Сделай Сам Свою Работу на 5

Систематизация документов в документальной публикации

Выше уже говорилось о том, что документальная публикация может быть представлена как одним документом, так и неким их множеством. В последнем случае немедленно проявляет свое действие закономерность стабилизации места документа, т. е. его размещения в документальной публикации. Каждый документ документальной публикации подчиняется в ней определенному порядку. В методическом плане это означает требование упорядоченности документа среди других документов документальной публикации, их систематизации в ее пределах. Такая систематизация обеспечивает переход документа из первичной структуры упорядоченных документов, естественно или стихийно сложившейся в процессе его оперативного бытования, во вторичную структуру бытования документов уже в документальной публикации. Систематизация документов в документальной публикации возможна по одному или нескольким принципам.

В соответствии с номинативно-хронологическим принципом систематизации документов в документальной публикации группировка документов осуществляется по видам (разновидностям), а внутри групп каждого вида (разновидности) — по хронологии. Это достаточно редкий принцип, встречающийся в документальных публикациях. Он был использован в первой книге второго тома серии «Атомный проект СССР». Документы сборника систематизированы по четырем разделам и внутри них — в хронологической последовательности: «Постановления Государственного Комитета Обороны в Специальном комитете при Государственном Комитете Обороны», «Протоколы заседаний Специального комитета периода 1945-1949 годов», «Постановления и распоряжения Совета Народных Комиссаров, Совета Министров СССР, указы Президиума Верховного Совета СССР периода 1945-1949 годов, выписки из перечней проектов постановлений и распоряжений, письма-представления проектов некоторых из этих документов на утверждение И. В. Сталина», «Документы 1945-1949 годов». Аналогичный принцип систематизации избран в сборнике «Следственное дело патриарха Тихона». Первая группа включила документы, «составленные в ходе следствия и отражающие ход, обстоятельства и результаты следствия, проводившегося в течение 1922-1924 гг.», а также вновь открытого следствия 1925 г. (в хронологическом порядке). Вторую группу составили «материалы, приобщенные к делу в ходе следствия в качестве вещественных доказательств, и некоторые другие» (сгруппированные по тематическому принципу, который не прослеживается).



Номинативно-хронологический принцип обеспечивает возможность концентрации информационного потенциала определенного вида (разновидности) документов о конкретном факте, событии, явлении, процессе прошлого либо о некоей их совокупности. Однако он неизбежно разрывает хронологию их развития, лишает документальную публикацию способности показать динамику развития факта, события, явления, процесса. Номинативно-хронологический принцип является по этой причине единственно оправданным лишь в повидовой документальной публикации.

Два приведенных примера указывают на недостаток данного принципа. Если составителей «Следственного дела патриарха Тихона» можно понять в их стремлении отделить собственно следственные документы от документов, игравших роль «доказательств», то в случае с публикацией «Атомный проект СССР» составители явно снизили ее информационный потенциал, лишив не только последовательности и динамизма в освещении темы, но и драматизма. Здесь, например, в разных разделах оказались «Письмо П. Л. Капицы И. В. Сталину об организации работ по проблеме атомной бомбы и своем освобождении от работ в Специальном комитете и техническом совете» от 25 ноября 1945 г. и последовавшее за этим Постановление СНК СССР №3134-94 ее «Об освобождении академика Капицы П. Л. от работы в Специальном комитете при Совнаркоме СССР».

Пространственно-хронологический принцип систематизации документов в документальной публикации предусматривает их группировку по географии случившегося факта, события, явления, процесса, а внутри каждой из групп — по их хронологии. Его оригинальное применение мы находим в публикации «Иркутск на почтовых открытках». «В основу структуры "Альбома-каталога",— пишет составитель,— положена топография Иркутска 1915 г., причем соблюдена следующая последовательность изображений: от центральной части города — к предместьям; в каждом районе улицы представлены в алфавитном порядке, здания и другие объекты — в соответствии с нумерацией домов, от начала улицы к ее концу, а по набережной — по течению Ангары... При двух или нескольких изображениях одного и того же объекта репродукции расположены в хронологической последовательности выпуска открыток...» [57]

Пространственно-хронологический принцип представляет возможность сконцентрировать информационный потенциал документов о факте, событии, явлении, процессе на определенной территории в динамике развития каждого из них. Он может подойти как для тематической, так и для повидовой документальной публикации. Однако при определенных ситуациях его использование создает сложности, поскольку, во-первых, иногда требуется включить в документальную публикацию общие, имеющие отношение ко всем географическим объектам документы и, во-вторых, он может привести к дублированию отдельных документов в документальной публикации. В первом случае этот принцип разрушает сам себя, во втором — снижает коммуникативность документальной публикации.

Группировка по определенным темам, а внутри каждой из таких тем — по хронологии создания документов составляетпредметно-хронологический принцип систематизации документов в документальной публикации. Это один из самых распространенных принципов в прикладной археографии последних лет. Он использован в публикации «Экология и власть», где выделены публицистически яркие, но исторически маловразумительные тематические разделы «Жертва агрессии», «Плоды управления», «В лабиринте мнений», «Без границ».

В отличие от такого примитивно-публицистического использования предметно-хронологического принципа систематизации составители публикации «Россия в Святой Земле» применили чрезвычайно сложную систематизацию 419 опубликованных ими документов. Здесь выделены 34 темы и подтемы, по которым систематизированы документы, в том числе «Из истории русского дипломатического представительства на Ближнем Востоке», «Августейшие паломничества», «Материальная помощь Иерусалимскому Патриархату», «Палестинский комитет (1859-1864) и Палестинская комиссия (1864-1889) гг.», «Русские постройки в Иерусалиме (1859-1864) гг.», «Передача дел и имущества Палестинской комиссии Императорскому Православному Палестинскому обществу», «Императорское Палестинское общество» с подтемами: «Недвижимость ИППО в Святой Земле», «Увековечение памяти деятелей ИППО», «Научная деятельность ИППО», «Епархиальные отделы ИППО и другие источники финансирования общества» и т. д.

Предметно-хронологический принцип обеспечивает возможность сконцентрировать информационный потенциал документов по каждой теме и к тому же в необходимых случаях в логической последовательности представить суть факта, события, явления, процесса. И вместе с тем этот принцип может, наоборот, разорвать хронологическую последовательность развития события, факта, явления, процесса. В публикации «Россия в Святой Земле» именно так и произошло. Динамика процесса проникновения, закрепления, усиления позиций России в Святой Земле была размыта, смазана неверно выбранным принципом систематизации. Все волновавшие составителей данной публикации вопросы, например собственности, могли бы быть решены с помощью такого элемента сигнальной системы, как предметно-тематический указатель.

Тем не менее тематико-хронологический принцип систематизации документов может быть органичным для некоторых тематических документальных публикаций и в редких случаях найти место в повидовых документальных публикациях. Он, например, выглядит органично в сборнике «Военнопленные в СССР», документы которого сгруппированы по девяти темам: режим содержания военнопленных; зарождение, развитие и свертывание системы Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД — МВД СССР; учет и содержание военнопленных; материальное обеспечение военнопленных; медицинское обслуживание, смертность и захоронение военнопленных; трудовое использование военнопленных; оперативная работа в лагерях для военнопленных; репатриация военнопленных; «некоторые итоги».

Принцип несвободы выбора систематизации документов в документальной публикации предполагает их размещение в той последовательности, в какой они оказались организованы (сознательно или стихийно) в процессе оперативного бытования: в деле (делах), комплексе и т. д. Он основан на понимании важности сохранения для пользователя такой организации как некоего знакового и дополнительного информационного элемента. Принцип несвободы систематизации документов может использоваться и в тематической, и в повидовой документальной публикации. Он не мог не быть обязательным, например, при публикации сводных тетрадей М. Цветаевой, представляющих документы, объединенные замыслом автора. Прикладная археография последних лет дала пример использования этого принципа систематизации в отношении исторически сложившихся тематических подборок документов. В публикации «Политбюро и церковь» документы расположены по четырем тематическим подборкам, сформированным в 1920-1930-х гг., а внутри каждой подборки — в последовательности, соответствующей последовательности документов в подборке. Несомненно, составители этой публикации, используя данный принцип, оправданно ориентировались на рекомендации Международных правил издания средневековых латинских документов, предусматривающих, например, при издании картулярия (сборника копий актов) сохранение его структуры. «Публикация картулярия,— пишет С. М. Каштанов,— предполагает соблюдение последовательности расположения актов, принятой в источнике. Эта последовательность определяется в одних случаях иерархией авторов актов, в других — географическим признаком, в третьих — организацией материала в виде досье или дела, в четвертых — порядком размещения документов в архиве получателя и владельца грамот, и т. п.» [58].

Следует иметь в виду, что данный принцип снижает коммуникативность документальной публикации, серьезно усложняя пользование ею. Так, в сборнике «Политбюро и церковь» усложнилось понимание динамики, последовательности развития фактов, событий, явлений, процессов, связанных с политикой партии в отношении церкви в 1922-1925 гг., в результате чего пользование публикацией затруднено.

Принцип гармоничности систематизации документов в документальной публикации распространяется только на пофондовые документальные публикации. В них сохраняется та систематизация документов, которая существует в архивном фонде после его обработки. Этот принцип по своей сути близок к предметно-хронологическому, обладая всеми его достоинствами и недостатками. Однако если в первом случае предметно-хронологический принцип систематизации касается в большинстве случаев документов разной фондовой принадлежности, т. е. или ослабляет, или усиливает документальные разломы, то во втором случае принцип гармоничности всегда обеспечивает ослабление такого разлома в пределах архивного фонда.

Данный принцип в последние годы нашел широкое применение в пофондовых технотронных документальных публикациях. Это наиболее простой и удобный способ воспроизведения документов фондов. Примером публикации с использованием принципа гармоничности систематизации служит издающаяся фирмой «Primary Source Microfilm» серия «Russian Archives».

Как видим, за исключением принципа несвободы систематизации все остальные принципы систематизации документов в документальной публикации неизменно имеют хронологическую составляющую, что свидетельствует о том, чтохронологический принцип систематизации документов в документальной публикации является универсальным и применим к любой документальной публикации. Обеспечивая представление о динамике развития факта, события, явления, процесса прошлого, он наиболее предпочтителен, а для документальной публикации академического типа в целом всегда обязателен. Именно по этой причине в большинстве публикаций, вышедших в последние годы, стабилизация документов осуществлена на основе хронологического признака.

Своеобразную модификацию хронологический принцип систематизации получил в публикации «Адмирал Кузнецов». Официальные документы об адмирале (приказы, директивы, постановления Политбюро ЦК ВКП(б) — КПСС и т. д.) здесь расположены в хронологической последовательности и отбиты главами «Становление флотоводца», «Нарком Военно-Морского Флота», «Годы войны», «Опала», «Расправа», «К новым берегам». Однако среди них помещены документы неофициального происхождения — мемуары жены Кузнецова, его сослуживцев, написанные позже того или иного события в жизни адмирала, но касающиеся события. Эту модификацию хронологического принципа можно назватьхронолого-хронологическим принципом систематизации документов в документальной публикации. Он вполне оказался бы оправданным в указанной публикации, если бы составителям удалось последовательно его соблюсти, чего, однако, не произошло. Например, в первой главе публикации выписки из протокола заседания Политбюро ЦК ВКП(б) о назначении Кузнецова заместителем наркома Военно-Морского Флота СССР помещены после воспоминаний о его назначении наркомом.

Следует отметить, что некоторые модификации хронологического принципа систематизации в документальных публикациях последних лет не всегда были успешными. В сборнике «Советская деревня глазами ВЧК — ОПТУ — НКВД» составители пишут: «Сборник построен по хронологическому принципу. В том случае, если документы выходят за рамки названного периода, они публикуются в виде приложений к разделу. Документы одного вида и происхождения, находящиеся в пределах отрезка времени, приводятся под групповыми заголовками» [59].

Почти аналогичный принцип использовали и составители сборника «Рязанская деревня в 1929-1930 гг.». Объявив о том, что публикуемые документы расположены в хронологическом порядке, они далее сообщают: «В ряде случаев почто-телеграммы за ограниченный промежуток времени или посвященные одному и тому же событию сгруппированы вместе и помещены под единым заголовком. Данные группы документов снабжены как бы двойной датировкой — в заголовке указаны даты событий, о которых идет речь в почто-телеграммах, а затем даны даты самих документов» [60]. В данном случае мы встречаемся уже с модификацией не просто хронологического принципа, а хронолого-хронологического, мотивы которой не вполне ясны.

Неоправданно пошли на нарушение хронологического принципа составители второго тома публикации «Трагедия советской деревни». «В сборнике,— пишут они,— используется такой археографический принцип, как публикация тематических подборок. Он позволяет всесторонне и в то же время компактно ознакомить читателя с тем или иным событием, фактом. Так, в виде тематических подборок даны материалы комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) под председательством Я. А. Яковлева по подготовке постановления ЦК ВКП(б) о темпах коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству...

Внутри тематических подборок документы располагаются по хронологии и имеют самостоятельные порядковые номера... Документы, не относящиеся к подборке, но совпадающие с ними по хронологии, ставились до или после подборки, в зависимости от даты ее первого документа» [61].

О том, что подобная модернизация хронологического принципа не только лишает публикацию динамики, но и затрудняет понимание факта, события, явления, процесса, свидетельствует следующий пример. В сборнике «Трагедия советской деревни» после тематической подборки документов комиссии Яковлева следует важная «Справка Информационного отдела ОПТУ о массовой распродаже и убое скота по материалам на 15 декабря 1929 г.», направленная среди прочих адресатов и в комиссию Яковлева. Очевидно, комиссия Яковлева каким-то образом учла данный важный документ в своей работе, но пользователь публикации об этом может только догадываться.

Не принижая позитивные возможности приведенных выше примеров модификации, все же отметим, что их авторы пытались внести в систематизацию документов некие прагматические элементы, которые легко просматриваются. На этом фоне остаются неясными иные попытки — уже не модификации, а грубого и ничем не оправданного нарушения, хронологического принципа. Так, составители сборника «Избранные труды» М. Султан-Галиева, объявив о следо­вании ему, вдруг заявляют: «В пределах года публикуются сначала труды на русском языке, затем на татарском» [62]. Хаотической систематизацией отличается публикация «Генрих Ягода». Здесь имеются разделы: «Документы из личного дела Ягоды», «Ордера на арест и обыск Ягоды, подписанные Ежовым», «Протоколы допроса Ягоды», внутри которых документы расположены без соблюдения хронологии.

Важно попытаться рассмотреть взаимосвязь того или иного принципа систематизации документов в документальной публикации с ее типом. Легко заметить, что подавляющее большинство рассмотренных принципов может быть использовано при подготовке документальной публикации любого типа. Однако имеются некоторые исключения. Об одном из них мы сказали выше, когда речь шла о хронологическом принципе. Второе исключение связано с невозможностью применения принципа гармоничности и принципа несвободы в научно-популярной и учебной документальных публикациях, поскольку они существенно снижают их популяризаторскую и дидактическую направленность. Наоборот, хронологический, пространственно-хронологический и особенно предметно-хронологический принципы такую направленность обеспечивают более, эффективно.

Критерии выбора текста (основного текста) документа для документальной публикации

Выбор текста документа для документальной публикации — один из ответственных этапов ее подготовки. Для древних документальных памятников он важен прежде всего потому, что многие из них сохранились в позднейших списках и разных редакциях, исказивших недошедший оригинал. От обоснованности выбора в качестве основного текста того или иного списка зависит источниковая ценность документальной публикации. Для документов нового, новейшего времени и современности характерно наличие многовариантности и тиражированности документов. И в том, и в другом случаях стоит задача оптимального, обоснованного с помощью общепринятых норм и правил, выбора текста документа. Такой выбор основывается на ряде критериев.

Критерий подлинности документа означает обязательность включения в документальную публикацию оригинала документа, т. е. документа, оформленного в установленной документной системе (автограф — для документа личного происхождения; имеющего подпись, бланк, печать и т. д. — для документа официального происхождения), который всегда имеет бблыпую информационную значимость, нежели копии или дубликаты, так как содержит не только подлинную подпись, удостоверяющую подлинность документа, но и всевозможные резолюции и пометы, отражающие оперативное бытование документа. И только в исключительных случаях, когда оригинал, например, утрачен или его не удалось обнаружить, допускается включить в документальную публикацию документ из масс-медийного издания, по копии или дубликату.

В последние годы получила известное распространение практика игнорирования этого критерия. Как уже говорилось, это может быть возможно лишь в двух случаях: пути поиска подлинного документа исчерпаны и заведомо ясно, что он утрачен. Так, в публикации «Три визита А. Я. Вышинского в Бухарест» по заверенным копиям опубликовано большое количество документов, в том числе такой важный, как «Донесение наркома внутренних дел СССР Л. П. Берия И. В. Сталину о выделении войск НКВД для проведения чекистских операций в г. Крайова» от 6 октября 1944 г. [63]. В данном случае подобная практика выбора текста ничем не оправдана.

Имеют место и другие ситуации, когда составителям публикаций приходилось нарушать критерий подлинности. Так составители «Атомного проекта СССР» признаются, что часто из-за утрат документов «речь шла не о выборе текста документа, а о том, чтобы найти хотя бы один его вариант», в том числе и незаверенный [64].

О стремлении использовать этот критерий ярко рассказано в публикации «Совещания Коминформа». РГАСПИ, приступая к подготовке сборника, располагал лишь копиями протоколов совещаний. «Несмотря на внутреннюю уверенность в идентичности этих копий подлинникам,— пишут составители,— нам представлялось для научной публикации обязательным во что бы то ни стало найти первые экземпляры (или если не первые экземпляры, то хотя бы тексты, подписанные участниками совещаний)» [65]. Поиски оказались успешными: в Архиве Президента Российской Федерации были обнаружены оригиналы с правкой участников совещаний, которые и нашли отражение в издании.

Одной из важнейших закономерностей бытования документа является его вариационность, т. е. непременная изменчивость в момент создания, а также в процессе дальнейшего бытования в случае, если он по разным причинам не сохранился в виде оригинала. Вариационность документа — фундаментальная закономерность археографии. Следствием ее становятся либо конечные, либо разрывные разности текста документа. Под конечными разностями текста документапонимаются варианты, существенно не меняющие его концептуальную направленность и кумулятивность, но важные представлением о процессе выработки этих концептуальности и кумулятивности. Наиболее ярким примером конечных разностей текста документа, с которым столкнулась прикладная археография последних лет, является так называемое воззвание патриарха Тихона от 7 апреля 1925 г.

Оригинал подписанного патриархом «послания» неизвестен. Сохранились незаверенная машинописная копия того времени, отложившаяся в тематической подборке документов о церкви в архиве Политбюро ЦК ВКП(б) (далее список А), и другая незаверенная машинописная копия того же времени — в архиве аппарата ЦК ВКП(б) (далее список Б). Эти копии отличаются друг от друга любопытными конечными разностями текста.

Список А [66] господа и спаса нашего иисуса христа ничто русского Советская Власть советской архипастырям Рабоче-Крестьянскую Правительство судьбы господа устрояются принять божий деятельности благословения объединивших Список Б [67] Господа и Спаса нашего Иисуса Христа ничего Русского Советская власть Советской архипастыря рабоче-крестьянскую правительство судьба Господа устроются понять Божий влиятельности благословления объединяющих

Примеры орфографических и стилистических (но не принципиально содержательных) разночтений «воззвания» патриарха Тихона можно было бы продолжить. Для его источниковедческого анализа они принципиально важны с точки зрения установления подлинности документа. В археографическом же плане «воззвание» в двух его вариантах интересно как образец конечных разностей текста, требующих обязательного представления пользователю их вариантов при публикации, о чем будет сказано ниже.

Под разрывными разностями текста документа понимаются такие его варианты, которые концептуально и кумулятивно существенно отличаются друг от друга, а нередко могут резко противоречить друг другу (редакции текста документа).

В свое время Д. С. Лихачев, характеризуя редакции текста документа, т. е. разрывные разности текста, обоснованно выделил среди них разности идеологические, стилистические, фактологические. Д. С. Лихачев применил эту типологию к литературным произведениям, однако она в полной мере относится и к любым другим, с поправкой, возможно, в отношении аудиовизуальной документации, но лишь в деталях.

С классическим образцом разрывных разностей текста столкнулись составители сборника «Лаврентий Берия. 1953», в котором опубликованы документы июльского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС (протокол Пленума, неправленая стенограмма и типографский стенографический отчет). Оказывается, выступления всех участников пленума (исключая текст выступления основного докладчика и его заключительное слово) стенографировались, затем выступившие исправляли тексты, визировали их в день выступления или чуть позже. Однако, как справедливо подметили составители, «за бурное лето и осень 1953 г. произошли изменения, которые заставили членов Президиума ЦК радикально пересмотреть тексты своих выступлений... В результате выступления Хрущева и Молотова были переработаны столь радикально, что по существу мы имеем другие тексты. Проведенная сверка типографского экземпляра стенографического отчета с неправленой стенограммой показала, что и другие выступления на пленуме подверглись в ходе подготовки стенографического отчета к изданию и рассылке... существенной редакционной и стилистической правке. Некоторые выступления были как бы переписаны заново...» [68]. Поэтому при выборе текста (основного текста) документа в документальной публикации с учетом вариационной закономерности бытования документа используется критерий арьергардности варианта текста документа. Он предполагает включение в документальную публикацию последнего варианта текста документа как наиболее законченно отражающего замысел его автора. В большинстве случаев применение этого критерия по своим результатам совпадает с результатами применения критерия подлинности документа. Правда, при публикации древних памятников позднейший список-оригинал, наоборот, как правило, искажает текст недошедшего оригинала. Следует иметь в виду, что если варианты текста документа имеют существенное содержательное, филологическое или иное значение для понимания истории создания документа и характеристики его автора, они фиксируются в документальной публикации с помощью особых приемов, которые мы рассмотрим в дальнейшем.

Критерий распределенности текста документа означает включение в документальную публикацию в качестве основного текста документа одного из сохранившихся его списков, прошедших специальную классификацию по определенным признакам. Такая классификация обычно является результатом специального источниковедческого исследования, в ходе которого точно или гипотетически прослеживается история текста документа, не сохранившегося в оригинале, либо история текста документа, претерпевшего в процессе своего создания принципиально важные для изучения факта, события, явления, процесса прошлого редакторские изменения. При этом в ряде случаев признается целесообразность публикации всех известных редакций текстов документа и их списков [69].

Принципы воспроизведения текста документа в документальной публикации

Документ представляет собой материальный продукт мыслительной и технической деятельности конкретных людей разных исторических эпох. Он отражает, с одной стороны, индивидуальные черты личности его автора (например, грамотность), с другой — общие, типичные для каждой эпохи явления (например, формуляр, орфоэпию). Эти особенности документа учитываются при использовании принципов воспроизведения его текста в документальной публикации.

Важнейшим, определяющим принципом воспроизведения текста документа в документальной публикации признаетсяпринцип заданной точности передачи его текста. Он предлагает пользователю такую систему передачи текста документа, которая ему полностью известна, понятна, доказательна и проверяема в любой момент бытования документа и его публикации.

Использование этого принципа было широко распространено в прикладной археографии последних лет. Составители сборника «Чему свидетели мы были...» формулируют его таким образом: «Тексты документов приведены в соответствие с современными правилами орфографии и пунктуации, за исключением тех случаев, когда имелась необходимость (? — В. К.) сохранить специфический стиль письма и колорит русского языка того времени... Особенность данного издания состоит в том, что первоисточником публикуемых документов являются не подлинники, а, по вполне понятным причинам, только копии, которые перепечатывались уже в Москве. Этим и объясняется тот факт, что в текстах встречаются пропуски букв, слов или их искажения, орфографические ошибки и т. д. Исправления этих погрешностей, не носящих смыслового значения, специально не оговариваются. В тех редких случаях, когда представляется затруднительным исправить данные погрешности, в подстрочнике в сносках указывается: "Так в тексте"» [70].

Соблюдать принцип заданной точности особенно важно при подготовке документальных публикаций, испытывающих воздействие политической возмущающей силы. Об этом откровенно и правильно сообщают пользователям составители многих документальных публикаций последних лет. Например, в предисловии к изданию «СССР и германский вопрос» сказано: «Документы воспроизводятся, как правило, полностью. В случаях, когда какая-то их часть опускается, это отмечается многоточием и оговаривается в подстрочном примечании» [71]. В сборнике «Советско-израильские отношения» составители пишут: «Редколлегия строго следовала принципу невторжения в текст публикуемых документов. Если, однако, по обоюдному согласию редколлегией принималось решение публиковать лишь часть документа или сделать в нем купюры, в соответствующих местах стоит отточие в квадратных скобках и дается пояснение...» [72]

Принцип заданной точности предполагает установление предела погрешности при воспроизведении текста документа в документальной публикации, т. е. достижения такой степени вмешательства в текст документа, которая не влияет принципиально на его содержание. В сборнике «СССР и германский вопрос» предел погрешности характеризуется следующим образом: «Тексты печатаются по правилам современной орфографии, а сокращенные слова в основном даются полностью. Исправления очевидных неточностей (пропуски букв, опечатки, орфографические погрешности и т. п.), не имеющие смыслового значения, не оговариваются» [73]. С несколько иным акцентом предел погрешности установлен в сборнике «Три визита А. Я. Вышинского в Бухарест». «Тексты документов,— пишут составители,— переданы с сохранением стилистических особенностей авторов. Орфографические ошибки и явные описки устраняются без оговорок, за исключением имен, фамилий и географических названий. В этом случае в примечании к документу указывается их правильное или современное написание. Если погрешности в тексте имеют смысловое значение, то в примечаниях отмечается: "Так в тексте"» [74].

Принцип неприкосновенности текста документа при его воспроизведении означает исключение такого вмешательства в текст документа, которое бы нарушало его структуру, искажало оригинальность орфоэпии, внешних особенностей, снижало информационный потенциал, иными словами, лишало документ существенно важных для понимания факта, события, явления, процесса прошлого элементов. Этот принцип предполагает включение документа в документальную публикацию как единого целого, представляющего собой систему элементов, обусловленного традициями и логикой мышления автора. Соблюдение принципа позволяет в какой-то мере представить документ в качестве памятника эпохи.

В наибольшей степени принцип неприкосновенности реализуется в технотронных документальных публикациях, способных факсимильно воспроизвести все особенности оригинала. Однако в прикладной археографии последних лет встречаются образцы применения этого принципа и в типографских документальных публикациях. Наиболее яркий пример — сборник «Политбюро и церковь». В него включены документы начала 20-х — начала 30-х годов, времени, когда осуществлялся переход к новым нормам орфографии, синтаксиса и т. д. По справедливому замечанию составителей, «охватываемые в издании годы были временем языковой реформы, а также начала складывания советского бюрократического новояза. Для этих лет характерна изрядная языковая пестрота. К тому же степень грамотности функционеров и делопроизводителей различных ведомств была крайне неодинаковой, и сохранение без изменений языковых характеристик создаваемых ими документов представляется важным для исследователя. Издатели отказались поэтому от ставшего уже традиционным приема неоговоренных исправлений орфографии и синтаксиса документов XX в. Все языковые погрешности и ошибки документов передаются ими дословно, без исправлений, оговорки под строкой даются лишь в исключительных случаях» [75]. Выше, приводя примеры конечных разностей текста документа в опубликованном в этом сборнике «воззванию) патриарха Тихона, мы могли убедиться, насколько они важны, позволяя даже, как нам кажется, на основании орфографии установить места создания того и другого списков. Позже, уже обобщая свои наблюдения над принципами воспроизведения текстов документов XX столетия вообще, один из составителей этой публикации Н. Н. Покровский писал: «Скрупулезное сохранение языковых особенностей текста при публикации документа диктуется интересами отнюдь не одних лингвистов, но и историков. Единообразно обстругивая язык и стиль прошлых десятилетий под нынешний стандарт, мы лишаем историка важных элементов атмосферы эпохи, персональных или коллективных характеристик» [76].

Принцип неприкосновенности текста документа не является универсальным. Когда идет речь о публикации определенных видов документов или документов большого объема и резко разноплановых по содержанию, допустима их публикация в извлечении с соблюдением принципа точности воспроизведения текста документа. В отличие от предшествующего, этот принцип универсальный, он предполагает исключение каких-либо поправок, «улучшающих» орфоэпию, «уточняющих», «поправляющих» информацию документа путем внесения изменений в его текст. Единственным ограничением его применения считается возможность исправления явных технических описок, опечаток, искажений качества изображения и звука.

Принцип точности воспроизведения использован в публикации «Рязанская деревня в 1929-1930 гг.». О нем здесь сказано так: «Тексты публикуемых документов в большинстве случаев приведены в соответствие с современными правилами орфографии с максимальным сохранением стилистических особенностей источников. При этом многочисленные цитирования, вкрапленные в публикуемые документы, намеренно даны с минимальной редакторской, в основном грамматической правкой... Сознательно оставлены без редактирования и несколько приведенных в сборнике документов личного происхождения, ярко отразивших язык, образовательный уровень их авторов и колорит эпохи…» [77]

Составители сборника «Лаврентий Берия» сочли необходимым при публикации писем Берия из тюрьмы сохранить все их стилистические и орфографические особенности. «Письма,— пишут они,— изобилуют грамматическими ошибками, описками, пропусками. Их писал человек сломленный, в полутьме бункера, лишенный при аресте своих очков...», что справедливо рассматривается как дополнительная информация для понимания драматических событий политической истории России в 1953 году [78].



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.