Сделай Сам Свою Работу на 5

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. 3 глава

Босс неторопливо обернулся, сохраняя на лице выражение глубокой сосредоточенности, и, буравя Натали требовательным взглядом, процедил:

— Полагаю, вы понимаете, какое вам оказано доверие, Митчелл.

Гордость заставила Натали стиснуть зубы и промолчать. Неужели Гринфилд думает, будто я буду болтать налево и направо, что побывала с ним в постели? Возмущенно сверкнув глазами, Натали все же взяла себя в руки и ограничилась привычным:

— Да, сэр.

Он удовлетворенно кивнул.

— Сегодня, Митчелл, я решил вести свою игру. Очень важно, чтобы никто не догадался о стратегии, которую мы вчера выработали в памятной записке. Мы должны вести себя с предельной осторожностью, чтобы никто не усомнился в искренности наших намерений. И в самый подходящий момент мы выложим карты. Вы все поняли, Митчелл?

— Да, сэр, — пробормотала она.

Бизнес. И только бизнес! Оказывается, Гринфилда совершенно не беспокоит, узнает ли кто-нибудь из компании, как он тут с ней «расслаблялся».

— Не сомневайтесь, сэр, — заверила Натали.

Гринфилд кивнул, будто и не ожидал иного ответа. Его взгляд скользнул по ее груди, бедрам, ногам и снова вернулся к лицу, на этот раз полный искреннего одобрения.

— Прекрасное платье, Митчелл. — Его губы сложились в чарующую улыбку, от которой все попытки Натали казаться собранной и невозмутимой сразу же провалились. — У вас есть чувство стиля.

— Вы очень любезны, сэр.

— Вы и в самом деле считаете, что я любезен? — Он саркастически вскинул бровь.

— О, сэр, это обычный секретарский подхалимаж. Издержки профессии. Любезность среди ваших достоинств занимает одно из последних мест.

Очевидно не веря собственным ушам, Алекс уставился на дерзкую служащую и тут же расхохотался. В этот момент он был настолько хорош собой, что Натали только отчаянно молила бога, чтобы он дал ей силы противостоять обаянию Гринфилда. Наконец Алекс перестал смеяться, хотя в глубине его глаз продолжали плясать веселые чертики.

— Митчелл, ваш словарь обогащается не по дням, а по часам. Пора завтракать. День обещает стать утомительным.

— Да, сэр, — согласилась Натали, довольная собой.

Мне снова удалось удивить Гринфилда, мысленно она поставила себе еще одну галочку. И теперь пусть попробует недооценить меня!

В ресторане гостиницы был организован шведский стол, хотя можно было сделать заказ и официанту. Именно так Алекс Гринфилд, конечно, и поступил, усевшись за столиком. Маяться в очереди к стойке, очевидно, не его стиль. Натали же вполне устроил широкий выбор круассанов и фруктов. В очереди к ней присоединился Николас Бримсон.

— Как дела, дорогая?

— Прекрасно, Ник, — заверила Натали. И действительно, она не сделала ничего, что могло бы плохо отразиться на репутации Бримсона.

— Какое у нас расписание на сегодня?

Вопрос прозвучал совершенно естественно. Но Натали слишком хорошо знала Бримсона, чтобы обмануться насчет его тактики прощупывания. Она оказалась в щекотливой ситуации: с одной стороны, надо соблюсти обещание, данное Алексу Гринфилду, который просил ее держать язык за зубами. С другой, ей предстоит вернуться к Нику. Вывод: следует проявить наивысшую изворотливость.

— Я думаю, нас могут ждать кое-какие сюрпризы. — Она улыбнулась.

— Например? — с насмешливым удивлением вскинул брови Бримсон.

Натали склонилась к шефу с видом заговорщика.

— Если вам удастся вызвать мистера Гринфилда на откровенный разговор, может, вы поделитесь со мной его тайнами? Пока он все держит при себе. Я и сама не знаю, каков будет его следующий шаг.

Она вывернулась!

— Догадываюсь, что ты имеешь в виду, — хмыкнул Бримсон. — Держись и дальше, Натали. Только...

— ...Ничего не напутай, — закончила она за него.

— Продолжай в том же духе, дорогая. Не теряй бдительности. Александр Гринфилд, конечно, великий человек, но в случае твоего промаха он и мокрого места от тебя не оставит.

Совет Бримсона был продиктован дружеской заботой, Натали оценила это.

— Не беспокойся, Ник. Я отвечаю за себя.

— Не сомневаюсь. — Взгляд Николаса стал лукавым. — Гринфилд даже не подозревает, какое сокровище ему досталось.

— А ты ему не рассказывал? — нахмурилась Натали.

— Некоторые вещи, дорогая, каждый должен выяснять для себя сам, — серьезно изрек Бримсон.

Это правда, подумала Натали. Нет никакого смысла расписывать, на что ты способна. Лучше наглядно продемонстрировать свои таланты.

Они расстались и направились каждый к своему столику. Гринфилд уже поглощал яичницу с ветчиной. Своей очереди дожидались сосиски, салат из помидоров и грибное рагу. Ничего себе аппетит, удивилась Натали.

 

Утреннее совещание шло ни шатко ни валко. Похоже, Гринфилд полностью смирился с поражением. Пока его подчиненные отчаянно сражались, до хрипоты отстаивая свою точку зрения, Алекс рассеянно поглядывал по сторонам. Когда японская делегация выдвигала какие-то предположения, он лишь вяло кивал.

Вскоре стало ясно, что переговоры закончатся раньше, чем предполагалось. Учтивые японцы загнали их в угол, положили на лопатки и обезоружили, и традиционные вежливые обороты в речах договаривающихся сторон парили в воздухе, подобно грозовым тучам.

Затем Гринфилд высказал своему основному оппоненту Ихиро Окимото предположение, относительно проекта, имеющее лишь косвенное отношение к основной сделке. В этот момент Натали почувствовала, как Алекс слегка напрягся. Затем он стал по-прежнему рассеянно рассматривать собеседников.

После ланча обнаружилось, что японская делегация переключилась на другой проект, в котором Гринфилд был действительно заинтересован. Только по окончании переговоров Натали смогла оценить выработанную Алексом тактику. Она восхищалась его изобретательностью, которая позволила добиться желаемого результата.

Гринфилд обошел препятствие, возникшее на его пути. Терпеливо дождался, пока на стол лягут все карты, и сделал единственный выигрышный ход. Завершая комбинацию, Алекс изящно обвел вокруг пальца своего основного оппонента, которому пришлось признать победу Гринфилда.

Натали и раньше знала, что ее босс — незаурядный бизнесмен, но только сейчас поняла почему. О каком-либо равенстве с ним не могло быть и речи. Он играет не в ее лиге. Она могла веселить его, удивлять по разным мелким поводам, могла даже оставить о себе приятные воспоминания в каком-то уголке его памяти, но не больше.

Для постоянных отношений Алексу Гринфилду, естественно, нужна женщина, равная ему... Такой, к примеру, была Элен. А секретарша есть секретарша. Конечно же, Гринфилд никогда больше не уделит ей внимания. Натали понимала, что совершенно случайно ей выпал счастливый билет разделить с ним небольшой этап жизни.

И этот этап еще не закончился.

Может, сегодня вечером... Но, наверное, Гринфилду уже не надо искать забвения в сексе. Он выиграл!

Радость победы на переговорах разделили с Гринфилдом коллеги, которые гурьбой проводили босса до коттеджа и зашли выпить за победу. Натали пришлось исполнять роль хозяйки и следить, чтобы у всех были полные рюмки.

Импровизированный фуршет прошел весело. Алекс казался очень довольным. Натали не сомневалась, что обладание ни одной женщиной не могло бы дать ему такого ощущения победы, как выигранное сегодня сражение. Ее, однако, удивило, что после фуршета Гринфилд никого не пригласил отправиться на прогулку. Они пошли вдвоем.

— Прекрасный вечер, Митчелл, — заметил Алекс. — В этой части Америки самые яркие звезды в мире.

— Да, сэр. Примите мои поздравления с сегодняшним успехом, сэр, — совершенно искренне сказала Натали. — Сейчас ваша звезда в зените.

— Нам повезло, Митчелл. Вот и все. Нам просто повезло.

— То-то вы полночи работали, — поддразнила Натали, — чтобы вам повезло.

— Да, это помогло, Митчелл. Я всегда придерживаюсь правила: чем больше ты работаешь, тем чаще к тебе приходит удача.

Наступило молчание. Вокруг царила тишина, полная спокойствия и тепла... Как легко сейчас отдаться во власть бессмысленных фантазий, подумала Натали. Рука Алекса погладила ее ладонь и крепко сжала пальцы. Сердце ее зачастило. Натали решилась задать вопрос, который не давал ей покоя.

— Что испытываешь после... — Она замялась в поисках подходящих слов.

— Ну же!

— ...после такой победы, как сегодня?

Алекс, насмешливо фыркнув, не торопился с ответом. Он снова уставился на звезды, и Натали подумала, что этот человек бросает вызов всей Вселенной, и сразу же пожалела о своем вопросе.

— Сначала восторг и торжество... — все же заговорил Гринфилд тихим и хриплым голосом.

— Могу себе представить, — подбодрила она его откровенность.

— ...но почти сразу же возникнет чувство какого-то странного опустошения, которое трудно описать... Что-то вроде бездны.

— Почему? — удивилась Натали.

— Очевидно, главное — путь к цели, а не сам результат как таковой, — Гринфилд вздохнул. — Что мне делать дальше? Продолжать заключать сделки — все крупнее, все денежнее? — Он пожал плечами. — Окружающие считают очень важным то, что я делаю, но меня порой обуревают сомнения. Я пытаюсь понять, нет ли в этом мире чего-то более важного, что прошло мимо меня.

Натали задумалась. Но поторопилась ли она с осуждением Александра Гринфилда? Ведь перед ней не машина для добывания денег, а обыкновенный человек, который, как и все, стремится к счастью.

— В чем дело, Митчелл?

— Сэр?

— Вы мне чуть не сломали пальцы.

— Прошу прощения, сэр.

Она тут же убрала бы руку, но Алекс не позволил. Пальцы его стали гладить ее ладонь, что отнюдь не успокоило Натали. Как это ни было глупо, но она продолжала надеяться, что окажется ему нужна и этой ночью.

— Что у вас на уме, Митчелл?

— Я думаю о ваших словах, сэр, — честно ответила Натали.

— Ну и?.. — Гринфилд бросил на нее сардонический взгляд. — Так как же человек должен строить свою жизнь, Митчелл? Одарите меня своей мудростью.

Его насмешливый голос был полон сарказма, и Натали это не понравилось. Их весовые категории несравнимы, но ее жизнь столь же важна для нее, как для Гринфилда — его.

— Сомневаюсь, что вы готовы услышать мой ответ, сэр, — отважно сказала она. — Может, через несколько лет подготовки...

— Оставьте покровительственный тон, Митчелл, — раздраженно бросил Алекс. — Он вам не идет.

Так же, как и тебе, возмущенно подумала Натали. Великий Гринфилд, несомненно, заслуживает преклонения, но это не дает ему права пренебрежительно относиться к другим людям.

— Да, сэр, — покорно согласилась она вслух.

— Посмотрите на безграничную Вселенную, Митчелл, — скомандовал Алекс. — Проникнитесь ею. Неужели вы не чувствуете себя крохотной песчинкой в огромном мире?

— Нет, сэр. — Натали совершенно не интересовала Вселенная. Ей нужно было только одно — жить рядом с человеком, который любит ее.

— Почему же нет, Митчелл? — удивился Алекс.

— Мне не надо смотреть на звезды, чтобы почувствовать свою ничтожность, сэр, — ядовито произнесла Натали.

Гринфилд коротко хмыкнул и пробормотал:

— Мне нравится ваша манера выражаться, мисс Митчелл.

От удовольствия у Натали даже мурашки пошли по коже. Он назвал ее «мисс»... Натали подумала, получит ли она когда-нибудь право называться «миссис», и тут же ее настроение вновь упало.

Тем временем они подошли к коттеджу. Внезапно Алекс приподнял Натали и поставил на нижнюю ступеньку веранды. Они оказались с ним лицом к лицу. Гринфилд деловито снял с нее очки и засунул их в свой нагрудный карман.

Когда он поцеловал ее, в голове Натали не осталось ни одной мысли, все захлестнула чувственная волна. Алекс крепче и крепче прижимал ее к себе, и Натали страстно отвечала на его желание, которое он и не собирался скрывать.

Да, Гринфилд действительно имел в виду две ночи.

 

 

На этот раз Алекс без лишних слов подхватил Натали на руки и понес ее прямиком в свою спальню, все убыстряя шаги, ибо обоим хотелось поскорее избавиться от одежды. Натали жаждала вновь очутиться в его объятиях, страстно целовать его, любить со всем пылом, на какой только способна... Торопливо вытащив шпильки, Алекс зарылся лицом в шелковистую копну ее волос, а Натали всем телом прижалась к нему.

Эта ночь оказалась восхитительнее предыдущей, хотя, казалось, такое вообще невозможно. Их близость была полной и совершенной. То ли оба испытывали необходимость забыться, то ли их тела подчинились древним инстинктам, то ли обоим было свойственно врожденное стремление к полному обладанию.

Мужчина и женщина испытывали глубокое наслаждение от своих слаженных движений и неподдельного абсолютного взаимопонимания, пусть и мимолетного.

И оно действительно оказалось мимолетным.

Удовлетворив свою страсть, Алекс отстранился от Натали. Мягко и вежливо. Но решительно. Он неподвижно лежал на спине, и только вздымающаяся грудь показывала, что он пытается выровнять дыхание.

Повернув голову, Натали смотрела на любовника, пытаясь понять, о чем он сейчас размышляет. Впрочем, не исключено, что в такие минуты Алекс дает мозгам полный отдых, предпочитая ни о чем не думать.

Она не осуждала его за молчание, однако не могла понять, как такое могло случиться: мгновение назад они были близки, а в следующую секунду уже отдалились друг от друга. Возможно, это противоречило правилам случайных встреч, но ей хотелось чего-то большего. Физическая близость требовала словесного подкрепления.

— Помогает ли это справиться с чувством внутренней пустоты, сэр? — спросила Натали, тщательно избегая требовательных ноток в голосе.

— Помогает, Митчелл, — тихо ответил он. — И очень.

Итак, с горечью констатировала Натали, я вновь стала для него всего лишь куклой. Живой игрушкой, забавляясь с которой, можно снять напряжение.

— А вам? — Алекс взглянул на нее:

— О, я чудесно провела время, большое спасибо, — небрежно ответила Натали, хотя на сердце у нее лежала свинцовая тяжесть.

Гринфилд перевернулся на бок и внимательно всмотрелся ей в лицо. Между его бровей пролегла легкая морщинка, говорившая о том, что Натали все еще представляет для него загадку, ответа на которую он пока не нашел. Очевидно, Алекс не любил попадать в ситуации, подвергающие сомнению его проницательность.

— Думаю, нам надо выпить, — буркнул он.

— Прекрасная идея! — откликнулась Натали и усмехнулась про себя: если он надеется, что алкоголь развяжет мне язык, то глубоко ошибается.

— Оставайтесь на месте, Митчелл, я принесу.

— Благодарю вас... сэр.

Гринфилд уловил в этом обращении иронию и, поднимаясь с постели, подозрительно взглянул на Натали.

Она ответила самой милой из своих улыбок. Он усмехнулся, и Натали увидела в этой усмешке предупреждение, если не угрозу. Ставя перед собой задачу, Гринфилд никогда не отступался. И если перед ним оказался орешек, называющийся Натали Митчелл, он легко разгрызет его, отбросит скорлупки в сторону и даже не заметит, как, походя, раздавит их.

Гринфилд вышел из спальни, не потрудившись накинуть халат, Натали тоже решила не обращать внимания на свою наготу. После того, что между ними случилось, это было бы глупо.

Когда через несколько минут Алекс вернулся с откупоренной бутылкой золотистого вина и двумя бокалами, Натали полулежала, опершись на подушки. Он улыбнулся, не скрывая, что ему нравится это зрелище, разлил вино по бокалам и один протянул ей.

— За вас! — чокаясь, провозгласил Гринфилд, выпил и растянулся на постели, явно всем довольный. — Расскажи о себе, Митчелл.

— Мне двадцать четыре года, но ни один из них не может заинтересовать вас, сэр, — отрапортовала Натали.

— Предоставь мне самому судить об этом, — возразил Алекс.

Натали сделала глоток. Вино показалось ей мягким, сладким, однако после первого же глотка у нее закружилась голова.

— Мне бы не хотелось утомлять вас, сэр, — твердо ответила Натали и, отпив совсем чуть-чуть, снова ощутила крепость вина.

Чистый глицерин, подумала она, а я та самая взрывчатка, в производстве которой он используется. Как только в организме будет достигнута необходимая концентрация, так я и взорвусь... Боже, что за идиотские мысли лезут в голову? Неужели я опьянела от двух глотков? Да эта доза и воробья не свалит. А не подмешал ли Гринфилд чего-нибудь, чтобы воспользоваться моей беззащитностью и... Какой бред! Он уже получил от меня все, что хотел.

— Как вам вино? — спросил Алекс.

— Ничего, благодарю вас, сэр.

На лице Гринфилда отразилось презрение, которое он, впрочем, тут же постарался тщательно скрыть.

— Да, готов признать, что это не самое дорогое вино в мире, «Марго» тысяча восемьсот первого года стоит куда больше. Как и «Мадера» тысяча семьсот девяносто пятого. А это всего лишь «Шардоне» тысяча девятьсот двадцать шестого года.

— Столь дорогое вино тоже помогает избавиться от чувства опустошенности? — поинтересовалась Натали.

— Вы поддразниваете меня, мисс Митчелл, — мягко сказал Алекс, с лица которого исчезли ирония и высокомерие.

— Ни в коем случае, мистер Гринфилд, — возразила Натали, всем своим видом выражая возмущение. — Спасибо, что дали мне возможность насладиться его неповторимым вкусом. Я не привыкла к подобной роскоши.

Она отпила еще глоточек, по-прежнему с вызовом глядя на Алекса. Он не отвел глаз, и Натали пришлось сделать еще один глоток, ибо от неослабного внимания Гринфилда у нее пересохло во рту. Непроизвольно кончиком языка она облизала губы.

Алекс тоже отпил вина и поставил бокал на прикроватную тумбочку. Наклонившись, он взял бокал Натали и поставил рядом со своим. В глазах его плясали бесенята, когда он уложил ее на спину. Затем Гринфилд приник к ее губам, и Натали почувствовала вкус вина на его языке, медленные эротичные движения которого пьянили куда больше, чем великолепный напиток.

Гринфилд обмакнул в вино кончики пальцев и смочил ее груди сладкой липкой жидкостью, оставил винные дорожки по всему телу и проследовал по ним губами. Ее пупок превратился в миниатюрную чашу, наполненную пахучим возбуждающим напитком. Натали погрузилась в мир эротических ощущений, покорно подчиняясь всему, что делал с ней Гринфилд. Опутанная шелковой паутиной чувственности, в которую Алекс нежно пеленал ее, Натали была беспомощна, что доставляло ей несказанное удовольствие.

Закрыв глаза, она качалась на волнах наслаждения, подчиняясь их гипнотическому ритму. Ей казалось, что тело ее стало мягким и бескостным, и, когда Алекс наконец вошел в нее, она покорно отдалась ему, наслаждаясь каждым мгновением близости.

— Открой глаза, — тихо приказал Алекс.

Натали подчинилась, не раздумывая, полностью подчиняясь его воле. Он проник в самые глубины ее тела, стал частью ее. Неотъемлемой частью. И Натали понимала, что, когда Гринфилд оставит ее, какую-то часть ее души он заберет с собой.

Во время кульминации из глаз Натали покатились слезы.

— Нет, — хрипло пробормотал Алекс и обвил ее руками, нежно баюкая. — Не плачь, не надо.

Но Натали не могла успокоиться. Почему-то его нежность заставила слезы хлынуть еще сильнее, и Натали мужественно старалась справиться с этим ручьем, понимая, что нарушает неписаные правила подобных встреч.

— Я... я устала. Вот и все, — выдавила она, мучительно стараясь поставить преграду неуправляемому потоку отчаяния.

Алексу никогда не понять, какой несчастной она себя чувствует. Несчастной, ибо он полностью подчинил ее себе, не прилагая никаких усилий. Кто же будет надрываться, когда желаемое само плывет в руки? В каком-то смысле Алекс обошелся с ней хуже, чем Томас, правда, Алекса не обвинишь в обмане. Или в неверности. Но от этого не легче. Натали не хотелось, чтобы Гринфилд утешал ее, выказывал свое сочувствие. Это против правил игры. Она обрела сказочное богатство чувств и эмоций, а для него их отношения ничего не значат. Да, не значат. Разве такой человек, как Алекс, воспримет всерьез очередную интрижку?

— Тсс... все хорошо, — бормотал Алекс, продолжая мягкими нежными движениями ласкать ее.

Постепенно Натали удалось справиться со слезами. Все уже в прошлом, сказала она себе. Гринфилд всего лишь теплое тело, близость которого расслабляет и успокаивает. Щекой она прижималась к сердцу Алекса, слушала его глухие удары, впадая в гипнотическое оцепенение от ритмичных движений его пальцев, продолжающих ласкать ее.

Натали овладела томительная слабость, ее потянуло в сон, и она провалилась в забытье. Она так и не узнала, что Гринфилд поудобнее уложил ее на подушки, заботливо накрыл одеялом, отвел упавшие на лоб пряди волос. Натали не узнала, что, допивая в одиночестве «Шардоне», он смотрел на нее. Не узнала, что, выйдя на веранду коттеджа, Алекс поднял голову к звездам — холодным колючим серебряным точечкам на черном бездонном небе — и в глубокой тоске швырнул в ночь пустую бутылку.

Натали проснулась оттого, что кто-то гладил ее по щеке и, открыв глаза, увидела сидящего рядом Алекса в купальном халате, благоухающего лосьоном после бритья. Его черные волосы были еще влажными, смуглая от загара кожа блестела. Темные глаза внимательно наблюдали за ней.

— Пора вставать, — тихо сказал Гринфилд и кивнул на прикроватную тумбочку. — Я принес вам кофе.

Натали смутилась, увидев, что заснула в его кровати. Еще большое смущение охватило ее при воспоминании о ночных рыданиях.

— Прошу прощения, — пролепетала она, отводя глаза и делая попытку встать. — Я не собиралась... то есть...

— Все в порядке. И можно не спешить. Только семь часов. Я разбудил вас так рано, потому что хотел, чтобы до завтрака мы успели поговорить.

Я не готова к разговору, мелькнула в голове Натали паническая мысль. Мне нужно время прийти в себя.

— Да, сэр, — пролепетала она. — Если позволите, когда я оденусь.

Алекс нахмурился, с трудом сдерживая нетерпение. Но все же встал, засунул руки в карманы купального халата и вышел.

В изножье кровати Натали увидела свой халатик. Гринфилд принес его, так же, как кофе. И то, и другое было знаками внимания, которого она не ожидала от Алекса.

Встав с постели, Натали накинула халат и огляделась в поисках одежды. Ее нигде не было. Так же, как и заколок. Прихватив чашку с кофе, Натали заторопилась в свою комнату, где обнаружила вещи, аккуратно разложенные на кровати. Не веря своим глазам, она удивленно покачала головой. Нет, ей никогда не понять Алекса Гринфилда. Этот человек полон противоречий. Высокомерие и заботливость существуют в нем бок о бок и не мешают друг другу.

Одним глотком покончив с кофе, Натали направилась в ванную. Сегодня последний день, напомнила она себе. Я слишком увлеклась боссом, что совершенно ни к чему. Пора браться за ум. Хуже всего, что я расплакалась у него на глазах. И теперь достойно уйти из его жизни мне будет труднее. Но сделать это совершенно необходимо, если я хочу сохранить самоуважение...

Горькая ирония заключалась в том, что, стоя под душем и смывая с тела остатки «Шардоне», Натали находилась во власти воспоминаний о прошлой ночи. Случившееся нельзя назвать любовью, но настолько ее напоминает, что это буквально сводит с ума.

Выбравшись из-под душа, Натали наконец решила взять себя в руки, с силой расчесала волосы, жалея, что не может так же правильно уложить свои воспоминания. У Натали дрожали руки, когда она делала макияж, но в конце концов она справилась и с этой задачей. Затем она вспомнила об очках и о том, что Алекс бесцеремонно реквизировал их. Придется снова идти в его спальню!

Ее рассеянный взгляд случайно наткнулся на очки, лежащие на тумбочке у кровати. Значит, Алекс позаботился и об этом. Ну конечно, он помнит обо всем, у него не мозг, а вычислительная машина.

Схватив очки, Натали водрузила их на нос. Затем уложила вещи в сумку, застегнула молнию. Вот и все, подумала она. Очередная глава жизни подошла к концу. Две главы уложились всего в неделю. Но, по крайней мере, эту она сможет закончить в присущем ей стиле. Который нравится Алексу. Она не унизит ни себя, ни его. Натали решительно вышла из комнаты.

Она нашла босса в точно такой же позе, что и прошлым утром: он стоял в дверях веранды, глядя на залитую ярким утренним светом лужайку. Сегодня на нем был светлосерый костюм, великолепно обрисовывавший сильную фигуру.

Натали замерла, вспомнив, как ерошила эти густые черные волосы, как обвивала его шею, как Алекс вздрагивал, когда она ногтями впивалась в его спину, как сжимала его мускулистые ягодицы, когда он...

Закрыв глаза, Натали постаралась избавиться от этих картин. Все кончено, напомнила она себе. Все... И, сглотнув комок в горле, сухо сказала:

— Я готова, сэр.

Гринфилд обернулся. На его лице было такое радостное выражение, которого она никогда раньше не видела. Темные глаза удовлетворенно блеснули, когда он окинул Натали взглядом.

— Зеленое вам идет. — Мягкий голос Алекса словно нежно прикоснулся к ее коже.

— Благодарю вас, сэр, — сдержанно ответила Натали.

Алекс улыбнулся, и в его темных глазах заплясали веселые искорки.

— Я нуждаюсь в вашей дальнейшей помощи, Митчелл.

— Да, сэр.

— Похоже, я здорово перенервничал из-за японцев. Думаю, двух ночей мало, чтобы избавиться от нервного напряжения.

К ее щекам прихлынула кровь, когда Натали поняла, что босс не хочет ставить точку в их отношениях. Затем до нее дошел унизительный смысл его предложения.

— Прошу прощения, сэр, но что было, то было. В меру сил и возможностей я помогла вам в трудную минуту, но ваша квота исчерпана, сэр. — Натали почувствовала внезапную слабость, однако постаралась, чтобы голос не дрожал.

— Митчелл, вы не можете покинуть меня, — улыбнулся Алекс.

Отсутствие сакраментального «мисс» укрепило ее решимость, и Натали с вызовом посмотрела на зарвавшегося босса.

— О, еще как могу, сэр.

— Не верю. — Он покачал головой.

— Вам придется смириться с этим, сэр, — настаивала Натали.

В течение нескольких секунд во взгляде Алекса читалось стремление подчинить ее своей воле. Затем он опустил глаза, которые подчеркнуто медленно прошлись по ее телу сверху вниз, напоминая обо всем, что Натали позволяла с собой делать в постели.

Она оказалась беспомощной перед тем жаром, который волнами накатывал на нее, лишая сил. Если сейчас Гринфилд захочет меня, я не смогу противостоять. Но я должна подумать о том, что меня ждет. В моем будущем нет места для человека, который хочет только пользоваться моим телом, ничего не давая взамен. Он не догадывается, какую получил власть надо мной, и я не собираюсь вводить его в курс дела.

— Митчелл, вы в самом деле считаете, что я вас не устраиваю в качестве любовника? — вкрадчиво спросил Гринфилд, с вызовом взглянув ей в глаза.

— Прошу вас, сэр, не унижайтесь. Если бы это зависело от меня, вы бы оказались на верхней строчке рейтинга богатых и знаменитых любовников.

— Неужели? — коротко бросил Алекс, явно уязвленный тем, что его поставили на место. Быстро обуздав свои чувства, Гринфилд запечатлел на ее лбу по-братски целомудренный поцелуй. — Спасибо вам... Митчелл.

— Пожалуйста, сэр, — хрипло выдавила Натали, отчаянно стараясь справиться с выступившими на глазах слезами.

— А теперь нам предстоит последняя встреча с японцами, — сухо и деловито сказал Гринфилд.

Итак, возвращаемся к делам, поняла Натали. Моя тактика сработала. Я приняла правильное решение.

Но она не чувствовала себя победительницей.

Натали не помнила, как дошла до отеля, где их ждал завтрак. Ноги чудом донесли ее. Она поела, но спроси ее кто-нибудь, что стояло на столе, она бы не ответила. К счастью, оживленные дебаты утреннего заседания заставили ее собраться. Она была отличной секретаршей и гордилась этим.

За ланчем никто не скрывал радости от успешного завершения переговоров. Кроме Натали. Тем не менее она заставила себя казаться спокойной.

К двум часам прилетели вертолеты. Гринфилд хотел помочь Натали подняться по трапу, но она решительно высвободила руку и поднялась в вертолет самостоятельно. Гринфилд сел на место второго пилота, чему Натали несказанно обрадовалась.

Когда приземлились в Чикаго, Алекс усадил Натали в ожидавший лимузин, плюхнулся рядом и погрузился в документы. Натали сразу же вспомнила, что не успела расшифровать вчерашние записи, не говоря уже о сегодняшних.

— Мистер Гринфилд... — робко позвала она.

— Ммм... да, Митчелл?

Помедлив, он неохотно оторвался от бумаг и вопросительно посмотрел на нее. Натали вспыхнула. Теперь ее поставили на место.

— Мои записи... Должна ли я распечатать их?

— Положите их на стол Мэри Форрест. Любой сотрудник, который будет временно исполнять обязанности моего секретаря, сможет расшифровать их. Вам не стоит перетруждаться, Митчелл. Если возникнут вопросы, с вами свяжутся, — рассеянно бросил Гринфилд, снова возвращаясь к изучению документов.

Натали отвернулась к окну, стараясь не показать, как ее задевает подобная холодность. Она ведь хотела этого. Полный разрыв. Хотя Алекс мог бы остаться ее любовником... На время. Нет, если уж рубить хвост, то целиком, а не по кусочкам.

Ни о чем не жалей, посоветовала она самой себе. Таков финал всех случайных романов. Ты приняла правильное решение. То, как Алекс ведет себя, достаточно убедительное тому подтверждение. Так что никаких сожалений!

Машина подъехала к зданию инженерно-архитектурной компании. Гринфилд сложил документы и вопросительно взглянул на Натали.

— Где вы живете, Митчелл?



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.