Сделай Сам Свою Работу на 5

Именно в такие периоды мы склонны наказывать себя, используя для этого несчастный случай или любое другое средство физического повреждения.

Человеку свойственно веровать в наказание как средство искупления вины. В действительности же духовный закон любви утверждает прямо противоположное. Чем более виновными мы себя считаем, тем сильнее наказываем себя — и тем неизбежнее привлекаем к себе все ту же ситуацию.

Другими словами, чем больше самообвинений, тем выше вероятность повторного переживания тех же страданий. Это чувство вины не дает человеку простить себя и тем самым сделать решительный шаг к исцелению.

Кроме чувства вины, мы очень часто испытываем стыд — когда обвиняем себя в том, что ранили кого-то, или когда другие обвиняют нас в причиненных им страданиях. Более подробно о стыде я говорила в главе, посвященной травме унижения, поскольку стыд наиболее ярко проявляется у мазохиста.

Впрочем, каждому человеку в той или иной ситуации приходится переживать чувство стыда. Особенно интенсивным бывает это чувство тогда, когда мы не хотим признать, что причиняем другим страдания, которых сами не хотели бы испытывать.

В тех случаях, когда совершается тяжкое преступление или насилие, необходимо помнить, что у преступника есть свои травмы, которые причиняют ему такую боль, от которой он теряет контроль над собой.

Вот почему я часто повторяю: Нет злых людей в этом мире, есть только страдающие. Здесь не идет речь о том, чтобы прощать таких людей, но нужно учиться им сострадать. Обвинение и наказание им не поможет.

Даже оставаясь при своем мнении, мы можем сочувствовать им. Это облегчает и нам самим осознание собственных травм и травм других людей.

По моим наблюдениям, случаи, когда человек страдает только одной травмой, довольно редки. Что касается меня, то я уже упоминала, что у меня есть две главные травмы, которые я должна излечить в этой жизни, — несправедливость и предательство. Я переживаю травму несправедливости с лицами моего пола и травму предательства — с лицами противоположного пола.

Поскольку несправедливость была пережита с матерью, я замечаю, что когда испытываю эту эмоцию в связи с особой женского пола, то обвиняю ее в несправедливости. Когда же несправедливость исходит от представителя мужского пола, я больше склоняюсь к самообвинению и испытываю гнев на себя. Иногда мне даже стыдно. Случается мне также воспринимать несправедливость со стороны мужчины как предательство.



И в моем теле, как и в теле каждого, кто страдает этими двумя травмами, можно увидеть маски контролирующего и ригидного.

Я заметила также, что у многих людей сочетаются две другие травмы — покинутого и отвергнутого. Они носят, соответственно, маски зависимого и беглеца. Иногда верхняя часть тела являет признаки одной травмы, а нижняя — другой.

У детей наблюдается различие между правой и левой сторонами. Практика позволяет с течением времени все легче определять маски на глаз. Когда мы доверяем собственной интуиции, наш «внутренний глаз» различает их мгновенно.

Когда тело человека соответствует маске контролирующего, но вместе с тем слегка обвисает и кажется рыхлым или же ты замечаешь глаза зависимого, можешь считать, что он страдает травмами предан­ного и покинутого.

Конечно, возможны и другие комбинации. Кто-то может выделяться объемистым телом мазохиста и в то же время прямой, жесткой осанкой ригидного. Это указывает на две травмы — унижения и несправедливости.

Люди с большим телом мазохиста и маленькими ногами и лодыжками беглеца страдают травмами униженного и отвергнутого.

Возможны три, четыре и даже все пять травм у одного человека. При этом обычно одна из травм доминирует, а другие менее заметны, но могут быть незначительными и все. Если доминирует одна из масок, значит, человек использует ее для защиты чаще, чем другие. Если маска появляется изредка и ненадолго, это означает, что связанную с ней травму человек ощущает слабо. Если какая-то маска доминирует, то из этого еще не следует, что она отражает самую важную из травм.

Действительно, мы всегда стараемся скрыть те травмы, которые причиняют нам самые сильные страдания. Я уже говорила в предыдущих главах, что мы создаем маску ригидного (несправедливость) и маску контролирующего (предательство) как маски контроля и силы, для того чтобы прикрыть травмы отвергнутого, покинутого или униженного. Эта сила позволяет спрятать то, что вызывает самую мучительную боль.

Вот почему так часто одна из этих травм проявляет себя лишь с возрастом: контроль имеет свои границы. Маска ригидного, благодаря своей контролирующей природе, больше других способна прикрывать иную травму. Мазохист-ригидный, например, может длительное время контролировать свой вес; когда силы для контроля иссякнут, он начнет набирать вес.

Душа, пришедшая на Землю для излечения травмы предательства, ищет родителя противоположного пола сильного, крепкого, умеющего занять свое место, не теряющего контроля и не слишком эмоционального. В то же время контролирующий хочет, чтобы этот родитель был чутким и понятливым, чтобы ему можно было довериться, чтобы он отвечал всем ожиданиям, — вот тогда он, контролирующий, не будет чувствовать себя покинутым и преданным.

Если теперь этот родитель проявит безразличие, ребенок будет чувствовать себя покинутым; если же родитель проявит слабость в чем-то или ему нельзя будет довериться, ребенок воспримет это как предательство. Если родитель противоположного пола слишком властен, агрессивен или груб, между ними (в подростковый период ребенка) чаще всего устанавливаются отношения с позиции силы, что питает травму предательства у обоих.

Человек — великий специалист по изысканию веских причин и объяснений, когда его тело начинает изменяться. Его можно понять — он не готов и не хочет смотреть на себя, а особенно трудно ему примириться с мыслью, что человеческое тело обладает такой мудростью.

Он не хочет соглашаться с тем, что каждое — даже едва заметное — изменение в физическом теле является сигналом, привлекающим его внимание к чему-то, что происходит в его душе, но чего он не хочет в этот момент видеть.

Если бы только человек понял, что когда тело решает привлечь его внимание к одному из внутренних процессов, значит, на самом деле это его внутренний БОГ решил использовать физическое тело, чтобы помочь ему осознать, что у него уже есть все необходимое для противостояния тому, чего он так боится! И все же мы боимся открыть свои раны и продолжаем носить прикрывающие их маски, предпочитая верить, что эти раны когда-нибудь исчезнут сами.

Помни: мы надеваем наши маски только тогда, когда боимся страдания, боимся разбередить рану, которую, как нам кажется, маска защищает. Все формы поведения, описанные в предыдущих главах, используются только в тех ситуациях, когда мы носим маски. Как только маска надета, мы уже не являемся самими собой. Мы усваиваем поведение, соответствующее надетой нами маске.

Идеальным было бы научиться быстро распознавать надетую маску, чтобы тут же определить травму, которую мы пытаемся скрыть, и при этом не критиковать и не судить себя. Возможно, ты один иди несколько раз в течение дня меняешь маску, а быть может, ты не снимаешь ее по нескольку месяцев или даже лет, прежде чем не всплывет на поверхность другая травма.

В то мгновение, когда ты это осознаешь, будь счастлив, что твою травму удалось заметить, и будь благодарен случаю или человеку, коснувшемуся раны, ибо это прикосновение позволяет тебе увидеть: рана еще не зажила. Но ты по меньшей мере уже знаешь о ней. И тем самым даешь себе право быть человеческим существом.

Особенно важно дать себе время — дать себе право на время, необходимое для исцеления. Когда ты сможешь регулярно говорить себе: «Ну вот, я надел такую-то маску, и поэтому я реагирую таким-то образом», тогда твое исцеление пойдет полным ходом.

Повторяю, я еще ни разу не встречала человека, у которого наблюдались бы все перечисленные признаки той или иной травмы. Полное описание каждого характера приводится для того, чтобы помочь тебе узнать себя по некоторым особенностям поведения, связанным с твоей травмой.

Теперь я кратко напомню, каким образом можно заметить, что ты (или другой человек) надел маску.

Когда активизируется твоя травма отвергнутого, ты надеваешь маску беглеца. Эта маска вызывает у тебя желание уйти от ситуации или от людей, из-за которых, как тебе кажется, ты будешь отвергнут; ты боишься паники и чувства бессилия.

Эта маска может также убедить тебя стать как можно более невидимым, уйти в себя и не говорить и не делать ничего такого, что побуждало бы других отвергнуть тебя. Эта маска заставляет тебя верить, что ты не настолько важное существо, чтобы занимать место, которое ты занимаешь, что ты не имеешь права существовать в той полноте, в какой существуют другие.

Когда активизируется твоя травма покинутого, ты надеваешь маску зависимого. Она делает тебя как бы маленьким ребенком, который ищет и требует внимания, — ты плачешь, жалуешься и подчиняешься всему и всем, так как не веришь, что способен действовать самостоятельно.

Эта маска заставляет тебя прибегать к разнообразным ухищрениям, чтобы тебя не оставили одного или чтобы уделяли тебе больше внимания. Она может даже убедить тебя заболеть или стать жертвой каких-то обстоятельств, лишь бы получить поддержку и помощь, которых ты так жаждешь.

Когда активизируется травма унижения, ты надеваешь маску мазохиста. Она позволяет тебе забыть собственные потребности и думать только о других, чтобы стать хорошим, великодушным человеком, всегда готовым оказывать услуги, даже превосходящие твои возможности.

Ты умудряешься также взваливать на свою спину дела и обязанности тех, кто ими обычно пренебрегает, и делаешь это даже раньше, чем они тебя об этом попросят. Ты делаешь все для того, чтобы быть полезным, чтобы не чувствовать себя униженным.

Тем самым ты ухитряешься никогда не быть свободным — для тебя это очень важно. Всякий раз, когда твое поведение или твои действия будут мотивироваться страхом стыда за себя или страхом унижения, это для тебя знак, что ты надел маску мазохиста.

Переживая травму предательства, ты надеваешь маску контролирующего, которая делает тебя недоверчивым, скептичным, осторожным, властным и нетерпимым, — все это связано с твоими ожиданиями. Ты делаешь все, чтобы показать, что ты личность сильная, и не позволишь так просто тебя дурачить или использовать, а тем более решать за тебя, — скорее, все будет наоборот.

Эта маска заставляет тебя хитрить, вплоть до лжи, лишь бы не потерять репутацию сильного. Ты забываешь собственные потребности и прикладываешь все усилия к тому, чтобы другие думали, что ты человек надежный и тебе можно доверять. Кроме того, эта маска требует поддержания показной уверенности в себе, даже когда ты сам себе не доверяешь и сомневаешься в собственных решениях и действиях.

Когда активизируется твоя травма несправедливости, ты надеваешь маску ригидного, которая сообщает твоим движениям и тону голоса холодность, резкость, сухость. Тело тоже становится таким же жестким, ригидным, как и поведение.

Эта маска заставляет тебя всюду добиваться совершенства, и в связи с этим ты часто испытываешь гнев, нетерпение, критикуешь и упрекаешь самого себя. Ты чрезмерно требователен и не считаешься с собственными ограничениями. Всякий раз, когда ты себя контролируешь, сдерживаешь, даже проявляешь жестокость к себе, это должно служить знаком, что ты надел свою маску ригидного.

Мы надеваем маску не только в тех случаях, когда боимся пережить травму в связи с кем-то или боимся увидеть, что сами заставляем кого-то переживать травму. Мы всегда делаем это либо из желания быть любимыми, либо из страха потерять чью-то любовь. Мы усваиваем поведение, которое не соответствует нашей сущности. Мы становимся кем-то другим. Так как поведение, диктуемое маской, требует от нас определенных усилий, у нас, соответственно, возникают ожидания в отношении других людей.



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.