоры – надежда уходит последней!

 

++



©2015- 2019 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.