Сделай Сам Свою Работу на 5

Психолог Марина Берковская

 

Отношения с родителями, как мы считаем, являются причиной всех наших взрослых проблем. Хотя в раннем детстве мы ничего с этим не можем поделать, но, начиная с 13 лет, мы уже можем как-то работать с ними. А проблемы продолжаются не только в 13, но и в 25 и в 30, а бывает что и в 40. У детей, живущих с родителями, часто имеются большие проблемы в отношениях с родителями.

— У детей, не живущих с родителями, у детей, которые уже сами дедушки и бабушки, а их родители уже дано в гробу лежат, тоже есть такие проблемы. Мы всю жизнь тащим хвосты наших отношений с родителями.

Почему отношения с родителями оказывают на нас такое сильное влияние?

— Такой связи как с родителями у нас больше ни с кем не будет. Это важные для нас люди. До трех лет мама для нас — Мать-вселенная. Если мама гневается, то это значит, я что-то не то сделал и надо немедленно прочитать в ее глазах, как прекратить ее гнев, потому что иначе — я же помру. И поэтому, когда мама недовольна мной, то даже если я совершенно взрослый дядя, у меня слабеют коленки. Это нормально.

Большая часть нашей личности формируется во младенчестве, а во младенчестве ребенок больше связан с матерью. Функция папы в это время — обеспечить безопасность мамы, чтобы она могла заниматься младенцем. Это нормально, что папа много работает, чтобы мама могла посвятить себя младенцу хотя бы первую пару лет.

— Почему же нам так трудно с нашими родителями?

— Причина проблем в том, что наши родители не успели стать взрослыми людьми. У многих людей отсутствует стадия, когда я уже не ребенок, но еще не родитель. Потому что люди не взрослеют эмоционально. Кстати, тридцатилетние мамы страдают этим реже. Мама, которая родила тогда, когда она хотела ребенка, и она знает, что она ему может дать, и несет за него полную ответственность, воспитывает хорошего ребенка. А если мама себя чувствует ущербной неудачницей, у которой появился последний шанс родить, тогда она вкладывает в этого ребенка все, она переваливает на него всю ответственность за свою жизнь. «Ты — смысл моей жизни», и он становится ее родителем, и он не может этого перенести. Складываются нездоровые отношения.



Родители воспитывают ребенка так, как им кажется правильным, при этом они переносят на своих детей (со знаком плюс или со знаком минус) то, как воспитывали их самих. То есть, они делают то, что мама делала с ними, либо ровно обратное, но только не то, что надо. При этом они искренне считают, что все делают правильно.

Ребеночек, который возразить не может, ибо он ребеночек, даже если он подросток, целиком зависит от родителей. Они его кормят, поят, одевают. Он, естественно, сопротивляется, ну, не нравится ему, как его растят. Но всякое его сопротивление вызывает реакцию родителей: «Я для тебя все, а ты плохой!» Потому что за этим стоит страх, что я плохая мать. Если ребенок не становится таким, каким я считаю правильным, то я — плохая. Я хорошо ращу ребенка, а если он не такой, то, значит либо он плохой, либо я. Ну уж лучше он плохой, чем я.

И поскольку ребенок в принципе бесправен перед родителями, поэтому то, что он маме не доказал в детстве, он это доказывает всю жизнь, не выходя из подросткового возраста. Все, что он делает, он всю жизнь делает для мамы, даже если мама давно в гробу лежит, он все равно находится во внутреннем взаимодействии с мамой. Он ей доказывает — либо «мама, ты была не права», либо, «посмотри, какой я хороший».

И когда он обретает партнершу, жену, у которой те же проблемы, получается, что это не отношения Васи и Маши, а Васиной мамы с Машиным папой, например. Происходит мнимое общение. Она общается со своими фантомами, он со своими. И в этих соплях они приходят к психологу с отчаянным воплем: «Он должен понимать, он козел!». Или: «Я неудачно женился — она плохая мать!». Потому что она должна себя вести так, как вела себя его мама, или как она требовала, чтобы себя вели, потому что если его жена хорошая в мамином понимании, значит, он хороший сын, значит, он правильно женился. Та же история у нее. И пока человек не выйдет из своего детства, оставив там молодых родителей и маленького себя, у него не будет прямой коммуникации с партнером.

— Хотелось бы обсудить, что может сделать сам ребенок. Когда ребенок становится подростком, какие у подростка проблемы? Первая проблема, я думаю, в том, что родители не хотят его слушать.

— А он не хочет слушать родителей. Он вынужден сидеть и делать вид, что он слушает, потому что если он скажет «да пошли вы», то ничего хорошего из этого не будет.

— Согласитесь, что ребенок придает значение словам родителей, а родители словам ребенка нет. Я говорю о той проблеме, когда у ребенка накопилось недовольство родительскими ошибками.

— А может, и не ошибками на самом деле. Может, они правы, просто в его возрасте это не понимаешь, у ребенка другой опыт.

— Вот у тебя в душе накипело, а ты никак не можешь донести это до родителей, как же быть?

— Никак, потому что у них уши закладывает, когда ты пытаешься что-либо им сказать. Причем уши у них закладывает независимо от того, ты им «пургу гонишь» или ты говоришь что-нибудь умное. У них уши заложены стереотипно, на все, что ты пытаешься до них донести.

Человек, уверенный в себе, это не тот человек, который уверен, что он всегда прав. Последнее как раз инфантилизм, а человек, уверенный в себе, человек с достоинством допускает, что он может быть прав, а может быть не прав. И если он не прав, то это не умаляет его достоинств, а если он прав, то это не возвышает его над другими. И если свой ребенок оказывается прав, то надо горячо порадоваться тому, что у тебя такой умный ребенок. Это такая шоколадная медаль на грудь: «Это ж надо, какая я хорошая, если у меня такой умный ребенок!»

А поскольку у нас из поколения в поколение люди в себе не уверены, то есть у них нет того самого достоинства, нет правильно выстроенных границ, то любое вяканье ребенка воспринимается как угроза этим жестким границам. Поэтому кто же его, гада, слушает? Если я соглашусь, что я не права, то это значит — я плохая мать? Ооо! Ужас какой! Если я плохая мать, то я уж точно плохая дочь!..

— Как разговаривать с родителями, чтобы минимизировать эту проблему?

— Во-первых, если мы не говорим о трагических ситуациях, когда это асоциальные семьи, с алкоголизмом, битьем и прочим, то бедному ребенку нужно каким-то образом постепенно смиряться с тем, что родители старше, у них больше опыта, но они такие же люди, они могут ошибаться, они могут злиться, они могут нервничать. Поэтому, если родители говорят что-то, с чем ты не согласен, из этого не обязательно следует, что они вселенское зло. Не ставь условием своего подчинения им, чтобы они были вселенским добром.

Они просто могут ошибаться. Пойми, что твоя мама точно такой же человек как и ты, только постарше. Может, ей только хуже оттого, что она постарше, у нее нервная система слабее. Попробуй ее послушать, может, и ничего страшного, может то, что мама говорит, разумно, даже если она при этом рыдает, топает ногами и визжит, так, что стекла дрожат. Это все потому, что она тебя очень любит и очень за тебя боится, поэтому и ведет себя неадекватно. Может быть, если ты с этим согласишься, ты этим не прогнешься и не потеряешь свою свободу. И если ты попробуешь сделать первый шаг, то родители не звери, может, они тоже переменятся?

Попробуй сделать первый шаг, послушать маму не с точки зрения «она — высшая инстанция», или «она — вселенское добро», или «вселенское зло». Попробуй увидеть в ней родную любимую мамочку, но при этом такого же человека, как и ты. Этим ты признаешь себя взрослым. Не старше мамы. Теперь ты входишь в мир взрослых, она взрослая тридцатилетняя, а ты взрослый двенадцатилетний. Она постарше, ты помладше, но вы оба вошли в мир взрослых.

Уже в подростковом возрасте надо потихоньку отделять — есть мама с папой, которые навсегда останутся мамой с папой, даже когда ты будешь дедушкой. Даже когда они в маразме будут или, не дай Бог, лежать в параличе, они не станут твоими детьми, они останутся твоими родителями, только старыми, больными и слабыми.

Попробуй, деточка, исходить из того, что твоя мама тебя любит, и ведет себя неприлично или нелогично только потому, что она тебя любит. Попробуй послушать: может в том, что она говорит, нет ничего страшного? И тогда мама от удивления попробует послушать тебя: может в том, что ты говоришь, тоже ничего страшного нет?

Как сказал один американский психолог: «Сепарированный мужчина — это мужчина, который поступает по-своему, даже если его мама советует ему тоже самое». То есть, если его мнение совпадает с мнением мамы, или он принял мнение мамы, то он совершенно не чувствует себя униженным тем, что он так делает. Не плыви против течения, не плыви по течению, а плыви туда, куда тебе нужно.

— Ну, это долгий, наверно, процесс?

— А иначе с ними, родителями, и не сладишь.

Вообще с родителями надо дружить, но все время помнить, что они твои родители, поэтому некоторое почтение, большее, чем к чужим людям, и тем более к ровесникам, выражать нужно. Но это именно почтение, а не признание того, что они всегда правы или они всегда не правы.

Будем помнить, что с родителями, с тестями, тещами, свекрами, свекровями, срабатывает правило: «Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав». Нас в других людях раздражает то, что мы боимся признать в себе.

— Имела место такая история, когда покончивший с собой брат приснился своей сестре и сказал ей: «Я поступил так потому, что я думал, что меня все бросили: друзья, родители»... Хотя, на самом деле, родители его любили, но ему показалось, что это не так, и он дошел до того, что покончил с собой. Как быть тогда, когда нам кажется, что родители нас не любят, как нам быть со своими страхами?

— Надо попробовать сказать себе, что я уже взрослый, и поэтому мне придется принять, что каждый любит меня так, как умеет, а не так, как мне хочется. Вот младенца любят так как, ему надо, потому что если его не полюбят так, как ему надо, он будет орать, или даже помрет. Подростку и более старшему ребенку нужно с грустью принять, что ты уже не младенец, и тебя любят, как умеют, и тебе стоит принять любовь в той форме, в которой тебе ее умеют давать, или попросить родителей проявлять свою любовь в другой форме.

— У нас на сайте есть тема любовной зависимости, и в ней мы поверхностно выяснили, что она обычно связана как раз с ощущением недополученности настоящей любви от родителей. Что может сделать человек в 13-25 лет, чтобы потом у него была меньшая зависимость от этих проблем?

— Во-первых, решить для себя: родители меня любят, как умеют. Других родителей не будет. Поэтому другой родительской любви не будет. Моя жена будет меня любить как жена мужа. Мои дети меня будут любить как дети отца. И никто и никогда не будет мне другой мамой. У меня будет та материнская любовь, которую я получил от мамы и другой у меня не будет. И не надо ее искать в других местах.

Девушка не мама — она равный тебе человек. Мама не может разлюбить, девушка может.

Нигде материнской любви больше не будет. Ничего не бывает вместо чего-то.

— Когда должна происходить сепарация — отделение от родителей? В тот момент, когда ты создаешь свою собственную семью или раньше?

— За сто лет до создания семьи! Ты не можешь перейти из стадии сына в стадию отца одномоментно, это происходит постепенно. Смысл сепарации в том, что ты становишься самостоятельной личностью. То, что ты передашь будущим детям, то, чем ты обмениваешься с женой, это уже не мама и не папа, это уже ты. И ты за это отвечаешь.

Сепарация — очень долгий процесс, он начинается где-то лет в семь. До семи лет ребенок полностью слит с мамой, или с лицом, ее замещающим. Имеет место даже не подчинение — слияние с мамой, ты без мамы жить не сможешь. Дальше начинается первый уровень социализации, когда ребенок в шесть, семь лет идет в школу. Мама, конечно, еще несет за детей ответственность, но устанавливаются горизонтальные отношения, с социумом. Ребенок уже не полностью принадлежит семье, но еще и не вошел в социум, это подростковый возраст где-то до восемнадцати. Подросток — то он страшно самостоятельный, он все сам, то прибегает к маме. Это мечущееся существо требует от родителей огромного терпения, его нельзя отпустить слишком далеко, потому что он еще дурак и тогда отобьется от семьи совсем, и родители потеряют ребенка, а он родителей. Но его нельзя и держать возле юбки, потому что тогда вырастет человек, который никогда не станет взрослым.

Дальше человек выходит в юность, где он не принадлежит никому, он во всем все делает «сам», он учится быть самим собой. Дальше мы входим в зрелость, когда мы принадлежим себе. Вот эта взрослая принадлежность себе, где-то после двадцати, когда мы уже готовы к серьезным отношениям, и к семье. У меня есть мама, папа, я их очень люблю, у меня будут дети, я уже их заранее люблю. Я принадлежу себе, и моя партнерша, с которой я вступлю в брак, тоже принадлежит себе, мы два взрослых человека, которые формируют свое поле, в котором появится «мася», который пока принадлежит нам.

— Несепарированность и инфантилизм — это разные вещи?

— В принципе, это почти одно и то же, потому что при отсутствии сепарации я буду делать так, как скажет мама, или я буду делать ровно наоборот.

Например, я хочу семью как у моих родителей и только как у моих родителей, вот мама не работает, значит, моя жена не будет работать. Или, наоборот, я стремлюсь не повторять своих родителей. Моя мама не работает — значит, моя жена будет трудоголиком и профессором.

— Можно чем-то помочь процессу сепарации?

— Самостоятельными личностями нас делает признание того, что родители люди, они не всегда правы, не всегда неправы. И что самое печальное, сначала они будут не намного сильнее меня, ну в смысле, что они взрослые, а я еще юный, потом мы сравняемся по силам, им будет сорок, а мне двадцать, а потом я буду сильным, а они старыми, больными и не очень умными. Я буду их любить, они не станут моими детьми, но я стану с ними возиться.

Человек рождается один, и уходит один. Мамы больше не будет, я не буду младенцем, мама не будет безоценочно любящей меня Матерью-вселенной. Этого счастья больше не будет. И не надо его искать. Вот это осознание: «ищи не ищи, но ты этого никогда больше не получишь» — вот это взрослость.

Знаете, бывают такие тарелочки с бортиками, которые разделены на несколько отделений? В каждое отделение ты кладешь свой продуктик: там маслинки, тут салатик. И если та часть тарелочки, которая называется «материнская любовь», будет полупустой, потому что ты недополучил материнской любви, то это не значит, что надо требовать от жены, чтобы она заполнила эту часть. Значит, заполни то отделение, которое называется «счастье с любимой женщиной» полностью, и тогда та, другая пустая часть, будет легче восприниматься. Да, с мамой уже ничего не сделаешь, зато какая у меня замечательная женщина! Она не заместит мать, там останется пустота. А вот попытки по-детски требовать, чтобы кто-то тебя любил, так, как тебя могла любить, но недолюбила мама — такие попытки разрушают отношения.

— У многих моих знакомых женщин в их двадцать, двадцать пять, тридцать лет большие проблемы с мамами. У одной женщины мама не приняла ее мужа. Другая не понимает каких-то особенностей характера и жизни своей дочери, говорит ей, что она плохая, программирует ее на проблемы…

— Это не инициированные матери. Инициированная женщина — это женщина, которая вошла во взрослый женский мир. Она остается дочерью, все мы дочери, нас же всех родили, но в первую очередь она уже — взрослая женщина.

В женский мир дочку вводит мама, но для этого мама сама должна пребывать в этом женском мире. Тогда взрослая мама испытывает огромное счастье от того, что у нее выросла дочь. Начинается тот самый период счастья, который, в идеале, длится до маминой кончины в глубокой старости. Тогда это — младшая женщина и старшая женщина. И тогда мама не воспринимает дочку ни как соперницу, ни как способ возместить то, чего не было в ее жизни, ни как способ подтвердить правоту своей жизни по типу: «У моей дочери так же — значит, это правильно».

Но в жизни часто получается как? Женщина одинока, она хочет знать, почему она осталась одна, как же так вышло. А думать и брать на себя ответственность не хочется. Поэтому все объясняется проще: я одинока, потому что «козлы попадались», или потому что я любила своего одноклассника, который в двенадцать лет помер, и другой такой любви у меня не будет. Я одинока, а она — моя дочь — нет! Мало того, она еще и счастлива в браке! А почему я одинока? Потому что козлы попадались, а ей не козлы, она что, лучше меня? Счас! Она тоже будет одинока!

Или наоборот: я одинока, мне плохо, поэтому в восемнадцать лет я выдам ее замуж. Я же ее люблю, вдруг она тоже останется одинокой? И это ничего, что он козел, а она его терпеть не может, главное, что она будет замужем, я ее туда выпихну.

Это все — неинициированные матери. У нас почти все матери — неинициированные. Отсюда же эти жуткие отношения с невестками.

— Что же со всем этим делать дочери?

— Есть очень хороший способ, который способствует пониманию нами родителей. Внутренне (только не надо рассказывать об этом живой мамочке), представьте себе свою мамочку в гробике… Мама, конечно, плохая, но я не хочу, чтобы она померла. Это удивительно хорошо действует.

— Знаете, есть такая русская пословица: «Жив старый — убил бы его, помер старый — купил бы его»…

— Вот. Когда девочка в нежном тридцатилетнем возрасте при помощи этого упражнения убедится, что она не хочет, чтобы мама померла, то пусть внутренне скажет следующие слова: «Ты моя мамочка, я тебя очень люблю, но у тебя своя судьба, у меня своя судьба. Я тебя буду любить всегда, но у тебя своя жизнь, а у меня своя. Я очень надеюсь, что она тебе понравится, но если не понравится, я ничего не могу сделать, это моя судьба. Я буду счастлива, даже если тебе это не понравится. Хотя меня будет огорчать, что тебе это не нравится. Я буду тебя убеждать, я буду уговаривать, я буду дарить тебе подарки. Но я все равно не изменю свою жизнь только для того, чтобы она нравилась тебе!»

Это называется: «Я буду счастлива по-своему!»

— Часто бывают ситуации, когда начинаются проблемы между родителями. Ссоры, измены, угроза расставания. Как к этому относиться и что делать, если тебе, скажем, 15-20 лет?

— Если тебе 15-20 лет, то это их личные трудности, и ты не имеешь права лезть к ним в постель, потому что женско-мужские отношения, секс, любовь, брак, касаются только двоих. Дети не могут лезть туда, так же как и родители не могут лезть в постель к взрослым детям. Поэтому такие проблемы можно только с сожалением принять: «Эх, родители, как же мне вас жалко, но сделать ничего не могу. Вы моими родителями и остаетесь, я страшно расстроен тем, что вы, дураки старые, развелись. Ну, вот вы теперь не пара, ну что теперь делать, мамулечка, папулечка? Если мне это не нравится, это еще не повод вам сохранять брак, который вы не хотите сохранять. Мамулечка, я тебя очень люблю, мне жалко, что папулечка тебя бросил, но он все равно остается моим папой, я с ним не согласен, но он остается моим папой, мне тебя очень жалко, мне очень хотелось, чтобы он тебя не бросал, но это ваши отношения, и он остается моим папой. И я не предаю тебя, любя его».

Кстати, взрослая (инициированная) мамочка напрямую говорит: «Дорогая доченька (сыночек), конечно, это крайне печально. И мне крайне плохо, но он остается вашим отцом и это от него зависит, как он будет с вами общаться. Если не будет, я ничего не смогу с этим сделать, побуду вам пока за маму и за папу. И, деточки, спасибо за сочувствие и помощь, но я взрослая, я справлюсь. Не надо ненавидеть папу. Не надо сыну становиться рядом со мной, замещая папу. Я справлюсь, я взрослая».

— Безотцовщина часто приводит к тому, что мама пытается поставить сына на место отца. И как от этого избавляться, допустим, если тебе двадцать, тридцать пять лет?

— Бывает и хуже того! Часто женщины, которые занимают позицию «все мужики — козлы», ставят на мужское место, а сына тянут на женское место. Он не женат на маме, он замужем за ней!

Но пять тебе лет или тридцать пять, ты не мамин мужчина и тем более не ее женщина. Вот так и осознавать: «Я мамин сын, никуда не денешься, все, что могу, сделаю для мамули. Но я не мамин мужчина и не могу им стать. Мне очень жаль, что папуля ушел, и мамуля теперь одна. Мне очень жаль, я чем могу — помогу, но я останусь на месте сына, и место для жены у меня будет свободно, я не стану на место ее мужа. Если мамочка это не понимает, мне ее очень жаль. И себя жаль, мне очень тяжело видеть, что маме плохо, но при этом я все равно вместе с ней спать не буду, не психологически, ни физиологически, никак. Я не допущу этого психологического инцеста. Она не моя женщина, она моя мама. У нее есть сын, но нет мужа, что теперь делать? А у меня есть мама, будет и жена, хорошо».

Маме не должна нравиться твоя жена, в худшем случае она должна с грустью признать, что она как-то не так воспитала сына, что он женился на такой идиотке. Но ей придется признать, что это твоя жена.

— Давайте подведем итоги.

— Если проблемы с родителями продолжаются и в зрелом возрасте, нужно сепарироваться. Допустим, мама родила вас, когда ей было 25 лет. Тогда вам представлялось, что вот эта двадцатипятилетняя девчонка — та самая Мать-вселенная. И вот вам 40 лет, а ей — 65. Есть такой крупный дядя и есть старенькая мамочка. Так вот, принять родителей как данность — это умение взглянуть на свою мамочку в сорок лет глазами сорокалетнего человека. Она любимая, родная, другой не будет. Но не нужно продолжать смотреть на старенькую тетеньку глазами младенца, как на Мать-вселенную. Отношения, когда тебе было два, а ей двадцать семь, давно канули в лету. Посмотри с высоты своих сорока на двадцатипятилетнюю девчонку. Если она что-то делала не так, пойми ее, она не по злобе. Бывают мамы: глупые, холодные, больные на всю голову. Но то, что они делают, они делают из своих соображений в пользу ребенка. Это их не оправдывает, но дает взрослому человеку понимание, что теперь он несет ответственность за свою жизнь сам.

© Realisti.ru

 



©2015- 2021 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.