Сделай Сам Свою Работу на 5

Что случилось в ставке Гитлера

 

Прежде чем следовать за событиями в центре заговора дальше, посмотрим, что же случилось в этот роковой день в ставке фюрера?

Полковник Штауффенберг приезжает точно в 12 часов на обычное дневное информационное совещание в ставку в Растенбург. Эти дневные совещания обычно происходят в одной и той же подземной комнате для оперативных карт. Следовательно, объем взрывного заряда адской машины был установлен с учетом прочности и толщины покрытий и стен бетонного бункера. Однако в этот день Гитлер – может быть, из-за необычно большой жары или из-за обычного для него мгновенного изменения настроения – непосредственно перед началом совещания передумывает и выбирает местом совещания легкий деревянный барак на краю леса.

Штауффенберг первым делает короткий отчет. Прежде чем приступить к докладу, он ставит портфель с адской машиной на землю и прислоняет его к ножке стола Непосредственно рядом с ним стоит Гитлер, он склоняется над картой, на которой обозначена дневная обстановка. Когда Штауффенберг заканчивает свой отчет, он садится и ждет. После этого по очереди выступают с докладами разные начальники. Когда обстановка кажется наиболее благоприятной, Штауффенберг глазами делает знак своему адъютанту, обер-лейтенанту фон Гефтену, который ждет у выхода, сразу же подходит к нему и вполголоса вызывает своего начальника к телефону. Штауффенберг сначала делает вид, будто колеблется, и в этот момент включает ногой часовой механизм адской машины в портфеле. После этого – повинуясь нетерпеливому движению руки адъютанта – тихо встает и на цыпочках уходит вместе с адъютантом…

Едва они проходят 100 метров, как вспыхивают языки пламени, и мощный взрыв сотрясает воздух. Штауффенберг и Гефтен оглядываются. Они видят, как обломки досок и человеческие тела описывают огромную дугу между деревьями. Правда, дощатый барак сразу уступает давлению воздуха, и, таким образом, действие взрыва даже приблизительно не такое, каким оно было бы в подземном бетонном бункере.

Однако оба офицера уверены в успехе дела. С них довольно того, что они видели. Они прыгают в приготовленный автомобиль и сразу на аэродром!

В то время как самолет связи летит с двумя офицерами в Берлин, через несколько минут после покушения – в соответствии с договоренностью – начальник центра связи ставки генерал Фельгибель вызывает непосредственно по телефону генерала Ольбрихта в здании ОКВ, сообщает ему о случившемся и отдает приказ «Валькирия». Вскоре после этого прибывает Штауффенберг и рассказывает все лично. Немного позже происходит уже описанный разговор между Гельдорфом, Ольбрихтом, Штауффенбергом и Беком, в результате которого Ольбрихт посещает своего начальника генерал-полковника Фромма в его кабинете. Он сообщает ему, что Гитлер пал жертвой покушения, и предлагает отдать приказ «Валькирия».

Фромм ошелолмлен. Он сомневается. Он колеблется. Ольбрихт думает о Беке. Если бы он был сейчас здесь, рядом с ним… С его авторитетом они могли бы выиграть Фромма одним ударом. А так получается совсем другое. Фромм поднимает трубку прямого телефона и просит «очень срочный молниеносный разговор» со ставкой. Ольбрихт, уверенный в своем деле, держит другую трубку. И тогда, как удар молнии, его постигает первое ужасное разочарование. Ставка отвечает немедленно. Итак, самая важная операция путча, взрыв узла связи и телефонного центра, не осуществлена! – мелькает ужасная мысль. Но на раздумье нет времени, вот и второй удар: у телефона Кейтель. И то, что он говорит, – это третий, самый большой удар: Гитлер невредим!

Впоследствии Ольбрихт так рассказывал об этой беседе:

«ФРОММ: Что, собственно говоря, происходит у вас в ставке? Здесь, в Берлине, ходят самые дикие слухи…

КЕЙТЕЛЬ: А что могло бы произойти? Ничего особенного. Все в наилучшем порядке.

ФРОММ: Но ведь мне только что доложили, что Гитлер пал жертвой покушения.

КЕЙТЕЛЬ: Разве? Это глупость. Хотя покушение было совершено, к счастью, оно не удалось. Фюрер жив и получил совершенно незначительные повреждения. Кстати, где ваш начальник штаба полковник граф фон Штауффенберг?

ФРОММ Штауффенберг еще не вернулся. По крайней мере ко мне он еще не являлся…

КЕЙТЕЛЬ: Ну тогда до свиданья».

Когда телефонный разговор был окончен, в кабинете командующего наступила мучительно долгая тишина. Наконец Ольбрихт нерешительно бормочет сквозь зубы что-то вроде приветствия и медленно уходит из комнаты. Но прошло лишь несколько минут, как он возвращается, «усиленный» на этот раз Штауффенбергом. Ольбрихт еще раз настойчиво повторяет Фромму, что Гитлер мертв, и то и дело показывает на полковника, который частыми кивками головы и возгласами «яволь» подтверждает сказанное Ольбрихтом. Разговор в несколько мгновений превращается в жаркий словесный поединок.

«ФРОММ: Но ведь это невозможно, господа. Кейтель только что заверил меня как раз в обратном…

ШТАУФФЕНБЕРГ: Фельдмаршал Кейтель, как всегда, лжет и на этот раз. Я сам видел, как Гитлера выносили мертвым.

ОЛЬБРИХТ: Именно поэтому мы уже отдали приказ под условным наименованием «Валькирия», заранее разработанный на случай внутренних беспорядков.

ФРОММ: Это самое явное неповиновение! Кто это «мы»? Кто дал приказ на операцию «Валькирия»?

ОЛЬБРИХТ: Мой начальник штаба, полковник Мерц фон Квирнхейм.

ФРОММ: Прошу вас, немедленно вызовите сюда фон Квирнхейма!»

Через несколько секунд входит фон Квирнхейм и с некоторыми оговорками признает, что хотя и не совсем по собственной инициативе, но он дал приказ на операцию «Валькирия». Фромм кричит, как раненый вепрь.

«ФРОММ: Вы арестованы! Увидите, что будет дальше».

В этот момент Штауффенберг бросается к Фромму и кричит ему прямо в лицо.

«ШТАУФФЕНБЕРГ: Господин генерал-полковник! Знайте же, наконец, что покушение совершил я! Я сам сегодня на утреннем докладе положил адскую машину в портфеле к ногам Гитлера. Был такой взрыв и вспыхнуло такое пламя огня, как будто разорвалась 15-сантиметровая граната. В той комнате никто не мог остаться в живых.

ФРОММ: Господин полковник, судя по этому, ваше покушение не удалось. Самое умное, если вы немедленно пустите себе пулю в лоб…

ШТАУФФЕНБЕРГ: И не подумаю!

ОЛЬБРИХТ: Господин генерал-полковник! Наступает наш двенадцатый час. Мы должны немедленно действовать. Час настал!

ФРОММ: Судя по этому, и вы участник этого государственного переворота, Ольбрихт?

ОЛЬБРИХТ: Да! Но я стою только на краю той группы, которая сейчас берет в свои руки управление Германией.

ФРОММ: Так. Тогда я объявляю вас всех троих арестованными. Господа, сдайте оружие, вы арестованы!

ОЛЬБРИХТ: Вы не можете нас арестовать. Вы, наверное, не знаете истинной расстановки сил.

ШТАУФФЕНБЕРГ: Верно! Мы вас арестовываем!»

С этими словами Ольбрихт и Штауффенберг хватают с двух сторон генерал-полковника Фромма, вталкивают его в маленькую комнату рядом с его кабинетом и запирают дверь…

 

Полная неразбериха

 

В эти часы на Бендлерштрассе, в здании ОКВ, в штабе заговора господствует нервная, неуверенная, до предела напряженная обстановка.

Уже поздний вечер, когда генерал-полковнику Беку вообще приходит в голову мысль спросить: «Скажите, Ольбрихт, какие приняты меры в интересах защиты здания и нашей личной безопасности?» Из ответа выясняется, что ворота, правда, заперты, но пока в их распоряжении находится все еще обычная охрана у ворот. О подходящих якобы частях и танках еще нет ни слуху ни духу. При виде такой безответственности, такого отсутствия руководства Бек недоумевает.

«БЕК: И скажите, какие указания получила охрана? По чьему приказанию она действует?

ОЛЬБРИХТ: По моему.

БЕК: И что сделает охрана, если здесь вдруг появится гестапо?

ОЛЬБРИХТ: (Генерал вместо ответа пожимает плечами и вопросительно смотрит на Бека.)

БЕК: Откроет ли охрана огонь?

ОЛЬБРИХТ (опустив глаза): Не знаю…»

В этот момент входит адъютант и докладывает: генерал Кортцфлейш здесь лично. Он утверждает, что Гитлер жив и он, таким образом, не склонен объявить в своем районе чрезвычайное положение. Через несколько минут следует еще больший сюрприз. В дверях появляется высокопоставленный офицер гестапо штандартенфюрер СС Пфиффратер, который в главном имперском управлении службы безопасности возглавляет сектор контрразведки, влившейся в гестапо. Всех поражает, что Кальтенбруннер осмелился послать сюда, в «логово льва», этого привилегированного палача. Пфиффратер ищет графа фон Штауффенберга. Его вводят к нему. Чего он хочет? Почти через десять минут Штауффенберг, смеясь, выходит из комнаты. «Кальтенбруннер послал этого мерзавца ко мне «спросить», какова причина моего быстрого ухода из ставки», – отвечает Штауффенберг в ответ на обращенные к нему вопросительные взгляды. «Вместо ответа я запер его в подвал!» – говорит он и хохочет.

Гизевиуса на автомобиле посылают к Гельдорфу, в управление полиции, чтобы он помогал там, если нужно. Гельдорф и так уже жалуется по телефону: руководители районных отделений полиции штурмуют его из-за отсутствия единодушных, ясных приказов. Отсутствие руководства, неразбериха, видимо, усиливаются. От Бендлерштрассе до Александерплатц Гизевиуса даже ни разу не задерживают. Лишь только он отдышался у Гельдорфа, по телефону звонит начальник берлинского гестапо Мюллер. По его словам видно, что ничего определенного он не знает. Он говорит, что, по его сведениям, назревает нечто вроде военного путча, он видел выступившие части в районе Вильгельмштрассе. Но ударение в его словах скорее вопросительное, чем утвердительное. После этого Мюллер сразу добавляет, что фюрер жив и скоро будет говорить по радио. «Для успокоения» он сообщает также Гельдорфу, что на пути к Берлину находятся сильные части СС. У него уверенный голос.

Через несколько минут Гельдорфу звонит Геббельс. Как видно, «хромой дьявол» абсолютно спокойно сидит в своей берлоге, в министерстве пропаганды. Он тоже подтверждает, что Гитлер скоро будет говорить по радио, но тщательно избегает всяких разъяснений в связи с покушением. Гельдорф дальше и не настаивает. И вскоре после этого по радио действительно передается сообщение о неудавшемся покушении, но оно не содержит никаких подробностей и в нем не упоминается ни одного слова о личности организатора покушения. В конце концов, в коммюнике сообщается, что фюрер находится в павильоне руководителя ставки и пьет чай с находящимся у него в гостях Муссолини.

 



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.