Сделай Сам Свою Работу на 5

УПУЩЕННАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ В КАНАДЕ

 

 

Сколь ни важной была Латинская Америка для моей стратегии международной экспансии, я считал, что Канада важна в еще большей степени. Канада была и остается крупнейшим торговым партнером нашей страны, и компании Соединенных Штатов контролируют более половины канадской горнодобывающей, нефтяной и обрабатывающей промышленности. В Канаде работали многие из наиболее важных клиентов «Чейза». Несмотря на то, что законы Канады запрещают иностранным банкам иметь в Канаде отделения, я считал, что обеспечить свое непосредственное присутствие к северу от границы было нашей важной задачей.

Был целый ряд обнадеживающих моментов. У меня были хорошие отношения со многими из канадских деловых и политических лидеров, что началось с времени дружбы между отцом и Макензи Кингом. Вскоре после Второй мировой войны я лично познакомился с Лестером (Майком) Пирсоном, когда он был министром иностранных дел и представлял Канаду в Объединенных Нациях. В апреле 1963 года Майк стал премьер-министром и призвал к укреплению политических и экономических связей с Соединенными Штатами. Это подсказывало мне, что в Оттаве может складываться более благоприятный климат по отношению к иностранным банкам.

Необходимость того, чтобы «Чейз» предпринял что-то, стала особенно актуальной в июле 1963 года, когда «Сити-бэнк» купил Торговый банк Канады, самый маленький национальный банк, единственный, который уже принадлежал иностранному капиталу. Покупка, проведенная «Сити-бэнк», вызвала взрыв национализма и коренным образом изменила формулу банковской деятельности в Канаде. Я чувствовал, что здесь речь идет о вызове, который мы не можем игнорировать. Создание компании-филиала с одним из главных канадских банков представлялось для нас наилучшим вариантом. Особенно привлекательным был имевший более 600 отделений банк «Торонто доминион», пятый по размерам в Канаде и располагавший активами в 2,2 млрд. долл. Более того, мы получили обнадеживающее письмо от Алана Ламберта, председателя правления банка ТД, указывающее, что он «отнесся бы с пониманием, если бы позже сложилось так, что вы сочтете необходимым осуществить вхождение в эту область». У меня сложились сердечные отношения с Ламбертом, и я решил обратиться к нему с предложением о покупке 40% акций «Торонто доминион». Именно с таким намерением 13 ноября 1963 г. я вылетел в Канаду.

Ламберт устроил в честь меня обед и предложил, чтобы мы встретились приватно в его офисе на несколько минут перед ланчем, что давало мне отличную возможность высказать мое предложение. К моему огромному удивлению, начал разговор сам Ламберт, задав мне вопрос, будет ли «Чейз» заинтересован в покупке одной трети акций. Я ответил ему, что эта идея кажется мне очень привлекательной и что я буду обсуждать ее с Джорджем Чемпионом. Предложение Ламберта потребовало бы инвестирования «Чейзом» почти 60 млн. долл., это более чем втрое превышало суммы, которые мы инвестировали во все наши иностранные филиалы до этого. Я понимал, что такая крупная сделка требовала внимательного рассмотрения, однако инстинктивно чувствовал, что мы должны ухватиться, возможно, за временную и уникальную возможность связать два крупнейших финансовых учреждения Северной Америки.

Джордж Чемпион не отверг предложения с ходу, однако настаивал, чтобы мы прежде всего удостоверились, будут ли наши корпоративные клиенты в Соединенных Штатах считать для себя полезным, если мы приобретем долю в крупном канадском банке. С моей точки зрения, это была неправильная постановка вопроса. Мое видение ситуации было таким, что наш главный интерес в союзе с ТД заключался в обеспечении большего объема деловой деятельности непосредственно с ведущими канадскими фирмами. То, что наши клиенты внутри страны думали по поводу этого шага, представлялось мне относительно несущественным.

Когда Джордж определил, что наши клиенты в Соединенных Штатах были индифферентны к тому, будем мы или нет иметь долю в канадском банке, он использовал это обстоятельство в качестве аргумента, чтобы отложить принятие решения. Это было серьезной ошибкой, поскольку время для принятия нами решения быстро истекало. Уолтер Гордон, министр финансов Канады, предложил законодательство, ограничивавшее долю иностранного владения канадскими банками любым физическим лицом или учреждением не более чем 10%.

Предпринимая последнюю попытку спасти исходные условия сделки, я полетел в Оттаву в ноябре 1964 года для встречи с премьер-министром Пирсоном. Я пытался убедить Майка, что ограничение возможностей «Чейза» в плане бизнеса в его стране при одновременном предоставлении неограниченной свободы «Сити-бэнк» было несправедливо по отношению к «Чейзу» и, вероятно, также наносило ущерб экономическому развитию Канады. Майк сказал, что он согласен с моими взглядами, и дал обещание пересмотреть законопроект. Однако через несколько месяцев Ламберт сказал нам, что Гордон проинформировал его, что «он пользуется полным пониманием и поддержкой премьер-министра в отношении предлагаемого им законопроекта и любая информация, исходящая от Пирсона и говорящая о противоположном, не имеет оснований». И все.

Потеря ТД была ужасной неудачей. Она была вопиющим следствием разделения власти в «Чейзе» и нашей неспособности обеспечить банку единое видение будущего. Это был один из наиболее обескураживающих эпизодов во время моей совместной работы с Джорджем Чемпионом.

 

ПОВОРОТ В ЕВРОПЕ

 

 

Несмотря на имевшееся у Джорджа буквально животное недоверие к операциям вне страны, неумолимо поднимавшийся прилив глобальных перемен заставил его изменить свою позицию, и он не противодействовал постепенному наращиванию наших операций в странах Европы и Азии. Поворотный пункт в отношении Джорджа к Европе явился, достаточно странно, результатом непогашенных кредитов, которые мы разместили в Южной Африке и которыми управляли из нашей лондонской конторы. Вначале Джордж рассматривал проблему этих кредитов как подтверждение того, что выход за пределы безопасной территории Соединенных Штатов принесет мало что хорошего. Он направил своего доверенного представителя в Лондон для исправления неразберихи, создавшейся, как он считал, по вине Иностранного отдела.

Вскоре после своего приезда эмиссар Джорджа понял, насколько сильны были позиции «Сити-бэнк» не только в Лондоне, но и почти в каждой другой большой стране Западной Европы. «Сити-бэнк» работал напрямую с европейскими компаниями и начинал завоевывать сильные позиции в отношении американских клиентов «Чейза» в их операциях за рубежом - тут существовала опасность, о которой я предупреждал уже давно.

Обо всем этом было доложено Джорджу, который в конце концов согласился, что мы должны укреплять нашу работу в Европе для противодействия этой угрозе. Последующее исследование, выполненное тем же верным сотрудником Чемпиона, подтвердило, что конкурентность «Чейз-бэнк» требовала создания плацдарма практически в каждой стране Западной Европы. Это исследование изменило все. Джордж мог отмахиваться от моего энтузиазма в отношении расширения, однако он не мог отвергнуть аргументированные взгляды одного из своих наиболее доверенных людей. В результате мы начали планировать создание филиалов на всем континенте - этот процесс занял все остальные годы десятилетия. На протяжении этого периода «Чейз» приобрел ряд важных компаний и создал ряд филиалов.

В Бельгии мы купили 49% Коммерческого банка у его материнской компании - Брюссельского банка. «Чейз» также приобрел 30% акций Нидерландского кредитного банка, который располагал более чем 60 отделениями по всей Голландии. Мы создали совместное предприятие с Банком Ирландии, а также приобрели контрольные пакеты или полностью стали владельцами ряда банков Австрии и Швейцарии. И мы продолжали расширять масштабы работы и позиции наших «флагманских» отделений в Лондоне, Париже и Франкфурте, а также создали новые отделения в Греции и Италии. К концу десятилетия «Чейз» присутствовал в каждой из главных европейских столиц.

 

ЭКСПАНСИЯ В АЗИИ

 

 

Начало нашей экспансии в Азии было гораздо более скромным, но в конечном счете она обеспечила долгосрочные выгоды для банка. Еще в 1967 году присутствие «Чейза» в странах Азии ограничивалось двумя нашими отделениями в Японии, а также представительским офисом в Бомбее. Два наших китайских отделения оказались жертвами коммунистической революции, и, закрыв почти сразу же после этого отделения в Гонконге, мы поступили неразумно. Очевидно, что мы нуждались в радикальном изменении характера нашей деятельности в огромном Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В конце 1950-х годов Джек МакКлой предпринял усилия по расширению нашего неоправданно скромного присутствия в Азии, попытавшись купить долю в Индийском торговом банке - небольшом коммерческом банке, имеющем штаб-квартиру в Великобритании и 28 отделений в странах Южной и Юго-Восточной Азии. Хотя руководство этого банка положительно отреагировало на наше предложение, управляющий Банка Англии лорд Кромер отказал в выдаче разрешения. Вместо этого он предложил, чтобы мы купили восточноазиатские отделения «Чартер-бэнк», представлявшего собой другой крупный британский колониальный банк. Затем Кромер убедил гораздо больший Гонконгский и Шанхайский банк, принадлежащий Британии, купить Индийский торговый банк, что дополнительно укрепляло доминирующее положение ее в области банковской деятельности в странах Азии.

Нам значительно больше повезло в 1963 году, когда принадлежащий Голландии Национальный торговый банк продал нам сеть своих отделений в Сингапуре, Бангкоке и Гонконге за 2,5 млн. долл. Это приобретение вернуло нас в Гонконг и обеспечило нам заново прямое присутствие в таких перспективных странах, как Таиланд и Сингапур. Наряду с этими хорошо расположенными отделениями к нам перешли более 30 опытных голландских менеджеров, таланты и связи которых были буквально бесценными для регионального расширения «Чейза». Позже в этом же десятилетии мы открыли новое отделение в здании бывшего Торгового банка в Джакарте, а также другие отделения в Малайзии, Южном Вьетнаме и Южной Корее. К концу десятилетия мы позиционировали себя таким образом, чтобы играть сильную роль в финансировании впечатляющего экономического роста региона в 1970-е годы.

 

ПОПЫТКИ В АФРИКЕ

 

 

Создание плацдарма в недавно получивших независимость африканских странах на юге от Сахары оказалось труднейшей задачей. Совершив путешествие через Африканский континент в 1959 году, я увидел целый ряд возможностей, однако столь же много препятствий для американских банков. Бывшие колониальные державы дали им независимость, однако одновременно позаботились о том, чтобы их банки продолжали сохранять там доминирующее положение. Это хорошо согласовывалось с ярко выраженным националистическим курсом политики большинства африканских стран и делало задачу вхождения американских банков на рынки этих стран весьма сложной и требующей большего времени.

Мы создали отделения в Иоганнесбурге (Южная Африка), Лагосе (Нигерия), а также в Монровии (Либерия), однако было ясно, что полный охват необыкновенно богатого Африканского континента потребует союза «Чейз-бэнк» с одним из крупных британских, французских или бельгийских иностранных банков, уже находящихся там. Такая возможность неожиданно появилась в 1965 году, когда сэр Сирил Хокер - председатель правления «Стандард-бэнк» в буквальном смысле слова вошел в нашу дверь и предложил нам миноритарную долю в южноафриканском филиале его банка в качестве способа защиты этого банка от угрозы национализации.

Хокер только что осуществил объединение «Стандард-бэнк» с Банком Западной Африки, что привело к созданию структуры, располагавшей более чем 1100 отделениями, разбросанными по значительной части англоязычных стран Африки и стран Персидского залива. Мы решили, что нашим целям будет более соответствовать объединение с самим «Стандард-бэнк», и сделали предложение о покупке 25% его акций. Как сам Хокер, так и Банк Англии отрицательно отнеслись к тому, что мы хотели приобрести такую большую, долю, однако, в конечном счете, согласились на продажу 14,5% акций «Стандард-бэнк» за 21 млн. долл., что сделало нас их самым большим акционером.

Дополнительным преимуществом было то, что сэр Сирил, консервативный британский банкир, прекрасно ладил с Джорджем Чемпионом. Вместе они начали формулировать «грандиозный проект», мощную глобальную банковскую структуру, которая охватывала бы Африку, Азию, Латинскую Америку и Соединенные Штаты. Создавалось впечатление, что Джордж превратился в сторонника моих взглядов, однако он никогда не признал этого факта.

Хотя «Стандард-бэнк» обещал предоставить «Чейзу» операционное влияние и возможности интенсификации нашей собственной работы на крупных африканских рынках, этого не произошло.

С самого начала я настаивал на том, что «Чейз» должен повысить свою долю участия в «Стандард-бэнк», чтобы обеспечить реальное влияние в их глобальной деятельности и позволить нам продвинуть нашу работу в Африке. Хокер и Чемпион возражали против такого подхода, считая его противоречащим их «грандиозному проекту». В пределах нескольких лет стало очевидно (как это показало внутреннее исследование), что «происходит постепенное снижение участия «Чейза» в управлении». Это едва ли было тем глобальным партнерством, которое виделось исходно.

После того так Джордж оставил свой пост в 1969 году, я решил принять меры к исправлению ситуации. Я обсудил этот вопрос с председателем правления принадлежащего Британии Национального Вестминстерского банка, который владел значительно меньшим, но все же значительным процентом акций «Стандард-бэнк». Мы договорились, что каждый из нас будет пытаться повысить долю владения для наших банков до 20%, что обеспечило бы нам эффективный контроль за операциями «Стандард-бэнк». Хокер и его совет (включавший Джорджа Чемпиона даже после его ухода из «Чейза») резко выступили против нашего хода, так же, как и Банк Англии, который вмешался, вероятно по просьбе Хокера, чтобы не дать нам возможности приобретения акций на открытом рынке.

После того как наша стратегия стала ясной, Хокер быстро нанес ответный удар. Не проконсультировавшись ни с Национальным вестминстерским банком, ни с «Чейзом», Хокер провел упреждающее объединение «Стандард-бэнк» с другим британским колониальным гигантом - «Чартер-бэнк». Этот шаг Хокера привел к тому, что доля «Чейз-бэнк» в банке, явившемся результатом объединения, снизилась до менее 10%.

Это объединение также создало непреодолимое препятствие для того, чтобы мы продолжали владеть акциями «Стандард-Чартер-бэнк», поскольку среди многочисленных структур, которыми «Чартер-бэнк» владел во всем мире, имелся небольшой, имевший всего два отделения банк в Сан-Франциско. Несмотря на то, что «Чейз» имел лишь малую косвенную долю в этом калифорнийском банке, Федеральная резервная система вынесла решение, что «Чейз» нарушил правила, запрещающие американскому банку иметь отделения в других штатах. Мы попросили «Стандард-Чартер-бэнк» продать калифорнийский филиал, но они отказали. В результате в 1975 году после многочисленных апелляций в ФРС мы должны были продать нашу долю в «Стандард-Чартер-бэнк».

Хотя мы получили 42-миллионную прибыль на нашу инвестицию в «Стандард-бэнк», окончание наших отношений означало заметную потерю позиций для «Чейза». Наше присутствие в большинстве африканских стран исчезло в течение буквально одного дня, и нам предстояло заново начинать решать задачу по созданию региональной сети.

 



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.