Сделай Сам Свою Работу на 5

Юлия Массино — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН.

Пренатальная диагностика в качестве евгенической медико-социальной программы в российском здравоохранении

Источник: Демография.ру

Дата публикации: 01.02.2010

Юлия Массино — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН.

 

1. Пренатальная диагностика и евгенические аборты в качестве «приоритетного» подхода к профилактике инвалидности с детства в России. «Профилактика» болезни путем уничтожения «пациента»

2. Тоталитарный характер программ массовой пренатальной диагностики и евгенических абортов. Евгенические программы и Конституция РФ

3. Технология пренатальной диагностики

4. Пренатальная диагностика как фактор риска гибели нерожденных детей, женского бесплодия и депрессий

5. Пренатальная диагностика как причина психогенных ятрогений

6. «Теоретики» и инициаторы евгенических абортов. Проект «федеральной целевой медико-социальной программы профилактики врожденных и наследственных заболеваний». Дискриминация инвалидов

7. «Эффективность» технологии узаконенного убийства

8. Пренатальная диагностика и нарушение прав человека в России. Право на отказ

9. Спекуляции на тему «генетического груза» как еще одно проявление дискриминации инвалидов

10. Что нас ждет на «горизонтах» пренатальной диагностики?

11. О «старой» и «новой» евгенике

12. «Научно-обоснованный» оккультизм

13. Пренатальная диагностика или помощь инвалидам?

14. Угроза безопасности государства

15. Очевидная альтернатива

16. Литература

 

«Горе миру от соблазнов,

ибо надобно придти облазнам;

но горе тому человеку, через

которого соблазн приходит»

(Еванг. от Матфея, гл.18, 7)

1. Пренатальная диагностика и евгенические аборты в качестве «приоритетного» подхода к профилактике инвалидности с детства в России. «Профилактика» болезни путем уничтожения «пациента»

На протяжении нескольких лет, незаметно для общественности в систему российского здравоохранения внедряется медико-социальная программа, заставляющая вспоминать о евгенических мероприятиях, проводившихся в древней Спарте, а также в ХХ веке — в фашистской Германии. Конец обоих государств был, как известно, бесславным.

Речь идет о массовых мероприятиях по «профилактике врожденных и наследственных заболеваний у детей» с помощью специальной технологии — пренатальной (дородовой) диагностики (ПД). Основная цель указанной программы — массовое дородовое выявление детей с тяжелыми (неизлечимыми) наследственными и врожденными заболеваниями и их уничтожение (с согласия родителей) путем операции искусственного аборта [1, 2, 18, 26, 27, 33, 36].

В связи с массовым внедрением в России (по указам Минздрава) пренатальной диагностики (ПД) вспоминается имя знаменитого английского писателя Олдоса Хаксли, создавшего ряд художественно-философских романов-антиутопий, содержащих предупреждения о возможных катастрофических путях развития человеческой цивилизации. В романе «О дивный новый мир» изображено тоталитарное «Мировое государство», в котором «Форд» (олицетворение богатства и материального могущества) возведен в ранг божества, при этом духовная и физическая свобода граждан полностью попрана. В этой книге, написанной в 1932 г., писатель предсказывает изобретение «новых репродуктивных технологий», которые в «дивном новом мире» используются для «производства» людей-клонов с заранее заданными свойствами. Естественное материнство и родительская любовь находятся под строгим запретом. Причем, для реализации политики «запрета рождаемости» используются аборты, гормональные контрацептивы и стерилизация. В другом романе-антиутопии — «Обезьяна и сущность» (1948 г.), созданном вскоре после Второй мировой войны с ее лагерями массового уничтожения, О. Хаксли описывает деградировавшее физически и духовно «мировое сообщество», в котором насажден культ Велиала (сатаны) с ежегодным жертвоприношением — «обрядом очищения расы» (заключающимся в уничтожении новорожденных младенцев с недостатками развития). Интересно, что в качестве эпиграфа к одному из романов английский писатель использовал цитату из сочинения русского философа Николая Бердяева, содержащую предупреждение о том, что утопии, к сожалению, имеют свойство иногда сбываться.

Однако оставим вымышленные «мировые государства» и вернемся к мероприятиям по «очищению расы», которые происходят в реальной жизни. Программа массовых евгенических мероприятий (ПД) в России внедряется административным путем, фактически без предварительного обсуждения с обществом. Причем, в настоящее время наблюдается явное расширение объема этих мероприятий. Многочисленные «медико-просветительские» журналы, обеспечивающие «идеологическую поддержку» этой кампании, внушают беременным женщинам, что целью ПД является сохранение здоровья «мам и малышей» [5, 37].

На самом же деле, эти мероприятия (носящие характер политики) проводятся согласно специальным приказам Минздрава РФ, в которых однозначно указывается, что основой ПД «является искусственный внутриутробный отбор (элиминация) генетически дефектных плодов». При этом подчеркивается обязательность скрининговых мероприятий ПД (см., например, Приложение 1 к приказу № 457 Минздрава РФ от 28.12 2000 «О совершенствовании пренатальной диагностики и профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей»).

Из специального методического руководства по проведению ПД в России, изданном (в 2007 г.) в Нижнем Новгороде под тремя грифами (Минздравсоцразвития РФ, Нижегородской государственной медицинской академии и Нижегородского областного клинического диагностического центра) можно также узнать, что «наиболее действенным методом профилактики врожденных и наследственных заболеваний является медико-генетическое консультирование и, когда это возможно, дородовая, или пренатальная, диагностика заболевания с последующей элиминацией пораженного плода» ([1], стр.5). Причем предполагается осуществить максимально полный охват ПД всех беременных женщин [1].

Аналогичные утверждения содержатся и в других руководствах по ПД, например, в методическом пособии, подготовленном (в 2002 г.) в лаборатории пренатальной диагностики наследственных и врожденных заболеваний (заведующий член-корр. РАМН, проф.В.С.Баранов) НИИ акушерства и гинекологии им. Д.О.Отта РАМН (Санкт-Петербург):

«…обращает на себя внимание, что около 40% ранней смертности и инвалидности с детства обусловлены наследственными факторами. Больные с этими нарушениями занимают около 30% коек в детских стационарах. На их лечение государство вынуждено расходовать огромные средства. Таким образом, очевидно, что профилактика наследственной и врожденной патологии в России имеет не только медицинское, но и большое социальное значение. Решающая роль в комплексе мероприятий по профилактике и предупреждению наследственных и врожденных болезней принадлежит пренатальной диагностике (ПД), позволяющей предотвратить рождение детей с тяжелыми некорригируемыми пороками развития, с социально-значимыми смертельными генными и хромосомными болезнями и тем самым уменьшить генетический груз популяции. Поэтому вполне естественно то внимание, которое уделяется развитию службы ПД в России со стороны Министерства Здравоохранения РФ и региональных комитетов по охране здоровья матери и ребенка ([26], стр.5).

Цитированное пособие рекомендовано Ассоциацией акушеров-гинекологов Санкт-Петербурга и Ленинградской области и »предназначено для врачей акушеров-гинекологов родовспомогательных учреждений, сотрудников медико-генетических центров, студентов медицинских вузов, врачей курсов повышения квалификации по медицинской генетике, организаторов здравоохранения) [26].

Из приведенных примеров видно, что лица, вовлеченные в организацию и осуществление массовых мероприятий ПД, стремятся придать этой деятельности характер приоритетного подхода к профилактике инвалидности с детства в России.

В другом «программном» руководстве по проведению ПД в России, также подготовленном (в 2006 г.) «командой» медицинских генетиков, возглавляемых проф. В. С. Барановым (так этот коллектив именуется в предисловии к данному руководству [27]), подчеркивается евгеническая направленность этой деятельности:

«Таким образом, ПД и элиминация плодов, проведенные по желанию родителей, способствуют снижению генетического груза популяции в целом. Все это дает основание рассматривать ПД как реальный путь развития современной позитивной евгеники. ([27], стр. 353).

Отмечается также обязательный характер мероприятий ПД:

»В настоящее время в Санкт-Петербурге уже внедрена программа обязательного ультразвукового скрининга всех женщин при сроках беременности 10-14, 18-22 и 32-34 недели« ([26], стр. 17).

Следует подчеркнуть, что в руководствах по ПД евгенические мероприятия пытаются оправдать „экономической выгодой“ для государства, освобождающегося от необходимости оказывать помощь инвалидам с детства (в связи с их массовым истреблением в пренатальном периоде) [1, 26]. Особенно большой „экономический“ эффект ожидается от истребления нерожденных детей с синдромом Дауна — самым распространенным хромосомным заболеванием [27]. Инвалиды с детства рассматриваются в качестве главной компоненты „генетического“ и „медико-социального груза“ (подробнее см. в разделе 9). Сочинения евгеников, пропагандирующих массовые мероприятия ПД в России (и финансово заинтересованных в этих мероприятиях в силу своей профессиональной вовлеченности в данный род деятельности) пестрят подсчетами „стоимости жизни“ инвалидов с детства, от которых необходимо избавить общество, убив их еще в утробе матери [27].

Чтобы избежать голословных утверждений, приведем еще одну типичную цитату из методического руководства по ПД, составленного проф. В. С. Барановым с соавторами:

„Считается, что ПД относится к числу высокорентабельных направлений профилактической медицины, где отдача на каждый затраченный рубль составляет не менее 9-10 рублей. Достаточно заметить, что содержание только одного ребенка с болезнью Дауна стоит государству не менее 150000 рублей в год, и это при средней продолжительности жизни такого больного около 26 лет!“ ([26], стр. 49).

Подобные подсчеты в настоящее время тиражируются даже в популярных научно-информационных изданиях, известных своей „научно-гуманистической“ направленностью (см: журнал „В мире науки“, № 8, 2007, раздел „От редакции“; главн. редактор — Сергей Капица).

В книге „Синдром Дауна“ (под ред. проф. Ю. И. Барашнева) приведены рисунки детей с данной особеностью развития ([29], стр. 256). Вот рисунок „Травка“ (автор — мальчик 6 лет с синдромом Дауна). Рисунок пронизан радостью и светом: яркий зеленый ковер из травы, по которому разбросаны алые, синие и желтые цветы. Замечателен и второй рисунок — „Лошадь по имени Булка, летящая вверх ногами на облаке“ (автор — девочка 6 лет с синдромом Дауна). Веселое ярко-желтое солнышко, голубое облако и зеленая корова, летящая над землей, прицепившись ногами к облаку. Такому рисунку позавидовал бы и сам Марк Шагал! Чистый мир детства…

Однако, согласно взглядам некоторых российских академиков и членов-корреспондентов Российской академии медицинских наук (РАМН), эти дети - „опасный генетический груз“ (хотя в России, стране с населением 140 миллионов человек, ежегодно рождается всего 2400 детей с синдромом Дауна ! [18, 29]). Они не должны были появляться на свет — их следовало извлечь из материнской утробы и искромсать на части еще до окончания срока беременности. Евгенический аборт (узаконенное убийство нерожденного ребенка с недостатками развития) рассматривается в рамках такого мировоззрения (которое за годы советской власти, к сожалению, прочно укоренилось в медицинской среде) в качестве сугубо „медицинской проблемы“, как будто речь идет не об уничтожении развивающейся неповторимой человеческой личности, а об удалении какой-нибудь „опухоли“ или „очага воспаления“.

Известный коммунист и академик РАМН А. И. Воробьев в своем недавнем интервью корреспонденту журнала „Нескучный сад“ отказывает таким детям даже в праве называться „людьми“. „Я могу дать определение человека“, - объявляет академик. Согласно „новой“ антропологии акад. А. И. Воробьева, „человек — это 46 хромосом.“ Если у женщины „не разойдутся хромосомы“, то, как втолковывает нам академик, „она будет беременна не человеком, а дауном, у которого 47 хромосом вместо 46. Он родится уродом. Зачем урода рожать?“ „…Я могу предупредить рождение многих уродов и таким образом избавить от них общество, а их самих — от того, чтобы быть уродами“ - похваляется храбрый защитник отечества от „страшных даунов“ („Нескучный сад“, 2007, № 9, стр. 40). Подобные взгляды воплотились в действующих приказах Минздрава по проведению ПД.

Конечно, как справедливо замечает заслуженный академик в том же интервью „есть вещи, которые неприлично даже обсуждать“. Однако, хотелось бы все-таки задать уважаемым академикам и чл.-корр. РАМН (как либералам-западникам, так и коммунистам-антизападникам), увлекающимся „позитивной евгеникой“, следующие вопросы:

1) Готовы ли академики повторить вышеприведенные фашистские высказывания перед широкими кругами общественности где-нибудь в США или Европе, например, в немецком городе Нюрнберге или в Польше близ Освенцима?

2) Или же, это — „домашие заготовки“, предназначенные исключительно для „услаждения“ соотечественников?

3) Зачем академики (некоторые из которых, может быть, сами являются детьми ветеранов Великой Отечественной Войны) прилагают столько усилий. чтобы насадить в России (под видом „медицинских мероприятий“) самый настоящий фашизм?

Неужели никто из российских академиков так и не подаст голос в защиту детей-инвалидов? Зато такой голос раздался недавно из ООН. Эта организация приняла 30 марта 2007 г. в Нью-Йорке Конвенцию о правах инвалидов (Convention on the rights of persons with disabilities, UN) (войдет в силу после окончательной ратификации). Фашистские высказывания представителей российской медицинской элиты, так же как политика навязывания евгенических абортов, грубо нарушают основные положения этой конвенции, запрещающей дискриминацию инвалидов.

Вместе с тем, в специальной литературе по ПД нередко можно встретить рассуждения о том, что благодаря развитию современных методов исследования плода, его в настоящее время можно рассматривать в качестве „пациента“ [27]. Таким образом, ПД — это „революционное“ направление (можно даже сказать, движение) в здравоохранении, в котором „профилактика“ осуществляется путем уничтожения „пациента“. При этом организаторы массовых мероприятий ПД видимо негласно предполагают, что врачи должны склонить большинство женщин к убийству своего больного ребенка даже во II-ом триместре беременности (когда выявляются большинство недостатков развития) (в противном случае программа ПД была бы „нерентабельной“). Аборты после ПД разрешены на любом сроке беременности.

2. Тоталитарный характер программ массовой пренатальной диагностики и евгенических абортов. Евгенические программы и Конституция РФ

В современном учебнике для медицинских вузов „Основы перинатологии“ под ред. проф. Н. П. Шабалова и проф. Ю. В. Цвелева (2004) дается следуюшая характеристика сущности аборта с этической точки зрения:

„По сути дела аборт — узаконенное убийство, ибо эмбрион уже имеет генетический код, отличный как от материнского, так и отцовского и, соответственно, аборт представляет нарушение принципов биоэтики и, безусловно, религиозной этики“ ([21], стр. 620).

Массовые евгенические мероприятия ПД, проводимые согласно приказам Минздрава РФ, — это оправдание аборта на государственном уровне. Одному из видов аборта (евгеническому) придается статус „общественно-полезного действия“ по снижению „генетического груза“. Проводится пропаганда евгенического аборта в массовых „медико-просветительских“ журналах для будущих родителей (дело — неслыханное на Руси, несмотря на распространенность абортов среди населения). Такая медико-социальная политика опирается на соответствующие идеологию и мировоззрение, фактически низводящие народы России до уровня скота. Само собой разумеется, что при разведении животных допустимо применять методы „генетики и селекции“ (выбраковки).

К этому же ряду относятся и некоторые другие „высокотехнологичные“ направления „новой генетики“ и репродукции человека: вспомогательные репродуктивные технологии (ВРТ), фетальная терапия, попытки клонирования человека, а также „планирование семьи“ с помощью абортов и „современных контрацептивов“ (механизм действия которых включает антиимплантационный эффект, то есть препятствие имплантации уже зачатых челoвеческих существ [17]).

Отличительная черта всех перечисленных направлений - отвержение традиционной медицинской этики, опирающейся на христианское представление о священности любой человеческой жизни с момента зачатия. Хотя жизнь любого человека неизбежно включает эмбриональную стадию развития (самый первый этап — оплодотворенная яйцеклетка) идеология ПД и других подобных направлений современной репродуктивной медицины фактически не признает за человеческим эмбрионом и плодом человеческого достоинства. Все эти технологии допускают произвольное уничтожение развивающихся человеческих существ - эмбрионов и плодов, что приводит к обесцениванию человеческой жизни как таковой. Очевидно, что они несовместимы с христианским мировоззрением, что отражено в ряде документов Русской Православной Церкви [23, 24, 25].

В частности, в заявлении Церковно-медицинского Совета по биомедицинской этике дается однозначная оценка направленной на аборт ПД:

»К разновидности преднамеренного убийства относится и евгенический аборт, имеющий целью не допустить рождения больных детей. Достижение человеческого разума — дородовая диагностика — используется в этих случаях не как средство для мобилизации моральной и медицинской помощи особенно в ней нуждающихся детей, а как орудие весьма сомнительной политики « ([24], стр. 120).

По словам архимандрита Иоанна (Крестьянкина), «аборт — это убийство ангела».

Навязывание направленной на аборт ПД в качестве общегосударственной политики в области здравоохранения в России — стране православной традиции и культуры, населенной миллионами христиан — является грубым нарушением основных принципов демократии. Напомним, что согласно статье 1 (части 1) Конституции Российской Федерации, «Россия — есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления».

Согласно статье 3 (части 1) Конституции, «…единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ» (а не чиновники или какая-либо корпоративная группа лиц).

В частности, такая политика, насаждающая скотоводческий (вульгарно-материалистический) подход к репродукции человека, нарушает статью 13 (часть 2) Конституции РФ, гласящую, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной».

Евгеническая политика, направленная на массовое выявление нерожденных детей с недостатками развития с целью их уничтожения путем аборта, является также грубым вмешательством в семейную жизнь и нарушает статью 23 (часть 1) Конституции РФ, утверждающую, что «каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни».

Возможность осуществления такой политики в России показывает, что пока мы недалеко ушли от «тоталитарного наследия».

Как отмечается в руководстве «Генетика» (2006), подготовленном группой ученых из московского Медико-генетического научного центра РАМН (МГНЦ РАМН): «Соблюдение норм этики особенно важно в эру высоких гено-, био- и иных технологий, инвазивных по отношению к человеку, и не только к его соматическому статусу, но и к его интеллектуальной, эмоциональной, духовной сфере (что тоже бывает) и даже к его потомству» ([13], стр.369). Именно поэтому возникла особая дисциплина - биоэтика, находящаяся на стыке права, философских и естественных наук, и отстаивающая права человека перед лицом новых генетических и медицинских технологий. Согласно одному из принципов глобальной биоэтики, (то есть, признанной на международном уровне), при использовании современных генетических технологий для профилактики наследственной патологии «все виды процедур должны осуществляться с информированного согласия объекта, которое означает, что человек вступает в контакт с генетиком, врачом или иным исследователем добровольно….Приоритеты в этическом решении о проведении генетических процедур убывают в таком направлении: индивид, семья и кровные родственники, общество» (цитир. по [13], стр. 582). Здесь раскрывается один из ключевых постулатов биоэтики — «автономии личности», признающий право человека самому решать все вопросы, которые касаются его тела, психики, эмоционального статуса ([13], стр. 369).

Попытки навязать ПД в России в качестве массового обязательного мероприятия входят в резкое противоречие не только с Конституцией РФ (и нравственным чувством нормального человека), но и с указанным ключевым принципом глобальной биоэтики. Очевидно, такая политика противоречит и двум другим важнейшим постулатам глобальной биоэтики («не вреди»; «не только не вреди, но и сотвори благо» ([13], стр. 368-370).

Следует заметить, что на Западе (где уже давно существует ПД) эта технология, судя по литературе, в большинстве стран не навязывается женщинам государством, а только предлагается врачами, как одна из «возможностей». При этом врачи озабочены ограждением себя от возможных судебных исков со стороны некоторых женщин в случае рождения у них ребенка-инвалида (если врач не предложил им ПД), а не снижением «генетического груза популяции» [32]. И вместе с тем, даже при таких условиях, распространение этой технологии вызывает обоснованный протест части западного общества, включая обыкновенных граждан, видных общественных и религиозных деятелей, представителей медицины и объединений инвалидов [31, 32, 39, 40, 41, 42]. В частности, в западных странах есть немало людей, которые считают, что эта технология в принципе подрывает основы западной демократии [31, 32]. В этом легко убедиться, если набрать в поисковой системе в Интернете следующие ключевые слова на английском языке: «prenatal diagnostics and genocide» или «prenatal diagnostics and human rights». В качестве одного из примеров, отражающих позицию противников ПД, приведем цитату из книги известного английского неонатолога Джона Уайатта, посвященной биоэтическим проблемам современного здравоохранения:

«Все чаще раздаются голоса инвалидов, говорящих, что пренатальная диагностика — это форма социальной дискриминации. Здоровое большинство благодаря технологии вымещает свои социальные предрассудки на больном меньшинстве. Почему мы утверждаем, что жизнь человека с синдромом Дауна не заслуживает продолжения, и что он лишь невыносимое бремя на плечах родителей, общества и государства? Разве это не новая форма дискриминации? В прошлом мы дискриминировали по цвету кожи и национальности и назвали это расизмом. Сегодня мы повинны в создании новой формы дискриминации — дискриминации по хромосомам, «хромосомализме» [31].

В ноябре 2000 г. Европейское подразделение Международной ассоциации инвалидов (Disabled People International (DPI)) — правозащитной организации, охватывающей 130 стран по всему миру, обратилось к международной общественности со специальным воззванием по поводу использования новых генетических технологий для селективного аборта нерожденных младенцев с недостатками развития (врожденными и наследственными заболеваниями) [39]. Евгенический аборт, как считают инвалиды, оскорбляет их человеческое достоинство и ставит под сомнение самый смысл их существования. С аналогичными обращениями к мировой общественности неоднократно обращалась также Международная федерация людей с spina bifida (дефектом заращения невральной трубки) и гидроцефалией (International Federation for spina bifida and Hydrocephalus — IFsbh). В частности, в одном из заявлений говорится, что «жизнь подобных им людей не должна быть предметом аборта или эвтаназии». При поддержке Совета Европы в 2004-2005 гг. в европейских странах этой организацией были инициированы многочисленные дискуссии по поводу биоэтических проблем в связи с применением ПД [41].

Папа Иоанн Павел II в 1995 г. назвал направленную на аборт ПД «постыдной» и «крайне предосудительной» деятельностью [42]. Нерелигиозное объединение американских адвокатов, защищающее права инвалидов, разместило на своем сайте заявление, направленное против ПД. Американские адвокаты напоминают, что убийству фашистами миллионов людей во время Второй мировой войны предшествовало уничтожение врачами-гитлеровцами 100 000 психически больных [40]. Адвокаты считают, что ПД близка к евгеническим мероприятиям, проводимым в нацистской Германии [40], и т.д.

Как известно, проблемы биоэтики, возникающие при использовании новых генетических технологий, обсуждаются в настоящее время на самом высоком международном уровне (ВОЗ, ЮНЕСКО, Европейский Союз и др.) ([13], стр.368-370). Ряд ученых-генетиков в России, по-видимому, также осознает серьезность биоэтических проблем, связанных с применением ПД и других генетических технологий, и выступает за их широкое обсуждение в обществе. Так, группа уже упомянутых генетиков из МГНЦ РАМН, отмечает:

«Значительные различия в суждениях медиков, пациентов, представителей разных религиозных культур наблюдаются в вопросе о прерывании беременности на основании дородовой диагностики.…Правовая и этическая регламентация применения биотехнологии в медицине должна строиться с учетом и международного опыта. Причем для решения возникающих проблем требуются совместные усилия медиков, генетиков, юристов, философов, социальных работников и богословов. Особое значение имеет и повышение информированности всего общества и отдельных его групп в вопросах генетики и использования современных генетических технологий. Это особенно важно для того, чтобы избежать в обществе как излишних страхов перед достижениями генетики, так и завышенных ожиданий, и наладить сотрудничество заинтересованных кругов в ответственном использовании результатов исследований генома человека» ([13], стр. 584).

Однако эти трезвые голоса заглушаются активностью поборников массовых евгенических абортов в России, выступающих в роли самозванных защитников отечества от «генетического груза» [27]. С большевистским напором они пытаются навязать «хромосомализм» как нечто для всех обязательное и безусловно необходимое. При этом своими фашистскими высказываниями в адрес инвалидов с детства они компрометируют медицинскую генетику как науку [27]. В целом то, что происходит сейчас в нашей стране в связи с «хромосомализмом», заставляет вспоминать историю с другим «….измом» (марксизмом), который также сначала возник на Западе, а потом был навязан России в виде марксизма-ленинизма.

3. Технология пренатальной диагностики

Проведение массовых мероприятий ПД в России, носящих откровенно евгенический характер ([27], стр. 353), регламентируется приказом Минздрава РФ № 457 от 28.12 2000 «О совершенствовании пренатальной диагностики и профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей» (и рядом других аналогичных документов).

ПД включает следующие основные процедуры. Во-первых, все беременные женщины проходят трехкратное ультразвуковое (УЗ) обследование на сроках беременности 10-14, 20-24 и 30-34 недели. Основная задача УЗ-скрининга - «выявление врожденных пороков развития и эхографических маркеров хромосомных аномалий» [33, 36]. Кроме того, на сроке 15-20 недель у всех беременных определяют содержание в крови маркерных сывороточных белков (МСБ): альфа-фетопротеина и хорионического гонадотропина, а также свободного (неконъюгированного) эстриола («биохимический скрининг»). Во время беременности эти продукты синтезируются клетками плода и поступают в кровоток матери. Определенные отклонения в показателях сывороточных маркеров по сравнению со средне-популяционным уровнем для нормальной беременности свидетельствует в пользу того, что у обследуемой женщины повышена вероятность рождения ребенка с некоторыми генетическими заболеваниями и нарушениями развития. Наиболее распространенное хромосомное заболевание — это синдром Дауна (встречается с частотой ~ 1 на 700 новорожденных). Биохимический скрининг нацелен, в первую очередь, на выявление именно этой патологии (но также и некоторых других, более редких).

Массовые биохимические и УЗ-скрининги на уровне женских консультаций (1-ый уровень исследования) не являются диагностическими тестами, а служaт только для «формирования групп риска», подлежащих дополнительным исследованиям в учреждениях «второго уровня» [1, 18, 26, 27, 33, 36]. В эту группу автоматически попадают и все женщины старше 35 лет, так как вероятность родить ребенка с болезнью Дауна с годами возрастает (в возрасте 36-40 лет составляет 1:300 — 1:100), а также женщины, у которых ранее родился ребенок с хромосомной болезнью или множественными пороками развития [26].

Женщин из группы риска отправляют на 2-ой уровень исследования, который должен включать углубленное УЗ-исследование, а также медико-генетическое консультирование, где производится оценка риска рождения ребенка с хромосомным заболеванием по специальным алгоритмам. Если этот риск превышает определенное пограничное значение (cut-off) (общепринятым считается отношение ~ 1:270 [33]), то женщине настоятельно рекомендуют пройти процедуру инвазивной ПД, позволяющую получить клетки ребенка для анализа хромосом (или, в некоторых, случаях ДНК-диагностики для выявления моногенного заболеваия). Врачи имеют право подвергать женщину этому анализу только после получения от нее «информированного добровольного согласия» (ИДС). Этот анализ может, с высокой вероятностью, подтвердить или опровергнуть диагноз, но он сопряжен с существенным риском гибели нерожденного ребенка в результате инвазивного вмешательства. Обычно указывают, что риск «потери плода» (то есть, гибели младенца из-за выкидыша после операции инвазивной ПД) не превышает 0,5-2% (в ПД это называют «минимальным риском») [1, 18, 26, 27]. Однако реально величина риска «потери плода» (из-за осложнений инвазивной ПД) зависит от многих причин (используемого метода, квалификации и опыта врача, оснащенности клиники, состояния здоровья женщины и ребенка, и др. непредсказуемых факторов), и может достигать 20% ([21], стр. 147).

Если инвазивная ПД подтверждает опасения, то женщина получит от врачей «соответствующие рекомендации». При этом устроители всех этих дорогостоящих диагностических мероприятий предполагают, как само собой разумеющееся, что большинство женщин (с помощью врачей, конечно) примет в этой ситуации «нужное» решение — согласится сделать аборт, чтобы «элиминировать» больного нерожденного младенца. Если хромосомные аномалии не обнаружены, но УЗИ показывает наличие тяжелых (некорригируемых), а также несовместимых с жизнью (летальных) нарушений развития, то после врачебного консилиума женщина также получает рекомендации подвергнуться операции аборта [36]. В акушерской литературе это называют «выбором правильной тактики ведения беременности». Окончательное решение остается за родителями — без подписания женщиной документа, подтверждающего наличие ее информированного согласия на производство аборта, врачи не имеют права производить операцию. Например, в учебнике, составленном проф. В. Б. Цхаем «Перинатальное акушерство» (2007) (предназначен для студентов медицинских вузов) в главе, посвященной организации ПД, приведено следующее пояснение:

«На базе учреждения второго уровня постоянно действует перинатальный консилиум (комитет) в составе врача эксперта по ультразвуковой диагностике, врача-генетика, врача акушера-гинеколога, врача педиатра-неонатолога, детского хирурга по профилю соответствующей патологии. Основная задача перинатального консилиума определить дальнейшую тактику ведения беременности с учетом выявленной патологии, определить показания для прерывания беременности, проинформировать супружескую пару о характере патологии плода и возможных исходах, в случаях фатально неблагоприятных решить вопрос о сроках, методах и месте прерывания беременности. Следует отметить, что в любом случае окончательное решение о прерывании беременности принимается только на основании информированного согласия супружеской пары.» ([36], стр. 493-494).

В современных российских руководствах по перинатологии провозглашается, что ПД пороков развития и хромосомных болезней и «последующее искусственное прерывание беременности до 22 недель является одним из приоритетных резервов в снижении перинатальной заболеваемости и смертности» [36].

Инвазивные методы включают плацентобиопсию, амниоцентез и кордоцентез во II и III триместрах беременности, и хорионбиопсию в I триместре (однако рекомендуют проводить эту операцию не ранее 10 недель, так как на более ранних сроках возрастает риск развития аномалий конечностей у младенца) [21]. При этом согласно приказу МЗ РФ No 302 от 28.12.93, искусственный аборт при наличии тяжелых врожденных нарушений развития и наследственных заболеваний можно проводить на любом сроке беременности.

Антигуманная сущность этого действия скрывается за лукавой формулировкой «аборта по медицинским показаниям». На самом деле, в этой ситуации речь идет совсем не о том, что продолжение беременности и роды представляют повышенную опасность для жизни и здоровья конкретной женщины (что можно было бы еще именовать «медицинскими показаниями»). Наоборот, как раз искусственный аборт (тем более, произведенный на поздних сроках) представляет собой мощный удар по женскому здоровью [18, 21, 32].

4. Пренатальная диагностика как фактор риска гибели нерожденных детей, женского бесплодия и депрессий

Деятелей, инспирировавших массовые мероприятия ПД в России, по-видимому, нисколько не смущает то обстоятельство, что операции евгенического аборта (проводимые как на ранних, так и на поздних сроках беременности) представляют серьезную опасность для репродуктивного здоровья женщин. После аборта по приговорам «перинатальных комитетов» (формально их относят к разряду «абортов по медицинским показаниям») для многих женщин возможность обрести материнство будет навсегда утраченной, так как бесплодие — частое «осложнение» операции искусственного аборта [18, 21, 32]. (Правда, в настоящее время у репродуктологов на этот случай припасен «запасной вариант» — экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО). Но этот путь не гарантирует рождение ребенка, тем более — здорового). Искусственные аборты увеличивают также риск невынашивания и рождения больного ребенка при последующих беременностях [18, 21, 32]. Но если бы врачи не вмешивались в естественный ход событий, навязывая евгенические аборты, то многие из этих матерей после рождения больного ребенка могли бы еще родить здоровых детей.

Автору настоящего обзора лично известны такие семьи. Например, в одной знакомой семье первый ребенок родился с тяжелыми нарушениями развития и вскоре умер. Молодые родители погоревали и в последующие годы родили еще четверых здоровых детей! К счастью для них, в те годы (конец советского периода) еще не было обязательной ПД. В настоящее время - это счастливая многодетная семья!

А как бы развивались события, если бы это произошло сегодня? Больного ребенка выявили бы при «плановом ультразвуковом исследовании» (обязательная часть ПД), мать бы ввели в состояние тяжелого психологического стресса, возможно, убедили бы сделать аборт на 18-24 неделе беременности. Не исключено, что после такого мощного удара по репродуктивному здоровью у этой женщины больше не было бы детей.

В другой семье третий ребенок родился с синдромом Дауна. Этот ласковый малыш, который прожил всего 4 года, был любимцем всей семьи. Мама мальчика говорила, что этот ребенок пробудил у супруга «настоящие отцовские чувства», в том числе п<



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.