Сделай Сам Свою Работу на 5

Суд, отказывая в проведении фоноскопической экспертизы аудиозаписи, указал, что при прослушивании звука записей на аудиокассетах в судебном заседании судом никаких следов смонтирования не выявлено.

Отменяя постановленное по данному делу судебное решение, кассационная инстанция пришла к обоснованному выводу, что «…Таким образом, суд выступил в роли экспертного учреждения, каковым он не является, а разрешение данного вопроса требует использования специальных технических средств и знаний»[41].

 

Судебная экспертиза может назначаться в отношении любых объектов, определенно или предположительно связанных с совершением преступления и (или) его сокрытием, для исследования которых необходимы специальные познания. Единственное здесь ограничение — наличие у соответствующей отрасли знания научно-обоснованных методик разрешения вопросов, поставленных следователем (судом) перед экспертом.

В самом общем виде задачи (цели), для разрешения которых назначается экспертиза, можно классифицировать следующим образом:

идентификационные задачииными словами, отождествление объектов (людей, предметов, документов и т.д.) по их следам или образцам.
Основная методологическая предпосылка идентификации — наличие в распоряжении эксперта двух объектов: идентифицируемого и идентифицирующего.

диагностические задачи.Они, как правило, решаются посредством исследования одного объекта, чаще всего тех или иных следов, обнаруживаемых на месте происшествия и при производстве иных следственных действий. К числу таких задач можно к примеру, отнести: установление особенностей экземпляра огнестрельного оружия, из которого произведен выстрел патроном, части которого (гильза, пуля) обнаружены; решение вопроса, из одного ли ствола выброшены две гильзы, найденные на месте происшествия; особенности обуви, след которой обнаружен, и т.д. К этому же классу исследований относится и установление родовой принадлежности: является ли данный объект холодным или огнестрельным оружием. Последние вопросы разрешаются обычно путем сопоставления исследуемого объекта с эталонными образцами или расчетными данными.

ситуационные задачи. Чаще всего такие задачи преследует цели уяснения отдельных обстоятельств и (или) механизма расследуемого события с учетом конкретных обстоятельств: может ли быть произведен выстрел из данного экземпляра огнестрельного оружия в таких-то условиях без нажатия на спусковой крючок; имел ли водитель данной автомашины в таких-то условиях техническую возможность предотвратить наезд или столкновение. (Отметим попутно, что большинство автотехнических экспертиз носят именно ситуационный характер.)



В некоторых случаях результаты ситуационной экспертизы могут быть использованы для выдвижения розыскных версий.

 

По делу об убийстве малолетнего Малашина Алексея расследование осложнялось тем, что следствием не был обнаружен труп убитого. На допросе один из подозреваемых признался, что труп Алексея он вместе с двумя другими соучастниками сжег в топке котельной. Осмотр места происшествия — котельной и прилегающей территории — с применением специальных криминалистических средств и служебно-поисковой собаки результатов не дал. С целью получения сведений, необходимых для розыска останков погибшего при указанном способе сокрытия трупа, была назначена и проведена медико-криминалистическая экспертиза. Она установила, что труп подростка весом 25-30 кг. в топке котла данного типа при использовании в качестве топлива каменного угля может быть кремирован примерно за один час. При этом в золе могут остаться небольшие фрагменты обгоревших до стадии черного или белого каления костей, требующих для определения структуры в них костной ткани специальных исследований. Если же топка котла продолжала работать более длительное время, то кости трупа будут доведены до крайней степени уничтожения, при котором, как показывает практика, невозможно установление в золе костной ткани. Таким образом, обнаружение трупа Малашкина Алексея или хотя бы его фрагментов в указанной ситуации фактически исключалось. В совокупности с другими косвенными доказательствами данное заключение экспертизы было положено в основу обвинительного приговора суда[42].

Вид назначаемой экспертизыобусловлен наличием в распоряжении следователя к моменту ее назначения объектов для экспертного исследования. Далеко не всегда, особенно на первоначальном этапе расследования, следователь имеет возможность для назначения наиболее значимой, как правило, в доказательственном смысле идентификационной экспертизы. Приведем несколько примеров.

 

На месте происшествия изъяты гильзы от патронов которыми были произведены выстрелы в потерпевшего, однако само огнестрельное оружие не обнаружено; выявлены и зафиксированы на дактилоскопическую пленку отпечатки пальцев; изготовлен гипсовый слепок следа обуви; изъят документ, текст которого по заявлению должностного лица выполнен не им; следователю поступило анонимное письмо, содержащее значимые для расследуемого дела сведения; обнаружена предсмертная записка, выполненная от имени лица, причина смерти которого вызывает сомнения.

Во многих случаях процесс оптимизации объекта, подлежащего идентификации может быть осуществлен путем использования результатов своевременно проведенных диагностических исследований уже обнаруженного объекта, что, к сожалению, не всегда в должной мере учитывается на практике.

 

Так, по выше приведенным примерам, в частности, судебная баллистическая экспертиза диагностического характера в результате исследования обнаруженных гильз пришла к следующим выводам: а) данные гильзы являются частями штатных патронов к пистолету ПМ калибра 9 мм; б) выпущены они из одного экземпляра оружия; в) этим оружием является пистолет иностранного производства калибра 9 мм. приспособленный для стрельбы штатными патронами к пистолету ПМ.

Данные выводы во многом предопределили направления дальнейшего расследования, ориентировав его на установление лица (лиц) имеющего такой пистолет и возможности приобретать патроны к пистолету ПМ.

Диагностические исследования отпечатков пальцев позволили с весьма высокой степенью вероятности предположить возраст и телосложение человека, их оставившего, что было положено в основу ограничения круга лиц, среди которых следует искать преступника.

Такие же исследования следа обуви позволили определить, что они оставлены кроссовками фирмы «Адидас», для обнаружения которых и были произведены обыски у нескольких подозреваемых.

 

На основе подобных диагностических исследований можно не только оптимизировать направления розыска недостающих для идентификации объектов, но и во многих случаях сузить круг лиц, среди которых следует искать виновного или исключить отдельных лиц из числа подозреваемых или заподозренных в совершении расследуемого преступления.

 

Так, если на одежде и в организме потерпевшей от изнасилования обнаружена сперма определенной группы, а биологические выделения подозреваемого относятся к другой группе, то это однозначно свидетельствует о его непричастности к данному преступлению (не считая случаев, так называемого, «парадоксального выделительства»).

Сопов подозревался в совершении серии изнасилований и убийств женщин. Признательные показания, данные Соповым, не противоречили установленным к тому моменту обстоятельствам нападений. Однако, сравнив кровь и слюну, взятую у Сопова в качестве образцов для сравнительного исследования, со спермой, обнаруженной в половых органах потерпевших, судебно-биологическая экспертиза установила их различие по групповой принадлежности. По предложению эксперта для исследования «объект в объект» у Сопова отобрали образцы спермы. Расхождение в групповой принадлежности слюны и крови со спермой подтвердились. К такому же выводу пришла и повторная экспертиза. Принадлежность спермы, обнаруженной на месте происшествия, Сопову была впоследствии доказана с помощью генноидентификационной экспертизы. Пытаясь понять, почему при обычной биологической экспертизе результат был отрицательным, эксперты произвели посев бактериальной флоры, содержащейся в сперме, изъятой у Сопова в качестве образца. Вскоре было установлено, что эта флора в силу каких-то болезненных расстройств обладает антигеноподобными свойствами, искажающими антигенную картину групповой принадлежности спермы Сопова[43].

 

Для производства отдельных видов экспертиз следователю необходимо предоставить эксперту образцы для сравнительного исследования — «объекты, отображающие свойства или особенности человека, животного, трупа, предмета, материала или вещества, а также другие образцы, необходимые эксперту для проведения исследований и дачи заключения» (ст. 9 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации). В досудебном производстве по уголовному делу они получаются следователем в порядке, предусмотренном статьей 202 УПК РФ.

Обратим внимание, что, во-первых, данная статья не требует привлечения к получению образцов понятых (тем не менее практика показывает, что следователи часто «на всякий случай» получают образцы для сравнительного исследования в присутствии понятых). Во-вторых, в необходимых случаях получение образцов производится с участием специалистов (ч. 3 ст. 195 УПК РФ); более того, если «получение образцов для сравнительного исследования является частью судебной экспертизы, то оно производится экспертом» (ч. 4 ст. 195 УПК РФ), а потому, по нашему убеждению, именно специалист (эксперт), а не следователь должен получать от лица образцы отдельных видов, в частности биологические образцы (крови, слюны, иных биологических выделений человека).

Возможность получения образцов для сравнительного исследования у свидетеля или потерпевшего ограничена случаями, когда возникает необходимость проверить, оставлены ли ими следы в определенном месте или на вещественных доказательствах (ч. 1 ст. 202 УПК РФ).

Цель данного предписания — очевидна: предупредить имеющие, увы, место факты необоснованного получения образцов у лиц, непричастных к совершению расследуемого преступления. Но, тем не менее, следственная практика показывает, что необходимость получения у свидетеля или потерпевшего образцов для сравнительного исследования не всегда может быть связана только с указанными законодателем условиями.

 

Ковальский поступил в больницу с огнестрельным ранением в области бедра. По его объяснению выстрел в него беспричинно был произведен неизвестным ему человеком, когда он, Ковальский, ночью возвращался к себе домой.

По определенным медицинским показателям во время проведенной хирургической операции пуля из тела Ковальского извлечена не была; врачи считали целесообразным ее извлечь через несколько месяцев (хотя само по себе немедленное извлечение пули из тела Ковальского, также как, впрочем и оставление ее в теле, какой-либо опасности для его здоровья, по мнению медиков, не представляло).

Спустя неделю после ранения Ковальского, из огнестрельного оружия неизвестным лицом было совершено убийство Рожкова, из тела которого судебно-медицинский эксперт извлек малокалиберную пулю.

Для проверки версии, что и ранение Ковальского, и убийство Рожкова совершены одним и тем же лицом, использовавшим одно и то же оружие, необходимо было назначить судебную баллистическую экспертизу, в распоряжение которой (что очевидно) следовало предоставить как пулю, извлеченную из трупа Рожкова, так и находящуюся в это время в теле Ковальского.

На предложение следователя об неотложном извлечении пули из его тела для использования ее в качестве объекта сравнительного исследования, Ковальский отказался (заявив дословно «бедро мое, и пуля моя, она мне не мешает, пускай сидит»).

И лишь после того, как следователь намекнул, что в таком случае он задержит его в качестве подозреваемого после чего у него будут все основания для извлечения пули как объекта сравнительного исследования (признаемся, это предупреждение со стороны следователя вряд ли было законным, ибо данных о причастности Ковальского к совершению какого-либо преступления к этому времени не имелось), потерпевший позволил медикам извлечь из его тела пулю.

Баллистическая экспертиза установила, что обе пули были выпущены из одного малокалиберного пистолета. Дальнейшим расследованием было доказано что Ковальский получил ранение в ходе «разборки» между участниками ОПГ, один из которых впоследствии застрелил Рожкова (и Ковальский, и Рожков также входили в данное преступное формирование).

 

В ряде случаев получению образцов для сравнительного исследования должна предшествовать консультация следователя с экспертом, которому предполагается поручение производства соответствующей экспертизы на предмет, какие именно образцы потребуются ему для сравнительного исследования, необходимое их количество и содержание.

Практика показывает, что такие консультации необходимы, как правило, при назначении следователем судебных почерковедческих и фоноскопических экспертиз, для производства которых образцы для сравнительного исследования должны включать в себя отдельные элементы (почерка, голоса), соответствующие имеющимся в исследуемом рукописном или звуковом документе.

 

Органами предварительного следствия Инев обвинялся в вымогательстве взятки. По этому же признаку его действия были квалифицированы и судом, постановившим обвинительный приговор.

В подтверждение вины Инева органы предварительного следствия и, в последствии, суд сослались на заключения фоноскопических экспертиз.

Судебная коллегия по уголовным делам приговор суда отменила, а дело направила на новое расследование, указав следующее.

Как видно из заключения фоноскопической экспертизы от 21 ноября 1996 г., представленная экспертам органами предварительного следствия спорная фонограмма пригодна для идентификации, речевые же сигналы, переданные в качестве образцов голоса и речи Инева, по своему качеству не пригодны для идентификации. Между тем органы предварительного следствия не приняли мер для получения качественных образцов голоса и речи Инева. Кроме того, как видно из описательной части указанного заключения, эксперты располагали образцами голоса и речи К. Однако речевые сигналы этого лица признаны непригодными для исследования. Поэтому при новом расследовании требуется тщательно проверить, какие исходные данные были представлены экспертам, в случае необходимости - направить им доброкачественные образцы голоса и речи Инева[44].

 

Чаще всего следователь имеет возможность поручить производство экспертизы государственному экспертному учреждению. В настоящее время в нашей стране сложилась следующая система государственной экспертизы.

● Экспертные учреждения при Министерстве юстиции Российской Федерации. Научно-методическое руководство ими осуществляет Российский федеральный центр судебной экспертизы (РФЦСЭ); в нем же производятся самые сложные, чаще всего повторные экспертизы. На региональном уровне (в столицах республик, наиболее крупных областных и краевых центрах) такие функции выполняют региональные центры судебной экспертизы.

Во всех областных городах созданы лаборатории судебных экспертиз, которые производят большую часть как первичных, так и повторных традиционных и нетрадиционных экспертиз практически всех видов и классов, и не только криминалистических, но и экономических, товароведческих и т.д.

● Экспертные учреждения при МВД России состоят из следующих структурных подразделений: Экспертно-криминалистический центр, выполняющий по сути те же функции, что РФЦСЭ в экспертных учреждениях Минюста России; экспертно-криминалистические управления (отделы) при областных (краевых) управлениях МВД России; экспертно-криминалистические отделы при районных отделах внутренних дел, проводящие традиционные и достаточно методически несложные виды экспертных исследований (дактилоскопические, холодного оружия и т.п.).

● Судебно-экспертные учреждения Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию (Росздрав), по сути, состоят из аналогичных звеньев на региональном уровне. Возглавляются они, соответственно, Республиканским центром судебно-медицинской экспертизы Росздрава и Государственным научным центром социальной и судебной психиатрии им. В.И. Сербского. На местах (в областных, краевых центрах) имеются бюро судебно-медицинской экспертизы и постоянно действующие экспертные комиссии, производящие психиатрические экспертизы.

● Экспертные учреждения имеют и некоторые иные правоохранительные органы и ведомства: ФСБ России, Минобороны России, Федеральный таможенный комитет и т.д.

Однако далеко не всегда государственные экспертные учреждения располагают специалистами в тех областях науки, техники, ремесла, искусств, использование знаний в которых необходимо следователю при расследовании конкретных уголовных дел. В таких случаях в соответствии со статьей 195 УПК РФ он имеет право поручить производство экспертизы физическому лицу (лицам), такими знаниями обладающему.

Так, в последнее время в таких ситуациях зачастую оказываются следователи при необходимости экспертного исследования компьютерных объектов (электронных документов, программ), а также при назначении психологических экспертиз, ибо многие экспертные учреждения, во всяком случае, регионального уровня, соответствующих штатных специалистов не имеют.

Сталкивается следственная практика и с необходимостью назначения таких экспертиз, которые в принципе, «штатно» не производятся в каких – либо государственных экспертных учреждениях.

Так, по известному делу по обвинению жителя г. Сыктывкара (Республика Коми) С. С. Терентьева в возбуждении ненависти к милиции как социальной группе, у следователя возникла необходимость назначить комплексную (об ее сущности будет говориться чуть ниже – авт.) социогуманитарную судебную экспертизу содержания высказываний, размещенных этим лицом в сети Интернет.

Очевидно, что ни в одном ныне существующем государственном экспертном учреждении такие экспертизы не производятся. А потому производства экспертизы следователем было поручено сотрудникам государственного университета: доктору исторических наук, доктору философских наук, доктору филологических наук[45].

Одной из возникающих проблем при поручении производства необходимой экспертизы не сотруднику государственного экспертного учреждения, является необходимость удостоверения в компетентности привлекаемого в этом качестве специалиста.

Для ее разрешения следователь (суд) в постановлении о назначении экспертизы должен не только указать личные данные лица, которому поручается ее производство (фамилию, имя и отчество). В нем, как минимум, следует отразить наличие у него соответствующего образования (в том числе и ученый степени и научного звания, если таковые имеются), стажа работы по специальности.

Отменяя приговор по конкретному уголовному делу, судебная коллегия Верховного суда указала:

«Материалы дела свидетельствуют о том, что суд не проверил компетентность судебно – медицинского эксперта, который согласно ст. 57 УПК РФ должен обладать специальными знаниями в области судебной медицины.

В судебном заседании судебно – медицинский эксперт, допрошенный по данному им заключению о характере телесных повреждений и причине смерти потерпевшего, пояснил, что он работает санитаром – лаборантом в Лефортовском морге»[46]. …

Для разрешения экспертных задач следователи, чаще всего, сталкиваются с необходимостью назначения:

судебно-медицинских экспертиз (трупа, живого человека, вещественных доказательств, иных объектов биологического происхождения);

судебно-психиатрических и психологических экспертизы, направленные на исследования соответствующего психического или психологического состояния интересующих следствие лиц, а также оценки с позиций этих специальных познаний отдельных обстоятельств расследуемого преступления;

криминалистических экспертиз. К ним относятся: трассологические, дактилоскопические экспертизы, экспертиза письма и документов (среди которых, в свою очередь, выделяют почерковедческие, автороведческие, технико-криминалистические экспертизы документов), судебно-баллистические и взрывотехнические, фототехнические, исследования холодного оружия, фоноскопические, экспертизы веществ и материалов и все другие, при производстве которых, повторим, используются криминалистические специальные познания; инженерно-технические экспертизы, к которым, в первую очередь, следует отнести автотехническую, строительно-техническую, инженерно-технологическую экспертизы и ряд других. В последнее время особую актуальность и распространенность приобрели компьютерно - технические экспертизы.

При расследовании многих, так называемых, хозяйственных и экономических преступлений у следователя возникает необходимость обращаться к специальным познаниям в области экономики, что обусловливает необходимость назначения и производства судебно-экономических, товароведческих, финансово-экономических и тому подобных экспертиз.

Мы также присоединяемся к мнению тех ученых-криминалистов (Е.Р. Россинская, А.А. Эксрахопуло и др.), которые считают возможным назначать юридические или юридико-правовые экспертизы. Они, думается, необходимы в тех случаях, когда юридические знания в отдельных областях права выступают как специальные для уголовного судопроизводства (знания в области таможенного, налогового и т.п. весьма динамичных и недостаточно кодифицированных отраслях права).

В соответствии со статьей 207 УПК РФ: «При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому жеили другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторнаяэкспертиза, поручаемая другому эксперту».

 

Рыков скончался в 19 часов 20 мин. в результате причиненных ему телесных повреждений, нанесенных ему по первоначальному заключению судебно-медицинского эксперта в пределах четырех часов с момента их причинении, т.е. около 16 часов этого же дня. За совершение этого преступления к уголовной ответственности был привлечен Овсянников.

Когда же алиби обвиняемого с 14 часов до 24 часов этого же дня было объективно установлено, следователь назначил дополнительную экспертизу для уточнения времени причинения потерпевшему телесных повреждений. Она была осуществлена тем же экспертом, который с учетом нахождения Рыкова к моменту наступления смерти в состоянии тяжкой степени алкогольного опьянения, изменил свое первоначальное заключение и не исключил, что телесные повреждения потерпевшему могли быть причинены и до 14 часов этого же дня.

Очевидно, что в данном случае следователю было необходимо назначить не дополнительную, а повторную судебную медицинскую экспертизу, так как на разрешение назначенных им экспертиз ставился один и тот же вопрос о давности причинения потерпевшему телесных повреждений.

Проведенная судом по ходатайству защитника повторная, носящая комиссионный характер, судебная медицинская экспертиза подтвердила выводы, к которым эксперт пришел в своем первоначальном заключении. В отношении Овсянникова был постановлен оправдательный приговор.

Решение о комиссионном характере производства судебной экспертизы (не менее чем двумя экспертами одной специальности) принимается следователем или руководителем экспертного учреждения (ст. 200 УПК РФ). Основанием для этого, думается, является либо повышенная сложностью и трудоемкость производства назначаемой следователем (назначенной им) экспертизы, либо особая доказательственная значимость ее результатов для исследования обстоятельств расследуемого дела (как в выше приведенном примере).

Суть комплексной судебной экспертизы состоит в том, что один и тот же объект (объекты) в целях наиболее полного ответа на интересующие следователя вопросы исследуются экспертами, обладающими познаниями в различных областях науки и техники.

Примером того могут служить медико-криминалистические или автотехнико - криминалистические исследования на предмет установления механизма события, использующие при этом как специальные медицинские/автотехнические, так и трассологические познания.

 

Автомобилем ВАЗ 2105 в темное время суток (7 часов утра в декабре) был сбит пешеход. В это время шел проливной дождь, который значительно снижал возможность водителя видеть опасность на пути движения, несмотря на уличное освещение. К моменту прибытия следователя на место происшествия следов торможения выявить не удалось, они были уничтожены ливневым дождем. Таким образом, определить скорость автомобиля по объективным следам было, на первый взгляд, невозможно.

Консультируя следователя, специалист высказал предположение, что случившееся с пешеходом (забрасывание на капот) реально при допустимой в данной ситуации скорости движения автомобиля. Однако для проверки обоснованности такой версии, по словам специалиста, были необходимы сложные расчеты и другие дополнительные исследования, что входит в компетенцию не специалиста, а эксперта.

Назначенная следователем комплексная медико - автотехническая экспертиза подтвердила суждение специалиста, а также дала ответы на ряд других важных вопросов[47].

 

Инициатива назначения и производства соответствующей экспертизы может исходить не только от следователя, но и от подозреваемого, обвиняемого или его защитника, которые вправе ходатайствовать о проведении экспертизы перед следователем. Гражданский истец, гражданский ответчик или его представитель могут заявлять ходатайство о назначении экспертизы для решения вопросов, относящихся к предъявленному гражданскому иску (к примеру, для экспертного определения размера причиненного преступлением имущественного ущерба).

Приняв решение о необходимости или целесообразности назначения судебной экспертизы, следователь в первую очередь определяет ее класс и вид, обусловливаемые кругом специальных познаний, использование которых необходимо для разрешения возникших перед следователем вопросов.

Структура постановления следователя о назначении судебной экспертизы достаточно строго очерчена в статье 195 УПК РФ. Состоит такое постановление содержательно из двух частей: устанавливающей (описательной) и резолютивной (назначающей).

Описательная часть постановления о назначении экспертизы должна содержать лишь сведения необходимые эксперту для разрешения формулируемой в резолютивной части вопросов: в ходе каких следственных действий, где, когда и при каких условиях были изъяты направляемые на исследование объекты, каких образом они упаковывались и опечатывались, в каких условиях хранились до направления на экспертизу, у кого, какие и при каких условиях были получены образцы для сравнительного исследования.

К примеру, описательная часть постановления о назначении судебной баллистической экспертизы идентификационного характера должна быть ограничена лишь указаниями на то, где (или у кого) были изъяты идентифицирующий и идентифицируемый объекты (скажем, на месте происшествия обнаружены гильзы, в доме подозреваемого Н. изъят пистолет).

Цель этой рекомендации — исключить возможные психологические «накладки», которые могут повлечь как осознанное, так зачастую и не полностью осознанное желание «помочь» следствию в «изобличении уже известного злодея». По этой же причине категорически недопустимо описание следователем обстоятельств и обстоятельств, носящих по сути своей «наводящий» характер.

 

Так, назначая идентификационную трасологическую экспертизу в отношении ножа, изъятого у Н., по следу, который был обнаружен на ребре, извлеченном из трупа потерпевшего, следователь в описательной части постановления указал: «Н. полностью изобличен в совершении данного убийства материалами дела. Однако, желая уйти от ответственности, он отрицает данный факт. А потому, учитывая, что для установления того, что именно этим ножом нанесен смертельный удар потерпевшему… назначить трасологическую экспертизу».

Во многом предопределенный таким «беспристрастным» изложением обстоятельств дела, положительный ответ эксперта на поставленный следователем вопрос в дальнейшем повторной экспертизой был признан несостоятельным и методически необоснованным.

В то же время совершенно очевидно, что при назначении экспертиз различных классов и видов объем описательной части постановления должен быть различным. Так, при назначении ситуационной автотехнической экспертизы описательная часть постановления должна содержать исчерпывающие сведения об исходных данных: обстоятельства ДТП как такового, сведения о тормозном пути автомашины, состояние покрытия дороги, метеоусловия, наличие или отсутствие запрещающих знаков и т.п.

Вопросы, сформулированные перед экспертом (они излагаются в резолютивной части постановления) должны отвечать нескольким требованиям:

во-первых, они не могут выходить за пределы специальных познаний соответствующего класса и вида назначаемой экспертизы. Нельзя, скажем, ставить на разрешение технико-криминалистической экспертизы документов вопросы, относящиеся к идентификационной или диагностической экспертизе почерка; перед судебно-медицинским экспертом — вопросы идентификационного трасологического характера и т.п.;

во-вторых, при постановке вопросов следователю надо учитывать существование методически обоснованных экспертных возможностей их разрешения в настоящее время. Это обусловливает целесообразность для следователя получать консультации у соответствующих специалистов (в том числе и у тех, которым будет поручаться производство экспертизы) о наличии таковых возможностях, а иногда с учетом этого и согласовывать с ними конкретные формулировки отдельных вопросов. В то же время, в ряде случаев целесообразна постановка перед экспертами вопросов, на которые заведомо для следователя последние откажутся дать однозначный ответ именно в связи с отсутствием в настоящее время для того экспертных методик. Наличие такого заключения в уголовном деле («о невозможности дать заключение») исключит какие – либо возможные сомнения, почему соответствующие объекты таким, казалось бы, необходимым исследованиям не подвергались;

в-третьих, излагаться они должны в форме, которая позволит дать на них экспертам однозначный ответ. Только такая их формулировка позволит получить на них такие конкретные и недвусмысленные ответы. При этом данная рекомендация касается всех видов экспертиз, как идентификационного, так диагностического и ситуационного характера.

Несколько примеров таких надлежащих формулировок.

«Произошла ли кровь, обнаруженная на одежде обвиняемого Н., от потерпевшего П.»?;

«Кем, Н. или другим лицом оставлены отпечатки пальцев, обнаруженные на месте происшествии?;

«Возможно ли производство выстрела из представленного экземпляра оружия без нажатия на спусковую скобу?»;

«Имел ли водитель такого-то транспортного средства при таких-то условиях техническую возможность предотвратить наезд на потерпевшего?».

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 16 марта 1971 г. № 1 «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъяснил судам, что постановка уголовно-правовых вопросов эксперту (имело ли место убийство или самоубийство, хищение или недостача, является ли повреждение лица обезображивающим и т.д.) не допускается.

Недопустима также постановка перед экспертом вопросов, не требующих для своего разрешения специальных познаний.

Нельзя, например, ставить на разрешение эксперта вопрос типа: «является ли изъятый у обвиняемого пистолет марки «ТТ» огнестрельным оружием?»; в тоже время вполне правомерна постановка вопроса о пригодности того же пистолета «ТТ» к производству выстрелов.

Постановление о назначении судебной экспертизы завершается подробным описанием всех представляемых эксперту для исследования материалов с обязательным указанием способа их упаковки и сохранности, направляются ли они совместно с постановлением почтовым отправлением, либо доставляются следователем или нарочным.

Совместно с другими материалами эксперту предоставляются сведения о результатах предварительно проведенной проверки направляемых на экспертизу объектов по существующим криминалистическим учетам или предварительного исследования объектов, проведенного на стадии возбуждения уголовного дела (если таковые, разумеется, имели место).

Если назначаемое экспертное исследование требует применения так называемых разрушающих методов, т.е. существует объективная необходимость некоторого повреждения вещественных доказательств и документов, представленных на экспертизу, следователь в том же постановлении или в отдельном письме дает эксперту разрешение на повреждение указанных объектов. Под повреждением объекта исследования понимается изменение свойств и состояний объекта в результате применения физических, химических, биологических методов исследования. Необходимость в повреждении представленных на экспертизу объектов обосновывается экспертом в его заключении.

Если предоставленных следователем материалов недостаточно для проведения всестороннего и полного исследования поставленных на разрешение экспертизы вопросов, эксперт вправе ходатайствовать о предоставлении в его распоряжение дополнительных материалов, в том числе уголовного дела в полном объеме.

Когда же для получения дополнительных материалов требуется производство определенных следственных действий (к примеру, дополнительного осмотра места происшествия или его отдельных участков, допроса потерпевшего и свидетелей, следственного эксперимента, проверки показаний на месте), эксперт с разрешения следователя участвует в данных процессуальных действиях и задает вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы. Он вправе также ходатайствовать о занесении в протокол следственного действия существенных для дачи заключения обстоятельств.

 

На разрешение судебно-медицинской экспертизы был поставлен вопрос о механизме происхождения брызг крови на одежде Петрова, обвиняемого в убийстве, совершенного путем неоднократных ударов молотком в область головы потерпевшего. По ходатайству эксперта следователь произвел повторный осмотр места происшествия с участием эксперта и обвиняемого, в ходе которого эксперт задал последнему ряд уточняющих вопросов о взаиморасположении и перемещениях его и потерпевшего в момент эксцесса, о направлении, в котором наносились удары и т.п.

Этот протокол с зафиксированными в нем ответами обвиняемого эксперт затем использовал для обоснования своего заключения по интересовавшему следователя вопросу.

 

Согласно части 3 ст. 195 УПК РФ «следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, его защитника и разъясняет им права, предусмотренные статьей 198 настоящего Кодекса. Об этом составляется протокол…».

Уголовно-процессуальный кодекс не содержит указаний на то, когда следователь должен ознакомить указанных в цитируемой статье лиц с постановлением о назначении судебной экспертизы. Однако с тактической точки зрения несомненно, что это должно следовать до направления постановления для исполнения в экспертное учреждение.

Во-первых, это позволит следователю своевременно изменить или



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.