Сделай Сам Свою Работу на 5

История и современное состояние проблемы





К

омпьютеризация судебной экспертизы обусловлена, на наш взгляд, двумя обстоятельствами.

Во-первых, это связано с информационной революцией, происходящей во всем мире в последние пятнадцать лет, когда широко стали внедряться персональные компьютеры (ПК). Они ничем не уступают по функциональным возможностям своим предшественницам — большим и малым ЭВМ, но при этом обладают рядом несомненных преимуществ: относительно низкой стоимостью, высокой степенью надежности, компактностью и малым потреблением энергии, что позволяет внедрять их буквально на каждое рабочее место, как автономно, так и включенными в локальные информационно-вычислительные сети или в качестве терминалов больших и средних ЭВМ. Стремительное развитие информационных технологий и широкое внедрение электронно-вычисли­тельной техники во все сферы человеческой деятельности обусловило тот факт, что компьютерные средства и методы все более и более широко используются в судебной экспертизе.

Во-вторых, специфика современных проявлений преступности, изменения в ее структуре, когда все более значительное место занимает деятельность организованных, прекрасно технически оснащенных групп, располагающих значительной материальной базой, требует увеличения объема специальных познаний, повышения оперативности и расширения сферы их применения. Кроме того, объективизация процесса расследования как неотъемлемая часть гуманизации уголовного процесса, правовой реформы — невозможна без повышения значимости вещественных доказательств, их всестороннего и полного использование в доказывании, чему как раз способствует внедрение в судебно-эксперт­ную деятельность достижений современных технологий, и прежде всего, информационных.



Проблемы автоматизации процесса судебно-экспертного исследования рассматривались в криминалистической литературе с середины 60-х годов, когда исследования возможностей применения кибернетики в криминалистической экспертизе приобрели ощутимый размах, давая первые результаты. Некоторые ученые сформулировали в качестве цели своих изысканий автоматизацию идентификационной процедуры. Так, Г. М. Собко писал: “Задача формализации идентификационного исследования почерка является одной из проблемных задач в судебном почерковедении. Нами сделана попытка статистически подойти к решению этой задачи и предложить в общей форме методику возможной алгоритмизации идентификационного процесса”. Описав далее эту методику, он заключает: “Вводя каталоги 1 и 2 (каталоги признаков почерка — Е. Р.) в память ЭВМ и снабдив ее программой распознавания признаков, которые содержатся в каталогах, можно достичь автоматизации идентификационной процедуры”[102].



Об автоматизации отдельных видов криминалистической экспертизы пишет ряд авторов. Р. С. Рашитов[103] рассматривает условия автоматизации дактилоскопической идентификации. Н. С. Полевой и Л. Г. Эджубов описывают автоматизацию идентификационной процедуры при судебно-баллистической экспертизе: “До последнего времени профилограммы с исследуемой пули и пуль-образцов сравнивались визуально. Если профилограммы совпадали, это использовалось при формировании экспертного вывода о том, что данная пуля выстрелена из исследуемого ствола. Отсутствие совпадений давало эксперту в сочетании с другими данными возможность прийти к противоположному выводу”[104].

К тому же времени относится начало дискуссии о способности машины вытеснить или заменить эксперта-человека. Эта дискуссия широко велась тогда в различных областях знания, как теоретических, так и прикладных, и криминалистика, разумеется, не явилась исключением. Хотя никто из известных криминалистов не утверждал, что ЭВМ вытесняет или способна вытеснить, заменить эксперта-человека, однако ни одна работа по вопросам применения кибернетики в криминалистике и судебной экспертизе не обходилась без настойчивых утверждений, что разработанный метод или предлагаемая методика использования ЭВМ ни в коей мере не заменит эксперта.



Так, А. Р. Шляхов писал: “Применение принципов кибернетики и элек­тронно-вычислительной техники ни в коей мере не поведет к замене эксперта автоматом... Оценка результатов, полученных при помощи ЭВМ, будет проводиться и контролироваться экспертом”[105].

Р. М. Ланцман формулировал эту мысль более развернуто: “...убеж­денность эксперта, оперирующего результатами работы ЭВМ, может быть объективно передана судебно-следственному органу. Разумеется, кибернетический метод исследования ни в какой степени не подменяет собой эксперта-почерковеда, который лишь получает еще один более совершенный метод исследования. Ответы машины сами по себе... не имеют самостоятельного доказательственного значения. Средством доказывания является заключение эксперта. Однако теперь уже в отличие от возможности поверить глазам, опыту, интуиции, детальным разметкам эксперта, судебно-следственный орган имеет возможность объективно оценить обработанную машиной информацию”[106]. В другой работе, развивая эту же мысль, он пишет: “Применение кибернетического метода для целей криминалистического отождествления у подавляющего большинства криминалистов не вызывает возражений прежде всего потому, что он исключает влияние субъективного фактора (выде­лено нами — Е. Р.) в процессе сбора, обработки и оценки информации в исследуемых объектах”[107], то есть процесс экспертного исследования, включая и оценку, полностью объективируется. Наконец, в автореферате своей докторской диссертации Р. М. Ланцман, описывая эксперименты по машинной дифференциации близких почерковых структур, заключает, что “полученные результаты с несомненностью свидетельствуют о том, что машина проводит дифференциацию близких почерковых структур значительно лучше экспертов. Следует также иметь в виду, что по большей части представленных экспериментальных дифференционно-идентификационных задач эксперты, высказывая свои соображения об исполнителе, сообщили, что если бы речь шла о конкретной экспертной практике, то последовал бы отказ от решения вопроса в связи с невозможностью провести четкую дифференциацию образцов почерка из-за имеющего место искусного подражания”[108].

Дальнейшее развитие информационных технологий, создание систем гибридного и искусственного интеллекта показало, что как единое целое проблема противопоставления человека и ЭВМ (компьютерных интеллектуальных систем) является надуманной и распадается на многочисленные подчиненные проблемы. Лидирующее положение эксперта в первую очередь связано с его неформальным знанием. В связи с этим остановимся на некоторых аспектах сопоставления человека и компьютерных интеллектуальных систем.

1.Человек — это целеполагающий субъект, в то же время в вопросах определения целей компьютерная интеллектуальная система вряд ли заменит человека в обозримом будущем.

2.Человек, пользуясь методами системного анализа, из глобальных целей выделяет подцели и ставит конкретные задачи. Современные системы искусственного интеллекта в ряде случаев могут разрабатывать дерево целей при детально формализованной глобальной цели.

3.Человек разрабатывает методы решения конкретных задач. Эксплуатация компьютерных интеллектуальных систем при правильно поставленной задаче позволяет разрешать некоторые из них в автоматическом режиме, а также в ряде случаев автоматизировать разрабо­тку необходимого для этого инструментария.

4.Человек, используя указанные выше методы, обрабатывает конкретные данные, приходит к конкретным выводам и способен их оценить. Компьютерная система также может применять данные методы для решения вопроса. Однако, поскольку критерии оценки обычно очень плохо формализованы, а кроме того, являются внешними по отношению к задаче, оценка выводов для компьютерных систем представляет особенно трудную проблему[109].

В этой связи уместно отметить, что в контексте общей теории принятия решений при рассмотрении интерактивной деятельности человека и ЭВМ принято полагать принятие конкретного решения и его оценку прерогативой человека, несущего ответственность за это конкретное решение и его последствия. Кроме того, принимая решение, человек не всегда может в явном виде эксплицировать, выделить и формализовать мотивы, по которым он это делает[110]. На долю же компьютера остается техническая поддержка принимаемых решений, формирование и оценка множества альтернатив, отбраковка заведомо непригодных решений (например, по соображениям недостаточности ресурсов или заведомо низким критериальным оценкам) и тому подобные рутинные операции.

Таким образом, итогом дискуссии явился вывод, что человек и системы искусственного интеллекта должны не взаимно исключать, но вза­имно дополнять друг друга. Человек ставит глобальную цель, формулирует проблемы и варианты решения, определяет общие направления действий с помощью компьютерных систем, а интеллектуальные систе­мы позволяют исключить или сократить до минимума субъективные оши­бки человека, облегчить выполнение рутинных, не творческих операций.

В настоящее время мы переживаем второй этап информатизации судебной экспертизы, когда интеграция в нее новых информационных технологий идет по нескольким магистральным направлениям, при развитии каждого из которых возникают свои специфические проблемы. Эти проблемы носят прежде всего технологический характер и не могли быть решены на первом этапе из-за недостаточного развития средств вычислительной техники. Рассмотрим эти направления.

Прежде всего компьютерная техника используется для автоматизации сбора и обработки экспериментальных данных, получаемых в ходе физико-химических, почвоведческих, биологических и других исследований методами хроматографии, масс-спектрометрии, ультрафиолетовой, инфракрасной спектроскопии, рентгеноспектрального, рентгено­структурного, атомного спектрального и других видов анализа[111]. Такое оборудование в большинстве случаев представляет собой измерительно-вычислительные комплексы, смонтированные на базе приборов и ПК, что позволяет не только освободить эксперта от утомительной рутинной работы, сократить время анализов, повысить их точность и достоверность, что особенно необходимо в количественных исследованиях, но и расширить возможности методов. Если раньше результаты экспериментальных анализов фиксировались самописцами на диаграммной ленте, то сейчас вся информация поступает непосредственно в ПК, далее происходит обсчет спектрограммы, определение координат пиков, вычисление их площадей, разделение пиков, которые наложились друг на друга, и пр. Для анализа используются так называемые внутренние технологические банки данных, которые содержат либо наборы специфических физико-химических параметров, характеризующих вещества и материалы, либо спектрограммы объектов, записанные на магнитных носителях.

Одним из условий интенсификации процесса экспертного исследования, повышения его результативности является своевременное и полное обеспечение эксперта необходимой справочной информацией, поэтому вторым направлением внедрения компьютерных технологий в экспертную деятельность является информационное обеспечение экспертных исследований, под которым мы понимаем создание банков данных и автоматизированных информационно-поисковых систем (АИПС) по конкретным объектам экспертизы, которые функционируют, в основном, на базе ПК и используют возможности компьютера по накоплению, обработке и выдаче в соответствии с запросами больших массивов информации[112]. Помимо этого направления, Л. Г. Эджубов выделяет еще одно, также связанное с информационным обеспечением судебной экспертизы, посвященное информационному обеспечению различного рода управленческой, научной, дидактической деятельности[113].

В настоящее время созданы и функционируют, например, следующие АИПС и базы данных по конкретным объектам судебной экспертизы:[114]

¨ “Металлы” — сведения о металлах и сплавах;

¨ “Фарные рассеиватели”;

¨ “Марка” — характеристики автоэмалей;

¨ “Волокно” — признаки текстильных волокон;

¨ “Истевол” — сведения о красителях для текстильных волокон;

¨ “Бумага” — для установления вида бумаги, ее назначения, предприятия-изготовителя;

¨ “Помада” — сведения о составах различных губных помад, включая номер тона и фабрику-изготовитель;

¨ “ТоксЛаб” — сведения о наркотических, лекарственных соединениях и их метаболитах;

¨ “Модели оружия” — описания огнестрельного оружие промышленного производства и т. д.

Все эти АИПС создаются либо непосредственно в судебно-экспертных учреждениях, либо в рамках “большой науки” и приспосабливаются к нуждам судебной экспертизы[115].

Названные АИПС могут работать отдельно и совместно с измерительно-вычислительными комплексами. Когда процесс исследования регистрируется ПК, полученные первоначальные результаты автоматически обрабатываются с применением внутренних технологических банков данных и далее запускается АИПС с целью решения конкретной экспертной задачи. Например, банк данных “Помада” в сочетании с пакетом прикладных программ “РЕНТГЕН-ЭКС”, предназначенным для сбора и обработки дифрактометрических данных, позволил за три недели произвести исследование 13 000 пеналов губной помады, выделить в этой партии несколько групп: изготовленные на фабрике “Рассвет”, кустарно, но с соблюдением технологии и без соблюдения рецептур, а также установить, что в последнюю группу вместо пигментов добавлялись крем для обуви и мастика для пола[116].

Для решения вопросов взрыво-технической экспертизы разработаны информационно-поисковые системы по взрывчатым веществам гражданского и военного назначения (более 100 наименований), порохам и пиротехническим составам, промышленным средствам взрывания, боеприпасам[117]. Данные системы позволяют быстро определить состав, марку или группу взрывчатых веществ по одному или нескольким показателям, полученным в результате физико-химического анализа, дают эксперту возможность установить полный перечень свойств как взрывчатого вещества, так и его компонентов, вид (марку) средства взрывания или боеприпаса.

В Российском Федеральном центре судебной экспертизы созданы банки данных “Модель оружия — гильзы”, “Модель оружия — пули” и “Патроны — пули”, содержащие информацию о более чем 1000 моделей огнестрельного оружия отечественного и зарубежного производства[118]. Для решения поисковых задач по заданным параметрам в указанных банках данных разработаны программы “Установление модели оружия по следам на стреляных гильзах патрона 5.6 мм кольцевого воспламенения”, “Определение модели оружия по следам на выстреленной пуле”, “Идентификация нарезного оружия по следам на выстреленной пуле”.

Широкое применение в экспертной практике находят банки данных, имеющиеся в смежных областях науки и техники, адаптированные для решения задач судебной экспертизы, например, система, организованная на основе комплекса программ “БИРСИ” фирмы “БРУКЕР” (Герма­ния) и библиотеки из 5000 ИК-спектров[119] и многие другие.

Третье направление — это системы анализа изображений, которые позволяют осуществлять диагностические и идентификационные исследования, например, почерковедческие (сравнение подписей), дактилоскопические (сравнение следов рук между собой и следа с отпечатком на дактилокарте), трасологические (например, по следу обуви установить ее внешний вид), баллистические, портретные (реконструкция лица по черепу или фотосовмещение изображения черепа и фотографии), составление композиционных портретов (“Фоторобот”) и другие. Некоторые из этих систем используются и для целей криминалистической регистрации (“Узор”, “Папилон”)[120].

В течение последних двадцати лет основные усилия по использованию вычислительной техники в экспертных исследованиях были направлены именно на развитие этого направления. Однако оно оказалось одним из наиболее сложных. Ниже мы остановимся на проблемах компьютеризации анализа изображений.

Четвертым направлением использования информационных технологий в экспертизах и исследованиях являются программные комплексы либо отдельные программы выполнения вспомогательных расчетов по известным формулам и алгоритмам, которые необходимы, в первую очередь, в инженерно-технических экспертизах, например, для моделирования условий пожара[121] или взрыва[122] в целях расчета количественных характеристик процессов их возникновения и развития, когда физическое моделирование невозможно, а математическое — сопряжено со сложными трудоемкими расчетами.

Большое количество вспомогательных расчетов необходимо производить в автотехнических, электротехнических, технологических экспертизах. В качестве примера использования расчетных систем в электротехнической экспертизе можно указать систему “РАДИАНТ”, позволя­ющую осуществлять математическое моделирование аварийных режимов в электрических цепях[123].

Специализированные пакеты прикладных программ созданы для расчетов при производстве экономических и бухгалтерских экспертиз, некоторых видов традиционных криминалистических экспертиз. Так, для решения расчетных задач судебно-баллистической экспертизы разработан программный комплекс “Отнесение самодельного устройства к огнестрельному оружию”[124]. С учетом конструкции устройства производится расчет массы, скорости снаряда, количества пороха, удельной кинетической энергии, давления пороховых газов при выстреле и делается предварительный вывод о возможности производства выстрела из данного устройства. При необходимости программа обращается к банку данных о характеристиках ряда промышленных патронов.

Пятым направлением информатизации экспертиз и исследований яв­ляется разработка программных комплексов автоматизированного решения экспертных задач, включающих, помимо четырех указанных выше позиций, еще и подготовку самого экспертного заключения.

При существующем порядке производства судебных экспертиз, который сохраняется без изменения на протяжении многих лет, выполнение экспертизы и составление экспертного заключения является весьма трудоемким процессом, особенно в случаях комплексных многообъектных экспертиз, и требует больших трудозатрат. В то же время экспертная нагрузка постоянно растет, что сказывается отрицательно на каче­стве экспертных заключений. Экспертные ошибки субъективного характера, возникающие при этом, связаны с профессиональной некомпетен­тностью эксперта, заключающейся в недостаточном владении современ­ными методиками и некорректностью изложения. Существенно улучшают положение дел специализированные системы поддержки судебной экспертизы (СПСЭ). При посредстве систем такого рода эксперт получает возможность правильно описать, классифицировать и исследовать представленные на экспертизу вещественные доказательства, определить стратегию производства экспертизы, грамотно провести необходимые исследования в соответствии с рекомендованными методиками, подготовить и сформулировать экспертное заключение.

Освобождая эксперта от рутинной работы, СПСЭ экономят его время и силы, концентрируют внимание на интеллектуальных аспектах экспертизы. Иллюстрацией к сказанному выше может послужить производство судебных экспертиз кабельных изделий, изъятых с мест пожаров. Эти экспертизы обычно многообъектны, они требуют комплексного исследования с применением различных общеэкспертных методов. Разработанная нами СПСЭ “ЭВРИКА” (Экспертиза и Выдача Результатов Исследования КАбелей) представляет собой автоматизированное рабочее место эксперта для выполнения экспертиз и исследований кабельных изделий со следами оплавления.

Система функционирует следующим образом. В процессе экспертного осмотра производится описание объектов исследования и выявленных морфологических признаков в диалоговом режиме путем выбора по меню; наряду с выбором, обеспечивается ввод фрагментов текста. Аналогично производится ввод аппаратурных характеристик и условий проведения исследований. По завершении каждого этапа значимые признаки выдаются пользователю на экран для формулирования (также вы­бором из меню) окончательных или промежуточных выводов. Система обеспечивает строгое выполнение требований методики с точки зрения полноты и качества исследования. Выбор методов исследования производится автоматически в зависимости от объектов. Система позволяет постоянно просматривать формируемый текст заключения. По окончании диалога полный текст заключения записывается в текстовый файл и выдается на экран монитора или на принтер.

Аналогично построены и другие интерактивные системы гибридного интеллекта, такие как “КОРТИК” — в экспертизе холодного оружия, “БАЛЭКС” — в баллистике, “НАРКОЭКС” — в исследовании наркотических веществ и многие другие[125]. Во всех этих системах действует единый принцип: эксперт отвечает на вопросы, задаваемые ему компьютером. Если некоторые признаки могут быть оценены количественно в автоматическом режиме, методика позволяет на этом основании решить данный промежуточный вопрос категорически и перейти к следующему этапу. Если же ответ не является однозначным, криминалистически значимые признаки выводятся на экран и решение принимает эксперт на основании своего внутреннего убеждения. Окончательные выводы эксперта перед печатью заключения выводятся на экран.

Нами разработан базовый программный модуль “АТЭКС”, на основе которого можно легко продуцировать подобные системы, наполняя их конкретным содержанием в зависимости от используемой экспертной методики[126]. Применение указанного модуля обеспечивает устранение наиболее распространенных экспертных ошибок субъективного характера и в то же время резкое сокращение времени, необходимого для подготовки экспертного заключения. При этом эксперту для непосредственного обращения с ЭВМ не требуется никакой специальной подготовки, поскольку вся необходимая информация (детально разработанная функция подсказок) содержится в самой системе.

Все вышеперечисленные системы используются при конструировании компьютеризованных рабочих мест экспертов различных профилей.

3.2. Возможные варианты решения проблем

К

ак мы уже указывали выше, вместо обсуждавшейся ранее проблемы “человек или машина” возник целый ряд проблем.

Наиболее благополучно дело обстоит в области автоматизации сбора и обработки экспериментальных данных, то есть создания и использования измерительно-вычислительных комплексов, а также баз данных по объектам судебной экспертизы. Если раньше приходилось осуществлять стыковку измерительной аппаратуры и ПК в экспертных учреждениях и осуществлять разработку программного обеспечения из-за того, что необходимые измерительно-вычислительные комплексы не производились, то теперь ситуация меняется. Большинство приборов и лабораторных установок комплектуются ПК и необходимыми компьютерными системами еще в заводских условиях. Для формирования баз данных применяются универсальные системы управления базами данных (СУБД) типа “Clipper”, “Paradox”, “FoxPro” и др. или созданные на их основе системы.

Возникающие проблемы связаны, в первую очередь, не с научно-методическими, а с организационными трудностями, как-то: отсутствием четкой программы по компьютеризации всех классов судебных экспертиз, явной недостаточностью финансирования, отсутствием подготов­ленных кадров и многим другим. Нельзя сказать, что организационные вопросы не решаются. И в ЭКЦ МВД РФ, и в РФЦСЭ при МЮ РФ имеются лаборатории, ответственные за автоматизацию судебно-экспертной деятельности, однако их усилий явно недостаточно при лавинообразном повсеместном внедрении компьютерной техники. К тому же, основное финансирование этих исследований осуществляется не в центре, а на местах. Поэтому региональные экспертные учреждения часто сами выступают инициаторами разработки компьютерных систем и оплачивают эту работу из своих средств. Отсюда разнобой в существующих компьютерных системах, их дублирование и нестыковки между ними.

Определенную дезорганизующую лепту сюда вносит также быстрая смена вычислительной техники и совершенствование языков программирования, поскольку появление компьютеров с большими возможностями, новых, более совершенных языков программирования приводит к переписыванию программ. В результате часто приходится переделывать заново целиком всю систему или создавать новое компьютерное обеспечение для измерительно-вычислительного комплекса. Эта нестабильность создает, как указывает Л. Г. Эджубов, опасную иллюзию продвижения вперед в научных исследованиях. Программисты из года в год регулярно выдают новую продукцию, но по существу, происходит переписывание решения одной и той же задачи[127]. Однако данный программистский уклон переломить трудно, поскольку бурное развитие информационных технологий оказало сильное влияние на психологию программистов, а через них и на многих пользователей. Часто совершенствование программного обеспечения превращается у них в самоцель, усовершенствование ради самого усовершенствования и сводится к переделке АИПС, которые и без этого прекрасно выполняли свои задачи. Как правильно отмечает Л. Г. Эджубов, “беда... заключается не в самих изменениях,... а в том, что не выработана четкая стратегия, учитывающая данный дестабилизирующий фактор”[128].

Решение указанных проблем лежит в плоскости создания единой межведомственной программы по компьютеризации судебно-экспертной деятельности, координирующей не только работу федеральных экспертных учреждений в этой области, но и деятельность всех разработчиков компьютерных систем для судебной экспертизы на местах. Выполнение программы должно обеспечить совместимость таких систем и возможности их функционирования в рамках компьютеризированного рабочего места эксперта, эксплуатацию в рамках единой сети экспертного учреждения (учреждений), а также учитывать дальнейшее совершенствование компьютерной техники, языков программирования, систем управления базами данных.

Другая группа проблем возникает при использовании математических и статистических методов для анализа изображений, особенно в идентификационных исследованиях. Эйфория, наблюдавшаяся пятнадцать-двадцать лет назад по поводу успехов математизации судебной экспертизы, возможностей автоматизации процессов идентификации, явно пошла на спад. Мы полностью согласны с Л. Г. Эджубовым, что “первона­чальные прогнозы о возможности решения наиболее сложных и актуальных задач судебной экспертизы с помощью математических методов в некоторой степени не оправдались”. Эджубов объясняет это несколькими причинами в числе которых он называет использование индуктивных построений при решении многих идентификационных задач. Поскольку индуктивные выводы, хотя и являются строго детерминированными, все же носят вероятный характер (основаны на ограниченном числе наблюдений), постольку они могут быть оспорены. Примером является дискуссия вокруг количественной методики установления факта контактного взаимодействия преступника и жертвы по волокнам на их одежде, которая позволила повысить достоверность экспертиз, выполнявшихся ранее только на качественном уровне. Количественная методика была широко распространена в экспертных учреждениях, однако через несколько лет в построениях математика были обнаружены неточности. Замечания сводились к тому, что для конкретного использования данного количественного метода необходимо определить вероятности случайного появления всех существующих видов волокон на всех видах одежды. Формально это безусловно верно, но фактически невозможно.

Другой причиной является тот факт, что большинство объектов экспертизы являются системами диффузного характера, в которых приходится учитывать множество разнородных факторов, явлений и процессов. Изучение таких систем производится с использованием моделей, что снижает требования, предъявляемые к математическому описанию, приводит к тому, что, как указывает В. В. Налимов, “математический язык, однозначный по своей природе, стал применяться в многозначном смысле”[129]. Поэтому многое при оценке результатов использования количественных методик зависит не от объективных факторов, а от теоретической позиции того или иного специалиста, допущений, которые он считает приемлемыми, его вкусовых пристрастий[130].

Существует и ряд других причин, среди которых можно выделить трудности и субъективизм в определении пороговых значений количественных характеристик, которые позволяют сделать категорический вывод о тождестве, и некоторые причины субъективного характера, о которых скажем ниже.

Все указанные выше причины привели к тому, что начавшаяся с наиболее трудного участка (автоматизации идентификационных исследований) компьютеризация судебной экспертизы перешла сейчас в несколько иное русло. На передний план выдвинуты проблемы создания не экспертных систем, полностью заменяющих человека, а интерактивных систем гибридного интеллекта — составных частей компьютеризированного рабочего места эксперта. Мы не видим никакой трагедии в том, что на некоторое время автоматизированные количественные методики отошли в тень, поскольку им ранее уделялось неоправданно большое внимание. Едва ли можно согласиться с Л. Г. Эджубовым, когда он упрекает разработчиков в “увлечении более результативными и простыми разработками”, утверждает, что автоматизированные (мы называем их компьютеризованные) рабочие места “превратили в вершину научного исследования по применению компьютеров”, хотя он и отдает им должное. Представляется, что для практики производства судебных экспертиз развитие этого направления сейчас гораздо важнее. Видимо, это явление на данном этапе компьютеризации объективно обусловленно и связано с признанием лидирующего положения эксперта, приоритетом его неформальных знаний.

В дальнейшем именно развитие и совершенствование СПСЭ позволит, постепенно накапливая информацию, перейти к базам знаний и системам искусственного интеллекта. Хотя многие считают разработку вышеуказанных систем простой задачей, здесь имеется достаточно своих проблем. Именно создание интерактивных систем, когда производится формализация методики, попытки оценить количественно значимость различных признаков, обнажили множество недостатков и разночтений в методиках, над которыми эксперты, а часто и разработчики методик, даже не задумывались. Выяснилось, что многие методики невозможно формализовать из-за их неконкретности, расплывчатости оценок, внутренней противоречивости, хотя математический аппарат для поддержания диалога очень прост[131]. Таким образом, вполне закономерно на передний план выдвинулась задача ревизии методик, устранения рас­хождений в разработках различных ведомств и выработки и утверждения унифицированных единых методик для использования во всех экспертных учреждениях. Эта работа уже начата в рамках межведомственного совета по судебной экспертизе. Представляется, что в дальнейшем интерактивные СПСЭ должны создаваться только на основе методик, прошедших эту процедуру.

Остановимся далее на проблемах объективного и субъективного характера, связанных с подготовкой пользователей для работы с компьютерными системами. Замена больших и средних ЭВМ персональными компьютерами привела к устранению операторов практически из всех сфер экспертных исследований. Диалог человека с компьютером поддерживается на естественном языке, интерфейсы современных программных продуктов для ПК настолько дружественные, что эксперт общается с компьютером напрямую без посредников. Поэтому использование ПК практически снимает проблему участия оператора в про­изводстве экспертиз, которая усиленно дебатировалась в криминалистике два десятилетия назад[132]. В тех случаях, когда оператор все же участвует во вводе данных в компьютер, его можно уподобить лаборанту, готовящему пробу для химического анализа или фотолаборанту, выполняющему под руководством эксперта техническую работу.

Опыт системы “Автоэкс”, когда на входе вводятся данные, решение типовых вопросов полностью автоматизировано, а на выходе печатается заключение, показал, что это приемлемо только для решения стандартных задач и, строго говоря, экспертизой не является, поскольку “экс­пертиза — специальное исследование, проводимое для установления определенных фактов следователем или судом через сведущее лицо (эксперта), являющееся специалистом в данной отрасли знания”[133]. При этом отмечается, что характерной особенностью заключения эксперта является то, что он на основании своих специальных знаний объясняет значение установленных им фактов, подводя их под так называемые общие опытные суждения. Отсюда следует, что там, где нет общих опытных суждений, нет и заключения эксперта как особого доказательства. По мнению С. Ф. Бычковой, результатом проведения стандартного исследования по стандартной технологии, основанной на использовании программных средств, должно быть заключение от имени судебно-экспертного учреждения, выступающего как юридическое лицо[134]. С ней солидарен и А. В. Ростовцев, утверждающий, что при выполнении экспертного исследования с высокой степенью автоматизации, когда используется стандартная унифицированная методика и на стандартный вопрос дается стандартный ответ, отпадают за ненадобностью такие функции человеческого участия, как применение специальных познаний, оценка результатов проведенного исследования на основе внутреннего убеждения эксперта. Задача эксперта (оператора) сводится только к вводу в компьютер исходных данных, проверке и подписанию документа, поэтому происходит вырождение экспертизы в процессуальном смысле этого понятия[135].

Если двадцать лет назад дебатировался вопрос о принципиальной возможности для каждого эксперта работать на ЭВМ, то теперь, когда этому учат в средней общеобразовательной школе, проблема перешла в другую практическую плоскость, поскольку уровень преподавания информатики (хотя это теперь обязательный предмет во всех высших учебных заведениях) пока еще, к сожалению, весьма низок. Поэтому на стадии первоначальной подготовки эксперт должен овладеть основными навыками работы с ПК в пользовательском режиме (что теперь входит в программу средней общеобразовательной школы) и изучить сущест­вующие компьютерные системы по направлению, в котором он специализируется.

Следует заметить, что многие СПСЭ содержат специальные обучающие блоки-тренажеры, которые позволяют овладевать одновременно и методикой, и ПК. В этой связи, как нам представляется, неправ Л. Г. Эджубов, полагающий, что поверхностное отношение экспертов к труду объясняется условиями “облегченной” работы на ПК[136]. Такая точка зрения часто возникает при внедрении любой новой техники. На самом деле, избавление эксперта от рутинных операций позволяет ему сосредоточиться на творческой части работы. Что касается нерадивого испол­нителя, то и выполненное в “ручном” режиме его заключение будет низкого качества. Интересно, что как раз эта категория экспертов обычно противится внедрению СПСЭ, поскольку при выполнении экспертиз на ПК руководителю экспертного учреждения значительно легче контролировать их работу. У последних нет тогда возможности преувеличить объем работы и собственную занятость.

 








Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.