Сделай Сам Свою Работу на 5

Тиль Уленшпигель (монолог)

ФЛАМАНДСКАЯ ЛЕГЕНДА

ПЕРВЫЙ АКТ

П Р О Л О Г

ЧИНОВНИК.
Запрещено!

ТОЛПА.
Запрещено… Запрещено… Запрещено…

ЧИНОВНИК.
Державной волей короля Испаньи
Великого и славного Филиппа
Всем жителям колоний и провинций
А населенью Фландрии особо –
Запрещено!
Читать и множить мерзостную ересь
Мартина Лютера и Яна Гуса
И подвергать малейшему сомненью
Непогрешимость Папы или Церкви –
Запрещено!
Оказывать какую-либо помощь
Врагам Испании, мятежным гёзам,
Бунтовщикам, которых возглавляет
Преступник и предатель – принц Оранский!
Запрещено!

СОЛДАТЫ.
Испанская корона врагу внушает страх,
Испанские знамена на всех материках!
Идет Испания, грохочут сапоги!
Готовь заранее гробы и сундуки!
Тащи с поклоном хлеб да соль!
Смерть непокорным! Да здравствует Король!
Да здравствует король Филипп Второй!

КОРОЛЬ.
Мне вручена неслыханная власть.
В моих владеньях солнце не заходит.
Все золото земли лежит в моих угодьях,
И зреют все плоды, чтоб в руки мне упасть!

 

ОРАНСКИЙ.
Мы гёзы!
И мы спасем от палачей просторы родины своей!
Развеем мрак!
Восстанья я поднял флаг!
А кто не с нами – тот враг!!

КОРОЛЬ. И пусть мятежный принц, восставший на меня,
Зовет мятежный сброд на гибель за собою…
Здесь я – один! – свою диктую волю!
Здесь и везде, где правлю я!

НЕЛЕ.
Ах, как жарко, жарко на лугу ночном!

ТИЛЬ.
Видно солнце вместе с нами на лугу заночевало.
И трава не остывает, и одежда не нужна.

НЕЛЕ.
Ах, как ночь туманна, ночь туманна, а светло как днем.

ТИЛЬ.
Я сказал бы, это месяц, но его нигде не видно.
Значит, вот какое дело, ясный месяц – это я.

НЕЛЕ.
Вот лицо твое, твои руки, вот глаза твои снова рядом…

ОБА.
Ни прощанья, ни разлуки нет и не было, и не надо…

НЕЛЕ.
Не помню, не помню, где мы, кто мы, как нас зовут…

ТИЛЬ.
Вот ручей журчит: неле-неле-неле…

НЕЛЕ.
А вот жаворонок: тили-тили-тиль…

ЧИНОВНИК.
Запрещено!

СОЛДАТЫ.
Испанская корона врагу внушает страх,
Испанские знамена на всех материках -
Идет Испания, грохочут сапоги!
Готовь заранее гробы и сундуки!
Тащи с поклоном хлеб да соль!
Смерть непокорным! Да здравствует Король!
Да здравствует король Филипп Второй!



ЧИНОВНИК.
Запрещено!

ТОЛПА.
Запрещено… Запрещено… Запрещено…

ТИЛЬ
А что разрешено?

ЧИНОВНИК.
Разрешено под страхом смерти.
Разрешено выслеживать, докладывать, указывать
На тех, кто думает и делает все то,
Что папою и королем запрещено.

ТОЛПА. Запрещено… запрещено… запрещено…

Я Р М А Р К А 1

ТОЛПА.
Кто имеет – пусть умножит,
Кто узнает – пусть доложит.
Золото не пахнет, стыд не гложет…
Торгуй, братцы, кто чем может.
Продавай, продавай, не жалей
Уголек и рыбу, душу и друзей.
Денежки заветные вынь да положь
Ярмарка, ярмарка, торгуй, чем хошь!
Все годится на продажу.
Смех за слезы, смерть за кражу
Честь и совесть – дьявол с нею,
Ты не сможешь – я посмею.
Продавай, продавай, не жалей
Уголек и рыбу, душу и друзей.
Денежки заветные вынь да положь
Ярмарка, ярмарка, торгуй, чем хошь!

КЛААС.
Уголь, уголь, уголь-уголек.
Кому уголька, золотого огонька?
Греет хорошо, горит красиво.
И вам на радость и мне на пиво.

РЫБНИК.
Рыба! Рыба! Живая рыба! Вишь, как дышит!
Вишь, как шевелится!
За хвост ее, головой об стол, кишки кошке и живьем в котел
Есть на что раскошелиться!

МОНАХ.
Индульгенции! Индульгенции!
Отпущение грехов за пару пятаков!
Убийцы! Двоеженцы! Поганцы! Отщепенцы!
За святую бумажку – кошелек на распашку,
И будете чисты, аки агнцы и младенцы!
Индульгенции! Индульгенции!

СОЛДАТ.
Идолы! Болваны! Индейские амулеты! Арабские талисманы!
От запоя, от сглаза, от потери сил! Сам раздобыл!
Где с мертвого снял, где могилку разрыл.

КНИГОТОРГОВЕЦ.
Библия! Библия! Полезное чтения на любой вкус!

ЧЕЛОВЕК В КАПЮШОНЕ.
Мне нужен Лютер или Ян Гус.

КНИГОТОРГОВЕЦ.
Тихо! Ты что? Ян Гус запрещен.

КАПЮШОН.
А запрещенное теперь почем?

КНИГОТОРГОВЕЦ.
Дай два дуката – и дело готово.

КАПЮШОН.
Вот и чудесно. Ты арестован.
(Уводит Книготорговца)

ЖИЛЛИНА И ДЕВИЦЫ.
Эй, красавцы, хватит торговать,
Доставай монету, ляжем ночевать!
Отдохнешь мой милый, от великих дел,
От жены постылой, – ты ей тоже надоел!
На моей постельке, да за твой счет,
Мертвый встанет, живой не упадет!
Время бить посуду! Посуду!
Время пить до дна!
Все равно я буду! Я буду!
Не одна!
(Появляется Тиль с огромным обручем)

ТИЛЬ.
Волшебное зеркало! Чудо колесо!
Говорит всю правду и всю говорит в лицо!
Кто ты есть и кем ты будешь, чем болеешь, кого любишь,
И когда на страшный суд тебя черти унесут.
Эй, крестьяне, горожане, прихожане – подходи, чего стесняться?
Вы же не уроды!
А если уроды – то от природы.
А что от природы – то естественно,
А что естественно – то красиво!
Подходи, смотри, говори спасибо!
Подходи, монетку брось,
Да погляди, что глянется,
Твое личико, не бойсь,
При тебе останется!

КЛААС (кидает Тилю монетку).
Держи, сынок!
Ну, давай, показывай.

ТИЛЬ.
Раз! Два! Три! Смотри!!
Зеркало, кто я?
(Встал в обруч.)

ЛАММЕ.
Ты Тильберт Уленшпигель!
Красив, хорош, как смертный грех!
Рожден ты девкам на погибель,
Врагам на горе, нам на смех.
Тиль, давай, Тиль, не бойся, шути, Тиль.
А то мы тут прокиснем!
Смейся, не плач, Тиль,
Кого хочешь дурачь, Тиль.
А когда надо – свистнем!

ТИЛЬ.
Мой друг Ламме из города Дамме,
Гроза колбас, король обжор!
Обширное место для мяса и теста,
Кто свалит его?
Только запор!!!

ТОЛПА.
Тиль, давай, Тиль, не бойся, шути, Тиль.
А то мы тут прокиснем!
Смейся, не плач, кого хочешь дурачь, Тиль,
А когда надо – свистнем…

ТИЛЬ. Кто следующий?

МОНАХ. Индульгенции!

ТИЛЬ (передразнивая.)
Индульгенции! Помоги, отец духовный,
Видишь я такой греховный,
Безумный, бездомный, никчемный.

МОНАХ.
А я все могу простить,
Если сможешь заплатить.

ТИЛЬ (платит, получает индульгенцию).
Ай-яй-яй, Иисус Христос был бедный,
А ты жирный, а ты жулик…

РЫБНИК, МОНАХ
Богохульник! Богохульник!
Богохульник!

РЫБНИК. Когда ты сдохнешь, сдохнешь, сдохнешь!

ТИЛЬ. Когда пиво кончится!

ТИЛЬ, КЛААС.
Когда пиво кончится,
Жить нам не захочется,
А пока мы пиво пьем,
Живы будем, не помрем!

ТОЛПА.
Когда пиво кончится,
Жить нам не захочется,
А пока мы пиво пьем,
Живы будем, не помрем!

ТИЛЬ (Рыбнику). А ты, Рыбник, не хочешь заглянуть?

РЫБНИК. Не хочу.

ТИЛЬ. А я покажу.

РЫБНИК. А я не хочу.

ТИЛЬ. А я даром покажу.

РЫБНИК. А я и даром не хочу.

ТИЛЬ. А чего ты боишься?

РЫБНИК. А чего мне бояться, шут?

ТИЛЬ.
Я шут, а ты весь тут!
(Вытащил угря из корзины Рыбника.)
Кровь твоя рыбья, натура змеиная.
На вид, на дух – давно протух.
Поймать тебя трудно, держать тебя скользко.
Покупаешь, продаешь, а сказать, как ты умрешь?

РЫБНИК. Шут!

ТИЛЬ. Кто следующий?

РЫБНИК, МОНАХ.
В костер его!
В костер его!
В костер его!

ТИЛЬ. В костер нельзя!

ТОЛПА. (предвкушая потеху).
Это почему? Это почему?

ТИЛЬ (показывая Рыбнику индульгенцию).
Он сам грехи мне отпустил,
За что я денежки платил?
За что я денежки платил?

ТОЛПА.
За что он денежки платил?

ТИЛЬ.
Денежки платил, денежки платил…

РЫБНИК.
Тьфу, ты, дьявол,
Будь ты проклят!
По тебе давно верёвка плачет!

МОНАХ. По тебе давно
Веревка плачет!!

ТИЛЬ (Рыбнику).
По мне хотя бы плачет
Веревка, зато
По тебе не заплачет
Никто!

ЛАММЕ, ТОЛПА
Тиль, давай, Тиль,
Не бойся, шути, Тиль,
А то мы здесь прокиснем!
Смейся, не плачь,
Кого хочешь, дурачь, Тиль,
А когда надо – свистнем.

(К Тилю подходит Жиллина.)

ТИЛЬ. О, души моей царица,
Не пройти ли нам в кусты?

ЖИЛЛИНА.
Ах, я невинная девица,
А все мужчины подлецы.

ТИЛЬ.
О Жиллина, ты жестока!

ЖИЛЛИНА.
Ах, бедняжка, что с тобой?

ТИЛЬ.
Я от страсти помираю…

ЖИЛЛИНА.
Все там будем, милый мой.

ТИЛЬ.
Обними же на прощанье.

ЖИЛЛИНА.
Поясница заболела, наклониться не могу.

ТИЛЬ.
Хорошо, я помогу.

(Жиллина в объятьях Тиля. Появляется Неле. Рыбник хватает ее за руку и тащит к целующимся Жиллине и Тилю.)

НЕЛЕ (Тилю.)
Как ты можешь, как ты смеешь?
Что ж такое?
Не успели повстречаться,
Ты с другою.
Ничего тебе не жалко ради смеха.
Мне обида, мне позор – тебе потеха.
Вот потеха, вот забава – как красиво!
Смейся, милый, смейся дальше…
(Пощечина.)

ТИЛЬ. Ну, спасибо…

ЖИЛЛИНА.
Ах, как жарко, жарко,
Ах, как жарко, ах, как жарко на лугу ночном.

ТИЛЬ.
По ночам бывает жарко,
Днем и вовсе горячо,
Подожди меня, родная,
Обожги меня еще!
(Притягивает к себе Неле.)

СОЛДАТ (грубо вырывая Неле из объятий Тиля.)
Эй, фламандская свинья!
Здесь хозяин – я!
Девка, стало быть, моя!
Именем Короля!

КЛААС (пытаясь встать между Неле и Солдатом.)
Эй, Испания!

СОЛДАТ. Прочь!

ЛАММЕ. (помогая Клаасу)
Эй, Испания!
Да здравствует Испания!

СОЛДАТ. Убью!

ТИЛЬ.
Привет Испания! Милости просим!
Милости просим в наш дом!
Вы здесь – хозяева, мы ваши гости.
Кушайте – мы подождем!
Друг мой испанский, жри без опаски,
А если ослабнет живот,
(Указывая на Рыбника.)
Этот подлижет тебе, где пониже!
(На Монаха.) А тот за тобой подотрет!

РЫБНИК. Это еретик – повесить его!

МОНАХ. Бунтовщик! Крамольник! Еретик! Повесить!

СОЛДАТ (Тилю). Молчать! Убью!

ТИЛЬ. И все идет как надо!
Свидетель нам Христос!
Чем смирнее стадо,
Тем жирнее пес!!

СОЛДАТ. Что-о-о?! Хватай его!

РЫБНИК, МОНАХ. Повесить! В петлю! Вяжи его!
(Толпа загораживает Тиля.)

ЗЕРКАЛО. 2

ТИЛЬ.
Когда же перестанут
Слепые дураки
Взыскивать со зрячих
За свои грехи?
Взыскивать, вздергивать,
Поедом есть,
Ведь я же вам показываю
Только то, что есть!
А если не понравится,
То на себя и злись,
А крови тебе хочется -
Пойди и застрелись.
А если тебе кажется,
Что ты ангел во плоти,
То вырви себе о-хо-хо
И крылья отрасти!
Я же чудо-зеркало.
Какой с меня спрос?
Ну разве я в ответе
За твой притворный взгляд,
За твой пропитый нос,
За твой бесстыдный рот,
За твой холуйский вид,
За твой телячий разум и волчий аппетит.

ТОЛПА.
За твой притворный взгляд, За твой пропитый нос,
За твой бесстыдный рот, За твой холуйский вид,
За твой телячий разум и волчий аппетит.

ТИЛЬ. Кто следующий?

КОРОЛЬ (появляясь.) Я!
(Гробовая пауза. Солдат, Рыбник и Монах бросаются к Тилю, скручивают его, бросают в ноги королю…)

ТИЛЬ.
Ты волен разрешать… ты волен запрещать…
Кострами и мечем ты страх повсюду множишь…
Ты можешь все. Ты одного не можешь Смеяться и прощать.

КОРОЛЬ.
Неправда. Я охотно посмеюсь,
Когда повиснешь ты, ободранный как гусь…
И я тебе прощу, когда в последний миг
Ты высунешь надолго крамольный свой язык.
(Тиля ведут вешать.)

ТИЛЬ. Вот это да! Вот это да!
Король перешутил шута –
О, как я опозорен!
Пускай повисну я как гусь.
Но богородицей клянусь. ты не на все способен.

КОРОЛЬ. Чего ж я не могу?

ТИЛЬ. А если я скажу, ты меня отпустишь?

КОРОЛЬ. Слово короля.

ТОЛПА. Слово Короля – золотое слово…

ТИЛЬ.
Тебе дана неслыханная власть…
Доступно все твоей державной воле…
Так поцелуй меня в ту часть,
Которую всю жизнь пороли!

ЧИНОВНИК. Шут! Раб!

КОРОЛЬ.
Отныне навсегда
Он Фландрию оставит.
И тот, кто здесь его застанет,
Пусть убивает без суда! Беги!

ТОЛПА. Слово короля – золотое слово!

КОРОЛЬ.
Беги, как заяц! Мой указ
Вступает в силу в сей же час!

ЧИНОВНИК.
Итак, кто встретит здесь шута,
Пусть убивает без суда!

СОЛДАТ, МОНАХ.
Стало быть, ушел – шут,
Стало быть, ушел – скот.
Даже не понять – как,
Все-таки нашел ход.
Стало быть, опять – жив.
Стало быть, опять – здрав.
То ли небеса спят,
То ли сатана прав.

ТОЛПА. Слово Короля – золотое слово!

РЫБНИК.
Снова судьбе надо мною смеяться…
Боже! Нельзя ему жить на земле.
Жизнью отца его, жизнью Клааса
Заклинаю. отдай его мне.

ТИЛЬ.
Слово Короля – золотое слово.
Отпустил меня еле живого.
(С пафосом.) Выбора нет – ухожу навсегда.
(С еще большим пафосом.)
Правда, пока что не знаю куда!
(Перемигивается с Жилиной и исчезает.)

НЕЛЕ. Тиль!
(Жиллина уходит вслед за Тилем.)

СОЛДАТ, МОНАХ.
Стало быть, ушел – шут,
Стало быть, ушел – скот.
Даже не понять – как,
Все-таки нашел ход.
Стало быть, опять – жив.
Стало быть, опять – здрав.
То ли небеса спят,
То ли сатана прав.

РЫБНИК.
Сжалься, Господь, смилуйся Боже.
Раб твой решился – благослови…
Мишень моя Тиль, Клаас мой заложник
Сын захлебнется в отцовской крови!!
(Сцена затемняется.)

П А П А Ш А К Л А А С 3

(Одинокая Неле. Поодаль Рыбник.)

НЕЛЕ.
Боже, я снова одна.
Как непросто, как трудно любить.
Неужели всегда после встречи и радости – боль и разлука?
Отчего это, Господи, если любовь, то и мука?
Господи, разве так можно?
На что ты меня осудил…
Я до Тиля могу дотянуться рукой…
Но не я, а она рядом с ним…

РЫБНИК.
Боже, во имя твое
Не могу я щадить и не должен!
Ты велел – я иду и предам, и убью, и разрушу,
Лишь бы дьявол не смел искушать и губить неповинную душу.
Господи! Разве не страшно.
На что ты меня осудил?
Неужели все зря. Неужели
Ты не видишь, как мучится Неле.
Первая жертва и первая кровь – дай силы осмелиться!

НЕЛЕ.
Первая радость моя и любовь – на что мне надеяться?

РЫБНИК.
Почему так темно и тревожно…

НЕЛЕ.
Неужели просить безнадежно?

ОБА.
Господи, разве так можно?
На что ты меня осудил!
Не оставь, помоги мне, о Господи!
(К Неле подходит Клаас.)

КЛААС.
Господи, да Господи, да боже ты мой…
Скажите мне на милость.
Эй, Рыбник, что с тобой?
А ты чего разнылась?
Да брось ты в самом деле,
Взгляни-ка на меня.
Вот в этой старой печке
Еще полно огня!
Горю, пылаю,
Покуда не сгорю.
И дров я наломаю,
И кашу заварю.
Живи, дыши, не бойся
И слезы зря не трать.
Не стоит раньше срока
От страха помирать.
Мой Тиль! Мой мальчик!
Да кто ему указ?
Его и папа римский не отберет у нас!
Тиль – это свобода.
Тиль – это соль земли.
Да пропади же они пропадом
Все эти троны, короны, отцы-короли,
Попы, аббаты…
Короче говоря,
Для Тиля главный папа – это я!
РЫБНИК (исступленно).
Безвинный Клаас сгорит в огне…
Господь мой! Ты прощаешь мне…

К А Б А Ч О К 4

(Жиллина, девицы, Ламме, Тиль в женском наряде.
Незнакомец в плаще и капюшоне. Это принц Оранский.)
ЖИЛЛИНА.
Плакала девушка, слушая скрипку

Над пиццикато печальным и зыбким

Я недостойна милости Божьей

Блудницы не птицы, им в небо не можно.

ДЕВИЦЫ.
Я недостойна милости Божьей

Блудницы не птицы, им в небо не можно.

ЛАММЕ (незнакомцу).
И он говорит самому королю.
Если, говорит, ты такой всесильный
То, говорит, поцелуй меня… (шепчет на ухо)
Так прямо и сказал!
Тиль – он такой, он герой! Ну что ты!
Он скажет, как отрежет.
Хоть падай – хоть стой!
(К Ламме пристает девица.)
Отвяжись от меня.
(Незнакомцу.) Тиль, ты уж поверь,
Тиль… (Девице.) – отстань, говорят,.. –
Никого не боится!
Тиль – молодец, настоящий мужчина!
Где-то он бродит теперь?
(Девице) Да отвяжись ты от меня, сказано тебе!

ДЕВИЦА.
Угости меня, мой худенький, дай вина!

ЛАММЕ.
Хватит с тебя, ты и так уж пьяна.

ДЕВИЦА. Угости меня.

ЛАММЕ. Обойдешься.

ДЕВИЦА. Обними меня.

ЛАММЕ. Задохнешься.

ДЕВИЦА. Поцелуй меня!

ЛАММЕ. Ты дура, что ли?

ДЕВИЦА. (басом)
Ну поцелуй меня в ту часть,
Которую всю жизнь пороли…
(это Тиль.)

ЛАММЕ. Ты? (объятья)

ТИЛЬ.
Ну а кто же!
Это я переоделся для особой красоты,
Чтобы ты меня, увидев, полюбил навек…
(Жест в сторону незнакомца.)
А вон дядечка в углу – это что за человек?

ЛАММЕ.
Ах, подружка дорогая, я не знаю, кто он.
Может трезвый, может пьяный,
может попросту шпион…

ТИЛЬ (незнакомцу).
Эй, приятель-друг-голубчик,
Ты никак следишь за мной.
Много хочешь – хрен получишь,
Дядя, я – не твой.

ЖИЛЛИНА.
Эй, подружка дорогая, пойдем отдыхать!
У меня в каморке широкая кровать.

ТИЛЬ, ЖИЛЛИНА.
Свет потушим, пиво поставим,
Отдохнем, пока не устанем!
(В кабачок врывается испанский солдат.)

ДЕВИЦЫ.
Время бить посуду!
Время пить до дна!

СОЛДАТ (Тилю)
Эй, девчонка, ты взялась откуда?

ТИЛЬ. Вот тебе и на…
(На авансцене возникают Король и Чиновник. Действие в кабачке уходит в затемнение.

ЧИНОВНИК.
Плохие вести.
На побережье гезы покинули суда
И ждут Оранского, чтоб двинуться сюда.
При этом есть еще известье,
Что мятежный принц здесь, в городе.
На заставах я устроил патрули.
Он будет уходить и попадется.

КОРОЛЬ. Что мой шут? Он жив?

ЧИНОВНИК.
Ушел. Исчез. Как сквозь землю провалился.
(Возникает Рыбник.)
Но далеко уйти не мог.
Вернется и будет мертв.
(Знаком подзывает Рыбника, берет из его рук донос, протягивает королю.)
Вот донос на некоего Клааса.
Клаас – отец шута.
Сынок, узнав о казни, возвратится…

РЫБНИК. И он умрет… умрет… умрет…

КОРОЛЬ. (не взглянув на донос)
Приговорен. О казни объявить по Фландрии.
(взглянув на Рыбника.)
И пусть доносчик будет палачом шута.
(По знаку Короля Чиновник и Рыбник исчезают.)
Отец шута, сгорев, погубит сына.
Пути твои, Господь наш, неисповедимы.
(Король исчезает. Вновь оживает действие в Кабачке.)

СОЛДАТ (Тилю.)
Эй, девчонка, а ты взялась откуда?

ТИЛЬ. Вот тебе и на!

СОЛДАТ.
Ну, улыбнись солдату, крошка,
Дай поцелую от души,
Хоть и костлява ты немножко,
Но больно губки хороши.
Чего молчишь, моя милашка?
Ну хоть словечко мне скажи!

ТИЛЬ (высовывая язык). Бе-е-е…

СОЛДАТ. (узнав Тиля) Ты?

ТИЛЬ.
Это я переоделся для особой красоты,
Чтобы кто меня увидел, не забыл вовек…

ЛАММЕ. (Восторженно)Ну, человек!

ТИЛЬ. Ну, Испания! Время бить посуду!

СОЛДАТ. Сейчас я твой язык в кишки тебе засуну!

ТИЛЬ.
Внимание, внимание! Смотрите сюда!
Великая Испания против шута.
Испанская корона настолько велика,
Что выставляет армию против колпака,
И много отваги и длинные шпаги,
Но зато руки коротки.
(Поединок Тиля с солдатом яростен и комичен. Не раз солдат оказывается на земле, но вновь поднимается и лезет в драку… Постепенно действие в кабачке уходит в затемнение. На авансцене возникают Чиновник, Рыбник, Клаас.)

ЧИНОВНИК.
Вот и чудесно. Приступаю к делу.
Свидетель есть и сказано довольно.
Ты угольщик Клаас?

КЛААС. Да, угольщик Клаас.

ЧИНОВНИК. Женат?

КЛААС. Вдовец.

ЧИНОВНИК. Мы знаем. Дети есть?

КЛААС. Сын.

ЧИНОВНИК. Имя сына?

КЛААС. Тиль.

ЧИНОВНИК. Мы знаем. Уленшпигель. Где он находится?

КЛААС. Вы знаете.

ЧИНОВНИК. Да, знаем. Где он находится?

КЛААС. Он Фландрию покинул.

ЧИНОВНИК.
Итак, фламандец, угольщик Клаас,
Отвечай правду, только правду…
“Да пропади они пропадом, все эти троны, короны,
попы? – ммм… отцы-короли, аббаты…”
Ты это говорил?

РЫБНИК.
Он это говорил!
Говорил! Говорил! Говорил! Говорил!

ЧИНОВНИК. Вот и чудесно. Желаешь оправдаться?

КЛААС. Не желаю.

ЧИНОВНИК. Вот и чудесно. Каяться не будешь?

КЛААС. Не буду.

ЧИНОВНИК (сделав знак Рыбнику удалиться).
Ну и вовсе хорошо.
Итак, фламандец, угольщик Клаас,
Державной волей короля Испаньи…
(Появляется Неле.)
Владыки полу мира, в том числе
Брабанта, Фландрии и прочая, и прочая…
Приговорен…

ХОР.
Приговорен… Приговорен… Приговорен…

КЛААС (не оборачиваясь, Неле).
Пусть сын не знает ничего.
Они убьют его.

ЧИНОВНИК.
Приговорен к сожженью на костре.
(Чиновник, Клаас, Неле – исчезают.
Вновь оживает кабачок. Поединок Тиля с Солдатом. Солдат снова на земле.)

ТИЛЬ.
И вот затих неравный бой!
Фламандцы и фламандки,
Вы видите перед собой
Испанские останки.
Когда и кто подумать мог,
Представить на минутку,
Что шут солдату даст урок,
Скрестив со шпагой шутку.
С мечом-то каждый молодец –
Дырявь чужие шкуры.
Но у шута, прости, Творец,
Особая натура.
И вот лежит гроза держав,
Краса и цвет Мадрида,
Сраженный шуткой Голиаф
У стройных ног Давида.
(Незнакомец встает, подходит к лежащему солдату, наклоняется над ним…)
А это значит, господа,
Непобедимых нету.
И это стоит, господа,
Всему поведать свету.
Ну а пока еще лежит
И еле дышит рыцарь,
Что должен сделать наш Давид?

ЛАММЕ.
Спеть песенку и смыться.

ЖИЛЛИНА.
Эй, подружка, пойдем отдыхать,
У меня в каморке широкая кровать,
Свет потушим, пиво поставим…

ОРАНСКИЙ.
Хватит!! (откидывает капюшон)

ЛАММЕ. (поражен) Принц Оранский!

ОРАНСКИЙ. (Тилю).
Послушай, парень,
Ты, как я вижу, весельчак, и твой язык, что твой кулак,
Неплохо скроен.
Так вот что, парень.
Нам не нужны теперь шуты, теперь бойцы нужны, а ты –
Хороший воин!
И если правда,
Что тебе дорог твой народ и ненавистен подлый гнет
Чужой державы,
Тогда пора
Оставить шуточки и блажь, забыть забавы,
Тогда ты наш.

ТИЛЬ. Ваш? Чей ваш?

ОРАНСКИЙ.
Мы гезы!
И мы заставим этих псов в огонь их дьявольских костров
Живьем залезть!
За наше дело
Любой последнее отдаст, за нами Фландрия,
За нас Святая Дева!
А кто не с нами – тот, значит, враг,
Ну, а с врагами поступают, знаешь как…

ТИЛЬ.
Вот мне везет. Весь день погоня.
Я вам не враг, но для меня
Вы слишком грозные друзья.
Так что, оставьте меня в покое.
Каждый из нас в своем бою
Или погибнет, или спасется.
Я свои песенки пою,
Мне за них тоже, ох, достается.

ЖИЛЛИНА.
Ну, идем же, миленький,
Сейчас ты будешь мой.

ОРАНСКИЙ (распахивая плащ и хватаясь за меч).
Мой меч суров. Я не терплю шутов. Ты чей?

ЖИЛЛИНА. Он – мой!

ТИЛЬ (Жиллине). Не твой!
(Оранскому.) Не твой. Ничей!

ЖИЛЛИНА. Ты – мой!

ТИЛЬ. Ничей! Я просто шут!

ОРАНСКИЙ.
Ты просто шут.
(Жест в сторону лежащего солдата.)
Но он убит тобой!!

ТИЛЬ. Убит?!
(Бросается к телу лежащего солдата.)
(Гробовая тишина.)

ЛАММЕ. Бежим!
(Вбегает Неле.)

ТИЛЬ.
Ты нашла меня, Неле, в плохую минуту,
Некстати, не во время, ты уж прости…

НЕЛЕ. Ты прости меня, Тиль…

ТИЛЬ.
Мы тут, видишь, немножко побили посуду,
Да кажется слишком, мне надо идти…

НЕЛЕ. Куда?! Зачем?!
…покуда ты здесь, им тебя не найти…

ТИЛЬ.
Не могу, не желаю я здесь оставаться,
Метаться, как будто карась на огне.

НЕЛЕ. …его обмануть… не сказать… Тиль, прости…

ТИЛЬ.
Мне тут выбор один – помирать или драться.
Ни то, ни другое не нравится мне.

НЕЛЕ.
…обмануть? И он скажет мне:
"Неле, я больше – ничей…"

ТИЛЬ.
Ты прости мои шутки, забудь свою ревность.
Одна ты и в сердце, и в жизни моей.

НЕЛЕ. … рассказать… Они схватят его и казнят!!

ТИЛЬ.
Все равно я вернусь, а куда же я денусь.
Я твой, моя девочка, больше ничей.

НЕЛЕ. …они схватят его. Уведут от меня и казнят!

ТИЛЬ.
До свиданья, родная, авось ненадолго,
А то заскучает король без меня!
Повидаю отца перед дальней дорогой
И все, и пойду…

НЕЛЕ. (Ламме) Нет!
(Тилю) Не ходи туда… Господи, что ж это?
(Жиллине) Не отпускай его.
ТИЛЬ. Что с тобой, Неле!

НЕЛЕ.
Нет…

ТИЛЬ. Что с тобой, Неле?!

НЕЛЕ.
Нет…

ТИЛЬ. Где отец?

НЕЛЕ.
Нет…

ТИЛЬ. Отвечай, что с отцом, Неле! Что с отцом?!!
(Тиль отталкивает Неле, та падает. Тиль бросается к дверям.)

НЕЛЕ. Тиль!!
(Тиль останавливается) Тиль!
(Всем.) Не пускайте его. Клаас на костре…
(Тиль бросается вон из кабачка. Оранский преграждает ему путь. Яростная борьба. Ламме, Жиллина, девицы повисают на Тиле и валят его наземь.)

К А З Н Ь 5

(Клаас на костре. В отдалении Король.
Бьет колокол.)
КОРОЛЬ.
Замри, земная суета,
Зажгись, зажгись огонь во мраке!
В предверьи Божьего суда
Сожмись, душа, в священном страхе!
Молись, тоскуй и плачь о том,
Что нам предел положен строго.
Кому сейчас, кому потом -
Не дальше заданного срока – во имя Господа!

КЛААС.
Луга мои цвели-цвели, теперь на них снега легли…
А были ночи жаркие – есть что поминать…
Не мало было прожито, хоть мало было нажито…
И значит, плакать не о чем – можно помирать! –
Во имя Господа!

КОРОЛЬ.
Смотрите, жалкие рабы
Как смерть свое свершает дело.
Вот перед кем мы все равны!
Вот власть, которой нет предела!
В каком бреду о ней забыть?
Кого просить о снисхожденьи?
Молись и плачь – и может быть
Найдешь в молитве утешенье – во имя Господа!

КЛААС.
Прощайте все… прощай, сынок!…
Прощай, старушка Фландрия –
У нас с тобой хорошие дети подросли…
Пылай, огонь, мой старый друг!
Не дай мне долго мучиться..
А жизнь, она не кончится!
Сколько не казни, – во имя Господа!
(Безмолвная толпа вокруг костра. Чиновник, Рыбник, Монах…)

ЧИНОВНИК. Итак, фламандец, угольщик Клаас,
Повинный в дерзкой ереси и бунте,
Приговорен к сожженью на костре.

МОНАХ. Аминь!

ЧИНОВНИК. Да свершиться правосудие!

МОНАХ.
Господи, прости раба и сына твоего…
Блудного, бедного, бренного,
Озлобленного, чванного, надменного,
Потрясенного, смятенного, смиренного,
Окаянного, повинного, осужденного…

ЧИНОВНИК.
А все имущество казненного,
Державной волей короля Испаньи
Поделено на равные две части.
Из коих первую получит сам Король,
Вторая же достанется тому,
Кто выследил и выдал нам преступника.

РЫБНИК. Да здравствует Король!

СОЛДАТЫ.
Испанская корона врагу внушает страх!
Испанские знамена на всех материках!
Мы ересь уничтожим – вот грозный наш пароль!
Священ закон твой, Боже! Да здравствует Король!

РЫБНИК. Да здравствует Король!

КОРОЛЬ.
Неистовый огонь, живи в моих кострах,
Твоя слепая страсть вовек неутолима.
Пылай! Пылай! Пылай неутомимо,
Преображай живое в прах!

РЫБНИК.
Ну, где ж ты, жалкий шут?
Спеши, его сожгут!!

ГОЛОС НЕЛЕ.
Отчего так жарко, жарко на лугу ночном…
Ах, как ночь туманна, а светло, как днем…

КОРОЛЬ.
Презренна пред тобой земная суета,
Ничтожна плоть, вопящая от боли.
Пылай, огонь, твоя творится воля
И мощь, и красота.

РЫБНИК. Спеши, безбожный шут, тебя здесь ждут!

ТОЛПА. Боже! За что караешь? За что?!

РЫБНИК. Не пришел! Он не пришел, Боже! Он не пришел!

ВСЕ.
Господи! Разве не страшно?
На что ты его осудил?!

КЛААС. Т и л ь !..

РЫБНИК. Тиль!…

Конец первого акта.

ВТОРОЙ АКТ

П Е П Е Л И Щ Е. 6

(Тиль, Ламме, Неле…)
ГОЛОС КЛААСА.
Живи, дыши, не бойся,
И до конца держись…
Какая никакая,
А все же это жизнь.
Мой Тиль, мой мальчик,
Ты помни об одном.
Чем больше в мире смеха,
Тем меньше страха в нем.

ГОЛОСА.
-Угольщик Клаас повинен в дерзкой ереси и бунте…
– Господи, разве не страшно, за что ты его осудил…
– Неистовый огонь живи в моих кострах…
– И да свершится правосудье…
– От чего так жарко, жарко на лугу ночном…
– Испанская корона на всех материках…
– Пылай, пылай, пылай неутомимо,
преображай живое в прах…
– Аминь!

ГОЛОС КЛААСА.
Тиль!!!

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце!!!

НЕЛЕ.
Мой милый, любимый…. О, как ты далеко!
Какими словами тебя отогреть?
Как страшно и грозно и так одиноко,
Что сердцу не уцелеть…

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце…
Пепел отца жжет мое сердце!!!

НЕЛЕ.
Тебе ни помеха, ни помощь – никто я,
Тебе, мой любимый, единственный мой…
Теперь над тобою и небо другое…
Грусть – иная и смех – другой…

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце…
Пепел отца жжет мое сердце!!!

НЕЛЕ.
А встретимся мы, не узнаешь – не надо.
И я не напомню, глаза отведу.
Захочешь позвать меня – хватит и взгляда,
Услышу, приду…

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце…
Пепел отца жжет мое сердце!!!

НЕЛЕ.
Прощай, мой любимый… Прощай!!

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце!!!
Ламме!
Послушай, Ламме.
Ты, как я вижу, весельчак, пожрать и выпить не дурак,
По брюху видно, -
Так вот что, Ламме.
Нам не нужны теперь шуты, нам на такие животы
Смотреть обидно!
И если правда,
То, что ты любишь свой народ и ненавидишь подлый гнет
Чужой державы, -
Тогда, мой Ламме,
Клади живот свой за народ, забудь забавы,
И – вперед!

ЛАММЕ.
Я готов!
Раз ты готов – я тут как тут, теперь пускай они не ждут
От нас пощады!
Для этих псов
Устроим мы такой костер, такое пламя разведем –
Похлеще ада!
(Возникает Оранский, за ним силуэты гёзов…)

ГОЛОСА ГЕЗОВ.
Мы – гезы!
И наш закон – святая месть за нашу попранную честь,
За кровь и слезы!
Мы – гезы!
И мы заставим этих псов в огонь их дьявольских костров
Живьем залезть.

ТИЛЬ.
Мечу ответит меч, грозе ответит смерч,
И страшен будет всход кровавого посева.
Прощай! Пылай! Огонь святого гнева.
Кровь за кровь. Смерть за смерть!
Не ради наших пышных слов на поминальной тризне,
Не ради славы, барыша.
Вперед, вперед, свобода стоит жизни!
А жизнь без свободы не стоит и гроша!

ОРАНСКИЙ. (Тилю)
Ну что, приятель!
Мной не забыт вчерашний бой.
Ты был – ничей.
Ты был – ничей, а стал ты мой,
Чтоб отомстить любой ценой.
(Поодаль возникает Король.)

ОРАНСКИЙ.
Ты был ничей, приятель,
А это значит – враг.
И был мне непонятен
Нелепый твой колпак.
Поклялся я народу,
И мне поверил он -
Любой ценой добыть ему свободу
И справедливость возвести на трон…
Любой ценой!!!

КОРОЛЬ (Оранскому).
Свободу славят бунтари,
Подняв на троны топоры.
Все это, друг мой, до поры, до времени.
Добыв секиру королей,
Дружить ты будешь только с ней.
А всех иных друзей – на цепь и к стремени…
Любой ценой.

ОРАНСКИЙ.
И как бы ни был труден
Кровавый мой поход, -
Клянусь, что полной грудью
Страна моя вздохнет.
(Тилю.) Вчера был нужен сброду твой
Площадной жаргон.
Сегодня меч добудет им свободу
И справедливость возведет на трон
Любой ценой!!

КОРОЛЬ.
Свободу славят бунтари,
Подняв на троны топоры.
Все это, друг мой, до поры, до времени.
Добыв секиру королей,
Дружить ты будешь только с ней.
А всех иных друзей – на цепь и к стремени…
Любой ценой.

ОРАНСКИЙ.
Итак, солдат,
Начни свой бой.
Он пострашней, чем королю дерзить перед толпой.
Пройди на север мимо всех засад
И гезам передай мое решенье.
Сюда вести войска.
Пока я здесь, король не ожидает наступленья.

ТИЛЬ.
Ну что, мой Ламме? Вперед?
Дорога не легка.

ОРАНСКИЙ.
И сразу же назад. Ни часа промедленья,
Чтоб вызволить меня из этого мешка.

ТИЛЬ.
Спокоен будь, я приведу войска,
И разыщу тебя. Доставлю гезам вожака
За час до главного сраженья.
Отец! Твой пепел жжет…
(Ламме) Идешь со мной? Тогда вперед.
(На авансцене Король. Рядом Чиновник.
В глубине сцены Тиль и Ламме прорываются к гезам.)

КОРОЛЬ.
Не правда ли, забавно?
Шут перестал шутить!
Как нам теперь бедняжку
От прочих отличить?
Смотрите, как Фортуна
Повернула колесо.
Он снял колпак дурацкий,
Он шлем одел солдатский
И потерял лицо.

ЧИНОВНИК.
И потерял лицо.

ГОЛОСА СОЛДАТ.
Идет Испания, грохочут сапоги,
Готовь заранее гробы и сундуки!
Смерть непокорным!

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце.

КОРОЛЬ.
А был он так занятен!
Признаться, я не ждал,
Что он на такую пошлость
Променяет божий дар.
Теперь он просто скучен,
Криклив и неумен,
Подобно серой черни,
Тупой и подлой черни,
Которой служит он.

ЧИНОВНИК.
…серой черни служит.

ГОЛОСА СОЛДАТ.
Идет Испания, грохочут сапоги,
Готовь заранее гробы и сундуки!

ТИЛЬ.
Пепел отца жжет мое сердце…

КОРОЛЬ.
И значит остается
Спросить у всех шутов.
Кто же из нас смеется
В конце концов?
И значит стоит малого
Весь дерзкий карнавал.
У этого начала
Всегда один финал.
(Затемнение.)

Р Ы Б Н И К 7

(Жиллина. На переднем плане Неле.
Поодаль Рыбник.)

ЖИЛЛИНА (жалобно).

Я не увижу сверкания рая

Скрипка жестоко по сердцу играет

Я не достойна милости Божьей

Блудницы не птицы, им в небо не можно

 

РЫБНИК.
Зачем тебе, Господь,
Чтоб враг мой выжил?..
Продав язык и шпагу сатане…

ЖИЛЛИНА.
плакала девушка, плакали звезды

Ангелов крылья стирали ей слезы

Я не достойна милости Божьей

Но все же, но все же прими меня, Боже.

РЫБНИК.
Я знаю, Боже, знаю – он вернется.
Подай мне знак, когда вернется он…

НЕЛЕ. Ах, как жарко, жарко на лугу ночном.

РЫБНИК.
Проклятый шут, ушел, ушел и выжил.
Он тонет в блуде, но любим вдвойне.
Ну дай же знак, Господь, что я услышан.
Верни его, Господь. Дай его мне.

ЖИЛЛИНА.
Карай за все, Господь, но дай мне Тиля.
Верни мне Тиля, я и так на дне.
Тугим узлом судьба меня скрутила.
Верни его, Господь. Дай его мне.

РЫБНИК.
Он уцелел, проклятый шут, он дышит.
В воде не тонет, не горит в огне.
Ну дай же знак, Господь, что я услышан.
Верни его, Господь, дай его мне!

ЖИЛЛИНА. (Одновременно с Рыбником, неистово)
Не дай, Господь, чтоб он меня покинул.
Неужто мне нет места на земле.
Сгубил меня, проклятый шут и сгинул.
(Жиллина исчезает.
В глубине сцены возникает Ламме.)

ЛАММЕ.
А вот и Ламме из города Дамме
Гроза испанцев,
Великий гёз!
Друзьям принесли мы
Хорошие вести
И тощее брюхо
Пустое до слез!
Да здравствуют гезы!
Прошлись мы прекрасно
Туда и обратно,
Устали ужасно,
А все же мы здесь.
Такие мы танцы плясали испанцам,
Что не было времени
Сесть и поесть.
Да здравствуют гезы!
Противен природе
Голодный фламандец!
За трапезу, Ламме!
Бегом в кабачок!
Говядину в брюхо,
Мальвазию в глотку,
А там и молодку
Хватай за бочок!
Да здравствуют гезы!
(Ламме уходит.)

РЫБНИК (проводив Ламме взглядом).
Я понял, Господь! Посылаешь мне знак…
Смутьяны вернулись. Он рядом – мой враг! (Исчезает)

НЕЛЕ.
Ты вернулся, мой милый, мой свет, моя радость.
И снова весна для меня ожила.
Теперь я с тобой никогда не расстанусь.
Я так тебя ждала.
Звучат ручьи по склонам. “Неле-неле-неле”.
Льются птичьи песни. “Тили-тили-тиль”.
На лугу зеленом ходит месяц, ночь тепла
Как я тебя ждала!
Ты вернулся и снова забыты разлуки,
Как давние сны, как растаявший снег.
И пусть только обнимут меня твои руки,
Я снова поверю, что это навек.
Никогда и никто больше нас не разлучит.
И в ясные ночи и в темные дни.
Ты вернулся, ты рядом – и звезды и тучи
Теперь над тобою и мною один.
Ах, как жарко, жарко, жарко на лугу ночном.
(Затемнение. Возникает Чиновник, рядом с ним Рыбник. За ним Монах.)

ЧИНОВНИК. (Рыбнику)
Вернулся Тиль? Такая новость дорогого стоит.

МОНАХ. Вернулся сам, безбожник.

РЫБНИК. Шут – есть шут.

ЧИНОВНИК.
Теперь шуту петли не миновать.
(Рыбнику) Ты приведешь сюда его девчонку.

РЫБНИК.
Неле?!

ЧИНОВНИК.
Дойдут до Тиля слухи, что она на дыбе, и он объявится.

РЫБНИК. Нет!… шута прикончу я.

МОНАХ. Аминь.

РЫБНИК.
А Неле…
(чиновнику, указывая на Монаха)
Он нас обвенчает, и мы бежим. По Северной дороге. Пишите грамоту, чтоб нам пройти заставу.



©2015- 2017 stydopedia.ru Все материалы защищены законодательством РФ.