Сделай Сам Свою Работу на 5

Исходные понятия и категории деятельности по расследованию преступлений экономической и коррупционной направленности

Современная уголовная статистика свидетельствует, что количество зарегистрированных экономических преступлений (синонимы – преступлений экономической направленности, преступлений в сфере экономики) в России за последние 20 лет увеличилось более чем в 4 раза[43]. Более трети (34,8%) в общем числе выявленных преступлений экономической направленности составили тяжкие и особо тяжкие преступления. В целом криминальный бизнес реально угрожает безопасности Российской Федерации. Такой бизнес иногда называют «подпольным», «черным», «серым», «неофициальным», «деструктивным». Многим знакомы такие выражения, которые стали обыденными в малом и среднем бизнесе: «теневая юстиция», «криминальный арбитраж», «крыша», «наезд», «откат» и др.

Научное представление о преступной деятельности в любой сфере возникает и базируется на законе больших чисел. При этом становится понятным, что детерминанты среды функционирования оказываются сильнее эвристики. Изменения в окружающей среде происходят значительно медленней, чем мы их воспринимаем. И на таком уровне разрешения, что человек не может их наблюдать. Потому фантазия людей строго ограничена исторически. Всегда происходит опора на готовую схему. Структурно-функциональный механизм преступной деятельности инвариантен. Проще говоря, содержание функций преступной деятельности будет аналогично и сопоставимо, если аналогичны и сопоставимы условия среды ее функционирования. Так, банковские аферы второй половины XIX века в России не имели аналогов в Советском Союзе до тех пор, пока снова не созрели условия для их осуществления в конце XX и в начале XXI века в Российской Федерации. Например, некоторые мошенничества в кредитно-банковском деле современной России чрезвычайно стали напоминать трансфертные преступные операции бизнесменов США и других далеких государств.

Субъект закономерно преследует одну и ту же цель – потребление неправомерной прибыли, лишь изменяя свои «целеустремленные» способы совершения действий в ходе поиска источников преступного дохода и его приобретения. Собственническое чувство имеет биологическую причину. Оно – в крови цивилизованного человека. Потому считается нормой, когда каждый человек всегда предпримет действия, которые обеспечат ему больше выгоды, чем ущерба. Только один признак – «противоправность» – разделяет преступный бизнес от обычного, правомерного поведения в экономической сфере. В Уголовном кодексе сделана попытка решить вопрос о том, какие преступления являются экономическими преступлениями (раздел VIII, гл. 22 и 23 УК РФ):



1) посягательства на собственность;

2) преступления в сфере экономической деятельности;

3) преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях.

Традиционное толкование экономической преступности сводится к совокупности различных видов умышленных посягательств на экономические отношения, охраняемые законом, независимо от форм собственности и видов деятельности субъектов, исполняющих определенные функции в сфере производства, обмена, обслуживания, а также лиц, связанных с регулированием такой деятельности и контролем за ней. Предлагается классифицировать преступления, предусмотренные главой 21 УК РФ «Преступления против собственности», на три группы:

1) хищения, связанные с формой собственности (ст. 158–162, 164 УК РФ);

2) деяния, связанные с извлечением имущественной выгоды (ст. 163, 165 УК РФ);

3) деяния, не связанные с извлечением имущественной выгоды (ст. 166–168 УК РФ)[44].

Так, например, ст. 167 УК РФ, по мнению авторов приведенной классификации, хотя и попадает в разряд «экономических преступлений», но никак не связана с извлечением имущественной выгоды. Разумеется, имеют место случаи, которые связаны с поджогами, совершенным в ходе острых конфликтов (драк, ссор), когда виновный, будучи в состоянии сильного душевного волнения или озлобления, в качестве акта мести, и не имея в виду будущую выгоду, совершает поджог. Но эти случаи не типичны.
Типично другое, когда поджигатель (заказчик поджога) получает: 1) преимущество в конкурентной борьбе; 2) территорию для нового бизнес-проекта; 3) новое предприятие (бизнес в рамках рейдерского захвата);
4) страховое возмещение инсценированного ущерба; и т. д.

Преступления в сфере экономической деятельности нарушают общие принципы установленного порядка осуществления предпринимательства и направлены против интересов партнеров, кредиторов, конкурентов, клиентов и потребителей, а также против установленного порядка: 1) обращения денег и ценных бумаг; 2) уплаты налогов и страховых взносов (налоговые преступления); 3) внешнеэкономической торговли (таможенные преступления); 4) обращения драгоценных металлов и валютных ценностей (валютные преступления).

Экономические преступления могут совершаться в любой сфере (от сферы культуры до сферы нанотехнологий). Субъектом экономических преступлений может быть и должностное, и материально ответственное, и любое физическое лицо, достигшее определенного возраста. Ущерб от такого рода преступления может измеряться в границах очень большого диапазона. Экономические преступления совершаются в результате действия или бездействия и могут быть одно или многоэпизодными, длящимися или одномоментными, формальными или материальными.

Не утратило значимость указание МВД России от 28 января 1997 года № 1/1157 «О порядке определения экономической направленности выявляемых преступлений». Согласно данному документу, к преступлениям экономической направленности относятся деяния:

1) безусловно экономические;

2) условно экономические;

3) попутно экономические.

К первой группе относятся преступления, предусмотренные гл. 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности» (кроме ст. 175), гл. 23 «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях» (кроме ст. 202), гл. 30 УК РФ «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» (кроме ст. 293), а также преступления, предусмотренные ст. 146, 147, 238, 304 УК РФ.

К условно экономическим преступлениям относятся составы, предусмотренные ст. 158–160, 163–165, 167, 168, 175, 202, 218, 220, 221, 226, ч. 5 ст. 228, ч. 4 ст. 234, а также ст. 235, 243, 272–274, 288, 293 УК РФ, если на момент принятия решения в порядке ст. 109 УПК РСФСР было установлено, что они совершены:

1) должностными, материально ответственными и иными лицами, выполняющими организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции на предприятиях и организациях;

2) выполняющими обязанности по охране чужого имущества или объекта, на котором оно хранится, без материальной ответственности;

3) не наделенные указанными полномочиями, но имеющие доступ к чужому имуществу в связи с выполнением трудовых обязанностей, по роду деятельности или службы.

Наряду с характеристикой субъекта в Указании имеется перечень производственно-хозяйственных и финансовых структур, в отношении которых могут совершаться «преступления экономической направленности»:

1) предприятия, учреждения, организации и другие структуры, являющиеся юридическим лицом, независимо от формы собственности, организационно-правовой формы, и объединения, не являющиеся юридическим лицом;

2) физическике лица, в том числе осуществляющие предпринимательскую деятельность и зарегистрированные в установленном порядке.

К попутно экономическим преступлениям относятся составы, предусмотреные ч. 3 ст. 175, ч. 1 ст. 309, ст. 312, 315, 325, 327 УК РФ, только в случаях их выявления при раскрытии экономических преступлений.

В Указании используются два критерия для отнесения деяний к преступлениям экономической направленности. Первый относится к признакам субъекта преступления:

1) выполнение организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций на предприятиях, учреждениях и организациях;

2) выполнение обязанностей по охране чужого имущества;

3) наличие доступа к чужому имуществу в связи с выполнением трудовых обязанностей, не связанных с выполнением должностных функций.

Второй критерий характеризует сферу жизнедеятельности: преступление должно быть совершено в процессе осуществления производственно-хозяйственной и финансовой деятельности или, иначе, предпринимательской или иной экономической деятельности.

Анализ деяний, отнесенных Указанием МВД России к преступлениям экономической направленности, показывает, что указанные два критерия подходят не ко всем составам. Так, трудно согласиться с отнесением к преступлениям экономической направленности таких составов как: ст. 243 УК РФ «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры», ч. 1 ст. 303 «Подкуп свидетеля, потерпевшего, эксперта, переводчика» и др.

Данное Указание МВД России призвано внести ясность в вопрос разграничения компетенции аппаратов уголовного розыска и аппаратов по борьбе с экономическими преступлениями, а так же фиксации результатов их работы. Так, мошенничество (ст. 159 УК РФ), кража (ст. 158 УК РФ) и другие учитываются раздельно. Если мошенничество совершено в отношении предметов лично потребления гражданина, то оно регистрируется как общеуголовное, если в отношении денежных средств фирмы, то это уже экономическое преступление.

Уместно говорить об экономических преступлениях («безусловно экономических» в смысле Указания МВД России от 28 января 1997 года
№ 1/1157) и преступлениях экономической направленности, если они соответствуют хотя бы одному из следующих критериев:

1) совершаются в процессе или под прикрытием законной экономической деятельности (в том числе предпринимательской) или при выполнении:

а) организационно-распорядительных или административно-хозяйст-венных функций на предприятиях, учреждениях и организациях;

б) обязанностей по охране чужого имущества;

в) либо при наличии доступа к чужому имуществу в связи с выполнением трудовых обязанностей, не связанных с выполнением должностных функций;

2) совершаются в процессе и под прикрытием финансовой деятельности государства и органов местного самоуправления или в сфере компьютерной информации под прикрытием или при посягательстве на субъектов профессиональной, экономической деятельности, финансовой деятельности государства.

Попытки уйти от уголовно-правовой сущности и классификации преступлений криминалисты делали неоднократно. Основной аргумент сводился к тому, что в криминалистической науке следует изучать не то, за что наказывают по уголовному закону, а то, что является «деятельностью по подготовке, совершению и сокрытию преступлений»[45]. В этом случае преступление является лишь средством достижения преступной цели. Однако, к сожалению, типичной становится следственная практика, когда более общая квалификация (например, ст. 159 УК РФ) «поглощает» все иные преступления-средства: коррупцию, подлог документов, присвоение и растрату, злоупотребление служебным положением и т. д.

Заметны попытки криминалистов выделить «главный» фактор в структуре преступления экономической направленности. Как правило, речь шла о должностном лице. В другом случае акцентировалось внимание на способы совершения действий:

1. В производственной сфере и бухгалтерском учете используются способы:

1) нарушение технологии;

2) завышение объема выполненных работ (приписки);

3) незаконные списания;

4) пересортица.

2. В бухгалтерском учете и в кассовых операциях используются способы:

1) материальный подлог;

2) интеллектуальный подлог;

3) нарушение учета и отчетности;

4) нарушение правил ведения кассовых операций.

Корректное толкование данной классификации предполагает учет не-которых важных положений.

Во-первых, любой из названных способов совершения действий может быть использован как в единственном числе, так и в сочетании с любыми иными способами.

Во-вторых, все способы совершения действий достаточно универсальны и не имеют «привязки» к конкретной сфере экономики: агропромышленный сектор, торговля, сфера финансово-кредитных отношений, строительство и т. д.

В-третьих, указанные способы совершения действий необходимо понимать в самом широком смысле. Так, не имеет принципиального значения идет ли речь о производственной сфере или же о сфере образовательных услуг, имеется ли в виду коммерческая структура или же бюджетная организация.

Пожалуй, исключением из правил является традиционное отнесение к преступлениям в сфере экономики ст. 163 УК РФ «Вымогательство» и
ст. 186 УК РФ «Изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг». Традиционно фальшивомонетничество относится к преступлениям в сфере экономики, поскольку «непосредственным объектом преступного посягательства выступают денежная и кредитная системы». Тем не менее, этот вид преступлений должен быть отнесен к линии работы подразделений уголовного розыска, поскольку при расследовании фальшивомонетничества доминирует розыскная деятельность.

Действительно, объекты посягательства этого преступления зачастую имеют отношение к экономическим институтам. Но способы совершения действий при вымогательстве или же при изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг весьма далеки от использования экономических инструментов и процедур. Впрочем, по этим же причинам, с одной стороны, к преступлениям в сфере экономики не относятся ст. 290, 291 УК РФ («Получение взятки» и «Дача взятки»)[46]. С другой стороны, во многих экономико-криминальных схемах, особенно на этапе информационной и процедурной подготовки к совершению преступления, взятка и подкуп обеспечивают доступ к необходимой информации, денежным средствам и в целом являются основой «доброжелательного отношения» коррумпированного лица к возможным нарушениям в деятельности подрядчика.

Понятие «способ совершения действия» позволяет ответить на три вопроса:

1) какова конкретная задача выполненного действия?

2) какова форма выражения совершенного действия (внешняя процедура – физические движения, внутренняя – «движения» мысли)?

3) с помощью каких средств (инструментальных или/и интеллектуальных) действие совершено?

Иногда существует «официальное» определение способа совершений действий. Например, в международном праве определение легализации («отмывания») доходов от преступной деятельности было дано в Венской конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 19 декабря 1988 года, оказавшей большое влияние на развитие соответствующего законодательства западных стран. Согласно ст. 3 Конвенции, под способом легализации («отмывания») доходов от преступной деятельности понимается:

1) конверсия или передача имущества, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений, или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях в целях сокрытия или утаивания незаконного источника имущества, или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении такого правонарушения или правонарушений, с тем, чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои действия;

2) сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, подлинных прав в отношении имущества или его принадлежности, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений, в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях;

3) приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения было известно, что такое имущество было получено в результате правонарушения или правонарушений или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях;

4) участие, соучастие или вступление в преступный сговор с целью совершения любого правонарушения или правонарушений, приведенных выше, покушение на совершение такого правонарушения или правонарушений, а также пособничество, подстрекательство, содействие или консультирование при их совершении.

Итак, в качестве основного отличительного признака преступлений в сфере экономики от иных преступлений выступает не то, где совершено преступление, не вопрос о субъекте, а вопрос – каким образом?

 

 



©2015- 2018 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.