Сделай Сам Свою Работу на 5

Свойства оценочного предиката.

1) «Э м о т и в н о с т ъ» («о ц е н о ч н о с т ъ»). Описанные выше особенности оценки определяют спе­цифику ее семантического описания. В сложном взаимо­действии субъекта оценки и ее объекта можно выделить компонент, который подразумевает отношение (хоро­шее/плохое) субъекта к объекту, рассматриваемое независимо от того, какими свойствами обладает объект. Этот компонент можно назвать «оценочностью», или «эмотивностью». В настоящей работе термин «эмотивность» употребляется условно, он не связан непосред­ственно с представлениями об эмоциях, эмоциональ­ности, экспрессивности и т. п., может подразумевать как эмоциональную, так и рациональную оценку (см. ниже). Французские авторы употребляют в аналогич­ном смысле термин evaluatif 'оценочный' [ср. Kerbrat- Orecchioni 1980]. «Эмотивность» как собственно «оценочность» в том смысле, который подразумевается в данной работе, лишь косвенно соотносится с эмотивностью в теориях эмотивистов, где это понятие входит как основное в общую концепцию и подразумевает к тому же не просто отношение субъекта к объекту, но отноше­ние, связанное с эмоциями. Следует подчеркнуть, что эмотивность соотносится с субъективным аспектом оце­ночных высказываний, но не равнозначна представле­нию о его субъекте. Роль субъекта в оценке несравнен­но шире, чем эмотивный аспект как таковой, так как оценка включает и рациональные представления о шкале и стереотипе, также принадлежащие субъекту оценки.

«Эмотивность» («оценочность») есть основной при­знак предиката г в структуре А г В и реализуется в двух значениях—«хорошо/плохо». Как следует из сказанного выше, этот признак присутствует в любых оценочных высказываниях и может сочетаться с дру­гими признаками, относящимися как к сфере субъекта, так и объекта. «Эмотивный» (собственно оценочный) компонент характеризует прежде всего глаголы, ко­торые, как уже говорилось, указывают лишь на отно­шение субъекта к объекту, но не обозначают свойств последнего, такие как нравиться/не нравиться, це­нить, одобрять и т. п. Ср.: Мне нравятся яблоки, а Васе — груши; здесь обозначаются не свойства объекта, а лишь отношение к нему субъекта: А г («хо­рошо») В; AjT («хорошо») Bj. «Эмотивность» содержится также в семантике глаголов эмоционального отношения радоваться, огорчаться чему-н., возмущаться и т. п. Причина эмоции является объектом оценки со стороны субъекта эмоции: то, чему я радуюсь, хорошо (с моей точки зрения), то, чем я возмущаюсь, плохо. Эмотив­ность выступает на первый план в оценочных выраже­ниях типа Какая прелесть!, в высказываниях, включаю­щих аффективные слова вроде прекрасный, отличный, скверный, дрянной (см. ниже). Большинство слов-оскорблений также включает прежде всего эмотивный компонент оценки: Так, болван! — в первую очередь говорит об отношении говорящего к объекту оценки, а не о свойствах последнего. Важно, однако, подчерк­нуть, что эмотивность имеется во всех оценочных выражениях, отражая присутствие в них субъекта; ср.: По-моему, это яблоко вкусное — субъект выражает свое положительное отношение к яблоку (но, кроме того, слово вкусный подразумевает, что яблоко имеет некоторые свойства, которые вызывают это отношение). Ср. также: Он мне симпатичен и Он симпатичный человек, в первом примере акцентируется отношение субъекта к объекту, т. е. эмотивный аспект оценки, во втором —свойства самого объекта; но: Я ненавижу этот суп; Можешь не есть твой ненавистный суп — в обоих случаях налицо лишь эмотивная оценка; ср.: Этот человек симпатичный, но *Этот суп ненавист­ный — ненавистный не может обозначать собственные свойства объекта. Отметим, что согласно психолингви­стическим исследованиям между Мне нравится X и X хороший существуют далеко не прямые психологи­ческие корреляции [ср., например, Morris 1956, 165].

Выделение эмотивного компонента оценки часто оказывается условным, это результат препарирования семантики слова или высказывания в лингвистическом описании, так как в большинстве случаев эмотивность неотделима от обозначения свойств объекта. При этом эмотивность иногда обозначают как отдельный модус «и это хорошо/плохо»; ср. интерпретацию фразы: X симпатичный человек — «X обладает некоторыми свойствами, и это хорошо».

2) О ц е н к а эмоциональная и рацио­нальная. Вопрос о том, какой фактор в оценке является первичным — эмоциональный или рациональ­ный, является одним из ведущих в аксиологии и часто оказывается решающим для противопоставления субъ­ективизма и объективизма в теории оценок. Для эмотивистов первичной является эмоция, непосредственная реакция на события, которая определяет оценку. Согласно крайне субъективистской точке зрения (Ste­venson, Barnes, Ayer) высказывание Это хорошо вы­ражает только чувство и равносильно восклицанию Ах!, а общеоценочное слово хорошо/плохо есть лишь знак положительного эмоционального отношения [см. Hudson 1980, 105 и след.].

Напротив, объективисты считают, что в эмоциях скрыты суждения и что в любом случае эмоции и от­ношения (attitudes) зависят от наших суждений, экспли­цитных или имплицитных, о положении вещей. Если меняется мнение о нем, то меняются и эмоции [см., например, Prior 1949, 79 —80].

В естественном языке не может быть чисто эмоцио­нальной оценки, так как язык как таковой всегда пред­полагает рациональный аспект; ср. вздох как выраже­ние эмоции огорчения и языковое выражение Вот беда!, где имеется обозначение понятия «беда». Таким обра­зом, разделение чисто рационального и чисто эмоцио­нального в языке является условным. Тем не менее способы выражения двух видов оценки в языке раз­личаются, показывая, какое начало лежит в основе суждения о ценности объекта, эмоциональное или рациональное. (Некоторые авторы говорят в этих слу­чаях об интеллектуальной или психологической пози­ции субъекта: 1'attitude intellectuelie ou psychologique du sujet, ср. считать и чувствовать (себя) [в Olsson 1976,- 75].) Язык имеет средства для того, чтобы: а) раз­личить эмоциональную и рациональную оценку; б) от­метить разные реакции на них адресата; в) дифференци­ровать эти два вида оценки при ее интерпретации.

В первую очередь эмоциональной является не­посредственная реакция на объект (предмет, событие), выраженная междометием, аффективными словами, словами-оскорблениями и т. п.: Ах!; Поразительно!; Негодяй! и т. п. Эмоциональная оценка, как правило, бывает экспрессивной (см. ниже). Рациональная оценка предполагает оценочное суждение и способы выраже­ния, учитывающие этот характер оценки, в первую очередь аксиологические предикаты; ср.: Я считаю, что это хорошо и Хорошо!; По всеобщему мнению, он поступил плохо и Негодяй! и т. п. Экспрессивность рациональной оценке не свойственна. Очевидно, однако, что при разных формах оценок соотношение рацио­нального и эмоционального меняется, и не всегда два вида оценки строго дифференцируются. Ср.: Он на­стоящий герой; Он поступил как отъявленный него­дяй - рациональная это оценка или эмоциональная?

Рациональность оценки усиливается, если вклю­чается предикат мнения, а эмоциональность усиливается с помощью экспрессивности и аффективные прилагательных; ср.: Он хороший мастер; Он велико­лепный мастер-, Какой он великолепный мастер! (нара­стание эмоциональности) и В нем чувствуется хороший мастер; Я считаю его хорошим мастером (нарастание рациональности). Наиболее явно эмоциональная и рациональная оценки различаются в речевых актах, обращенных непосредственно к собеседнику. В этих случаях предполагается и разный перлокутивный эффект: эмоциональная оценка направлена на то, чтобы изменить эмоциональное состояние собеседника и вызвать соответствующую реакцию, а рациональная рассчитана на согласие с высказанным млением. Ср.: Негодяй! — закричал я. Вася обиделся — эмоциональ­ная оценка и соответствующая реакция. Мне кажется, ты ведешь себя отвратительно, — сказал я. — Ты на­прасно так думаешь, — возразил он — рациональная реакция несогласия. Здесь допустимо, однако, и: Клевета! — возмутился он — на рациональную оценку всегда возможна эмоциональная реакция, если оценка так или иначе затрагивает интересы адресата.

От непосредственных выражений эмоциональной и рациональной оценки следует отличать ее интерпрета­ции, которые описывают разные виды оценочных от­ношений. Интерпретация, как правило, выражается глаголами или предикативными словами: нравиться, хвалить, быть в восторге и т. п. (см. IV, 3). В этой связи некоторые исследователи предлагают говорить о языке, который описывает эмоции, и языке, который их выражает, отмечая при этом, что первым мы поль­зуемся мало, а вторым много. Такие высказывания, как Что за прекрасное утро!-, Какой отвратительный тип!, не описывают эмоции, а их выражают [Hall 1961].

Интерпретация описывает как эмоциональную, так и рациональную оценку. Когда оценка представлена как эмоциональная, интерпретируется эмоциональное состояние субъекта; ср. непосредственная оценка: Ка­кой потрясающий спектакль! и интерпретация: Он был вне себя, в восторге, в восхищении от спектакля. Как рациональная, оценка интерпретируется путем отсылки к мнению или отношению субъекта: Спектакль ему очень понравился; Он нашел спектакль великолепным. Ср. также: Я был в восторге, в восхищении от спек­такля — «автоинтерпретация»' оценки как эмоциональ­ной; Спектакль мне показался скучным — как рацио­нальной (см. IV, 3). Подчеркнем, что с эмоциями могут быть связаны разные виды оценок, как сенсорные, так и этические, эстетические и др. Как можно видеть, эмоциональное не равнозначно эмотивному («оценоч­ному»), второе понятие является более общим и вклю­чает и эмоциональное, и рациональное как свои разно­видности. Эмотивный компонент оценки подразумевает хорошее/плохое отношение субъекта к объекту оценки и противопоставляется объективному, который опи­рается на свойства объектов. Эмоциональное и рацио­нальное в оценке подразумевают две разные стороны отношения субъекта к объекту, первая —его чувства, вторая — мнения.

3) «Э к с п р е с с и е н о с т ь». В данной работе экспрессивность рассматривается как свойство не от­дельных слов, а высказывания в целом. Экспрессив­ность выражается интонационной структурой и соответ­ственно восклицательной формой предложения: Какой у нее умный ребенок!-, Это потрясающе!; Что за безобра­зие! Экспрессивность связана с эмоциональной оцен­кой, хотя и не исчерпывает ее. Она, как правило, возникает в тех случаях, когда оценка появляется как непосредственная реакция на событие. В речевых актах экспрессивность оценочных выражений направлена на то, чтобы усилить эмоциональное воздействие на собе­седника, иными словами, увеличить перлокутивный эффект оценочного высказывания. Поэтому экспрес­сивность составляет характерный признак речевых актов, где оценка выступает как основная иллокутив­ная сила; ср.: Как тебе не стыдно! — осуждение, знак «—»; Ты храбрый мальчик! — одобрение, знак «+» (см. IV, 2).

Таким образом, экспрессивный и собственно оценоч­ный аспекты значения слова или высказывания су­ществуют независимо друг от друга. Так, в частности, эстетическая оценка не подразумевает обязательной экспрессивности: высказывание это прекрасно не вле­чет за собой я взволнован, потрясен и т. п., оно может быть чистой констатацией; ср.: Это прекрасно, но остав­ляет меня холодным и, наоборот, Я потрясен! совсем не подразумевает, что это прекрасно [Kerbrat-Orecchioni 1980, 48]. Эмотивность в нашем понимании также не подразумевает обязательной экспрессивности: так, Мне нравится ваш план представляет собой оценку, где эмотивность является ведущим фактором, однако экс­прессивность отсутствует.

4) «Аффективноеть». Оценочные выраже­ния и высказывания характеризуются особым свой­ством— степенью заинтересованности субъекта. Ср., например: Это интересно и Это потрясающе, Я люблю и Я обожаю и т. п. Это свойство можно назвать эффек­тивностью. Оно реализуется как в семантике отдельных оценочных слов, так и в структуре высказывания в це­лом. Под эффективностью некоторые авторы предлагают понимать то обстоятельство, что структура, в которую входит оценочное выражение, не столько описывает положение вещей, сколько подчеркивает, что субъект высказывания заинтересованно относится (s'implique) к событию, о котором идет речь [Milner 1978, 229].

Аффективность выражается разными способами, и в частности словами-интенсификаторами. Так, он глуп, он очень глуп и он немыслимо глуп различаются именно аффективной позицией субъекта. Аффективные сред­ства всегда принадлежат к модальной рамке. Некоторые авторы относят их к элементам метатекста, подчеркивая их прагматическую роль. Как отметила А. Вежбицка, очень и следующее за ним оценочное слово принадле­жит к глубинным предложениям разных уровней, при­чем одно из них является метапредложением по отноше­нию к другому [Wierzbicka 1972, 86]. Очевидно, что степень эффективности интенсификаторов и других подобных единиц неодинакова, они расположены, как и все элементы, относящиеся к оценочной структуре, по шкале убывания/нарастания; ср.: Это очень инте­ресно и Это потрясающе интересно, где степень вклю­ченности субъекта в высказывание различна.

Среди оценочных выражений выделяется особый класс слов, которые содержат аффективность в своем значении; ср. прилагательные потрясающий, замеча­тельный, немыслимый, ужасный, кошмарный, глагол обожать и т. п. В семантике этих слов оценка соче­тается с интенсификацией, а эмотивный аспект значе­ния (ориентированность на субъект) выступает на пер­вый план. На основании этого А. Вежбицка предложила тест для различения аффективных и собственно оценоч­ных прилагательных: Говоря объективно, она красива, но не * Говоря объективно, это потрясающе [Wierz­bicka 1980, 336].

В классификациях, основанных на различении де­скриптивного и собственно оценочного элементов в се­мантике слов, аффективные слова выделяются в отдель­ный подкласс. Так, например, К. Кербрат-Орекьёни делит Прилагательные на объективные (т. е. дескрип­тивные) и субъективные, а последние в свою очередь — на аффективные и оценочные (эвалюативные); среди оценочных выделяются собственно оценочные (аксио­логические) и не собственно оценочные (не аксиологические) [см. Kerbrat-Orecchioni 1980, 84].

При исследовании аффективных прилагательных был обнаружен целый ряд особенностей их синтаксиса и семантики [ср. Milner 1978; Elliot 1974]. Эти слова не сочетаются с интенсификаторами, так как занимают крайнюю позицию на шкале качества и не предполагают движения по этой шкале; ср.: *Это очень потрясающий фильм. Но можно: Это совершенно потрясающий фильм, так как здесь усиливается именно крайняя степень признака. Некоторые аффективные прилагательные обозначают высокую степень оценки как таковую, знак «-)-/—» при этом нейтрализуется; ср.: Какое по­трясающее событие1 — событие может быть и хорошим, и плохим. В сочетаниях со словами, которые сами по себе оценки не содержат, аффективные определения имеют оценочный смысл, а в сочетании со словами, в зна­чении которых есть оценка, они служат интенсифи­каторами: Какая ужасная погода! (оценка) и Какая ужасная беда! (интенсификация), ср.: Какая плохая погода!, но * Какая плохая беда! Слова аффективной оценки обладают особыми референционными свойствами: они предполагают презумпцию существования единич­ного объекта, который они оценивают; ср. Ты живешь в хорошем доме?, но *Ты живешь в ужасном доме?, хотя возможно: Ты живешь в этом ужасном доме?, где ужасный дом — определенная дескрипция (см. III, 6.3; IV, 2.4).

5) Интенсификация. Характерной осо­бенностью выражения оценки является возможность ее интенсификации и деинтенсификации, отражающих движение по оценочной шкале (см. II, 1), ср. хороший, очень хороший, необыкновенно хороший, не очень хоро­ший, довольно хороший и т. п. Движение происходит в зоне «-[-» и в зоне «—», причем и в той, и в другой зоне возможна интенсификация (усиление признака «хо­рошо» или признака «плохо») и деинтенсификация (ослабление признака «хорошо» или признака «плохо). Интенсифицируются не только общеоценочные, но и частнооценочные признаки: умный, довольно, не очень, очень, необыкновенно, потрясающе умный и т. п. Интен­сификация оценки недискретна — нельзя измерить рас­стояние между хорошим и очень хорошим — и не огра­ничена определенным числом позиций, подобно степеням сравнения. Интенсификаторы составляют длинные, слабо организованные ряды из единиц, соотнесенных друг с другом неопределенным образом. Интенсифика­ция может быть выражена в семантике слов; ср.: глу­пый — безмозглый, любить — обожать, а также обо­значаться аффиксами (ср. так наз. абсолютную превосходную степень): Он умнейший человек.

Возможность и виды интенсификации и соответ­ствующие ограничения зависят от характера опорного признака и типа его изменений по шкале; ср.: совершенно замученный, совершенно счастливый, но *совершенно усталый, * совершенно радостный: усталый, радостный не содержат смысла «предельная степень признака» и не сочетаются с соответствующим интенсификатором. Ср. также очень любить и *очень обожать — обожать означает предельную степень признака и не допускает дальнейшего движения по шкале оценок. Интенсифи­цируются не только признаки, выраженные прилага­тельными, но и предикатные семы оценочных имен, глаголов (так наз. degree words 'слова степени' [по Bolinger 1972]). Если интенсификатор относится к эмотивному предикату, выражающему лишь оценочное отношение, а не признаки объекта, то усиливается только субъективный аспект оценки: Мне очень, необык­новенно, страшно нравится твое платье.

Средства интенсификации в естественных языках чрезвычайно разнообразны [см. Червенкова 1975; Janus 1981]. Кроме «чистых интенсификаторов» имеется множество языковых выражений, сочетающих интен­сификацию с другими смыслами — качественными при­знаками, эффективностью и т. п. Как интенсификаторы широко используются устойчивые выражения: ненави­деть всей душой; глуп как пробка и т. п. В ряде случаев интенсификация пользуется средствами гиперболы: Она была в полном отчаянии. Весьма разнообразны и сред­ства ослабления признака, деинтенсификации: Он нем­ного глуповат; Она довольно привередлива и т. п. Ин­тенсификация и деинтенсификация асимметричны. В частности, прагматические характеристики интенси­фикации и деинтенсификации, их роль в коммуникации не совпадают (см. Ill, 1; III, 4.3). Об интенсификации в португальском языке см. [Oliveira 1962; Григоренко 1983].



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.